Читать онлайн Обратный билет из Ада, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обратный билет из Ада - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.71 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обратный билет из Ада - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обратный билет из Ада - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Обратный билет из Ада

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 2

Хельсинки, 2002 год
Она оказалась совсем не такой, как он ожидал. Он изучил портрет на обратной стороне обложки книги и на программе Лекции, – кончится она когда-нибудь или нет? – но во плоти эта женщина была совсем другой.
Во-первых, она была небольшого роста. Строгий серый костюм делал ее почти худенькой. Правда, на его вкус, юбка могла бы быть на дюйм короче. Судя по тому, что он видел, ноги у нее были неплохие.
Вблизи она казалась совсем не такой пугающе уверенной в себе, как на суперобложке, хотя маленькие очки в проволочной оправе придавали ей вид заправской интеллектуалки. Голос у нее тоже был приятный. Может быть, даже слишком, потому что от него чертовски клонило в сон. Но в этом была виновата главным образом тема лекции. Он интересовался греческими мифами – точнее, одним-единственным греческим мифом. Но выдержать часовую лекцию, посвященную им всем, было выше его
сил.
Он выпрямился на стуле и постарался сосредоточиться. Плевать ему было на Артемиду, превратившую какого-то беднягу в оленя, потому что тот увидел ее обнаженной. Это лишний раз доказывало, что женщины – и богини, и простые смертные – создания странные.
По его мнению, доктор Тайя Марш была чертовски странной. Она родилась в богатой семье. Денег там была уйма, а она, вместо того чтобы наслаждаться своим богатством, посвящала свое время изучению давно почивших греческих богов. Писала о них, читала о них лекции.
За ее плечами было несколько поколений аристократов. С кровью, голубой, как озера ирландского графства Керри. Но она приехала в Финляндию и колесила по ней с лекциями, уже проделав то же самое в Швеции и Норвегии. Рекламировала свою книгу в Европе и Скандинавии.
«Видимо, деньги тут ни при чем, – думал он. – Может быть, ей нравится слышать звук собственного голоса. Сотни раз повторяющего одно и то же в разных аудиториях».
Согласно его сведениям Тайе было двадцать девять лет. Она не замужем, единственная дочь нью-йоркских Маршей и, что самое главное, праправнучка Генри У. Уайли. «Уайли Антикс» уже около ста лет считалась одной из самых престижных аукционных фирм Нью-Йорка, торговавших антиквариатом.
То, что отпрыск Уайли проявлял такой жгучий интерес к греческим богам, было вовсе не совпадением. Поэтому он и решил выяснить, что она знает о Трех Судьбах. Во что бы то ни стало.
Если бы она была чуть… гм-м… помягче, можно было бы попытаться ее соблазнить. Просто удивительно, как много люди могут рассказать друг другу, когда их связывает секс. Она была достаточно привлекательна для ученой дамы, но он не знал, на какие кнопки следует нажимать, общаясь с интеллектуалками.
Он слегка нахмурился, перевернул лежавшую на коленях книгу и еще раз посмотрел на фотографию. Там ее светлые волосы были собраны в пучок. Она улыбалась скорее заученно, чем весело. Как будто кто-то велел сказать ей чиз
type="note" l:href="#note_1">[1]
!». Эта улыбка не касалась глаз – строгих и серьезных голубых глаз, которым соответствовали строгие и серьезные губы.
Ее лицо слегка сужалось к низу. В нем было что-то от эльфа, разительно противоречившее классической прическе и степенной внешности. У нее был вид женщины, нуждавшейся в здоровом смехе… или в здоровом сексе. Если бы он сказал об этом вслух, мать и сестра выдрали бы его. Но эти мужские мысли – его личное дело.
Он как следует подумал и решил, что с этой чопорной мисс Марш следует обращаться очень деликатно и исключительно по-деловому.
Когда раздались аплодисменты, на его взгляд более шумные, чем следовало, он чуть не завопил от радости. Но едва он сделал попытку встать, как в воздух взметнулось множество рук. Он с досадой посмотрел на часы, сел на место и стал ждать окончания ответов на вопросы. Поскольку Тайя отвечала через переводчицу, он подумал, что конца этому не будет.
Он заметил, что мисс Марш сняла очки, заморгала, как сова при дневном свете, и сделала глубокий вдох. Так поступил бы прыгун с вышки перед полетом в глубокий бассейн.
