Читать онлайн Посмертный портрет, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 19 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Посмертный портрет - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.67 (Голосов: 6)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Посмертный портрет - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Посмертный портрет - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Посмертный портрет

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 19

Завывали сирены, на крыше «Скорой» бешено вращался маячок. Так всегда бывает, когда кто-то попал в беду. Но Алисия Дилберт больше не нуждалась ни в сиренах, ни в маячках; ее беды закончились.
Место уже оцепили, и копы занимались своим делом. В воздухе стояло марево. Вентиляционные люки метро изрыгали горячий воздух, от которого становилось еще жарче. Предприимчивый разносчик, остановившийся на углу, бойко продавал кофе и сандвичи с яичницей копам и фельдшерам, хотя и те и другие наверняка знали, как это вредно. В воздухе висела вонь яичного эрзаца, шипевшего на гриле, запах мужского пота и больницы.
«Если не поднимется ветер и эта проклятая августовская жара продлится еще несколько дней, город утонет в собственном поту», – подумала Ева, выйдя из машины, и присела на корточки рядом с Фини, осматривавшим труп.
– До меня дошел слух, что ты вернулась, поэтому я не стал увозить тело. – Он кивнул Рорку, который остановился у края оцепления. – Вы быстро обернулись.
– Ага. У нас все в порядке. Вернее, у него. Черт побери, Фини! Черт побери… Мне следовало быть здесь.
– Это бы ничего не изменило. Сама знаешь, он бы не проскользнул мимо нас. Просто на этот раз не взял фургон. Никто к нему не приближался.
– Она мертва. Значит, как-то он мимо нас проскользнул. – Ева надела очки-микроскопы и изучила аккуратную дырочку в груди и еле заметные синяки на запястьях. – Он придерживается того же способа. Видишь, ей он тоже придавал позу. Когда Морс получит тело, он наверняка найдет и другие следы от проволоки.
– Да, и все-таки на этот раз он слегка нарушил порядок. – Лицо Фини оставалось бесстрастным, но в глазах полыхал гнев. Он полез в пакет с вещественными доказательствами и достал оттуда сложенную записку. – Она держала вот это. На конверте написано твое имя.
Ева развернула записку и прочитала:
«Лейтенант Даллас, вы ничего не понимаете! Как вам не стыдно? У вас узкий кругозор. А у меня широкий. Вы видите здесь только жертву, но вы ошибаетесь. У нее был дар, редкий дар, и небольшая жертва понадобилась, чтобы этот дар достался всем остальным.
Я знаю, вы считаете меня чудовищем. Найдутся люди, которые согласятся с вами и проклянут меня. Но громадное большинство увидит и, в конце концов, поймет красоту и силу искусства, которое я открыл.
Я делаю это не только для себя, но и для всего человечества.
Ее свет был и остался ослепительным. Надеюсь, в один прекрасный день вы это увидите.
Вы видите в происходящем только смерть. Но в один прекрасный день останется только жизнь. И свет.
Я почти достиг этого».
– Да, почти достиг, – пробормотала Ева и сунула записку в пакет. – Фини, у меня узкий кругозор, и, тем не менее, я вижу красивую чернокожую девушку примерно двадцати лет, в медицинском халате. Рост – примерно сто шестьдесят пять, вес – шестьдесят килограммов. Никаких следов насилия.
Она снова наклонилась и повернула руку девушки ладонью вверх.
– Небольшое круглое отверстие от шприца на правой ладони. «Привет, как я рад тебя видеть…» – что-нибудь подобное сказал этот ублюдок, пожал ей руку и ввел транквилизатор. На ней халат, так что она либо пришла на смену, либо уходила. Известно, кто она?
– Студентка медицинского факультета. Работает здесь сменной сестрой. Ее дежурство закончилось в десять. Есть показания сотрудников, видевших, как она уходила.
– Угу… – Ева продолжала осмотр. Красивое лицо, тонкие черты, высокие скулы. Пышные черные кудри, аккуратно перехваченные лентой на затылке. Три заклепки в каждом ухе. – Здесь полно народу. Было очень рискованно подбирать ее прямо у центра здоровья в десять вечера. У тебя есть ее домашний адрес?
– И ее, и всех остальных. – Фини помнил адреса наизусть, но все равно достал электронный блокнот. – Алисия Дилберт, двадцать лет. Студентка медицинского факультета Нью-Йоркского городского университета. Живет на Шестой Восточной, всего в трех кварталах отсюда. Ближайший родственник – брат, Уилсон Бакли.
