Читать онлайн Воспевая утреннюю звезду, автора - Роджерс Мэрилайл, Раздел - ГЛАВА 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Воспевая утреннюю звезду - Роджерс Мэрилайл бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.33 (Голосов: 3)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Воспевая утреннюю звезду - Роджерс Мэрилайл - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Воспевая утреннюю звезду - Роджерс Мэрилайл - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Роджерс Мэрилайл

Воспевая утреннюю звезду

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 9

Ллис проснулась как от толчка. Как это она могла заснуть в столь отчаянном положении? Может быть, в кружке была не только вода? Она сердито взглянула на коптящую свечу. Судя по тому, что ее пламя уже почти плавало в сале, прошло довольно много времени.
В камере без окон Ллис принялась отыскивать какой-нибудь признак, который помог бы ей определить, день сейчас или ночь. Для того, кто привык жить на природе, постоянно чувствуя ее ласковое дыхание, такая изоляция была очень болезненна. Невозможность увидеть даже проблеск дневного света действовала на Ллис угнетающе. А теперь и слабое пламя свечи грозило погаснуть.
И все же Ллис твердо решила не впадать в отчаяние, которое было хуже темноты. Она не будет думать о трудностях и о том, что ее лишили всякой возможности защищаться. В синих глазах сияла решимость, которая была гораздо ярче слабо мерцающего пламени свечи. Чтобы подавить опасения, она принялась подсчитывать, чем благословила ее судьба, какие возможности имеются в ее распоряжении.
Во-первых, в голове у нее перестало стучать. Во-вторых, после сна разум работал лучше, теперь она сможет сосредоточиться на препятствиях, которые мешают ей достичь заветной цели. В третьих, ну да не важно… Сейчас главное – не терять зря времени. Она должна собраться и найти способ бежать.
Внимательно осмотрев камеру, она обнаружила сбоку от двери, на неровном каменном полу, два предмета странной формы. Вглядываясь во мрак, Ллис различила некоторое подобие ложки и глиняную миску, от которой исходил неприятный запах. Она наклонилась поближе и увидела, что в миске было нечто серое, покрытое белой жидкостью. Возможно, миска была предназначена для предыдущего узника этой камеры, либо содержимое миски просто полили кислым молоком. Так или иначе, но менее аппетитной еды Ллис в жизни не видела.
Девушка посмотрела на дверь без ручки, потом на отвратительную еду. Тонкая, плоская деревяшка была слабым подобием ложки, но для Ллис она могла оказаться столь же ценной, как золотой ключ.
Пытаясь подняться, Ллис поняла, что на холодном камне, покрытом лишь тонкой подстилкой, тело ее затекло и болело. Однако она не стала тратить времени на то, чтобы размяться и избавиться от дискомфорта. Она сразу же двинулась к двери. Вытащив ложку из липкой серой массы, которая издала чавкающий звук, Ллис решила воспользоваться ею как орудием для выполнения важной задачи.
Клочком сена она как можно лучше очистила ложку, потом повернулась и стала на колени перед дверью. Она засунула плоский конец ложки в щель между массивной дверью и каменной стеной. Ллис осторожно проталкивала ее, опасаясь услышать треск дерева. Но ложка продвигалась легко, и это усилило опасения девушки, что ей не удастся осуществить следующий, самый важный шаг. Она немного помедлила и тихонько спела простенькую молитву, умоляя силы природы помочь ей в выполнении задачи, помочь убежать от тех, кто ее схватил.
– Духи земли и камня, цветов и деревьев, рек и морей, благословите меня трижды: во-первых, помогите мне освободиться, во-вторых, помогите мне найти дорогу, в-третьих, оберегайте меня в пути.
То, что она была окружена рукотворными стенами, скорее всего помешало услышать молитву тем, кому она предназначалась, но все же, сотворив ее, она почувствовала себя лучше. Медленно и осторожно продолжала она проталкивать ложку, прилагая теперь значительно больше усилий, чтобы поднять ее вверх.
Глаза ее расширились, когда препятствие внезапно поддалось. Ложка вылетела у нее из рук, что-то упало за дверью… Ллис замерла. Не привлек ли шум отодвинутой задвижки чьего-либо внимания? Она затаила дыхание, так что горло напряглось до боли. Она ждала звука приближающихся шагов… хотя у нее так стучало сердце, что она не смогла бы расслышать его. Постепенно она успокоилась, убедившись, что вокруг по-прежнему царит тишина, и осторожно толкнула грубую дверь. Толстые дубовые доски медленно отодвинулись. Ллис пришлось нагнуться, чтобы выбраться из крошечной камеры. Потом она осторожно закрыла дверь и вложила тяжелую металлическую перекладину на место – на вделанные в камень с обеих сторон крючки.
