Читать онлайн Сладостная горечь, автора - Робинс Дениз, Раздел - Глава 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.74 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сладостная горечь - Робинс Дениз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сладостная горечь - Робинс Дениз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Дениз

Сладостная горечь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 7

Последовавшее объяснение для всех троих было коротким и ужасным.
Мейбл бросила испуганный взгляд на мать и заплакала.
– Мамочка… мамочка!
Она повернулась и бросилась на кровать в приступе безутешного горя. Венеция подбежала к ней и положила руку на содрогающееся тело, пытаясь утешить дочь, хотя сама едва соображала, что делает. Майк начал громко говорить, переходя почти на крик.
– Что все это значит? Черт возьми, да перестань реветь, Мейбл! К чему весь этот шум? Послушай! Я ухожу из твоей комнаты. С меня хватит!
Венеция совершенно не обращала внимания на Майка. Ее заботило только одно – успокоить дочь. Ей еще ни разу в жизни не доводилось видеть Мейбл, плачущей навзрыд. Она поцеловала дочь, и та, обняв Венецию за шею, начала сбивчиво рассказывать, что произошло. Майк постоянно перебивал ее. Наконец Венеция, так ничего не поняв из их объяснений, попыталась сама во всем разобраться. Она повернулась к Майку. В тот момент ее лицо напоминало маску, горели лишь одни глаза, и в них он прочел нечто, близкое к ненависти.
– Убирайся отсюда и оставь нас!
– Если я уберусь, то знай… – начал он на повышенных тонах.
– Мне наплевать! – оборвала его Венеция. – Уйди.
– Ты и твоя драгоценная дочь… – закричал яростно Майк, но остановился и, повернувшись, зашагал по коридору. Вскоре с шумом хлопнула дверь гардеробной.
Мейбл прильнула к матери, пытаясь справиться с рыданиями.
– Мамочка!.. Ты, кажется, слышала нас. Разве это не ужасно? Я не собиралась рассказывать… я пыталась собраться с мыслями и решить, что делать, мамочка… я знала, что ты расстроишься, и бабушка так сказала, когда я была у нее на каникулах… Ну вот, теперь тебе все известно.
Венеция, не зная, как быть, держала дрожащие руки девушки в своих и слушала, содрогаясь от того, что рассказывала ей срывающимся голосом Мейбл. Бедная девочка, подумала она. Ужасно, что она оказалась втянутой в эту грязную историю. Неудивительно, что с ней случилась истерика. Откуда знать пятнадцатилетней девушке, что делать в таких случаях?
– Что ты слышала, мама? – спросила Мейбл, заикаясь.
– Я слышала, что он обозвал тебя ябедой и что ты больше здесь не покажешься, если не пообещаешь ему о чем-то молчать, – ровным голосом произнесла Венеция, отрешенно глядя на дочь.
– Тогда я расскажу тебе… – начала Мейбл.
– Нет! – внезапно остановила ее Венеция. – Не надо. До тех пор, пока ты сама не захочешь сделать это, не говори ничего.
– Вообще-то я бы хотела, – чуть не плача, продолжала Мейбл, – это беспокоит меня, и я не хочу ничего скрывать от тебя, мамочка. Мы никогда ничего не таили друг от друга.
– Нет, никогда.
– Что ты имела в виду, – спросила немного погодя Венеция, – когда говорила бабушке, что это может расстроить меня, дорогая?
– Когда это случилось в первый раз.
– В первый раз? – переспросила Венеция, и в ее мягких карих глазах застыло выражение муки. – Я не совсем понимаю тебя, милая. А что произошло этой ночью? Я думаю, ты должна рассказать мне.
Из уст дочери Венеция услышала путаный и взволнованный рассказ о встрече в саду. И о встрече отчима с Джикс Лоусон в лесу. Значит, Майк все это время обманывал ее! Не зря у нее щемило сердце, когда Джикс приехала к ним на рождественские танцы. Венеция представила, как эти двое стоят под лунным светом, а Мейбл видит их, прижавшихся друг к другу, У Венеции закружилась голова. Майк смешал ее с грязью, равно как и ее дочь. И этот последний грех она никогда ему не простит.
Наконец Венеции удалось успокоить Мейбл, и та затихла.
– Я хочу, чтобы ты снова легла в кровать и попыталась заснуть, – глухим голосом произнесла Венеция. – Не думай больше об этом. Все кончено. Я извиняюсь перед тобой… – она запнулась, – за Майка. Должно быть, он слишком много выпил. Я уверена, что на самом деле он не хотел так поступать. Если не хочешь, можешь с ним не встречаться, но что бы ни случилось, обещаю тебе, что никто и никогда не заставит нас разлучиться, если мы хотим быть вместе.
