Читать онлайн По образу и подобию, автора - Робертс Нора, Раздел - 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - По образу и подобию - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

По образу и подобию - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
По образу и подобию - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

По образу и подобию

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

9

Чтобы сэкономить время, Ева договорилась о встрече с соседкой Брин Мерриуэзер в квартире самой Брин. В квартиру она вошла, пустив в ход универсальную полицейскую отмычку. Обстановка была уютной и жизнерадостной, но душный, застоявшийся воздух говорил о том, что здесь никто не живет.
— Ее семья оплачивает аренду, — пояснила Анналу Харбор, женщина лет шестидесяти, окидывая квартиру унылым взглядом. — Я до сих пор прихожу раз в неделю полить ее цветы. Проветривала пару раз, но… Я живу этажом выше.
— Да, мэм.
— Ее муж забрал Джесса, ее маленького сынишку. До чего же я по нему скучаю! Такой чудный мальчик! — Она указала на снимок в рамочке, с которого улыбался маленький мальчик в бейсболке набекрень. — Брин ни за что не бросила бы его, пока дышала. Вот почему я уверена, что она уже не дышит. Вы ведь из отдела убийств? Я вас узнала. Видела по телевизору.
— Мы ничего точно не знаем, миссис Харбор. Мы лишь предполагаем…
— Можете сказать мне прямо, лейтенант Даллас. — Голос прозвучал твердо и несколько чопорно. — Я не сплетница и не страдаю нездоровым любопытством. Я любила эту девочку как родную дочь, и от меня будет больше толку, если вы перестанете со мной церемониться.
Ева тяжело вздохнула.
— Хорошо, миссис Харбор. Вероятность того, что она мертва, очень велика. Причем ее смерть может быть связана с другим делом, которое мы сейчас расследуем.
— Убийство в Центральном парке? Убийство с изнасилованием? Я слежу за хроникой. — Старуха так крепко сжала губы, что они побелели. — Чем я могу вам помочь?
— Где мисс Мерриуэзер держит свои материалы для рукоделия?
— Здесь. — Миссис Харбор провела их в небольшую комнату, оборудованную двумя рабочими прилавками, несколькими шкафчиками, расписанными вручную, и машинами, которые Ева уже привыкла ассоциировать с подобными местами.
— Видите, она устроила здесь общую комнату для себя и Джесса. Вон там его игрушки, тут ее рабочий стол. Так они могли проводить время вместе. Брин любила что-нибудь мастерить. Связала мне чудесное покрывало на прошлое Рождество.
Ева стала открывать шкафчики, пока Пибоди занялась компьютером. В одном из шкафов она нашла несколько мотков цветной репсовой ленты.
— Она посещала «Все ремесла» и еще пару магазинов из нашего списка, — объявила Пибоди.
— Миссис Харбор, нам придется забрать ее компьютер, телефон и еще кое-какие вещи в качестве вещественных доказательств. Вы не могли бы дать мне номер ее ближайших родственников?
— Берите все, что вам нужно. Ее мать просила меня во всем сотрудничать с полицией. Я сама ей позвоню.
— Моя напарница выдаст вам расписку.
— Хорошо. Нам всем будет легче, если мы узнаем правду. — Анналу Харбор огляделась кругом и снова плотно сжала дрогнувшие губы. — Как бы это ни было страшно, лучше знать наверняка.
— Да, мэм, конечно. Я понимаю, вас уже допрашивали другие детективы, но мне тоже нужно задать вам несколько вопросов.
— Да, пожалуйста. Не могли бы мы присесть? Мне хотелось бы сесть.


— Если эти три женщины как-то связаны, — начала Пибоди, когда они вернулись в машину, — трудно себе представить, что никто из их близких или знакомых не видел этого типа. Если мы не ошиблись с его приметами, вряд ли он сливается со стенами.
Ева пожала плечами:
— Он осторожен.
— Может, попробуем провести еще один сеанс с Селиной?
— Пока нет. Мне нужно время подумать.
Ева устроилась у себя в кабинете, закинула ноги на стол и закрыла глаза, стараясь мысленно представить себе образ действий преступника. Ей было непонятно одно: почему он ничего не боится? Ясно же, что орудие убийства он приобрел в одном из магазинов, которые посещала жертва; еще немного — и будет установлено точное место его приобретения. Может, он считает, что полиции не удастся установить источник по лабораторным тестам, так как речь идет о ничем не примечательном товаре широкого спроса?
Или ленту покупал кто-то другой? И все равно ведь он наверняка бывал в магазинах или где-то рядом, когда наблюдал за своими будущими жертвами! Но его это не пугало, как не пугала и перспектива быть застигнутым на месте преступления, когда он напал на Элизу в городском парке.
