Читать онлайн Секс как орудие убийства, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 4 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Секс как орудие убийства - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 5.25 (Голосов: 93)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Секс как орудие убийства - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Секс как орудие убийства - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Секс как орудие убийства

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 4

– У тебя нет его портрета.
Ева хмуро смотрела на главного эксперта Дики Беренски, которого за елейную улыбку и вкрадчивые ма­неры многие не любили. Но в своем деле он был на­стоящим гением.
– И ради этого ты заставил меня вернуться в управ­ление?
– Я думал, что ты захочешь это знать. – Дики раз­вернул кресло и уставился на экран другого монитора. Его паучьи пальцы забегали по клавиатуре. – Ты ви­дишь это?
Ева внимательно изучила цветное изображение.
– Это волос.
– Умница, девочка. Но весь вопрос в том, что это за волос. Он не с головы предполагаемого преступника, не с головы жертвы и не с другой части их тел. Это волос из парика. Очень дорогого мужского парика.
– Ты можешь выяснить его происхождение? – бы­стро спросила Ева.
– Стараюсь. – Он развернул кресло к третьему эк­рану. – А что здесь, по-твоему?
На мониторе были какие-то цветные круги, пятна и формулы. Ева шумно выдохнула. Она ненавидела отга­дывать загадки, но вести себя по-другому с Дики было нельзя.
– Откуда я знаю?! Говори, не томи душу!
– Это грим, Даллас. Крем-основа номер 905/4. Сле­ды этого крема остались на постельном белье. Но на трупе его не было. Более того… – Он вызвал на экран портрет. – Мы обнаружили следы воска для лица. Не­которые пижоны пользуются им, чтобы увеличить под­бородок или скулы, если не хотят прибегать к космети­ческой операции.
– А Брайна не пользовалась никаким воском?
– Еще один приз за сообразительность! Этот малый был в парике, пользовался воском для лица и был в гри­ме. Так что у тебя нет его портрета.
– Замечательная новость, Дики. Что еще?
– У нас есть пара волос с его лобка. Настоящих. Ру­сого цвета. И множество отпечатков пальцев. На бока­лах, на бутылке, на теле, на дверях и перилах балкона. В общем, не горюй. Ты найдешь этого типа, а мы упря­чем его за решетку.
– Пришлешь мне результаты. С фабричными мар­ками. Они понадобятся мне завтра утром.
– Эй! – крикнул Дики ей вслед. – Могла бы ска­зать спасибо!
– Да. Спасибо. Черт бы все побрал…


Всю дорогу домой Ева пыталась понять, что пред­ставляет собой убийца. Увы, было ясно, что он умен. Достаточно умен, чтобы изменить внешность и заранее позаботиться о том, чтобы его не могли узнать ни Брай­на Бэнкхед, ни видеокамеры. Но он вошел в квартиру Брайны вовсе не для того, чтобы убить девушку. Ева была в этом уверена.
Он пришел, чтобы обольстить ее.
«Однако события вышли из-под его контроля, – ду­мала Ева. – Поняв, что девушка умерла, он либо уда­рился в панику, либо разозлился и сбросил ее с балко­на. Нет, скорее всего, ударился в панику. Когда он вы­ходил из квартиры, гнева на его лице не было».
Кроме того, ей было ясно, что этот человек очень богат. Она прожила с Рорком год с лишним и научилась разбираться в таких вещах. Достаточно было увидеть покрой его костюма или шикарные туфли. Но он по­зволил Брайне заплатить за выпивку. Просто-напросто убил двух зайцев: не оставил следов и потешил самолю­бие тем, что за него платит женщина. Что еще можно было про него сказать? Он хорошо разбирался в компь­ютерах и знал химию. Или имел доступ к тем, кто знал и то и другое.
Но главное – он был извращением. Возможно, психом, и в обычных условиях импотентом. «Скорее всего, убийца не женат», – решила Ева, подъехав к воротам дома. Этот тип не имел длительных и здоровых сексу­альных связей. И не искал их. Он хотел полной власти над партнершей – и использовал для этого романтиче­ские ловушки.
В своей практике Ева уже сталкивалась с подобны­ми случаями. Иллюзии, фантазии… Так легче предста­вить себя гениальным любовником. Но когда такой человек добивался своего, существовало два варианта: ли­бо страх и чувство вины заставляли его забиваться в нору, либо он начинал новую охоту.
