Читать онлайн Обреченная невеста, автора - Робинс Дениз, Раздел - Глава десятая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обреченная невеста - Робинс Дениз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.45 (Голосов: 11)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обреченная невеста - Робинс Дениз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обреченная невеста - Робинс Дениз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Дениз

Обреченная невеста

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава десятая

Документ, который с жадностью прочитала Флер в ту полночь, поставил последнее клеймо на ее несчастную молодую жизнь. В письме, написанном барону фирмой Лондонских адвокатов, подтверждалось ее темнокожее происхождение. Его светлость лорд посетил эту фирму на другой день после коронации Виктории, когда офисы вновь открылись, и потребовал, чтобы адвокаты проследили историю рода Родни, проживавшего в Эссексе возле Эррингского леса.
Долли де Вир, кузина сэра Гарри, поклялась, что ничего не знает о прошлом Элен, и никакие угрозы и подкупы не смогли заставить ее отказаться от этой клятвы. Но Дензил Чевиот собрал необходимые ему сведения. Стало известно, что сэр Гарри Родни женился на вдове французского аристократа маркиза Люсьена де Чартелета. Только им известными методами они, сыщики адвокатской фирмы, достали старые газеты и дневники. В одном из старых модных журналов писалось о маркизе, легендарном представителе своего рода, чей ум и красота однажды покорили Лондон.
Особое внимание уделялось тому факту, что две из широко известных леди, посетивших первый прием, который давала семья Чартелет, были Генриетта Хемтон и Кларисса Растингторп. Оказалось, что дочь леди Хемтон, в первом замужестве Памфрет, вышла замуж за молодого джентльмена, который тоже был связан с фирмой, занимающейся делами Чевиота.
Мистер Гроувз, старший компаньон фирмы, сделал важный шаг, открыв тем самым тайну прошлых лет. Он посетил миссис Памфрет, которая к тому времени стала миссис Кудбертсан и постоянно проживала в Кью. Она была старшей из двух дочерей и помнила, что ее отец, лорд Памфрет, привез домой из Бристоля рабыню-квартеронку по имени Фауна. В течение нескольких лет та была служанкой леди Генриетты Памфрет.
Кроме того, миссис Кудбертсан вспомнила многое другое из жизни матери: танцевальные вечера, комнаты для приема гостей, ссоры между родителями. Особенно запомнился ей случай, о котором рассказала ей служанка. Рассказ был повторен ливрейным лакеем, свидетелем случившегося. Однажды на одном из балов сэр Гарри Родни разрезал огромнейший торт, из которого появилась девушка невысокого роста и необыкновенной красоты. У нее были длинные волосы золотистого цвета, а звали ее Фауна. Она была рабыней-квартеронкой и стала предметом разговоров всего общества. Хотя с материнской стороны она унаследовала негритянское происхождение, кожа ее была белой, как только что выпавший снег. Миссис Кудбертсан помнила все, хотя с тех пор прошло уже более тридцати лет, и словно вновь видела перед собой эту маленькую девочку-рабыню и слышала, как люди говорят о ее замечательных черных глазах и превозносят необыкновенный цвет ее волос.
Когда Флер дошла до этой части документа, она помедлила с минуту, размышляя, какое это может иметь отношение к Элен Родни. Действительно, ее мать славилась необыкновенным сочетанием золотистых волос и черных глаз, но какая может быть связь между рабыней-квартеронкой и леди Родни?
Флер продолжала читать. И по мере того как она читала, кровь медленно остывала у нее в жилах.
Мистер Гроувз многое узнал от миссис Памфрет и затем рассказал его светлости, как Фауна, рабыня, убежала из дома Памфретов в Лондоне. Больше ее никто не видел до того самого вечера, когда маркиз де Чартелет давал большой прием, представляя обществу свою молодую жену.
Миссис Памфрет поведала и дальнейшую историю о том, как ее мать после приема у мадам де Чартелет, была доставлена домой в тяжелейшем состоянии. С ней случился удар, но перед смертью она поклялась перед всеми домочадцами, что мадам де Чартелет и Фауна – одно и то же лицо.
От миссис Кудбертсан мистер Гроувз, настроенный слегка скептически, отправился к Мачионессу. Растингторпу, который проживал в том же графстве, что и его светлость.
От толстенькой, маленькой и к тому же отмеченной оспой Клариссы он услышал ту же историю. Она прошептала, что совершенно уверена: мадам де Чартелет – бывшая рабыня. Она слышала, что Фауне встретились добрые господа, вызволившие ее из неволи, а позже ей улыбнулось счастье и она вышла замуж за Чартелета.
Кларисса Растингторп, несмотря на свой преклонный возраст, рассказала об удивлении, охватившем ее при виде Элен де Чартелет. На свете не могло быть двух столь одинаковых женщин с такими глазами, волосами и чертами лица. Однако она не осмелилась сообщить эти сведения Чевиоту, так как у нее не было уверенности и самое главное – доказательств.
Но мистер Гроувз не замедлил найти доказательства и превратил подозрения в точные данные.