Может быть, как многие другие психопаты, он считал себя неуязвимым? Был уверен, что его не поймают? А может быть, наоборот, какая-то часть его души молила, чтобы его поймали?
Остановите меня. Найдите меня. Поймайте меня…
Как бы то ни было, он наслаждался фактором риска. Может, именно это его и возбуждает? Возбуждает все: выслеживание, выбор жертвы, ожидание в засаде, предвкушение. Итак, награда: физическое насилие, сексуальное насилие, убийство при помощи предмета, считающегося традиционно женским потребительским товаром, оставленного на теле в виде украшения.
Наслаждение: обладание силой, позволяющей подавить, овладеть и убить. Силой, достаточной для того, чтобы унести мертвое тело. Обычному мужчине такое не под силу.
Высшее торжество: удаление глаз. «Присваивание глаз», — подумала Ева. Укладывание тела в особой позе в специально выбранном месте.
Скоро он опять возбудится. Если не сейчас, то очень скоро.
Она спустила ноги со стола, составила ежедневный отчет, собрала необходимые документы, чтобы вечером поработать дома, и подошла к столу Пибоди.
— Пройдусь по спортзалам. Двигаться буду из верхней части города на юг. Если ты со мной, тебе потом придется самой добираться до дому.
— Ни за что не упущу шанс поглазеть на больших потных парней. Правда, позже шести я задержаться не смогу, если только мы не нападем на след. У нас с Макнабом сегодня упаковочное свидание.
— Упаковочное свидание?
— Ну да, нам надо упаковать мои вещи. Через пару дней мы переезжаем в нашу общую квартиру, — напомнила Пибоди. — У меня до сих пор поджилки трясутся!
— Ты даже не представляешь, что трясется у меня, — сказала Ева и зашагала к дверям.
Пибоди хихикнула, поспешая следом.
Битых два часа они расспрашивали мужчин с развитыми грудными мышцами и мощными, как древесные стволы, ногами в помещениях, густо насыщенных тестостероном
type="note" l:href="#FbAutId_6">[6]
. Но Пибоди осталась недовольна. Большинство клиентов этих чисто мужских заведений почему-то предпочитали глазеть на самих себя или друг на друга, вместо того чтобы проявить интерес к некоему полицейскому детективу.
«Это было все равно что ловить рыбу удочкой», — думала Ева, возвращаясь домой. За все это время она ни разу не почувствовала, чтобы кто-то взял наживку. Что ж, она начнет проверять имена, вот и все. У нее уже набралось несколько сотен взятых из списков членов и подписчиков этих клубов. Вдруг у кого-то есть судимости или приводы за преступления на сексуальной почве? Он же не вчера ступил на эту дорожку. Кроме того, он наверняка одинок, это позволит еще больше сократить список. Он не гомосексуалист — во всяком случае, сам себя таковым не считает. Он не работает в ночную смену. По ночам он убивает.
Ни на месте преступления, ни на месте обнаружения тела человеческих волос не найдено. Тут есть две гипотезы: либо он обработал себя изолирующим составом буквально с головы до ног, либо, как многие из этих парней, одержимых культом тела, регулярно занимался эпиляцией.
Мысленно уточняя детали, Ева свернула к воротам дома — и тут ей пришлось ударить по тормозам, потому что они остались закрытыми.
— Соммерсет, ты гнусный сукин сын! — Опустив стекло, она рявкнула в динамик интеркома: — Открой эти чертовы ворота, ты, вонючая крыса…
— Прошу вас минутку подождать, пока идентифицируется образец вашего голоса.
— Я тебе покажу образец моего голоса! Я оставлю образец моего голоса на твоей тощей заднице… — Ева смолкла и зашипела от злости; ворота открылись. — Хочешь меня достать, да? Думаешь, придумал новый трюк, да? Думаешь, я буду томиться за воротами, пока ты играешь в игры?..
Она выскочила из машины, взбежала по ступеням крыльца и ворвалась в холл, готовая зарычать.
— Если вам нужен автоматический допуск, лейтенант, — сказал Соммерсет, не дав ей раскрыть рот, — вам придется заблаговременно извещать нас о своем намерении прибыть в чужом автомобиле, не прошедшем сканирование охранной системы. В противном случае, как вам известно, от вас требуется, чтобы вы представились, и тогда система проверит ваш голос либо код доступа.
О черт! Вот тут он и вправду ее поймал.
— Это не чужой автомобиль. Это мой автомобиль.
Он одарил ее кислой улыбкой.
— Продвинулись по служебной лестнице, лейтенант?
— Ну, застрели меня!
Раздосадованная упущенной возможностью подколоть его, Ева начала подниматься по лестнице.
— У вас гости. Рорк принимает Мэвис и Леонардо на западной террасе второго этажа. Я как раз собирался подавать канапе.
— Подавись ими!
