Читать онлайн Приговоренные к безумию, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Приговоренные к безумию - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.92 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Приговоренные к безумию - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Приговоренные к безумию - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Приговоренные к безумию

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 2

Он не сообщил ей того, что ей хотелось бы уз­нать. Самое большее, что смогла определить Ева с помощью своего чемоданчика, это что Луи Когберн умер в результате некоего воздействия на нервную систему. Такая терминология едва ли вызвала бы одобрение начальства.
Ева передала тело медэкспертам с пометкой «срочно». Учитывая несусветную жару и в связи с этим переизбыток трупов, это означало, что ей по­везет, если она получит заключение к первым замо­розкам.
Ева решила ускорить процедуру, побеседовав со старшим медэкспертом, а пока поговорила по теле­фону с адвокатом Трухарта и отослала потрясенного беднягу домой, приказав готовиться к тестирова­нию. После этого она вернулась в Управление пи­сать рапорт о происшествии, повлекшем за собой две смерти и одно серьезное ранение. Если бы Трухарт, следуя правилам, сам уведомил Бюро Внутрислужебных Дел, все было бы гораздо проще.


Домой Ева вернулась только к вечеру. Уже горел свет, и воздвигнутая Рорком крепость сияла, как маяк в ночи. Деревья отбрасывали зеленые узорча­тые тени на траву и цветы, сверкающие всеми крас­ками при дневном свете. Находящийся по соседству Нижний Ист-Сайд, который отнимал у Евы боль­шую часть времени, казался отделенным вселенной от этого рая, где царили богатство и роскошь. Впро­чем, Ева уже привыкла не терять присутствия духа, переходя из одного мира, в другой. Точнее, почти привыкла.
Она взбежала по каменным ступенькам, спеша поскорее избавиться от мучительной духоты.
Но стоило ей шагнуть в вестибюль, вдыхая про­хладный чистый воздух, как перед ней возник Соммерсет, дворецкий Рорка.
– Да, я пропустила обед, – заявила Ева, прежде чем он успел открыть рот. – Да, я никудышная жена и вообще самый отвратительный образец рода чело­веческого. Мне недостает воспитания, и я понятия не имею о приличиях. Меня следует протащить по улице голую и побить камнями за мои грехи.
Соммерсет приподнял стальную бровь.
– Что ж, мне нечего добавить.
– Значит, я сэкономила время. – Ева начала подниматься по лестнице. – Рорк вернулся?
– Только что. – Соммерсет нахмурился, раздосадованный тем, что Ева лишила его возможности покритиковать ее. – Он ждет вас в своем кабинете.
Ева бросила тоскливый взгляд в сторону спаль­ни, испытывая непреодолимое желание прыгнуть под душ. Но чувство вины направило ее стопы к ка­бинету Рорка.
Дверь была открыта, и она услышала его голос.
Очевидно, Рорк оговаривал детали сделки, за­ключенной во время сегодняшнего обеда. Но Ева прислушивалась не к словам, а к голосу, который до сих пор неизменно трогал ее суровое сердце. Этот удивительный ирландский голос словно превращал в музыку сухие факты и цифры.
Голос Рорка идеально соответствовал его чекан­ному лицу, полному дикой кельтской красоты, с глубокими голубыми глазами и твердой линией крупного рта. Очевидно, какой-нибудь склонный к ваянию ирландский бог вылепил его в особо удачный для себя день.
Ева остановилась на пороге, глядя на Рорка, ко­торый, стоя у окна, диктовал текст. Она заметила, что его густые черные волосы, которые обычно сво­бодно ниспадали на плечи, аккуратно зачесаны на­зад и собраны на затылке. Высокий, стройный, об­лаченный в черный вечерний костюм, Рорк являл собой образец элегантного удачливого бизнесмена, но Ева порой видела под внешним лоском грозную кельтскую натуру, безумно привлекавшую ее.
Она увидела ее и сейчас, когда Рорк обернулся, встретившись с ней взглядом.
– Подпись «Рорк», – закончил он диктовку. – Передайте текст и отошлите копию компании Хагерман – Росс… Добрый вечер, лейтенант.