Он посетил «Малую Бастилию», которая в те дни стояла покинутой, но в одной из подземных тюрем сохранился сейф. На нем стояло имя маркиза де Чартелета. Мистеру Гроувзу удалось открыть его, и там он нашел документы, которые и отправил барону Чевиоту. Среди них был счет, подписанный Аубреем Биркетом, секретарем маркиза. Этот документ, который с ужасом читала Флер спустя тридцать четыре года, не оставил в ней никакой надежды. Действительно, барон Чевиот не был маньяком, его обвинения имели под собой твердую почву. Мистер Биркет подробно описал покупку, сделанную его хозяином, маркизом, на секретном аукционе в восточной части Лондона, – молодую рабыню-квартеронку по имени Фауна. Затем описывалось, как она была доставлена в резиденцию маркиза, а ее имя изменено на «Элен»; происхождение девушки было совершенно скрыто. В течение последующих нескольких лет она тайно получила образование под руководством маркиза, который в конце концов женился на ней и помог ей отомстить обществу и прежде всего пэру Англии по имени сэр Гарри Родни, который, как она думала, предал ее, хотя доказательств у нее не было. И уже позже Гарри женился на ней. Все это было письменно изложено секретарем, включая точное описание красоты, необыкновенного ума рабыни, которая подвергалась жестокому обращению со стороны людей, купивших ее.
Наконец-то Флер узнала о своем происхождении и о том, как ее мать, тогда еще совсем ребенок, была привезена на невольничьем корабле с африканского побережья в Бристоль, а ее дед, знатный негр христианской веры, умер, не доехав до порта назначения.
– Он был моим прадедушкой, – прошептала Флер, молитвенно подняв глаза кверху. – Итак, во мне течет одна восьмая часть негритянской крови. Черная наследственность миновала мою мать и меня, но настигла моего несчастного ребенка.
Флер мало слышала о случаях наследственности, но знала Библию и ее раздел с ужасным названием «Грехи отцов». Ее бедная любимая мама! Даже сейчас Флер могла думать о ней только с нежностью: она не была виновата в их происхождении. Но если бы она только предупредила Флер, скольких страданий можно было бы избежать. По-видимому, ее родители надеялись, что Флер тоже будет счастлива, как были счастливы они, и избежит проклятья.
«О, какой позор, позор обреченности!» – размышляла Флер. Слава Богу, старый доктор пообещал, что у нее больше не будет детей.
Крайне истощенная правдой, которая раскрылась ей этой ночью, Флер бросила документы и без сознания упала на подушки.
Когда она снова открыла глаза, Чевиот уже ушел. Июльское солнце пролилось в поруганную спальню и жестоко ударило в глаза молодой девушки, которая, должно быть, пролежала без сознания все короткие спокойные часы утра. За своей кроватью она увидела подавляющую фигуру миссис Динглфут с грозным выражением лица. Та поставила поднос, на котором был хлеб с молоком, и резко сказала:
– Давай, моя девочка, садись и ешь. Не играй со мной в прекрасную леди. Я не буду приносить сожженные перья или уксус для каждого из твоих обмороков.
Флер с трудом приняла сидячее положение. Все ее тело болело, и она чувствовала лихорадку.
– Где его светлость? – прошептала она.
– Уехал обратно в Лондон. Бедный джентльмен не мог вынести твои причуды и дышать тем же воздухом. Ты не достойна называться гордым именем Чевиот.
– Я не буду спорить с вами об этом, – сказала Флер, – но я желаю знать, когда его светлость намеревается вернуться.
– Никогда, – сказала управляющая и издала пронзительный смех, оглядывая разрушенную комнату. – Прекрасное гнездышко, а главное – подходящее для дочери раба, – добавила она, и волосы на безобразных подбородках задрожали с тайной и злобной радостью. – Я хочу, чтобы наш прекрасный молодой художник смог увидеть свою работу сейчас. Я осознала вовремя, что это была бесполезная трата денег его светлости Чевиота, а его женитьба на вас – бедствием.
Какой-то момент Флер молчала. Из слов женщины было очевидно, что она знала практически все. О каком уважении можно было просить сейчас, спрашивала себя бедная девушка беспощадно. «О, моя бедная мама, бедная мама, что ты сделала со мной!» – крикнула она про себя.
Из кармана фартука миссис Динглфут извлекла письмо, написанное размашистым почерком его светлости.
– Мне было велено отдать его вам. Когда вы прочитаете письмо, наведите, пожалуйста, порядок в этом сумасшедшем доме. Вы будете убирать его сами и в будущем. Вас не будут больше ждать служанки, – и она шагнула к двери.
Флер сказала вслед:
– Меня будут держать как узницу?
– Да, это то, чего вы заслуживаете.
– Мне не будет позволено видеться с кем-либо? – спросила робко Флер.
– Нет, – был ответ.
Флер боролась с мучительным желанием спросить, что случилось с Певерилом. Она не видела и не слышала о нем так долго, что могла только предположить: он покинул Кедлингтон. Итак, подумала она, ее оставили все, на милость миссис Динглфут. Как только ключ повернулся в замке, она прочла то, что написал Чевиот. Это было жестокое письмо, которое не прибавило ей спокойствия.


