Читать онлайн Леди Опасность, автора - Робинсон Сьюзен, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди Опасность - Робинсон Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.24 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди Опасность - Робинсон Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди Опасность - Робинсон Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинсон Сьюзен

Леди Опасность

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Придерживая разорванное платье, Лайза спустилась вниз. Она все прислушивалась, не идет ли за ней виконт. Ужас охватывал ее при мысли, что он здесь сейчас появится. Она прошла по кухне, но ничего не было слышно, кроме вдруг раздавшегося окрика дворецкого:
— Чаю! — кричал Чоук. — Чаю, миссис Юстэс, немедленно.
Лайза прошла через буфетную, пол которой мыла, стоя на коленях, одна из служанок, и вышла через противоположную дверь.
Она жила в комнате на чердачном этаже, куда можно было попасть, войдя в дом со двора и поднявшись по черной лестнице.
Она все еще не могла прийти в себя, нервная дрожь не отпускала ее. Лайзу шокировало поведение этого дикаря, не имеющего ничего общего с аристократом. Наверняка Чоук мог дать ей какое-нибудь задание, поэтому ей надо было быстрее зашить платье. Оно так разорвалось, что открылась набивка, вшитая в платье и делавшая девушку полнее, чем на самом деле. Лайза чуть было не потеряла рассудок — ведь виконт мог раскрыть ее секрет, если бы обратил внимание на маскировочную набивку и задумался — зачем она? Он просто не контролировал себя, нет, почти что потерял разум. Он понял, что она следила за ним, и теперь будет очень бдительным с ней.
Она заштопала платье. Обычно она и ее соседка по комнате переодевались в темноте: или ранним утром, когда еще было темно, или поздним вечером, поэтому Лайза не боялась, что служанка, жившая с ней, может что-то заподозрить. Но сейчас Лайза была одна в комнате, поэтому она безбоязненно сняла платье и чепец, под которым прятала свои волосы. Они копной упали на плечи. Лайза с ужасом подумала, что было бы, если бы виконт сорвал чепец. Она посмотрела на непривычный темный локон, опустившийся на глаза, и вспомнила, сколько мук она претерпела, перекрашиваясь перед тем, как пойти в дом виконта.
Вновь надев платье, она обнаружила, что руки у нее до сих пор трясутся. Она никак не могла отделаться от мыслей о случившемся, преодолеть страх разоблачения. Лайза уже успела обыскать весь дом, кроме комнат виконта. Какое чудовищное невезенье, что он вернулся раньше, чем его ожидали!
Ее руки были холодны и дрожали, она с трудом застегнула платье. Затем присела на кровать и тяжело вздохнула. Если бы только лондонская полиция поверила ее подозрениям, ей не пришлось бы находиться сейчас в этом доме. Но ей не поверили, отослали со снисходительной улыбкой. Однако она не сдалась. Мужчины и раньше смеялись над ней, но это не смертельно, это все можно перенести.
Ей было все равно, что они сказали. Уильям Эдвард был не из тех мужчин, что болтаются по публичным домам и винным лавкам Уайтчепела и кончают в петле. Она помнила сейчас каждое слово полицейских, которые приходили к ней, чтобы она опознала его, так как в кармане его жилета была найдена ее фотография. Ей понадобились месяцы, чтобы поверить в виновность того, кого она теперь подозревала. Она пыталась убедить в этом и полицию. Но они посмеялись над ее подозрениями. Их было так же бесполезно убеждать, как и ее отца. Тот тоже не верил ей и тоже думал, что это самоубийство. Наконец, отчаявшись, она стала действовать сама, пытаясь выяснить обстоятельства смерти Уильяма Эдварда.
Лайза закрыла глаза и вспомнила раздутое лицо брата. Его язык… был… Нет, она не хотела бы увидеть это еще раз.
Она опять мысленно вернулась к событиям той ночи, когда был убит Уильям Эдвард. Он появился у нее неожиданно. После того как она ушла из дома, она жила одна, тайком от отца поддерживая связь с матерью и братом, Уильямом Эдвардом. Отец не мог ничего сделать со строптивой дочерью, от которой он отрекся за ее упрямство и непокорность. Он обозлился еще больше, когда понял, что она не придет и не встанет перед ним на колени, прося о прощении, после того как он изгнал ее из дома. Ему казалось чудовищным, что она захотела стать независимой, выбрав самостоятельное дело по душе. Поэтому Уильям Эдвард навещал ее тайно в доме, в котором она жила и который одновременно служил офисом для нее.