Стоя в узком коридоре, Ллис уловила блеск солнечных лучей, пробивавшихся сквозь окошко в дальнем его конце. Однако, поскольку ей было не знакомо расположение здания, она не могла определить, было ли теперь утро или же вторая половина дня. Так или иначе, сейчас это было неважно, главное – выбраться из монастыря и не попасться на глаза тем, кто ее похитил.
Ллис тихонько проскользнула по коридору к окну, надеясь, что оно не окажется слишком высоко и через него можно будет убежать. Уже будучи почти в самом конце коридора, она увидела сворачивающий влево лестничный марш… Удивительно, но лестничный проем прекрасно доносил до нее голоса, и она услышала произнесенные кем-то внизу ужасные слова. Ллис прислушалась и различила три голоса. Она осторожно прислонилась к прохладной стене – у нее мелко задрожали колени. Ведь эти трое внизу оживленно обсуждали, как поступить с ней!
– Ты дурак! Зачем тратить время и силы на бесполезную пленницу? – Ллис вполне могла представить женщину с седыми прядями, осуждающую своих собеседников. – Надо было убить девчонку, а не тащить ее сюда!
– Ты дура, Гита! Если то, что ты говорила о могуществе друидов, правда, то ни одна могила не будет достаточно глубока, чтобы спрятать ее тело. А если его найдут, какую пользу это принесет твоей драгоценной Элис? – В голосе говорившего звучала открытая насмешка, он не верил тому, что говорила женщина.
– Так убей ее сейчас, Хордат! Захорони ее в тесаном камне, чтобы даже знаменитый Глиндор не смог ее отыскать. – Слова женщины были полны презрения к своему противнику. – Такое решение не сможет помешать нашим планам.
Сапфировые глаза Ллис широко раскрылись. По-видимому они с этой Гитой соплеменники. Только так можно объяснить, что она знала о том, как обеспечить страшный конец душе друида.
Их словесную перепалку прервал третий голос, прозвучавший очень ровно:
– Выбирать не вам. Ни раньше, ни теперь. Выбор за мной, и я предпочитаю методы, которые не идут вразрез с моим священным саном.
Прекрасные брови Ллис сошлись на переносице: при упоминании о священном сане она поняла, что голос, должно быть, принадлежал епископу Уилфриду.
– Ха! – высмеяла женщина утверждение епископа. – Теперь слишком поздно для игры в благородство. Вы уже замешаны в темные дела, хотя и совершенные не вашей собственной рукой. Если бы ваши подручные не были такими трусами и выполнили порученное им дело, вам не пришлось бы заниматься этим снова. Вы пытались положить конец вмешательству илдормена из Оукли в наши планы, но вам это не удалось. Значит, нужно быть настойчивее и довести дело до конца.
Услышав об этой угрозе жизни золотоволосому воину, спасшему ее из рук похитителей, Ллис в бессильной ярости сжала кулаки. Хотя она не видела лиц собеседников, молчание подсказало ей, что удар Гиты попал в цель. Опасность для Адама возросла. Увеличилась и решимость Ллис вырваться на свободу. Она должна убежать, и она убежит! Она предупредит его об опасности, которая теперь не была безликой. Она была очень и очень реальной!
– Я довольно наслушался оскорблений от недостойных приспешников и не желаю, чтобы меня и дальше оскорбляли! – заявил епископ.
Звук дерева, по камню и глухие шаги на лестнице заставили Ллис метнуться к открытому окну. Сейчас не время рассуждать, насколько разумен ее поступок! Она подтянулась к подоконнику, перебросила через него ноги и оттолкнулась. Ей не пришлось долго падать – под окном оказалась покатая крыша. Ллис моментально скатилась по ней и растянулась на куче сена.
Несколько мгновений она пролежала неподвижно, зарывшись в душистую траву, потом попыталась сесть и разобраться, где находится. Ясно, что она приземлилась поблизости от сарая, пристроенного к стене дома. Стараясь быть как можно более незаметной, Ллис огляделась сквозь окутавшее ее кружево травы. Оказалось, что местонахождение ее было более удачным, чем она могла ожидать. Окно, из которого ей удалось бежать, располагалось в задней стене здания. С обеих сторон к стене примыкал частокол, которым был огражден монастырь.
