Читать онлайн Плененные, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Плененные - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 18)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Плененные - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Плененные - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Плененные

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Надо не спать, а думать. Хотя кто может думать после случившегося за последние пятнадцать минут. Любой опрошенный за долгие годы парапсихолог рехнулся бы от показа Морганы. Но первым рациональным шагом должна стать попытка опровергнуть увиденное.
Нэш побрел обратно в гостиную, щурясь на потолок. Нельзя отрицать то, что видел и чувствовал. Возможно, со временем найдутся разумные альтернативы. Сначала необходимо принять удобную для размышлений позу. То есть лечь на диван.
Гипноз? Неприятно думать, что она ввела его в транс, вызвала галлюцинации, хоть такая возможность имеется. Сейчас, в одиночестве, в нее легче поверить.
Если не поверить ни в это, ни в другое логичное объяснение, то придется признать, что Моргана действительно та, кем упорно себя объявляет.
Потомственная колдунья с кровью эльфов.
Нэш сбросил туфли, пытаясь соображать. В голове только она — ее вид, вкус, темный незнакомый свет в глазах перед тем, как она их закрыла, подняв к потолку руки.
Тот же свет, как при трюке с графином и бренди.
Трюк, вспомнил он с екнувшим сердцем. Легче верить в трюк и отыскивать практический способ исполнения. Как может женщина поднять на шесть футов от пола мужчину весом в сто шестьдесят фунтов?
Телекинез? Возможно. Собирая материал для сценария «Темный дар», он поверил, что некоторые люди способны силой мысли и воли передвигать предметы. На его взгляд, это гораздо реальней какого-нибудь полтергейста. Ученые дотошно исследуют фотографии, запечатлевшие летающие по комнате вещи, прыгающие с полок книги и прочее. Девочки часто уверены, что обладают способностью к телекинезу. Девочки становятся женщинами. Моргана определенно женщина.
Ученому исследователю потребуется нечто большее чем голословное заявление, что она подняла его вместе с собой в воздух. Все-таки, может быть...
Нэш спохватился, сообразив, что думает и реагирует точно так, как вымышленный Джонатан Макджиллис в его сценарии. Не этого ли добивалась Моргана, посоветовав слушать пленки?
Ладно, послушаем. Он нажал кнопку, перемотал кассету, пустил запись. Из машинки поплыл ее голос:
«Чтобы быть колдуньей, не обязательно участвовать в шабашах, как не обязательно становиться членом мужского клуба, чтобы быть мужчиной. Одни охотно присоединяются к сборищам, чувствуя себя спокойней, увереннее, другие просто получают удовольствие от общения. — Краткая пауза, шорох шелка. — Вы вступили куда-нибудь?
—Никуда. Группы и общества существуют по правилам, выдуманным кем-то другим. Кроме того, там любят давать поручения.
По комнате пронесся легкий смех.
А некоторые из нас предпочитают собственное общество, свой образ жизни. Хотя история шабашей очень древняя. Моя прапрабабка была верховной жрицей сборища в Ирландии, а после нее ее дочь. Мне досталась от них ритуальная чаша, скипетр, несколько других церемониальных предметов. Может быть, вы заметили ритуальное блюдо на стене в холле. Его история уходит далеко за пределы эпохи костров.
Каких костров?
На которых сжигали ведьм во времена активного преследования. Оно началось в четырнадцатом веке и длилось триста лет. Как свидетельствует история, человечеству необходимо кого-то преследовать. В тот раз была наша очередь».
Моргана продолжала рассказывать, а он спрашивать, но теперь он с трудом вслушивался в слова. Сам голос чарует, пленит, предназначенный для лунного света, для тайн и полуночных обещаний. Закрыв глаза, почти можно поверить, что она здесь, свернулась рядом на диване, касаясь его длинными соблазнительными ногами, тепло дыша в щеку.
Он уплыл в сон с улыбкой.
Проснулся почти через два часа, еле продрав глаза, с тяжелой головой. Растер лицо руками, выругался на затекшую шею, прищурился на часы.