«Мадам, всякое доброе чувство, которое когда-либо было у меня к вам, умерло, когда я обнаружил, что вы представляете собой и что вы и ваша семья сделали мне. Я считаю, что ваши родственники обманули меня, женив на девушке из дурного рода и не предупредив об угрозе моему потомству. В настоящий момент я не хочу, чтобы этот ужасный скандал стал публичным, поэтому сказал всем без исключения, что рождение вашего ребенка так расстроило вас, что вас должны в будущем держать подальше от мира и ухаживать, как за сумасшедшей женщиной. Никому не будет позволено посещать вас. Моя преданная миссис Динглфут будет вашей единственной прислугой. Вы оказывали мне большое великодушие в прошлом, но тем не менее мысль о вашей красоте наполняет меня отвращением после того, как я узнал о вашей испорченной крови. Буду проводить большую часть своего времени в Лондоне или на континенте. Как муж, я оставляю за собой контроль за вашим состоянием и пригласил для этого мистера Клэба Нонсила.»
Это чудовищное письмо было подписано «Чевиот».
Молодая девушка подняла взгляд и огляделась вокруг скучным апатичным взором. Она не могла ожидать лучшего обращения от барона Кедлингтона, подумала она горько. После почти года близости с ним она была уверена, что он способен на любую мерзость.
Слова о ее большом великодушии в прошлом выделялись в письме Чевиота. Да, он смог бы все еще желать ее, если бы она подлизалась к нему. Но сейчас, не желая больше ее, он мог с садизмом радоваться от мысли о ее несчастье. У нее не осталось оружия, с которым она могла бороться. Перед ней простирался бесконечный вид одиночества. Если кузина Долли или мистер Нонсил, ее опекун, спросили бы про нее, то им ответили бы, что Флер не в своем уме. По правде говоря, если бы она оставалась здесь достаточно долго, она действительно могла бы потерять свой разум.
Уронив записку Дензила, Флер вытянулась на своей неубранной постели и с глазами без слез, прижавшись к мятым подушкам, долгое время лежала без движения. Позже в комнату вошла миссис Динглфут и, увидев леди на постели, огрызнулась на нее:
– Еще и слишком ленивая. Моя прекрасная леди не хочет начинать прибирать свою спальню. Хорошо, научится. Вот возьмите это, идите в соседнюю комнату и начинайте прибирать там…
Она швырнула Флер швабру и тряпку.
– У меня здесь есть два хороших человека, которые измерят ваши окна для решеток.
Флер проскользнула в свой муслиновый халат, обшитый синими лентами – одно из нескольких одеяний, которые Чевиот не разорвал.
– Тем временем, – продолжала миссис Динглфут, – за вами кто-нибудь будет постоянно наблюдать, чтобы удостовериться, что вы не пытаетесь покончить с собой.
Вдруг она открыла дверь, и вошла Альфа. Флер остановилась, ее взгляд был направлен на свирепую морду животного. Хотя она и была любительницей животных, она никогда не смогла бы подружиться с любимицей Дензила. Это не было виной бедной собаки: она знала, что хозяин Альфы умышленно тренировал ее кусать и рычать по его приказанию.
У миссис Динглфут в руке был кусок красного сырого мяса, которым она искушала голодную собаку. Та подошла к ней, раболепствуя, но женщина указала на Флер.
– Хи, Альфа, пусть посмотрит, что ты можешь делать, – сказала она.
Альфа прыгнула на леди Чевиот, и зубы животного сомкнулись на складке муслинового халата. Собака зарычала и стала тащить за оборки, глядя в глаза Флер. Девушка задрожала, но не закричала. Миссис Динглфут засмеялась.