Но поскольку съеденная ею половина шоколадки давно уже превратилась в далекое, хотя и прекрасное воспоминание, в глубине души Ева была вынуждена признать, что мысль о еде кажется ей отрадной.
Она прошла по дому и обнаружила компанию за питьем коктейлей. Впрочем, это было не совсем так: Мэвис использовала свой стакан для жестикуляции. Она сама пенилась и переливалась через край похлеще лимонной шипучки, которую держала в руке.
На ней были облегающие, как вторая кожа, блестящие зеленые сапожки, доходившие до колен. В сапожки были заправлены столь же облегающие брючки красного — нет, синего! — нет, все-таки красного цвета. Ева прищурилась. Брюки меняли цвет всякий раз, как Мэвис виляла бедрами, то есть постоянно. Блестящая зеленая блуза свободного покроя, расшитая по подолу разноцветным бисером, доходила ей до бедер.
Волосы у нее в этот вечер были рыжие и, к облегчению Евы, цвета не меняли, даже когда она пританцовывала на месте. Только самые кончики, свисавшие ниже спины, отсвечивали зеленым, словно их окунули в краску.
Мужчины не сводили с Мэвис глаз. Рорк следил за ней с ласковой, слегка недоуменной улыбкой, а на лице у Леонардо было написано открытое обожание.
Заметив Еву, Рорк подмигнул ей.
Ева решила им не мешать, подошла к столику с винными бутылками и налила себе выпить. Потом она пересекла внутренний дворик и устроилась на подлокотнике кресла, в котором сидел Рорк.
— Даллас! — Мэвис раскинула руки, каким-то чудом умудрившись не пролить ни капли лимонада. — Ты только что пришла?
— Только что, — подтвердила Ева.
— Я думала, мы тебя не застанем. Но мы решили заглянуть на минутку — я просто хотела поцеловать Соммерсета.
— Прекрати, а то меня сейчас стошнит!
Мэвис только рассмеялась.
— А потом, сразу следом за нами, пришел Рорк, и мы решили немного задержаться. Сейчас подадут закуски. — В ее зеленых глазах заплясали веселые огоньки.
— Да, я уже слышала. — Ева наклонилась через плечо Рорка. — Как дела? — спросила она у Леонардо.
Леонардо, великан с золотисто-бронзовой кожей и темными глазами, красоту которых подчеркивал загибающийся кверху ряд серебряных заклепок в каждом наружном уголке, ослепительно улыбнулся.
— Лучше не бывает!
На нем тоже были сапоги — бледно-голубые, до середины икры, — и в них были заправлены пузырящиеся сапфировые шальвары, напомнившие Еве некогда виденные иллюстрации… кажется, Аравии.
— А вот и еда! — Мэвис сделала стремительный бросок к Соммерсету. Он как раз вкатил на террасу двухэтажный столик на колесиках, уставленный экзотического вида закусками и сладостями. — Соммерсет, если бы не Леонардо, я бы вас похитила и сделала своим сексуальным рабом!
Он улыбнулся во все тридцать два зуба. Опасаясь ночных кошмаров, Ева отвернулась и уставилась в бокал с вином.
— Кажется, у меня тут есть несколько ваших любимых блюд. Вы же сейчас едите за двоих.
— За четверых! Я превратилась в хрюшку. Пять минут — и я опять есть хочу. Ой, это такая штучка из лососины с начинкой? Это просто супер! — Она сунула канапе с муссом из лососины в рот. — Ой, до чего же я люблю поесть!
— Ты лучше присядь, Сахарок. — Леонардо подошел к ней и размял ее плечи. — Я положу тебе еды на тарелку.
— Мой пушистый медвежонок! — заворковала Мэвис. — Знаете, он меня просто избаловал. А уж теперь, с этим животом, ну это просто супер! Ты должна поглядеть!
Не успела Мэвис схватиться за подол своей блузы, как Ева вся съежилась и поморщилась.
— О, Мэвис, я не… ну ладно.
Живот предстал взорам во всей своей красе, подчеркнутой тремя соединенными друг с другом колечками на пупке.
— Теперь смотри сюда. — Продолжая придерживать блузу, Мэвис повернулась боком. — Видишь? Выпирает! Знаю, я и раньше говорила, что выпирает. Стоило мне узнать, что я залетела, как уже через пять секунд мне показалось, что выпирает. Но теперь-то уж точно выпирает! Ну совершенно!
Ева склонила голову набок и вытянула губы трубочкой. Действительно был заметен некоторый изгиб.
— Ты нарочно его выпячиваешь?
— Нет. Попробуй!
Ева хотела отдернуть руку и спрятать ее за спину, но не успела.
— Не бойся, ты ему не повредишь. — Мэвис прижала ладонь Евы к своему животу. — Ничего я не выпячиваю. Сплошной ребенок.
— Вот и хорошо, Мэвис. — Ева боялась, что ее ладонь взмокнет. — Это очень хорошо. Ты… нормально себя чувствуешь?