Неудивительно, что так крепко заснул. В последнее время сжигает энергию, держась на случайных закусках. Автоматически потянулся к литровой бутылке, хлебнул теплой содовой.
Может быть, это сон. Нэш сел, удивляясь, что сонная одурь мгновенно прошла. Может быть, просто сон. Но... Ощупал амулет на груди. Моргана надела его ему на шею и оставила вместе с тонким стойким запахом, который принадлежит только ей.
Ладно, хватит вспоминать и сомневаться в собственном рассудке. Она сделала то, что сделала. Он видел то, что видел.
Фактически разобраться нетрудно. Надо лишь адаптироваться и признать нечто новое. Когда-то космические полеты считались чистейшей фантазией. С другой стороны, несколько веков назад колдовство признавали без всяких вопросов.
Возможно, реальность во многом определяется веком, в котором живешь. Над этим стоит подумать.
Мозги заработали.
Нэш еще хлебнул воды, сморщился, закрутил пробку. Собственно, пить не хочется. Хочется есть. Проголодался, как зверь.
Хотя мысли гораздо важнее желудка. История стала раскручиваться катушка за катушкой. Впервые совсем ясно представилась. Охваченный волнением, как всегда в таких случаях, он вскочил, направился на кухню, приготовил чудовищный сандвич, заварил самый крепкий на свете кофе и взялся за работу.
Моргана сидела на солнечной террасе Анастасии, завистливо восхищаясь роскошным садом, потягивая из стакана чудесный мятный чай со льдом. Отсюда видно широкое пространство голубого залива, лодки, качающиеся и скользящие под легким весенним бризом.
Дом стоит далеко от туристских путей, совсем в другом мире по сравнению с шумной Каннери-роуд, с толпами и запахами Рыбацкого причала. На террасе, окруженной деревьями и цветами, не слышно ни одной машины. Только птицы, пчелы, ветер и вода.
Понятно, почему Анастасия здесь поселилась. Младшая кузина всегда стремилась к покою и уединению. О да, на границе земли и воды разыгрываются драмы, искривляются деревья, в вышине кричат чайки. А за стенами, ограждающими участок, царит мир и покой. На стены молчаливо взбирается крепкий плющ, на ухоженных клумбах блаженствуют цветы и сладко пахнущие травы.
Здесь легко себя чувствуешь, сюда тянет, когда тяжко на сердце. Место очень похоже на Анастасию, не в первый раз заключила Моргана. Прелестное, гостеприимное, без всякого коварства и обмана.
—Прямо из духовки, — объявила Ана, внося поднос.
—Боже, печенье со сливочной помадкой, мое любимое!
Кузина, фыркнув, поставила поднос на стеклянный столик:
—Утром вдруг захотелось испечь. Теперь ясно почему.
Моргана охотно откусила кусочек и закрыла глаза, смакуя тающую во рту помадку:
—Будь благословенна.
Ана уселась так, чтобы видеть сад, лужайку и залив.
—Не ожидала тебя среди дня.
Позволила себе продлить обеденный перерыв. Минди держит все под контролем.
А ты?
—Как всегда.
Моргана не успела заблокироваться,
Анастасия взяла ее за руку и почуяла дуновение грусти.
Не могу не заметить беспокойства. Мы слишком близки.
Конечно не можешь. Так же, как я не могла не приехать сегодня, даже рискуя тебя огорчить.
Всегда с радостью помогу.
Ты же травница, — небрежно сказала Моргана. — Как насчет настойки наперстянки?
Ана улыбнулась. Наперстянка, в просторечии черный морозник, слывет средством, исцеляющим от помешательства.
Опасаешься за рассудок, дорогая?
Наконец-то. — Пожав плечами, Моргана взяла другое печенье. — Или пойду легким путем: смешаю розу, дягиль, немножечко чеснока, специально сбрызну лунной пылью.
Любовное зелье? — Анастасия попробовала собственное изделие. — Объект мне известен?
Нэш, конечно.