– Привет. – Ева сунула руки в карманы. Просто удивительно, как этим рукам всегда хочется прикос­нуться к Рорку! – Прости, что не явилась на обед.
Он усмехнулся:
– Зато тебе не пришлось скучать, как ты опаса­лась.
– Если бы мне пришлось скучать так, как я опа­салась, то я бы впала в кому. Но я сожалею, что под­вела тебя.
– Ты меня не подвела. – Подойдя к ней, Рорк приподнял пальцами ее подбородок и поцеловал в губы. – Я только вырос в их глазах, когда извинил­ся за жену, которой пришлось задержаться на служ­бе из-за очередного преступления. Убийство всегда оживляет застольную беседу. Кого прикончили на сей раз?
– Двух парней в нижней части города. Мелкий наркоторговец огрел соседа бейсбольной битой, по­том набросился на женщину и копа, который его и прикончил.
Рорк поднял бровь. Упомянутое происшествие было довольно заурядным, и он не понимал, почему в глазах Евы столько беспокойства.
– Едва ли эта история могла задержать тебя до­поздна.
– Копом был Трухарт.
– Ага! – Рорк положил руки ей на плечи. – Ну, и как он после этого?
Ева покачала головой и шагнула назад.
– Паршиво. Парень, можно сказать, лишился девственности.
Рорк погладил толстого кота, растянувшегося на консоли, затем слегка отодвинул его в сторону.
– Интересная метафора.
– Некоторым копам за всю жизнь не приходится никого убивать. А тут парень носит униформу меньше года – и на тебе! Для него это все меняет.
– А для тебя тоже все изменилось, когда тебе впервые пришлось убить кого-то, находясь на служ­бе?
Они оба знали, что Ева убила человека задолго до того, как получила значок. Она часто спрашивала себя, насколько это повлияло на ее отношение к смерти вообще. Не потому ли она воспринимает смерть, как личное оскорбление?
– Я – другое дело. Трухарту всего двадцать два года – он еще… не привык к такому. – Жалость ду­шила Еву. Она присела на корточки, рассеянно по­чесывая шею Галахада. – Этой ночью парень навер­няка не сможет заснуть – будет снова и снова про­ворачивать в голове то, что произошло, думать, мог ли он поступить иначе. А завтра… – Ева выпрями­лась и закрыла лицо руками. – Я не могу помешать тестированию.
Она знала, что это такое. К раздетому догола че­ловеку присоединяют мониторы, залезая к нему в голову, словно опухоль.
– Ты боишься, что он не выдержит?
Обернувшись, Ева взяла у Рорка бокал вина.
– Трухарт крепче, чем кажется, но он смертель­но напуган, и считает себя виноватым. Сомнения и чувство вины могут утопить кого угодно во время тестирования. А если это случится, БВД начнет рас­следование.
– Почему?
Ева села и начала рассказывать, поглаживая ко­та, который успел устроиться у нее на коленях. Всегда полезно сообщать подробности человеку, способному быстро воспринимать услышанное. Это помогает привести в порядок мысли.
– Парализатор не может убить при таких обсто­ятельствах, – заметил Рорк.
– Вот именно, – кивнула Ева. – Он должен был только оглушить. А для того, чтобы перекрыть пульсацию на шее, потребовалось бы несколько вы­стрелов.
– Следовательно, версия событий, изложенная Трухартом, не совсем верна?
Ева сразу же подумала о том, как сделать, чтобы БВД не пришло к подобному выводу.
– Трухарт находился в чрезвычайных обстоя­тельствах. Один человек был убит, другой серьезно ранен, да и он сам получил травму.
– Эти доводы ты собираешься привести БВД?
Рорк всегда понимал все с полуслова.
– Что-то вроде того. – Ева беспокойно бараба­нила кончиками пальцев по пушистой спине кота, потягивая вино. – Мне нужен рапорт медэксперта. Конечно, Трухарта не могут обвинить в том, что он намеренно прикончил этого типа. Но его на месяц отстранят от службы за то, что поддался панике, и подвергнут принудительному лечению. Я не в со­стоянии этому помешать. И какого черта он связал­ся со мной, прежде чем официально уведомить о происшедшем?! БВД сразу почует желание обзавес­тись прикрытием, и парню крышка.