– Подойди, Альфа, сядь и жди, – сказал она. – Позже ты будешь охранять мое хорошее создание.
Флер положила руку на горло.
– Меня оставят на милость этого животного? – тихо спросила она.
– Альфа не прикоснется к тебе, пока не попытаешься подойти к этим окнам, – сказала миссис Динглфут.
Флер закрыла глаза и содрогнулась.
Раздались мужские голоса, и миссис Динглфут пошла в будуар. Через минуту, прижавшись к примыкающей двери, Флер услышала голоса двух рабочих из имения. На своем сильном бэкингемширском диалекте они болтали о размере окон и типе прутьев, которые нужно нарезать.
Флер закрыла глаза и попыталась молиться. О, ужасная судьба: замкнутая за закрытыми дверями и зарешеченными окнами и с обращением как с сумасшедшим созданием! О, Певерил! Если бы ты знал, то не позволил бы им сделать такое со мной! Что случилось с тобой?
В действительности Певерилу мало кто рассказывал о событиях в Кедлингтоне. С той ужасной ночи, когда родился ребенок Флер, юноша много времени провел в Растингторпе. И только от самой старой Мачионесс он услышал наконец всю грязную историю.
Кларисса Растингторп, которой сейчас было около шестидесяти лет, в молодости была достаточно красивой, что позволило ей завоевать богатого мужа с высоким титулом. Она кокетничала с красивым молодым художником. Он находил ее отталкивающей, но трогательной, а та всегда пыталась убедить его оставить Чевиота и поселиться здесь в одной из комнат ее огромного особняка. Она бесконечно болтала с ним, пока он рисовал ее, угощала конфетами, которых он не хотел, пытаясь силой напоить его. Певерил находил это очень мучительным, но женщина платила хорошо за его работу, а без сбережения денег он никогда бы не смог надеяться на независимость, которой страстно желал.
Кларисса забрасывала его бесконечными вопросами о леди Чевиот и никогда не уставала слушать, как Певерил описывает жену барона. О красоте леди он говорил очень красноречиво, но весьма осторожно о ее личной жизни. Кларисса упрямо настаивала, пытаясь выяснить правду о состоянии дел в Кедлингтоне, и даже пыталась нашептывать дурные истории об Элен Родни и ее таинственной жизни до того, как та стала госпожой маркизой де Чартелет. Певерил вежливо, но твердо не принимал эту информацию.
Тем не менее после рождения ребенка некий мистер Гроувз посетил Растингторп. У него была долгая беседа с Мачионесс, после чего она сразу пришла в комнату, где Певерил наносил последние штрихи на портрете маленькой Виктории Растингторп.
– Мой Бог, теперь быть беде, – хихикнула Мачионесс.
– С кем, ваша светлость? – рассеянно спросил Певерил.
– С Чевиотами.
Тут выражение лица Певерила изменилось.
– Что случилось, ваша светлость?
Кларисса уселась позади него и позволила себе исступленный восторг посплетничать. Она не делала никакого усилия, чтобы не разгласить тайну, которую еще могла сохранить, а вылила всю историю на юношу. Ту самую историю, которую ей рассказал мистер Гроувз.
Так Певерил подробно услышал скандал маркизы де Чартелет и только теперь понял сущность той трагедии, которая произошла в Кедлингтоне несколько недель назад.
– Говорят, что леди Чевиот сошла с ума после родов, – болтала Кларисса.
– Сошла с ума! – повторил Певерил.
