Читать онлайн Приговоренные к безумию, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приговоренные к безумию - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.92 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приговоренные к безумию - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приговоренные к безумию - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Приговоренные к безумию

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 7

Вернувшись домой, Ева застала Рорка в его ка­бинете. Увидев стоящую рядом с ним чашку кофе, она схватила ее и выпила залпом, словно воду.
– Педофил перерезал себе горло, предваритель­но спятив и устроив бардак в своей шикарной квар­тире. Моррис наверняка обнаружит высокое внут­ричерепное давление. На экране компьютера было сообщение о «Чистоте».
– Только одного компьютера?
– Еще не знаю. Я распорядилась отправить все его компьютеры сюда. Нужно узнать, каким обра­зом они были заражены и что заставляет лопаться человеческий мозг.
– А с какой целью это делается, ты уже знаешь?
– Чтобы избавиться от грязи и достигнуть Абсо­лютной Чистоты. – Ева пожала плечами. – Бэкстер сказал, что без таких, как Фицхью, мир будет только лучше.
Рорк кивнул:
– Вероятно, существует некий «Комитет бди­тельных», обладающий высочайшими познаниями в технике. Хэллоуэй всего лишь случайная жертва. Двое других совращали детей.
– Да, они были мерзкими подонками.
– Но теперь это «твои» подонки, – заметил Рорк.
– В том-то и дело. Мне нужно как можно боль­ше узнать об их жертвах. Может быть, кто-то из де­тей или, что более вероятно, членов их семей имеет необходимые знания. Надо поискать ребенка, кото­рый общался и с Когберном, и с Фицхью.
– Чедвик Фицхью? – Рорк взял свою чаш­ку, убедился, что она пуста, и вздохнул: – Гнусная тварь!
– Незачем ругаться такими ужасными словами только потому, что я выпила твой кофе.
– Да я не про тебя, а про Фицхью. Кто-нибудь должен был гораздо раньше перерезать ему горло.
– Выходит, ты его знал?
– Достаточно хорошо, чтобы считать мерзавцем во всех отношениях. – В спокойном голосе Рорка слышалась угроза, куда более ощутимая, чем в бра­ни, которой Бэкстер осыпал Фицхью. – Его семья очень богата, но слишком аристократична, чтобы вести дела с такими, как я. Хотя они этим не брезго­вали, пока я не узнал о забавах этого ублюдка. – Он повернулся к Еве, его лицо было холодным как лед. – Тогда они испугались, что я сам откажусь иметь с ними дело. Даже у выходца из дублинских трущоб есть какие-то принципы.
– Не иметь с ним дело – это одно, а убивать его – совсем другое.
– Говоришь, он перерезал себе горло? – Рорк отхлебнул кофе. – Я бы предпочел, чтобы он снача­ла отрезал себе яйца. Но справедливость не всегда бывает идеальной.
– Никто не имеет права брать закон в собствен­ные руки, – возразила Ева.
– Иногда приходится это делать, лейтенант. Можешь оставить кофе себе – я выпью вина, чтобы отпраздновать кончину Фицхью.
Рорк подошел к мини-бару, открыл его и стал изучать стоящие на полке бутылки.
– Если такова твоя позиция, ты не сможешь по­мочь мне в этом деле, – сказала Ева.
– Моя позиция именно такова. – Рорк выбрал превосходное каберне. – Но это не значит, что я не могу и не хочу тебе помочь. Только не проси меня сожалеть о его смерти, а я не буду просить тебя ра­доваться ей.
Ева тяжело вздохнула. Они снова оказались на противоположных полюсах.
– Кем бы он ни был и что бы ни сделал, кто-то его убил. Это все равно, что линчевать человека по­тому, что тебе не нравится цвет его кожи. Вину и наказание определяет закон.
– А тебе не кажется, Ева, что, произнося эти прекрасные слова, ты выносишь мне приговор?
