Читать онлайн Больше чем любовь, автора - Робинс Дениз, Раздел - 8 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Больше чем любовь - Робинс Дениз бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.27 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Больше чем любовь - Робинс Дениз - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Больше чем любовь - Робинс Дениз - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робинс Дениз

Больше чем любовь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

8

На следующее утро я поняла, что нахожусь во власти какой-то очарованности. Я ходила по квартире и делала самые странные вещи: например, налив кипятку в заварной чайник, я не положила в него чаю, намазала на хлеб маргарин (и даже не заметила этого) и надела непарные чулки. Я вела себя как безумная, одержимая одной мыслью – о Ричарде.
Я посмотрела на себя в зеркало и увидела такое сияющее лицо, что едва узнала обычно мрачную, довольно бледную Розелинду. Я поняла, что со мной произошла большая перемена, я превратилась в Розу-Линду, которую любил Ричард, и стала новым человеком.
Я решила, что не позволю мыслям о Марион Каррингтон-Эш мучить меня, ибо она не заслуживает ни верности Ричарда, ни моих угрызений совести.
Я разделяла беспокойство Ричарда относительно его дочери, и я тоже считала, что ничто не должно помешать ее счастью.
Не успела я вымыть посуду после завтрака, как раздался звонок. Я открыла дверь и увидела посыльного с огромным букетом цветов.
Я развернула бумагу и замерла от восторга: передо мной лежали прекрасные розы и белые гвоздики, их было очень много. Я никогда не получала такого прекрасного букета. Я знала, что цветы – от Ричарда, даже не читая записки. Но сама записка обрадовала меня еще больше.
«Моей Розе-Линде, которую я люблю и буду любить всегда. Ричард».
«Люблю и буду любить всегда»! Я произнесла эти слова вслух и поднесла записку к моему пылающему лицу. «Ричард, дорогой мой, и я тебя безумно люблю!»
Ричард всегда был внимателен, и все последующие годы он постоянно посылал мне цветы.
Вскоре моя гостиная наполнилась тонким ароматом роз и гвоздик, и я стала ждать известий от Ричарда, потому что была уверена, что сразу по возвращении из Рейксли он даст о себе знать.
Я находилась в напряженном состоянии, ожидая его Появления в любую минуту. В доме не было ничего съестного, но меня это не беспокоило. Я вымыла и уложила волосы, накрасила ногти лаком «красная роза», который подарила мне среди множества других вещей милая Китс. Я пересмотрела весь свой гардероб, отбирая, что нужно надеть, если мы с Ричардом поедем во Фрайлинг.
Было серое, туманное июльское утро, солнце закрыли облака. Я решила, что надену серый фланелевый костюм в узкую полоску, белую блузку с моими любимыми подвесками, а в петлице будет одна из подаренных Ричардом роз. Я возьму свое лучшее, самое новое вечернее платье – лилово-синее, с большим квадратным вырезом и короткими пышными рукавами. Платье обошлось мне довольно дорого, но зато оно отлично сидело и я выглядела в нем очень стройной. К платью я также прикреплю розу. Ричарду наверняка понравится.
Во время этих приготовлений принесли телеграмму. Какое удивительное утро! В жизни Розелинды Браун не было ничего подобного! Телеграмма была от Ричарда, очень длинная. (Как потом оказалось, у него была привычка вместо писем посылать длинные телеграммы.)
«Обо всем договорился. Ира в восторге. Заеду завтра в десять утра. Не смогу приехать сегодня вечером, как рассчитывал, все объясню при встрече. Я тебя люблю. Р.».
Я не знала, смеяться или плакать. Конечно, я надеялась увидеть его сегодня. Но я знала, что впереди меня ждет много таких разочарований. Ричард не мог свободно распоряжаться своим временем, очевидно, появился один из клиентов, и он не мог вырваться. Но при мысли о завтрашнем дне я не имела права печалиться. Завтра он заедет за мной, и мы отправимся во Фрайлинг. Что может быть прекраснее?
Ощущение радости, с которым я проснулась, больше не покидало меня. Я расхаживала по комнате и думала о Ричарде. Но потом я решила, что надо взять себя в руки и сосредоточиться на более прозаических вещах. Решила не думать о предстоящем уик-энде.