Опыт Евы подсказывал ей, что хищники редко до­вольствуются одной жертвой.


В полумраке ее дом казался особенно элегантным. В бесчисленном множестве окон горел свет. Пышно цве­ли декоративные деревья и кустарники, названий кото­рых она не знала. Их тонкий, изысканный аромат за­ставлял забыть о том, что ты находишься в городе.
Ева сумела полюбить этот дом, хотя год назад она не верила, что это возможно. Конечно, она всегда восхи­щалась им – обилие комнат, наполненных сокровища­ми, пугало и одновременно очаровывало ее. Но посте­пенно она начала ощущать любовь к этому дому. Такую же крепкую и нерушимую, как любовь к его хозяину.
Но Рорка здесь сейчас не было, и ей вдруг захоте­лось развернуться и уехать. В конце концов, она могла переночевать в управлении… Однако воспоминание о жизни, которую она вела до знакомства с Рорком, навело на Еву тоску и заставило остановиться перед домом.
Поднявшись по каменным ступеням, Ева распахну­ла красивую дверь и вошла в ярко освещенный вестибюль. Там ее ждал старый ворон Соммерсет, как всегда, облаченный в черное. Бесстрастное выражение лица соответствовало его бесстрастному тону.
– Лейтенант, вы уехали из дома посреди ночи и не сообщили мне ни о своем распорядке дня, ни о предпо­лагаемом времени возвращения.
– Похоже, папочка недоволен?
Поскольку Ева обожала злить старого дворецкого Рорка, она сняла куртку и перебросила ее через перила лестницы. А поскольку Соммерсет обожал злить жену Рорка, он брезгливо взял потертую кожаную куртку дву­мя тощими пальцами.
– Сообщать о своих приходах и уходах может толь­ко воспитанный человек. Естественно, вам этого не понять.
– Ладно. Мы понимаем друг друга. Поскольку мой муж уехал, я решила немного поразвлечься. Как гово­рится, с глаз долой – из сердца вон…
Еве хотелось спросить, не знает ли Соммерсет, ко­гда вернется Рорк, но она не могла на это решиться. «Знает, – решила она, поднимаясь по лестнице. – Сом­мерсет знает все, черт побери!» Конечно, она сама мог­ла позвонить Рорку, но это значило бы потерять лицо. Разве она не говорила с ним двадцать четыре часа на­зад? Разве он не ответил, что надеется быстро покон­чить с делами и вернуться через пару дней?
Ева вошла в спальню, подумала, что надо принять душ и поесть, и решила, что не станет делать ни того, ни другого. Лучше пройти в кабинет, перечитать свои заметки и поработать на компьютере. Она сняла порту­пею с кобурой, повела плечами, и тут до нее дошло, что работа – это не выход.
Ей требовалось подумать.


Ева редко поднималась в сад, разбитый на крыше. Она не любила высоты. Но величина дома не мешала ей порой ощущать приступы клаустрофобии. Может быть, на воздухе ей станет легче.
Она раздвинула купол. На карликовых деревьях и цветах в горшках мерцал звездный свет. Журчал фон­тан, струи которого падали в пруд с экзотическими рыбками, напоминавшими мокрые драгоценные камни.
Парапет украшали резные изображения крылатых фей. Ева вспомнила, как несколько раз они устраивали здесь приемы. Для таких людей, как Рорк, приемы бы­ли работой. Однако, как ни странно, они доставляли ему удовольствие.
Она редко видела в доме других слуг, кроме Соммерсета, но успела понять, что люди, обладающие боль­шим богатством и большой властью, обычно команду­ют молчаливыми и практически невидимыми армиями, которые берут на себя все хлопоты. И все же Рорк, об­ладавший большим богатством и большой властью, взял на себя хлопоты, связанные со смертью друга…


Ева почувствовала, что в голове прояснилось, и ре­шила, что можно подумать о работе.
Что представляла собой Брайна Бэнкхед? Молодая, пылкая, романтичная. Организованная. Любившая кра­сивые вещи. Ее шкаф был набит аккуратно развешанной модной одеждой, но платье и туфли, которые она надела в тот роковой вечер, были новыми. И стоимость их она указала в книге расходов.