– Что? – Ева вскинула голову. – Что ты сказал?
– Ближайший родственник – Уилсон Бакли.
– О черт! – Она стала массировать затылок. – Черт побери, Фини, это мой друг!


Сделав все, что было можно, Ева подошла к Рорку, рядом с которым уже стояла Надин.
– Ни о чем не спрашивай, – предупредила Ева, не дав Надин открыть рот. – Когда смогу, все расскажу сама.
Выражение лица Евы заставило Надин смириться и кивнуть:
– О'кей. В десять, Даллас. В десять утра мне понадобится нечто большее, чем официальное заявление.
– Когда смогу, – отрезала Ева. – Он прислал тебе сообщение в шесть ноль-ноль?
– Да, как всегда. Даллас, я выполнила свой гражданский долг и все отдала Фини.
– Да, знаю. Надин, пока мне нечего тебе сказать. – Ева пригладила волосы.
«Что-то случилось, – подумала Надин. – Что-то плохое».
– Ты в порядке? – она погладила подругу по щеке. – Не для протокола, Даллас. Что произошло?
Но Ева только покачала головой:
– Не сейчас. Мне нужно известить ближайшего родственника. Не хочу, чтобы ее имя прозвучало в эфире до того. Можешь получить официальное заявление у Фини. Он еще побудет здесь, а мне надо ехать. Рорк…


– Почему ты ничего ей не сказала? – спросил Рорк, когда они пробирались сквозь шумную толпу к ее машине. – Что от этого изменится?
– Кое-что изменится. Я хорошо знаю брата убитой. И ты, кстати, тоже. – Она мрачно взглянула на него. – Ты хотел сделать то, что можешь? Ловлю тебя на слове. Пибоди присоединится к Фини, поговорит с работниками центра, опросит соседей. А ты поедешь со мной к ближайшему родственнику.
– Кто это?
* * *
«Крэк старался держаться неподалеку от сестренки, – думала Ева. – Не в том же доме и даже не в том же квартале, но неподалеку. И не подпускал девочку к своему бизнесу. Хотел дать ей простор, позволить расправить крылья, но помешать залететь слишком далеко. И не позволить подонкам, часто посещавшим клуб, прикоснуться к ней».
В его доме была хорошая охранная система. Крэк очень серьезно относился к таким вещам. Значок позволил ей преодолеть барьер и подняться на пятый этаж. Там она тяжело вздохнула и нажала на кнопку звонка.
Прошло несколько минут, пока на сканере не замигала лампочка. Ева поняла, что хозяин проверяет, кто стоит у его дверей. Наконец загорелся зеленый свет, и он открыл.
– Эй, белянка, зачем ты будишь меня после трудов праведных?
Перед ней стоял огромный негр, совершенно голый, если не считать татуировок и пурпурной набедренной повязки.
– Крэк, мне нужно поговорить с тобой. Мы можем войти?
Он захлопал глазами, но все же улыбнулся.
– Что-нибудь случилось в «Ди-энд-Ди»? По-моему, там все было, как обычно…
– Дело не в клубе.
«Даун-энд-Дерти»
l:href="#note_12" type="note">[12]
– ночной клуб с музыкой, стриптизом и убойными дозами спиртного, приютившийся в недрах нижнего города, – был любимым детищем Крэка. Там состоялся ее девичник перед свадьбой.
– Дерьмо… В это время дня я смогу разговаривать с копом-худышкой только после бочонка кофе. Рорк, неужели тебе нечем занять жену по утрам? Никакого покоя старику Крэку…
Ева вошла в квартиру и ничуть не удивилась, увидев, что она обставлена с большим вкусом. Простор, чистота, африканские маски на стенах, яркие краски и роскошные ткани. Декоратор поработал здесь на славу. Широкие окна были задернуты длинными плотными шторами, говорившими о том, что хозяин предпочитает ночь. Проникавший сквозь них утренний свет окрашивался в алые и сапфировые тона.
– Догадываюсь, что ты тоже хочешь кофе… – начал Крэк, но Ева положила ладонь на его руку, не дав шагнуть в сторону кухни:
– Не сейчас. Давай сядем. Сядь, пожалуйста.
В его голосе впервые прозвучала нотка досады:
– Ты вытаскиваешь меня из постели еще до полудня, а я не могу выпить кофе?
– Плохие новости, Крэк. Давай присядем.
– Неужели какой-то сукин сын устроил погром в «Ди-энд-Ди»? Я же сам запер клуб два часа назад! Какого черта?..