Сарай же был построен за стеной и предназначался для домашнего скота: она слышала, как беспокоились животные. Дальше простирались поля… на которых зрел необычный урожай из палаток и вооруженных воинов. Она уже видела их с холма вместе с Вулфом и Адамом. Среди воинов бродили монахи с опущенными головами и сложенными под просторными одеяниями руками.
Неожиданно Ллис вспомнила, как она одета, и обрадовалась.
Ей предстояло рискованное дело: нужно было скатиться с копны сена на землю, а это могло привлечь нежелательное внимание. Ее прелестные ножки мелькнули в воздухе, когда она покатилась вниз. Капюшон откинулся, край рясы задрался выше колен.
Смущенная беспорядком, в котором оказался ее наряд в результате падения, она взглянула вверх. Не далее как в двух шагах от нее стояла фигура в сутане и смотрела на нее с нескрываемым презрением. Однако, к ее глубокому изумлению, мужчина просто отвернулся с каменным выражением лица и отправился по своим делам.
Ллис встала, одернула складки грубой коричневой рясы, чтобы прикрыть ноги. Однако одежда была так длинна, что волочилась по земле. Она заново завязала на бедрах пояс из сыромятной кожи, подтянув слишком широкое одеяние и собрав его на животе так, чтобы оно было приемлемой длины. Она пониже натянула капюшон на лицо и сложила руки, имитируя манеру монахов, чтобы никто не мог заметить, что это были руки девушки.
Она поняла, что была первая половина дня. Движение солнца подсказало Ллис, в какую сторону идти, чтобы добраться до леса, расположенного западнее монастыря. Девушка старалась двигаться размеренной походкой монаха, который только что прошел мимо нее. Ей предстояло пройти сквозь лагерь вооруженных врагов, и она должна быть особенно осторожна. Спокойно и уверенно двинулась Ллис по направлению к лесу, где ее ждали благодатная прохлада и покой. В его объятиях она всегда находила утешение.


Адам быстрыми шагами вышел из сарая, стряхивая на ходу сено, прилипшее к его рыжеватой шерстяной тунике и к штанам, плотно облегавшим сильные икры, перетянутые до колен длинными полосками кожи. Солнце давно уже встало, и краски зари уступили место чистому бледно-голубому цвету. Его беспокоило, что он проспал так долго. На самом деле поспать ему почти не удалось. Он был так рассержен непрошеным вторжением колдуньи в его постель в доме Вулфа, что долго не мог успокоиться и заснуть.
Стряхнув со своих широких плеч несколько особо упорных соломинок, Адам догнал мужчин, только что вошедших в дом. Он видел, как немолодой, но еще не согбенный временем мужчина с развевающимися седыми волосами и длинной бородой опирался на необычной формы посох. Судя по локонам, сопровождавший его был гораздо моложе. Его черные волосы до плеч напоминали волосы Ллис: они тоже были черными как смоль. Мужчины были незнакомы Адаму, но по тому, как тепло приветствовала их хозяйка дома, она их прекрасно знала.
Адам медленно поднялся по ступенькам и вошел в комнату. Не желая мешать встрече, он отошел в темную часть зала. Когда хозяйка заговорила, он впервые в жизни был благодарен отцу за то, что тот заставил его, своевольного ребенка, учить язык кимвров. А ведь он не хотел его изучать и не верил, что эти знания когда-нибудь ему пригодятся.
– Добро пожаловать! Вы и представить не можете, как я вам рада! – Брина ласково провела странную пару и усадила на стулья возле камина. Она только собралась рассказать им о своей печали, которой ей так не терпелось поделиться, как заговорил ее темноволосый гость.
– А где же Ллис?
Адам плохо отдохнул ночью, да и внимание его было отвлечено гостями, одетыми в черные плащи, так что он не успел задать себе тот же вопрос. Его янтарные глаза быстро и внимательно оглядели комнату в поисках девушки. Но ни его застенчивой пленительной красотки, ни распутной сирены, известной обитателям Трокенхольта под именем Ллис, нигде не было видно. Бронзовые брови обеспокоенно сошлись на переносице. Он ждал ответа.
