Читать онлайн Сладостная горечь, автора - Робинс Дениз, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.74 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сладостная горечь - Робинс Дениз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сладостная горечь - Робинс Дениз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Дениз

Сладостная горечь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

– Я рада, дорогая мама, что Майк сам представился, но я не хотела говорить вам до нашей встречи, – объяснила Венеция.
– Моя дорогая девочка, пожалуйста, не извиняйся, – сказала леди Селлингэм. – Разумеется, немного удивилась, но ты знаешь, что я рада за тебя. Никто не желает тебе счастья больше, чем я.
– Да благословит вас Бог! Я рада, что вы говорили с моим Майком. Вам понравился его голос?
. – Он звучит великолепно, дорогая. Этот молодой человек, с которым ты познакомилась на охотничьем балу?
– Да.
Леди Селлингэм немного помолчала, затем продолжала:
– Знаешь, нам нужно о многом поговорить, дорогая… может быть, ты навестишь меня?
– С большим удовольствием. Вы не возражаете, если я заскочу в пятницу, а не сегодня? Я бы приехала и сегодня, но Майк загорелся вывезти меня в Сассекс. Ему хочется показать мне свое имение, которое должно стать моим домом.
– Конечно, конечно, дорогая, – немедленно согласилась леди Селлингэм. – Я ничего не имею против. Сейчас солнце уже зашло, и у меня полно работы в саду.
Венеция положила трубку. Затем, повинуясь безотчетному порыву, перед тем, как идти к Майку, позвонила Герману.
– Я просто хотела знать, что ты думаешь о Майке, – сказала она.
Последовала небольшая пауза, потом Герман ответил:
– Исключительно красивый молодой человек.
– Он тебе понравился?
– Венеция, милая, ты не вправе задавать столь интимный вопрос по телефону. Венеция побелела.
– О, Герман, тебе не понравился Майк?
– Венеция, дитя мое, я его совершенно не знаю. Я не могу так быстро составлять мнение о людях. Это несправедливо, ведь первое впечатление самое обманчивое. Но если ты хочешь знать, подходит он тебе или нет, я откровенно скажу: он – ненастоящий друг.
Венеции все стало ясно. Она совсем поникла.
– По-твоему, я совершаю ошибку?
– Ничего подобного я не говорил. Дело в том, что у вас разные темпераменты. В физическом плане ты очень его любишь. Вас сильно влечет друг к другу. Такого рода вещи хороши для любовного романа, но не всегда годятся для супружеской жизни.
– Послушай, Герман, – теперь лицо Венеции залила краска, – какое это имеет значение, что он любит охоту, а я музыку, или что он не любит читать, а я люблю? Между нами очень много общего.
– Я так не думаю, но если ты утверждаешь… я принимаю это.
– Много общего, – повторила она, убеждая больше себя.
– Моя дорогая Венеция… ты слишком любишь его. Если он по настоящему тебя любит… возможно, эти различия и не важны. Как я уже сказал, я его не знаю, чтобы судить о нем. С виду это милый молодой человек, весьма увлеченный тобою.
– Видишь ли, деньги здесь ни при чем… он женился бы на мне, даже если бы я завтра потеряла все! – воскликнула Венеция.
– Ничуть не сомневаюсь в этом. Он не имел бы права даже прикасаться к твоей руке, не будь это так.
– Мы настолько любим друг друга, что разность наших интересов не имеет значения.
– В таком случае то, что я говорю или думаю, не должно сбивать тебя с толку.
– Ничто и не собьет, но, Герман, я очень хочу, чтобы ты полюбил его.
– Если он сделает тебя счастливой, я полюблю его.
– Ты замечательный друг, – сдавленно сказала она.
– А твой молодой друг полюбит старого Германа? – насмешливо спросил музыкант.
– Конечно.
Она вспомнила, как Майк отозвался о Германе – «симпатичный старичок». Внезапно ей захотелось плакать. Она сказала себе, что люди вроде ее свекрови и Германа Вайсманна не могут сразу принять Майка… полностью понять его и оценить по достоинству. Ничего… скоро он завоюет их доверие.
– Алло, алло? Ты слушаешь, моя дорогая? – спросил Герман.
– Да, но мне пора идти. Меня ждет Майк. Я просто хотела получить от тебя… благословение.
– Ты получила его, но, пожалуйста, дай мне время узнать Майка получше. И помни, что он совершенно не похож на Джефри.
– И поэтому ты считаешь меня неразумной? Герман, долго молчал, потом в трубке снова раздался, его голос:
– Страстная любовь часто оказывается безрассудной. Умоляю, не спеши с женитьбой. Хорошенько все обдумай.
