Читать онлайн Западня для Евы, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Западня для Евы - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.8 (Голосов: 15)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Западня для Евы - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Западня для Евы - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Западня для Евы

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Пока Ева колдовала над рисунками, Пибоди ела пирог и придирчиво следила за экраном. Наконец она облизала ложку и уселась поудобнее.
— Ну ладно, вы прибавляете накладные волосы, но это не меняет формы челюсти и размера ушей. И потом, по показаниям свидетелей, Анджело был легче, значительно легче Картера Биссела. Фунтов на пятнадцать, не меньше. Биссел страдал избыточным весом, судя по данным удостоверения личности, а свидетели говорят, что Анджело был подтянут, в хорошей физической форме. И опять-таки: можно прибавить себе вес различными накладками, но невозможно за одну ночь сбросить пятнадцать фунтов. Будь на свете такая программа, я бы первая на нее подписалась.
— Не хочешь играть — забирай свой пирог и катись отсюда!
— Я просто делюсь с вами своими сомнениями. Не похоже, что все это — дело рук дилетанта, а Картер — явный дилетант. Проникновение в квартиру Пауэлла, как и в дом Кейд, было произведено чисто, без взлома. — Пибоди выскребла с тарелки последние крошки пирога. — Значит, действовал кто-то обученный, имеющий опыт. И все убийства в этом деле носят подчеркнуто расчетливый характер. Особенно первое убийство, двойное, которое инсценировали как преступление по страсти. Сам факт инсценировки говорит о холодном расчете.
— С этим никто не спорит. Но ты мне дай мотив!
— Предположим, спецслужбы оплошали. Или хакеры. А может, это что-то вроде войны преступных кланов? Вирус готов, и «Бригада Судного дня» хочет его использовать. Они знают о создании антивирусной защиты. ОБР и другие спецслужбы сеют панику, чтобы тормознуть хакеров, или обойти их с фланга, или уничтожить вирус. Или «Бригада» сеет панику, чтобы заставить спецслужбы распылить ресурсы. Сеять панику — это ведь специальность террористов. Они хотят тормознуть создание антивируса. Они же затратили столько усилий, хлопот, такие расходы понесли. Надо же им получить хоть какое-то моральное удовлетворение! Одна сторона убивает пару оперативников, вторая обрезает возможный источник утечки — Маккой. Одна сторона захватывает брата оперативника. Другая похищает тело оперативника и устраивает атаку — с избыточным применением силы — на следователя, ведущего дело. Глубоко эшелонированный шпионаж, — пояснила Пибоди, пожимая плечами. — Не так клево, как у Бонда, но очень запутанно. Мне кажется, шпионы всегда все запутывают до невозможности.
— А теперь еще раз взгляни на рисунки, Пибоди. Что ты видишь?
Пибоди повиновалась, задумчиво постукивая ложечкой по зубам.
— Я вижу сходство, в основном поверхностное, между двумя портретами. Но это ни о чем не говорит. Даллас, можно мою физию поместить на экран, поколдовать, покомбинировать и сделать меня похожей на Анджело. Только не надо этого делать, хорошо? Я же только что поела.
— Тебя все еще смущает расхождение в линиях челюсти и форме ушей?
— Конечно. Попробуйте пойти с этим в суд, и вас вытолкают взашей.
— Пожалуй, ты права. А теперь я убираю рисунок два и заменяю его рисунком три.
Пибоди удивленно сдвинула брови, когда на разделенном экране возникли два портрета Анджело.
— Я не понимаю.
— Чего ты не понимаешь?
— Зачем вы проецируете два изображения одного и того же человека?
— Разве? Ты уверена, что это один и тот же человек? Может, мое зрение пострадало от удара ракеты?
— У вас там два портрета Анджело. — Встревоженная Пибоди повернулась и пристально взглянула в лицо Еве. — Если вы не хотите в больницу, может, позвоните Луизе? Она примет вызов на дом…
— Не стоит тревожить доктора Диматто, я слишком ценю ее время. Лучше посмотри, что будет, когда я удалю наслоения с рисунка три и оставлю оригинал.
Ева нажала несколько кнопок и откинулась назад с ухмылкой торжества, а Пибоди уронила ложку.
— Это же Биссел! Это Блэр Биссел.
— Вот именно. Мне кажется, слухи о его смерти были сильно преувеличены.
Пибоди помотала головой, словно пытаясь отогнать галлюцинацию.
