Читать онлайн Свидетельница смерти, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Свидетельница смерти - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.65 (Голосов: 17)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Свидетельница смерти - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Свидетельница смерти - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Свидетельница смерти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 9

– Лейтенант Даллас? Ну, слава богу! – Темные, ра­достно блестевшие глаза главного патологоанатома Морса за толстыми линзами рабочих очков казались огромными, а брови – густыми, как толстые мохнатые гусеницы. У окончания левой брови посверкивало ма­ленькое серебряное колечко.
Он вытянул руку вбок, повернул ее ладонью вверх и пошевелил пальцами. Ассистент Морса, недовольно ворча, вытащил из кармана мятую двадцатку и положил ее в открытую ладонь шефа. В следующую секунду бу­мажка исчезла в кармане мятого зеленого халата пато­логоанатома.
– Ты никогда меня не подводишь, Даллас. А ты, Рочинский, запомни главную заповедь: никогда не иг­рай против банкомета.
– Выиграл пари? – поинтересовалась Ева.
– Ага! Поспорил со своим помощником на то, что ты заявишься к нам еще до пяти часов.
– Как хорошо быть предсказуемой. – Ева посмот­рела на труп темнокожей девушки, лежавший на сталь­ном хромированном столе под скальпелем Морса; на ее груди и животе уже был сделан надрез в форме буквы Y. – Но это не мой покойник.
– Ты на удивление наблюдательна. Познакомься: Элиан Прин. Ее дело ведет детектив Гаррис. Уличная шлюха. Умерла чуть раньше твоего клиента. Ее нашли на автостоянке аэропорта Ла-Гардиа, в «Лексусе-49».
– Не поладила с сутенером?
– Да нет, явных следов насилия на теле не обнару­жено, сексуальных контактов перед смертью не имела. – Морс вынул из брюшной полости трупа печень, взвесил на руке и положил на стальной поднос.
Ева наклонилась и внимательно пригляделась к ру­ке покойницы.
– У нее кожа имеет голубоватый оттенок, – заме­тила она. – Особенно под ногтями. Похоже, наркоти­ки. Скорее всего, «экзотика» или «попрыгун».
– Очень хорошо, молодец! Когда у тебя появится желание заменить меня возле этого разделочного стола, только дай знать. То-то повеселишься! Скоро День свя­того Патрика – вот и отпразднуем его… в холодильной камере.
Глаза Морса смеялись.
– Извини, боюсь, как раз в этот день я буду занята. Ну а где же мой-то покойник? Мне срочно нужен отчет о том, были ли обнаружены в его организме какие-то посторонние вещества.
Морс ответил не сразу. Его руки проворно сновали в такт наступательной рок-мелодии, звучавшей из дина­миков магнитофона.
– Я знал, что тебе, как всегда, будет невтерпеж, и отдал твоего парня молодому Файнштейну.
– Ты отдал моего покойника какому-то новичку?
– Мы все когда-то были новичками, Даллас. Кста­ти, о новичках, где твоя крепышка Пибоди?
– Работает. Слушай, Морс, это очень важное дело. И очень срочное.
– Вы всегда так говорите.
– Я уверена, что это убийство, но обставлено все так, чтобы со стороны выглядело самоубийством. Мне нужно, чтобы над моим покойником поработал профессионал, Морс!
– Других не держим, – невозмутимо откликнулся патологоанатом. – Расслабься, Даллас, иначе погиб­нешь от стрессов.
Морс подошел к телефону, набрал номер и сказал кому-то несколько слов. Положив трубку, он повернул­ся к Еве:
– Файнштейн сейчас подойдет: А ты, Рочинский, отнеси внутренние органы молодой леди в лабораторию и приступай к своей кровавой работе.
– Послушай, Морс, у меня два убийства и все основания предполагать, что они связаны друг с другом!
– Да-да, но это уже не моя, а твоя епархия. – Морс стянул окровавленные резиновые перчатки, бросил их в мусорный бак, а затем вымыл руки, протер их дезинфи­цирующим раствором и подержал под ультрафиолето­вой сушилкой. – Успокойся, Даллас, я присмотрю за тем, как работает паренек. Но пойми, я не могу не дать ему шанс испытать свои силы.