– Я уже все обдумала, – ответила она. Положив трубку, она, тем не менее, в глубине души ощутила беспокойство, поняв, что Герман не считает ее выбор правильным. Как бы там ни было, наталкиваясь на каждое новое препятствие, она чувствовала еще более сильную нежность к Майку и тем решительнее хотела доказать своим критикам, что не правы-то они, что она и Майк поступили правильно, решив соединить свои судьбы.
* * *
По дороге в Льис она забыла о Германе. После летнего дождя предместье благоухало и искрилось. Майк чувствовал себя прекрасно, и она была очень счастлива. Венеция коснулась рукой его колена, и он накрыл ее своей ладонью. Как это хорошо – любить…
Он без умолку говорил о планах на будущее, Венеции не терпелось поскорее увидеть дом, где она будет скоро жить. И она не была разочарована, несмотря на то, что Майк предупредил, что дом стал ветхим и нуждается в ремонте, в особенности интерьер, который не обновлялся с тех пор, когда была еще жива его мать. Во многих местах краска отслоилась, а обои выцвели. Обжитыми были только две комнаты, где Майк останавливался на уик-энд.
– О, он божествен! – Венеция была не в силах скрыть своего восторга, когда увидела особняк в Бернт-Эш.
Майк не без оснований гордился своим домом. Построенный еще при королеве Анне, дом удобно расположился у подножья холмов, защищавших его от ветра. В этот теплый июньский день он манил своей красивой кладкой, резной крышей и величественным белым крыльцом, увитым фиолетовым ломоносом и желтыми розами. Рядом с домом находился огороженный сад, в котором шпалеры персиковых деревьев упирались ветвями в розовую стену. К главному входу вела ухоженная дорожка, окаймленная по обе стороны распустившимися белыми каштанами. Местной достопримечательностью являлся раскидистый кедр – великолепное старое дерево, укрывавшее своей темной шелковистой тенью желтоватую траву, выжженную полуденным солнцем. Сегодня впервые за много недель прошел дождь. Венеции понравилась уединенность имения: до деревни Бернт-Эш было две мили, а до Льюиса пять.
– Трудно представить себе более обворожительное место, – с замиранием сердца произнесла Венеция.
Лужайки были тщательно подстрижены, и клумбы более или менее ухожены, хотя предстояло повозиться с большим цветочным бордюром, и Венеция пожалела, что с ней нет рядом свекрови, прекрасно разбиравшейся в такого рода вещах. Как бы ей здесь понравилось!
Поодаль стоял небольшой домик, который занимал конюх, исполнявший обязанности смотрителя усадьбы в то время, когда хозяин уезжал в город, и присматривающий за его гунтером.
– А теперь пройдем в конюшню, – нетерпеливо сказал Майк, беря ее под руку и подводя к кованым воротам за домом. – Ты непременно должна познакомиться с Красным Принцем.
– Сначала на конюшню, а потом в дом? – засмеялась Венеция.
Он расхохотался и спросил:
– Тогда начнем с твоей епархии? Я не хочу быть эгоистом.
– Дорогой, делай, как хочешь, – со смехом ответила она.
Все-таки они отправились осматривать конюшню в сопровождение Беннетта, невысокого роста мужчины, по всей видимости, бывшего жокея, который произвел на Венецию благоприятное впечатление. Он приветствовал ее, поднеся руку к клетчатой кепке, и поверг в изумление, назвав «Миледи».
Майк впоследствии объяснил ей, что Беннетт прежде состоял на службе у титулованных особ и не желал отказываться от приобретенных привычек.
Конюшня, в которой находилась лошадь Майка, как отметила Венеция, содержалась в хорошем состоянии, и, очевидно, денег на нее не жалели. Красный Принц, действительно, был под стать своему имени – истинно королевское животное. Венеция ничего не понимала в лошадях, но она знала, что те, кто в них разбирается, любят их безмерно. Она погладила бархатистый нос животного, слушая восторженную речь Майка о достоинствах своего любимца.
– Ты знаешь, я вешу около четырнадцати стоунов. Так вот. Красный Принц немногим больше. Взгляни на эту благородную голову, дорогая… а что за грудь… чудо! Спина у него не очень длинная… в самый раз. Взгляни, какие ноги! Ты только взгляни!
Венеция совершенно не разбиралась в этом, но она с самым серьезным видом пыталась понять и все по достоинству оценить.
Красный Принц ткнулся мордой ей в руку, затем, моргнув, уставился светлыми, подернутыми влагой глазами на хозяина, тряхнул гривой и тихо заржал.
– Какой красивый… Мейбл будет от него в восторге, – сказала Венеция.