— Бесподобно! Все просто классно!
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал ей Рорк. — Знаю, это звучит банально, но ты вся светишься.
— Мне кажется, от меня исходят волны. — Мэвис засмеялась и плюхнулась на диванчик-визави. — Меня все еще, бывает, пробирают слезы, но это слезы счастья. Вот пару дней назад говорили мы с Леонардо, что скоро в наш дом переедут Пибоди с Макнабом, мы будем соседями. — Она взяла тарелку, которую принес ей Леонардо, и придвинулась к нему поближе на миниатюрном диванчике на двоих. — Надо будет присмотреть для них какой-нибудь подарок. Они же захотят обмыть свою новую квартиру.
— Разве она грязная?
— О боже, Даллас, от тебя умереть можно! — Мэвис со смехом сунула в рот еще одно канапе. — Обмыть, понимаешь, это значит — что-нибудь отпраздновать. Когда люди, например, переезжают на новую квартиру, они устраивают вечеринку, и им полагается дарить подарки. Причем подарок должен подходить для них обоих.
— И почему это людям полагаются подарки на все случаи жизни? — проворчала Ева.
— Заговор розничной торговли, — Рорк похлопал ее по колену.
— Точно, — мрачно кивнула она. — Держу пари, так оно и есть.
— Ладно, все это не важно, — отмахнулась Мэвис. — На самом деле мы пришли, потому что хотели поговорить о ребенке.
— Мэвис, с тех пор, как ты забеременела, ты только и делаешь, что говоришь о ребенке. — Ева наклонилась и взяла канапе с ее тарелки. — То есть я, конечно, не против, это нормально…
— Нет, это особое дело, и оно касается тебя.
— Меня? — Ева облизнула пальцы и решила стянуть еще один бутербродик с тарелки Мэвис.
— Ага. Мы хотим, чтобы ты была моим дублером на тренировках.
— Ты решила заняться бейсболом? — Ева откусила от канапе с муссом из лососины и решила, что на вкус оно совсем недурно. — А ты не хочешь подождать, пока не родишь?
— Да нет, при чем тут бейсбол? Тренировки по беременности и родам. Ты будешь моим дублером. Будешь помогать Леонардо, пока я рожаю.
Ева поперхнулась бутербродом и побелела.
— Глотни воды, дорогая, — со смехом предложил Рорк. — Опусти голову между колен, если тебе нехорошо.
— Заткнись! — Ева повернулась к Мэвис: — Ты говоришь… в смысле, я должна там быть? В том самом месте в то самое время? В той же комнате, где… это?
— Ну, ты же не сможешь быть моим дублером, находясь, скажем, в Квинсе, Даллас! Мне нужен дублер, чтоб ходил со мной вместе на занятия, разучивал дыхание, позиции и… ну, словом, все. Конечно, мой медвежонок — первый кандидат, но мне нужен кто-то на скамейке запасных.
— А можно мне просто посидеть на скамейке? Снаружи.
— Ты нужна мне там! — Слезы навернулись на глаза Мэвис и заблестели ярче, чем ее сапожки. — Ты моя лучшая подруга на всем белом свете. Ты должна быть со мной…
— О боже, только не плачь. Ты нас всех затопишь. Ну ладно, ладно. Я это сделаю.
— Мы считаем, — пояснил Леонардо, протягивая Мэвис зеленый носовой платок, — что вы наши лучшие друзья, и мы хотим разделить это чудо только с вами и больше ни с кем. К тому же вы самые уравновешенные и надежные люди из всех, кого мы знаем. В критической ситуации вы не потеряете голову.
— Мы не потеряем голову? — переспросила Ева.
— Мы хотим, чтобы Рорк тоже там был, — сказала Мэвис, продолжая всхлипывать в платок.
— Чтобы я был там?!
Ева повернула голову и удостоилась редкостного зрелища, доставившего ей несказанное удовольствие: на его лице отразилась полнейшая паника.
— Ну что, тебе уже не так весело, умник?
— Нам разрешают приглашать членов семьи. Это даже поощряется, — объяснил Леонардо. — А наша семья — это вы.
— Гм… Мне кажется, это было бы не совсем прилично… чтобы я видел Мэвис… в такой… ситуации.
— Да иди ты! — позабыв о слезах, Мэвис захихикала и шутливо хлопнула Рорка по плечу. — Любой, у кого есть «видик», видел меня, по сути, голой. И приличия тут ни при чем. Мы одна семья. Мы знаем, что можем рассчитывать на вас. На вас обоих.
— Конечно. — Рорк залпом проглотил бокал вина. — Конечно, можете.
Когда они остались одни, в мягком свете сумерек, при свечах, зажженных Соммерсетом, Рорк крепко сжал в ладонях руки Евы.