– Ладно, хорошо.
Морс снял марлевую маску и очки, а затем избавил­ся от халата, под которым оказались элегантная розовая рубашка и ярко-синие брюки.
– Ишь, как ты принарядился, – сухо произнесла Ева. – На очередную вечеринку собираешься?
– Я же тебе говорю, у нас тут что ни день – то вече­ринка.
Ева подумала, что Морс, возможно, специально вы­бирает одежду таких кричащих цветов – чтобы хоть та­ким образом дистанцироваться от этого мрачного места и своей жестокой работы. Тут за что угодно уцепишься. Какое же, наверное, это непосильное бремя: каждый день возиться в крови, в чужих внутренностях, видеть ошметки, в которые безжалостно превращают друг дру­га обезумевшие от злобы человеческие существа! Не будь какого-нибудь спасительного клапана, какой-ни­будь палочки-выручалочки, тут и самому недолго ли­шиться рассудка.
«А я сама?» – неожиданно подумала она.
– Как дела у Рорка? – поинтересовался Морс.
– Нормально. Хорошо.
Вот оно! Рорк и есть ее палочка-выручалочка. До его появления в жизни Евы существовала только работа. Ничего, кроме работы. И, не появись Рорк, довольно скоро настал бы день, когда и она дошла бы до края, за которым – либо безумие, либо бездна.
Впрочем, к черту! Хватит об этом думать!
– А, вот и Файнштейн! Постарайся быть с ним по­ласковее, – прошептал Морс.
– Я что, по-твоему, зверь лютый?
– Ты – хуже, – с улыбкой ответил патологоанатом, дружески обняв Еву за плечи. – Герберт, лейтенант Даллас интересуется телом, которое я передал тебе в работу сегодня днем.
– Да, конечно. Лайнус Квим, белый мужчина пяти­десяти шести лет, причина смерти – удушение.
Файнштейн, тощий молодой человек с мелово-белой кожей и светлыми глазами, говорил торопливо, сбиваясь на фальцет, и нервно перебирал пальцами карандаши, которые торчали в нагрудном кармане его ха­лата.
«Он не просто новичок, – подумала Ева. – Он со­всем зеленый новичок».
– Вы хотели бы осмотреть тело? – услужливо спро­сил Файнштейн.
– А по-вашему, я приперлась сюда, чтобы… – Длинные пальцы Морса с силой сжали ее плечо, и она изо всех сил стиснула зубы. – Гм… да, спасибо. Я хоте­ла бы осмотреть тело и ознакомиться с вашим отчетом. Если вы не против.
– Тогда, прошу вас, следуйте за мной.
Файнштейн направился к двери, а Ева перевела ле­дяной взгляд на Морса.
– Ему сколько годков – двенадцать?
– Двадцать шесть. Терпение, Даллас, терпение!
– Ненавижу это слово! От него все вокруг покрыва­ется паутиной.
Однако она покорно последовала за Файнштейном, который, подойдя к высокому – до потолка – холо­дильнику с выдвижными ящиками, потянул один на себя. Из ящика вырвалось холодное облачко.
– Как видите… – Файнштейн откашлялся, прочи­щая горло. – На теле нет следов насилия, если не счи­тать странгуляционной линии. Никаких повреждений и следов борьбы. Под ногтями умершего обнаружены микроскопические волокна от веревки. Это показыва­ет, что веревку привязывал он сам. Все говорит за то, что погибший по собственной воле свел счеты с жиз­нью.
– Значит, вы тоже пытаетесь впарить мне версию самоубийства? – Она с возмущением оглянулась на по­дошедшего Морса. – А как же другие исследования: со­став крови, наличие токсических веществ?
– Я… Гм, я как раз собирался об этом сказать, лей­тенант. Мы обнаружили наличие в организме агелоксита и…
– Говори на человеческом языке, Герберт. Она коп, а не ученый.