«Очень женственная, – думала Ева. – И, очевид­но, образованная. Девушка, любящая поэзию… Значит, убийца охотился на молодых, романтичных и женственных?»
В холодильнике Брайны лежали две бутылки вина, белого и красного. Но в книге расходов не была упомя­нута бутылка, стоявшая на столе. Может быть, он принес бутылку с собой в черной кожаной сумке – вместе с наркотиками, лепестками роз и ароматическими свечами?
В тумбочке они обнаружили презервативы, но Брайна была слишком одурманена, чтобы предохраняться. Убийца тоже ими не воспользовался. Следовательно, он не думал о защите и не боялся оставить на месте пре­ступления свою ДНК. Потому что, если бы Брайна оста­лась жива, она все равно не смогла бы составить его словесный портрет. Более того, она вообще не помни­ла бы, что с ней случилось.
Убийца все предусмотрел. Согласно показаниям официанта, Брайна была без ума от своего кавалера. Они держались за руки, целова­лись, не сводили друг с друга глаз. Каждый, кто их ви­дел, непременно пришел бы к выводу, что они любов­ники. Видеокамеры подтверждали этот вывод. Брайна не просто привела его к себе, но буквально втащила в квартиру.
«Очень умно, – подумала Ева. – Подождать и по­зволить ей сделать первый шаг. Будучи под объекти­вом. Останься Брайна жива, его было бы не в чем уп­рекнуть».
Может быть, он уже занимался такими делами? Ева начала расхаживать вдоль парапета. Нет, едва ли. Иначе он не совершил бы такой ошибки с дозой. Похоже, это случилось впервые. Но исключать возможность реци­дива не следовало.
И необходимо было найти способ остановить его.
Она вынула электронную записную книжку и ввела в нее следующие ключевые слова:
«Чаты»
Поэзия
Редкие и дорогие наркотики
Парик, косметика
Розовые розы
Пино-нуар урожая сорок девятого года
Сексуальные отклонения
Умение работать на компьютере
Знание химии


Перечитав эти слова, Ева сунула книжку в карман, повернулась… и увидела Рорка.
То, что они прожили вместе больше года, не имело значения. При виде мужа у Евы всегда начиналось серд­цебиение, и она никак не могла привыкнуть к этому.
Рорк казался героем исторического романа. Сейчас на нем был строгий черный костюм, но его высокая стройная фигура так же естественно выглядела бы в просторном плаще или сверкающих доспехах.
Его лицо с точеными чертами и чувственными пол­ными губами, обрамленное густыми прядями шелковис­тых черных волос, могло принадлежать поэту или вои­ну. А от взгляда его широко расставленных, поразитель­но синих глаз у Евы по-прежнему подгибались колени.
Господи, неужели он всегда будет повергать ее в трепет?..
– Я не ждала тебя сегодня.
– Удалось закончить дела раньше. Привет, лейте­нант.
От его звучного, по-ирландски протяжного голоса у Евы сжалось сердце. Рорк едва заметно улыбнулся, про­тянул к ней руки, и Ева бросилась к нему в объятия.
Поцелуй оказался коротким, но таким жарким, что его тепло растопило обоих.
«Дома, – подумал Рорк, чувствуя, как вкус ее губ заставляет его забыть о скорби и усталости, накопив­шихся за последние дни. – Наконец-то дома!»
– Ты не сообщил мне о своем распорядке дня и пред­полагаемом времени возвращения, – сказала Ева, пе­редразнив Соммерсета. – Теперь мне придется позвонить и отменить свидание с двумя пылкими близнецами.
– Так у тебя появились близнецы? Поздравляю, я слышал, что они очень изобретательны. – Рорк прижался щекой к ее щеке, потом слегка отстранился. – Что ты здесь делала?
– Сама не знаю. Не могла найти себе места и реши­ла подышать свежим воздухом. – Ева всмотрелась в его лицо. – Ты в порядке?
– В общем, да. Но это оказалось труднее, чем я ожидал.
– Он был твоим другом, – заметила Ева. – Не счи­тая всего остального.
– Да. И теперь он умер, а я нет… – Он прижался лбом к ее лбу. – Ладно, я справился с этим. Во всяком случае, мне так кажется. Но когда Мика зарывали… это было тяжело.
– Я должна была полететь с тобой.
Рорк слегка улыбнулся.
