Читать онлайн Объятия смерти, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА СЕДЬМАЯ в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Объятия смерти - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.88 (Голосов: 147)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Объятия смерти - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Объятия смерти - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Объятия смерти

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Десятки пассажиров, шаркая ногами, продвига­лись к трапу. Вернее, как казалось Еве, их грузили в шаттл, словно трупы, работники Манхэттенской транспортной службы в красной униформе.
Терминал гудел как улей: шум, похожий на жуж­жание десятков тысяч насекомых, сливался с нераз­борчивыми голосами дикторов, плачем детей и пис­ком мобильных телефонов в мощную какофонию. Еву интересовало, кому пришло в голову спланиро­вать помещение с высоким потолком и белыми сте­нами таким образом, чтобы имевшие несчастье вос­пользоваться им чувствовали себя муравьями внут­ри барабана. Она ощущала запахи скверного кофе, пота, дешевого одеколона и пеленок, срочно нуждавшихся в перемене.
– Как в старые времена, – сказал Фини, когда им удалось протиснуться на два сиденья, словно предназначенных для узких задниц двенадцатилет­них дистрофиков. – Думаю, ты уже давно не поль­зовалась общественным транспортом.
– Сама не помню, сколько времени. – Ева изо всех сил старалась уберечь лицо от столкновения с толпящимися в проходе пассажирами.
Фини достал из кармана пакет с засахаренным миндалем и протянул ей.
– Мы бы сэкономили время, воспользовавшись самолетом Рорка.
Ева взяла орех.
– Думаешь, я поступила глупо, отказавшись от этого?
– Нет, малышка. Просто ты всегда остаешься сама собой. Кроме того, нет худа без добра. В этой давке ощущаешь контакт с обычными людьми.
Когда уже третий кейс ударил Еву по голени, а парень, державший его, втиснулся на соседнее сиде­нье, прижав ее к Фини так тесно, что они преврати­лись в подобие сиамских близнецов, она подумала, что без столь близкого контакта с обычными людь­ми было бы неплохо обойтись.


Шаттл взлетел с гудением и дрожью, от которых желудок Евы сразу провалился куда-то в бездну. Она сидела, закрыв глаза и стиснув зубы, вплоть до приземления. Пассажиры, выбравшись наружу, рас­ходились в разные стороны. Ева и Фини присоеди­нились к группе, направляющейся к восточному по­езду.
– Было не так уж плохо, – заметил Фини.
– Нет, если тебе нравится начинать день с ката­ния на американских горках. Поезд доставит нас почти к самому Докпорту – останется пройти пол­квартала. Фамилия начальника Миллер. Прежде все­го нам придется иметь дело с ним, а уж потом пой­дем по списку. Думаю, лучше разделиться, чтобы сэкономить время, но сначала нужно осмотреться на месте. Потом нам придется ублажать чикагских копов.
– Ты считаешь, что ее следующей остановкой будет Чикаго?
Ева вскочила в вагон и ухватилась за крюк.
– Я не могу влезть ей в голову. Знаю только, что в поступках Джулианны есть логика, пускай извра­щенная. Ведь вернулась же она зачем-то в Нью-Йорк! Может быть, Джулианна идет по следам про­шлых преступлений? Если она хочет что-то нам до­казать, значит, жертвы играют второстепенную роль. Тогда для нее главное – одержать над нами верх. – Ева покачала головой. – В любом случае, следую­щую цель она уже выбрала.
* * *
Докпорт напоминал маленький аккуратный го­родок со сторожевыми башнями, решетками и сте­нами под током. Но Ева сомневалась, что его обита­тели в состоянии по достоинству оценить отличные дороги, подстриженные лужайки или пригородную архитектуру. Трудно этого ожидать, если любая по­пытка прогуляться за знаками ограждения чревата электрошоком, отбрасывающим вас назад на доб­рые десять футов.
Женская территория была достаточно обширной и снабжена баскетбольной площадкой, беговой до­рожкой и даже столиками для пикников, выкрашен­ными в ярко-голубой цвет. Стены вокруг имели две­надцать футов в высоту и три в толщину.
Войдя в помещение, Ева отметила, что полы от­полированы до блеска, а коридоры – широкие и просторные. Стеклянные двери были сконструиро­ваны таким образом, чтобы выдержать самодельную взрывчатку или автоматную очередь.
