Читать онлайн Леди Дерзость, автора - Робинсон Сьюзен, Раздел - 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.69 (Голосов: 35)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинсон Сьюзен

Леди Дерзость

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

3

Иисус Христос и святой Бенедикт, огради этот дом от дурных людей.
Джеффри Чосер
Северная Англия. Январь 1565 года
Ориел вспомнила отрывок из книги Аристотеля «Политика», которая ждала ее в библиотеке дедушки, Томаса. Там говорилось, что все правители похожи друг на друга. Если бы тетка Фейт или кузен Джордж знали, о чем пишется в сочинениях Аристотеля, то они сожгли бы все древние греческие книги: они не любили ничего экстравагантного.
С неохотой она вернулась к реальности — к очередному ухажеру и жареной баранине Январь на исходе, приближается время Великого поста, а значит, снова придется есть только рыбу, которую она ненавидела почти так же, как Хью Уоторпа. Ориел украдкой взглянула на своего гостя. Они сидели за обеденным столом в большой гостиной: ее тетки, семеро кузенов и кузин-все жадно поглощали содержимое своих тарелок. Хью Уоторп отпил из бокала, и струйка вина тут же потекла по его подбородку. Он вытерся салфеткой и громко откашлялся.
— Леди, я говорил вам, что моя родословная идет от короля Эдварда? — Хью не стал дожидаться ее ответа. — Очень немногие ведут родословную от королевских фамилий, и еще меньше — от Плантагенетов.
От доброй порции перепелиного мяса Ориел впала в сонное оцепенение. Она позволила Хью и дальше бубнить о своих благородных предках — единственном козыре этого претендента на ее руку. Она старалась не замечать его неотесанности, зная, что он еще ребенком был заточен в Тауэр королем Генрихом и получил свободу, лишь когда на трон взошла Елизавета. Поэтому он мало знал об окружающем его мире, хотя и упорно стремился преодолеть свое невежество.
— Леди Ориел, вы хорошо себя чувствуете? — Голос Хью вывел ее из дремоты.
— Мне кажется, я съела слишком много мяса.
— У лорда Джорджа прекрасный стол, — сказал Хью, обводя глазами гостиную.
Слуги внесли десерт В честь Хью, по указанию Джорджа, повар-француз выпек в форме гербового щита Уоторпов изысканный марципан. Джордж был старшим сыном тетки Ливии. Он унаследовал титул лорда Ричмонда, а также массивное телосложение своей мамаши. Джордж был любителем традиций и старых ритуалов. Каждый раз, превращая трапезу в некое театральное действо, он настаивал на точном соблюдении церемонии, и поэтому слуги отвешивали поклоны при подаче каждого нового блюда. Блюда вносились в зал также в строгом соответствии с ритуалом.
Ориел находила эти тонкости скучными и утомительными, как, впрочем, и младший брат Джорджа, Лесли. Она слышала, как тот что-то говорил об этом Джорджу в подчеркнуто любезном тоне, который он всегда напускал, когда хотел вывести братца из себя. Их мать благоволила Лесли, а он не стесняясь пользовался этой ее слабостью, чтобы тиранить своих братьев. Ориел опять посмотрела на Хью. Она приготовила ему еще один вопрос-загадку.
— Лорд Хью, а как деревья узнают, где им раскинуть свои ветви?
— Ветви? — Хью повернул к ней свой длинный нос и посмотрел так, словно она изъяснялась с ним по-китайски.
— Да. Почему ветви располагаются на стволе в определенном порядке? Откуда они знают, где им расти?
— На то воля Господня, чтобы они росли именно там, где следует, так Бог определяет и судьбы всех живущих на земле.
— Но как?
— Леди, это бессмысленный вопрос.
Тетка Фейт, худая, костлявая женщина, хмуро поглядывала на нее. Тетка была взбешена тем, что Ориел привалило такое богатое наследство, а между тем ее собственные четыре дочери также находились на выданье. Джейн и Джоан было пятнадцать и семнадцать лет. Но вряд ли и та и другая смогут покинуть Ричмонд-Холл до того, как их сестры Агнес и Эми закончат учебу. У всех сестер волосы имели мышиный цвет, будто их посыпали пеплом. Ни у одной не было толком бровей, и только у самой младшей — Эми — имелось нечто, напоминающее подбородок. Когда они надевали платья с высоким воротником, их короткие шеи совершенно исчезали. Ливия, сидевшая рядом с Хью, пробасила:
— Ориел, я вижу, вам с Хью есть о чем поговорить. Покажи-ка ему наш западный дворик.
Ориел ничего не оставалось делать, как покорно отправиться с гостем вниз по лестнице. Ричмонд-Холл имел прямоугольную форму: галерея, соединяющая два крыла здания, делила его пополам. Три яруса зарешеченных окон смотрели во двор с обеих сторон галереи. Тетка Фейт распорядилась подстричь растущий во дворе кустарник так, чтобы каждый куст представлял из себя какую-нибудь геометрическую фигуру — шар, конус или куб.