– Я же сказала: речь не о клубе. Дело в твоей сестре. В Алисии.
– В Алисии? Брось. – Крэк насмешливо фыркнул и махнул ручищами, похожими на весла, но Ева заметила искорку страха в его глазах. – Эта девочка не может попасть в беду. Она сделана из чистого золота. Даллас, ты с кем-то спутала мою малышку. Не морочь голову старине Крэку.
«Другого способа нет, – думала Ева. – Другого способа нет».
– Мне очень жаль, но я должна сказать, что твоя сестра мертва. Ее убили сегодня. Рано утром.
– Чушь собачья! – крикнул Крэк и схватил ее за плечи с такой силой, что ей пришлось встать на цыпочки. Рорк шагнул вперед, но Ева покачала головой, и он застыл на месте. – Черт побери, это ложь! Она в медицинской школе. Ты же знаешь, она собирается стать врачом. Сейчас она на занятиях. Ты что, с ума сошла? Пришла сюда и рассказываешь сказки о моей девочке!..
– Я дорого дала бы за то, чтобы это оказалось ложью, – тихо сказала Ева. – Уилсон, мне очень жаль. – Она впервые назвала Крэка его настоящим именем. – Я оплакиваю твою потерю и очень жалею, что вынуждена сообщить тебе эту скорбную весть. Алисии больше нет.
– Я сейчас позвоню ей! Прямо сейчас. Вызову ее с занятий, и ты убедишься, что это ложь. Ты ошиблась. Ты ошиблась, понимаешь?
Ева не стала ему мешать. Она стояла и ждала, борясь с желанием потереть синяки на предплечьях, оставленные его пальцами. Крэк что-то рявкнул в телефон. Музыкальный женский голос весело ответил ему, что абонент недоступен, и предложил оставить сообщение.
– Просто она занята. Вот и все. – Его голос, всегда такой уверенный, дрогнул. – Сейчас мы поедем в университет, вызовем ее, и тогда ты увидишь…
– Я сама проверила ее личность, – сказала ему Ева. – Проверила, когда увидела твое имя. Одевайся, и я отвезу тебя к ней.
– Это не она! Не моя девочка!
Рорк шагнул вперед:
– Я помогу тебе. Спальня там? – Он взял Крэка за руку и повел его, как маленького.
Когда дверь спальни закрылась, Ева тяжело вздохнула. Потом вздохнула еще раз и позвонила в морг:
– Это Даллас. Я везу ближайшего родственника Алисии Дилберт. Подготовьте ее как можно тщательнее. Накройте простыней. Позаботьтесь, чтобы в смотровой в этот момент никого не было. Ни сотрудников морга, ни посетителей.
Ева дала отбой. «Все, что могу, – подумала она. – Но это такая мелочь…»


По дороге в морг Крэк молчал. Сел на заднее сиденье, сложил руки на груди и надел темные очки, скрывавшие всю верхнюю половину лица. Но Ева ощущала исходившие от него волны ледяного страха и пламенной надежды.
Крэк отворачивался от нее и в машине, и когда шел по прохладным белым коридорам морга. «Это моя вина, – думала Ева. – Именно я заставила его испытать этот ужас и отчаяние».
Они с Рорком провели Крэка в смотровую и встали по бокам.
– Если ты посмотришь на монитор… – начала Ева.
– Не буду я смотреть на ваш чертов монитор! Я не верю ничему, что показывают на экране!
– Ладно.
Ева ждала этого. Была готова к этому. Она подошла к темной стеклянной стене и нажала на кнопку.
– Лейтенант Ева Даллас сопровождает ближайшего родственника Алисии Дилберт Уилсона Бакли для опознания тела. Уберите заставку.
Черный цвет медленно сменился серым, а затем они увидели за стеклом узкий стол, на котором лежала девушка, укрытая простыней до подбородка.
– Нет! – Крэк поднял кулаки и дважды ударил в стекло. – Нет, нет, нет! – Потом он повернулся к Еве и бросился бы на нее, если бы Рорк не прижал его спиной к стеклу.
– Алисия бы не хотела этого, – тихо сказал он. – Это не поможет.
– Мне очень жаль, – повторила Ева. Ничего другого она сказать не могла.
Лицо Крэка исказилось от ярости, но он, по крайней мере, перестал размахивать кулаками.
– Пропусти меня туда. Пропусти меня к ней немедленно, или я прошибу это стекло к чертовой матери. Ты знаешь, что я могу это сделать.