– Мамочка, дорогая, как я рада! – ответила Мейбл, обнимая мать за шею.
– Ради такого случая я принесу тебе завтрак в постель, – сказала Венеция. – На твоем месте я не ездила бы сегодня на охоту.
– И не поеду, – согласилась с матерью Мейбл, утыкаясь разгоряченным и заплаканным лицом в подушку.
Венеция поцеловала ее, сказала несколько успокаивающих слов и вышла из комнаты.
Майка она искать не стала, прошла в свою спальню и начала, как во сне, одеваться.
Вошел Майк, как всегда уверенный в себе. У него было время хорошенько все обдумать и решить, что самое лучшее – это отвергать все и строить из себя невинного мальчика.
– Послушай, дорогая… кажется, мы попали в ураган. Я совершенно измочален. А ты?
Венеция была слишком потрясена, чтобы отвечать.
– Я в самом деле ничего не понимаю, – продолжал он. – Может быть, ты просветишь меня? Ребенок вбил себе в голову сумасшедшую идею, будто бы я…
Дальше он не смог говорить, поскольку Венеция, обычно спокойная, полная достоинства и умеющая себя сдерживать, яростно взглянула на него, подобно тигрице, защищающей своего детеныша, побелела и, содрогаясь от гнева, сказала:
– Ты законченный подонок. Мне наплевать, чем вы там с Джикс занимались, но как ты посмел так вести себя с Мейбл?!
Настала очередь Майка онеметь. Такой он Венецию никогда не видел.
Из-под густых загнутых ресниц, которые всегда так нравились Венеции, он украдкой взглянул на жену и хрипло произнес:
– Ты говоришь довольно злые вещи, не так ли?
Венеция схватила рукой свое дешевое ожерелье и с такой силой дернула его, что цепочка осталась болтаться в ее пальцах. Она швырнула его на стол. Ее губы дрожали.
– Как ты смел разговаривать с Мейбл подобным образом? – повторила она. – Как ты смел угрожать ей? Ты запугивал ее, боясь, что она расскажет мне о твоих проделках. Что может быть презреннее?
Майк покраснел. Он осознавал, что не может найти удовлетворительного объяснения, и принялся бормотать всевозможные извинения. Утром у него болела голова после перепоя. Он встретил Мейбл у ее комнаты, идя по коридору вниз за сигаретой. Она принялась отпускать шутки в его адрес и грозилась рассказать о инциденте в саду. Ябед он терпеть не может, и поэтому в сердцах накричал на нее. Само собой разумеется, что он не придавал этому значения. Да разве Венеция не верит ему, прожив с ним столько времени? Сгоряча наговорить можно что угодно. Он и мухи не обидит! Девочка ему очень нравится, она просто вывела его из себя!
Не проронив ни слова, Венеция выслушала его речь. Для нее эти слова ничего не значили. Она была уверена, что он лжет.
Мало-помалу Венеция стала остывать. В комнате становилось светлее. О, эта комната, которую она украсила и убрала с такой любовью, где началась ее новая жизнь! Здесь она поверила в идеальную любовь и изведала ее восторги. Ее захлестнули воспоминания о прежних днях, и от этого на сердце стало еще тяжелее. Ее ноги задрожали и подкосились. Чтобы не упасть, она села на кровать и закрыла лицо руками.
– Майк, Майк, как ты мог! – прошептала она.
Исполненный горя, этот ее вопрос пробил броню высокомерия и себялюбия, и Майк почувствовал себя последним негодяем.
– Бог мой! – простонал он. – Венеция, милая, прости, прости! Я не думал, что все так обернется.
Венеция ничего не ответила. Она не плакала, а просто сидела, уткнувшись головой в ладони. Он сел рядом и положил свою руку ей на плечо, но она оттолкнула его.
– Не надо, пожалуйста!
– Я вижу, что ты огорчена, но не суди строго. Дай мне, пожалуйста, высказаться. Прошу тебя! Она убрала руки от лица.
– Честное слово, Майк, – сказала она, – я не знаю, как ты можешь меня переубедить.
– Я не смогу, если ты отказываешься верить каждому моему слову и готова принять на веру худшее, даже не выслушав меня.
– Майк, – спокойным, равнодушным тоном сказала Венеция, – еще одной сцены я не выдержу, а ложь твоя мне не нужна.
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил он.