– Мейбл мы чего-нибудь купим, – небрежно заметил Майк. – Что-нибудь поменьше. Такого крупного, как Красный Принц, она не захочет.
– Прикажите седлать его, сэр, – спросил Беннетт. – Ее светлость увидит вас в седле.
– Ужасно хочется увидеть тебя верхом, – сказала Венеция.
Майк утер лицо и шею шелковым платком. После сильного дождя от земли шел пар. Ему было жарко, и, глядя на конюха, он покачал головой.
– Не сейчас. Да, послушай, Беннетт, Принц разжирел. Что за живот! Давай ему поменьше овса и почаще выезжай. Не будь ленивым поросенком.
Беннетт прикоснулся к кепке и усмехнулся.
– Слушаюсь, сэр.
– А теперь в дом, – живо сказала Венеция. Когда они миновали фруктовый сад и снова вышли на лужайку перед домом, Майк сказал:
– По правде говоря, я не вижу причин, почему бы тебе не научиться ездить верхом. В амазонке и шляпе ты была бы неотразима… то, что надо.
Она хотела было сказать, что «слишком стара», но вовремя опомнилась.
– Честно говоря, я не думаю, что мне это понравится. У меня плохое чувство равновесия. Даже в детстве я не могла кататься на велосипеде и все время с него падала, – рассмеялась она. – Тебе придется довольствоваться падчерицей.
При слове «падчерица» Майк помрачнел.
Он провел рукой по курчавым волосам. Они были влажными и блестели на солнце. «Он исключительно красив и жизнь бьет в нем ключом», подумала она. Впрочем, рассуждать так, значит совершать предательство по отношению к мертвым. В тридцать она была женой Джефри, любящей и любимой. Как можно об этом сожалеть!
Осматривая дом, Венеция убедилась, что будет тут совершенно счастлива. Она решила, что не будет приглашать сюда служанку до тех пор, пока не наведет порядок. Перестраивать придется не так уж много, и для этого идеально подойдет Джек Фуллер, архитектор и большой друг Джефри. Она принялась говорить Майку, что уберет вот эту стену, а эту комнату расширит, поставит современную кухонную плиту взамен устаревшей и, конечно, модернизирует систему подачи горячей воды. Нужно будет обязательно провести центральное отопление, без этого она просто не сможет здесь жить.
– Ты имеешь полное право, находиться в тепле, мадам мерзлячка, – сказал он, сжимая ее руку. Она не была уверена, что он внимательно ее слушает, хотя и полностью соглашается с тем, что она говорит. Никто из них не затрагивал вопрос о стоимости, а также то, что по счетам придется платить ей.
Она была очарована длинной общей комнатой с тремя окнами, выходящими на широкую лужайку с темным, навевающим спокойствие кедром. А эта немного странная и тесная комната в глубине дома очень даже подойдет для кабинета Майка. Из нее открывается замечательный вид на зеленые пологие холмы. Ну, а столовая выше всяких похвал. И эти альковы – самое подходящее место для ее китайского фарфора. Наверху оказалось много спален, и одна особенно ей понравилась – та, откуда были видны крыши деревни со старой церковью с прямоугольной серой башней.
– Как красиво, Майк! – произнесла она взволнованно, когда они стояли у окна.
– Это была комната моих родителей. В ней младенец Майк открыл свои голубые глазенки и заорал во все горло, что он успешно делает и по сей день, – громко засмеялся он.
Венеция, исполненная к нему нежности, не знала, как ей быть. Она чувствовала себя одновременно и матерью, и женой.
– О! – сказала она, прижимаясь к нему. – Должно быть, ты был ужасным ребенком, но я все равно очень люблю тебя!
– Я страшно рад, что тебе понравился мой старый дом, – выдохнул он, обнимая Венецию. – Я все боялся, что он приведет тебя в уныние.
– Как раз наоборот. Здесь очень мило. В доме много света. Нам будет хорошо здесь. Он отпустил ее и вытащил сигарету.
– С твоим вкусом ты сделаешь из него конфетку. Можешь выбрасывать все, что тебе не нравится.
Венеция очень обрадовалась словам Майка. Большая часть мебели была совершенно безобразна. Ковры и занавески давно износились. Очевидно, мать Майка не отличалась большим вкусом, но Венеция никогда бы не осмелилась высказать это вслух. Как хорошо, что Майк заговорил первым.
Бедная мама плохо разбиралась в таких вещах, а папе было на все наплевать, кроме охоты… как и мне.
Венеции стало жаль Майка. Да и не удивительно, что он не похож на Джефри. Ну, что ж, она займется его воспитанием.