— Они еще могут передумать, правда? До родов еще несколько месяцев, они могут запросто передумать. Может, они захотят, чтобы это… событие происходило строго между ними. Так сказать, в частном порядке.
Ева взглянула на него так, словно у него вдруг выросла вторая голова.
— В частном порядке? В частном? Опомнись, ты же имеешь дело с Мэвис!
Рорк закрыл глаза.
— Господи, смилуйся над нами!
— Дальше будет только хуже. — Ева отстранилась и вскочила на ноги. — Оглянуться не успеешь, как она потребует, чтобы это мы принимали у нее роды. Они захотят, чтобы это происходило здесь, в нашей спальне, да еще с прямой трансляцией для ее поклонников. Пока мы будем вынимать из нее… это самое.
Теперь в его глазах читался подлинный ужас.
— Прекрати, Ева! Прекрати сию же минуту! — Рорка так разволновала нарисованная Евой картина, что он вытащил сигарету. — Давай постараемся просто успокоиться. Ты же наверняка уже делала это раньше. Ты же полицейский. Ты должна уметь принимать роды.
— Нет, нет и нет! Один-единственный раз, когда я еще ходила в патрулях, нам пришлось везти одну женщину в больницу. Господи, она орала, как будто ей всаживали стальные спицы прямо в промежность!
— Боже милостивый, Ева, не могла бы ты обойтись без сравнений?
Но она уже завелась.
— А там что-то такое перемещается. И наружу выливается. Воды отходят, понимаешь?
— Нет, не понимаю! И не желаю понимать!
— Загадила нам всю патрульную машину. Но ей хоть хватило порядочности дождаться, пока врачиха, или акушерка, или повитуха, или как там еще, не увезла ее внутрь, и уж только потом она вытолкнула из себя… это самое.
Рорк прижал пальцы к вискам.
— Все, хватит, этак мы с ума сойдем! Надо подумать о чем-нибудь другом. — Он затушил сигарету. — О чем-то совершенно ином.
Ева судорожно перевела дух.
— Ты прав. Мне, например, надо работать.
— Убийство! Куда более приятный предмет. Позволь мне тоже поучаствовать. Умоляю!
Ева невольно засмеялась.
— Будь моим гостем. Это самое меньшее, что я могу сделать. Пошли в мой кабинет.
Она взяла его за руку и по дороге рассказала о ходе следствия.
— Насколько широко ты намерена использовать эту Селину Санчес?
— Мне бы хотелось свести ее участие к минимуму. — Ева села и по привычке закинула ноги на стол. — Правда, Луиза Диматто за нее ручается, и она, в общем-то, внушает доверие. Я бы даже сказала, на нее можно положиться. Но все равно, я убеждена, что мне это на пользу не пойдет. А с другой стороны, она уже с этим связана и я не могу игнорировать то, что она мне дает.
— Я знал человека, который держал экстрасенса в штате и никаких решений не принимал без него. И, надо сказать, ему это пошло на пользу.
— А у тебя в штате есть экстрасенсы?
— Между прочим, на некоторых предприятиях есть. Прорицатели, ясновидящие, телепаты. Я не могу отмахнуться от их дара, от того, что они предлагают. Но в конечном счете предпочитаю принимать решения сам. Ты поступишь точно так же.
— До сих пор ее… гм… сведения ничего существенного не добавили к данным, которые я и без нее добыла при помощи своих тупых полицейских методов. Хотя, надо признаться, они этим данным не противоречат. — Ева нахмурилась. — Мы сумели обнаружить следы, ведущие от места убийства к месту оставления тела. Башмак пятнадцатого размера. Возможно, нам удастся хотя бы частично восстановить отпечаток, если Дикхед совершит чудо в лаборатории. Земля и трава были сухие, но там, где к его весу добавился ее вес, он оставил следы.
— Что ж, нога большая, но не все мужчины с большими ногами — непременно большие мужчины.
— Он такой большой, что оставил следы на сухой траве! И такой сильный, что перенес сто тридцать фунтов мертвого груза. Тут надо подумать, прокачать вероятности. А когда все взвесишь, получается мужчина весом в двести семьдесят или даже восемьдесят фунтов. По моим прикидкам, его рост — шесть футов и от четырех до восьми дюймов.
Рорк кивнул, пытаясь представить себе фигуру великана-людоеда.
— Логические рассуждения приводят меня к выводу, что такое сложение и такая сила без дисциплины и целеустремленности не даются.
— Вот именно! Конечно, сложение можно приобрести, прибегнув к услугам пластического хирурга. Но он не может накачать человека силой.
— Стало быть, ты сделала вылазку в стан мускулистых мужчин?
— Мне это напомнило, что я предпочитаю более стройных.
— Как мне повезло!