Я снова превратилась в мисс Браун, взяла хозяйственную сумку и пошла по магазинам. Кроме того, мне надо было отправить телеграмму. По странному совпадению как раз завтра должен был приехать тот милый морской офицер, с которым я познакомилась у Кэтлин. Он очень хотел встретиться со мной, а я чуть не забыла о Робине Чалмере. Счастье всегда делает человека эгоистом. И только горе учит человека думать о других. Я сообщила Робину, что очень сожалею, но нашу встречу придется отложить, потому что мне неожиданно придется уехать из Лондона.
Как медленно шло время. Я с нетерпением ждала, когда стрелки часов совершат полный оборот, наступит завтра и он приедет. А когда я наконец улеглась в постель, то почти всю ночь не сомкнула глаз.
Я сложила вещи в свой маленький чемодан. Все было готово для сказочного путешествия с моим любимым.
В тот вечер я окончательно решила, что не буду принадлежать никому, кроме него, и никогда не выйду замуж. Я чувствовала себя как невеста накануне свадьбы и в душе молилась лишь о том, чтобы дать ему такое же счастье, какое принес мне он, и чтобы мы никогда не разлюбили друг друга.
Я проснулась рано и выпила чаю. Над крышами домов навис густой туман, было душно, и я знала, что день будет жарким. Я закурила и стала размышлять о том, что он думал и чувствовал.
Мужчины не могут чувствовать так тонко, как женщины. Кроме того, он уже был влюблен, у него есть жена. Он вряд ли сможет понять мое состояние.
Наконец я дождалась своего возлюбленного. Я никогда не видела его таким счастливым и таким молодым. Он вошел в мою маленькую квартирку, и я заглянула в его глаза, и мне показалось, что передо мной новый Ричард – Ричард, в котором исчезла былая печаль и горечь. На минуту он прижал меня к себе. Я закрыла глаза и ощутила восторг оттого, что наши губы встретились. А потом, держась за руки, мы оглядели друг друга и рассмеялись: мы оба были во фланелевых полосатых костюмах. Затем Ричард отошел к столу, взял одну розу и отдал ее мне.
– Боюсь, я сильно измял твой цветок, дорогая. Вот тебе другой.
– А мне нравится мой помятый. Я буду носить оба. Он объяснил, почему задержался вчера на целый день, и добавил:
– Я приехал на маленькой машине. У нее большая скорость. Через три часа мы будем в Шерборне, а во Фрайлинге – не позднее половины второго.
– Ричард! – Вот и все, что я могла вымолвить.
– Все готово? – спросил он. Я кивнула.
– Ира была, как обычно, радушна и очень обрадовалась, что мы приедем, – сказал он. – Мы долго с ней разговаривали. Я обо всем ей рассказал, а она заметила, что всегда знала, что это рано или поздно случится, и что я должен привезти тебя именно во Фрайлинг. Ей только очень жаль, что мы приедем лишь на два дня и что нам надо возвращаться на работу.
Я кивнула, не отрывая от него взгляда. Он тоже внимательно смотрел на меня, а потом покачал головой:
– Я похищаю какого-то младенца! Ты сегодня такая юная!
– Ну что ты! Мне двадцать пять лет!
– Жаль, что мне не двадцать пять, – вздохнул Ричард.
– Ты мне нравишься таким, какой ты сейчас, – произнесла я и снова оказалась в его объятиях.
– Ну, вот, теперь уже две помятые розы, – прошептал он мне на ухо.
– Я люблю тебя.
– Я люблю тебя, дорогая. Я никак не могу поверить, что такое чудо произошло именно со мной. Ты такая милая, такая добрая, в тебе – все прекрасные качества, которые и должны быть в женщине.
Я поняла, что он думает о Марион и обо всем том, чего не было в ней. Я так сильно любила его, что почти всегда могла догадаться, о чем он думает и что он чувствует. Удивительно, но мы были настроены с ним на одну волну.
Ричард поднес мою руку к губам и сказал, улыбнувшись:
– Ну что ж, поехали. Где твой чемодан?
Я закрыла окна, заперла свою маленькую квартирку, и мы вышли на площадь Маркхем, сразу окунувшись в теплый летний воздух.
Внизу стояла маленькая машина; в ней мне предстояло совершить столько прекрасных поездок. Это был двухместный спортивный автомобиль, черный и блестящий, с белым верхом. Я не очень-то разбираюсь в машинах, но сразу поняла, что эта – просто прелесть. Ричард сказал, что это машина марки «астон-мартин», что он купил ее прошлым летом и предпочитает большим, претенциозным «роллс-ройсам».
Положив чемодан в багажник, мы отправились в дорогу. Ричард сказал, что, как только мы покинем пределы Лондона, он опустит верх, и мы поедем с ветерком, и нам будет светить солнце. Прекрасно!..
В дороге все было хорошо. Мы разговаривали, и, слушая Ричарда, я узнавала все больше и больше. И, конечно же, мы не могли не затронуть тему музыки.
– Во Фрайлинге ты повстречаешь дух «Лебединого озера», – сказал он.
И действительно, во Фрайлинге я встретилась со своей мечтой! Я уже рассказывала о нем, но, думаю, никакими словами невозможно описать это место.