Конечно. Плохо дело?
На лбу Морганы залегла морщинка.
Не знаю. Знаю, что не хочу быть чертовски сознательной. Привязать к себе мужчину проще простого.
Только это тебя не устроит.
Нет, — согласилась Моргана. — Даже не представляю. Поэтому действую обычным способом.
Она сделала глоток живительного чая, глядя на раздутые паруса лодок в заливе. Всегда считала себя свободной. Абсолютно свободной. А теперь, никого к себе не привязывая, сама связана.
—Честно признаться, никогда особо не думала, что чувствует по-настоящему влюбленный мужчина. Проблема в том, что на этот раз речь идет о моем собственном сердце, и это меня беспокоит.
Анастасия поняла, что тут она не поможет.
—Ты сказала ему?
Удивленная острой болью в душе, Моргана закрыла глаза:
—Не могу, когда сама в себе не уверена. Поэтому жду. С лунной ночи до рассвета, — заговорила она нараспев, — днем и ночью вижу это. Пока сердце его не сольется с моим, не найду я покоя, как ветер и дым. — Открыла глаза, выдавила улыбку. — Раньше это казалось слишком мелодраматичным.
—Любовь как воздух. Без нее жить нельзя.
—Но как понять, что это любовь?
Особенно актуальный и мучительный вопрос после расставания с Нэшем.
—По-моему, понимаешь, когда чувствуешь себя счастливой.
Пожалуй, верно, но как прийти к счастью?
Тебе не кажется, что мы испорчены, Ана?
Испорчены? Чем?
Завышенными ожиданиями... — Моргана беспомощно махнула рукой. — Наши родители — твои, мои, Себастьяна — всегда уделяли друг другу и нам столько любви, щедро одаривали, поддерживали, понимали, уважали. Это не всем дано.
Вряд ли постоянная истинная любовь может кого-то испортить.
Разве недостаточно временного увлечения, страсти? — Моргана нахмурилась на пчелу, взобравшуюся на стебелек водосбора. — По-моему, вполне хватит.
Кому-нибудь хватит. Надо понять, хватит ли тебе.
Моргана поднялась с недовольным ворчанием:
—Я в отчаянии. Не люблю терять контроль над ситуацией.
Анастасия с улыбкой подошла к кузине:
—Конечно, дорогая. Сколько помню, ты всегда поворачивала ход событий по-своему одной силой собственной личности.
Моргана на нее покосилась:
Хочешь назвать меня хулиганкой?
Вовсе нет. Это Себастьян хулиган. Скажем, у тебя просто сильная воля.
Отнюдь не смягчившись, она наклонилась, принюхалась к пышному пиону:
—Ладно, приму за комплимент. Хотя в данном случае сильная воля не помогает. — Пошла дальше по узкой каменной дорожке, вьющейся среди цветов и лоз. — Я его не видела больше недели. Господи боже... теперь ною, жалуюсь, еле на ногах держусь.
Ана со смехом стиснула ее руку:
Ничего подобного. Ты просто нетерпеливая женщина.
Правда, нетерпеливая, — признала Моргана. — Приготовилась избегать его в случае необходимости, а необходимости вообще не возникло. — Она бросила на кузину горестный взгляд. — Легкий укол для гордости.
Звонила?
—Нет. — Губы надулись. — Сначала не звонила, думая, что нам обоим требуется время. Потом... — Всегда готова над собой посмеяться. — Потом не звонила, взбесившись, что он в дверь не ломится. Сам звонил несколько раз, в магазин и домой. Выпаливал пару вопросов об искусстве магии, неразборчиво бормотал, пока я отвечала, и разъединялся. — Кулаки сжались в карманах. — Я почти слышала, как в его крошечных мозгах скрипят крошечные колесики.
Значит, работает. Писатели часто полностью уходят в работу,
Слушай,— терпеливо молвила Моргана, — не отклоняйся от программы. Ты должна меня жалеть, а не его оправдывать.
Ана покорно подавила усмешку.
.Не пойму, что на меня нашло.