В тот вечер он как-то особенно волновался, выглядел необычно возбужденным, хотя раньше она за ним никогда этого не замечала. Частично его возбужденное состояние можно было объяснить предстоящей встречей в политическом комитете Эшера Фокса, который собирался в доме виконта Радклиффа, куда он собирался пойти после Лайзы.
— Он многого добьется, Лайза, — говорил Уильям Эдвард возбужденно. — Ты бы видела его в Крыму. Такого хорошего подполковника не было ни в одном полку. Он спас жизнь Джослина Маршалла и мою тоже.
— Ты писал, что Маршалл ненавидел тебя, — сказала Лайза.
Уильям Эдвард даже покраснел:
— Он хотел одеть нас, как дикарей. Мы же офицеры, офицеры кавалерийского полка Ее Королевского Величества, а не какие-то там индейцы. Он хотел, чтобы мы были одеты в оленью кожу. И еще, я скажу тебе, он хотел заставить нас ползать по-пластунски и шпионить. Но…
— Ты был не согласен с этим? Прокашлявшись, Уильям Эдвард рассказал:
— Я был с ним, когда за день до сражения под Балаклавой он уничтожил кавалерийский дозор и создал возможность внезапного нападения на русских. Но из-за того, что Кардиган не руководил операцией, мы вскоре оказались отрезанными. Маршаллу, мне и сержанту Поукинсу удалось оторваться от противника. Правда, только лишь потому, что мы были одеты не в красные шинели, а в темную одежду из оленьей кожи. Его неджентльменское отношение к войне он выработал в Техасе и Калифорнии. Ты бы видела нас, Лайза. Зацепившись за бока лошадей, мы прорвались сквозь русских. Ты бы поглядела на их лица.
Подойдя к краю конторки, брат посмотрел на нее, воскрешая в памяти страшные события:
— В тот день я научился убивать. Я подполз по-пластунски к русскому часовому и ударил его сзади ножом. Маршалл велел мне сделать это, грозился пристрелить, если не сделаю.
— Этот человек заставил тебя ползти в грязи с ножом в зубах и… и…
— И я остался жив. Но он, конечно, негодяй, Лайза. Ты даже не представляешь, что он за человек. Приличия запрещают мне рассказать тебе о его отвратительных наклонностях. Такого кровожадного дикаря, как он, редко увидишь. О, я во многом его подозреваю! Ты знаешь, что уничтожены почти все Де Бри, и там практически не осталось ни одного наследника. А недавно старик Гарри был убит. Бедный старик Гарольд Эйри, Гарри Эйри, мы, бывало, называли его. Во время тренировок он всегда падал с лошади. На парадах не падал, только на тренировках. Он прошел через ад Балаклавы, а затем, как говорят, покончил с собой, повесился. В Уайтчепеле. Я и не предполагал, что Гарри Эйри вообще знает, где это — Уайтчепел.
— Некоторые из девушек, что работают у меня, — сказала Лайза, — родились в Уайтчепеле.
— Ну, понятно, когда служанки там родились, но как там оказался Эйри? Он же был кавалерийским офицером, Лайза, понимаешь, кавалерийским офицером!
Он произнес эти слова с почтением, как будто бы говорил о «Ее Величестве». Лайза сочувствовала Уильяму Эдварду, его дух витал высоко. Поэтому, например, она знала, что никогда не сможет заставить его понять нищету бедных людей, живущих в лондонских трущобах, где стояло зловоние от канализационных труб и земля была загрязнена отбросами. Дети трущоб спали в порталах и заканчивали свой недолгий жизненный путь в канаве…
Обо всем этом она тайком читала в «Тайме», а также в специальных брошюрах, еще когда жила у отца. Она боялась, что отец может узнать об этом. Он не одобрял женщин, которые читали подобное и вообще лезли в политику. Часть газет ей передавала мама, после того как их прочитает отец. Некоторые газеты, как правило старые номера, давал ей дворецкий за небольшое вознаграждение. Газеты в ее монотонной жизни были отдушиной, спасавшей ее от скуки.
Лайза очнулась от своих воспоминаний. Что она делает? Сидит и вспоминает о прошлом? Чоук может заметить ее отсутствие, если она не поторопится. Она надела чепец, заправив свои длинные кудри.