— Я знаю, вы учитывали эту версию, но никогда не думала, что вы рассматривали ее всерьез. Ведь отпечатки, ДНК — все принадлежало Блэру Бисселу! Его опознала жена…
— Обучение в рядах ОБР, опыт нескольких лет работы даже в ранге оперативника низшего уровня — все это может научить парня подделывать любые записи. Например, подменить свои данные данными брата. А то, что его опознала жена… Вспомни жуткие обстоятельства убийства, море крови, тот факт, что Рива была в шоке. К тому же Картер Биссел, скорее всего, в недавнем прошлом подвергся пластической операции, усилившей и без того немалое природное сходство с братом. Вес тела в записях Картера был избыточным — но в пределах той нормы, о которой люди обычно лгут при заполнении официальных документов. Никто не обращает внимания на лишние десять-пятнадцать фунтов.
— Я сама всегда убавляю себе десять фунтов, сама не знаю почему. Ничего не могу с собой поделать.
— Мы все, в том числе и Рива, ожидали увидеть Блэра Биссела — вот мы его и увидели. Нам и в голову не пришло сомневаться в идентификации жертвы. С какой стати?
— Ну, а Картер-то с какой стати согласился на подмену? Не было никаких следов принуждения, его не связывали. Как можно заставить человека лечь под нож пластического хирурга, если он этого не хочет?
— Ему могли заплатить. Деньги, секс… возможно, и то и другое. Почему бы не надуть старшего брата, а заодно не переспать с его подружкой? Братья всегда друг друга недолюбливали.
— Недолюбливать — это одно, а нарочно, хладнокровно зарезать своего брата и свою любовницу — это совсем другое. Кроме того, если Кейд помогала подставить Картера, значит, она действовала заодно с Блэром.
— Не исключено, что Блэр с самого начала запланировал ее устранение. Да, я думаю, все было именно так. Уж если хочешь сымитировать собственную смерть, делай это по-крупному. Блэру было нужно, чтобы в преступлении обвинили его жену, значит, оно должно было быть кровавым. Заодно он избавлялся от мартышки, сидящей у него на горбу, а также от женщины, которая слишком много знала и могла испортить ему всю игру. Блэр знал, что его назовут лжецом, изменником, подонком. А ему-то что? Он же умер.
— Мне надо это обдумать. — Пибоди вскочила со стола и начала расхаживать по комнате. — По вашей теории выходит, что Биссел и Кейд взяли в оборот Картера без санкции ОБР?
— Может, изначально у них и была санкция, но, я думаю, в какой-то момент они вышли за пределы своей компетенции и начали действовать самостоятельно.
— Чтобы таким образом решить проблему шантажа?
— Отчасти. Это деньги, это приключение, это риск — все вполне соответствует их психологическим портретам. Но, думаю, у них были и более амбициозные цели. Ладно, продолжай.
— Ерунда какая-то. Весь этот план был разработан в недрах ОБР… Зачем все это? Биссел был связником, изображал перебежчика, шпионил за «Бригадой Судного дня». Передавал им препарированную информацию за плату. Косил под стукача, предателя, свободного агента. В рамках этой легенды женился на Риве Юинг.
— Корпоративный шпионаж — прибыльная игра, — пояснила Ева. — Это с одной стороны. А с другой — последние два десятка лет идет непрерывный процесс приватизации разведданных и источников информации. ОБР приходится конкурировать с частными компаниями в борьбе за доходы.
— Например, с «Рорк индастриз»?
— И с десятками других. Не исключено, что ОБР дала возможность Бисселу разместить свои подслушивающие устройства в представительствах многих компаний. И вот еще о чем подумай, Пибоди. Шпики всегда стараются заранее обеспечить себе путь отхода — так сказать, запасной план. Если их схватят за руку, они будут все отрицать, но это должно выглядеть правдоподобно. Как ты думаешь, какой запасной план придумали авторы всей это комбинации на случай, если бы кто-то засек «жучки» в одной из скульптур?
Пибоди остановилась перед экраном, изучая лица.
— Они свалили бы всю вину на Блэра Биссела?
— Точно! Причем вместе с ним под удар попала бы Рива. Все решили бы, что они работают вместе. Они же были мужем и женой.
— Значит, их все-таки собирались подставить?
— В случае необходимости. Блэр достаточно долго пробыл в организации, чтобы сообразить, что его ждет. А если не он, так уж Кейд наверняка сообразила.
— Значит, он принял меры, чтобы оградить себя. — Пибоди покачала головой. — Довольно-таки крутые меры!
— Речь идет не только о том, чтобы оградить себя. Прибавь сюда возможность разделаться с братом-шантажистом и отомстить ОБР — организации, которая готова была использовать его, а потом отбросить, как одноразовое изделие, если что-то пойдет не так. Ну, и добавь сюда целую гору денег.
— От хакеров? Он ведь мог с ними договориться и передавал не препарированную информацию. Нечто существенное.