– Кое-кто из скорбящих почувствовал бы себя не­ловко, увидев рядом копа. Даже моего личного. Пора­зительно, я там увидел тех, с кем не чаял встретиться. Кстати, Брайан просил тебе кое-что передать. Стоя за баром «Грошового поросенка», он сказал буквально сле­дующее: «Скажи Еве: когда она опомнится и поймет, что больше не любит тебя, я буду ее ждать».
– Хорошо, когда есть куда отступать… Ты обедал?
– Еще нет.
– Почему бы нам ради разнообразия не поменяться ролями? Я буду тебя кормить, утешать разговорами, а потом затащу в постель.
– Темные круги под глазами говорят о том, что кор­мить и укладывать спать нужно тебя. Соммерсет сказал, что тебя не было всю ночь.
– Соммерсет – болтун и старый дурак. Но меня действительно не было. Сегодня ночью произошло убий­ство.
Рорк пригладил ее русые волосы.
– Хочешь рассказать?
– Не сейчас.
Ева знала, что могла бы ответить «нет»; он бы понял и не стал настаивать.
Рорк снова обнял ее.
– Я соскучился, Ева. Соскучился по твоим рукам. По твоему запаху и вкусу твоих губ.
– Это поправимо. – Она повернула голову и поце­ловала его в подбородок.
– Я как раз и собираюсь это поправить.
– И долго ты будешь собираться? – Теперь она пус­тила в ход зубы. – Я лично предпочитаю действовать. Не сходя с места.
Рорк прижал Еву к себе, позволив ей ощутить всю силу его желания.
– А как же быть с близнецами?
– Ими я займусь позже.
Рорк улыбнулся и закружил ее в воздухе.
– Думаю, к тому времени ты слишком устанешь.
– Не знаю. Сейчас я ощущаю прилив сил. – Ева обхватила ногами его бедра и удивленно подняла бро­ви. – Кажется, и ты тоже.
– Ко мне пришло второе дыхание. – Он начал рас­стегивать ее рубашку и вдруг остановился. – Эй, разве это не моя рубашка?
Она поморщилась, но тут же надменно вздернула подбородок.
– Ну и что?
– Ничего. – Тронутый Рорк, посмеиваясь, расстег­нул остальные пуговицы. – Боюсь, мне придется ее за­брать.
– Да у тебя их пятьсот штук… – Ева осеклась, когда пальцы мужа коснулись ее груди. – Ну и ладно, раз ты такой жадина.
– Да, жадина. – Он снова прильнул к ее губам.
Их поцелуи становились все более страстными. Вкус ее губ и кожи возбуждал, успокаивал и соблазнял Рорка, ее длинные ноги и маленькие твердые груди дарили ему бесконечное наслаждение.
Вечер стоял прохладный, но их тела горели огнем. Ева раздвинула губы, давая дорогу его языку, и негромко застонала. Когда губы Рорка спустились ниже и добрались до ее соска, желание стало нестерпимым.
«Еще, еще!» – думал Рорк. А потом перестал ду­мать. Он ласкал жену так жадно, словно хотел, чтобы она стала его частью, навсегда срослась с ним воедино. Ева дрожала, обнимая его изо всех сил. До него она не знала, что такое настоящая страсть. А теперь всякий раз повторялось то же самое: прикосновение губ и рук Рор­ка неизменно сводило ее с ума.
Ева видела плясавшие в небе звезды и чувствовала, как те же звезды взрываются в ее теле. Она млела, таяла и двигалась с ним в одном медленном, сладострастном ритме.
Рорк не хотел спешить, и Ева была благодарна ему за это. Она гладила его волосы, прижималась губами к шее, ощущая биение его пульса, а когда открыла глаза, то увидела, что Рорк следит за ней.
«Никто, – подумала Ева, с трудом втягивая в легкие воздух, – никто никогда не смотрел на меня так. Так, словно я самое дорогое, что есть на свете…»
Она изогнулась, выпрямилась и изогнулась снова. Эти движения были терпеливыми и необузданными од­новременно. Ритм оставался чувственным и неторопливым. Их губы снова нашли друг друга, и наконец Ева услышала… нет, скорее почувствовала, что он произнес ее имя.
Она обвила его руками, крепко прижала к себе, и обоим показалось, что их тела устремились куда-то ввысь, к далеким звездам.


