Читать онлайн Больше чем скандал, автора - Робинс Сари, Раздел - Глава 38 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Больше чем скандал - Робинс Сари бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.14 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Больше чем скандал - Робинс Сари - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Больше чем скандал - Робинс Сари - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Сари

Больше чем скандал

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 38

Сидя на кровати Маркуса в домике для гостей, Кэтрин смотрела на белоснежные жемчужины, перекатывающиеся на ее ладони. Ожерелье ее мамы. Прекрасное и нежное, словно цепочка переливающихся слезинок.
Кэтрин обуревали сложные чувства. Она нуждалась в Маркусе и хотела, чтобы он помогей разобраться с непривычными ощущениями, которые возникли столь неожиданно и спутали все ее мысли.
«Где же Маркус?» В окно уже проникал холодный вечерний ветерок, принося с собой запах сосен. Приближалась ночь, и тьма вот-вот должна была поглотить дневной свет и притушить огни.
Вездесущий Тимми сообщил ей, что Маркус уехал вместе со своим давним знакомым, исполняющим обязанности королевского дознавателя, джентльменом по имени Дагвуд. Когда они садились в экипаж, то Дагвуд, как услышал Тимми, объяснил своим людям, что Маркус будет ему помогать. Последнее обстоятельство произвело на Кэтрин большое впечатление, но в то же время повергло ее в недоумение. Впрочем, неважно, чем занят Маркус, она будет просто молиться о том, чтобы он не покидал ее надолго.
Уже, наверное, в тысячный раз Кэтрин перевела взгляд от окна на поблескивающие светлые жемчужины. Она совершила почти немыслимый поступок, восстановила справедливость (хотя бы отчасти) и добыла средства для спасения брата. Однако все произошедшее казалось ей до странности недостойным. При воспоминании о грабеже во рту у нее появлялся горький привкус.
Конечно, безвыходное положение, в которое попал Джаред, просто вынудило ее вторгнуться в дом Каддихорнов. Хотя в глубине души Кэтрин признавалась самой себе, что она годами мечтала совершить нечто подобное, но ее сдерживал страх.
Так было до тех пор, пока не появился Маркус.
После его приезда серая жизнь девушки заиграла яркими красками. Теперь Кэтрин не желала больше прозябать под мрачным небом, печально пережидая очередной дождь. Ей хотелось сбросить туфли и пуститься в пляс под дождевыми струями, а потом увидеть радугу.
Маркус так отважно боролся с врагами Англии, что его пример вдохновил ее продолжить дело Вора с площади Робинсон и изменить свою судьбу. Именно несгибаемый дух Маркуса вел ее вперед! Прошлой ночью Кэтрин воспользовалась указаниями, которые нашла в дневнике Вора.
Однако Маркус совершал героические поступки, и благодаря ему торжествовало добро, а Кэтрин не смогла достичь ничего существенного, кроме возможности отдать долг Уинстонам. Кстати, весьма сомнительный долг. Все, чего ей удалось добиться, – просто поставить на ноги всю полицию и навлечь на свою голову серьезные неприятности.
Вспоминая события прошлой ночи, Кэтрин вновь и вновь приходила к выводу, что истинной причиной, побудившей ее ограбить Каддихорнов, было желание, которое она лелеяла все эти долгие десять лет, возвратить минувшее. Вернуть те дни, когда родители были живы, и Каддихорны еще не вторглись в их дом. Однако кража драгоценностей не оживила мать и отца. Кэтрин вновь обладала фамильными драгоценностями, но ее детство осталось поруганным. Правда, возможность по-настоящему досадить Каддихорнам доставила ей удовольствие… Но это удовольствие оказалось слишком мимолетным…
За сегодняшний день Кэтрин сделала много открытий, и некоторые из них были довольно обескураживающими. Она осознала, что жила в страхе и жаждала отмщения. В сущности, она даже не жила, а выживала: одна трудность, которую надо было преодолеть, сменялась другой. Кэтрин разрешала проблему за проблемой и ни разу не остановилась, чтобы полюбоваться красотой мира.