— Вот именно. Блэр являлся живым мостом между точкой А и точкой Б, поэтому о каждой из точек ему было известно больше, чем обеим точкам друг о друге. Ведь это он передавал данные. Он контролировал ситуацию. Парню с его психологическим портретом такое положение вполне могло вскружить голову. Почему бы не взять больше? Больше контроля, больше власти, больше денег… А потом слинять. Но у него есть только один выход. Если он просто сбежит, его затравят, как зайца, причем обе стороны.
— Но они не станут за ним охотиться, если будут думать, что он мертв!
— Вот видишь. Он мертв, и пусть теперь ОБР расхлебывает заваренную им кашу, а копы разбираются с подозреваемой, которую он преподнес им на тарелочке. О его планах знала только его возлюбленная, но она мертва. А сам он вне подозрений. Ловко устроился!
— Что же пошло не так? Почему он не нежится на пляже какого-нибудь тропического острова, попивая ромовый пунш и подсчитывая свои барыши?
— Возможно, платеж не прошел. Но он не стал бы складывать все яйца в одну корзину. Когда играешь с террористами, яйца часто бьются. Он прошел такую подготовку, что наверняка научился сам обеспечивать себе пути отхода. Он что-то дал на хранение Маккой, и ему пришлось за этим вернуться. А ей пришлось за это умереть.
— А тем временем следователь не поверил в виновность подозреваемой, преподнесенной на тарелочке. И когда полицейские начали копать глубже, то же самое сделали и все остальные.
— Да у него с самого начала все пошло наперекосяк. Рорк любит цитировать одного старого ирландца — как его? — Йетса
type="note" l:href="#note_2">[2]
. Так вот, Йетс как-то раз заметил, что если сердцевина не держит, все распадается на части. Вот что произошло с Блэром Бисселом: сердцевина не выдержала.
— И все стало распадаться на части с той минуты, как вы появились на месте первого преступления.
— В результате он дошел до ручки. Он страшно зол. Он перестарался. Ему так хочется понадежнее прикрыть свою задницу, что он все время выставляет ее напоказ. Ему надо оставаться мертвым — и надо забрать свой гонорар. Трудно совместить такие цели. Глупо было убивать Пауэлла и уничтожать тело, идентифицированное как его собственное. Теперь, конечно, невозможно окончательно определить принадлежность тела, но в то же время возникает масса новых вопросов, и цепочка рассуждений приводит прямо к нему. Он единственный, кому выгодно уничтожение тела.
— А потом он попытался устранить вас?
— Как я уже сказала, он дошел до ручки. Он готов на все. И знаешь, что он собой представляет, если отбросить всю эту шелуху из шпионства, так называемого творчества и беготни за женщинами, Пибоди? Он портач. Из тех, кто не только не учится на своих ошибках, но каждый раз совершает все новые и новые. И с каждым разом все более провальные. Он мнит себя холодным, как камень, убийцей, а на самом деле он избалованный, эгоистичный мальчишка, играющий в Джеймса Бонда. А когда у него что-то не выходит, он закатывает истерику.
— Может, он и не холоден, как камень, но он точно убил четверых, довольно сильно помял вас и уложил в больницу замдиректора ОБР, — заметила Пи-боди.
— Я же не говорю, что он не опасен! Дети, закатывающие истерики, чертовски опасны. Меня они до смерти пугают.
— Значит, согласно вашей версии, мы имеем психоватого, инфантильного убийцу, прошедшего обучение в ОБР.
— Довольно точно.
Пибоди вздохнула так глубоко, что взлетела ее падающая на лоб челка.
— Жуткое дело! И как же мы его возьмем?
— Я над этим работаю. — Ева хотела вскинуть ноги на стол, но замерла на полпути, ощутив острую боль, пронзившую позвоночник. — Черт!
— Вам бы поработать над своими синяками.
— У меня в мозгу синяков нет. Думать я пока еще могу. Давай позовем сюда всю команду, включая штатских. Попинаем этот мячик вместе.
— Хотите ввести Юинг в курс дела?
— Она два года была замужем за ним. Допустим, для него это был брак исключительно по расчету, но она-то должна была узнать его хоть немного за два года. Привычки, фантазии, любимые места… Если Спарроуз придет в себя и решит поделиться информацией о Бисселе, это нам, конечно, поможет. Но сейчас наш главный источник — Рива Юинг.
— Вы собираетесь сказать ей, что ее муж, в убийстве которого она обвинялась, не только жив, но к тому же именно он ее подставил?
— Если она не сможет с этим справиться, нам от нее толку не будет, но мы ничего не потеряем. Давай проверим, унаследовала ли она стальной хребет своей матери.