— Не могу обнаружить никакой связи между жертвой и пропавшими без вести женщинами, кроме склонности к рукоделию, — пожаловалась Ева. — Единственная зацепка: по крайней мере, часть материалов они покупали в одних и тех же магазинах.
— Могу сэкономить тебе время и покопаться в этом.
— Я так и думала.
— Ботинки пятнадцатого номера не купишь на любом углу, — продолжал Рорк. — Их надо либо заказывать, либо покупать в специальном магазине больших размеров. Идем дальше. Если твой парень действительно такой, как ты говоришь, он вообще ничего не может приобрести в магазине готового платья.
— Верно. Ему понадобится что-то вроде «Мы Большие Люди» или типа того.
— Отличное название, — задумчиво кивнул Рорк. — Возьму на вооружение. Вдруг я когда-нибудь открою розничный магазин такого рода?
— Я собираюсь провести поиск магазинов такого рода, — сказала Ева, подражая его интонациям, и Рорк засмеялся. — Сегодня вечером.
— Ну что ж, значит, у нас обоих есть чем заняться, чтобы не думать о том, чего лучше не вспоминать. Но, пока мы не разошлись по своим углам, ответь мне на один вопрос: зачем он это делает?
— Ради власти. — Ева пожала плечами. — Любое преступление против личности всегда связано с властью, с подавлением чужой воли и навязыванием своей. Это стремление лежит в основе изнасилования, да и убийства тоже. Даже если мотивом убийства является корысть, ревность, самосохранение, злоба или желание позабавиться, все равно все сводится к власти.
— По-моему, вообще все преступления сводятся к этому. «Я отниму у тебя кошелек, потому что могу отнять».
— А ты почему воровал?
Его губы дрогнули в еле заметной улыбке.
— Мною двигали разного рода эгоистические соображения, лейтенант. Ну, например, мне хотелось присвоить то, чего у меня раньше не было. И я получал удовольствие, когда мне это удавалось.
— Что удавалось? Наказать того, у кого это было раньше?
— Наказать? — Он наклонил голову, обдумывая ее слова. — Нет, в большинстве случаев это имело лишь косвенное отношение к делу.
— Вот тут-то и кроется вся разница! Воров я, конечно, тоже не оправдываю, но убийство, в отличие от воровства, очень часто связано именно со стремлением наказать. И я думаю, что тут как раз такой случай. Кто-то имел над ним власть, кто-то наказывал его. Это была женщина. И теперь он демонстрирует ей, кто тут главный. Вот почему он оставил ее голой. Скорее всего, она не была голой, когда он насиловал ее. Он порвал на ней одежду: на это указывают волокна, оставшиеся на теле. Но в тот момент он не потрудился ее раздеть. Об этом он позаботился позже, потому что это дополнительное унижение. — Ева задумалась. — Он не изуродовал гениталии, значит, ему была нужна не сексуальная власть. Эта смерть для него связана не с сексом, а с чем-то более личным. Он душит не руками, хотя я готова спорить, он мог бы переломить ей шею, как прутик. Но нет, он использует ленту. Для него это что-то значит. Красная репсовая лента — это тоже личный момент. Он аккуратно вырезает глаза, чтобы ее ослепить. Голая и слепая — вот оно, унижение! Но глаза он забирает с собой, хочет оставить у себя часть ее. Чтобы она следила за ним?.. Мне кажется, да. Он хочет, чтобы она смотрела на него. Потому что теперь он главный.
— Захватывающий процесс, — заметил Рорк.
—Что?
— Наблюдать, как ты работаешь. — Он обогнул стол, обхватил ее подбородок и поцеловал в щеку. — Я только соображу нам чего-нибудь поесть, прежде чем мы приступим.
— Было бы неплохо.
Пока он возился на кухне, примыкавшей к ее кабинету, Ева установила еще одну доску, повесив на нее фотографии Марджори Кейтс и Брин Мерриуэзер. Она изучала их, когда Рорк вернулся и поставил тарелку на ее стол.
— Они теперь тоже твои?
— Боюсь, что да.
— Привлекательные женщины. Не сногсшибательные, но приятные на вид. Тут все дело в волосах, не так ли? Основной момент сходства.
— Общее телосложение тоже совпадает. Белые женщины около тридцати, довольно приятны; среднее телосложение и длинные светло-каштановые волосы. У него весьма обширный выбор.
— Не такой уж обширный с учетом всех факторов, — возразил Рорк.
— Да, круг сужается. Они должны посещать ремесленные магазинчики, и еще они в какой-то момент должны оказаться на улице в одиночку в ночное время. Он нападает ночью. И все равно, даже с учетом всех ограничений, выбор у него богатый. — Ева отступила на шаг, разглядывая доску. — Пора мне заняться делом, пока он не выбрал следующую.