Два халата возникли словно из-под земли. Иногда Ева подозревала, что где-то в доме скрывается шелко­вая фабрика, потому что халатов у Рорка было види­мо-невидимо. Оба халата были черными и достаточно плотными, чтобы надежно защищать тело во время им­провизированного ужина на свежем воздухе.
Ева решила, что было бы глупо не воздать должное редкостной отбивной из телятины и замечательному красному вину, сидя при свечах в саду на крыше. Тем более после умопомрачительного секса.
– Это очень хорошо, – сказала она, проглотив оче­редной кусок мяса.
– Что именно?
– Что ты вернулся. Есть такой обед в одиночку со­всем не интересно.
– Соммерсет всегда к твоим услугам.
– Не порти мне аппетит!
Рорк следил за тем, как она расправляется с сочной отбивной.
– По-моему, это было бы довольно трудно. Ты се­годня ела что-нибудь?
– Булочку, так что не ворчи… Кстати, что такое пино-нуар сорок девятого года?
– Какая этикетка? – тем же небрежным тоном спросил он.
– О, черт! – Ева закрыла глаза и мысленно пред­ставила себе бутылку. – «Мэзон де Лак».
– Отличный выбор. Пятьсот долларов бутылка. Можно проверить, но приблизительно так.
– Хочешь сказать, что выпускает его твоя фирма?
– Да. А что?
– Оно послужило орудием убийства. А дом на Деся­той улице, случайно, не твоя собственность?
– Какой номер?
Ева зашипела, порылась в памяти и назвала ему адрес.
– Кажется, нет. – Он слегка улыбнулся. – И как это я его упустил?
– Очень смешно! Странно, что не каждое нью-йорк­ское убийство совершается в домах, которые принадле­жат тебе.
– Скажи лучше, как бутылка прекрасного вина могла стать орудием убийства? Яд?
– Что-то в этом роде.
Ева немного помедлила, а потом вздохнула и все рассказала мужу.
– Значит, он ухаживал за ней с помощью электрон­ной почты, очаровывал поэзией, а потом подсыпал в ее бокал два самых отвратительных наркотика, – задумчиво сказал Рорк.
– В ее бокалы, – поправила Ева. – Он усердно спаивал ее весь вечер.
– А потом он устроил романтическую сцену, оболь­стил ее – и использовал. Использовал на всю катуш­ку, – негромко добавил он. – Наверняка убеждая себя, что она получает от этого наслаждение. Что это не из­насилование, а обольщение, и все происходит по взаим­ному согласию.
Ева положила вилку.
– Почему ты так говоришь?
– Оказавшись в квартире одурманенной девушки, он мог сделать с ней все, что хотел. Если бы он хотел причинить ей боль, если бы в его планы входило наси­лие, он бы так и поступил. Но он воспользовался свеча­ми, музыкой, цветами. И дал девушке снадобье, кото­рое должно было сделать ее сверхсексуальной. Пытаясь создать иллюзию, что она испытывает не просто жела­ние, но страсть. Зачем ему это понадобилось? Чтобы польстить своему самолюбию или просто оказаться способным на физическую близость? Или тут было и то и другое вместе?
Ева кивнула.
– Я уже думала об этом. Кроме всего прочего, он был загримирован. Очевидно, маска тоже была частью обольщения. Дорогая одежда, прическа, грим. Он хотел выглядеть, как…
Она осеклась и посмотрела на супермена, сидевше­го напротив.
– Черт побери, он хотел выглядеть, как ты!
– Что?
– Ну, не именно ты. У него были длинные кудри и зеленые глаза. Его идеал – мужчины твоего типа.
– Ты меня смущаешь.
– Я не о том! Маска была не только частью оболь­щения, но и воплощением его фантазии. Ему хочется быть выдающимся любовником, хочется быть неотра­зимым. Судя по всему, этот человек достаточно богат, много путешествует, знает литературу, опытен, но в глу­бине души безнадежно романтичен либо притворяется таким. Определенный тип женщин клюет на это с жад­ностью.
– Но только не вы, лейтенант, – с улыбкой заметил Рорк.
– Лично я клюнула на секс. – Она снова взяла вил­ку. – И на то, что ты регулярно кормишь меня мясом с кровью… Но ты меня отвлек. Между прочим, Луиза Диматто живет с жертвой в одном доме.
– Да ты что?