Охрана носила синие костюмы, а другие служа­щие – черные брюки и белые пиджаки. Заключен­ные были облачены в оранжевые костюмы спортив­ного типа с черными инициалами ДРЦ на спине.
У главного входа Еву и Фини снабдили иденти­фикационными жетонами и браслетами и потребо­вали сдать все оружие.
Миллер выглядел щеголевато, несмотря на неле­пый белый пиджак, и буквально излучал гостепри­имство. Улыбаясь, он пожимал им руки, словно вла­делец фешенебельного дома отдыха.
– Спасибо, что согласились уделить нам время, начальник Миллер, – заговорила Ева.
– Директор, – поправил он с добродушной ус­мешкой. – Мы не используем устаревшие термины. Докпортский реабилитационный центр – абсолют­но современное учреждение. Он построен двадцать пять лет назад и начал принимать клиентов в 1980 году. Здесь, в женском отделении, содержится пол­торы тысячи подлежащих реабилитации, а персонал насчитывает шестьсот тридцать человек плюс двад­цать консультантов. Надеюсь, вы присоединитесь к нам за ленчем в столовой. Для посетителей и кон­сультантов, остающихся на ночь, имеются фитнес-центр, тренажеры, кабинеты физиотерапии.
Они прошли через служебное отделение, где люди сновали по коридорам и сидели за столиками, отвечая на телефонные звонки. На некоторых были оранжевые спортивные костюмы.
– Заключенные допускаются сюда? – удивилась Ева.
– Клиенты, – поправил Миллер. – Им реко­мендовано выполнять подходящую для них работу по прошествии половины курса реабилитации. Это помогает им приспособиться к внешнему миру и об­рести цель в жизни после того, когда они нас поки­нут.
– Понятно. Ну, одна из ваших… клиенток поки­нула вас с вполне определенной целью. Ее любимая работа – убивать людей. Нам нужно побеседовать с вами о Джулианне Данн, мистер Миллер.
– Да. – Он сложил ладони, словно проповед­ник, призывающий паству к молитве. – Я очень рас­строился, узнав, что вы подозреваете, будто она за­мешана в убийстве.
– Я не подозреваю, что Джулианна Данн в чем-то замешана. Я знаю, что она убийца. Такая же, ка­кой была, попав сюда.
– Прошу прощения, лейтенант, но, судя по вашему тону, вы не верите в основополагающие прин­ципы реабилитации.
– Я верю в наказание, благодаря которому неко­торые преступники изменяются настолько, что пе­рестают быть преступниками. Но есть такие, кото­рые не могут или не желают меняться. Им нравится то, чем они занимались, и не терпится вернуться к этому. Джулианна как раз из таких.
– Она была образцовым клиентом, – чопорно произнес Миллер.
– Не сомневаюсь. И держу пари, она тоже обра­тилась с просьбой о работе по истечении половины срока. Где она работала?
Миллер втянул в себя воздух через нос. Его раду­шие заметно поубавилось.
– Джулианна Данн работала в координацион­ном центре для посетителей.
– С доступом к компьютерам? – спросил Фини.
– Разумеется. У наших компьютеров надежная система безопасности. Клиентам не разрешена не­контролируемая связь. Непосредственная началь­ница Джулианны, Джорджия Фостер, давала ей са­мую высокую оценку.
Ева и Фини обменялись многозначительным взглядом.
– Покажите мне дорогу в этот центр, – попро­сил Фини. – Я поговорю с Джорджией Фостер.
– А я бы хотела побеседовать с заключенными по этому списку. – Ева достала из кармана лист бу­маги. – Прошу прощения, с клиентами, – попра­вилась она, не удержавшись от усмешки.
– Я это устрою. – Миллер снова засопел, и Ева усомнилась, что приглашение на ленч все еще в силе.
* * *
Ева беседовала с заключенными в комнате для приема посетителей, снабженной шестью стульями, диваном с ярким рисунком, телевизором и музыкальным центром. На стенах висели натюрморты, и только табличка на двери, призывающая клиентов и их гостей вести себя пристойно, напоминала о том, что вы находитесь в тюрьме.
Ева поняла, что относится к категории гостей.
В комнате не было двухстороннего зеркала, но Ева заметила в углах четыре камеры слежения. Вход­ная дверь была стеклянной, но снабженной защит­ным экраном. Ева не стала его включать.