Подойдя к столу, она с радостью обнаружила, что Рорк потрафил ее вкусам: принес ей гамбургер с жареной картошкой. Правда, на тарелку в качестве гарнира были выложены кусочки капусты брокколи. Она, конечно, могла бы выбросить брокколи — откуда бы он узнал? Но потом ей стало бы стыдно. А поскольку к стыду у нее было более однозначное отношение, чем к брокколи, Ева первым долгом съела ненавистную капусту, а потом уж принялась за гамбургер, одновременно включив поиск розничных магазинов, специализирующихся на больших размерах.
Их оказалось больше, чем она ожидала. «Удивительно, как много в городе дорогих магазинов для великанов, — заметила Ева, наливая в кружку кофе из принесенного Рорком кофейника. — Хотя… чему удивляться? Где же еще должны отовариваться игроки в американский футбол, баскетболисты, высокие или толстые богачи?»
Затем шли магазины среднего класса и комиссионки, торговавшие со скидкой. Кроме того, имелись ателье индивидуального пошива, а самые крупные специализированные магазины и модные салоны предлагали подгонку по фигуре.
Не сказать, что это сильно сужало поле поиска.
Когда Ева перешла к поиску обуви, добавилось еще несколько дополнительных возможностей. «Он мог бы заказывать себе одежду и обувь главным образом или даже исключительно в Интернете, — подумала она, вгрызаясь в гамбургер. — Многие люди именно так и поступают. Но разве такому парню, упорно работающему над усовершенствованием собственного тела и гордому достигнутыми результатами, не захочется выбирать одежду в реальном магазине? Полюбоваться на себя в зеркало, выслушать восторженные комплименты какого-нибудь услужливого продавца?»
Проведя исследование по местоположению, Ева обнаружила магазин «Колосс» в двух кварталах от «Всех ремесел».
— А вот это уже любопытно, — пробормотала она и приказала компьютеру перечислить все указанные в деле спортклубы, расположенные в периметре шести кварталов от «Всех ремесел». Их оказалось всего два: «Жим Джима» и «Строители тела».
Ева вывела на настенной экран карту района, подсветила магазины и спортзалы и, держа в руке гамбургер, подошла поближе к экрану. Иногда видишь закономерность, потому что хочешь ее увидеть, но бывает и по-другому: иногда она действительно там есть.
Он ходил по этим улицам — в этом у нее сомнений не было. Заходил из спортклуба в магазин, потом в другой магазин… Он жил или работал где-то поблизости, а может, и то и другое. Это его район! Люди его видели, кто-то его знал.
Вот и она узнает.
Ева прошла в кабинет Рорка, где он работал за столом, одновременно наслаждаясь спагетти с дарами моря. Его лазерный факс непрерывно гудел, компьютер сигнализировал о приеме почты.
— Тебе что-то поступает?
— Обещанные отчеты о проектах, — сказал он, не отрываясь от экрана. — Но они могут подождать. А вот для тебя у меня пока ничего нет.
— Приостанови все это на минутку, я хочу кое-что тебе показать.
Рорк захватил с собой кофе и прошел за нею следом в ее кабинет. Ева указала на настенной экран.
— Что ты видишь?
— Район Гринвич-Виллидж. И некую схему, которую ты выстроила.
— Ведь, правда, получилась схема? Я хочу начать с жилых домов в этом секторе. Пока ты еще ничего не сказал, отвечу сразу: нет, я представления не имею, сколько их там. Это выстрел наугад, причем на очень далекое расстояние, но…
— Но не исключено, что он там живет. Значит, действительно надо начать с жилых домов — добыть имена домовладельцев, списки жильцов, исключить семейные пары, одиноких женщин и настроиться на одиноких мужчин.
— Тебе бы работать полицейским!
Рорк перевел взгляд с экрана на ее лицо.
— Мало мне кошмарной перспективы с исполнением роли повитухи, ты хочешь свалить мне на голову еще и это?
— Извини, не хотела тебя обидеть. Как бы то ни было, это займет много времени. Может, он живет за полквартала от очерченного периметра. Черт, может, он живет на пять кварталов дальше, а работает все-таки внутри! А может, он только делает покупки и качает мышцы в этом районе, а живет в каком-нибудь гребаном Нью-Джерси!
— Но ты исходишь из процентной вероятности, а процентная вероятность подсказывает тебе, что это здесь.
— Мы быстрее добьемся результата, если ты поможешь мне провести проверку.
Рорк кивнул, не отрывая взгляда от экрана.
— У тебя или у меня?
Когда Ева дотащилась до постели во втором часу ночи, она уже знала, что взяла след. Оставалось лишь молить бога, что убийца выйдет на охоту не раньше, чем она отследит его.
— Двухмесячный интервал между Кейтс, Мерриуэзер и Мейплвуд. Если он будет придерживаться этого расписания, я возьму его раньше, чем он убьет еще кого-нибудь.