Ты слишком мягкосердечная. — Моргана чмокнула кузину в щеку. — Но я тебя прощаю.
Над головой порхнула ярко-желтая бабочка. Ана рассеянно подняла руку, и парусник робко сел на ладонь. Она остановилась, погладила хрупкие крылышки.
—Не поведаешь ли, что собираешься делать с самовлюбленным писателем, который тебя с ума сводит?
Пожав плечами, Моргана дотронулась до глицинии.
—Думала отправиться в Ирландию на несколько недель.
Ана отпустила бабочку с наилучшими пожеланиями и повернулась к кузине.
Пожелала бы счастливого пути, только должна напомнить, что бегство лишь затянет дело, но не решит проблему.
Поэтому не пакую чемоданы. — Моргана вздохнула. — Перед моим уходом он поверил, что я колдунья. Хотела дать ему время освоиться.
Вот в чем суть. Ана утешительно обняла ее за талию, осторожно заметив:
—Возможно, для этого понадобится не один день.
—Конечно. — Моргана устремила взгляд к горизонту. Никому не известно, что там, за горизонтом. — «Еще до рассвета мы станем любовниками. Это я точно знаю. Только не знаю, что мне принесет эта ночь, счастье или горе».


Нэш пребывал в экстазе. Сколько помнится, сюжет никогда еще не вытекал с такой быстротой и ясностью. Обработка, завершенная в одну ночь прозрения, уже лежит на столе у агента. С прежними достижениями нечего беспокоиться о продаже, которая, судя по телефонному звонку ликующего агента, будет грандиозной. Факт тот, что он впервые даже не думал о продаже, производстве, конечном результате.
Слишком погрузился в историю.
Писал непрерывно. Вскакивал в три часа ночи, набрасывался на клавиатуру, днем хлебал кофе, сценарий гудел в голове, как улей. Ел, что попадалось под руку, спал, когда глаза уже не открывались, жил в искаженной реальности, созданной собственным воображением.
Видел обрывки сюрреалистических снов, себя с Морганой в эротических позах в вымышленном фантастическом мире.
Порой просыпался с почти нестерпимым желанием. Потом понимал, что сначала должен завершить дело, которое свело их вместе.
Иногда, проваливаясь в утомленный сон, как бы слышал ее голос.
Еще не время.
Но чувствовал, что время близится.
Телефонные звонки игнорировал, редко отвечал на сообщения на автоответчике. Если надо было подышать свежим воздухом, выносил ноутбук во дворик. Если бы можно было, потащил бы его с собой в душ.
Наконец, выхватывал из принтера каждую страницу завершенного варианта, царапал на полях заметки, что-то исправлял, подтягивал и подстраивал. Читая, уже знал, что это его лучшее произведение.
Никогда не работал быстрее. С тех пор как начал первую страницу, прошло всего десять дней. Проспал за это время часов тридцать—сорок, но не чувствовал усталости.
Находился в приподнятом настроении.
Собрав рукопись, полез за конвертом, копаясь в разбросанных книжках, заметках, тарелках.
Осталось одно — отнести сценарий Моргане. В конце концов, она его вдохновила, поэтому должна прочесть первой.
Отыскал помятый конверт, исчерканный заметками, корявыми рисунками, сунул туда листы и направился к выходу. К счастью, по дороге взглянул в зеркало.
Волосы стоят дыбом, отросла довольно приличная борода. С любопытством почесав подбородок, призадумался, не оставить ли. Может быть, и неплохо, однако он стоит в прихожей с конвертом в руках в одних красных боксерских трусах, с амулетом на серебряной цепочке, подаренном Морганой.
Пожалуй, стоит одеться, привести себя в порядок.
Через полчаса скатился с лестницы в более консервативных джинсах и синей футболке всего с одной дырочкой на левой подмышке. Надо признать, даже его шокировал вид своей спальни, ванной и прочих помещений. Будто там пару недель мародерствовала озверевшая армия.