– Не знаю. – Ей стало не по себе. Неужели эта проблема будет для них камнем преткновения? – Я знаю только то, что не хочу впутывать в это дело наши личные разногласия.
– Договорились, – быстро сказал Рорк, как будто они спорили о том, в какой цвет красить гос­тиную. – Я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе выяснить, кто и почему это совершил. Наде­юсь, этого достаточно.
Ева в этом сомневалась.
– По-твоему, убить его было справедливо?
– По-моему, справедливо, что он мертв. Вы со­гласны, что это существенная разница, лейтенант?
Ева не знала, что ответить.
– Мне нужно собрать рапорты для завтрашнего инструктажа, – сказала она наконец.
«Значит, пока вопрос решен», – подумал Рорк.
– Можешь позвать на помощь Пибоди. Ей по­лезно отвлечься.
– Как Макнаб?
– Уже устроился. Держится бодро, но недово­лен, что Соммерсет подал ему на обед бульон вмес­то вожделенного стейка. Чувствительность пока не вернулась.
– Это может продолжаться целые сутки, хотя обычно она возвращается часа через два-три…
– Если понадобится, обратимся к специалис­там. В Швейцарии есть клиника, где добились ко­лоссальных успехов в этой области.
Ева внимательно посмотрела на него. Этот чело­век, который верил, что убийство при определен­ных обстоятельствах может быть правильным выбо­ром, не считался ни со временем, ни с деньгами, чтобы помочь другу.
– Спрошу у Пибоди, не хочет ли она поработать несколько часов.
* * *
Было почти два часа ночи, когда Ева отправила Пибоди спать и начала подумывать о том, чтобы последовать ее примеру. Дверь между ее кабинетом и кабинетом Рорка была закрыта, но полоска света под ней указывала, что он все еще там.
«Работает, – подумала Ева. – Вероятно, зани­мается делами, которые наметил на завтра, чтобы освободить время для меня».
Она мерила шагами комнату. Наверное, лучше было бы привлечь какого-нибудь другого консуль­танта, обладающего хотя бы половиной опыта и ресурсов Рорка. Тогда им не пришлось бы пробивать­ся по тернистому пути противоположных убежде­ний…
Отогнав беспокойные мысли, Ева распахнула дверь.
– Прости, но я пришла сказать, что ложусь. Ин­структаж в девять.
Рорк продолжал говорить по телефону, парал­лельно изучая данные на мониторе.
– Контрпредложение: четыре миллиона шесть­сот тысяч долларов США. Условия: десять процен­тов при устном соглашении, сорок при подписании, остальное при окончательном расчете. Ответ… – он посмотрел на часы, – …завтра до полудня, иначе переговоры прекращаются. Передавайте. – Он по­ложил трубку и с улыбкой повернулся к Еве: – Я скоро приду.
– Что ты покупаешь?
– Всего лишь маленькую виллу в Тоскане с сим­патичным, но неухоженным виноградником.
– Дороговато для маленькой виллы с неухожен­ным виноградником.
– Не волнуйся, дорогая. Мы можем себе позво­лить новые занавески для кухни.
– Если не перестанешь издеваться, я больше не буду притворяться, что меня интересуют твои дела.
Улыбка Рорка стала еще шире.
– Ты совершенно права. Как грубо с моей сто­роны! Хочешь взглянуть на ориентировочную стоимость ремонта? Или на отчет виноторговца и фи­нансовые сметы…
– Продолжаешь свои шуточки?
– Так ты доверяешь мне сделку до конца, доро­гая? Если все пойдет хорошо, у нас могут остаться деньги на новый диван.
– Пойду спать, пока не умерла со смеху. Значит, ровно в девять.
Ева выругалась, услышав сигнал телефона на своем столе, и побежала в соседнюю комнату.
– Даллас. В чем дело?
– Всегда приятно услышать твой веселый голос, – сказала Надин Ферст, репортер канала 75 и одна из немногих подруг Евы.
– Никаких гребаных комментариев, Надин! От­стань!