— По тормозам, лейтенант! — скомандовал Рорк. Он обнял Еву и уложил ее голову к себе на плечо, зная, что ей редко снятся кошмары, когда он рядом. — Пора шабашить и спать.
— Я подбираюсь к нему. Знаю, я уже близко, — пробормотала она и заснула.


Он ждал ее.
Она придет. Она всегда ходит этим путем. Наклонив голову, торопливыми, почти бесшумными шагами в кроссовках на гелевой подошве. Она надевала их после смены, когда снимала шлюховатые туфли на высоких каблуках, в которых обслуживала клиентов, пялившихся на нее поверх стаканов и кружек.
Что бы она ни носила, все равно останется шлюхой!
Она торопливо пройдет мимо, наклонив голову, и уличные фонари бросят отблеск на ее волосы. Они заблестят, почти как золотые. Почти.
Люди подумают: «Какая красивая женщина. Какая милая, тихая, красивая женщина, спешащая по своим делам». Они же не знают! Только он один знает, что там внутри, за этой красивой скорлупкой. Тьма и черная злоба.
Он чувствовал, как в нем поднимаются бешенство и предвкушение, страх и радость. Сейчас ты на меня поглядишь, сука! И мы посмотрим, как тебе это понравится. Посмотрим, посмотрим…
Думает, она такая красивая. Любит расхаживать голышом, ломаться перед зеркалом. Любит расхаживать перед мужчинами, позволяет им к себе прикасаться. Посмотрим, какая ты будешь красивая, когда я с тобой покончу!
Он сунул руку в карман, нащупал длинный отрезок ленты.
Красный — ее любимый цвет. Она всегда любила носить красное.
Он увидел ее такой, как раньше. Она орала, оглушительно орала, и она была голой, совершенно голой. Только красная ленточка на шее. Красная, как его кровь, когда она его избивала. Избивала, пока он не терял сознания. А придя в себя, оказывался в темноте. В черной комнате, запертой на замок.
И вот теперь пришел ее черед очнуться в темноте! В слепой тьме ада.
Вот она… вот она идет своей торопливой походкой, наклонив голову.
Громоподобные удары сердца отдавались у него в груди, пока она подходила ближе и сворачивала, как всегда, в решетчатые железные ворота уютного маленького парка.
На один миг, равный биению сердца, ее голова вскинулась — и страх, шок, растерянность отразились в ее глазах, когда он бросился на нее из тени. Она открыла рот, чтобы закричать, и он ударом кулака сломал ей челюсть. Глаза у нее закатились, только слепые белки таращились, пока он тащил ее в тень, подальше от фонарей.
Ему пришлось шлепнуть ее несколько раз по щекам, чтобы она очнулась. Она должна очнуться, прийти в себя, должна знать, что ее ждет.
Он говорил тихо — он же не дурак! — но он сказал все, что нужно, пока обрабатывал ее кулаками.
— Ну, как тебе это понравится, сука? Кто тут теперь главный, шлюха?
Он испытывал и стыд, и невыразимое наслаждение, вонзаясь в нее всем телом. Она не сопротивлялась, лежала, как тряпичная кукла. Какая жалость! Раньше она боролась, а иногда умоляла. Это было гораздо лучше. И все-таки, когда он накинул ленту ей на шею, когда дернул за концы и увидел, как выпучились у нее глаза, наслаждение стало таким острым, что он чуть было сам не умер.
Она забарабанила пятками по земле: мягкие гелевые подошвы выбивали тихую дробь, заглушаемую травой. Ее тело задергалось в конвульсиях, и он наконец-то обрел облегчение.
— Убирайся прямо в ад, — пробормотал он, срывая с нее одежду. — Тебе там самое место.
Он запихал ее одежду в сумку, которую принес с собой, и перебросил ремень наискось через свою массивную грудь. Потом он подхватил ее на руки, словно она ничего не весила. Он упивался своей силой и тем ощущением власти, которое она ему дарила.
Он отнес ее к заранее выбранной скамейке — такой красивой, стоящей в тени большого дерева, неподалеку от фонтана. Там он уложил ее и аккуратно свел ее руки ладонями вместе на груди.
— Ну вот… Ну вот, мамочка, разве ты не чудесно выглядишь? Разве ты не хочешь посмотреть? — Он улыбался, улыбался во весь рот. От этой безумной улыбки едва не растрескался толстый слой изолирующего спрея, которым он себя покрыл. — Что ж, давай я тебе помогу.
С этими словами он вынул из кармана скальпель и принялся за работу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - По образу и подобию - Робертс Нора

Разделы:
12345678910111213141516171819202122

Ваши комментарии
к роману По образу и подобию - Робертс Нора



Я обожаю Робртс.Все ее романы достойны только высшей оценки.
По образу и подобию - Робертс НораИрина
6.01.2013, 13.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100