Повезло отыскать чистую, не мятую, не заброшенную под кровать одежду. Чистого полотенца, конечно, не оказалось, пришлось вытираться салфетками. Нашлись бритва, расческа, туфли — уже хорошо.
Следующие пятнадцать досадных минут ушли на поиски ключей. Одному богу известно, как они попали на вторую полку холодильника, где лежит заплесневелый персик, но это факт. Кроме жалкого персика, обнаружилась еще пустая картонка из-под молока.
Крепко прижав к себе рукопись, Нэш направился к двери.
Только включив мотор и фары, он заметил, что уже почти полночь. Призадумался: может быть, позвонить, может быть, отложить до утра... Чертыхнулся и сорвался с места. Надо увидеть ее немедленно.


Моргана закрыла за собой дверь, шагнула в серебряный свет полной луны, пошла от дома в волнующемся вокруг тела церемониальном платье, подпоясанном ниткой кристаллов. В руках в простой корзинке все необходимое для празднования весеннего равноденствия.
Ночь радости, торжества, благодарения за новую весну, пришедшую на землю. Хотя взгляд у нее озабоченный. Этой ночью, по долготе равной дню, жизнь ее переменится.
Можно и не смотреть, сердце все сказало.
Как ни стыдно признаться, чуть не осталась дома, бросив вызов судьбе. Но это было бы трусостью. Надо пойти, совершить извечный ритуал.
Он придет, и она его примет.
На пути к роще по траве тянутся искаженные тени, в вечернем воздухе пахнет весной, ночными цветами, вскопанной для посева землей.
Слышен шум моря, глухой одинокий крик филина. Моргана не оглянулась в поисках белых крыльев. Еще не время.
Слышны другие звуки — тихое дыхание ветра в деревьях, шелест листьев, треск веток, музыка, доступная не каждому уху, — песня фей, которая старше человека.
Она не одна в тенистой роще под плывущими звездами. Здесь она никогда не бывает одна.
Близ волшебного места настроение переменилось, застилавшие взор тучи рассеялись. Остановившись, закрыв глаза, свободно опустив руки, Моргана впитывала ароматы и прелесть ночи.
Даже с закрытыми глазами видна белая луна, скользящая в черном небесном море, щедро льющая свет на деревья. От этого света в душе пробуждается столь же прохладная, чистая и чудесная сила.
Она осторожно открыла корзинку, вытащила белое покрывало с серебряной каймой, переходившее в ее семье из поколения в поколение. Кое-кто утверждает, что его подарил Мерлин
l:href="#__f_11" type="note">11
любимому юному королю. Расстелила его на земле, опустилась на колени, выложила маленький круглый пирог, прозрачную фляжку с вином, свечи, колдовской нож с надписями на рукоятке, небольшой венок из цветков гардении, разбросала на покрывале другие цветы — шпорник, водосбор, ветки розмарина, тимьян, лепестки роз.
После этого очертила круг. Сила забилась в кончиках пальцев жарче, настойчивее. Одна за другой вспыхнули свечи, испуская ровное пламя. Моргана встала в центре круга: света, расстегнула пояс — кристаллы огненной ниткой просыпались на ткань, — выпростала руки из тонких рукавов, одежды упали к ногам тающим снегом. Свет окрасил золотом тело, исполняющее древний танец.
За пять минут до полуночи Нэш свернул на подъездную дорожку к дому Морганы и выругался, не увидев ни в одном окне света.
Придется разбудить. Кстати, надо спросить, долго ли спят колдуньи.
Впрочем, она все-таки женщина. Женщины склонны злиться, когда к ним врываешься среди ночи, вытаскиваешь из постели. Может быть, стоит как-нибудь сгладить дело.
Он вдохновенно сунул конверт под мышку, совершил грабительский налет на клумбу. Вряд ли Моргана заметит пропажу нескольких цветов из сотен. Купаясь в ароматах, нарвал охапку тюльпанов, горошка, нарциссов, желтофиолей и зашагал к двери. Не успел постучать, как Пэн дважды гавкнул. Ни на собачье предупреждение, ни на громкий стук свет не вспыхнул.