– Так говорят, – кивнула головой Мачионесс, любуясь собой. – Бедное создание! Из того, что ты говоришь, она была необычно красива, как и ее мать.
Певерил встал, в глазах был взгляд страдания.
– Господи, будь милостив к моей нежной леди Чевиот, – сказал он низким голосом, в котором звучали нотки ужаса.
Кларисса взмахнула носовым платком, обрамленным кружевами; по комнате распространился запах духов.
– О, да! – сказала она. – Не говори мне, что у тебя шаловливое увлечение леди Чевиот. Ее бедная душа не в своем уме; рассказывают, что барон Чевиот покинул Кедлингтон и уехал на континент. Все знают, что он содержит любовницу в Монте-Карло.
Певерил молчал. Он не мог ни о чем думать, кроме Флер. Он был потрясен до глубины своего чувствительного существа мыслью об ее ужасных страданиях. Не в своем уме? Может быть, и так. Но может быть, это было только одной из фантазий Мачионесс? Ее воображение часто убегало с ней.
Теперь он уже не мог переносить флиртующую надушенную старую женщину и первый раз в своей жизни почувствовал необходимость притворяться. Конечно, он должен ехать на помощь к Флер Чевиот, но без денег он пропадет. У него были кое-какие сбережения, но требовалось больше. Он бросил кисти и низко поклонился Мачионесс.
– Ваш слуга, ваша светлость, – сказал он хриплым голосом. – Прошу вас простить меня. У меня срочное дело, которым я должен заняться. То, что вы рассказали мне, приводит меня к убеждению, что для меня было бы лучше покинуть Кедлингтон. Я пойду и соберу свои вещи.
– Ты возвратишься сюда, в Растингторп? – глупо спросила старая женщина, вглядываясь в него близорукими глазами.
– Я полагаю, что да, ваша светлость.
– Тебе нужны деньги? Я дам их тебе. Он вспыхнул:
– Я хочу только за свою работу.
– Да, да, портрет маленькой Виктории. У тебя будет двадцать гиней за это. Подожди, я дам тебе их сейчас, но если пообещаешь вернуться сюда.
Певерил прикусил губу. Двадцать гиней были целым состоянием и означали для него многое. Он должен быть готовым отдать себя в руки леди Чевиот, если та будет нуждаться в его услугах. Он позволил себе солгать и намекнул влюбленной до безумия старой Мачионесс, что вернется. Позже, с деньгами в кармане, он отправился пешком в Кедлингтон. Он отказался от фаэтона, предложенного Клариссой, так как чувствовал необходимость для себя совершить скромное возвращение после двухдневного отсутствия в башне.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обреченная невеста - Робинс Дениз



Обревелась вся. Хороший слог, внеземная Любовь и без откровенных сцен.Все скромно и прилично.
Обреченная невеста - Робинс Денизpupsik
8.07.2012, 23.48





Замечательный роман !!! Очень жалко героиню !!! Столько натерпелась бедная девочка !
Обреченная невеста - Робинс ДенизМари
16.07.2012, 14.48





Подскажите пожалуйста как называется первая книга про Фауну
Обреченная невеста - Робинс ДенизКетрин
18.01.2014, 13.52





Кетрин, в аннотации написано:)
Обреченная невеста - Робинс Денизлилия_89
18.01.2014, 14.09





Сильно смахивает на романы Картленд - тот же простецкий стиль, снобизм и примитив в описании героев, куча страданий и соплей, разве что религиозности поменьше: 5/10.
Обреченная невеста - Робинс Денизязвочка
18.01.2014, 19.56





2+5
Обреченная невеста - Робинс Денизгульнара
3.01.2015, 17.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100