Впервые я увидела Замок в золотой полдень, когда солнце заливало своими лучами серые башенки и маленький пруд, где плавали любимые Ирины лебеди. В прекрасном парке, извиваясь широкой лентой, протекала небольшая речка.
Мы медленно ехали по дороге, обсаженной благородными тополями. Одной рукой Ричард держал руль, а другой – мою руку. Перед тем как мы подъехали к Замку, он посмотрел на меня и взволнованно сказал:
– Это один из самых важных моментов в моей жизни… я привез тебя сюда, дорогая.
Не найдя слов, я лишь пожала ему руку.
Я с наслаждением впитывала первые впечатления от Фрайлинга. Все здесь было для меня удивительно, потому что, за исключением поездок в Марлоу, я почти не видела Англии; и вся поездка в Дорсетшир была настоящим открытием, не говоря уже о счастье быть с Ричардом.
Когда машина затормозила, я неожиданно начала нервничать.
– Ричард, а если я не понравлюсь мадам Варенской!.. Я ведь не знаю, что принято говорить и делать в таких случаях…
Он улыбнулся и посмотрел на меня своими бесконечно добрыми и умными глазами.
– Просто оставайся собой, дорогая, Ира полюбит тебя.
А потом в дверях появилась сама великая балерина. Я с благоговением смотрела на нее. Я столько читала о балете и о ней. И вот она передо мной. Наяву. Я вижу ее хрупкую фигурку, белоснежные теперь волосы. Как и раньше, они разделены пробором и уложены на затылке узлом. На ней было простое льняное платье светло-голубого цвета, а на голове – шелковый шарф. В руках у нее была маленькая корзиночка и ножницы. Она шла в сад срезать цветы.
– А, Ричард… мой дорогой Ричард! – воскликнула она, заметив нас.
Когда она подошла ближе, я увидела все еще несравненно прекрасное лицо с очень светлой, почти прозрачной кожей. Высокие скулы и глубоко посаженные темные глаза Лицо женщины, которая много страдала и любила, которая прошла по жизни рука об руку со страданием и красотой. Ее движения поражали изяществом и грациозностью.
Время было бессильно против Иры Варенской. Я могла представить себе, что мужчины боготворят ее даже теперь, когда она далеко уже не молода. Я поняла также, как в молодости обожал ее Ричард.
Но я не ревновала, я была ей благодарна за то, что она делала его счастливым. И все последующие годы общения с Ирой я испытывала только гордость и радость – те чувства, которые она внушала всем своим друзьям. И еще я удивлялась, как мог мужчина, однажды полюбивший ее, полюбить меня.
После первых же ее слов я почувствовала себя как дома, и ко мне понемногу стала возвращаться уверенность в себе, которую я было начала терять.
Она пожала мне руку, с минуту смотрела на меня, а потом кивнула.
– Да, моя дорогая, вы совершенно такая, какой я вас представляла себе по рассказу Ричарда. У вас такое милое печальное лицо. Но больше вы не должны печалиться… ни в коем случае, ведь теперь с вами будет Ричард.
От избытка чувств я взяла ее руку и поцеловала.
– Вы так добры ко мне, мадам Варенская.
По-видимому, ей понравилось, что я выразила свое уважение именно так. Ведь она была не только великой балериной, но и очень знатной дамой.
– Благослови тебя Бог, дитя мое, – сказала она.
– Вы так прекрасны… я столько читала о вас… вы удивительная… как жаль, что я не видела вас на сцене, – проговорила я прерывающимся от волнения голосом.
Ира засмеялась, и Ричард засмеялся тоже. Он обнял меня и прижал к себе.
– Какая она милая, Ричард, – сказала Ира Варенская, когда мы вошли в дом, и в этот момент я была самым гордым человеком на земле.
И вот мы в прохладной изысканной гостиной. Она даже еще великолепнее, чем описывал ее Ричард. Я и вправду почувствовала себя как в сказке, ведь такого в реальной жизни просто не может быть. Меня изумляли высокие потолки в комнатах, огромный камин, украшенный резным камнем, гобелены, блестящие черные дубовые панели, серебро и цветы, диваны и кресла с роскошной парчовой обивкой. Русские слуги Иры. Прекрасный, сервированный только для нас троих завтрак, поданный нам в огромной столовой.
– Я знала, что вам никого не захочется видеть, этот уик-энд – только для вас двоих, – добавила Ира.
– Вы более чем добры к нам, Ира, – сказал Ричард с большим чувством.
Она улыбнулась и кивнула мне.
– Я так балую этого юношу. Но он – настоящий демон, знает подход к женщинам, правда, Розелинда?
– Да, уж это он умеет, – призналась я.
– Что за чепуху вы несете, женщины?! – воскликнул Ричард.