Нэш взглянул на дорожку, убедился, что ее машина на месте, снова с досадой забарабанил в дверь. Видно, спит как убитая. В душе всплеснулось нетерпение. Надо ее увидеть сейчас же.
Не желая сдаваться, положил конверт на ступеньки, позвонил в звонок. Пэн снова залаял, скорей с любопытством, чем с раздражением. Обнаружив, что дверь заперта, Нэш обошел дом сбоку, преисполнившись адской решимости добраться до нее этой ночью.
Почувствовав внезапный позыв, ускорил шаг, но где-то между входом и боковой террасой осознал, что оглядывается на рощу.
Вот куда надо идти. Хотя разум уведомил, что крайне глупо бродить по лесу ночью, сердце сказало другое.
Он шел очень тихо, возможно из-за темноты и ветра. Почему-то кажется святотатством производить много шума. Нынче в воздухе присутствует что-то невыносимо прекрасное.
С каждым шагом кровь быстрее пульсирует в голове.
Вдали показалось белое призрачное сияние. Он окликнул Моргану, оглянулся на стремительный шорох. Сидевший на кривой кипарисовой ветке огромный белый филин под его взглядом бесшумно вспорхнул и полетел к центру рощи.
Сердце загрохотало в ушах, заколотилось о ребра. Ясно, даже если свернуть в другую сторону, все равно придешь на поляну.
Поэтому он двинулся вперед.
Она там, стоит на коленях на белом покрывале, залитая лунным светом, как серебристым вином.
Вновь собрался окликнуть, но онемел, ошеломленно глядя на круг из свечей, драгоценный пояс, цветы в волосах.
Замер в тени, пока она зажигала золотые искорки на белоснежных свечах, сбрасывала одежды, поднималась в великолепной наготе в центре огненного круга, кружилась в изящном танце. У него перехватило дыхание.
Лунный свет скользит по коже, ласкает груди, бедра, волосы струятся по спине эбеновым водопадом, лицо обращено к звездам.
Сон вспомнился так живо, что фантазия и реальность слились в одну потрясающую картину, в центре которой танцует Моргана. От сильного аромата цветов кружится голова, глаза на миг затуманились. Нэш затряс головой, стараясь сфокусировать взгляд.
Картина изменилась. Она вновь опустилась на колени, сделала глоток из серебряного кубка, пламя свечей поднялось высоко, окружило ее золоченой оградой, сквозь которую мерцает кожа, серебристые блики на груди и запястьях. Нежный голос ведет тихий распев, который становится громче и громче, словно в него вступают сотни других голосов.
На секунду роща наполнилась мягким эфирным сиянием, совсем другим, чем свет, трепещущим, пульсирующим, поблескивающим, как лезвие серебряного меча на солнце. В лицо повеяло теплом.
Высокие языки свечей вновь превратились в маленькие точки, эхо песни растаяло в тишине.
Она поднялась, оделась, подпоясалась.
Огромный белый филин, о котором Нэш вообще позабыл, зачарованный женщиной, дважды ухнул и облаком поднялся в небо.
Моргана оглянулась, тяжело дыша. Нэш вышел из тени с бешено колотившимся сердцем.
Моргана на миг замерла в нерешительности, слыша предупреждающий шепот. Нынешняя ночь принесет наслаждение, которого она еще не знала. Расплатой за это будет страдание, которого не пожелала бы.
Она улыбнулась и вышла из круга.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Плененные - Робертс Нора



Волшебная история, с юмором, легко читается. Есть второя часть про Анастасию и Буна - "Очарованные", стоит прочесть.
Плененные - Робертс НораАсем
29.07.2011, 13.13





прочла оба романа . в восторге. люблю такие истории.
Плененные - Робертс Норалила
31.07.2011, 15.01





Замечательный роман, великолепный, читайте и не пожалеете. Красивая любовь
Плененные - Робертс Норазлой критик
3.04.2015, 15.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100