Читать онлайн Воспевая рассвет, автора - Роджерс Мэрилайл, Раздел - ГЛАВА ВТОРАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Воспевая рассвет - Роджерс Мэрилайл бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.25 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Воспевая рассвет - Роджерс Мэрилайл - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Воспевая рассвет - Роджерс Мэрилайл - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Роджерс Мэрилайл

Воспевая рассвет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА ВТОРАЯ

Вульф чувствовал себя так, будто океанский прибой гудел в его голове, перекатывая тяжелые валуны, которые били в его виски с каждым ударом сердца. Превозмогая боль, он приподнялся и, опершись на локоть, прислушался, нет ли поблизости колдуна. Со вчерашнего вечера, когда девушка рассказала о его вчерашнем спасении из холодного мрака ущелья, мысли о Глиндоре не покидали молодого сакса. Почему же этот зловещий старик спас его от верной смерти? Он терялся в догадках, не в силах ответить на этот вопрос, и неприязнь и подозрительность к колдуну росли с каждым часом.
«Каждая минута во власти Глиндора грозит мне невероятной опасностью, я не могу здесь оставаться», – думал Вульф.
Но ведь тот, кто пытался убить его, не мог оставить его у порога Глиндора, а ведь это мог быть только… Внезапная догадка заставила его вздрогнуть. Нет, не может быть, только неоспоримые доказательства смогут заставить его произнести слова обвинения против кровного брата. Вдруг до его слуха донеслись негромкие звуки песни столь прекрасной, что, желая дослушать ее до конца, он встал и, тяжело передвигаясь, побрел к выходу из пещеры. В открытом проеме он заметил силуэт, словно выточенный из кости. Легкий туман, пахнущий лавандой, окутывал эту хрупкую фигуру, и лучи весеннего рассвета отражались в блестящих черных волосах, водопадом струящихся по нежным плечам девушки. Ее лицо было обращено в сторону восходящего солнца, а мелодия неизвестной песни была так сказочно красива, что, казалось, очаровала всех певчих птиц в кронах деревьев.
И вдруг зеленые глаза Вульфа широко открылись от удивления: крохотная птичка слетела с ветки и, усевшись на плечо девушки, вторила ей своей щебечущей песенкой.


Мевт, придворный арфист короля Осви, научил в свое время любопытного маленького сакса языку кимри, и Вульф стоял, замерев, вникая в смысл слов. И вдруг знакомый резкий голос прервал на полуслове чудесную песню.
– Брина, ты так глупа, что растрачиваешь свои таланты ради этого чужака?
Захваченная врасплох, девушка подошла к деду, загородившему своей высокой фигурой весь дверной проем. Она опустила глаза и тихо покачала головой. Ведь у нее не было никаких задних мыслей. Она украдкой взглянула на тюфяк, лежавший около очага, обложенного камнями. Желая отвлечь гнев старика от нежного создания, Вульф смело взглянул в его черные глаза и произнес:
– Благодарю тебя за то, что ты спас меня от верной смерти на дне того холодного ущелья. – Глиндор насторожился. То, что этот незнакомец говорит на их языке, было для Глиндора неприятным сюрпризом. Чужак вовсе не был здесь случайным гостем, а то, что он к тому же владел языком кимри, внушало старику множество подозрений. Брина чувствовала, что раздражение деда растет с каждой минутой и, затаив дыхание, безмолвно наблюдала за ним. Наконец старик произнес голосом, полным презрения:
– Благодари мою внучку. Это ее слишком мягкое сердце привело в мое жилище врага кимри.
Пока Вульф раздумывал над его словами, старик вдруг запрокинул голову и залился гомерическим хохотом, внезапно сменив гнев на, казалось, беспричинное веселье. Вульф удивленно взглянул на девушку, но та не обратила на этот смех никакого внимания, будто привыкнув к внезапной смене настроений деда. Глухие раскаты хохота эхом отозвались в глубине пещеры. Вывести человека из равновесия, повергнуть его мысли в хаос – этот метод Глиндор очень любил. Это был один из приемов установления психологического контроля над людьми, не владеющими знаниями друидов. Разгадав хитрость старика, Вульф понял, что эта смена настроений – лишь очередная колдовская уловка. Больше колдуну никогда не удастся так легко одолеть его дух. И он безразлично закрыл глаза, будто погрузившись в сон.