Широкоплечая надзирательница, выглядевшая так, словно ей хватало здравого смысла не думать о заключенных, как о клиентах, привела первой Ма­рию Санчес – соседку Джулианны по камере. Это была коренастая латиноамериканка с копной черных курчавых волос, завязанных на затылке в хвос­тик. Татуировка в виде зигзага молнии, судя по все­му, была сделана, чтобы скрыть шрам с правой сто­роны рта.
Она вошла, небрежно покачивая бедрами, села на стул и начала барабанить пальцами по столу. Ева заметила браслеты с датчиками на ее запястьях и ло­дыжках. Хотя Миллер явно не блистал умом, но был не настолько глуп, чтобы рисковать, имея дело с крутыми личностями вроде Марии Санчес.
По знаку Евы надзирательница заняла место с другой стороны двери.
– Есть курево? – осведомилась Санчес хрипло­ватым, но довольно мелодичным голосом.
– Нет.
– Черт! Отрываете меня от игры и даже не може­те угостить сигаретой!
Прошу прощения, что оторвала вас от тенни­са, Санчес.
– Какой, к черту, теннис? Я играю в баскетбол! – Она отодвинулась назад и заглянула под стол. – Ноги у вас длинные, но со мной вам не тягаться.
– Как-нибудь мы найдем время, чтобы сыграть, но сейчас я здесь по поводу Джулианны Данн. Пос­ледние три года вы делили с ней камеру…
– Здесь не употребляют слово «камера», – ух­мыльнулась Санчес. – Они называют их «личными помещениями». Личные – как бы не так! Миллер – придурок!
В этом Ева была полностью с ней согласна.
– О чем вы говорили с Данн, находясь в личном помещении?
– Я не стучу копам! Не дождетесь! – Она подня­ла средний палец в непристойном жесте.
– В вашем сельском клубе имеется салон красо­ты – могли бы сделать маникюр, – спокойно заме­тила Ева. – Неужели вам с Данн было не о чем разговаривать?
– О чем с ней можно было говорить?! Эта сука считала себя умнее всех!
– Мне она нравится не больше, чем вам. Может быть, начнем с этого?
– Копы мне нравятся еще меньше! Ходят слухи, что Джулианна прикончила какого-то богатого уб­людка в Нью-Йорке. Ну а мне-то что до этого?
– Она на свободе, а вы нет. Разве этого не доста­точно?
Санчес разглядывала свои ногти, как будто в са­мом деле подумывала о маникюре.
– Мне наплевать, где она, а вам, похоже, нет.
– По-видимому, вы тоже считаете ее очень ум­ной. А между тем копы уже однажды отправили ее за решетку. И я, кстати, принимала в этом участие.
Уголки рта Санчес дрогнули в усмешке.
– Однако вы не удержали ее здесь.
– Это не моя работа. – Ева откинулась на спин­ку стула. – Вам ведь предстоит пробыть тут еще лет десять, учитывая вашу любовь вонзать острые предметы в чувствительные места других людей?
– Я не делала ничего такого, что другие не пыта­лись сделать со мной! Женщине приходится защи­щать себя в этом проклятом мире.
– Может быть, но вы, похоже, не хотите поды­шать воздухом в этом проклятом мире хотя бы чуть подольше, судя по вашим здешним характеристи­кам. Вам явно не грозит досрочное освобождение за хорошее поведение.
– Чего ради мне стараться? Здесь можно делать что угодно – хоть стоять на голове и почесывать задницу.
– А удовлетворение ваших сексуальных потреб­ностей здесь обеспечивают? Глаза Санчес блеснули.
– Кое-как обеспечивают. Это часть реабилита­ционного процесса. Нужно держать машинку в по­рядке, верно?
– Учитывая вашу склонность к насилию, сомне­ваюсь, что вас может удовлетворить вакуумная труб­ка. Я бы могла предложить вам настоящее теплое тело для романтической ночи – в обмен кое на что.
– Сами, что ли, будете трахаться со мной?
– Нет, но я пришлю вам лицензированного про­фессионала, если вы сообщите мне полезные сведе­ния. О том, с кем Данн разговаривала, кого исполь­зовала. Что вам известно?
– Мне нужен большой красивый парень, у кото­рого член не упадет, пока я не кончу.