– Погоди, не отключай связь. Во-первых, поз­воль выразить сожаление, что ты не заметила мое­го отсутствия во время сегодняшнего переполоха. Я вернулась в город двадцать минут назад.
– И звонишь мне в два часа ночи сообщить, что ты дома, целая и невредимая?
– Во-вторых, – невозмутимо продолжала На­дин, – просматривая почту и сообщения, накопив­шиеся за время моего отсутствия, я наткнулась на один любопытный диск. Содержание весьма горя­чее. Думаю, оно представляет для тебя профессио­нальный интерес.
– Кто-то прислал тебе сексуальную видеоза­пись?
– Это от группы, именующей себя «Искатели Чистоты».
– Не пользуйся своим компьютером! – закри­чала Ева. – Выключи его сейчас же! Не прикасайся к нему и не просматривай больше этот диск! Я выез­жаю к тебе.
– Послушай…
Но Ева отключила связь и бросилась к двери.
– Я тебя отвезу. – Рорк сбежал по лестнице сле­дом за ней. – Не спорь. Возможно, я смогу что-ни­будь обнаружить в ее компьютере или на диске.
– Я и не собираюсь спорить. Только выбери самую быстроходную из твоих игрушек.
* * *
Они приехали к Надин через восемь минут.
– Отдай диск Рорку! – потребовала Ева, как только Надин открыла дверь. – Я сейчас отвезу те­бя в ближайший центр здоровья.
– Одну минуту! – Надин высвободила руку, в которую вцепилась Ева. – Диск не заражен. Они ясно дали это понять. Им просто нужна реклама в СМИ. Они хотят, чтобы люди знали их цель.
Ева с трудом отогнала кошмарное видение уми­рающей подруги.
– Они требуют, чтобы ты продемонстрировала диск в эфире?
– Там только текст. Они хотят, чтобы я о нем сообщила, что я и делаю. – Надин потерла руку в том месте, где ее стискивали пальцы Евы. – Спаси­бо за заботу о моем здоровье, но у меня теперь будет синяк.
– Ничего, переживешь. Мне нужен диск.
Надин изогнула тонкую бровь. Ее привлекатель­ная лисья мордочка выглядела не менее решитель­ной, чем лицо Евы.
– Ты его не получишь.
– Это расследование убийства!
– А на диске сенсационный материал. Возможно, ты слышала о свободе прессы, Даллас. Диск прислали мне.
– Я затребую ордер и посажу тебя за решетку, если ты будешь утаивать улики и препятствовать правосудию!
Надин пришлось подняться на цыпочки, чтобы компенсировать разницу в росте и посмотреть Еве в глаза.
– Ты отлично знаешь, что я ничему не препят­ствую. Я могла вообще ничего тебе не сообщать, а просто выйти в эфир, так что умерь свою прыть, се­стренка.
– Прошу вас, леди! – Идя на риск, которого обычно мужчины стараются избежать, Рорк встал между двумя ссорящимися женщинами. – Давай­те успокоимся. У каждой из вас есть веские аргу­менты. Быть может, нам удастся договориться, если мы просмотрим диск.
Ева нахмурилась:
– Нет никакой гарантии, что он не заражен. Я должна доставить его в карантин.
– Ты прекрасно понимаешь, что это чушь. – Надин стряхнула с лица пышные светлые пряди. – Им незачем меня убивать. Они хотят, чтобы я сдела­ла им рекламу. Если ты прочитаешь текст, то пой­мешь, что я имею в виду. Они только начали, Дал­лас.
– Ладно. Только потом не жалуйтесь, если у нас пойдет кровь из ушей.


Надин направилась в свой просторный кабинет, где господствовали пастельные тона, села перед компьютером и нажала несколько клавиш.
– Я же велела тебе выключить компьютер!
– Лучше смотри на экран.
«Дорогая миссис Ферст!