Ира протянула руку и жестом человека, имеющего на это исключительную привилегию, взъерошила Ричарду волосы.
– Мне не нравится, когда все так аккуратно. Вот. Теперь гораздо лучше.
– Вы не меняетесь, Ира, – сказал он.
Я смотрела на его милое лицо, на растрепанные волосы – мне он казался таким красивым, и я была согласна с Варенской. Я прислушивалась к их беседе. Они обменивались мнениями о последних балетных спектаклях, и я поражалась их познаниям в этой области. Но ни один из них не давал мне почувствовать, что я тут чужая, наоборот, они потихоньку вводили меня в ту атмосферу очарования, которую так обостренно ощущал каждый приехавший во Фрайлинг. А после обеда, который закончился почти в три часа дня – во Фрайлинге, как я поняла, был обычай подолгу не выходить из-за стола, – Варенская ушла в свои комнаты, а меня с Ричардом провели в наши.
Наши комнаты. Новая сказочная страна. Невероятно большие комнаты в западном крыле, окнами выходящие на маленький пруд, за которым виднеется лес, манящий зеленью и прохладой в этот жаркий день.
В моей комнате было три узких окна, куполообразный потолок. Стены затянуты бело-голубым шелком, на полу белый ковер. За белыми с золотом занавесями – большая дубовая кровать под белым бархатным покрывалом, расшитым голубым с золотом орнаментом.
Мне, привыкшей к маленьким тесным комнатам, мне, в ком были еще живы воспоминания о монастырской жизни, все это показалось царским великолепием; и я почувствовала себя Золушкой, которая по мановению волшебной палочки доброй феи превратилась в принцессу.
С трепетом в сердце я огляделась вокруг и через открытую дверь увидела роскошную ванную. А через другую Дверь – комнату Ричарда. Ничто нас больше не разделяло, в глазах Иры я была его истинной любовью и его настоящей женой. Она никогда не принимала Марион в своем доме.
Я обнаружила, что Поля, одна из русских горничных, уже распаковала мой чемодан. На большой кровати лежал мой скромный халат и белая шифоновая ночная рубашка, купленная вчера в Лондоне, единственная экстравагантная вещь, которую мне захотелось иметь. Как Хорошо, что я выбрала именно белую, этот цвет очень соответствовал роскошной обстановке.
Я думаю, Ричард был взволнован не меньше меня, но не показывал вида.
– Я решил переодеться, надеть теннисные туфли, – небрежно сказал он. – Не хочешь прогуляться по парку? Или, может быть, ты устала, дорогая?
– Нет, я хочу погулять с тобой, – ответила я.
Но апогеем этого дня стал вечер… Все было так, как я представляла себе по рассказам Ричарда. Мы ужинали при свечах за длинным, роскошно сервированным столом, а потом пили кофе с ликерами, сидя у горящего камина, потому что к вечеру стало довольно прохладно и было приятно погреться у огня. Музыка… в первый раз я слышала, как Ричард играет. Я сидела рядом с Варенской и слушала, совершенно очарованная его импровизацией. У него не было хорошей техники, но играл он с большим чувством… Ира кивнула мне.
– Я всегда сожалею, что уже слишком стара и не могу больше танцевать, мне всегда так хочется потанцевать под его аккомпанемент.
– Я слышу его игру впервые, – сказала я.
– Вы его очень любите, дитя мое? – спросила Ира. Не найдя слов, я кивнула. А когда я посмотрела на нее, должно быть, глаза у меня были полны слез, потому что она мягко сказала:
– Я все понимаю. Мы, женщины, плачем и от счастья, и от горя. Знаю, вы любите его, иначе я бы давно уже попросила его уехать. Я бы не смогла видеть вас здесь. Знаете, я люблю Ричарда по-матерински. Если бы у меня был сын, я бы хотела, чтобы он был таким, как Ричард.
Мы посмотрели на фигуру за фортепиано. Ричард сосредоточился на игре – и был исключительно красив.
– Я не видела его таким уже много лет, – добавила Ира. – Почти всегда он был печален. Единственная радость в его жизни – ребенок, но мужчине этого недостаточно.
– Вы знаете Роберту? – спросила я.
– Нет, – ответила мадам Варенская. – Он не мог привезти девочку сюда из-за матери, вы понимаете?
Я кивнула.
– Этот брак… какая ужасная ошибка, – продолжала она. – Наверное, вы никогда не увидите Марион. Мне никогда не хотелось с ней встречаться, но я знакома с теми, кто ее знает… И еще я знаю, каким был Ричард, когда я впервые увидела его. Он был страшно несчастный. Но теперь вы поможете ему, Розелинда.
– Да, я постараюсь! Я постараюсь!
– И вы сможете это сделать, потому что вы добрая и очень искренняя и любите его, а для мужчины это очень много значит. Кроме того, у вас от природы склонность к искусству, музыке, а это для него тоже очень важно.