– Я слышала, как ты грозился не пускать сюда Мейбл, если она не замолчит… то были твои слова. Так о чем она должна молчать?
– Разве она тебя еще не просветила на этот счет? – невесело рассмеялся он.
– Да. Она сказала, что видела тебя с Джикс не только прошлой ночью в саду, но и в лесу во время ее летних каникул в еще более пикантной ситуации.
– Это говорит она! – неуверенно произнес Майк.
Глаза Венеции гневно сверкнули:
– Не надо мне лгать, Майк. Если ты будешь продолжать, между нами ничего хорошего никогда больше не будет. До сих пор тебе удавалось дурачить меня, но теперь с этим покончено. Ты сам знаешь, что о ваших отношениях с Джикс мне давно известно.
– Это было до того, как мы поженились. Даже самая ревнивая жена не может упрекать мужа в том, что и с кем у него было раньше.
– Я не ревнивая жена и никогда не упрекала тебя. Просто однажды я сказала, что не хочу ее видеть в этом доме. На мой взгляд, это вполне естественно. Ты постоянно упрекал меня в том, что я старомодна и веду себя как ханжа. Я пошла тебе навстречу и пригласила ее на праздник. Я знаю, тебя это раздражает, но у меня подрастает дочь, и я должна заботиться о ней. Я думаю, что ни одной матери не понравилось бы, что ее молодая дочь знакомится с бывшей любовницей ее мужа. В этом есть что-то кощунственное. Но я доверяла тебе и уступила. Тем не менее, ты опять начал встречаться с Джикс, едва мы переехали сюда. Майк, как можно?
Он встал и начал расхаживать по комнате из угла в угол, засунув руки в карманы и выставив вперед подбородок.
Угрызения совести больше не мучили Майка; они оказались погребенными под тяжестью его собственных чувств. Чтобы как-то выпутаться из тяжелой ситуации, он изменил тактику:
– Ну и что из того, что я встречался с ней? Поцелуй в лесу или в саду не означает супружеской измены, моя дорогая, что бы там не воображала твоя дочь.
Венеция посмотрела на него. Ее щеки опять покраснели.
– Мейбл не понимает значения слов «супружеская измена». Но я заставила ее рассказать мне, что она в тот день видела в лесу, и этого вполне достаточно…
– Допустим, что так и было! Повторяю тебе, я перепил. Разве нельзя простить пьяному и забыть обо всем, что было?
– Можно, но ты не был пьян, когда прошлым летом отправился кататься верхом.
– Даже то, что мы лежали за земле, ничего не означает, а ты ведешь себя так, словно я тебе изменял.
– А разве нет?
Нагло глядя ей прямо в глаза, он произнес:
– Нет!
Воцарилось напряженное молчание. Сердце у Венеции учащенно забилось: она понимала, что это ложь.
– Уверяю тебя, это было не больше, чем баловство, – продолжал он невозмутимо.
Ее губы скривились в презрительной усмешке.
– У тебя странное представление о… баловстве.
– Знаешь… как бы там ни было, ты не имеешь никакого права предполагать такое!
– У меня есть все права, – спокойно возразила она. – Я не думаю, что дело лишь в нескольких поцелуях, если ты так перепугался, что пытался самым непозволительным образом заставить молчать бедную девочку.
Он подскочил к ней, разъяренный, но Венеция быстро охладила его.
– Бесполезно отпираться. Ты сделал то, чему нет прощения, и я не верю, что ты только целовал эту девицу.
– Понятно… Но мне остается только повторить – больше ничего не было!
– Собственно говоря, какая разница? Даже если бы ты мог доказать, что тебе удалось остановиться на полпути, это ничего не меняет. Того, что видела моя дочь, достаточно, чтобы убедить меня в том, что ты опять спал с Джикс Лоусон.
Майк пытался справиться с собой, но на его попытки нельзя было смотреть без жалости. Чтобы не видеть его таким, Венеция отвернулась. Каждая секунда их разговора была ей противна до глубины души. С каждым произносимым им словом она видела приближение конца их счастью. Цитадель их семейного благополучия рушилась на глазах. Человек, которого она видела и слышала сегодня ранним утром, совершенно не походил на очаровательного молодого мужчину, которого она когда-то полюбила. Тот Майк был ей дорог. Но этот… что он из себя представляет? Страшно подумать. Ей было стыдно за него. В довершение всего в ее голове возник образ Джефри. Страшно подумать, что бы он сказал об этом…
– Я совершила ужасную ошибку, – неожиданно вслух сказала она.
– Выйдя за меня замуж? – отрывисто спросил Майк.