– Она пошла за водой к ручью. – Брина стараясь не выдать своего нетерпения и не раздражаться из-за того, что вопрос молодого гостя помешал ей как можно скорее изложить свою отчаянную мольбу о помощи дочери. – Она скоро вернется.
Ивейн кивнул. Он не видел ничего необычного в том, что колдунья выполняет работу, которую высокородная саксонская леди предоставила бы рабам.
Ответив на вопрос брата-близнеца Ллис, Брина поспешила сама задать вопрос, который вежливой хозяйке следовало задать прежде, чем обращаться за помощью.
– Что заставило вас так быстро вернуться в Трокенхольт?
– Ты права, внучка, для нашего возвращения есть серьезная причина.
Старик кивнул, и огонь камина, осветив его белоснежную голову, придал всему облику старика некое сияние.
Внучка? Только теперь Адам понял, что перед ним был знаменитый Глиндор. В последние годы жизни отцу Адама приходилось фиксировать в своих хрониках немало подвигов этого колдуна, что значительно усложнило его работу монастырского летописца. Размышления Адама были прерваны надтреснутым смехом и словами Глиндора.
– Причина важная, иначе нас бы здесь не было. Брина знала старика всю свою жизнь, поэтому без труда различила за притворным весельем большую озабоченность. Она опустилась рядом с ним на колени. Не предупредили ли его духи о судьбе Ани? Или о его собственной судьбе? Она сжала в своих ладонях его руку, хрупкость которой испугала ее. Но тут заговорил молодой человек.
– Темные силы поднимаются от земли, – сказал Ивейн. – Другие силы спускаются с неба. Они сплетаются в зловещие вихри, опасность возрастает.
В ушах Адама все еще звучали эти странные слова, когда он заметил, что Вулф подошел и заслонил собою солнечный свет, падавший из дверного проема. Но ни один из золотоволосых саксонских воинов не желал прерывать мрачный разговор.
Глаза Брины цвета грудки голубя потемнели и стали угольно черными, встретив немигающий взгляд Ивейна. В ярко-синих глазах его сверкали искры, словно высеченные кремнем. Брина вдруг поняла, что пришло время признать новый статус ее приемного сына. Он стал взрослым и явно заслужил право говорить со своим наставником как равный. Они с Ллис обладали способностями, позволявшими им осуществлять задуманное с помощью сил природы, в то время как старик и Ивейн овладели способностью управлять этими силами.
– Не сулят ли эти силы недоброе?
Напрасно пытаясь скрыть нервное напряжение, Брина отпустила руку старика и принялась затягивать и расправлять искусно расшитый пояс из ткани, низко лежавший на ее бедрах.
– Силы, способные помешать безгласным духам, близки… очень близки. – Голос Ивейна стал голосом взрослого мужчины. По глубине и силе раскатов он был под стать голосу старика, но обретал бархатную мягкость, когда молодой человек обращался к женщине, которую он любил и которой восхищался. – Но там, где мы объединяем закат и сумерки, солнце и луну, они взывают к ночным ужасам и зовут бурю.
Перед лицом опасностей, грозящих семье и друзьям, перед возможной смертельной угрозой Брина побледнела. Она слышала о том, какие несчастья могут произойти, если кто-либо из людей, обладающих могуществом знаний друидов, знаний, предназначенных для добрых дел, начнет употреблять эти знания во зло. Но ведь ее дед был уверен, что уже несколько веков не было лиц, предпринимавших подобные попытки, что все они канули в лету.
– Близко? Как близко? – спросила Брина. Глаза Ивейна стали темными, как глаза Глиндора:
– Трокенхольт лежит в центре грядущей бури.
Старший из колдунов сделал это зловещее предупреждение для того, чтобы она представляла размеры опасности.
– Положение особенно опасно, потому что предстоящая буря разразится в особый для природы момент, когда она проходит цикл излияния энергии. – Сочный голос Глиндора дрожал от гнева.
Брина нахмурилась еще сильнее, когда попыталась связать сказанное колдунами с теми ответами, которые она сама получила, пытаясь добиться у сил природы объяснения некоторых таинственных случаев. Но все дело в том, что она уже очень долго, кажется целую вечность, была поглощена собственными проблемами, связанными с болезнью дочери. Кажется, она уже утратила счет времени. Ей стыдно было в этом признаться, ведь она была одной из немногих избранных.