В январе все это закрыли защитные щиты, поверх которых лежал снег. Закутанные в теплые меховые накидки, Ориел и Хью ходили взад и вперед по заснеженным дорожкам, ибо тетки наверняка следили за ними и не позволили бы раньше времени закончить прогулку. Они продолжали мерить шагами дорожки, когда Хью внезапно остановился.
— Это безнадежно, — сказал он, обращаясь к Ориел.
— Что, милорд?
Он отвернулся и высморкался в шарф.
— Возможно, вы не заметили, леди, но я… я не совсем уверенно чувствую себя на людях, особенно в обществе женщин. Пока Ее Величество не освободили меня, единственными моими собеседниками были тюремные надзиратели.
— Это, наверное, ужасно — так долго сидеть в тюрьме.
— Моя комната была довольно просторной — я мог разминаться. Но вы же умная девушка. Я это вижу по вашим глазам. — Хью облизал губы и продолжал:
— Вы, конечно, знаете, насколько я беден.
— Да. Тюдоры имели привычку убивать или пускать по миру всех, кто представлял хоть какую-то угрозу трону.
— Мне стыдно. Все говорят, что я должен гордиться своей родословной, но как смотреть людям в глаза, если мои штаны заношены до дыр, а туфли давно прохудились? Я так долго жил подачками знатных особ, что те теперь, услышав о моем появлении, запирают двери.
Ориел взглянула на ноги Хью и сразу поняла, что его ботинки давно промокли. Взяв мужчину за руку, она подтолкнула его ко входу в западное крыло замка.
— Побудьте здесь, я сейчас вернусь.
Она быстро взбежала по лестнице. По пути в свою комнату она заскочила к дедушке Томасу, чтобы захватить пару туфель и пару ботинок. Дедушка питал слабость к обуви. Его коллекция хранилась в десятке шкафов и сундуков: туфли из бархата и парчи, комнатные туфли, туфли с вышивкой, отделанные драгоценными камнями, и даже пара, сшитая из птичьего пера. В дорогу он обычно брал около сорока пар башмаков.
Пристрастие деда к обуви забавляло Ориел. Он будет сожалеть о старых туфлях, которые она взяла.
В своей комнате она достала шкатулку с драгоценностями и вынула оттуда дорогое ожерелье и несколько пуговиц из драгоценных камней. Сунув их в бархатную сумочку, она вернулась в галерею, где томился Хью. Убедившись, что они одни, она достала из-за пазухи туфли и ботинки.
Хью покраснел, но все-таки взял обувь трясущимися от холода руками и спрятал под плащом.
— Никто не будет ругаться, когда узнают о пропаже?
— Нет. Я скажу дедушке Томасу, что отдала их бедному крысолову и нищему.
Лицо Хью стало пунцовым.
— Вы очень добры, леди Ориел. Я… Если хотите, я могу жениться на вас.
— Ш-ш-ш. Не говорите об этом. Тетка Фейт может оказаться поблизости.
Они огляделись. Галерея по-прежнему была пуста. Ориел подошла к Хью вплотную и прошептала:
— У меня кое-что есть для вас. Но только обещайте, что никому не скажете, откуда это у вас.
Она открыла сумочку и высыпала на ладонь четыре рубиновые пуговицы в золотой оправе. Затем к ним добавилось ожерелье из чистого золота, усеянное жемчугом и бриллиантами. Хью, открыв рот от изумления, уставился на Ориел. Та положила драгоценности обратно в сумочку и сунула ее ему в руки. Он продолжал смотреть на нее широко открытыми глазами.
Ориел предупреждающе подняла палец.
— Они ваши, и, надеюсь, с их помощью вы поправите свое положение. Но обещайте уехать и не просить моей руки.
— Леди, вам не нужно подкупать меня. Я и так не стал бы настаивать.
— Знаю, но у меня десяток коробок и шкатулок, набитых подобными безделушками. Мне их оставил дедушка. Они мне не нужны: ваше нынешнее положение волнует меня куда больше. Примите этот маленький подарок хотя бы ради меня. Клянусь вам, я не смогу спать спокойно, если вы откажетесь.
Глаза Хью наполнились слезами.
— Хорошо. Если вам когда-нибудь потребуется моя помощь, я всегда сделаю для вас все, что в моих силах, дорогая Ориел.
— Спасибо. А теперь идите в свою комнату и просушите ноги. Всего вам хорошего, милорд.
Она поспешила из галереи в библиотеку дедушки Томаса, опасаясь, что Хью может передумать. По правде говоря, библиотека принадлежала владельцу дома — Джорджу, но ее двоюродный дедушка Томас жил со своей семьей в Ричмонд-Холле так долго и находился в этой комнате так часто, что она стала считаться его владением. Подходя к дверям библиотеки со стороны галереи, Ориел услышала, как Томас с кем-то спорил, и замедлила шаги, узнав голос Лесли.