Увидев ответную реакцию чужака, Глиндор был весьма огорчен. Хмыкнув с досады, он подумал: «По крайней мере, пока он спит, можно не опасаться, что Брина поддастся соблазну, обольстившись этим смазливым и, без сомнения, слишком опытным саксом».
Лучи восходящего солнца нежно гладили плечи Брины, когда она шагнула в теплый полумрак пещеры. Всю прошлую неделю она старалась даже не смотреть в сторону прекрасного незнакомца, чтобы случайно своим восхищенным взглядом не выдать всю бурю чувств, овладевших ею. И только сейчас, когда дед ушел из пещеры по своим колдовским делам, она могла не таясь разглядывать спящего сакса, чьи золотые волосы поблескивали в свете пламени, горящего в очаге.
Его необычайная мужская красота, физическая сила, совершенство форм тела так будоражили воображение юной девушки, что заставляли на мгновение забыть о том, что этот человек, чужой для нее, скоро навсегда покинет их жилище. Неужели она неправильно истолковала свой чудесный сон и поэтому золотому волку, чью жизнь ей случилось спасти, никогда уже не суждено стать ее хранителем и защитником? От этих мыслей у Брины невольно защемило сердце.
Большей частью она сама лечила его, но недавно дед стал применять более действенные снадобья, и раны незнакомца стали заживать еще быстрее. Казалось, они направили все целительные силы природы на то, чтобы скорее поставить на ноги своего пациента. Но последствия удара по голове все еще сказывались, вызывая внезапные приступы головокружения и слабости. И хотя возвращающиеся к нему силы в любой момент позволяли ему покинуть эту темную пещеру, воспоминания о неудачной попытке бегства в первый же вечер убедили его дождаться полного выздоровления. Брина с грустью подумала, как ей будет не хватать его, как она привыкла к его разговорам. И, не в силах лгать самой себе, она поняла, что нить, связывающая ее с этим человеком, оказалась гораздо крепче, чем просто привычка.
Улыбнувшись своей неудачной попытке утешить себя, она подошла к очагу и поворошила угли. Их потрескивающие красные глазки чуть ярче осветили пещеру. Брина вспомнила, что когда незнакомец впервые сказал, что его зовут Вульф, она не могла сдержать улыбку. Ведь именно так она назвала его, своего золотого волка, в своих мыслях.
Когда Брина спросила его, кто мог сбросить его в то ущелье, Вульф вдруг помрачнел, не ответил и быстро переменил тему разговора. С тех пор она не решалась приставать к нему с расспросами, понимая, что не добьется от него откровенности. Поэтому они говорили о простых повседневных вещах: о погоде, о целебных травах, о ранах Вульфа. И все же Брина чувствовала, что за совсем недолгое время этот мужчина, так непохожий на других, стал ей близок, как никто другой из ее племени. Ее сердце раздирали сомнения и страстные желания, в то время как разум пытался остановить ее безумство, мешавшее ей выполнить то высокое предназначение, для которого дед готовил ее все эти годы. Она подумала, как постыдны были ее мысли, и тогда же краска смущения залила нежную кожу на ее щеках. Она смотрела не в силах оторваться, ее совершенно завораживали эти золотые волосы, эти брови, эти длинные густые ресницы цвета спелой ржи. Как бы ей хотелось гладить эту сверкающую золотую корону, ласкать его плечи, налитые тугой силой, его грудь, вздымавшуюся под шерстяной темно-зеленой туникой. Поняв, что она уже совершенно не в состоянии контролировать себя, Брина крепко сжала губы и, подкинув в огонь несколько поленьев, стала снова ворошить угли. Костер разгорелся с новой силой, и в его колышущемся свете девушка увидела, что Вульф приподнялся на локте и внимательно наблюдает за ней. Брина почувствовала себя будто пойманной за чем-то дурным и, потупившись, стала рассматривать конец палки, которой ворошила угли.
– Доброе утро, Вульф, – произнесла она чуть дрожащим голосом и смущенно откинула рукой свои тяжелые волосы. Вульф залюбовался грацией движения этой узкой руки, кожа которой казалось такой белой среди черных блестящих прядей. Сквозь сон Вульф почувствовал, как пристально смотрели на него голубые глаза девушки, которые так избегали теперь его зеленого взгляда.
– Доброе утро.
Как же не похожа эта тихая нежная девушка на своего деда, словно она и вправду лишь часть колдовского наваждения, приведшего его в это странное жилище. Все же Вульф не был до конца уверен, что Глиндор не замышляет что-то, так как изредка замечал его зловещие взгляды. Но большую часть времени колдун проводил вне стен пещеры, а придя, часто уединялся в дальнем гроте пещеры, там, как объяснила ему потом Брина, старик хранил запасы целебных трав.