Финн вошел, на ходу бормоча себе под нос какие-то цифры. Его подбородок покрылся седовато-рыжими колючками, в мешки под глазами можно было спрятать недельный запас провизии для семьи из трех человек, но в самих глазах горел огонек.
— Ты выбрала неудачное время для перерыва, девочка, — сказал он Еве. — У нас наступил перелом.
— В расследовании появился новый фактор, и он тоже может стать переломным. Где остальные?
— Рорк и Токимото заканчивают серию тестов, прервать ее посредине невозможно. Ты не представляешь, чего нам стоило добраться до стадии тестов! Нам удалось максимально очистить одну из машин Кейд. Чище, чем сейчас, она уже не будет. Макнаб и Юинг как раз заканчивают установку… — Он замолк, только сейчас как следует разглядев Еву. — Мне сказали, что тебе здорово досталось. Теперь я сам вижу. Надо бы приложить лед к этому глазу.
— А что, уже есть фингал? О, черт! — Ева осторожно провела пальцем по скуле, и пронзившая ее боль докатилась до пальцев ног. — Я же приняла таблетку! Неужели этого мало?
Пибоди вышла из кухни с мешочком льда в руках.
— Позвольте мне его приложить. Минутку пощиплет и выглядеть будет по-дурацки, но зато опухоль спадет и синяк побледнеет. У вас хоть фингала не будет.
— Действуй, Пибоди, не трепись!
Ева стиснула зубы, пока Пибоди закрепляла компресс повязкой. Щипало страшно, и, хотя это ощущение вытеснило пульсирующую боль, особого облегчения она не испытала.
— Ну и видок! — прокомментировал Макнаб, входя в кабинет, и сочувственно поморщился. — Говорят, машину вы тоже потеряли?
— Ну, это была не такая уж большая потеря. Где Юинг?
— Сейчас будет. Задержалась на пит-стопе. Ничего, если я немного заправлюсь? Умираю с голоду.
Есть фруктовый пирог! — крикнула Пибоди ему вслед, так как он уже устремился в кухню. — С яблоками и клюквой!
— Фруктовый пирог? — переспросил Финн.
— О господи… Валяйте! — Ева беспомощно вскинула руки. — Ешьте, пейте, веселитесь! Каждое массовое убийство надо отмечать фруктовым пирогом.
— Я принесу вам выпить чего-нибудь холодненького, — решила Пибоди. — Вам надо восполнить потерю жидкости.
После этого Ева осталась у себя в кабинете одна и погрузилась в горестные размышления о том, как это получилось, что она с такой легкостью утратила управление своей командой. В конце концов она решила, что супружеские разногласия похожи на субфебрильную температуру. Вроде ничего страшного, но организм слегка выбивается из колеи и не может действовать на полную мощность. Ева была явно не в лучшей форме и понятия не имела, когда ей удастся вновь начать функционировать в полную силу.
— Вы тоже хотите есть? — набросилась она на Риву, как только та показалась на пороге, — так идите в кухню и берите что хотите. Хотите пить — пейте. Только давайте по-быстрому. Тут вам не буфет, открытый круглые сутки!
Рива склонила голову набок и внимательно посмотрела на нее.
— Спасибо, мне ничего не нужно. Но я держу пари, вы чувствуете себя так же плохо, как выглядите. Рорк и Токимото задержатся еще на пару минут. Они на самой грани.
— Не они одни. Мы больше не будем их ждать. И вообще никого ждать не будем! — крикнула Ева в направлении кухни. — Вам лучше бы присесть.
— Это будет долгий разговор, или вы, фигурально выражаясь, собираетесь врезать мне под дых?
— Надеюсь, вы выдержите удар под дых.
Рива кивнула и опустилась на ближайший стул.
— Не тяните. Что бы это ни было, лучше не мучьте, бейте сразу наповал. Я устала. С каждым часом я чувствую себя все большей идиоткой. Два года с лишним я была глуха и слепа. Я ухитрялась не видеть того, что творилось у меня под носом.
— У вас под носом был мужчина, который всем своим поведением убеждал вас, что он вас любит, а его ввела в вашу жизнь лучшая подруга, которой вы всецело доверяли.
— Лишнее доказательство того, как блестяще я разбираюсь в людях.
— Не забывайте: они были профессионалами в своем деле, и они с самого начала приложили массу стараний, чтобы вас подставить. Неужели, взглянув на этого парня, вы должны были сразу заподозрить в нем секретного агента?
— Нет, — криво усмехнулась Рива. — Но можно было бы предположить, что я сумею распознать двурушника и лжеца.