Рорк сел и глотнул вина.
– А ты не думала обратиться к своему старому другу Уэбстеру?
Ева перенесла барабанную дробь со спины Гала­хада на подлокотник стула и устремила взгляд на Рорка. Его усмешка ей не слишком понравилась.
Дон Уэбстер был не совсем «старым другом» Евы – много лет назад и в течение очень краткого промежутка времени он был ее любовником. По каким-то непонятным для Евы причинам Дон ни­как не мог забыть единственную ночь, которую они провели вместе. И это привело однажды к бешено­му столкновению с Рорком.
Еве не хотелось повторения этого эпизода.
– Возможно, я так и сделаю, – ответила она, – если только ты не усмотришь в этом шанс снова ра­зукрасить его физиономию.
Рорк улыбнулся.
– Думаю, мы с Уэбстером отлично поняли друг друга. Я не могу порицать его за то, что ему нравит­ся моя жена, так как мне она нравится не мень­ше. Но он знает, что если снова потянет лапы к тому, что принадлежит мне, то я пересчитаю ему все кости.
– Великолепно, – буркнула Ева. – Кстати, Дон уже обо всем забыл. Он сам так сказал.
На лице Рорка вновь появилась ленивая коша­чья улыбка, и Ева нахмурилась.
– И вообще, у меня есть о чем подумать и без этого. Сейчас бы лучше всего позвонить майору, но нельзя. Нужно действовать строго по правилам. Бедный парень в жутком состоянии, а я ничего не могу для него сделать!
– С ним все будет в порядке, мамочка.
– Неужели ты не понимаешь? Ведь это я переве­ла его в Главное управление. А несколько месяцев назад он из-за меня попал в больницу…
– Ева!
– Ладно, из-за меня он оказался в ситуации, ко­торая привела его в больницу. А теперь он подозре­вается в необоснованном умерщвлении граждан­ского лица, и я несу за это ответственность.
– Ты всегда и за все чувствуешь себя ответствен­ной. – Рорк прикрыл ладонью ее беспокойные пальцы. – Вот почему Трухарт позвонил тебе в пер­вую очередь. Он был потрясен и напуган. Лишить человека жизни для большинства людей не так уж просто. Разве это не делает его хорошим копом?
– Да, и я воспользуюсь этим аргументом. Но здесь что-то не так, Рорк! – Ева вскочила. Раздоса­дованный Галахад поднял хвост и вышел из комна­ты. – На горле убитого нет ожогов. Они бы были там, если бы его убил выстрел Трухарта.
– А он не мог воспользоваться каким-нибудь другим смертоносным оружием?
– Трухарт? – Ева покачала головой: – Не пред­ставляю, чтобы он мог носить незарегистрирован­ное оружие. Но даже если я ошибаюсь, где оно? При нем его не было, в квартире тоже. Аппараты для переработки отходов я тоже проверила. Трухарт по­звонил мне через несколько минут после убийства. У него просто не было времени придумать надежное место, куда можно выбросить оружие. Кроме того, это не имеет смысла. – Она снова села. – Возьмем этого Луи Когберна. Патрульный коп, соседи, даже пострадавшая от него женщина описывают его как жалкого недоумка, сбывавшего наркоту школьни­кам. За ним числится многое, но ничего, связанного с насилием. Ни нападений, ни избиений. И в его каморке нет никакого оружия.
– А бита?
– Он играл в бейсбол. А в тот день сидел за ком­пьютером в одних шортах. Все записи очень акку­ратные, а в квартире свинарник. Но не обычный свинарник. Кухонные шкафы в порядке, окна вы­мыты, но повсюду грязные тарелки и остатки пищи, валяется белье, приготовленное для прачечной. Как будто он заболел или пьянствовал целую неделю.
Ева провела рукой по волосам, стараясь представить себе Луи Когберна, сидящего за компьютером в тесной и душной комнатушке у открытого окна.