Сообщите, что знаете о Джулианне Данн, и я обеспечу вас профессионалом, а остальное зависит от вас.
Столкнувшись с дилеммой – насолить копу или получить настоящий секс, – Санчес выбрала пос­леднее.
– Эта сучка была себе на уме. Обращалась к над­зирательницам, как к учителям из воскресной шко­лы: «Да, мэм. Благодарю вас, мэм…» Прямо слушать было тошно! А они все это проглатывали и давали ей дополнительные привилегии. У нее водились денежки – вот она и подмазывала кого надо, платила лесбиянкам, чтобы они с ней трахались. Свободное время она проводила в библиотеке или спортзале. Лупи была при ней собачонкой – не для секса, а для других услуг.
– Кто такая Лупи?
– Лоис Луп, наркоманка, принимает «фанк». Схлопотала двадцатку за то, что прикончила свое­го старика. Ее камера была напротив нашей. Я слы­шала иногда, как они с Джулианной переговарива­лись. – Санчес пожала плечами. – Она обещала хорошо пристроить Лупи, когда выйдет на свободу, – хвасталась, что у нее много денег и классное жилье. Кажется, в Техасе.
– Данн собиралась вернуться в Техас?
– Она говорила, что у нее неоконченное дельце в Далласе.
* * *
Ева послала за Лоис Луп.
Описание, данное Санчес, могло бы ей не пона­добиться. Бесцветные волосы, поблекшая кожа и ро­зовые, как у кролика, глаза были характерными для употребляющих «фанк». Этот наркотик не только действовал на мозг, но и уничтожал пигменты. Де­токсикация могла избавить наркомана от вредной привычки, но не восстанавливала краски.
Впрочем, Еве было достаточно одного взгляда на зрачки размером с булавочную головку, чтобы по­нять: в данном случае детоксикация успеха не имела.
– Садитесь, Лупи.
– Я вас не знаю.
– Все равно садитесь.
Она подошла к столу, двигаясь, как автомат. «Где бы Лупи ни доставала наркотик, – подумала Ева, – она какое-то время его не употребляла».
– У вас ломка, Лупи? Давно сидите без «фанка»?
Лупи облизнула белые губы.
– Я получаю ежедневно синтетический препа­рат как часть детоксикации. Это законно.
– Да, знаю. – Ева наклонилась вперед. – Джулианна давала вам деньги, чтобы вы могли добывать здесь настоящий «фанк»?
– Джулианна моя подруга. Вы ее знаете?
– Знала давно.
– Она вышла на свободу.
– Да. Вы поддерживаете связь?
– Когда увидите Джулианну, скажите ей, что ее письма, должно быть, крадут, так как я не получила ни одного, а она обещала писать. Нам разрешают получать письма.
– А откуда Джулианна должна была писать вам?
– Она собиралась сообщить в письме, где нахо­дится, чтобы я поехала к ней, когда освобожусь. – Лупи говорила, улыбаясь, но при этом все лицо ее подергивалось.
– Скажите, куда она отправилась, и я разыщу ее и сообщу ей о письмах.
– Она может быть где угодно. Это большой сек­рет.
– А вы когда-нибудь бывали в Нью-Йорке?
Пустые глаза расширились.
– Так она вам рассказала?
– Конечно. Но Нью-Йорк велик. Мне будет трудно найти ее, не имея адреса.
– Я не знаю адреса. Джулианна обещала навес­тить меня, когда вернется в Чикаго.
– А когда она собирается вернуться?
– Когда-нибудь. А потом меня выпустят, и мы пойдем с ней по магазинам – в Нью-Йорке, Чика­го, Лос-Анджелесе, Далласе и Денвере. – Она произ­носила названия городов, как ребенок – считалку.
– Джулианна упоминала людей, которых соби­ралась повидать? Старых или новых друзей? Она на­зывала какие-нибудь имена, Лупи?
– Старых знакомых забываешь… Вы знаете цве­точного человека?
– Возможно.
– Джулианна много мне про него читала. Он живет в Нью-Йорке, в большом дворце. У него зеле­ные пальцы, откуда растут цветы. Она собиралась его навестить.
«Петтибоун, – подумала Ева. – Первая удача!»
– А кого еще она собиралась навестить?
– Овцевода, ковбоя, щеголя из Далласа… У нее много друзей.