С каждым ее словом я чувствовала себя все более счастливой, и за это я была благодарна ей. Я смотрела на великую балерину с трепетом и уважением. Она была одета в черное, белоснежные волосы укрывала кружевная мантилья, а грудь украшали красные розы. Если бы она не говорила со мной так успокоительно и мягко, я бы чувствовала себя совсем заурядной и незначительной.
Ричард перестал играть и направился к нам.
– Как хорошо ты играл, мой дорогой мальчик, – сказала Ира.
– Да, прекрасно, – подтвердила я.
Ричард подошел ко мне и поцеловал меня в голову.
– Ира, вам нравится моя Роза-Линда?
– Да, очень, – смеясь, ответила она. – Я только что говорила ей, что она может очень много для тебя сделать.
– Ой, совсем наоборот! – воскликнула я, взяв руку Ричарда и прижав к своей щеке. – Это он может много сделать для меня и уже сделал очень много.
Ира Варенская раскрыла парчовую сумочку, которая лежала у нее на коленях, и достала маленькую коробочку.
– Вот, – сказала она. – Ричард, возьми и подари ей. Я нашла это специально для тебя. У нее такие же тонкие пальцы, как у меня, оно должно подойти ей.
У меня перехватило дыхание, когда Ричард открыл коробочку. Он вынул оттуда кольцо с бриллиантом желтой воды в очень изысканной оправе, и, когда он повернул кольцо, камень заиграл от пламени свечей и огня в камине.
– Ира, как мне благодарить вас? – тихо спросил Ричард. – У меня не хватило времени, чтобы выбрать что-нибудь для своей любимой девочки, но…
– Но это специальное кольцо, чтобы отметить сегодняшнее великое событие, – прервала Ира Ричарда, и я почувствовала, что она наслаждалась нашей любовью, нашими романтическими отношениями и ей было очень приятно быть сказочной феей, которая опекает свою крестницу Золушку.
Ричард долго смотрел на меня.
– Дай руку, радость моя!
Я протянула руку, и он надел кольцо мне на палец.
– И этим кольцом обручаю тебя… – мягко произнес он.
От счастья я не могла ничего ответить. Я прижала кольцо к губам, а он сел на маленький стульчик у моих ног и, глядя на горящие поленья, разговаривал с Ирой Варенской. Я молча сидела рядом и чувствовала себя как никогда счастливой. Если бы завтра мне суждено было умереть, я бы ни о чем не сожалела, ведь у меня был такой вечер. Все было так, как хотел Ричард, а я не думала ни о Марион, ни о Роберте, ни о тех трудностях, которые ожидали нас за стенами этого замка.
А потом Ира Варенская сказала, что ей пора отдыхать, и, следуя своему неизменному обычаю, поставила пластинку. Зазвучала бессмертная музыка.
Я сидела рядом с Ричардом, крепко держа его за руку, и слушала проникновенную печальную музыку из «Лебединого озера». Я поняла, что никогда не будет ничего более прекрасного, чем этот вечер, проведенный с ним.
Когда музыка кончилась, Ира встала, поцеловала нас обоих и пожелала спокойной ночи. Она посмотрела мне в глаза.
– Будь верна ему и всегда счастлива, моя девочка.
Я дала ей обещание. И я не нарушила этого обещания – моя верность Ричарду непоколебима. А если я и была когда-нибудь несчастна, так только тогда, когда его не было рядом. В тот вечер во Фрайлинге я была беспредельно счастлива и почувствовала, что родилась на свет с одной целью… любить Ричарда и быть любимой им.
Сидя за туалетным столиком, я расчесывала волосы. Я слышала, как Ричард ходит в ванной. Признаюсь, я сильно нервничала. Я так любила его, и мои страхи не имели к нему никакого отношения, все дело было во мне. Я боялась, что разочарую его. Я была совсем не похожа на ту безупречную красавицу, на «золотоволосую девушку», которую он когда-то полюбил, а потом сделал своей женой. Наверное, у нее очень гордая осанка, и она умеет с достоинством держать себя в обществе. А у меня этого нет. И все же, когда я смотрела на себя в зеркало, я поняла, что никогда не выглядела лучше, чем теперь, ведь счастье полностью изменило ту Розелинду Браун, которой я была раньше.
Я долго расчесывала волосы, и они рассыпались по плечам темной блестящей волной. Щеки у меня порозовели. Я действительно выглядела прекрасно. Жаль, что я не смогла надеть что-нибудь по-настоящему красивое. Мой старый скромный халат был неуместен в этой роскошной комнате. Воздух был напоен очарованием таинственности и тонким ароматом роз, которые выращивали в оранжереях. Я сидела, погрузившись в свои мечты.
Ричард вошел в комнату, встал позади меня и положил руки мне на плечи. Потом улыбнулся моему отражению в зеркале.