Он действительно мог. А она могла парализовать его. Но Ева чувствовала, что скорбь уже приглушила гнев.
– Пропущу, – спокойно сказала она. – Но сама пойду с тобой. И камеры будут включены. Таков порядок.
– Плевать мне на тебя и на твой порядок!
Ева знаком велела Рорку отойти и снова сказала в микрофон:
– Я веду ближайшего родственника Алисии Дилберт. Пожалуйста, освободите помещение. – Она кивнула Крэку: – Пойдем со мной.
Они прошли в дверь, миновали короткий коридор и еще один пост.
Здесь были другие столы и другие жертвы, ждавшие опознания. Еще больше трупов лежало в холодильниках, расположенных в задней части помещения. Ева не могла скрыть их от взгляда Крэка. Она молча подошла к Алисии и положила ладонь на рукоятку парализатора – на случай, если Крэк потеряет контроль над собой.
Но он шагнул к столу, сверху вниз посмотрел на красивое лицо с высокими скулами и нежно, очень нежно погладил ее курчавые волосы.
– Это моя малышка. Моя девочка. Моя душа и сердце.
Крэк нагнулся и прикоснулся губами к ее лбу. А потом просто соскользнул на пол. Огромный мужчина в два метра ростом сжался в комок и зарыдал.
Ева опустилась на колени и обняла его.
Рорк сквозь стекло наблюдал за тем, как великан прижался к ней, словно ребенок, жаждущий утешения. А она гладила его по голове. Потом Ева куда-то позвонила и велела принести воды. Пока Крэк пил, она сидела и придерживала его руку, державшую стакан.


– Мне было двенадцать, когда мама снова забеременела. Какой-то ублюдок надавал ей кучу обещаний, и она им поверила. Но он смылся сразу же, как только родился ребенок. Мама работала уборщицей и время от времени подрабатывала проституцией. Она обеспечивала нам кров и еду, а на большее у нее просто не было времени. Алисия была самым прелестным ребенком на свете. Чистым золотом…
– И ты заботился о ней, – подсказала Ева.
– Не очень. Но пытался. Когда мама умерла, Алисии было четыре года. Проституция тут была ни при чем. Какой-то болван, у которого она убиралась, нажрался «Зевса» и выбросил ее в окно с десятого этажа. К тому времени я уже работал в клубах, и деньги у меня водились. Да, я заботился о моей малышке! Если я ходил с дубинкой и проламывал головы, еще не значит, что я не заботился о моей девочке!
– Я знаю. Ты хорошо заботился о ней. Она поступила в университет. Она должна была стать врачом.
– Она была редкая умница, моя девочка. Всегда хотела быть врачом. Хотела помогать людям. Кому понадобилось причинять вред такой доброй девушке?
– Я найду его. Обещаю тебе. И даю слово, что позабочусь о ней. Позволь мне сделать это.
– Если я найду его раньше, чем ты…
– Нет. – Ева стиснула его руку. – Если ты думаешь, что я не понимаю твоих чувств, то ты ошибаешься. Но этим Алисии не поможешь. И вряд ли она одобрила бы это. Ведь она любила тебя так же, как ты ее, правда?
– Она называла меня своим большим глупым братом. – По щеке Крэка скатилась еще одна слеза. – У меня не было никого дороже ее…
– Тогда дай мне возможность помочь ей. Мне нужны имена людей, которых она знала. Людей, с которыми она работала и дружила. У нее был бойфренд? Кто-то постоянный?
– Нет. Она бы сказала мне. Да, ей нравились мальчики, но она много занималась и работала в центре здоровья. Ходила с друзьями в клубы, выпускала пар… Не у меня, – чуть заметно улыбнулся Крэк. – Я не хотел, чтобы она приходила ко мне.
– Значит, в других клубах. Не помнишь названий? Она никогда не проводила время в клубе «Устрой сцену»?
– Компьютерный клуб? Да, конечно. Туда ходят многие студенты. Кроме того, она любила одну забегаловку у центра здоровья. Бар под названием «Зинг».
– Крэк, в последнее время ее не фотографировал какой-нибудь профессионал? Может быть, для работы или для университета. Или у кого-то на свадьбе, на вечеринке…
– На моем дне рождения месяц назад. Она спросила, что я хочу в подарок, а я сказал, что хочу ее портрет в золотой рамке. Не какую-нибудь дешевку типа «щелкни себя сам», а настоящий портрет, где она была бы нарядно одета, и фотограф знал, что он делает.