– Он включает музыку на полную мощность, но, по словам соседей, в этом не было ничего ново­го. Ралф из квартиры напротив выходит в коридор и колошматит ему в дверь. Опять же, ничего нового. Но на сей раз Луи вместо того, чтобы уменьшить громкость, хватает биту и проламывает голову сосе­ду и собутыльнику, превратив его лицо в месиво и сломав крепкую биту, хотя сосед тяжелее Луи на до­брую сотню фунтов.
Рорк знал, что Ева видит все происшедшее мыс­ленным взором, хотя не присутствовала при этом.
– Трудно сопротивляться, когда мозги вытекают из ушей, – заметил он.
– Да, нелегко. Но потом Луи с диким криком врывается в квартиру соседа и нападает на женщи­ну. Прибегает коп, и Луи набрасывается на него.
– Жара меняет людей к худшему.
– Да, иногда. Но Луи сидел и занимался своей бухгалтерией, как делал каждый вечер примерно в то же время. Нет, тут что-то не так… – Ева нахму­рилась. – Ты знаешь наркотик под названием «Чистота»?
– Нет.
– И никто не знает. Когда я вошла в его кварти­ру, компьютер был включен, и на экране были слова: «Абсолютная Чистота достигнута». Что за «Абсолютная Чистота», и как она была достигнута?
– Если это какое-то новое зелье, то почему им занимался мелкий наркодилер?
– Меня это тоже интересует. Компьютер отка­зался что-либо объяснять, даже когда я ввела свой полицейский код. Поэтому я отправила его в элек­тронный отдел. Жаль, что нельзя привлечь Фини. Было бы против правил использовать начальника электронного отдела для стандартного поиска дан­ных.
– Ты могла бы использовать меня…
– А это, по-твоему, было бы по правилам? Кроме того, ты работал.
– Да, работал и ел, чего и тебе желаю. Ты го­лодна?
– Проголодалась, когда ты об этом заговорил. Что ты ел?
– Хм-м! Холодный суп с черносливом, крабо­вый салат и превосходную жареную камбалу.
Ева поднялась.
– Я могла бы обойтись бутербродом.
– Так я и думал.
* * *
Лежа в постели и уставясь в потолок, Ева пере­бирала в уме данные, показания, версии. Все выгля­дело весьма сомнительно, и было непонятно, как это может повлиять на молодого, многообещающе­го полицейского.
Трухарт обладал ясным умом, преданностью де­лу и идеалами, которые сверкали, как полированное серебро. «Чистота…» Это слово ассоциировалось у нее прежде всего с Трухартом.
Но сегодня он лишился части своей чистоты, ко­торую никогда не сможет вернуть. И будет незаслу­женно страдать из-за этого.
«И никакая я не мамочка», – сердито подумала Ева, обернувшись к Рорку в темноте. Он тут же при­двинулся к ней, скользнув руками по ее груди.
– Раз уж тебе некуда девать энергию…
– О чем ты? Я сплю.
– Как бы не так! Твои мысли скачут так громко, что могут разбудить мертвого. Почему бы мне не протянуть тебе руку помощи?
Рорк привлек ее к себе, и Ева усмехнулась:
– Чтобы дать выход моей энергии, тебе придет­ся протянуть не только руку…


На расстоянии тридцати шести кварталов Трой Трухарт тоже лежал в темноте, глядя в потолок. Никто не делил с ним постель и не мог его отвлечь и утешить. Лицо убитого им человека неотступно пре­следовало его.
Он знал, что должен принять разрешенный по­лицейским департаментом транквилизатор, но бо­ялся заснуть и снова увидеть это лицо во сне.
Брызги крови на стенах темного сырого коридо­ра… Даже сейчас, в своей аккуратной квартире, Тру­харт ощущал запах крови и сырости. Он слышал полные ужаса и боли женские вопли, голос Луи Когберна, похожий на рев обезумевшего зверя, и его сердце бешено колотилось о грудную клетку.
Почему он не вызвал подкрепление? Ему следо­вало это сделать, как только он услышал женские крики о помощи. Но вместо этого он ринулся в дом, думая только о том, чтобы защитить женщину.
Мчась вверх по лестнице, он кричал, чтобы кто-нибудь позвонил по номеру 911. Но никто этого не сделал, иначе копы прибыли бы гораздо раньше лейтенанта Даллас. Как могли люди за запертыми дверьми ничего не делать, когда их соседка звала на помощь? Это было выше его понимания.