Джаред был прав: в двадцать два года Кэтрин превратилась в сварливую старую деву.
И только Маркус дал ей почувствовать себя свободной, счастливой и спокойной. Маркус даровал ей радость полета. Впервые за долгие годы она наслаждалась жизнью. Когда Маркус был рядом, солнце светило ярче и мир становился прекрасным. И так было даже до того, как они оказались в одной постели.
Кэтрин не жалела о том, что потеряла невинность. Наоборот. Этим утром в ней окончательно что-то изменилось. Наверное, исчезла скованность. Кэтрин чувствовала себя, словно птица, которую внезапно выпустили из клетки и позволили лететь куда угодно.
И освободил ее отнюдь не опыт, приобретенный в постели. Пробудились самые глубины ее существа, доселе скрытые от всех. Теперь она без остатка принадлежала Маркусу, а он стал ее частью. И вместе они пережили… волшебные мгновения. Кэтрин никогда раньше не испытывала ничего подобного. А Маркус?
– Кэт. – В дверях стоял Маркус, такой неотразимый в своей пурпурно-золотой форме, что у нее перехватило дыхание.
– Маркус, я так рада, что ты вернулся! – Отложив ожерелье, Кэт вскочила с постели и бросилась к молодому человеку. Но, заметив необычное выражение его лица, она замедлила шаги. – Что-нибудь случилось?
Маркус замер в дверях. Потом он медленно снял кивер, и белые перья плюмажа тихонько заколебались под его рукой, напомнив Кэт о другом перышке, которое она оставила под подушкой леди Фредерики. Девушка покачала головой, поражаясь своему безрассудству. Ведь она могла расстаться с жизнью, и тогда Маркус был бы для нее безвозвратно потерян!
С молодым человеком явно происходило что-то странное. Его лицо заливал румянец, а в лазурных глазах мелькало виноватое выражение. Он смотрел на Кэт так пристально, будто увидел ее впервые. Ей даже захотелось сказать: «Это я! Ты что, забыл?» Но она придержала язык и стала ждать, пока Маркус заговорит первым.
Маркус положил кивер на комод и снял перчатки. Затем подошел к Кэт и, взяв за руку, усадил на кровать. Его прикосновения по-прежнему были ласковыми, однако манера держаться изменилась. Красивое лицо стало серьезным, движения – очень медленными. Он притянул Кэт к себе, и матрас скрипнул под их тяжестью.
– Нам нужно поговорить, – мрачно произнес он.
Внутри у Кэтрин все замерло от страха, но она продолжала всматриваться в дорогое лицо, пытаясь понять, что же произошло. Сияющие глаза Маркуса выражали озабоченность, а его чувственные губы были сурово сжаты. Он выглядел таким опечаленным, и виной тому, кажется, была сама Кэтрин. Она догадалась об этом по устремленному на нее взгляду: в нем сквозила боль.
Заметив на покрывале ожерелье, Маркус растерянно спросил:
– Что это?
– Жемчуга моей матери.
Лицо Маркуса исказилось от страдания, и он покачал головой:
– Я был слеп и ничего не понимал. Я мальчишка, Кэт, самовлюбленный негодяй. Я никогда…
– Перестань поносить человека, которого я люблю! – перебила Кэтрин, сжав его руку.
– Мне ни разу даже в голову не пришло поинтересоваться, откуда ты… – он поперхнулся и широко раскрыл глаза. На его лице была изображена такая растерянность, что Кэт едва не заплакала. – Что ты сказала?
– Никто не смеет бранить человека, которого я люблю. Даже ты.
– Ты меня любишь? – Маркус замялся. – Это правда?
– Да, люблю. Ты – мой ветер.
Губы Маркуса дрогнули:
– Твой ветер?
– Ну да. С тобой я становлюсь свободной и могу летать.
Брови Маркуса сошлись на переносице. Это была совсем не та реакция, которую она ожидала! И хотя для такого многоопытного человека ее признание, наверное, слишком сентиментально, но оно вырвалось из самого сердца.