Мы, «Искатели Чистоты», обращаемся к Вам, веря в Вашу заботу о благе людей. Уверяем Вас, что мы восхищаемся Вашей деятельностью и не желаем Вам никакого вреда. Даем слово, что диск абсолют­но чистый.
Мы стремимся только к чистоте правосудия. К сожалению, его нередко вынуждают игнориро­вать жертву и служить интересам преступника. Наша полиция, наши суды, даже наше правительст­во часто сталкиваются с тем, что их руки связаны скользкими путами законов, защищающих тех, кто приносит зло невинным.
Мы дали клятву служить невинным.
Некоторые найдут наши методы устрашающи­ми. Но никакая война невозможна без устрашения. Зато большинство сочтет их оправданными, так как они идут на пользу тем, кого не может защитить система, которая более не служит всеобщему благу.
Когда вы получите это сообщение, первая казнь уже состоится. Луи К. Когберн был грязным пятном на нашем обществе, человеком, приучающим на­ших детей к наркотикам. Он охотился за ними в школьных дворах, парках и на спортплощадках нашего города, развращая их юные невинные тела и души.
Он был осужден, приговорен и казнен.
В случае с Луи К. Когберном Абсолютная Чис­тота была достигнута.
Он был заражен с помощью разработанной нами технологии. Мы погубили его мозг, как он сам погу­бил свою душу.
Невинным эта инфекция не угрожает. Мы не террористы, а стражи, поклявшиеся служить своим ближним, чего бы это ни стоило. Виновные будут осуждены, приговорены и казнены. Мы не прекратим искать тех, кто извлекает прибыль и удовольст­вие, принося горе другим, покуда Абсолютная Чис­тота не будет достигнута во всем Нью-Йорке.
Мы просим вас информировать население о на­шем послании, о наших целях и заверить людей, что мы работаем ради невинных жертв, которых не может защитить закон.
Надеемся, что Вы станете нашим посредником в связях с общественностью.
Искатели Чистоты».
– Ловко, не так ли? – заметила Ева. – Они не упоминают ни Ралфа Вустера, которому проломи­ли голову, ни Сузанн Коэн, которую избили до по­тери сознания, ни погибшего копа, говорят только о том, насколько чисты и справедливы их цели. Что ты собираешься делать?
– Выполнять свою работу, – ответила Надин.
– Ты хочешь выйти в эфир с этим бредом?
– Да. Это новость, а моя работа – сообщать но­вости.
– Тем более те, которые подстегнут твой рей­тинг?
– Оставляю эту реплику без внимания, потому что у тебя погиб один коп и пострадал другой – на­сколько я понимаю, твой друг. А также потому, что насчет рейтинга ты права. Но ты читаешь этот бред до того, как я вышла с ним в эфир, потому что я то­же твой друг, уважаю тебя и верю в осуществление правосудия традиционным способом. А если ты не уважаешь меня и мою работу, значит, я совершила ошибку.
Ева отвернулась и пнула ногой диван с такой силой, что Надин поморщилась.
– Ты единственный репортер, которого я могу вытерпеть в профессиональном качестве больше де­сяти минут.
– Очень тронута.
– Дружба – особая статья. Давай пока что при­держиваться программы. Ты хорошо выполняешь свою работу и честно ведешь игру.
– Спасибо. Могу ответить тем же комплимен­том.
– Но я не в восторге от того, что ты намерена передавать эту чушь. Нельзя окружать убийство ореолом.
– Здорово сказано! Могу я тебя процитировать?
Ева сердито сверкнула глазами:
– Это не для эфира.
– Это все не для эфира, – спокойно согласи­лась Надин. – Но очень скоро тебе придется гово­рить для эфира. Мне понадобится интервью с то­бой, с Тибблом, с Фини, с Макнабом, с родствен­никами, друзьями и коллегами Хэллоуэя, а также заявление мэра.
– И ты хочешь, чтобы я поднесла тебе все это на блюдечке?