Она встала.
– Да.
Молчание.
Больно и учащенно билось сердце Венеции. Она познала шесть коротких месяцев слепого счастья. Сегодня, оглядываясь назад, она понимала, что даже эти месяцы были заполнены сомнениями, Майк во многом разочаровал ее: своим эгоизмом, своей жадностью, но больше всего своей неуместной ревностью к ее ребенку. Она старалась, как могла, чтобы Мейбл как можно реже попадалась на глаза Майку.
– Я думаю, нам лучше спуститься вниз. Ты должен позавтракать, – устало сказала Венеция, – а то у тебя не будет никакого настроения охотиться.
– Ты считаешь, что я смогу охотиться, когда ты в таком состоянии? – спросил он.
Венеция, направлявшаяся к двери, повернулась и посмотрела на него долгим взглядом, от которого он смутился, покраснел и, не найдя подходящих слов, только пробормотал:
– О, черт!
– Извини, Майк, – сказала она, – но я не верю, что ты сможешь отказаться от охоты только потому, что я расстроена. Если бы ты по-настоящему любил меня, то никогда не сделал бы того, что сделал.
– Ты продолжаешь настаивать на самом худшем?
– А ты продолжаешь отрицать, не так ли?
– Можно подумать, что ты ненавидишь меня и ищешь предлог для разрыва.
– Это, – усмехнулась Венеция, – очень забавно.
– Рад, что тебе понравилась шутка.
– Не вставай, пожалуйста, в эту глупую позу… взрослые люди так не поступают, – сказала она, испытывая к нему отвращение. – В этом вся твоя беда, Майк. Ты так и не повзрослел.
– А ты… – начал он и осекся.
– А я старая и гожусь тебе в матери, – холодно договорила за него Венеция. – Не трудись говорить мне этого. Я и сама знаю.
Он бросил на нее хмурый взгляд.
– С этого и начались, – продолжила Венеция, – все наши недоразумения. Меня предупреждали, что мы мало подходим друг другу, но я шла наперекор всему к нашему счастью. И мы могли добиться его, если бы ты… да что толку говорить теперь об этом? Теперь конец всему.
Чувство страха снова овладело им. Венеция говорила такие вещи, от которых становилось не по себе. А он-то всегда считал, что, охваченная страстью, она игрушка в его руках! Майк был потрясен.
– Послушай, Венеция, – сказал он, подходя к ней и беря ее за руку. Она попыталась выдернуть руку, но он не отпускал. – Венеция, не будь такой жестокой… Я знаю, что ты очень расстроена и сердишься на меня… Я знаю также, что вел себя как самый последний дурак. Но что бы ты ни думала про нас с Джикс, для меня это ничего не значит. Я люблю тебя и всегда любил. Во всем виновата моя ревность к Мейбл. Клянусь тебе. Звучит глупо, но я просто не мог выносить, как ты нежишь и холишь свое чадо. Хочешь верь, хочешь не верь, но это, клянусь Богом, правда.
– Я не верю тебе. Но факты таковы – я пренебрегала Мейбл ради тебя. А что до Джикс Лоусон… мне, право, жаль ее. Если она тебя хоть сколько-нибудь любит, то ей тяжело выносить твое обрашение… словно она дешевая шлюха.
Майк невольно вздрогнул. Слово «шлюха» прозвучало как удар хлыста.
– Пойми, Майк, дело не в Джикс. Меня гораздо больше волнует твое отношение к моему ребенку. Я не могу жить под одной крышей с мужчиной, который способен угрожать пятнадцатилетней девочке. Я также не хочу, чтобы она видела, как ее отчим развлекается с другими женщинами, обманывая мать. Это не самый лучший воспитательный метод. Ты доказал, что твоя любовь мелка и ничтожна. Ты хотел меня, да и все то, что я могла тебе дать. Но тебе не хотелось отказываться от прежнего образа. Боюсь, что меня это не очень устраивает. Я любила тебя больше всего на свете. Если я перестала любить тебя, это твоя вина, а не моя или бедной Мейбл, или кого-нибудь другого…
Внезапно она умолкла. Венеция была близка к обмороку, и Майк увидел слезы, блеснувшие в ее глазах. Он почувствовал, что противен самому себе, но его раскаяние уже ничего не могло изменить.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Сладостная горечь - Робинс Дениз



прочитала с удовольствием. хороший и тонкий роман. заставляет о многом подумать
Сладостная горечь - Робинс Денизиришка
6.03.2013, 9.33





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.42





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100