То, что Лесли находился в замке, было необычно: он предпочитал большую часть времени проводить на юге страны, в Лондоне. Ему нравилось бывать при дворе, он также любил азартные игры и пирушки-то, чего не бывало здесь, в деревенской глуши. Самым большим его желанием было получить по милости королевы важный государственный пост, который дал бы ему возможность управлять имущественными делами королевства и компенсировать все минусы его положения младшего сына.
К удивлению Ориел, голос Лесли звучал раздраженно. Лесли — единственный среди Ричмондов-обладал острым умом, привлекательностью и умел сдерживать себя. Когда она оказалась в Ричмонд-Холле, он проявил к ней сочувствие и дружеское расположение. Ему было тогда тринадцать лет, ей-двенадцать. Он защищал ее от придирчивых нападок своих старших братьев — Джорджа и Роберта. Ориел сразу поняла, что он занимает привилегированное положение в Ричмонд-Холле. Тетка Ливия считала его чуть ли не гением, а над теткой Фейт он вообще мог измываться как угодно: никто не осмеливался сделать ему замечание. До Ориел донесся голос дедушки Томаса.
— Я могу сказать, что нет…
— Мне плевать, можешь ты сказать или не можешь. Ты сам был. Я же знаю эту историю.
— Наглый щенок! Убирайся отсюда, чтобы ноги твоей здесь больше не было!
Ориел взялась было за ручку приоткрытой двери, но дверь вдруг резко распахнулась, и из библиотеки выбежал Лесли. Он чуть не сбил Ориел, успев в последний момент поддержать ее, и, что-то пробормотав в извинение, устремился вниз по лестнице. Ориел смотрела, как он несется, перепрыгивая через ступени, — такой же высокий и стройный, как и она, с такой же, как у нее, темно-рыжей шапкой волос на голове. Повернувшись, она вошла в библиотеку.
— Дедушка?
Томас поднял на нее глаза. Он стоял за столом, на котором возвышалась груда книг. Впрочем книгами была забита вся комната.
— Дедушка, что случилось с Лесли?
— Ничего особенного. Ты же знаешь Лесли. Всегда у него в голове какая-нибудь сумасбродная очередная попытка сделаться богачом. Прошлой весной намекал, чтобы я финансировал его эксперименты в алхимии. Хотел получить золото.
— О нет. Думаю, после всех своих неудачных опытов он вряд ли захочет заниматься чем-то подобным.
Ориел подошла к столу и взяла одну из книг. Переплет книги потрескался, пряжка на нем проржавела.
— Откуда ты ее взял, дедушка?
— Эти книги из моего старого дома в Лондоне. Я распорядился привезти их сюда, опасаясь, что они там плохо хранятся, и, к сожалению, оказался прав.
— Я помогу тебе, — успокоила его Ориел. — Нужно составить список всех книг, аннотацию к каждой из них и пометить, в каком они состоянии. Ты не сможешь все сделать один.
— Ты хорошая девочка. — Томас потер переносицу. — Надо пойти подышать свежим воздухом. Я работаю с самого утра.
После того как слуга принес плащ и трость, Томас предложил Ориел пройтись вместе с ним.
— Я иду в церковь. Дорога сегодня скользкая из-за мокрого снега, дай мне свою руку, девочка.
Церковь располагалась неподалеку от Ричмонд-Холла на широкой лужайке. К ней вела вымощенная камнем дорога. Церковь была сложена из каменных плит кремового цвета около трехсот лет назад. Построенная предком Ричмондов по его возвращении из Франции, она была уменьшенной копией французских собкоров в Сен-Дени и Шартре.
Они вошли в церковь. Время вечерней службы еще не наступило, и алтарь, освещенный свечами, был пуст. Ориел никогда не пропускала вечернего богослужении, всегда любуясь заходящим солнцем, бросающим последние лучи в розу-круглое окно над главным входом в храм, и превращающим его внутреннее пространство в место причудливого сочетания света и тени. Красные, зеленые, голубые блики играли на рифленых сводах и мраморном полу церкви. В эти часы храм превращался в таинственное место, где божественное и человеческое сливались воедино.
— Пойдем, — сказал Томас. — Я хочу посмотреть надпись на моем будущем надгробии.
Внутри было по-прежнему безлюдно. Ориел зажгла факел от свечи в алтаре, и они двинулись вдоль южной стены храма. Наконец они подошли к винтовой лестнице, которая вела в подвал, где и размещался фамильный склеп. Толкнув массивную, обитую железом дверь, Ориел приподняла над головой факел. Пропустив вперед Томаса, она прошла вслед за ним. Склеп был таким же пустым, как и храм, и утопал во мраке. Томас кашлянул, и этот звук эхом отозвался в тишине.
— Раньше ты боялась спускаться сюда.
Ориел оглянулась вокруг. В свете факела она разглядела длинный ряд надгробий с изображениями лиц умерших, закругленные своды и массивные колонны.