При виде мужчины в коридоре, которому по­мощь уже не требовалась, Трухарт ощутил спазм в животе и шум крови в голове. Это был страх. Да, он очень испугался. Но долг велел ему войти в откры­тую дверь, откуда доносились крики.
А что потом?
«Полиция! Немедленно бросьте оружие!» – крикнул он. Парализатор был у него в руке. Он вы­тащил его по пути наверх. Мужчина – Луи Когберн – повернулся к нему с окровавленной битой в руке. Маленькие глазки были почти незаметны на худощавой физиономии, красной от гнева и чужой крови.
Более темная и свежая кровь текла у него из но­су. Имеет ли это значение?..
Безумец в шортах двигался быстро, как молния. Бита опустилась ему на плечо, и он едва не выронил парализатор. Потом Луи Когберн повернулся к пла­чущей беспомощной женщине и снова взмахнул би­той, чтобы нанести смертельный удар. И тогда он выстрелил.
Когберн вздрогнул, его красные от злобы глаза расширились, тело задергалось, как марионетка на веревочке. Выбежав в коридор, он рухнул замертво лицом вверх, глядя в потолок своими жуткими крас­ными глазами.
«Сегодня я убил человека…»
Трухарт зарылся лицом в подушку, пытаясь ото­гнать преследующие его видения и оплакивая мерт­веца.
* * *
Утром Ева позвонила главному медэксперту Моррису, но ей пришлось оставить сообщение на автоответчике. Пытаясь говорить не слишком сер­дито, она сообщила, что в случае надобности вы­кроит время и приедет в морг поговорить с ним лично. Собственно, именно это Ева и собиралась сде­лать, а заодно еще раз взглянуть на тело Когберна.
После этого Ева скрепя сердце позвонила Дону Уэбстеру в БВД. На сей раз она не стала скрывать недовольство, оставляя сообщение.
– Очевидно, крысиное бюро еще спит? А насто­ящие копы уже на службе. Загляни ко мне, когда явишься на рабочее место, чтобы портить жизнь коллегам.
«Возможно, не стоило его раздражать», – поду­мала Ева, отключая связь. Хотя, если бы она гово­рила более любезно, он бы понял, что ей от него что-то нужно.
– Лейтенант. – Трухарт стоял в дверях с фураж­кой в руке. – Вы посылали за мной?
– Да, Трухарт. Входите и закройте дверь.
Поскольку Ева была офицером, ведущим следст­вие, она не нарушила правила, вызвав его к себе до тестирования.
– Садитесь, Трухарт.
Молодой полицейский, как и ожидала Ева, вы­глядел бледным и изможденным. Даже сидеть он умудрялся по стойке «смирно». Взглянув на него, Ева тяжело вздохнула и налила две чашки черного кофе.
– Ночь была скверной?
– Да, сэр.
– День будет еще хуже. Тестирование – не про­гулка по пляжу.
– Да, сэр, я об этом слышал.
– Вам лучше приготовиться. Смотрите на меня, когда я говорю с вами, полисмен!
Ева произнесла эти слова отрывистым тоном приказа. Трухарт послушно поднял голову и попы­тался сфокусировать взгляд усталых глаз.
– Так-то лучше. Надеюсь, вы помните, что на­дев униформу, получив значок и право носить ору­жие, вы принимаете на себя всю ответственность, которую налагает служба. Уничтожение вами Луи Когберна было оправданно?
– Я не…
– Да или нет? Третьего не дано. Использование оружия было необходимым?
– Да, сэр.
– Если бы вы сегодня оказались в такой же си­туации, то снова прибегли бы к оружию?
Трухарт вздрогнул, но кивнул.
– Да, сэр.
– Это самое главное. – Ева передала ему ко­фе. – Держитесь сути дела, и вы выдержите тести­рование. Главное, не пытайтесь никого перехит­рить – у вас для этого кишка тонка. Отвечайте точно и правдиво. А на каждый вопрос об использо­вании оружия говорите, что вынуждены были это сделать ради сохранения жизни гражданского лица и вашей собственной.