— Они вас заранее проверили, они вас изучали, можно сказать, просвечивали. Они уже знали о вас все, что только можно было узнать, задолго до того, как вы с ними познакомились. Они знали все о вашей общественной и частной жизни. Не исключено, что поначалу они хотели завербовать вас. Вы когда-то заслонили собой президента, и это на несколько месяцев уложило вас в больницу. Возможно, они рассчитывали на определенную озлобленность. А может, просто решили, что, раз вы работали на правительство, согласитесь поработать и на них.
— Когда в аду мороз грянет!
— Как только они это поняли, они начали обрабатывать вас в личном плане. Блэр знал, какая еда вам нравится, какие цветы вы предпочитаете, чем вы увлекаетесь в свободное время; знал состояние ваших финансов, знал, с кем вы спите, знал, кто вам дорог. Вы для них были не более чем инструментом, и они знали, как вас использовать.
Рива задумчиво кивнула.
— В вечер нашего знакомства на вернисаже Блэр пригласил меня выпить с ним. Красавец, веселый, милый, обаятельный: чего в нем только не было! Мы с ним говорили часами. У меня было такое чувство, будто я знаю его всю жизнь. Как будто я ждала его всю жизнь! — Рива посмотрела вниз, на свои руки. — Конечно, у меня и раньше были романы, причем довольно серьезные, но всякий раз они заканчивались расставанием. И ни один из них даже сравнить было нельзя с тем, что я испытывала к Блэру. Разумеется, он не был идеален. Он надувался и раздражался при малейшем намеке на критику или невнимание, но я твердила себе, что должна принимать его таким, какой он есть, понимаете? Я считала это частью брачного договора. «Мы должны понимать друг друга, — говорила я себе, — делать друг друга счастливыми». Я искренне хотела, чтобы он был счастлив. Я хотела, чтобы наш брак был прочным…
— Идеальных браков не бывает, — пробормотала Ева себе под нос. — Стоит только уверовать, что твой брак идеален, как что-то подкрадывается к тебе и кусает за зад.
— Уж это точно. Как бы то ни было, я устала. Мне надоело чувствовать себя дурой, надоело жалеть себя. Ну, так скажите же мне, что это за новость, которую я должна выслушать сидя. Одним ударом.
— Хорошо. Я считаю, что Блэр Биссел совершил убийство Фелисити Кейд и своего брата, чтобы инсценировать собственную смерть и подставить вас.
— Но это бред! — прохрипела Рива, словно ее ударили по горлу ребром ладони. — Он мертв. Блэр мертв. Я его видела.
— Вы видели то, что вам положено было видеть, — точно так же, как и два с половиной года назад. А на этот раз вы к тому же были в шоке, и вас почти сразу отключили.
— Но это же было… подтверждено!
— Я думаю, Блэр заранее подменил данные в своих идентификационных записях данными брата. Он долго готовился. Он поставил целый спектакль: для вас, для полиции, для своих боссов из ОБР и из «Бригады Судного дня», которых он сталкивал лбами. Все должны были поверить, что он умер. Потому что мертвых никто не ищет.
— Но это безумие! Говорю вам, Даллас, это безумие! — воскликнула Рива, не обращая внимания на то, что остальные вернулись из кухни. — Да, Блэр был лжецом и неверным мужем. Он меня использовал. Я делаю все, что в моих силах, чтобы с этим смириться. Мне придется с этим жить. Но он не был убийцей. Он был не из тех, кто может… кто может зарезать двух людей!
— Кто выигрывал в случае его смерти?
— Выигрывал?.. Вы имеете в виду — в финансовом плане?
— В любом плане.
— Я, наверное. Остались довольно приличные деньги. Но вы все это знаете.
— Приличные деньги, — повторила Ева. — У вас самой есть приличные деньги, ваши собственные. А у него были тайные счета, и как только мы их найдем…
— Уже найдены, выстроены по списку и отосланы на твой компьютер, — объявил Рорк, входя в кабинет. — Все, как договаривались, лейтенант.
— Сколько?
— Более четырех миллионов, распределенных по пяти счетам.
— Мало.
Рорк склонил голову.
— Может, и мало, но это все, что есть. Биссел был не слишком бережлив и не умел выгодно вкладывать деньги. Счета были открыты шесть лет назад, и с тех пор они систематически пополнялись, но тратил Биссел гораздо больше. Он пытался спекулировать и при этом почти всегда терял капитал.
— Это на него похоже. — Ева начала выстраивать новую версию. — Да-да, это вписывается. Деньги уплывают у него сквозь пальцы, ему все время нужны новые и новые поступления. Большой куш.