– Любовь для меня – больше чем страсть, Кэт, – ласково проговорил он. – Любовь… это намного серьезней. Это верность… Взаимопонимание… Доверие… То, чего не хватает в наших с тобой отношениях.
Кэтрин вздрогнула, ее парализовал внезапный страх. Маркус решил с ней расстаться. Он не хочет причинять ей боль своими словами, но намекает, что пора проститься. Ее сердце разрывалось. Конечно, зачем Маркусу оставаться в Лондоне, раз его миссия окончена?
Она вспомнила, как долго он сдерживал себя, боясь лишить ее невинности и оставить беременной. Он однозначно дал понять, что не желает себя связывать. Было бы глупо ожидать большего. Ведь она так восхищалась его свободолюбием. Разве она могла лишить его этой свободы?
И все-таки ей хотелось именно этого. Остаться с ним, чтобы ее жизнь никогда больше не была такой бесцветной. Может быть, она уедет вместе с Маркусом? Ведь он, кажется, увлечен ею. И хотя сердце подсказывает ей, что она любит его сильнее, чем он ее, однако Маркус так ей дорог, что, может быть, ее любви хватит на них двоих?
Но тогда ей придется оставить Андерсен-холл… Впрочем, это избавило бы ее от угрозы преследования со стороны властей. Они бы до нее не добрались. А Джаред… Джаред пока побудет с миссис Нейгел. Совсем недолго… Или они могут взять его с собой…
– Я могла бы поехать с тобой, – пробормотала Кэт, избегая взгляда Маркуса.
– На войну? – изумленно переспросил Маркус. – Ты решилась бы на такое?
Заглянув в его блестящие голубые глаза, она попыталась объяснить:
– Я устала жить, как испуганная мышка, Маркус…
Он сжал ее руку.
– Милая…
– Нет, дай мне договорить.
Маркус закусил губу и кивнул.
– Тебе необходимо кое-что узнать. Я совершила ужасный поступок.
– Я знаю.
– Ты знаешь? – еле слышно повторила Кэтрин.
Он кивнул:
– Я был сегодня в доме Каддихорнов.
Сердце в ее груди подпрыгнуло.
– Я знаю, что ты сделала и почему, и не могу тебя осуждать за это. – Он покачал головой. – Я поражен, но я не вправе судить тебя.
Куда девались ее энергия и самоуверенность?
Кэт стыдливо прикусила губу.
– И ты на меня не сердишься?
– Нет. – Маркус поежился. – Я зол, но не на тебя, – его голос стал жестким, на щеках заходили желваки, а в глазах загорелась ярость. – Я довершу начатое тобой дело и отомщу всем Каддихорнам, всем до единого.
Его свирепый вид сейчас мог бы напугать кого угодно.
– Более того, – добавил Маркус, – я уже сделал так, чтобы сэр Джон Уинстон и его сын больше никогда не побеспокоили вас с Джаредом.
Кэтрин прикрыла рот ладошкой, а потом спросила:
– Как тебе это удалось?
– Дело в том, что Томас Уинстон страдает болезненной забывчивостью, а я просто немного освежил его память. После чего он внезапно вспомнил, что часы сэра Джона Уинстона на самом деле находятся у его камердинера, и пообещал аннулировать долг Джареда.
– Боже, какой ты замечательный, – выдохнула она. После возвращения Кэтрин прошло всего несколько часов, а Маркус уже знает все ее тайны. И главное, он ими абсолютно не шокирован.
Маркус улыбнулся в ответ.
– Ты тоже замечательная, моя очаровательная взломщица. Власти и понятия не имеют, кто совершил кражу, и я постараюсь устроить так, чтобы они этого никогда не узнали. – Он поцеловал Кэт в макушку, и девушку захлестнула волна горячей нежности к нему, такому дорогому, единственному.
Каждой частичкой своего существа Кэт ощущала, что Маркус всегда будет оберегать и защищать ее.
– Мне тоже нужно сообщить тебе нечто важное, – он ласково погладил ее по руке. – Я никогда и никому об этом не рассказывал, но мне бы не хотелось, чтобы у нас остались хоть какие-то секреты друг от друга.