У Евы перехватило дыхание.
– Ты знаешь, где она заказывала портрет? – спокойно спросила она.
– В студии «Портография». Шикарное место. Я… – Крэк осекся. Казалось, его мозг вновь заработал, пересилив горе. – Постой-ка, я слышал это название в новостях. Какой-то сукин сын убивает студентов. Фотографирует их, а потом убивает. Это он убил мою малышку?
– Да, он. Я найду его, Крэк. Поймаю и посажу в камеру. А если ты будешь мне мешать, то я посажу и тебя и продержу там, пока не закончу.
– Только попробуй!
– И пробовать не стану, – спокойно сказала Ева. – Ты меня знаешь. Я отомщу за нее, чего бы это ни стоило. Даже если для этого придется посадить тебя под замок. Теперь она принадлежит и мне. Мне так же, как тебе.
Крэк пытался сдержать слезы.
– Если бы это сказал мне другой коп, я бы ему не поверил. Я бы ответил ему: «Отвали, я могу делать все, что хочу». Но тебя я знаю. Ты позаботишься о моей малышке. Ты единственная, кому я могу это доверить.


– Чем я могу тебе помочь? – спросил Рорк, когда они остановились у ее машины, припаркованной неподалеку от морга.
– У тебя есть какие-нибудь связи в Ист-Сайдском центре здоровья?
– Лейтенант, лучшие связи – это деньги.
– Я тоже так думаю. Может быть, он нашел ее в файлах «Портографии». Это ниточка. Может быть, он положил на нее глаз в компьютерном клубе. Возможно и то и другое. Но если он болен – а я думаю, что это так, – Алисия могла знать его по центру здоровья. Если он лечится или лечился в этом центре, сотрудники в тот день не обратили на него внимания: они привыкли видеть его, знали в лицо и не ждали от него ничего плохого. Я попросила Луизу навести справки, но она смотрит на это по-другому: никаких имен, врачебная тайна и так далее.
– А тебе нужен кто-то менее щепетильный?
– Рорк, у нас трое мертвых ребят! И плевать я хотела на щепетильность. Нужно кого-нибудь подмазать и найти мужчину от двадцати пяти до шестидесяти… нет, до сорока. Он моложе. В общем, человека этой возрастной группы с серьезным, а то и смертельным заболеванием мозга.
– Договорились. Что еще?
– Тебе этого недостаточно?
– Нет. Мне бы хотелось заняться настоящим делом.
– Используй свой хитроумный мозг, ловкие пальцы и выкопай мне все сведения о Жавере, которые удастся найти. Любые комбинации с именами Луи и Анри. Он должен быть как-то связан с местами обнаружения трупов, с компьютерным клубом, с университетами, с «Портографией» или именами подозреваемых. Я дам тебе сведения, не подлежащие разглашению.
– Пара пустяков.
Ева улыбнулась:
– Серьезно?
– Рад стараться, лейтенант.
– Один вопрос. У тебя есть собственные парковки, гаражи и подземные автостоянки?
– Кажется, есть. Моя империя велика. А что?
– Сможешь найти среди них те, которые работают налево?
Он поднял бровь:
– Не понимаю, на что вы намекаете.
«Он стал прежним, – с облегчением подумала Ева. – Хитрит, как обычно».
– Брось, приятель. Меня интересуют те, которые расположены в радиусе десяти кварталов от Восемнадцатой и Седьмой. Он видел, как мы обрабатывали Билли. Знал, что мы были там, что установили слежку за фургоном, и нашел другое транспортное средство. Он все планирует тщательно. У него наверняка был запасной вариант. Держу пари, что его логово где-то по соседству. Я ищу место, где можно с черного хода взять напрокат машину в хорошем состоянии – возможно, еще один фургон. Если обнаружишь что-нибудь, получишь награду.
– Тебя голенькую под шоколадным соусом?
– Извращенец… Добирайся своим ходом, приятель. Мне нужно захватить Пибоди. Начнем искать на месте.
Рорк схватил ее в охапку и поцеловал. «О да! – подумала Ева, у которой тут же закружилась голова. – Он явно стал прежним».
– Рад снова работать с вами в тандеме, лейтенант.
– Значит, это так называется? – Она сделала паузу и задумчиво посмотрела на Рорка. – Поставь Соммерсета на ноги, вышли его из страны, и я сама принесу шоколадный соус.


– Мне очень жаль Крэка, Даллас.
– Мне тоже.