– А где вы были, когда она читала вам о цветоч­ном человеке?
– Это секрет, – прошептала Лупи.
– Мне можно рассказать. Джулианна позволила бы вам это сделать, чтобы я могла найти ее и сооб­щить ей о письмах.
– И о «фанке», – шепотом добавила Лупи. – Она обещала достать мне «фанк».
– Хорошо, но сначала ответьте мне.
– О'кей. У нее в камере был маленький компью­тер, который помещается на ладони. Она много с ним работала.
– Не сомневаюсь.
– Джулианна прислала вас ко мне? Она переда­ла вам «фанк»? У меня он почти кончился.
– Я попробую вам помочь.
Ева посмотрела на нее. Судорожно подергиваю­щиеся мышцы, мертвенно-бледная кожа… «И это называется реабилитация, – подумала она. – Матерь Божья!»
* * *
К тому времени, когда Ева снова встретилась с Фини, она вся кипела от негодования. Каждый раз­говор добавлял все новые штрихи к образу Джулианны Данн – убийцы-рецидивистки, с легкостью преодолевающей все препоны системы реабилита­ции при помощи лести, хитрости, подкупа персона­ла и других заключенных.
– Как будто это ее замок, а все остальные – слу­ги! – возмущалась Ева. – Она не могла только од­ного: выйти на свободу, зато здесь добивалась всего, что ей нужно. А этот ее гребаный мини-компьютер? Один бог знает, что она получала или посылала че­рез него!
– Свою начальницу Данн наверняка обвела во­круг пальца, – добавил Фини. – Ручаюсь, что она свободно пользовалась многими средствами связи в этом комплексе.
– У нас есть ордер на обследование компьютеров – может, тебе удастся проследить ее послания по электронной почте?
– Я уже временно конфисковал один. Возмож­но, мы плюем против ветра, но нужно проверить всю аппаратуру – вдруг она хоть где-то наследила? Я говорил с ее психоаналитиком – прошу проще­ния, «консультантом по эмоциональным проблемам». – Произнося это определение, Фини скривил губы, как будто жевал лимон. – Получил полную порцию историй о детских психологических травмах, приведших к «неконтролируемым вспышкам эмо­ций» – неплохой термин для замены слова «убийст­во», верно? Еще услышал о глубоком раскаянии и тому подобном. Все это должно иллюстрировать, что Данн успешно прошла процесс реабилитации и была готова стать полезным членом общества.
– Держу пари, что мы услышим ту же песню от чиновника, санкционировавшего досрочное ос­вобождение. Мы повидаем его, а потом наведем справки в чикагской полиции. – Ева тяжело вздох­нула. – Наверное, со мной что-то не так, Фини. Я смотрю на это заведение – и вижу большую кучу дерьма, вываленного на налогоплательщиков.
– В таком случае, со мной тоже что-то не так.
– Но ведь люди могут меняться к лучшему! Я знаю случаи, когда закоренелые преступники ис­правлялись. Тюрьма не должна быть простым скла­дом…
– Но она не должна быть и санаторием. Пошли отсюда. От этого места у меня мурашки по коже бе­гают.
* * *
Отто Шульц, ведавший вопросами досрочного освобождения, был тучным мужчиной с торчащими зубами, который компенсировал недостаток волос замысловатой прической с пробором, начинающим­ся у левого уха.
Ева понимала, что жалованье правительственно­го чиновника отнюдь не впечатляет своими разме­рами, но чтобы так себя запустить – это надо было постараться.
Шульц не проявил восторга при виде посетите­лей, сослался на страшную занятость и попытался отделаться от них, пообещав прислать копии всех ра­портов и заключений, касающихся Джулианны Данн.
Еву бы это удовлетворило, если бы не потная физиономия Шульца, свидетельствующая о том, что он нервничает.
– Вы способствовали ее досрочному освобождению, и первое, что она сделала, выйдя отсюда, совершила очередное убийство. Очевидно, это не дает вам покоя?
– Слушайте! – Он вытер платком отечное ли­цо. – Я следовал правилам. У нее были отличные показатели, она выполняла все предписания… В кон­це концов, я отвечаю за досрочное освобождение, а не предсказываю будущее!
– Мне всегда казалось, что главное для чинов­ника на вашей должности – иметь хорошее чутье и уметь безошибочно распознавать фальшь. Как по-твоему, Фини?