Кэт смотрела на него, затаив дыхание.
– Вор с площади Робинсон – это я. Ну или, по крайней мере, я – первый человек, назвавшийся этим именем.
Рот Кэтрин непроизвольно открылся.
– Чтобы скрыть эту тайну, я отправился в армию. Точнее, меня отослали в армию. Этим делом занимался Гиллис. По поручению моего отца. – Маркус поморщился. – Против меня не имелось никаких улик, но это не приняли во внимание. Гиллис встретился с Дагвудом.
Потрясенная Кэтрин попыталась осмыслить услышанное.
– С королевским дознавателем?
– Тогда он еще не занимал эту должность.
– О Боже мой! – Кэт еле сдерживала охватившее ее возбуждение. – Сегодня он приходил, чтобы арестовать тебя! Он считает, что это ты ограбил Каддихорнов! – Она чуть ли не плакала. – Я немедленно дам показания и во всем сознаюсь! Это моя вина, Маркус! И я не допущу, чтобы тебя повесили!
– Успокойся, Кэт, – Маркус обнял ее за плечи и притянул к себе. – Никто не будет повешен, и я в том числе.
Кэтрин дрожала от ужаса.
– Что я наделала… Что я наделала?
– Ты решилась на глупейший поступок – совершила ограбление, вот что ты сделала. Но я клянусь, что ни одна живая душа об этом никогда не узнает.
– А как же ты? – закричала она.
– Дагвуду известно, что это не моих рук дело. Меня ведь тогда не было в Лондоне, помнишь? А ворошить мое прошлое он не станет.
Плечи Кэтрин дрогнули, она ощутила облегчение и немного расслабилась.
– Тогда все хорошо. Благодарение небу.
– Но ты должна мне обо всем рассказать, Кэт. Я умираю от любопытства.
Эта просьба сильно смутила ее. Она искоса взглянула на Маркуса, не понимая, шутит он или нет.
– Пожалуйста, – повторил он, – расскажи мне, как ты ограбила Каддихорнов.
Кэтрин пожала плечами:
– Ну, я просто следовала твоим советам. Книга, то есть твой дневник, он потрясающий.
Маркус самодовольно ухмыльнулся.
– Откуда ты узнал про эти особые узлы? Ну, про те, когда веревка, разматываясь, скользит свободно, но при этом надежно закреплена? – Кэт подняла руку и жестами показала, что она имеет в виду.
Маркус понимающе кивнул:
– Этому меня научил отец.
Кэтрин широко раскрыла глаза, неожиданно она поняла, из-за чего поругались Маркус и директор Данн.
– Гиллис уладил все проблемы с Дагвудом, хотя ты возражал против этого! Ведь это он, а не ты был его клиентом. Боже! Отец не посчитался с твоим мнением, да? Так вот почему ты так на него рассердился!
Маркус перестал улыбаться.
– Я уже давно злился на него совершенно по иному поводу, Кэт. Злился очень долго, а это просто стало последней каплей.
– Не могу поверить, что директор Данн мог выдать твою тайну, – пробормотала она, кусая губы. – Это ужасно!
– Вовсе не так ужасно, как кажется.
Кэт с изумлением посмотрела на него:
– Ты защищаешь отца?
– Теперь я начал понимать, почему он так поступил. Он хотел, чтобы я навсегда перестал заниматься воровством. Он лишил меня всех возможностей, но, с другой стороны, он спас меня от судебного преследования. И я отправился на войну. Это было мудрое решение.
– И он с самого начала знал, чем ты занимаешься?
– Нет, конечно нет. Он нашел мой дневник, когда в Андерсен-холл начали поступать анонимные пожертвования. И несмотря ни на что, я уверен: отец отдал должное тому причудливому способу, которым я перераспределял богатства между состоятельными подонками и незаслуженно обделенными людьми. Ведь, если ты заметила, моими жертвами становились исключительно отъявленные скупердяи. Впрочем, у моего отца всегда были своеобразные понятия о правосудии.