– О да, сэр. Прошу прощения. Так вот, в организме обнаружены остатки вещества, которое на уличном жаргоне называется «спокуха», а также небольшое кoличество домашнего пива. Самоубийцы очень часто принимают такую смесь, поскольку она успокаивает нервы. Эдакое «лекарство против страха».
– А я все равно не соглашусь с тем, что этот человек сам покончил с собой, черт меня дери! – заявила Ева. – И если вы…
– Я с вами полностью согласен, лейтенант.
Эти слова Файнштейна прервали тираду, которой собралась было разразиться Ева.
– Вы – что? Согласны?..
– Да. Видите ли, меньше чем за час до смерти по­койный съел большой хот-дог с изрядным количеством горчицы, а еще раньше, утром, он позавтракал сливоч­ными вафлями, вареными яйцами и запил все это при­мерно тремя чашками кофе.
– Ну и что?
– Если погибший знал о том, как действует смесь «спокухи» и домашнего пива, он должен был знать и о том, что кофе может нейтрализовать действие этого… гм… коктейля. Тем не менее кофе он пил – и очень крепкий. Этот факт, а также то, что домашнее пиво обнаружено в очень незначительном количестве, вызыва­ет серьезные сомнения в версии самоубийства.
– Вы ведете к тому, что мы все-таки имеем дело с убийством?
– Я веду к тому, что мы имеем дело с загадочной смертью – смертью при невыясненных обстоятельст­вах. – Встретившись глазами с буравящим взглядом Евы, Файнштейн сглотнул. – Выяснить, было ли это преступлением или самоубийством, можно будет лишь после того, как появятся новые свидетельства в пользу той или иной версии.
– Ну что ж, отлично сработано, Герберт, – одобри­тельно кивнул Морс. – Если лейтенант выяснит какие-то подробности, она сообщит тебе.
Файнштейн с облегчением вздохнул и поспешно ре­тировался.
– В итоге получается, что я от вас так ничего и не получила, – вздохнула Ева.
– Наоборот, – возразил Морс. – Герберт открыл перед тобой дверцу, дал тебе то, чего не дали бы боль­шинство других экспертов. Не одни только голые фак­ты, как того требуют наши инструкции, а возможность проникнуть в мысли и настроение погибшего. В данных обстоятельствах такая формулировка, как «смерть при невыясненных обстоятельствах», – это максимум, что ты могла от нас получить.


-Смерть при невыясненных обстоятельствах… – пробормотала Ева, садясь за руль своего автомобиля.
– Что ж, это тоже какая-никакая, а дверца, – от­кликнулась Пибоди, поднимая взгляд от карманного компьютера. Увидев, как сузились глаза начальницы, она сразу съежилась. – Что? Что я такого сказала!
– Если я услышу эти слова еще от кого-нибудь, в ту же секунду выброшу его в окно! – Ева завела мотор. – Скажи, Пибоди, я похожа на лютого зверя?
– Вы хотите, чтобы я показала вам свои шрамы, или просто поговорить захотелось?
– Заткнись, Пибоди!
Они поехали в сторону Управления полиции.
– Сегодня состоится важный футбольный матч, – заговорила Пибоди. – Квим поставил на одну из ко­манд сто долларов – это его максимальная ставка. Макнаб только что вытащил эту информацию из ком­пьютера, – с оттенком гордости добавила она. – Странно, что он сделал эту ставку всего за несколько часов до того, как повеситься. У меня тут имеется имя, и адресок его букмекерши. Ой, забыла, вы же приказали мне заткнуться! Извините, босс.
– Еще шрамов захотелось?
– Честно говоря, нет. Теперь, когда я стала жить половой жизнью, мне лишние шрамы ни к чему. Ее зо­вут Мэйлу Йоргенсен. Она обитает в Вест-Виллидже.


Пибоди нравился район Вест-Виллидж с его богем­ным шиком и здешней публикой с бритыми головами или дикими разноцветными прическами, лениво слоняющейся по тротуарам. Ей нравилось наблюдать за уличными художниками, делающими вид, что они слишком великие, чтобы торговать своими произведе­ниями. Даже уличные воришки были здесь какие-то элегантные, лощеные.