– Когда работаешь каждый день с преступника­ми и слушаешь их вранье, поневоле приобретаешь опыт, – согласился Фини.
– Она прошла все тесты… – снова начал Шульц.
– Это мы уже слышали. Где она вам дала, Отто? – любезно осведомилась Ева. – Прямо здесь, в кабинете, или поехала с вами домой?
– Вы не имеете права обвинять меня в сексуаль­ной связи с клиентом!
– С клиентом? Черт возьми, эти политкоррект­ные термины выводят меня из себя! Я не обвиняю вас, Отто. – Ева наклонилась вперед. – Я знаю, что вы ее трахали, но меня это не интересует, и я не со­бираюсь докладывать об этом вашему начальству. Джулианна Данн – та еще штучка, и обвести вас во­круг пальца было для нее детской игрой. Просто про­шу вас впредь быть осмотрительнее. И радуйтесь, что она хотела от вас только помощи в выходе на свободу, а не наметила в качестве жертвы.
– Она прошла все тесты, – повторил Шульц дрожащим голосом. – Ее характеристика была без­упречной. Не один я ей поверил, так что не сваливай­те все на меня! К нам в отдел каждый день поступа­ют всякие отбросы, и если они не нарушают правил досрочного освобождения, мы по закону должны возвращать их в общество. А Джулианна не была от­бросом! Она… другая.
– Это точно. – Ева с отвращением поднялась. – Она другая.
* * *
В столовой, переполненной копами, скверно пахло подгоревшей пищей. За столиком напротив Евы и Фини сидели лейтенант Фрэнк Бойл и капи­тан Роберт Спиндлер из чикагского отделения де­партамента, жуя сандвичи с индейкой размером с Гавайи.
– Джулианна Данн… – Спиндлер стряхнул крошку с нижней губы. – Лицо ангела, а душа аку­лы. Самая гнусная и хладнокровная сука, каких я когда-либо встречал.
– Ты забываешь мою первую жену, – усмехнул­ся Бойл. – Я очень рад вас видеть, ребята. Трудно поверить, что мы сидим здесь вчетвером спустя почти десять лет.
Ева улыбнулась ему, хотя на самом деле ей было грустно. Неподвижные глаза на веселой ирландской физиономии Бойла производили жутковатое впе­чатление. Одутловатые щеки и вялый обмякший рот казались Еве признаками злоупотребления алкого­лем.
– Мы прозондировали почву, – продолжал Спиндлер, – сообщили в СМИ, проверили ее старые контакты, но пока ничего не обнаружили. – Он был по-военному подтянут и аккуратен, а в его поведе­нии ощущалась властность. – Я, между прочим, ходил на слушания по ее досрочному освобожде­нию. Решил постараться, чтобы ей отказали, принес все документы, но ничего не добился. Она сидела там в позе истинной леди, опустив глаза, полные слез. Если бы я не знал ее так хорошо, то и сам мог бы на это купиться.
– А ты знаешь что-нибудь о Лоис Луп – нарко­манке, употребляющей «фанк»?
– Имя вроде бы незнакомое, – отозвался Спиндлер.
– Она была девочкой на побегушках у Джулианны. У нее начиналась ломка, когда я с ней беседова­ла, и мне удалось вытянуть из нее кое-что. Но, воз­можно, она знает больше. Может быть, вы с ней поработаете? Луп сказала мне, что Джулианна соби­ралась в Нью-Йорк повидать «цветочного челове­ка» – это наверняка Петтибоун. Еще она упоминала какого-то «овцевода». Можете вспомнить кого-ни­будь, соответствующего стандартам жертв Джулианны, чья фамилия включала бы слово «овца»?
Бойл и Спиндлер покачали головами.
– Но мы этим займемся, – пообещал Спиндлер.
– Луп назвала еще «ковбоя» и «далласского ще­голя».
– Похоже, она собирается в Техас нанести визит отчиму. – Бойл откусил солидный кусок сандви­ча. – Если только Даллас – это не ты, и Джулианна не нацелилась на твоего щеголя.
Ева ощутила спазм в желудке.
– Да, это приходило мне в голову. Мы уведомим полицейский департамент Далласа, а о своем щего­ле я сама в состоянии позаботиться. Лупи еще при­помнила Лос-Анджелес и Денвер. Держу пари, что, если бы у нее в голове было почище, она бы вспом­нила куда больше.