— И ради этого, по-вашему, он убил Фелисити и своего брата? Чтобы сорвать большой куш? Вы изображаете чудовище! А я не была замужем за чудовищем!
— Вы были замужем за иллюзией.
Рива откинула голову, словно ей дали пощечину.
— Неправда! Это вы хватаетесь за воздух, потому что у вас больше ничего нет! И меня вы хотите оставить ни с чем. Даже если он был иллюзией, все равно я его любила Вам знакомо такое понятие?
— В общих чертах.
— Вы хотите заставить меня поверить, что я любила человека, способного на убийство? На расчетливое, умышленное, хладнокровное убийство?
Еве потребовалась вся сила воли, чтобы удержаться и не бросить хотя бы мимолетный взгляд на Рорка. И чтобы в глубине души не задать себе тот же самый вопрос.
— Во что вы верите, это ваше личное дело. Как вы с этим справитесь, зависит от вас. Если вы не сможете с этим справиться, значит, я не смогу использовать вас в своем расследовании.
— Это вы расчетливы и хладнокровны! Вы бессердечны! И мне уже до смерти надоело, что меня все используют!
Рива вышла из кабинета, хлопнув дверью. Токимото тихонько выскользнул за ней следом.
— Что ж, она хорошо держалась. — Теперь Ева могла себе позволить окинуть взглядом присутствующих. — Ну как, вернемся к нашим делам или кто-то еще хочет отпустить замечание о моем бессердечии?
— Это был страшный удар, Даллас, — сказал Финн. — Но ты никак не могла его смягчить. Думаю, она вернется, как только оклемается.
— Будем работать без нее. У Биссела имеются счета в разных местах. Он все еще в городе — подчищает за собой. Значит, у него есть уютная норка где-то поблизости. Мы должны ее отыскать.
— Я нашел два объекта недвижимости, — вставил Рорк. — Один на Канарах, другой в Сингапуре. Оба были не слишком изобретательно замаскированы. Я хочу сказать, если я их запросто нашел, значит, и другие тоже найдут.
— Скорее всего, они служат только маскировкой. Он же не законченный дурак. Давайте поищем на имя его брата или на Кейд. В крайнем случае — на Юинг. Он мог использовать их как прикрытие, а потом, если… Нет-нет, черт, все не то! Маккой. Хлоя Маккой. Он наверняка использовал ее не только для того, чтобы было с кем перепихнуться время от времени. Она была ему нужна для чего-то более существенного. Проверьте эту версию. Может, у него где-то есть счета или собственность, записанные на ее имя. У него была веская причина убить ее, и мое мнение такое: этот парень убивает ради денег или собственного выживания.
— Я этим займусь, — предложил Макнаб. — Пирога наелся, теперь надо отработать.
— Начинай. А я проверю, как там Спарроуз, пришел ли он в сознание и смогу ли я что-нибудь из него выудить. Финн, оставляю тебя и Рорка добивать электронику. Рива выбыла из строя, и, пока Токимото гладит ее по головке, вам будет не хватать рабочих рук.
— Выкати нам танкер кофе — и мы в игре!
— Вам стоит кое-что узнать, прежде чем вы умчитесь, лейтенант, — заметил Рорк. — Мы извлекаем данные из компьютера Кейд. Они зашифрованы, но шифр мы вскроем.
— Отлично. Дайте мне знать, когда…
— Я не закончил. Все компьютеры Кейд были заражены, но не сетевым вирусом. Над каждым поработали в отдельности.
— Ну и что? Слушай, это все подробности для ОЭС. Мне нужен только результат. Мне нужны данные.
— Ты питаешь слишком мало уважения к электронике, — вздохнул Финн.
— То же самое, смею предположить, можно сказать о Бисселе, — вставил Рорк. Так как Ева не притронулась к холодному соку, который принесла ей Пибоди, Рорк взял ее стакан и выпил. — Смысл компьютерного червя в том, чтобы заражать целые сети — крупные или мелкие, простые или сложные — в один прием. Заражать и отключать навсегда. Но здесь мы имеем дело не с этим. Возможно, это какой-то вариант, первоначальная версия, но этот вирус совсем не такой мощный, как нам внушали. Его сравнительно нетрудно было выделить и удалить из имеющихся у нас компьютеров.
— Сравнительно нетрудно! — Финн закатил воспаленные глаза. — Впрочем, хоть дело это гадостное, но глобальным шпионажем даже не пахнет. Знаешь, что это такое? Дымовая завеса.
— Значит, ему не удалось добыть то, на что он рассчитывал! То, что он намеревался обратить в солидный пенсионный фонд для себя. Но, может быть, это есть у кого-то еще? Сукин сын! Так он не меня пытался убрать. — Ева рассеянно потрогала свой подбитый глаз. — Он поразил свою цель. Немного неточно, но поразил.