Надин подбоченилась:
– Это моя работа, и я знаю, как ее делать. Ты сама заинтересована в том, чтобы я представила эту историю как следует. А для этого мне понадобится эфирное время со всеми основными участниками.
Рорк положил руку Еве на плечо:
– Она права, Ева. Иначе большинство зрителей будет на стороне убийц. Они посмотрят на Когберна и Фицхью…
– Кто такой Фицхью? – осведомилась На­дин. – Ты говоришь о Чедвике Фицхью? Он что, тоже погиб?
– Заткнись! – огрызнулась Ева. – Дай мне по­думать.
– Сначала дай мне закончить, – невозмутимо произнес Рорк. – Они посмотрят на тех, кого каз­нила эта группа, и скажут: «Поделом им! Это были паразиты, сосущие кровь у наших детей».
– Как считаешь и ты, – не удержалась Ева.
Рорк так же невозмутимо кивнул.
– Если ты надеешься, что я смогу заставить себя негодовать по поводу гибели такой свиньи, как Фицхью, то тебя ждет разочарование. Другое дело – то, что сегодня случилось с Хэллоуэем, с Макнабом, что могло случиться с тобой и с Фини. Это меняет смысл напыщенного и эгоцентричного заявления «Искателей Чистоты». Но некоторые, услышав его, сочтут эту компанию героями.
– Герои не совершают подвиги с помощью дис­танционного управления, – буркнула Ева.
– Если ты будешь изрекать такие великолепные афоризмы не для эфира, я не выдержу и заплачу, – предупредила Надин.
– Значит, нужно представить их жалкими трусами, – продолжал Рорк. – Пусть люди увидят горе родных Хэллоуэя, увидят полупарализованного Макнаба. Ты должна использовать СМИ с немень­шей пользой, чем они.
– Я должна найти и остановить их, а не играть в «Кто лучше использует СМИ»!
Рорк сжал ее плечо.
– Придется делать и то, и другое, лейтенант.
– Мне нужен этот диск.
Надин извлекла диск и протянула Еве.
– Это оригинал. Я уже сделала копию для се­бя. – Она улыбнулась, увидев, как жадно Ева схва­тила диск. – С тобой не соскучишься.
– Я не сообщу тебе ничего для эфира, пока не посоветуюсь с Уитни.
– Так позвони ему, а мы пока выпьем кофе.
– Я тебе помогу. – Рорк вышел из комнаты вместе с Надин.
Ева немного подождала, чтобы успокоиться, и наконец решилась разбудить майора. Она понима­ла, что Надин права. Часть битвы ей придется вести в эфире.
* * *
– Долго же она разговаривает. – Надин налила себе вторую чашку кофе.
– Но ты ведь не станешь передавать это среди ночи. – Покуда Надин одну за другой курила сига­реты, Рорк наслаждался сигарой – он предпочитал настоящий табак. – Подожди до шести утра, чтобы увеличить зрительскую аудиторию и рейтинг, за­стигни конкурентов врасплох и подпорти им первые передачи.
– Ты неплохо в этом разбираешься.
– У меня есть некоторый опыт в подобных ма­нипуляциях.
– Я дам ей еще десять минут, потом позвоню на станцию, зарезервирую время, проведу подготовку и свяжусь с экспертом по электронике. Ты, конеч­но, не согласишься…
– Безусловно. Это означало бы перейти черту, которую Ева уже нарисовала себе мысленно. Но я могу рекомендовать пару специалистов, если у тебя никого нет на уме.
– Я думала о Майе Даббер.
– Отличный выбор. Она знает толк в электрони­ке и умеет излагать технические вопросы общедо­ступными терминами.
– Майя работает на тебя, верно?
– Да, но не по найму.
Надин была не в силах усидеть на месте. В конце концов она встала и начала ходить по комнате.
– Ева отнимает у меня время! Мне ведь нужно договариваться об интервью… Зато моя передача вытеснит из эфира все остальное. Узнав, что уже есть два трупа, все будут спрашивать, кто следую­щий, пока не получат ответа.
