Читать онлайн Сладостная горечь, автора - Робинс Дениз, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.74 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сладостная горечь - Робинс Дениз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сладостная горечь - Робинс Дениз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Дениз

Сладостная горечь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Для Мейбл Селлингэм это Рождество выдалось не таким, о каком она мечтала и к какому привыкла. Она проснулась рано и обнаружила завернутый чулок, полный подарков, из которого торчала красивая итальянская марионетка, так понравившаяся ей на одном представлении, где они были с мамой. Она пришла в восторг от этой куклы и от других подарков. Мама хорошо знала, что ей нравится – по правде говоря, они любили одни и те же вещи.
Молодая девушка отдернула шторы. За окном было еще темно и очень холодно, но снег не выпал, и это немного огорчило Мейбл, так как ей хотелось «белого» Рождества. Дом имел центральное отопление, и в теплой пижаме не было холодно. Мейбл надеялась, что ей разрешат носить красивые ночные рубашки. Красивые вещи ей нравились, особенно те, что носила ее мать. На праздник Венеция сшила себе новое платье, висевшее здесь, в гардеробе, чтобы танцевать в нем сегодня на вечере, устраиваемом в Бернт-Эш.
Мейбл знала, что ей следовало бы с нетерпением ждать наступления вечера с его танцами и сюрпризами, но, если говорить начистоту, она не рассчитывала, что на нем ей будет весело. Все-таки гости все взрослые; в основном это друзья Майка, кое-кто из знакомых мамы. Жаль, что здесь так мало ребят, и пригласить некого. Был, правда, один мальчик по имени Питер Уиллит, сын одного из тех, с кем охотился Майк, но он лежал с корью. Выходит, вечером в компании взрослых Мейбл будет одна. Нет, не то чтобы ей не хотелось потанцевать, но она недолюбливала друзей Майка. Они пили слишком много и становились ужасными. Тем летом, на вечеринке с коктейлями, один из них отвел Мейбл в угол, дернул за косы и сказал, что она очень симпатичная девчонка, а потом попросил подарить ему поцелуй. От него так пахло, что Мейбл в ужасе отпрянула и выбежала из комнаты, куда больше не возвращалась. Она надеялась, что сегодня вечером ничего подобного не повторится. Хотя мама и словом не обмолвилась, но Мейбл была готова поклясться, что друзья Майка ей не по душе. За редким исключением.
Вынимая подарки из чулка и читая смешные послания, которые Венеция прикрепила к каждой вещи, Мейбл внезапно замерла на месте и задумалась. В свете настольной лампы ее округлое девичье лицо было серьезным. Ни с того ни с сего ей стало грустно; совсем не так она хотела бы чувствовать себя рождественским утром. К сожалению, Мейбл с ее развитым воображением остро реагировала на все происходящее вокруг. Несмотря на красоту и роскошь Бернт-Эш, на подарки, Мейбл не было весело, как в старом доме на Кенсингтон-гарденс, когда они остались вдвоем с мамой, или в Ричмонде у бабушки. Вчера вечером она звонила бабушке, и они вспомнили все свои старые шутки и розыгрыши. Мейбл спросила, как здоровье «фруктовой шляпы», а бабушка ответила ей, что ягоды целы, а шляпа лежит в коробке и ждет наступления следующей весны. Леди Селлингэм приглашала Мейбл погостить у нее денек-другой. Когда они кончили, она попросила передать трубку маме.
– Хорошо, спасибо, Гэнни! – попрощалась Мейбл.
Правда ли все это, спрашивала себя Мейбл в это зимнее утро, глядя на ленты с блестками, украшавшие ее кровать. Ее серьезные глаза уставились на фотографию в рамке, стоящую на каминной полке. Мама в вечернем платье, а рядом папа. Все девочки в школе говорят, что он вылитый рыцарь… похож на крестоносца своими тонкими чертами лица и высоким лбом, и потом у него такие добрые искрящиеся глаза.
Мейбл очень хорошо помнила папу. А какие у них были друзья! Она помнила другое, счастливое время, когда под Рождество они собирались втроем и разворачивали каждый свои подарки, говоря:
– Я как раз мечтал о таком!
Поначалу им с мамой страшно недоставало папы, но они только сильнее ощутили потребность друг в друге; и каждое рождественское утро, едва проснувшись, Мейбл обычно бежала в комнату матери, залезала на кровать, и они принимались рыться в чулках с подарками. Но настоящие подарки вручались после завтрака.