— Я уже взрослая, и, кроме того, духи и привидения не появляются в дневное время.
— Верно.
Томас подошел к длинному мраморному ящику, рядом лежала рабочая одежда и инструменты для резки по камню. На крышке была выбита свежая надпись. Ориел поднесла факел и прочла по-латыни: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа…»
— Очень хорошая работа, дедушка. — Ориел перевела взгляд на мраморный бюст сэра Томаса.
— Да, — согласился дед. — Но запомни: твое лицо должно быть запечатлено, пока ты молода, чтобы потомки могли знать, как ты выглядела. Оригинал, с которого скульптор копировал этот бюст, изваяли, когда мне не было и тридцати. — Он дотронулся до кончика мраморного носа. Ориел было улыбнулась, но вновь посерьезнела, видя, как нахмурился дедушка Сэр Томас задумчиво разглядывал своего мраморного двойника.
— Ах, Ориел, дитя мое. Когда я покину этот мир, ты, возможно, осознаешь, сколько мудрости и смысла содержит надпись на моем надгробии. Мир, в котором мы живем, — очень опасное место.
— Я это запомню, дедушка.
— Не сомневаюсь в этом. — Сэр Томас, повернувшись, двинулся к выходу. — Я никогда не встречал девушки с такой острой памятью, как у тебя. Думаю, что ты могла бы выучить наизусть Библию — и по-латыни, и по-английски.
Она взяла его под руку, помогая подняться по винтовой лестнице.
— Дедушка, ты знаешь, что братья Роберт и Джордж вновь поссорились? Вчера вечером Роберт заявил, что все бандиты и грабители с большой дороги — это еретики, обирающие благочестивый католический народ. Джордж едва не разорвал ему камзол.
— Роберт смешон. Он никак не может смириться с тем, что вера его семьи изменилась. Упрямый, фанатичный молодой осел. Я уверен, что одна из причин, по которой он держит этого толстяка — переодетого католического священника — и отправляет мессу, — его желание досадить Джорджу. Роберт — ничтожество.
Ориел со вздохом кивнула.
— Если он не придержит свой язык, то привлечет внимание Ее Величества. Королева не стремится контролировать мысли своих подданных и не следит за тем, кто каких обрядов придерживается, если люди тихо молятся у себя дома. Но Роберт никогда ничего не делает тихо, а сейчас даже отказывается посещать официальную церковь.
— Если бы старый король Генрих был жив, — сказал Томас, — то торчать бы голове Роберта на лондонском мосту.
Оказавшись вновь в тепле библиотеки сэра Томаса, Ориел взяла бумагу и перо и принялась за составление каталога дедушкиных книг, в то время как он рассортировывал их. Увлеченная содержанием, она подолгу задерживала внимание на каждой книге. Она как раз читала поэтический сборник сэра Томаса Уайета, когда ее двоюродный дед, задремавший в тепле, проснулся, фыркнул и, поправив колпак, защищавший его лысую голову от холода, приподнялся на стуле. Он поднял книгу, которая выпала у него во время сна, и положил ее на стол, за которым работала Ориел.
— Я вспомнил кое о чем, — сказал он. — Твои тетки постоянно твердят Джорджу о твоем замужестве. Говорят, что это позор для семьи: тебе уже двадцать лет, а ты еще не замужем. Кстати, что ты ответила этому парню, Хью?
Ориел захлопнула книгу.
— Дедушка, его можно только пожалеть. Они его там, в Тауэре, чему-то учили, но он и не представляет, что такое охота, танцы или, к примеру, фехтование. Он чувствует себя неполноценным. Бедный Хью.