– Да, сэр.
– Господи, Трухарт, до чего же вы послушный! На каком расстоянии вы находились от жертвы в момент выстрела?
– Я думаю…
– Не думайте. Отвечайте.
– Шесть футов. Может быть, пять с половиной.
– Сколько выстрелов вы произвели?
– Два.
– Во время столкновения ваше оружие… вступа­ло в прямой контакт с жертвой?
– Контакт? – Трухарт выглядел озадаченным. – Нет, сэр. Он отскочил от меня, когда я выстрелил, а потом повернулся и снова бросился ко мне. Тогда я выстрелил вторично.
– Что вы сделали с незарегистрированным ору­жием?
– С чем?! – На его лице отразилось изумление, потом оно порозовело от негодования. – Сэр, у ме­ня никогда не было незарегистрированного оружия! Только парализатор, который я имею право носить и который вы изъяли на месте преступления как ве­щественное доказательство. И меня возмущает…
– Бросьте. – Ева откинулась на спинку стула. – Я очень удивлюсь, если вам не зададут этот вопрос на тестировании. А уж БВД точно его задаст. Так что приберегите ваше возмущение для них. Выпейте кофе, Трухарт.
– Да, сэр. – Он взял чашку, сделал глоток, и у него сразу же перехватило дыхание. – Это не кофе!
– Это настоящий кофе. Крепче, чем вегетариан­ская бурда из наших автоматов, верно? Сегодня вам не помешает встряска. Слушайте внимательно, Трой. Вы хороший коп и со временем станете еще лучше. Лишить человека жизни всегда нелегко. Мы не можем вести себя после этого так, словно при­хлопнули муху, иначе окажемся слишком похожими на тех, с кем призваны бороться.
– Лучше бы я нашел другой способ…
– Другого способа не было – не забывайте об этом. Чувствовать вину на вашем месте вполне есте­ственно. Но при этом нужно оставаться уверенным, что вы сделали то, что должны были сделать в сло­жившихся обстоятельствах. Если они увидят, что вы в этом не уверены, то сдерут с вас шкуру, как лео­пард с газели.
– Я действительно должен был это сделать. – Трухарт держал кофейную чашку обеими руками, словно боясь, что она выскользнет. – Прошлой ночью я сто раз заново прокрутил в голове все про­исшедшее, лейтенант, и понял, что иного выхода не было. Если бы я не выстрелил, он бы убил и эту женщину, и меня. А возможно, и еще кого-нибудь, попавшегося ему на пути. Но я допустил ошибку. Даже две. Я должен был вызвать подкрепление, прежде чем войти в дом, и официально уведомить о случившемся, прежде чем звонить вам.
– Да, вы допустили ошибки, – кивнула Ева, до­вольная тем, что он тщательно проанализировал си­туацию. – Конечно, вам все равно пришлось бы стрелять, но ошибки есть ошибки, и вам придется за них ответить. Кстати, почему вы не вызвали под­крепление?
– Мне показалось, что женщине угрожает непо­средственная опасность. Поднимаясь, я кричал, чтобы кто-нибудь набрал 911, но на самом деле я должен был сделать это сам. Ведь если бы я не сумел остановить нападающего, еще несколько жизней могло быть потеряно.
– Отлично. Урок усвоен. А почему вы позвони­ли мне, не сделав официального уведомления?
– Я в тот момент плохо соображал, лейтенант. Два человека были мертвы, причем одного убил я, поэтому…
– Вы были дезориентированы вследствие полу­ченных вами ударов, – быстро сказала Ева. – Вы опасались потерять сознание. Вашей первой мыс­лью было сообщить об убийстве, и вы сделали это, связавшись с лейтенантом отдела убийств, с кото­рым когда-то работали. Все ясно, Трухарт?
– Да, сэр.
– Вы пребывали в физическом и душевном рас­стройстве.
– И все равно это было не по правилам.
– Да, но у вас есть оправдание. Вы справитесь. Я не для того перевела вас в Управление, чтобы смотреть, как вас признают непригодным.
– Меня отстранят от службы на месяц.
– Вполне возможно.