Последний разговор с Уильямом Эдвардом все же не давал ей покоя. Если бы он тогда не упомянул о том, что Гарри Эйри был задушен, она, возможно, никогда бы и не подумала связать смерть брата со смертью Гарри и не связала бы их гибель с одним и тем же человеком. Но ведь в тот день он ушел от нее в дом виконта на заседание политического комитета и умер так же, как и Гарри Эйри, и там же, где он.
Сходство этих двух смертей было очень велико. Лайза была уверена, что это дело рук одного человека, что это почерк одного и того же убийцы. Она собиралась это доказать.
Уильям Эдвард был самым умным и самым прекрасным из мужчин, которых она когда-либо знала. Когда папа, говоря о ней с ее поклонниками, неистовствовал по поводу ее своенравного характера, вместо того чтобы хотя бы для виду сказать, какая она смиренная и умная дочь, Уильям Эдвард отвлекал его рассказами о кавалерийской муштре. Уильям Эдвард любил ее, несмотря на то что она была не похожа на девушек их круга.
«Достаточно воспоминаний», — подумала Лайза, оправляя зашитое платье. Она прошла через кухню и буфетную в маленькую комнату, где чистили сапоги и делали другую грязную работу. Она уже почистила сапоги виконта. Теперь у нее был предлог вернуться в его комнату.
После того что случилось, она должна была действовать быстро и осторожно, так как ее могли разоблачить. Ей надо было быстрее найти хоть какие-нибудь доказательства его виновности и бежать из этого дома. Еще одну стычку с виконтом она не могла допустить даже мысленно. А кроме того надо было избегать внимательных взглядов Чоука и экономки.
Лайза замешкалась, задумавшись о случившемся, о виконте. Она вспомнила, как в темном коридоре он загнал ее в угол. Казалось бы, она должна была испугаться, но не страх, а что-то совсем другое, что она не могла определить, было в ее душе.
Он был совсем не таким, каким она его ожидала увидеть, несмотря на его репутацию дикаря и жестокого человека. Прежде всего бросалась в глаза его чисто мужская красота. А ведь мужчины-соблазнители далеко не всегда обладают этим качеством.
Лайза не понимала себя. Что же с ней такое происходит каждый раз в его присутствии? Лишь только посмотрит на него — и просто перестает соображать. Несколько раз она вообще забывала о своей роли и почти что оскорбляла его.
Она всегда гордилась тем, что не похожа на других незамужних девиц. Не так глупа и безвкусна, как они, не злоупотребляет кокетством. Что же с ней происходит?
Размышляя об этом, она собралась отнести сапоги наверх. В это время на кухню вошла Тесси с серебряным подносом, на котором стоял чайник. Она всхлипывала.
— Что ты там ревешь, Тесси? — спросил ее повар, когда Лайза проходила мимо с сапогами.
— Он, он… накричал на меня, — все еще всхлипывая, ответила Тесси.
— Что же ты сделала? — спросил повар.
— Да ничего, — жаловалась Тесси. — Ему нужен был лимон, а на подносе не было, не было лимо-на-а-а-а… — и Тесси заревела.
Лайзу как будто что-то кольнуло, глядя на Тесси, она вспомнила голос, почти шептавший ей на ухо: «Ты пахнешь лимоном. Я тебя хочу. Ты пахнешь лимоном… Я тебя хочу…»
Дрожащей рукой она погладила Тесси.
— Он ушел?
— Да, он ушиб где-то ногу. Лавдэй перевязал ее, и он ушел. Слава Богу. Я поговорю с мистером Чоуком. Если его светлость будет продолжать в том же духе, я лучше уволюсь отсюда и поищу себе другое место. А вы наверх, мисс Гэмп? Не могли бы захватить его рубашки с собой, я их погладила, но просто не могу туда больше входить.
— Да, хорошо. Тем более мне все равно надо убрать там комнату. Вам нет необходимости снова подниматься туда.
Она пошла за Тесси в прачечную и взяла там стопку наглаженных рубашек. Кроме того, она подвесила на руку ведерко для угля, в которое были положены щетки, тряпки и совок для мусора. Нагруженная всем этим, она взяла свободными пальцами сапоги и пошла наверх. По дороге ей попался Лавдэй со шляпой и перчатками в руке. Наконец-то удача должна улыбнуться ей. У нее есть по крайней мере час, чтобы обыскать комнаты виконта.