– Дорогая, – сказал он, – ты так похожа на маленькую девочку!
Он взял мои руки и поцеловал каждую по очереди. Сейчас он выглядел так удивительно молодо, был такой красивый. Я крепко обняла его за шею.
– Любимый мой, если бы ты не вошел в мою жизнь, я так никогда бы и не узнала этого огромного счастья. Я думаю, что никогда не смогла бы никого полюбить и не вышла бы замуж. Только теперь я начинаю жить, Ричард! Знаю, нам придется платить за это… рано или поздно человеку приходится платить за все… Я знаю, даром жизнь не расточает таких подарков. Но не будем думать о будущем. Я счастлива, Ричард. Позволь мне сохранить это чувство навсегда!
Он прижал меня к себе, отодвинул воротник моего халата и прижался губами к ложбинке на шее.
– Ты прекрасна, моя маленькая Роза-Линда! – воскликнул он. – Я всем сердцем люблю тебя и хочу, чтобы ты всегда была счастлива.
Я больше не могла говорить, а только крепче обняла Ричарда за шею и заплакала. Он взял меня на руки, как ребенка, и сел на широкую королевскую кровать, прижавшись щекой к моей щеке.
– Ты – моя настоящая жена, Роза-Линда, и я буду любить и беречь тебя до конца своих дней.
Ничто не могло так успокоить и воодушевить меня, как эти слова, и сказать такое мог только Ричард.
Потом, когда комната погрузилась в темноту и Ричард раздвинул шторы, мы увидели чудесную летнюю ночь: в окна струился бледный свет молодой луны, на небе было множество звезд, а в тишине изредка раздавались крики козодоя и жалобный голос совы. Они доносились из густого леса, окружавшего Замок.
Я почувствовала, что жизнь дала мне все, о чем только может мечтать женщина. За эти несколько часов я испытала все счастье, которое может испытать только человек, любящий по-настоящему, так, как я люблю Ричарда.
Неожиданно мне в голову пришла одна мысль: «Чего лишилась эта женщина, Марион! Мне просто не верится, что она совсем не любит его. Я ненавижу ее за то, как она поступила с ним, но ей я обязана тем, что теперь принадлежу ему».
Я ощутила, как его пальцы прикасаются к моему лицу и шее.
– Дорогая, ты такая красивая в этом лунном свете – вот именно таким мне и представляется дух озера.
– Но ты никогда не должен поддаваться колдовским чарам, которые помешают тебе узнать меня, – произнесла я. – Мне не хочется быть похожей на бедную Одетту – биться крыльями о стекло и видеть, как ты танцуешь с другой женщиной.
Засмеявшись, Ричард прижал меня к себе и прошептал:
– Твое колдовство сильнее, чем у любой другой женщины. Клянусь, я никогда не поддамся злым чарам. Теперь это просто невозможно. Ты принадлежишь мне, а я – тебе. Не знаю, правда, сколько времени отпустит жизнь на наше счастье.
– Понимаю, – сказала я, – у тебя уже было одно разочарование, и ты боишься нового, но я тебя не предам. Я никогда не перестану любить тебя, никогда-никогда.
Я почувствовала на своих губах его горячий и страстный поцелуй и услышала его взволнованный голос:
– Я верю тебе, любимая. Я безгранично тебе верю, но я имел в виду совсем другое. На самом деле я не боюсь, что мы можем разлюбить друг друга. Я не знаю только, много ли времени нам отведено судьбой.
– Но почему что-то должно случиться? – спросила я. – Что может случиться? Что может помешать нам?
– Я не знаю, – ответил он и, помолчав, добавил: – Не думай больше об этом, Роза-Линда. Сейчас так хорошо, что, наверное, не стоит заглядывать слишком далеко вперед.
Я обняла его и затихла. Интересно, о чем он думал тогда. Он старше и мудрее меня. Вероятно, ему свойствен более реалистический подход к жизни. Может быть, он уже тогда предвидел трудности, которые ожидали нас впереди, а я о них еще не догадывалась. Как женщина (причем так сильно любящая его), я не хотела заглядывать в будущее, ведь у меня было такое счастливое настоящее.
Но позже, когда он заснул, а мне не спалось, я задумалась над его словами, и меня охватило беспокойство. Может быть, эта волшебная брачная ночь просто сон, удивительная фантазия, которая кончится, как только я проснусь? Неужели все наши взаимные клятвы и вера в то, что мы теперь муж и жена, – просто романтические выдумки… за которыми скрывалось мимолетное чувство, и ничего более? Неужели жизнь так жестока и безжалостна, что не позволяет людям долго оставаться счастливыми? Действительно, Марион, жена Ричарда, не любит его, он ей не нужен, но все же она его жена. А еще у него есть дочь, которая становится старше и, наверное, будет требовать все больше внимания с его стороны. Впереди у меня долгие недели разлуки, когда я совсем не смогу видеться с ним. Для Ричарда, каким бы добрым и понимающим он ни был, любовь только часть жизни. Со временем у него могут появиться и другие заботы; они стеной встанут между нами, даже если мы и не перестанем испытывать те чувства, которые соединили нас.