Невыносимые боли в голове, так мучившие раньше Вульфа, теперь почти прошли. Все чаще он стал думать, что близится час, когда ему придется покинуть эту пещеру. Но никогда он не сможет забыть эту божественную красоту. Он должен будет уйти, чтобы спастись от чар старого колдуна, чтобы узнать наконец, кто и зачем хотел его смерти.
Нервничая и суетясь под пристальным взглядом Вульфа, Брина повернулась, чтобы принести свою душистую мазь со стола, уставленного бутылочками и горшками с разнообразными снадобьями. «Может быть, он и принц, – говорила она себе, – но ты друидка, а короли всегда подчинялись друидам. Так будь же милостиво-снисходительна к принцу и не забывай о своей гордости, если ты ее еще не совсем потеряла».
Утвердившись в этих намерениях, она взяла со стола маленький кувшинчик и повернулась к саксу.
– Ты хочешь смазать мои раны?
Он уже был достаточно здоров, чтобы самостоятельно заниматься этим, но подозревал, что эта процедура также приятна ей, как и ему.
Он сел и быстрым движением скинул с плеч свою тунику. Брина взглянула на него и замерла в восхищении от этой прекрасной широкой груди, покрытой бронзовым загаром. Золотистые завитки покрывали мощный торс и плоский мускулистый живот. Проклиная себя за слабовольность, она зажмурилась на мгновение, понимая, что тело ее совершенно не подчиняется приказам разума. Ею двигало желание еще раз прикоснуться к этому телу, а не необходимость лечить раны. Это было понятно им обоим. Взглянув украдкой из-под длинных черных ресниц, она поймала взгляд его зеленых глаз, закусила свою полную нижнюю губу и вновь залилась румянцем.
– Больше в этом нет необходимости. Думаю, этот раз будет последним, – произнесла Брина нарочито холодным тоном.
Вульф медленно улегся на тюфяк, следя взглядом за девушкой. Она тихо присела рядом. Брина натирала прохладной душистой мазью его теплую гладкую кожу, ощущая запах этого прекрасного тела. Оно было таким близким, таким волнующим, что она с трудом скрывала свое возбуждение. Она сидела, сжав кулаки так сильно, что ногти ее побелели и впились в ладони, оставляя полукруглые следы. Затем, зачерпнув новую порцию мази, она стала массировать его резкими, жесткими движениями, стараясь сдержать свою нежность и восхищение.
Вульф поежился под ее неласковыми прикосновениями, но продолжал лежать спокойно.
– Расскажи мне, пожалуйста, как ты составила этот чудодейственный бальзам, – попросил он. Ему хотелось отвлечь ее разговором, ведь Вульф так любил слушать звуки ее голоса, о чем бы она ни говорила.
– В полдень я собираю желтые цветки одной луговой травы, только те, которые уже раскрылись, и затем высушиваю их. Затем измельчаю и смешиваю с воском и кислотой из зеленых яблок. А для мази от ожогов нужно взять вместо…
Вульф часто просил девушку рассказать о своих травах и снадобьях. Брина охотно делилась с ним своими знаниями, которые она, конечно, получила от деда. Кроме врачевания Глиндор, наверное, научил внучку и кое-чему еще. Но Вульф еще в детстве узнал от своего друга, арфиста Мевта, что самые сокровенные таинства друидов недоступны женщинам и закрыты для них.
Голос Брины журчал, точно лесной ручеек, движения постепенно становились мягкими и нежными. Вульф закрыл глаза, наслаждаясь этими прикосновениями, разливающими тепло по его груди и плечам. Боясь потревожить ее, он лежал, затаив дыхание, вслушиваясь в музыку ее голоса, способного очаровать даже певчих птиц.
Ее близость была так волнующа, что Вульф почувствовал, как пульсирующее голодное пламя разгорается в его жилах, разливаясь, точно кипящий мед.
Втирая бальзам, Брина чувствовала под своими пальцами мягкие темно-золотистые завитки и гладкую упругую кожу его груди. Неужели его сердце тоже забилось так часто, или это лишь игра ее возбужденного воображения?