Придя в покои, она освободилась от своей ноши и плотно закрыла дверь. Она вовсе не хотела, чтобы кто-либо из прислуги, случайно заглянув сюда, вдруг что-то заподозрил. Лайза начала осмотр ванной и туалетной комнат. Она почему-то предчувствовала, что именно здесь могло быть спрятано что-то важное для нее.
Тут же ей попался изношенный дорожный чемодан, который привез с собой виконт. Открыв его, она увидела сверху коричневый жгут из конского волоса, нанизанные на тесьму орлиные перья и брюки из оленьей кожи. Лайза развернула брюки, вспомнила, как ладно они сидят на Джослине.
Отложив их в сторону, она опять залезла в чемодан и на этот раз вытащила оттуда ремень с портупеей и револьвером. Разглядывая на пряжке сложную гравюру, она вспомнила, как портупея болталась у него на бедре.
«Элизабет Мод Эллиот! Что ты делаешь?! Отбрось эти ужасные мысли!» — скомандовала она себе. Она быстро стала осматривать остальные вещи, не прикасаясь к револьверу и патронам, наткнулась на шкуру какого-то животного с черным мехом, а потом вдруг мелькнул какой-то металлический предмет. Это была железная шкатулка с висячим замком. На крышке шкатулки было выгравировано «Уэллс Фарго». Она вынула шкатулку и поставила ее на пол.
Достав из кармана тонкую металлическую отмычку, которую ей дал Тоби Инч, она решила открыть эту шкатулку. Когда-то Тоби Инч был вором, а потом, когда Лайза открывала свою фирму по найму домработниц, Инч некоторое время был управляющим этой фирмы. Вплоть до сегодняшнего дня ей не нужны были его криминальные знания.
Вставив отмычку в отверстие замка, она стала медленно поворачивать ее, и спустя несколько минут ей удалось открыть шкатулку. Но ее ждало разочарование: там были тонкие сигары. Расстроившись, она засунула все, что достала из чемодана, обратно, а затем стала просматривать платяные шкафы, где ей пришлось перебрать множество мужских вещей: галстуки, носки, рубашки, воротнички, халаты, сюртуки, плащи… Она осмотрела полдюжины пар обуви, военных сапог, неиспользованных домашних тапочек. Она открывала один за другим ящики комода, а в них лежали часы и цепочки, кольца, запонки, заколки для галстуков. Но не нашлось ничего, что могло бы ее заинтересовать.
Затем она обыскала кровать, заглянула под матрац. Ничего, ничего не было! Стиснув от злости зубы, Лайза посмотрела на конторку в гостиной. Можно было даже там и не искать, вряд ли он стал бы прятать в таком месте что-то важное. Но все же она решила посмотреть. Она заглянула в каждый ящик, просмотрела почти все письма.
Вдруг она услышала шаги на площадке лестницы, отскочила от конторки, но вскоре все стихло. Она перерыла груду его бумаг, связанных с недвижимостью, его деловыми знакомствами, отношениями с членами правительства. Просмотрев множество подобных документов, она даже удивилась, что такой беспутный человек, как виконт, занимался реформами в армии и был против того, чтобы королева пожаловала иностранцу, принцу Альберту, высокий титул. Лайза сложила письма и убрала их в ящик. Ничего компрометирующего она опять не нашла. Разочарованная, она закрыла конторку, поднялась и поставила стул на прежнее место.
Осматривая гостиную, она лихорадочно думала, где же еще поискать. Взгляд ее скользнул по креслам XVIII века, редким фарфоровым вещам, белому камину, старому письменному столу, который вряд ли мог служить чем-либо иным, кроме как предметом интерьера.
Теперь со всей очевидностью она поняла, что с ее стороны было глупо думать, что убийца будет хранить компрометирующие его предметы или вещи. Все ее планы и схемы рухнули в одночасье.
Угнетенная этими мыслями, Лайза взяла ведро со щетками и тряпками для уборки и направилась к выходу. У двери она опять обернулась и в последний раз окинула комнату внимательным взглядом. Гостиная была выдержана, как ей и подобает, в классическом стиле. Бросались в глаза холодная элегантность, серебристо-серые тона. Лишь голубой сосуд, стоявший на камине, не вписывался в эту обстановку.