– Но представители власти…
– Отец знал о Дагвуде нечто такое, что им, в конце концов, пришлось прийти к взаимовыгодному соглашению.
– Неужели добродетельный Урия Данн мог кого-то шантажировать? – Открытия следовали одно за другим! Потрясенная до глубины души, Кэт покачала головой. – Так вот почему, когда ты уехал в армию, Вор с площади Робинсон исчез.
– Ну да. И не появлялся до прошлой ночи.
– Поразительно! – она снова покачала головой. – Но я не могу понять, зачем директор Данн распорядился, чтобы в кладовке навели порядок. Ведь он знал, что там спрятан дневник. – Кэтрин прижала ладонь к глазам, вспоминая. – Дневник был спрятан в тайнике, однако доски, которыми он был заколочен, так сильно прогнили, что я случайно… – девушка отчетливо вспомнила все подробности того дня. – Но мне никак не удавалось сообщить ему о своей находке.
– Он хотел вернуть его мне. – Маркус стиснул кулаки. На его лице отразилось смятение. – Он хотел извиниться… Нет, в это невозможно поверить… Это я должен был просить у него прощения. – Борясь со слезами, он опустил голову. – Если бы я только попытался понять… Если бы он только знал… Я так и не успел сказать отцу… как я любил его.
– Он знал, что ты любишь его, Маркус. – Кэт сжала его руку. – Он всегда был в этом уверен. – Она осторожно поцеловала Маркуса в щеку и прижалась головой к его плечу. – Тебе не нужно было ничего ему говорить, он и так все знал.
– Когда дело касается чувств, мне обычно не хватает… умения их выразить, – сокрушенно вздохнул Маркус, вытирая глаза.
– Да, любовь похожа на ветер, – вспомнила Кэт свои слова.
Маркус ухмыльнулся, а потом рассмеялся так громко, что его раскатистый смех эхом отозвался в душе Кэтрин.
Покачав головой, он заявил:
– Ну и рассмешила же ты меня, Кэт Миллер! Ты сняла тяжесть с моего сердца, которое едва не почернело от горя.
– А говорил, что ты не умеешь выражать свои чувства. Да ты настоящий поэт! – поддразнила его Кэтрин.
– Я становлюсь поэтом, когда ты рядом. – Его лучистый взгляд встретился с глазами Кэтрин, искренними, полными нежности. – Я люблю тебя, Кэт.
– Я тоже люблю тебя, Маркус, – радостно улыбнулась она.
Девушка чувствовала себя так хорошо, что ей казалось, она вот-вот взлетит. Потянувшись к Маркусу, Кэтрин положила руки ему на плечи и прижалась к его груди.
– Ты прекрасно понимаешь – придется сообщить всем, что ты – Коулридж. Мы должны назвать твое настоящее имя, иначе наше брачное свидетельство не будет действительным. – Он немного отстранился, пристально глядя ей в глаза. – Ведь ты выйдешь за меня замуж, не так ли?
Кэтрин прислушалась к себе: не вернутся ли вдруг её прежние страхи?
– Знаешь, мне кажется, что все мои поступки за последние десять лет были, так или иначе, продиктованы боязнью и ненавистью к Каддихорнам. Даже решение никогда не выходить замуж. Но я больше ничего не боюсь, Маркус, – удивленно, но с сияющей улыбкой проговорила она. – Да, я выйду за тебя замуж! Это будет для меня самым большим счастьем!
Их губы слились в нежном, но пылком поцелуе, и Кэт показалось, что она сейчас растает в объятиях Маркуса. Все было так прекрасно, так потрясающе правильно, что ее сердце пело.
Внезапно девушка отодвинулась и воскликнула:
– Но ведь если мы поженимся, Дики Каддихорн не сможет претендовать на опекунство!
– Уверяю тебя, что из тюремной камеры ему будет очень трудно добраться не то что до тебя и твоего брага, а вообще до кого бы то ни было.
– Он действительно получит по заслугам, ты в этом уверен?
– О, могу поспорить на что угодно, милая.
Кэт закусила губу.