– Но эта мазь помогает только от ожогов или от… – она замолчала на полуслове. Его глаза жадно впились в ее губы, так что она, казалось, почувствовала вкус поцелуя. Затем он взглянул ей в глаза, и она потупила взор, проиграв эту безмолвную схватку. Забыв о собственных опасениях, потеряв всякий контроль над собой, она, беззащитная жертва, падала в пучину этих зеленых глаз, увлекаемая колдовской силой мужчины, которая была сильнее всех ее заклинаний.
Голубые глаза Брины заволокло дымкой страстного желания, и Вульф привлек ее к себе, обняв. Его губы осыпали поцелуями нежную кожу ее щек, приникнув к ее рту, он исступленно покусывал края ее губ, розовых и прохладных, точно лепестки дикого шиповника.
Она может возненавидеть его потом, может призвать на помощь деда вместе со всеми его чарами – пусть.
Но страсть к этой очаровательной колдунье, что превратила его кровь в бурлящую огненную реку, эти минуты наслаждения стоят всех сокровищ в мире.
Сила воли покинула девушку, изумрудный огонь наслаждения пронзил ее сердце. Вспомнив, что это наверняка лишь первые попытки неопытной девушки, Вульф усилием воли сдержал свирепую страсть своих поцелуев и бережно и нежно приник к ее губам. Его руки скользили вниз по ее спине, лаская ее упругие бедра, а губы покрывали ее щеки и веки жаркими поцелуями. Он искушал ее и жаждал сам ее поцелуя. Брина чувствовала, что он запустил пальцы в её густые волосы на затылке и привлек к себе ее губы, раскрывшиеся в ожидании. В этот миг их губы слились в таком глубоком поцелуе, что последние силы оставили Брину, и она, дрожа, прильнула к нему, ощущая тепло его груди, отделенной от нее лишь тканью ее одежды. Она сдалась, она жаждала чего-то большего, неизвестного ей. Вульфа поразил такой страстный ответный порыв неопытной чистой девушки, глухой стон вырвался из его груди. Но он сдержал себя, вновь боясь напугать ее напором своей необузданной страсти.
Какое неподходящее время и место, пронеслось у него в голове. Но иные мысли завладели тотчас его разумом. Перекатившись на бок, он осторожно перевернул Брину на спину и вновь набросился на нее, доверчиво и страстно смотревшую на него снизу вверх. Ее ладони ласкали его мускулистые плечи и грудь, пальцы гладили тяжелое золото его волос, губы жадно ловили огонь его поцелуев.
Но вдруг звук падающего камня гулко прозвучал в стенах пещеры. Брина моментально вскочила с виноватым видом, а Вульф, обернувшись, встретился взглядом с колдуном, задыхавшимся от холодной ярости, кипевшей в его черных глазах, огромный волк, обнажив клыки, встал стеной между ним и девушкой.
– Брина! Разве ты забыла о своем высоком предназначении? Ты забыла о духах предков, о своих священных обетах? – Раскаты гневного голоса обрушились на девушку, румянец сошел с ее щек, она стояла, потупив взор. Она поддалась соблазну, забыла о самоконтроле – какой стыд! Она сделала первый шаг в сторону от пути, предназначенного ей судьбой.
Брина в смущении спряталась за спиной Вульфа, он почувствовал, как ее волосы щекочут его лопатки. В первый раз он оказался между колдуном и его внучкой, между его яростью и ее смущением. Вдруг вспомнив о любимом трюке старика, он громко рассмеялся, совершенно сбив того с толку.
«Это просто сказал себе Вульф, – зачем так кричать, ведь это был просто поцелуй, хотя и страстный, но всего лишь поцелуй и ничего больше».
Но эта слабая попытка оправдать себя не смогла заставить замолчать его совесть. Он чувствовал, что, откликнувшись на безмолвный призыв этой чистой, неопытной девушки, он совершил что-то низкое. Понятно, что Глиндор превратно истолковал его намерения, вот причина его гнева. И Вульф вдруг почувствовал себя словно угодившим в ловушку, подстерегавшую его все те тридцать дней, что он жил в пещере.
Но ведь раньше он сам подумывал о жене, детях, которые продолжат его род, получат титулы, добытые им в боях за короля. Так о чем же еще мечтать? Эта женщина – живое воплощение его грез: ее голос, лицо, фигура, это все создано для него.