Пибоди, сидевшая рядом с Евой, беспомощно развела руками:
– Я и не знала, что у него есть сестра. А должна была знать.
– Это бы ей не помогло, – бесстрастно ответила Ева.
– Да, не помогло бы… Как вы думаете, может, послать ему цветы?
Ева подумала о дереве Сиобан.
– Позже, Пибоди. Мы на работе.
– Да, мэм. – Пибоди боролась с обидой. Крэк был другом, и ей казалось странным, что Ева не разделяет ее чувств. – Я только хотела, чтобы он знал, что мы думаем о нем, вот и все.
– Самое лучшее, что мы можем для него сделать, это закончить дело и посадить в тюрьму того, кто убил его сестру. Цветы его не утешат, Пибоди. Утешит восстановление справедливости. Хотя бы на время.
– Вы правы. Просто очень тяжело, когда страдает тот, кто тебе близок.
– Так и должно быть. Если тебе становится легко, нужно уходить из полиции.
Пибоди вспыхнула, открыла было рот, но вовремя поняла, что вызывающий тон Евы вызван усталостью и гневом.
– Куда мы едем? Наверно, мне следовало бы догадаться… – Мысль об экзамене на чин детектива висела над ней как дамоклов меч. – Но я не могу.
– Как он перевез ее?
– Мы не знаем… Пока, – добавила Пибоди.
– Почему не знаем?
– Потому что он не воспользовался фургоном, за которым было установлено наблюдение.
– А почему он им не воспользовался?
– Потому что… потому что он знал, что мы следим за гаражом. – В последнюю секунду она успела сменить вопросительную интонацию на утвердительную. – Вы думаете, Билли предупредил его?
– А как по-твоему?
Пибоди на мгновение задумалась.
– Нет, мэм. Если он и сделал это, то ненамеренно. Билли не преступник. Он не станет иметь дело с серийным убийцей. По-моему, он искренне хочет помочь следствию. Он дорожит своим ребенком, и ему не нужны неприятности.
– Тогда почему наш подопечный не воспользовался гаражом Билли?
– Его мог предупредить кто-то другой. Или он просто занервничал и начал искать другой фургон… Нет, – возразила Пибоди себе самой. – Он обычно придерживается установленного порядка. Просто он знает, что мы нашли фургон и установили за ним наблюдение. Должно быть, он видел нас там. Очевидно, он смотрит новости, знает, что вы ведете расследование, заметил мою форму. И поставил крест на сером фургоне.
– А почему он увидел нас?
– Потому что… Черт! Потому что он живет или работает в этом районе! Вы уже говорили об этом, а теперь догадка подтверждается. Он следил за нами либо на улице, либо из окна.
– Золотая звезда за сообразительность!
– Предпочитаю золотой щит. Эмблему детектива.


Ева остановилась в половине квартала от гаража. Она хотела увидеть это место своими глазами, а не на экране компьютера. Хотела ощутить ритм здешней жизни, определить точки, откуда можно вести наблюдение.
«Не слишком близко, – думала она. – Убийца осторожен и не станет брать машину из гаража, расположенного в соседнем доме. Но достаточно близко, чтобы следить за ним, видеть, что там происходит, и принимать решения по ходу дела».
Серый фургон, который водит пожилая дама, его вполне устроил. Никаких особых примет. Не бросается в глаза. Просторный. Если возникнут какие-нибудь сложности, жертву можно будет погрузить в машину через заднюю дверь. Узнав, что за фургоном установлено наблюдение, он должен был подобрать себе нечто похожее.
– Он живет здесь, – сказала Ева. – Именно живет, а не работает: он видел, как фургон уезжает по воскресеньям. Следил за гаражом по ночам, чтобы знать, что там происходит. Он живет где-то рядом, Пибоди. Один, без соседей. Сливается с толпой. Так же незаметен, как выбранное им средство транспорта.
Она забралась в машину и стала молиться, чтобы не подвел кондиционер.
– Начинаем проверять списки жильцов. Мне нужны одинокие мужчины.
– Какой дом?
– Все. Весь квартал.
– На это понадобится время.
– Тогда не будем его терять.
Ева обвела взглядом дома в западной части квартала, обращая особое внимание на окна верхних этажей. Малый, разбиравшийся в фотографии, мог иметь хорошую оптику.
Мысленно перекрестившись, она включила персональный компьютер и начала поиск.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Посмертный портрет - Робертс Нора



Классный роман
Посмертный портрет - Робертс Нораелена
9.02.2014, 12.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100