– Более того, она стояла на тротуаре, когда эта Бэнкхед падала с балкона.
Рорк подлил вина в бокалы.
– Мне очень жаль.
– Сегодня я заезжала к ней в клинику. Там очень многое изменилось.
– Угу.
– Вот именно, «угу»! Почему ты не сказал мне, что дал клинике три миллиона?
Рорк поднял бокал и сделал глоток.
– Я делаю множество пожертвований, о которых ты не имеешь понятия. – Он изобразил улыбку. – Может быть, присылать тебе копии счетов?
– Не морочь мне голову! Я хочу знать, почему ты обманул меня и дал ей в пять раз больше обещанного. А еще я хочу знать, почему ты не сказал мне, что осно­вал убежище для неимущих, где, кстати, предложил ей работу.
– Мне нравится, как она работает.
– Рорк… – Ева положила ладонь на его руку. – Я же понимаю, ты создал убежище из-за меня. Неужели ты думал, что я рассержусь, узнав об этом?
– Этот план возник у меня несколько месяцев на­зад. И не только из-за тебя. Из-за себя самого тоже. – Он накрыл ладонью руку жены, и их пальцы перепле­лись. – В детстве нам было некуда пойти, правда, Ева? Впрочем, если бы и было, я лично не пошел бы туда. Не пошел бы, даже избитый до полусмерти. Но другие пой­дут. – Он поднял глаза и внимательно посмотрел на нее. – Эта мысль действительно пришла мне в голову только благодаря тебе.
– Но ты ничего не сказал мне!
– Убежище еще не закончено, – объяснил Рорк, – хотя уже открылось. Там живут люди, которых персо­нал называет «гостями». Нам еще нужно завершить кое-какие детали, реализовать кое-какие программы… – Он осекся. – Я ничего не говорил, потому что не был уве­рен, что это тебе понравится.
– Во всяком случае, название мне нравится.
– Уже хорошо.
– А не нравится мне то, что ты не рассказал о своем поступке, которым я могла бы гордиться! – Ева вздох­нула. – Хотя сама я, наверное, тоже не пошла бы в такое место. Потому что он пугал меня ими. Говорил, что это большие темные ямы, а я боялась темноты не мень­ше, чем его самого. Поэтому я бы не пошла туда. Но другие пойдут.
Рорк поднес ее руку к губам.
– Да.
– А теперь посмотри на себя, дублинский беспри­зорник! Столп общества, филантроп, совесть города…
– Перестань.
– В общем, крутой малый с большим и добрым сердцем.
– Ева, замолчи, а то стукну!
Рассмеявшись, Ева откинулась на спинку стула, до­вольная тем, что печаль мужа исчезла. Кажется, она уже неплохо освоила профессию жены.
– О'кей, сначала ты меня трахнул, потом накор­мил. Теперь мои низменные инстинкты удовлетворены, и я хочу поработать.
– Прошу прощения за напоминание, но, кажется, кто-то обещал затащить меня в постель.
– Это может подождать. Я хочу проверить кое-ка­кие догадки и поработать с фиктивным счетом, который использует этот малый. Ты, случайно, не знаешь фирму под названием «Прекрасная дама»?
– Может быть, имеется в виду Китс?
– Что?
– Плебейка! Не что, а кто. Джон Китс. Английский поэт-классик девятнадцатого века. У него есть поэма «La Belle Dame Sans Merci». Что означает «Прекрасная безжалостная дама».
– Откуда ты все это знаешь?
– А я вообще очень образованный! – Он засмеял­ся, потянул Еву за руку и заставил встать. – Я принесу тебе эту поэму, а потом мы возьмемся за работу.
– Я не нуждаюсь…
Он зажал ей рот поцелуем.
– О чем ты говоришь? Все пытаешься доказать, что можешь обойтись без помощи штатских? А я считаю, что в этом есть свои преимущества. Мы с тобой вечно спорим, а потом выясняется, что я могу найти нужные данные гораздо быстрее, чем ты. Одна голова хорошо, а две лучше. Это позволяет экономить время.
– Ладно, – скрепя сердце, согласилась Ева. – Но если я увижу, что ты хвастаешься, то дам тебе пинка в зад!
– Дорогая, это ясно без слов.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Секс как орудие убийства - Робертс Нора


Комментарии к роману "Секс как орудие убийства - Робертс Нора" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100