Рорк пристально взглянул на нее. Он думал о том же.
— Спарроуз? Ева кивнула.
— Мне с самого начала казалось, что Биссел не справился бы со всем этим один. Тут нужен человек авторитетный, способный подправлять или фабриковать данные прямо на месте. И обеспечивать протекцию. Спарроуз! Вот мозговой центр. Вот руководитель и вдохновитель. Это он все спланировал. Взгляните на Биссела. Он храбростью не блещет, он не слишком умен, он не сумел сделать карьеру в организации. Он всего лишь мальчик на побегушках. И вдруг кто-то из крупного начальства предлагает ему золотую возможность. Большой куш. По мелочи он и раньше брал, но это — промышленный шпионаж! Возможно, у них со Спарроузом были общие делишки, не санкционированные ОБР. Небольшое частное партнерство. Но горе в том, что Биссел не умеет приумножать капитал. Он только и умеет, что тратить. Держу пари, его партнер куда больше преуспел.
— Тогда почему он просто не убил Биссела? — спросила Пибоди.
— Потому что ему нужен запасной выход. Ему нужен козел отпущения. Для этого он и использовал Биссела. Биссел, как всегда, исполнял роль мальчика на побегушках. Ему было поручено предложить диск с вирусом тому, кто больше заплатит, но вирус ничего не стоил, и сделка сорвалась. Вот Биссел и попал под раздачу. А теперь он мертвец. Он доведен до отчаяния. Он бежит, прячется, ему во что бы то ни стало надо остаться мертвым. Наш приятель из ОБР тоже хочет, чтобы он оставался мертвым, и у него готово дежурное объяснение насчет глобальной безопасности, если не удастся направить следствие по ложному пути.
— Должно быть, он собирался вернуть Бисселу честное имя, превратив его в настоящего мертвеца, — заметил Рорк. — Тихо, без шума, в подходящий момент.
— Раньше надо было думать, тогда он не попал бы в больницу. Мне кажется, от него ускользнул один решающий момент: когда такой, как Биссел, начинает убивать, остановиться он уже не может. И с каждым разом ему становится все легче. — Ева вытащила рацию. — Ввести полную изоляцию Спарроуза. Никто, включая медиков, не должен с ним говорить до моего прибытия. А вы начинайте добычу данных, — бросила она Рорку и Финн.
— Не забудь танкер кофе, — напомнил Финн и вышел.
— Мне нужно переговорить с вами, лейтенант. — Рорк бросил взгляд на Пибоди. — С глазу на глаз.
— Я подожду снаружи. — Пибоди выскользнула из комнаты и закрыла за собой дверь.
— У меня нет времени на личные разговоры… — начала Ева.
— Спарроуз имеет доступ к твоему досье, к тому, что произошло в Далласе. Если ты права в своих предположениях, он может запросто использовать досье против тебя. Обнародовать его, даже подправить, исказить факты.
— Я не могу сейчас тревожиться еще и об этом!
— И не надо. Я предлагаю тебе другое. Я могу уничтожить это досье. Если ты хочешь… чтобы досье исчезло, я сделаю так, что оно исчезнет. Ты имеешь право на охрану частной жизни, Ева. Ты имеешь право быть уверенной, что случившееся с тобой не будет использовано для спекуляций, сплетен… жалости, которую ты ненавидишь больше всего на свете.
— Ждешь от меня разрешения, чтобы влезть в государственную электронную систему и стереть один из файлов?
— Нет, я хочу услышать, что в принципе ты предпочла бы, чтобы этих файлов вовсе не существовало на свете. Чисто гипотетически.
— Ну да, это сняло бы меня с крючка — в смысле юридической ответственности. Я не считалась бы сообщницей, если бы просто загадала желание, и вдруг — бам! — оно сбылось. Какой сегодня странный день! — Слезы душили ее, она отвернулась. — Ты и я… Мы никогда не были так далеки друг от друга, с тех пор как познакомились. Я не могу дотянуться до тебя и не могу тебе позволить дотянуться до меня.
— Ты меня просто не видишь, Ева. Ты смотришь на меня, но не видишь целого, только часть. Возможно, я сам захотел, чтобы так и было.
Ева вспомнила о Риве, о ее иллюзиях, о том, как брак Ривы показался ей пародией ее собственного брака. Это было совсем не похоже на то, с чем ей и Рорку приходилось иметь дело. Рорк никогда ее не обманывал, никогда не притворялся тем, чем не был на самом деле. И она видела его целиком, причем с самого начала.