Рука Лайзы уже была на дверной ручке, но этот голубой сосуд почему-то удерживал ее взгляд. Поставив ведро на пол и взяв чистую тряпку из него, она быстро метнулась к камину. Она стала протирать поверхность камина, добралась сначала до старинного кубка, где ничего не обнаружила, потом просунула три пальца внутрь Веджвудской амфоры, стоявшей здесь же, и также убедилась, что там пусто. И вот она уже протирает голубой флакон на подставке. Осталось только открыть его…
И вдруг сзади раздался голос виконта:
— Лавдэй сказал, что мне следовало бы уволить тебя.
Лайза отскочила от камина, пронзительно вскрикнув, обернулась.
В дверях стоял Джослин. Он опирался одним плечом о дверь, через другое был перевешен его сюртук, который он удерживал пальцем за петлю. Он ухмыльнулся, видя ее испуг, и вошел в гостиную, прикрыв дверь.
— Он прав, — продолжал виконт, — я никогда не следил за слугами.
Сбросив сюртук на кресло, он стал приближаться к ней.
— Я вообще никогда и не замечал слуг и служанок до тебя. Лавдэй говорит, что ты новенькая?
Лайза мечтала сейчас только об одном — скорее убежать отсюда. Она собрала тряпки и хотела уже, взяв ведро, потихоньку улизнуть, но вдруг задела за какой-то выступ и упала в стоящее рядом с камином кресло. Виконт засмеялся и наклонился над ней, опершись руками на подлокотники. Его тело было так близко, что она ощущала исходящее от него тепло. Он пристально смотрел на нее, и она могла очень близко рассмотреть его. Его кожа была намного темнее, чем у обычного англичанина, которые редко видят солнце. Неужели все военные такие загорелые? Какая же она дура, промелькнуло в голове Лайзы, он уже схватил ее за рукав, а она рассуждает, какая у него кожа.
— Тебе не стоит так смущаться. Я не собираюсь тебя обижать.
— Я лишь стирала пыль, милорд.
— Я видел, видел, что ты делала.
— В самом деле, милорд…
— Я видел, как ты стирала пыль… Очень старательно стирала пыль… А теперь забудь о том, что ты служанка и пришла сюда убираться.
Его губы приближались все ближе к губам Лайзы. Последние капли мужества покинули ее. Она попыталась проскользнуть у него под рукой. Возможно, ей удалось бы это, если бы он не обхватил ее за талию. Она опять попыталась вырваться.
Посмеиваясь, виконт подхватил ее с кресла и сделал с ней круг вальса. У Лайзы помутилось в глазах, ей казалось, что все в комнате кружится, и через несколько мгновений она почувствовала, что падает. Она вскрикнула, но ее никто не услышал. Очнулась она уже лежа на кушетке, которая стояла у окна. Над собой она увидела
Джослина, сжимавшего коленями ее бедра. Ей трудно стало дышать, когда он лег на нее. Она не могла даже пошевельнуться. Вид у нее был такой, будто она готова была броситься на виконта и укусить его, как бешеная собака.
— Немедленно слезьте с меня, — задыхаясь, простонала она.
Виконт даже и не подумал ответить ей. Он внимательно изучал ее грудь, сильно выступавшую вперед благодаря набивке. Его рука потянулась к этим соблазнительным выступам. Она должна была что-то сделать, чтобы спасти себя и от насилия и от разоблачения ее обмана.
— Правильно говорят, что вы кровожадный выродок, — она попыталась отпихнуть его. — Вы готовы на любую низость, лишь бы удовлетворить свои прихоти.
Он поднял голову. Теперь он уже не шутил, его тело так придавило ее к кушетке, что ей нечем было дышать. Приблизив свое лицо к ее, он злобно процедил:
— Ах вот как, значит, тебе уже насплетничали обо мне! И что же тебе сказали? О моих женщинах? Как их много у меня?
— Нет!
Но он ее не слушал, все его помыслы были заняты предстоящим удовольствием. Она понимала, что все висит на волоске. Он расстегнул верхние пуговицы ее платья и жарко прошептал:
— Займемся любовью, милая…
— Нет!
Коленями с внутренней стороны он раздвинул ее ноги. Теперь она испугалась всерьез. Ее охватила паника. Кричать? Звать на помощь? Попытаться вырваться?
— Не надо, милорд, — взмолилась она. — Вы же сказали, что не связываетесь со служанками. Я не хочу…
— Тебе придется, — сказал он. Схватив ее за оголенное плечо, он дотронулся губами до ее губ:
— Война научила меня брать то, что попалось под руку, не церемонясь.