– А моя жена тем временем будет рыть носом землю, чтобы следующего не было.
– Вот почему она вызывает уважение, а матери­ал с ее участием всегда обречен на успех. Кажется, вы не сошлись во взглядах на эту историю?
Рорк выпустил струйку дыма.
– Еве труднее примириться с моей философией, чем мне с ее. Но мы справимся.
– Спасибо, что поддержал меня.
– Я сделал это не для тебя, а для нее, – спокой­но сказал Рорк.
– Знаю. Все равно спасибо. – Надин поверну­лась, услышав, как вошла Ева. – Ну?
– Ты получишь интервью со мной и с Уитни. Мэр напишет заявление, которое, возможно, зачи­тает его заместитель. Это еще не решено. Мы не со­бираемся в такой час беспокоить семью Хэллоуэя, но, если утром они захотят поговорить с тобой, мы это устроим. То же самое касается Фини – у него был тяжелый день, – добавила Ева, прежде чем На­дин успела заговорить. – Я не стану его будить. С Макнабом можешь побеседовать у нас, если раз­решит врач. Я дам тебе знать, как только смогу. Шеф Тиббл тоже напишет заявление, а насчет ин­тервью решит, когда изучит все данные. Соглашайся, Надин, – это лучшее, на что ты можешь рассчи­тывать.
– Выпей кофе, Ева, а мне нужно позвонить и переодеться. С тобой и с Уитни мы поговорим в сту­дии. Тебе дается час на интервью.
* * *
Во время интервью Ева строго придерживалась линии, выработанной полицейским департаментом. Если Надин и была не вполне удовлетворена содержанием беседы, она понимала, что важны не столь­ко слова, сколько сама лейтенант Ева Даллас, кото­рая выглядела бледной и усталой, но абсолютно спокойной.
К удивлению Евы, как только выключили каме­ру, прибыл мэр Стивен Пичтри. В свои сорок три года он казался молодым и импозантным. На нем был строгий серый костюм с голубой рубашкой и безукоризненно повязанным серо-голубым галсту­ком. Вслед за мэром вошли несколько щеголеватых помощников, которых он игнорировал, как люди игнорируют собственную тень.
Мэр кивнул Уитни, и Ева заметила у него под глазами темные круги – последствия бессонной ночи.
– Я решил, что необходимо мое личное обраще­ние. Мне сказали, что вы тоже консультировались с Чангом по поводу официальных заявлений.
– Да, нам нужно придерживаться единой ли­нии.
– Абсолютно с вами согласен. Чанг получит за­явления представителей полиции и муниципалитета ровно в восемь. Лейтенант, действовать нужно бы­стро и решительно. Мой офис должен быть в курсе всех принимаемых мер. – Он посмотрел в сторону студии. – А что касается СМИ, необходимо дер­жать ситуацию под контролем. Мы сообщим мисс Ферст и остальным только то, что, по нашему мне­нию, публике следует знать.
– Мы не единственные ее источники, – замети­ла Ева.
– Я об этом осведомлен, – холодно отозвался мэр. – Но в этом мы можем положиться на Чанга. Вы будете работать непосредственно с ним и моим заместителем Франко. – Он посмотрел на часы и нахмурился. – Держите меня в курсе.
– Мэр выглядит отлично, – сказал Еве Уитни, когда Пичтри вышел в соседнюю комнату готовить­ся к передаче. – Решительный и сдержанный. Та­кой имидж нам и нужен, чтобы сохранить спокой­ствие в городе.
– Мне кажется, для этого нужно найти и оста­новить «Искателей Чистоты».
– Это ваша задача, лейтенант. Но работа ведется по нескольким каналам. Похороны Хэллоуэя завтра в десять утра. Ему будут оказаны все почести. Я хочу, чтобы вы присутствовали.
– Конечно, сэр.