– Хоть ты и вообразил себе невесть что, старик, можешь быть спокоен, ее целомудрие не пострадало, – сказал Вульф, быть может, даже слишком высокомерно. – И тем не менее я хочу жениться на ней, и просить ее руки. – С его точки зрения, для старика это была неплохая возможность устроить будущее внучки, ведь он не мог дать за ней почти никакого приданого, она не принадлежала ни к одному из знатных родов. А он, Вульф, уже пятнадцать лет был тэном при короле Осви, одним из первых людей королевства Нортумбрия. И вот недавно Эсгферт, ставший королем после смерти отца, пожаловал ему титул илдормена и земли Трокенхольта.
Глаза старика вспыхнули черным пламенем, готовым, казалось, превратить Вульфа в пепел.
«С самого начала, – подумал Глиндор, – когда я увидел этого человека в ущелье, я понял, что он опасен, он враг, как и все люди его племени». В прошлом он уже один раз недооценил его – в ночь перед Винвидской битвой Глиндор не приказал схватить этого саксонского мальчишку, и в конечном итоге это стоило жизни его родному сыну. И вот сейчас он снова недооценил опасность, которую представляет для него этот молодой нахал. Но Брина не станет следующей жертвой, он не отдаст ее никому.
Видя ответную реакцию старика, Вульф нахмурился, встряхнул головой, и искры света вспыхнули в его волосах, рассыпавшихся по плечам. Он решил, что все дело в том, что Глиндор считает его просто жалким проходимцем. И даже если старик помнит их первую встречу при Винвиде, он не может знать его нынешнее положение в королевстве.
– Ты, видно, считаешь меня бедняком, не способным достойно обеспечить твою внучку, – сказал Вульф. – Так знай, что я илдормен, хозяин Трокенхольта, мой король ценит меня и доверяет мне.
Ожидая ответа старика, Вульф увидел, что Брина подошла к деду и, встав около него, смотрит на сакса с явной неприязнью. Его слова одним ударом разрушили все прекрасные грезы Брины, все мечты, которые она тайно лелеяла в своем сердце. Нить, связывающая ее с золотым волком, оборвалась под жестокими словами правды. Как же она могла знать, что он и вправду этлинг королевской крови? И вот теперь, узнав о его титуле, Брина поняла, какая пропасть разделяет их. Свободная женщина кимри – не пара саксонскому этлингу.
Вульф смотрел на них, не понимая, отчего его слова вызвали такой гнев и отвращение. Неужели и Брина не верит ему, считает, что для него это лишь минутное увлечение?
Мучительное чувство утраты овладело девушкой. Она поняла, как много значил в ее жизни золотой волк.
Глиндор положил руку ей на плечо и, чувствуя, как тяжело для нее крушение несбывшихся надежд, произнес:
– Девочка, когда придет время, я выберу тебе достойного мужа из кимри, – и он мысленно послал проклятие в адрес саксонского нахала, вставшего на пути к его цели.
Брина взглянула в глаза деда, горящие негодованием из-под белых кустистых бровей и с сожалением заметила, как постарел он за последнее время, насколько глубже стали морщины, сетью разбегающиеся по его лицу и теряющиеся в седой бороде. Она знала, какое доброе и чуткое сердце бьется в этой иссохшей груди, как любит он свою внучку. Он считал ее последней надеждой рода. И что значит в конечном счете ее боль и разочарование по сравнению с великой миссией, уготованной ей судьбой?
Получив такой категорический отказ, Вульф почувствовал, как уязвлена его гордость.
– Если ты считаешь, что она слишком хороша для меня, – вскричал он, – то скажи, почему я так неугоден? Многие и многие благородные дамы, даже королевской крови были бы счастливы занять место, которое ты считаешь недостойным своей драгоценной внучки! – Вульф вопрошающе взглянул на старика, а затем на девушку и вновь подумал, как непохожа она на всех женщин, которых ему случалось когда-либо видеть.
– Нет, я не слишком хороша, – тихо ответила Брина, – просто я создана для другого. Мне еще предстоит постичь многие таинства, духи предков смотрят на меня с высот. Мы слишком далеки друг от друга, это же так очевидно… «Да, очевидно, – подумала девушка, – но почему, почему же мне так больно и тяжело?..»




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Воспевая рассвет - Роджерс Мэрилайл



Еще не читала!!
Воспевая рассвет - Роджерс МэрилайлМарина
8.01.2010, 13.33





Волшебно, нежно, первозданно. Восхитительно-благородно, очень трепетно и волнующе. Прелестно. Задушевно.
Воспевая рассвет - Роджерс МэрилайлLiliAnn
7.04.2014, 20.28








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100