— Ты ошибаешься. Ты говоришь глупости. — В ее словах прозвучала скорее усталость, а не злость, и от этого ему стало еще больнее. — Я не могу говорить об этом с тобой, потому что не знаю, как к тебе пробиться. Мы просто ходим кругами. Но я не могу поговорить и с кем-то другим. Если я расскажу кому-то, что разрывает нас на части, это сделает их сообщниками. Почему ты думаешь, что я тебя не вижу? — Она повернулась и посмотрела ему прямо в глаза. — Я смотрю на тебя, и я тебя вижу. Я знаю, что ты способен на убийство, и знаю, что ты умеешь находить для себя оправдания, когда чувствуешь себя правым.
Я все это знаю, и все-таки я до сих пор здесь. Не знаю, что мне со всем этим делать, но я все еще здесь.
— Не будь я способен на убийство, я не был бы тем, кто я есть. Нас обоих здесь не было бы, и не было бы у нас этого спора.
— Может, и так, но у меня нет сил спорить. Мне надо идти. Мне надо торопиться. — Ева стремительно подошла к двери и рывком открыла ее. На пороге она остановилась и закрыла глаза. — Сотри файл. К черту «гипотетически»! Я беру на себя ответственность за свои слова и действия. Сделай так, чтобы этого досье не было.
— Считай, что это уже сделано.
Когда она ушла, Рорк присел за ее рабочий стол. Он всей душой, всем своим существом хотел, чтобы все остальное можно было заставить испариться с такой же легкостью, как и ее досье.
Рива перехватила ее в холле.
— У меня нет времени, — коротко бросила Ева на ходу.
— Это займет не больше минуты. Я хочу извиниться. Я вас просила рассказать мне все без прикрас, а когда вы так и поступили, я не смогла с этим справиться. Простите меня. Я страшно зла на себя за свое поведение.
— Забудьте. Теперь вы справитесь?
— Да, теперь я справлюсь. Чем я могу быть вам полезной?
— Мне нужно, чтобы вы подумали. Куда он мог пойти, какие дальнейшие шаги предпринять в критической ситуации. Как по-вашему, что он сейчас делает помимо того, что пытается найти выход? Обдумайте все это и к моему возвращению представьте мне в письменном виде.
— Вы все получите. Сразу могу сказать только одно: ему необходимо работать. Творчество не было для Блэра только прикрытием. Для него это была подлинная страсть, самоутверждение, уход в иную реальность. Ему необходимо место для работы.
— Отлично. Продолжайте в том же духе. Я скоро вернусь.
Когда за Евой захлопнулась дверь, в холл из гостиной вышел Токимото.
— Это был прекрасный поступок, — сказал он.
— Хотелось бы надеяться. До сих пор мои поступки были не на высоте.
— Дайте себе время успокоиться, оправиться от горя и обиды. Надеюсь, вы не откажетесь поговорить со мной, когда вам захочется с кем-то поделиться.
— Да я вас уже до смерти заговорила. — Рива вздохнула. — Токимото, могу я задать вам вопрос?
— Конечно.
— Вы пытаетесь за мной приударить? Он весь напрягся, словно одеревенел.
— Это было бы недостойно в данный момент.
— Потому что я, возможно, все еще замужем — или я вас просто не интересую?
— Ваше замужество вряд ли имеет значение при сложившихся обстоятельствах. Но вы не в таком состоянии духа, когда… Подобного рода авансы личного характера вряд ли уместны, когда ваши чувства и жизненные обстоятельства столь неопределенны.
Рива невольно улыбнулась. Но главное, она почувствовала, как у нее в душе что-то начинает понемногу раскрываться.
— Вы не сказали, что я вас не интересую, поэтому я просто скажу, что не буду возражать, если вы наберетесь смелости приударить за мной. — Чтобы проверить себя, Рива поднялась на цыпочки и легко прикоснулась губами к его губам. — Нет, — сказала она, сделав вид, что все обдумала, — я не стала бы возражать. Почему бы теперь и вам не обдумать такую возможность?
Все еще улыбаясь, она начала подниматься по лестнице.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Западня для Евы - Робертс Нора



уф! я уж действительно стала переживать, что Рорк с Евой никогда не помирятся!!! ну это касаемо их отношений. а что до расследования - тут как всегда интриги, сплетни, подводные камни и прочие иносказания. интересно.
Западня для Евы - Робертс НораОльга Сергеевна
24.06.2012, 15.31





Супер. Отличные герои. 10/10
Западня для Евы - Робертс НораВикки
12.02.2016, 11.03





Прекрасный детектив: 10/10.
Западня для Евы - Робертс НораЯзвочка
12.02.2016, 23.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100