Даже сейчас в моей голове проносились такие мысли: «У нас впереди еще один день. Завтра вечером мы должны возвращаться в Лондон. А потом я начну работать… и мне останется только ждать и надеяться, что он снова придет ко мне. Как это будет нелегко…»
У меня было так тяжело на сердце, что я чуть не заплакала. Я тихо встала, подошла к окну и стала смотреть на освещенный луной парк. Какая красота! Маленький пруд отливал серебром. Подстриженные тисовые деревца, которые образовывали причудливую живую изгородь, казались таинственными призрачными фигурами. Я чувствовала смешанный аромат цветов и с жадностью вдыхала прохладный ночной воздух и пыталась восстановить исчезнувшее ощущение счастья… Но я поняла, что во мне начала появляться непонятная отстраненность, даже безразличие, и неожиданно меня охватило ужасающее одиночество, предчувствие катастрофы.
«А если Ричард разлюбит меня? Вдруг ему надоест все это, и он уйдет из моей жизни так же легко, как вошел в нее?»
Сначала мне было как-то не по себе от этих мыслей, а теперь меня просто охватил ужас… Я принадлежу Ричарду, а Ричард – мне. «Он принадлежит мне, – неожиданно сказала я себе с болью, – а не Марион и не Роберте… только мне»
Дрожа всем телом, я отвернулась от окна. Ко мне быстро шагал Ричард. Проснувшись, он увидел, что меня нет, и встревожился. Подойдя, он обнял меня.
– Что случилось? Боже, ты совсем продрогла, моя дорогая Роза-Линда. Ну как ты можешь стоять тут и мерзнуть!
Ричард замолчал, потому что я расплакалась. Он отнес меня на кровать, обнял и крепко прижал к себе. Скоро мне стало теплее, оцепенение и холод отступили. Он спрашивал меня, что произошло, а я не могла вымолвить ни слова. Думаю, Ричард догадался, в чем дело, ибо он почти всегда безошибочно читал мои мысли.
– Милая моя девочка, неужели ты думаешь, что я могу разлюбить тебя? – неожиданно сказал он.
Я прижалась к нему и сквозь слезы проговорила:
– А вдруг… а вдруг!..
– Клянусь Богом, этого никогда не будет! Что бы с нами ни случилось, этого не будет.
– А что с нами может случиться, Ричард? Что?
Он обнял меня, будто пытался защитить от бед и от страданий, и прошептал:
– Дорогая моя, дорогая, я не знаю. Мне вообще не следовало это говорить. Просто иногда у меня бывают странные предчувствия, а может быть, жизнь сделала меня циником. Мне кажется, что хорошее не может продолжаться долго.
– Мы должны сделать так, чтобы наше счастье длилось вечно. Мы должны! Ничто, кроме смерти, не сможет помешать нам!
Секунду Ричард молчал, а потом я услышала его сильный голос, который мгновенно рассеял все мои страхи и высушил слезы:
– Ничто, кроме смерти, не помешает нашему счастью, Роза-Линда. Ничто.
* * *
Питер Эш отложил рукопись Розы-Линды, потому что строчки стали расплываться у него перед глазами. Он вдруг понял, что не имеет права читать дальше, но дочитал. Чувство горечи и разочарования, которое вызывало это повествование, было для него неожиданностью, ибо он всегда был очень сдержанным человеком. Он провел рукой по глазам и заметил, что они мокры от слез. Скупые слезы… ведь он плакал впервые, как стал взрослым.
Питер любил своего брата Ричарда, и ему причиняло боль чтение этого глубоко личного повествования о том, что пережили его брат и женщина, которую тот любил. Наверное, это написано несколько лет назад. Но слова Ричарда оказались пророческими, все произошло именно так, как он говорил… Только смерть оборвала их любовь.
С глубоким состраданием он подумал о том, что Роза-Линда, которую так любил Ричард, умирает в больнице совсем одна. И все-таки если верить в загробную жизнь, верить в то, что двое людей могут отыскать друг друга в таинственном царстве теней… то эта девушка найдет там Ричарда, и даже смерть будет бессильна разлучить их.
Питер неожиданно очнулся от своих мыслей. У него наверняка помутилось в голове, если он плачет над дневником какой-то женщины.
Было уже поздно, очень поздно, но он не устал, и ему очень хотелось продолжить чтение.
Питер налил себе немного виски и раскурил трубку. Потом взял рукопись и начал читать четвертую, последнюю главу истории Розы-Линды.