Торговцы продавали с лотков горячий вегетариан­ский шашлык из свежих овощей, собранных на полях общества «Гринпис». Учуяв манящий запах, Пибоди сглотнула слюну и тоскливо подумала об ужине.
Ева остановила машину возле опрятного дома, ви­димо, перестроенного из какого-то старинного склад­ского помещения.
– Когда-нибудь я тоже поселюсь в таком же очаро­вательном месте, – мечтательно проговорила Пибоди, вылезая из машины и окидывая взглядом окрестности. – Вон, смотрите, на этом углу – симпатичный, чистенький магазинчик деликатесов, а на том – круг­лосуточный мини-маркет.
– Ты, я вижу, даже жилье подбираешь так, чтобы находиться поближе к еде, – сварливо заметила Ева, выбираясь из машины.
Повинуясь внезапному импульсу, Ева проигнориро­вала домофон и открыла дверь с помощью универсаль­ного полицейского ключа.
– Пусть наш приход окажется для Мэйлу сюрпри­зом, – сказала она.
В небольшом холле, который казался стерильным, был лифт и четыре почтовых ящика.
– Так, значит, в этом доме всего четыре кварти­ры, – с завистливым вздохом произнесла Пибоди. – Ну и ну!
– Да, сомнительно, чтобы букмекер, будь он мужи­ком или бабой, мог позволить себе такие апартамен­ты, – согласилась Ева.
Она вспомнила убогую нору Лайнуса Квима, распо­лагавшуюся всего в нескольких кварталах отсюда, и по­думала, что букмекерша живет куда лучше своих клиен­тов. «Никогда не играй против банкомета», – сказал Морс. Что правда, то правда!
В здании царила гробовая тишина. Ева надавила на кнопку звонка в квартиру 2-А и стала ждать. Через не­сколько мгновений дверь распахнулась, и взору при­шедших предстала странная парочка: необъятных раз­меров женщина с огромной копной рыжих волос и ма­ленькая белая собачка, заходящаяся лаем.
– Вы как раз вовремя… – заговорила женщина, за­тем осеклась и подозрительно сощурила золотистые глаза; лицо у нее было белым, как алебастр. – Я думала, это человек, который гуляет с моей собачкой. Он поче­му-то опаздывает. А если вы коммивояжеры, то я у вас ничего покупать не буду.
– Мэйлу Йоргенсен?
– Ну и что с того?
– Мы из полиции Нью-Йорка. – Ева полезла было в карман за полицейским значком, но внезапно в ее ру­ках оказался лающий комок шерсти. – А, черт!
Она швырнула собаку Пибоди и ворвалась в квар­тиру следом за толстой рыжей теткой, которая с пора­зительной для ее габаритов прытью кинулась к широ­кой панели с несколькими светящимися мониторами и компьютерами. Ева вцепилась в ее рыжие лохмы и они обе повалились на пол, словно два срубленных де­рева.
Не успела Ева моргнуть, как оказалась погребенной под сотней с лишним килограммов трепещущей от страха и жира плоти. Она попыталась ударить женщину коленом в пах – и лишь чудом увернулась от длинных, как ножи, ногтей, покрытых синим лаком, которые, пройдя в дюйме от лица, оцарапали ей шею.
В ноздри Евы ударил запах ее собственной крови, и внутри поднялась жаркая волна бешенства. Она выру­галась, изогнулась и изо всех сил ударила локтем в бе­лое лицо Мэйлу. Послышался явственный хруст, из сломанного носа бабищи хлынул поток крови, а затем ее золотистые глаза закатились, и она безжизненно об­мякла.
– Сними ее с меня, Христа ради! – прохрипела Ева. – Она весит целую тонну, и меня сейчас расплю­щит.
– Помогите мне, лейтенант. Это просто гранитная глыба, мне одной не справиться. Вы толкайте, а я буду тащить.