– Сегодняшнее совещание назначено на час. Оно будет долгим, так что постарайтесь поспать, – добавил он, прежде чем уйти в студию.


Вернувшись домой, Ева плюхнулась на кровать лицом вниз и проспала три с половиной часа. Ее разбудил назойливый сигнал будильника. С трудом поднявшись, она направилась в душ и простояла под горячими струями добрых двадцать минут.
Когда Ева вернулась в спальню, Рорк только встал.
– Я тебя разбудила? Ты мог бы поспать еще пол­часа.
– Ничего, я в полном порядке. – Он окинул ее критическим взглядом. – И ты выглядишь лучше, чем в четыре утра. Почему бы тебе не заказать нам завтрак, пока я буду в душе?
– Я как раз собиралась съесть рогалик.
– Этого мало. Твой организм нуждается в хоро­шей заправке для поддержания энергии. А ты вряд ли захочешь, чтобы я вливал тебе в горло белковый раствор, – это испортит настроение на весь день. Яичница-болтунья тебя устроит?
Ева огрызнулась, но Рорк уже скрылся в ванной, и она поняла, что он, как всегда, прав.


Когда Рорк позвонил Соммерсету по внутренне­му телефону и спросил о Макнабе, Ева заставила себя оптимистически воспринять сообщение, что пациент провел спокойную ночь. Но вскоре ей при­шлось бороться с отчаянием, когда Макнаб въехал в ее кабинет на электронном инвалидном кресле.
– Эй! – Его лицо и голос казались чересчур ве­селыми. – Постараюсь раздобыть себе такую шту­ковину, когда встану на ноги. Ей можно управлять, как автомобилем.
– Только не катайтесь по коридорам Управле­ния. – Ева попыталась улыбнуться. – Я начну ин­структаж, когда придет Фини.
– Мы слышали утреннее сообщение по кана­лу 75, лейтенант. – Голос Пибоди, стоящей за спи­ной Макнаба, был спокойным, но в глазах застыло отчаяние. – Материала для инструктажа более чем достаточно.
– Давай-ка сварим кофе. – Ева знаком велела Рорку отвлечь Макнаба. – А тебе нужно выглядеть бодрее, – упрекнула она Пибоди, когда они вышли на кухню. – Он не так глуп.
– Знаю. Но когда я вижу его в этом кресле, то ничего не могу с собой поделать. Пока нет никаких изменений. Врачи говорили, что он должен ощутить зуд и покалывание, как бывает, когда к затекшей ноге возвращается чувствительность. Это сигнал, что нервы оживают. Но он ничего не чувствует.
– Восстановление происходит через разные про­межутки времени. Как-то я получила полный заряд и через несколько минут уже не ощущала никакого онемения. А в другой раз мне только задело руку, и она не действовала несколько часов.
– Макнаб притворяется бодрячком, но он напу­ган.
– Если он может притворяться, значит, можешь и ты. А если ты хочешь добраться до тех, кто усадил его в это кресло, то должна взять себя в руки и сосредоточиться.
– Понятно. – Пибоди глубоко вздохнула и рас­правила плечи. – Я постараюсь.
– Отлично. Тогда для начала приготовь кофе.
Вернувшись в кабинет, Ева остановилась при виде стоящего в дверях Фини. Он уставился на Макнаба, сидящего к нему спиной, и на его лице за­стыли горе и гнев.
Ева кашлянула, надеясь вывести Фини из ступо­ра, но внутри у него уже щелкнул выключатель. Он шагнул к Макнабу и нахмурился.
– Это еще что? Симулируешь, чтобы заполучить новую игрушку?
– Классная штука, верно?
– Только попробуй проехаться по моей ноге! Я тебя живо поставлю на ноги. Бэкстер уже на под­ходе. Кофе готов?
– Да, – кивнула Ева.