– Ладно, я с ней поработаю. – Бойл посмотрел на Спиндлера. – Если только не возражает капитан.
– Ему нравится напоминать мне о моих нашив­ках, – усмехнулся Спиндлер. – В общем, что мо­жем, сделаем, ребята. Охотно посмотрел бы, как вы прищучите Джулианну в Нью-Йорке, но будь я про­клят, если хочу, чтобы она снова попала в Докпорт.
* * *
Ева вернулась в Нью-Йорк к пяти и решила по­ехать домой вместо управления. Лучше поработать там и убедиться в безопасности Рорка.
Она напомнила себе, что Рорк не соответствует профилю жертв Джулианны. Он слишком молод и не был разведен. Однако у него имелась жена, кото­рая сыграла немалую роль в отправке Джулианны в Докпорт.
Ева уже почти добралась домой, когда внезапно передумала и поехала к доктору Мире.
Она припарковала машину, не доезжая полквар­тала, и направилась пешком к старому кирпичному дому. У входа в светло-голубых горшках росли белые и розовые цветы. Какая-то женщина прогулива­ла собаку с длинной золотистой шерстью, ошейник был украшен красным бантом. Собака дружелюбно тявкнула на Еву и степенно зашагала рядом с хозяй­кой. Трое мальчишек выбежали на тротуар, вопя как сумасшедшие. Вскочив на флюоресцентные доски, они помчались по тротуару, словно ракеты. Мужчи­на в деловом костюме, прижимающий к уху мобиль­ный телефон, успел увернуться, но не стал ругаться и грозить кулаком им вслед, а только усмехнулся, продолжая разговор.
«Еще одна сторона Нью-Йорка», – подумала Ева. Обитающие в этом квартале представители среднего класса наверняка знали друг друга по име­нам, собирались на коктейли, водили вместе детей на прогулку в парк и останавливались поболтать у дверей.
Именно такое окружение подходило доктору Шарлотте Мире.
Подойдя к двери, Ева нажала кнопку звонка и тут же раскаялась. Стоит ли врываться к Мире до­мой? Она уже шагнула назад, когда дверь открылась.
Ева сразу узнала мужа Миры, хотя они виделись нечасто. Он был высокий, долговязый и походил на симпатичное пугало в мешковатом, неправильно за­стегнутом кардигане и мятых брюках. Пряди седею­щих волос свисали на длинное лицо, на котором за­печатлелись одновременно ученость и простодушие. В руке он держал трубку.
При виде Евы он улыбнулся, а его глаза цвета зимней травы приняли озадаченное выражение.
– Здравствуйте. Как поживаете?
– Превосходно. Извините за беспокойство, мис­тер Мира. Я только хотела…
Вы Ева! – Его лицо прояснилось. – Я узнал ваш голос. Входите, пожалуйста.
– Вообще-то я…
Но он схватил ее за руку и потащил в дом:
– Забыл, что вы должны прийти. Ничего не в со­стоянии запомнить. – Он обернулся и крикнул: – Чарли, твоя Ева пришла!
Ева была поражена, что всегда такую строгую и элегантную Миру могут именовать Чарли.
– Входите и садитесь. Я принесу что-нибудь вы­пить. У меня вечно мысли путаются – это доводит Чарли до белого каления. Ха-ха!
– Я вам помешала. Лучше я повидаю доктора Миру завтра.
– Ага, вот и вино! Я был уверен, что купил его. Напомните мне, у нас будет званый обед?
Он смотрел на нее, смущенно улыбаясь, и Ева не могла не улыбнуться в ответ. До сих пор ей казалось, что такие рассеянные ученые мужи существуют только в старых добрых книжках.
– Нет-нет, вы вовсе меня не ждали.
– Значит, это приятный сюрприз.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Объятия смерти - Робертс Нора



на сей раз в противостояние вступает несравненная Ева Даллас и хладнокровная отравительница Джулиана, главной целью которой является великолепный супруг Евы - Рорк - это что касается содержания романа. А вот относительно моих собственных эмоций и впечатлений, то я просто восхищаюсь Евой - тем, как она умеет просчитывать действия преступников и как яростно защищает человека, которого любит.
Объятия смерти - Робертс НораОльга Сергеевна
21.06.2012, 23.07








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100