Неимоверными совместными усилиями женщи­нам удалось перекатить тело Мэйлу, и теперь она ле­жала на спине, раскинув руки – толстые, как стволы молодых деревьев. Вся в поту, Ева села и, пытаясь от­дышаться, оглядела свои забрызганные кровью джин­сы и куртку.
– Черт, мне показалось, что на меня упал небо­скреб, – проговорила она. – Да заткни ты эту поганую собаку!
– Как? – Пибоди с симпатией посмотрела на бе­лую собачонку, которая сидела в углу комнаты и зали­валась пронзительным лаем.
– Да хоть шокером…
– Что вы, лейтенант! Как же можно?! – испуганно прошептала девушка.
– А что тут такого? – Ева снова окинула взглядом свою окровавленную одежду, потрогала оцарапанную шею и задумчиво проговорила: – Интересно, чьей здесь больше крови – ее или моей?
– Ой, как глубоко она вас поцарапала! – испугалась Пибоди, присмотревшись к ранам Евы. – Я сбегаю в машину за аптечкой.
– Не сейчас. – Ева нагнулась и посмотрела на ле­жавшее рядом бесчувственное тело. – Давай-ка наде­нем на нее наручники, пока она не пришла в себя.
Эта задача оказалась не из простых, но наконец им удалось перевернуть хозяйку квартиры и сковать ей ру­ки за спиной. Ева встала и принялась рассматривать па­нель с мониторами.
– Она явно занималась чем-то незаконным и реши­ла, что мы пришли ее арестовывать.
– Хотите, я запрошу в управлении ордер на обыск?
– Вот мой ордер! – огрызнулась Ева, прикоснув­шись к своей расцарапанной шее, и села на стул перед мониторами. – Цифры, цифры, соревнования… Что еще? Имена, номера счетов, сделанные ставки, деньги, одолженные в долг… – Ева оглянулась. – Она еще не оклемалась?
– Нет, лейтенант. Вы ее надолго вырубили.
– Заткни пасть этому чертову псу, пока я ему шею не свернула!
– Ну что вы, лейтенант, это же всего лишь малень­кая собачка, – ответила Пибоди и, подхватив собаку с пола, отправилась на кухню.
– Слишком много цифр, – сказала Ева самой се­бе. – Слишком большой бассейн для маленькой рыбки. Нет, здесь наверняка жила акула! А где акулы – там и рыбы-прилипалы. Готова поспорить, что тут пахнет не­законным ростовщичеством. Но что же еще? Что еще?..
Она вынула из кармана сотовый телефон и набрала номер единственного человека, который мог бы разо­браться в этом невероятном нагромождении цифр.
– Мне нужен Рорк, – сказала она снявшей трубку секретарше. – Буквально на одну минуту.
– Конечно, лейтенант, секундочку…


Не прошло и получаса, как Рорк уже входил в неза­пертую дверь квартиры 2-А. Пибоди в этот момент без­успешно пыталась приручить злобную мохнатую шавку, используя в качестве приманки обнаруженное на кухне печенье.
– Хорошая собачка! Красивая собачка! А кто у нас такой умный?..
В другой ситуации Ева не преминула бы рявкнуть на подчиненную, но сейчас она не обратила внимания на ее сюсюканье и встала навстречу мужу.
Рорк широко улыбался.
– Лейтенант, чем я могу вам… – В следующую се­кунду улыбку с его лица словно стерли, а глаза стали серьезными и встревоженными. – Что случилось, Ева? Ты ранена?
– Да нет, чепуха. Это в основном не моя кровь. Лучше оглядись вокруг. Это что-то вроде штаб-кварти­ры подпольного тотализатора. У меня есть кое-какие идеи, но я хочу, чтобы ты помог мне разобраться.
– Хорошо, но только с одним условием: если отсю­да ты отправишься прямиком в больницу.
– У меня нет времени шататься по больницам.
– В таком случае у меня нет времени давать тебе консультации. – Рорк развернулся и направился к вы­ходу.