Теперь ничего этого не будет. Их жизнь претерпела большие изменения, и этим утром Мейбл в полной мере ощутила их.
Когда она в первый раз познакомилась с Май-ком, то очень обрадовалась – ведь он казался таким красивым, таким веселым! Но прошло совсем немного времени, и Мейбл открыла для себя другую, малопривлекательную сторону в поведении Майка. Она больше уже не доверяла его веселой улыбке, поняв, что, хотя Майк и самый покладистый человек в мире, но когда бывал не в духе, то становился невыносим. О таких, как он, хорошо говорил папа: «Не умеет проигрывать». На взгляд Мейбл, это было равносильно трусости.
Она не могла не заметить и неприязненного отношения отчима, что заставляло ее замыкаться в себе. Она научилась держаться осторожно при Майке, и хотя тот ничего не говорил, она понимала, что ей здесь не место. Быть кому-то в тягость – с этим Мейбл никогда прежде не сталкивалась. Она и думать не смела, чтобы высказать свои обиды маме.
Но было нечто такое, о чем она не сказала бы и под пыткой.
В последний день летних каникул она отправилась выгуливать спаниеля Поппита в ясеневый лес.
Сквозь зеленую густую листву Мейбл неожиданно разглядела две фигуры, лежащие на траве. Они сплелись в жарких объятиях. Это было ужасное зрелище для Мейбл, тем более, что она узнала в мужчине своего отчима. Имени женщины Мейбл не помнила.
Паника охватила Мейбл. Что будет, если эти двое заметят ее или вдруг залает собака? Мейбл бросилась бежать и остановилась только тогда, когда почувствовала себя в безопасности, совершенно обессиленная.
Она не могла догадываться о всех последствиях увиденного, но понимала, что Майк сделал что-то такое, что будет ужасно для мамы. Добравшись до дома, она приняла решение никогда не рассказывать об этом кому бы то ни было.
Вторую часть своих каникул Мейбл провела у бабушки в Ричмонде, куда по воскресеньям приезжали на завтрак мама с Майком. Майк всегда поддразнивал ее, как старший брат, но она никак не могла забыть ту сцену в лесу. После того, как они уехали, бабушка сказала:
– Майк очень забавен. Я уверена, что с ним Венеция долго будет оставаться молодой. Благослови их Бог!
В этот момент воспоминание об увиденном в лесу с новой силой овладело Мейбл, и не в силах больше сдерживать себя она доверилась единственному человеку, которому доверяла.
Прошло немало времени, прежде чем леди Селлингэм обрела дар речи. Она вспыхнула, быстро отвернулась от Мейбл, принявшись выбирать опавшие листья из кадки с азалиями, и затем спокойно ответила:
– Я думаю, дорогая, что ты поступила совершенно правильно, ничего не сказав маме. Жизнь учит осторожности. Постарайся забыть все это, дитя мое, и не переживай так сильно, – сказала она, запинаясь.
В это рождественское утро Мейбл поняла; что новая жизнь с мамой далека от той счастливой жизни, на которую они обе надеялись.
– Папочка, – неожиданно прошептала Мейбл, глядя на фотографию отца, – как мне тебя не хватает!
Когда мать вошла к ней в комнату, девушка стремительно бросилась на грудь Венеции:
– Счастливого Рождества, мамочка!
– И тебе счастливого Рождхтва, дорогая, – услышала она в ответ.
Мейбл взглянула на мать и поразилась тому, что увидела. Лицо Венеции было очень бледным, а глаза запали и покраснели. Нетрудно было догадаться, что она недавно плакала.
– Мама, в чем дело? Что случилось? – воскликнула Мейбл.
– Ничего, просто сильно болела голова, – с беззаботным видом ответила Венеция. – Нет, правда, Мейбл, ничего серьезного. Давай-ка присядем и ты расскажешь мне, что нашла в своем чулке. Да, кстати, спасибо за носовые платки.
Она старательно избегала пристального взгляда дочери.
Утром она проснулась в половине восьмого и решила пойти к Мейбл на ритуальную процедуру «распаковывания чулок».
Она попыталась потихоньку встать, но Майк открыл глаза, улыбнулся и ухватил ее за руку.
– О, нет, мой ангел! Слишком рано. Давай поспим еще часок.
Она улыбнулась, потрепала его кудри и, поцеловав, проговорила:
– Пусти, милый. Мне надо идти.
– Идти? Куда? – спросил он.
– Меня ждет Мейбл, – объяснила Венеция.
– В Рождество мы вместе открываем наши чулки.
Он что-то проворчал и только крепче сжал руку.
– Ерунда! Она может открыть свой чулок и без тебя.
Венеция мягко возразила ему, но он внезапно рассердился.
– Лежи спокойно, а то заморозишь меня! И отбрось эту чертову сентиментальность насчет своей дочери. Она давно не ребенок!