Майк облегчил ей задачу, когда беззаботно разрешил выбросить весь «хлам», который ей не по душе.
– Если ты, дорогой, не возражаешь, многое можно выставить в аукционный зал, – сказала она.
– Поступай, как знаешь.
– А тебе, будет интересно, чем я стану заниматься?
Его веселые голубые глаза тепло улыбнулись ей. – Ну конечно, милая.
Как с ним легко, подумала она, и как хорошо им заживется вместе! Он такой уступчивый, и они совсем не будут ругаться. С Джефри, каким бы милым и любезным он ни был, приходилось вести себя осмотрительно, поскольку тот отличался исключительной неуступчивостью. Майку, слава Богу, до мелочей нет дела. Сожалеет ли она, об этом в данный момент? Нет, потому что безумно влюблена. Очень многое надо обсудить с матерью Джефри, но это вряд ли тактично. К сожалению, теперь она будет играть менее активную роль в ее жизни. Бывшая свекровь не очень-то вписывалась в ее новую жизнь.
– Знаешь, – сказал Майк, – нам не следует здесь особенно задерживаться. Вечером я встречаюсь с одним парнем с фондовой биржи. Мы с Тони познакомились с ним в клубе.
Прежде чем спуститься вниз, Венеция заглянула в небольшую комнату в конце коридора.
– А вот идеальная комната для Мейбл.
– Когда она будет у нас на каникулах?
– Да.
– Я полагаю, что временами она будет останавливаться у бабушки, разве не так?
– Да, конечно, – ответила Венеция. Ее ответ удовлетворяет Майка. Венеция подошла к нему, испытующе посмотрела на него и произнесла:
– Дорогой, иногда мне кажется, ты очень ревнуешь меня к моей дочери.
Он взял ее руку и поднес к своей щеке.
– Я ревную тебя ко всем в мире, кто хотя бы на время отнимает тебя у меня.
На миг чувство страсти воспламенило их, и они слились в долгом поцелуе. Венеция, бледная и трясущаяся, ничего подобного не ощущала прежде. Знать, что тебя любят так же сильно – какое восхитительное, опьяняющее чувство. Память о Мейбл отступила на второй план. Полная гармония царила между ними на обратной дороге в Лондон. Только когда они достигли города и она собралась выйти из машины у своего дома, эта идиллия была несколько омрачена. Майк, смущаясь, посмотрел на нее и сказал:
– Знаешь, дорогая, этому твоему архитектору… и за всю эту перестройку придется выложить чертовски много денег.
– Пожалуй, что да, Майк. Он потянул себя за мочку уха, старательно избегая ее взгляда.
– Дорогая, противно говорить это, но тебе известно мое положение. У меня туго с деньгами. Настала ее очередь смущаться. Она сжала его руку.
– Не беспокойся, милый. У меня кое-что имеется, и я могу это потратить. Я хочу… сделать наш дом красивым. Не переживай из-за этого.
Его лицо покраснело.
– Ты безмерно щедра, Венеция. Огромное тебе спасибо. Я хотел бы иметь побольше денег, чтобы тратить их на тебя.
– Не надо, дорогой. Тебе не в чем винить себя. Ты даешь мне достаточно много.
– Правда, Венеция?
– Да, дорогой. Я очень сильно люблю тебя, также как ты любишь меня. А, может быть, сильнее.
Довольно глупо с моей стороны, тут же подумала она, но Майк развеял ее опасения с неподдельной искренностью и обворожительной теплотой.
– Не может быть! Но не будем спорить. Продолжай и впредь любить меня. Завтра встретимся и выберем дату нашей свадьбы. Хорошо, если бы это было в начале следующего месяца. Согласна?
– Буду ждать, – сказала она, и ее глаза засветились от счастья. От мысли жить вместе с Майком захватывало дух. До сих пор их отношения были вполне невинными. Она догадывалась, что Майк, проявляя чуткость, не хочет все испортить поспешной и преждевременной близостью. При мысли о том, что они вскоре будут обладать друг другом, у нее задрожали колени.
О деньгах речь больше не заходила. Майк отъехал, и Венеция вошла в дом. Она захотела написать еще одно письмо дочери и рассказать о Бернт-Эш, затем попыталась связаться по телефону с Джеком Фуллером и пригласить его осмотреть загородный особняк.
И еще о многом надо подумать. Но сегодня она ляжет пораньше.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Сладостная горечь - Робинс Дениз



прочитала с удовольствием. хороший и тонкий роман. заставляет о многом подумать
Сладостная горечь - Робинс Денизиришка
6.03.2013, 9.33





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.42





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100