К половине десятого она сообщила группе основные детали, без четверти десять заполнила все лакуны, а к десяти изложила свою теорию:
– По крайней мере один человек из этой компа­нии лично пострадал от какого-то преступления – скорее всего, преступления против ребенка. А может, и не один. Для такого предприятия необ­ходимы родственные души. У них есть превосходные специалисты по электронике и, по-видимому, консультант-медик. Вполне возможно, что они на­ладили какой-то контакт с полицейскими или су­дебными органами. Не исключено, что с теми и дру­гими.
– В такой команде, – заметил Бэкстер, – среди родственных душ обычно находятся одна-две, кото­рые занимаются этим, чтобы удовлетворить нездо­ровое честолюбие, из жажды крови или просто по­тому, что у них не все дома.
– Согласна. Можете начать поиски чокнутых, которые соответствуют профилю этой группы. Без­условно, они снова свяжутся с Надин, – продолжа­ла Ева. – Им нужно общественное внимание и одобрение.
– Это они получат. – Фини отхлебнул кофе. – Такие типы всегда возбуждают всеобщий интерес, их обсуждают на улицах и рисуют на майках.
– Мы не можем заткнуть рот СМИ, поэтому по­стараемся использовать их в наших целях. Надин хочет взять интервью у тебя и у Макнаба. Ругайся сколько душе угодно, – добавила она, прежде чем Фини успел открыть рот, – но ты не скажешь ниче­го, что я бы уже не сказала или не подумала. Депар­тамент считает, что это пойдет нам на пользу.
Фини со стуком поставил чашку на стол.
– По-твоему, я должен вещать с экрана о том, что у нас в Управлении вчера произошло?
– То, что вы скажете, поможет людям понять, что случилось с Хэллоуэем, – спокойно заговорил Рорк. – Понять, что он был хорошим копом, кото­рый погиб, выполняя свою работу. И виновата в этом группа личностей, желающих выглядеть стра­жами правосудия.
– Я бы тоже хотел поговорить об этом. – Как бы Макнаб ни храбрился, он не мог забыть, что прикован к инвалидному креслу – может быть, до конца дней. – Объяснить, что меня покалечил не Хэллоуэй, а тот, кто заразил компьютер, с которым он возился. Хэллоуэй не заслужил, чтобы его в этом обвиняли. Поэтому я согласен дать интервью.
– Если ты согласен, то и я не возражаю. – Фини снова взял чашку и выпил кофе залпом, чтобы смыть застрявший в горле ком.
– Департамент выпустит заявление. Вы оба должны будете его прочитать. – Ева подошла к своему столу. – Начальство не собирается запре­щать или цензурировать то, что вы хотите сказать, но хочет скоординировать основные моменты. Важ­но, чтобы нью-йоркская полиция продемонстри­ровала полное единство по этому вопросу. Надин может провести интервью здесь. А теперь перейдем непосредственно к нашей работе. Мы должны опре­делить природу вируса в этих компьютерах, а это невозможно, пока у нас не будет надежной защиты от подобного вируса.
– Я уже начал этим заниматься, – сказал Рорк, – и взял на себя смелость пригласить техни­ческого консультанта. – Он нажал кнопку на аппа­рате внутренней связи. – Соммерсет, пришлите сю­да консультанта.
– Ты должен был посоветоваться со мной… – начала Ева.
– Нам необходим первоклассный эксперт. Фини и Макнабу нужен хороший помощник, а я, в конце концов, только любитель. У меня есть чело­век, который занимается поистине новаторской де­ятельностью в моем исследовательском отделе, и тебе едва ли следует беспокоиться насчет его лояль­ности.
Ева обернулась к двери – и у нее отвисла че­люсть.
– Господи, Рорк, я не могу использовать ре­бенка!






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Приговоренные к безумию - Робертс Нора



еще один отличный детектив от Норы Робертс, показывающий нам, насколько в извращенной манере работают мозги преступников. ужас. мурашки по коже
Приговоренные к безумию - Робертс НораОльга Сергеевна
23.06.2012, 20.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100