– Гм, – проворчал Глиндор. – Не хочешь ли ты, чтобы я поверил, будто плохо тебя учил и ты забыла о редких и быстротечных астральных событиях? Это же долг всех друидов, долг перед прошлым, то, что мы должны передать в будущее!
Упрек деда освежил ей память. Словно ослепительный свет озарил ее затуманенный ум. Как и говорил дед, предстоящее событие было одним из очень редких, и если его проигнорировать, то последствия могут быть ужасны. Особенно если не знать, как оно влияет на потоки энергии, изливаемые природой.
– Извини, дедушка. Болезнь, настигшая Аню в конце вашего прошлого визита, все еще не отпустила ее. Боюсь, что свеча ее жизни так слаба, что вот-вот угаснет.
Густые белые брови на лице Глиндора сошлись в прямую линию. Лицо его стало страшным. Если бы его спросили, он стал бы отрицать, что питал особую привязанность к этой крошечной девочке, похожей на хрупкую маргаритку, такую нежную и робкую перед могучими силами природы.
Но если Глиндор был привязан к Ане, то Ивейн души в ней не чаял, да и она жалась к нему всякий раз, как он оказывался поблизости. Известие о том, что ее болезнь очень серьезна, привело его в ярость.
Ивейн вскочил.
– Где Аня? – в голосе его слышались нетерпение и страх.
Брина молча провела темноволосого молодого человека в крохотную комнатку, где ее дочь лежала уже чуть ли не в объятиях смерти.


Мелодичный звук ударов церковного колокола разносился над военным лагерем в монастырских полях и казался особенно звучным в стенах монастырской церкви. Но этот мирный звук не угасил скандала, который разыгрался в покоях епископа.
– Как это исчезла? – прорычал Уилфрид, и его лицо стало почти багровым.
Самодовольная ухмылка Гиты стала еще шире. Ярость епископа усилилась.
– Ты говорила мне, что даже друиды не могут удрать из темницы, сложенной из тесаного камня!
Он был в страшной ярости. Стал бы он осквернять монастырь, заключая в свою темницу язычницу, если бы не был уверен, что отсюда она не сбежит?!
Гита сделала вид, что сочувствует ему. Дневной свет, которому кое-как удалось пробиться сквозь щели в ставнях, закрывающих окно, заблестел на широких седых прядях.
– Нет, Уилфрид. – Ни за что не станет она обращаться к нему, используя титул, данный ему религией, которую она считала недостойной уважения. То, что уважать эту религию не стоило, лишний раз подтверждал этот духовный пастырь, так легко предававший постулаты собственной веры. – Ты меня неправильно понял. Я предлагала тебе не содержать, а захоронить ее в камне.
Усмехаясь, Гита оставалась неподвижной, в то время как ее коротенький и толстенький противник мерил шагами комнату из конца в конец, отчего у него началась одышка, и цвет лица стал еще более нездоровым.
Она предлагала предотвратить любую попытку девушки сбежать. Ее раздражение уменьшилось оттого, что ей представилась прекрасная возможность позлорадствовать над глупостью Уилфрида.
– Если бы ты последовал моему совету, то угроза твоим мечтам о власти была бы предотвращена.
И хотя исчезновение Ллис было угрозой и для планов самой Гиты, она была уверена, что в конце концов сумеет добиться своей цели – совсем другой цели, чем у епископа.
– Разве ты не можешь с помощью колдовства повлиять на ее путь? С помощью какого-нибудь заклинания сделать так, что у нее станут подгибаться ноги и она не сможет идти?
Отчаяние епископа было так велико, что он забыл о своем отвращении к языческим методам этой властной женщины.
Злобная радость Гиты усилилась. Уилфрид – жалкое создание и совсем из ума выжил, если думает, что она не справится с таким делом. Тем более сейчас, когда Элис в Трокенхольте. Было бы крайне опасно, если бы там вдруг объявились две Ллис разом.
– Я уже это сделала, – с этими словами она резко повернулась, отчего ее пышные юбки взметнулись вокруг ног, стремительно уносивших ее от епископа.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Воспевая утреннюю звезду - Роджерс Мэрилайл



Очень интересный роман, такой волшебный и трепетный. Чувственность и нежность просто потрясают, единение с природой восхищает, а борьба добра и зла завораживают. Восхитительная история!
Воспевая утреннюю звезду - Роджерс МэрилайлAlia
9.04.2014, 20.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100