Часть четвертая
История Розы-Линды



Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Больше чем любовь - Робинс Дениз

Разделы:
123456

Часть вторая

12345678910

Часть третья

12345678

Часть четвертая

12345

Ваши комментарии
к роману Больше чем любовь - Робинс Дениз



Просто потрясающий роман. Такие чувства, переживания! Хотелось все время плакать! Прочла "на одном дыхании". Все как в жизни. Спасибо за то, что напомнили о настоящей любви и преданности!!!
Больше чем любовь - Робинс ДенизLana
16.01.2013, 7.53





Трудно описать словами какая это книга,когда читаешь внутри всё замирает,очень хорошо описаны переживания,подступает комок к горлу...любителям счастливого конца не читать...хотя ,смотря,что такое счастье...?
Больше чем любовь - Робинс Денизива
16.01.2013, 14.48





Очень-очень...Рекомендую....
Больше чем любовь - Робинс ДенизКаталина.
17.01.2013, 16.08





Эмоции неоднозначные.Даже по прошествии дней вспоминаешь,задумываешься.Наверное, это хорошо, когда после прочтения сюжет не сразу забывается, как многие другие...
Больше чем любовь - Робинс ДенизЭльчин
18.01.2013, 11.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа
123456

Часть вторая

12345678910

Часть третья

12345678

Часть четвертая

12345

Rambler's Top100