– Как ты думаешь, Джаред сможет с нами поехать?
Покрывая ее подбородок легкими поцелуями, он пробормотал:
– Куда?
– На Пиренейский полуостров.
Маркус распрямился.
– Я не собираюсь возвращаться в армию, Кэт, и намерен передать офицерский патент своему другу Люку Хейзу.
– Но война, все твои усилия…
– Семи лет вполне достаточно, Кэт. Я больше не могу бороться с предателями. Я устал от обманов и лжи. Я исполнил свой воинский долг, и никто не сможет меня упрекнуть в нерадивом отношении. – Наклонившись, он поцеловал ее волосы. – Мне надоело постоянно куда-то убегать. Я хочу жить дома.
– Но ты всегда ненавидел Андерсен-холл…
– Дом – это не четыре стены. Дом – здесь. – Он положил руку на грудь Кэтрин, туда, где билось ее сердце. – Вот мой дом. Мой и твой. – Маркус посмотрел в ее глаза, светившиеся безграничной любовью. – Отец однажды сказал мне, что когда-нибудь я пойму, как много значит семья. И он был прав. Твои чувства к Джареду, детям, твоим друзьям… они прекрасны, и я тоже хочу… войти в твою семью. И остаться здесь, с тобой.
На глаза Кэт навернулись слезы, и в горле возник горький ком.
– Я люблю тебя, Маркус, и я так рада, что ты мой.
– Поверь, меня это радует куда больше, – пробормотал он. – А как насчет еще одного поцелуя?
– Только одного?
Они начали быстро снимать друг с друга одежду. «Это женщина, которую я люблю», – восхищенно подумал Маркус, лаская ее нежные груди.
– Ты создана для меня, – проговорил он, покрывая поцелуями ее шею и ощущая нежный аромат апельсина, перемешанный с запахом страсти. – Бог сотворил тебя мне на радость.
– А тебя – на радость мне, – выдохнула она и раздвинула ноги, приглашая его в себя. – Пожалуйста, возьми меня, Маркус. Я хочу, чтобы ты вошел в меня.
Никаких других слов больше не понадобилось. Вонзившись вглубь ее плотного горячего лона, он едва не задохнулся от исступленного восторга.
– Такое влажное, – простонал он, – такое теплое и только для меня.
Лаская плечи Маркуса, Кэтрин прижимала его к себе все крепче, стараясь передать ему всю свою любовь.
– Так чудесно ощущать тебя, Маркус. Ничто… ничто не сравнится…
Маркус медленно отстранился.
– Даже лазание по крышам? – поддразнил он девушку. Ее соблазнительные губы сложились в лукавую улыбку.
– Это очень похоже… И все же… куда лучше.
Он сделал новый рывок и еще глубже вошел в ее лоно.
– Лучше, говоришь?
Она едва не задохнулась, и ее глаза расширились.
– Боже Всемогущий!
Вновь отстранившись, он прошептал:
– Повторим?
– Маркус! – Это были и приказ, и мольба, и просьба о пощаде.
Улыбаясь, он вновь и вновь входил в нее, с наслаждением впиваясь в ее губы. Ни одна женщина не казалась ему такой желанной, как Кэт. Она была предназначена именно для него.
Кэт обхватила его лицо ладонями и, застонав, с такой страстью прижалась к его губам, что его дыхание прервалось. Ее лоно напряглось, дыхание участилось, тело выгнулось дугой. Ритм его движений все ускорялся и ускорялся, и вот Маркус, возблагодарив небеса, устремился в полет – вместе с женщиной, которую любил.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Больше чем скандал - Робинс Сари



Увлекательный роман конец немного скомкан но читать можно.
Больше чем скандал - Робинс СариНаталюша
27.04.2014, 21.33





Ой, девочки. Снавала прочла "Незнакомку под вуалью" . Роман мне тек понравился, что я решила прочесть еще что-нрбудь этого же автора, но роман меня разочаровал. Слабо.
Больше чем скандал - Робинс Саригалина
20.02.2015, 1.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100