– Черт возьми! – Ева глубоко вздохнула, понимая, что сейчас совершенно не подходящий момент для того, чтобы ссориться с Рорком. – Послушай, Пибоди сейчас принесет из машины аптечку. У меня всего-то несколько царапин. Клянусь!
Рорк вернулся и взял жену за подбородок.
– Поверни голову влево.
Ева демонстративно закатила глаза, но подчини­лась. Рорк осмотрел ее шею и пожал плечами.
– Вроде действительно ничего серьезного. Ну лад­но, показывай, что у тебя тут.
– Очень много всяких цифр. Разные игры и состя­зания, на которые делались ставки: футбол, бейсбол, скачки. А на третьем мониторе справа, как мне ка­жется…
– Просроченные долги за сделанные в кредит став­ки. Все ясно: она требовала проценты гораздо выше разрешенных законом. На этом экране – расходы на выбивание денег из должников, а на том… Ага, вот это уже интереснее!
Внимательно осмотрев панель, Рорк щелкнул ка­ким-то тумблером, и картинка на экране монитора внезапно изменилась. Вместо колонок с цифрами на нем появилось изображение многолюдного зала, наполненного клубами сигаретного дыма, с рулеткой и зелеными столами для карточных игр. – Подпольное казино. Оно, скорее всего, располагается на первом этаже, а это – изображение с установленных там ви­деокамер.
– Но в этом районе города игорный бизнес запре­щен…
Рорк насмешливо поцокал языком.
– Ай-яй-яй, как им не стыдно нарушать закон!
– Спасибо за помощь.
– Всегда к вашим услугам, лейтенант. Обязательно обработай свои царапины, дорогая, иначе я сам займусь твоим лечением, и тогда – не обрадуешься. А теперь мне пора уходить. Я и так сбежал прямо посреди сове­щания.
Не дожидаясь, пока Ева придумает какой-нибудь ехидный ответ, он вышел и захлопнул за собой дверь. Повернувшись, Ева увидела, что Пибоди сидит на кор­точках и прижимает к груди белую собачонку.
– Рорк много знает о незаконном игорном бизне­се, – заметила Пибоди.
– Рорк вообще много знает! Главное, благодаря ему у нас появился способ надавить на Мэйлу.
Пибоди потерлась щекой о мягкую шерсть собачки.
– Вы намерены ее арестовать?
– Смотря как она себя поведет.
Женщина на полу заворочалась и издала стон, затем послышались какие-то булькающие звуки и кашель. Мэйлу пыталась встать, отклячив огромную задницу и помогая себе на удивление короткими ногами.
Ева присела рядом с ней и негромко заговорила:
– Нападение на офицера полиции, сопротивление во время ареста, ростовщичество, рэкет, содержание подпольного притона для азартных игр… Хватит для на­чала или продолжим?
– Вы сломали мне нос!
Видимо, это было правдой, поскольку звуки у нее выходили гортанными и неразборчивыми.
– Ага, похоже на то.
– Вы обязаны вызвать врача и оказать мне меди­цинскую помощь. Этого требует закон.
– Забавно, что ты напоминаешь мне о том, чего требует закон, Мэйлу. Но сломанный нос, я думаю, мо­жет немного подождать. Вот когда у тебя окажется сломанной еще и рука, тогда врач действительно понадо­бится.
– У меня руки целы!
– Пока целы, – многозначительно проговорила Ева, поднявшись на ноги. – Так что, дорогуша, уясни одну простую вещь: если ты хочешь, чтобы я вызвала доктора и закрыла глаза на подпольное казино, которое ты устроила на первом этаже, расскажи мне все, что знаешь про Лайнуса Квима.
– А вы меня не арестуете?
– Это зависит только от тебя. Итак, Квим.
– Дешевка! Да к тому же неудачник. Он – не игрок. Так, балуется. Для него это вроде хобби. Никогда не ставит больше сотни баксов. Господи, что с моим ли­цом?! Дайте мне перекись!
– Когда вы говорили в последний раз?
– Вчера вечером. Он звонил мне как минимум два раза в неделю. Вчера поставил сто долларов на «Драчу­нов» в сегодняшнем матче. Для него это целое состояние. «Чувствую, – говорит, – что на сей раз мне улыб­нется удача».