– Я это переживу. Но мне бы не хотелось совсем потерять значок.
– Вы его не потеряете. Отправляйтесь на тести­рование, полицейский Трухарт. – Ева поднялась. – И покажите им, из какого теста вы сделаны!
* * *
Ева еще раз позвонила Моррису, потом решила зайти в электронный отдел, прежде чем отправиться с Пибоди в морг.
Электронный отдел всегда ее озадачивал. Как можно работать в полиции, расхаживая взад-вперед с наушниками и общаясь исключительно с компью­терами, было за пределами ее понимания. К тому же служащие этого отдела редко одевались как ко­пы. Хуже всех выглядел франтоватый Макнаб, у ко­торого был роман с Пибоди, но и остальные недале­ко от него ушли.
Ева быстро зашагала к кабинету Фини.
Дверь была открыта – он редко закрывал ее, да­же распекая подчиненного за какую-то оплошность. А Фини именно этим и занимался сейчас.
– Ты думаешь, что оборудование установлено здесь для твоего развлечения, Хэллоуэй? Чтобы ты играл в «Звездные войны» на деньги налогоплатель­щиков?
– Нет, сэр. Но у меня был перерыв на ланч, и я…
– А у тебя есть перерыв на ланч? – Лицо Фини, похожее на морду бассета, выражало удивление, не­годование и тайную радость. – Очень интересно, Хэллоуэй. Обещаю, что в ближайшее время такие перерывы станут для тебя приятным воспоминани­ем. Возможно, ты не заметил, будучи занятым спа­сением виртуальной вселенной и поеданием санд­вича, что у нас работы по горло. Преступность рас­тет как на дрожжах, и мы, являясь служителями закона, должны из кожи лезть, спасая этот город, а не сражаться с агрессорами из другой галакти­ки. Через полчаса мне нужен рапорт о хакере из Дабрека.
Хэллоуэй, казалось, съежился в своем ядовито-зеленом спортивном костюме.
– Да, сэр.
– Когда покончишь с этим, поможешь Силби разобраться со взломом компьютеров у Стюарта. Потом явишься ко мне. Убирайся.
Хэллоуэй убрался, бросив по пути обиженный взгляд на Еву.
– Когда утром надерешь чью-нибудь задницу, это придает энергии на весь день, – сказал Фини.
– Какой у него был счет в «Звездных войнах»?
– Пятьдесят шесть очков, – фыркнул Фини. – Чертов олух едва не побил мой рекорд, который я удерживаю три года, четыре месяца и двадцать два дня!
Присев на край стола, Ева взяла из чашки горсть миндаля.
– Слышал о Трухарте?
– Нет. Был очень занят. – На одутловатом лице Фини отразилось беспокойство. – А что с ним та­кое?
Ева подробно рассказала ему о происшедшем, и Фини запустил пальцы в темно-рыжую шевелюру.
– Да, ему придется туго.
– Парень честно обо всем рассказал. Он скорее проглотит живую крысу, чем солжет мне. Но тут что-то не так. Я отправила к вам компьютер и теле­фон Когберна и хочу, чтобы вы занялись ими как можно скорее. Я знаю, что ты занят, – поспешно добавила она. – Но мне очень срочно нужны все данные. Эта история с «Чистотой» дурно пахнет.
– Макнаба я не могу тебе уступить – он за­нят другим делом… – Внезапно его лицо проясни­лось. – Хэллоуэй! Раз ему нечего делать, пусть зай­мется этим. Сверхурочная работа ему не повредит.
– И поможет тебе сохранить рекорд.
– Надеюсь. – Он снова помрачнел. – Но твое­му парню здорово достанется от БВД.
– Знаю. Попробую отвести хоть часть ударов. – Она встала. – Мне нужно добраться до Морриса. Если моя догадка верна, Трухарт соскользнет с са­мого острого крючка.






Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Приговоренные к безумию - Робертс Нора



еще один отличный детектив от Норы Робертс, показывающий нам, насколько в извращенной манере работают мозги преступников. ужас. мурашки по коже
Приговоренные к безумию - Робертс НораОльга Сергеевна
23.06.2012, 20.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100