– Это для тебя «чертова сентиментальность»!
– рассердилась и Венеция.
Майк открыл свои красивые глаза и, глядя в упор на жену, сказал:
– Послушай, это не прежняя семейная жизнь.
Теперь ты живешь со мной. Твои старые привычки начинают раздражать меня. К твоему сведению, этот дом мой!
– И мой тоже! – воскликнула Венеция, дрожа, как от холода. Она не могла встать и надеть халат, так как Майк продолжал крепко держать ее за руку.
– Ты вечно своим поведением напоминаешь мне, что прошлое тебе дороже настоящего.
– Это ложь, Майк! Ты прекрасно знаешь, что я посвящаю всю себя тебе и твоим планам.
Спор разгорелся не на шутку. Время от времени Майк уступал, признавая, что наговорил лишнего, а затем вновь набрасывался на нее, упрекая во всем несчастную Мейбл, ставшую для него камнем преткновения.
Венеции припомнились слова Барбары. Кроме того, ее ужаснул сам факт ссоры в рождественское утро. Она собралась с силами, чтобы взять себя в руки.
– Дорогой, мы как дети, честное слово. Давай рассуждать, как подобает взрослым людям. И давай не будем забывать, что главное на земле – это мир, – попыталась она закончить на веселой ноте.
Но в Майке, казалось, проснулся дремавший злой дух.
– Хорошо, я буду помнить о мире, но не пущу тебя к этой девчонке. Увидитесь за завтраком. А теперь, прошу тебя, дорогая, успокойся и дай мне немного поспать.
Венеция потеряла терпение и резко сказала:
– Пусти, Майк, и не дури.
Он засмеялся и притянул жену к себе.
– Ни за что на свете. Если вопрос стоит так: кто будет обладать тобой – Мейбл или я, – то пусть это буду я!
Раскрасневшись и задыхаясь, она начала бороться с ним. Это была постыдная борьба, и, учитывая его физическую силу, Венеция была обречена на поражение. Ничего, кроме боли, она не добилась да еще выслушала массу оскорблений.
Настало время, заявил он, чтобы жена научилась считаться с мнением мужа, и он не желает, чтобы мисс Мейбл Селлингэм отодвинула его на второй план, а если мисс Селлингэм настолько мала, что должна разбирать свои игрушки с кем-то, то ей лучше провести следующее Рождество с бабкой, которая такая же чокнутая, как и она сама.
Венеция изумилась, но быстро опомнилась:
– Это не они чокнутые, это ты дурак, черт возьми! У нас с Мейбл просто заведено приходить друг к другу утром в Рождество, и глупо устраивать сцены по этому поводу.
Он принялся страстно целовать ее, заглушая протестующие слова.
– Как ты мне нравишься, когда сердишься! Перестань говорить об этой противной девчонке и поцелуй меня. Ну же… поцелуй!
На мгновение он одержал победу… но ему не дано было понять, что он навеки потерял ее уважение.
Невидящим взором она повернулась к свету, пробивавшемуся сквозь тяжелые атласные шторы цвета слоновой кости, висевшие на окнах. Она не замечала ни узорчатых обоев, которые выбирала так тщательно специально для их спальни, ни хрустальной вазы, полной гвоздик, которые Майк вчера вечером привез из Лондона…
Только в половине десятого Майк отпустил Венецию. Она накинула халат и бросилась в спальню дочери, оскорбленная до глубины души.
Самое печальное заключалось в том, что инцидент никак не отразился на Майке. За завтраком он, как ни в чем не бывало, сказал:
– Боюсь, я нагрубил тебе, милая. Извини! Нельзя быть такой красивой! Передай своему чаду, что я поцелую ее под веткой омелы, если она будет вести себя хорошо.
Она совсем недолго пробыла у Мейбл, чувствуя недомогание и не желая, чтобы дочь что-то заподозрила. Глядя в ясные глаза Мейбл, наблюдая за тем, как она резвится с собакой, слушая ее восхищенные возгласы при виде праздничных подарков, она подумала:
«Слава Богу, что у меня есть дочь!»




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Сладостная горечь - Робинс Дениз

Разделы:
Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Глава 1Глава 2Глава 3Глава 4Глава 5Глава 6Глава 7Глава 8Глава 9Глава 10Глава 11

Ваши комментарии
к роману Сладостная горечь - Робинс Дениз



прочитала с удовольствием. хороший и тонкий роман. заставляет о многом подумать
Сладостная горечь - Робинс Денизиришка
6.03.2013, 9.33





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.42





Стоит задуматься о многом...Гг- Порошка как не крути, но Божья кара его настигла. Советую почитать.
Сладостная горечь - Робинс ДенизАННА
11.01.2015, 7.59








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100