– Правда? – переспросила Ева. – Так и сказал?
– Да. Он даже хихикал от удовольствия. Сказал, что если выиграет, то на следующий матч удвоит ставку.
– Значит, у него было хорошее настроение?
– Для Квима хихикнуть – все равно что для другого в пляс пуститься. Он обычно таким занудой бывает, та­ким нытиком! Но играет регулярно и платит исправно, поэтому я с ним и работаю.
– Ну вот, видишь, как все просто, Мэйлу!
– Вы меня не арестуете?
– Я не занимаюсь мелкими жуликами, так что ты – не по моей части. – Ева сняла с лежащей женщины наручники и повесила их себе на пояс. – На твоем мес­те, Мэйлу, я позвонила бы в «Скорую помощь» и ска­зала, что врезалась носом в стену, споткнувшись о со­баку.
– Пискушок! Иди скорей к своей мамочке! – Мэй­лу уселась на свою необъятную задницу и призывно раскрыла объятия. Собака спрыгнула с рук Пибоди и бросилась к хозяйке. – Эти гадкие полицейские тебя обижали?
С отвращением тряхнув головой, Ева направилась к выходу.
– Подожди две недели, а затем позвони Хансону из отдела нравов и сообщи ему этот адрес.
– Вы же обещали ей, что не станете ее арестовы­вать!
– А я ее и не арестовываю. Кроме того, я сказала всего лишь, что она – не по моей части. Она – по части Хансона.
Пибоди оглянулась.
– А что же будет с собачкой? И с квартирой? Может, после того, как ее арестуют, хозяева снизят квар­тирную плату?.. Эх, лейтенант, видели бы вы, какая кухня! С ума сойти можно!
– Мечтай, мечтай… – Ева села в машину и, увидев, что Пибоди открывает «бардачок», застонала: – Что ты делаешь?
– Достаю аптечку.
– Только попробуй!
– Тогда едем в больницу.
– Не поеду я в больницу! И ты ко мне не лезь.
– Не ведите себя, как ребенок, лейтенант. – Упи­ваясь ролью медсестры, Пибоди начала доставать из ап­течки марлевые тампоны и пузырьки. – Лютому зверю не пристало бояться йода. А если уж так страшно, за­кройте глаза.
Загнанная в угол, Ева вцепилась в рулевое колесо и крепко зажмурилась. Она ощутила легкое жжение и специфический запах антисептика, а в следующее мгно­вение у нее вдруг закружилась голова, и она куда-то провалилась, как Алиса – в кроличью нору…


Ей накладывают швы. Это совсем не больно, только непонятно, почему столько народу с ней возится. Опе­рационную наполняет негромкий гул голосов. Кривая игла, кажется, уже в сотый раз вонзается ей в кожу. Сломанная рука горит огнем в только что наложенном гипсе.
– Твое имя? Как тебя зовут? Ты должна сказать нам, как тебя зовут. Кто с тобой это сделал? Как твое имя? Что с тобой произошло?
– Я не знаю!
Ева выкрикивает это снова и снова, но только – мысленно. Она лежит молча, без сил, загнанная в ло­вушку страха, а вокруг суетятся незнакомые люди, гла­зеют и задают вопросы.
– Как тебя зовут?
– Я не знаю-у-у!!!


-Лейтенант! Лейтенант Даллас! Эй!!!
Ева открыла глаза и встретилась с испуганным взглядом Пибоди.
– Что? Что случилось?
– Вы – бледная, как полотно. Вам, наверное, стало плохо. Может быть, нам все-таки стоит заехать в боль­ницу?
– Я в порядке. – Ева разжала кулаки. – Со мной все хорошо. Просто душно.
Она опустила стекло и стала полной грудью вдыхать прохладный воздух. А маленькая испуганная девочка снова спряталась в самый дальний уголок ее сознания.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Свидетельница смерти - Робертс Нора


Комментарии к роману "Свидетельница смерти - Робертс Нора" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100