— Да, он тебе не пара, девочка. Тебе нужен мужчина, который бы не пасовал перед твоим умом и мог бы защитить тебя. Роберт прав. Дороги, сама знаешь, нынче опасны, кишат всяким сбродом. А если вспыхнет бунт? Наши соседи-католики могут использовать в качестве предлога приверженность королевы протестантизму. Нехорошо, что молодой Блэйд, э-э, Николас Фитцстивен обидел тебя. Я слышал, он может пронзить шпагой птицу на лету и, появляясь во дворце, вызывает вздохи у всех фрейлин королевы.
— Он неотесанный и грубый.
— Я думаю, девочка, ты должна понять причину его несдержанности. Если бы мой отец бил меня лишь за то, что я громко засмеялся, или за то, что в девять лет упал с пони, я тоже дерзил бы и угрожал такому отцу. Я слышал много лет назад, что Эндрю Фитцстивен едва не забил мальчика кнутом. Это было, когда он начал хлестать его мать, а мальчик за нее заступился.
— Знаю, знаю, знаю. — Ориел закрыла уши ладонями. — Прошу тебя, не говори об этом. Разговоры на эту тему вызывают во мне желание прокрасться в замок Фитцстивена и подмешать старому лорду яду в бокал.
— Тогда ты должна простить мальчика.
— У меня нет другого выбора, дедушка, но я до сих пор не могу забыть его слова.
Ориел поднялась, подошла к окну и, нагнувшись, разглядывала свое отражение в стекле.
— Он прав. Мое лицо похоже на мордочку куницы, нет — хорька. — Она показала язык своему отражению.
— А может быть, ежа?
Ориел с улыбкой обернулась к Томасу.
— Или дельфина.
— Белки.
— Богатой белки-сказала Ориел и, сев у окна, подперла подбородок руками. — Итак, начну-ка я готовиться к замужеству.
— И как можно быстрее, черт бы побрал этих теток.
— Тогда ты помоги мне. Подумай, кого бы ты хотел видеть моим мужем. Я тоже составлю список и выберу сама себе мужа.
— Право выбора принадлежит Джорджу как твоему опекуну
— Думаю, смогу перетянуть Джорджа на свою сторону. — Ориел встала, подошла к Томасу и шепнула ему на ухо:
— Но если он поддержит кандидатуру Ливии или Фейт, я убегу с тем, кого выберу.
— Если сможешь запомнить его имя, дитя мое. Только если запомнишь его имя.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223242526

Ваши комментарии
к роману Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен



Как для любовного романа - то не очень. Сюжет не увлекает.
Леди Дерзость - Робинсон СьюзенЛЕНА
29.07.2013, 20.59





Восхитительный роман мне очень понравился, советую всем
Леди Дерзость - Робинсон СьюзенЕвелин
11.12.2013, 19.37





Пафосный бред. Диалоги просто вынос мозга, герои такие высокопарные речи толкают, что местами ржала в голос. Французы, шпионы, кардинал, все настолько круто и бездарно. А герои какие-то совсем странные. Особенно мне приглянулись умные цитатки перед каждой главой, это, типа, для большей крутизны. Автор, молодца, томик изречений и афоризмов прочла, только лучше бы курс истории повторила.
Леди Дерзость - Робинсон Сьюзеннанель
25.12.2013, 2.09





Очень люблю Сьюзен Робинсон и её романы!Легко читаются и затягивают всё дальше и дальше.Невозможно оторваться.
Леди Дерзость - Робинсон СьюзенАурика
6.01.2014, 21.21





Героине не помешало бы иметь гордость.
Леди Дерзость - Робинсон СьюзенКэт
24.10.2014, 14.44








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100