Он ласкал ее бедро, затем его рука скользнула под юбку. Она почувствовала теплоту его руки, когда он дотронулся до ее щиколотки.
— Для такой, как ты, толстушки у тебя весьма миниатюрные ножки.
Она пыталась ударить его ногой, отбросить его руку, но он не обращал на это внимания, уже не мог остановиться, забыл все вокруг. Он ласкал ее, извиваясь, подобно змее, наслаждаясь предвкушением близости с ней.
— Милорд, прекратите, — молила она из последних сил.
— Почему же?
Она встретила его пристальный взгляд, увидев безжалостный приговор, необузданную жестокость. Перед ней был зверь, принимавший непонятные для нее позы. А для зверя не существует чести и жалости. Будучи в Америке, в местах, отдаленных от цивилизации, он занимался любовью как животное, не растрачивая себя на слова.
— Вы… вы не посмеете, — бормотала она, понимая всю бессмысленность своих просьб.
— Нет, я посмею. Молчи. Скоро твое хныканье сменится сладостными стонами любви. Я еще никого не разочаровывал, ты тоже будешь довольна.
— Гм… — произнес вдруг кто-то.
Она вздрогнула, услышав этот голос. В тот же момент Джослин Маршалл отпрянул от нее, спрыгнул на пол и машинально схватился за бедро, где обычно висела кобура с револьвером. Перед ним стоял Лавдэй.
Лайза сползла с кушетки.
Лавдэй сохранял свое обычное спокойствие. Он держал в руках шляпу, предназначенную для виконта. Лайза смотрела то на виконта, то на камердинера. Глаза Джослина метали искры ярости в Лавдэя, появившегося в самый неподходящий момент.
— Ваш новый вечерний костюм уже получен от портного, милорд. Вы должны примерить его, чтобы убедиться, что он подходит. Ведь сегодня вы обедаете на Гроувенор-Сквер.
— Гроувенор-Сквер, — повторил виконт, взяв себя в руки, так, словно он никогда не слышал этого названия.
— Вот именно, милорд. Леди Джорджиана просила вас не опаздывать. Она с нетерпением ждет вас.
— Леди — моя сестра, — объяснил виконт на всякий случай Лайзе.
Пока Лавдэй говорил, Джослин несколько раз подмигнул Лайзе. Он стоял, демонстративно вытянувшись, как на параде, сжимая за спиной кулаки.
— Спасибо, Лавдэй. Я не опоздаю.
— Я полагаю, что мисс Гэмп может идти и заняться своими делами? — спросил Лавдэй.
— Да, конечно.
У Лайзы просто отвисла челюсть от удивления — так резко изменился виконт, надев на себя маску аристократа.
Не взглянув на нее более, он направился к конторке. Когда она ушла, он, зевнув, просмотрел кучу приглашений, думая о том, как бы побыстрее разделаться с визитами и заглянуть в ночной клуб.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Леди Опасность - Робинсон Сьюзен

Разделы:
123456789101112131415161718192021222324

Ваши комментарии
к роману Леди Опасность - Робинсон Сьюзен



Довольно интересная книга.Советую прочитать.
Леди Опасность - Робинсон СьюзенСветлана
26.04.2013, 11.16





Сказка есть сказка. Середина 19 века, как будто в Англии все были проститутками гомиками. Но сюжет не плохой.
Леди Опасность - Робинсон СьюзенАкулина
27.04.2013, 7.07





Я конечно не историк, но какая могла быть фирма в то время, по оказанию услуг горничных и пр. Да и вообще много не реального, но почитать можно - время убить.
Леди Опасность - Робинсон СьюзенСветик
27.04.2013, 14.04





Сюжет и идея, конечно, интересное. Но вот исполнение... Стиль изложения немного напрягает, а иногда и заставляет повеселиться от откровенных ляпов: один кадык у главной героини чего стоит))) Также автор периодически забывает семейные истории ГГ. Если не жалко времени - можно почитать, но лично я данного автора буду читать только в периоды жутчайшей депрессии чтобы поразвлекать себя графоманскими ляпами.
Леди Опасность - Робинсон СьюзенКира
28.07.2013, 19.29





Интересный роман и вся серия неплохая.
Леди Опасность - Робинсон СьюзенКэт
27.10.2014, 14.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100