Ощутив вдохновение, он поднял руку. Прежде чем ломиться в дверь, следует вежливо постучать в нее.
Когда она сделала жест в его сторону, он поднялся и подарил ей чарующую улыбку.
– Доктор Марш, сначала позвольте поблагодарить вас за захватывающий рассказ.
Тайя заморгала, и он понял, что ее удивил его ирландский акцент. Что ж, еще один козырь, которым можно воспользоваться. По каким-то неясным причинам все янки были без ума от этого акцента.
– Спасибо, – ответила она. – Буду рада ответить вам.
– Меня всегда интересовали Судьбы. Как по-вашему, власть над людьми присуща каждой из них или только всем трем сразу?
– Мойры, или Судьбы, – начала она, – представляют собой триаду. Каждая из Мойр выполняет свою функцию. Клото прядет нить жизни, Лахесис измеряет ее, а Атропос перерезает, I, кладя ей конец. Никто из них не может работать в одиночку. – Нить можно прясть бесконечно и бесцельно. А если не прясть, до нечего будет измерять и перерезать. Три части, – добавила она, сплетя пальцы. – Одна цель. – А затем сжала пальцы в кулак. – Поодиночке они всего лишь простые и не слишком интересные женщины. А вместе – самые могущественные и почитаемые, из богов.
«Именно так, – подумал он, снова садясь на место. – Именно».
Она ужасно устала. Когда лекция кончилась, Тайя чувствовала себя так, что боялась не добраться до стола, где ей предстояло надписывать свою книгу. Ее внутреннее представление о времени сбилось. Несмотря на прием мелатонина, диету, ароматерапию и специальные упражнения.
«Сейчас я в Хельсинки, – напомнила себе Тайя. – А это кое-чего стоит. Здесь все так добры, так заинтересованы. Впрочем, как и во всех других городах, где я побывала после вылета из Нью-Йорка. Сколько дней прошло с тех пор?» – подумала она, сев на стул, взяв ручку и нацепив на лицо неизменную вежливую улыбку. Двадцать два. Дни следовало помнить. Больше трех четвертей добровольно принятой ею на себя пытки осталось позади.
«Что делать, чтобы победить фобию? – говорил ей доктор Левенстейн. – Как быть, если хроническая застенчивость сочетается у вас с припадками паранойи? Очень просто. Уехать отсюда и как можно чаще быть на людях». Если бы к Левенстейну пришел пациент и пожаловался на страх высоты, тот посоветовал бы больному спрыгнуть с Бруклинского моста.
Слышал ли он ее жалобы на синдром боязни общения? На то, что у нее агорафобия в сочетании с клаустрофобией? Видимо, нет. Левенстейн был уверен, что это всего лишь застенчивость и что оценка ее психического состояния и диагноз – исключительно его прерогатива.
Когда первые слушатели подошли к ней, чтобы поговорить и получить автограф на книге, у Тайи свело живот. Жаль, что в эту минуту рядом с ней не было доктора Левенстейна. Она бы его ударила.
И все же Тайя была вынуждена признать, что ей стало лучше. Явно лучше. Потому что эту лекцию она прочитала без ксанакса. И даже без предварительного глотка виски, после которого неизменно испытывала чувство вины.
Однако лекция – это одно, а общение с глазу на глаз – совсем другое. Во время чтения лекции ты бесстрастен и находишься на расстоянии от публики. У нее был конспект лекции, заранее составленный путеводитель от Ананке до Зевса. Но когда люди подходили к столу за подписями, им требовались непринужденность, умение болтать и – о господи! – личное обаяние…
Когда она раздавала автографы, ее рука не дрожала. Когда говорила, голос не срывался. Это был большой прогресс. Во время первой остановки в Лондоне к концу программы она едва не впала в ступор. Когда Тайя добралась до гостиницы, она тряслась, заикалась и вышла из этого состояния лишь тогда, когда приняла пару таблеток и окутала себя коконом искусственного сна.
О боже, как ей хотелось вернуться домой! Хотелось сбежать в Нью-Йорк и спрятаться в своей уютной квартире. Как кролику, которому до дрожи хочется забиться в нору. Но она подписала договор. Дала слово. А Марши никогда не изменяют своему слову.
Сейчас она была рада и даже гордилась тем, что первую неделю прожила стиснув руки, вторую неделю дрожала, а третью скрежетала зубами. Сейчас она была слишком измучена постоянными разъездами, чтобы нервничать из-за необходимости разговаривать с незнакомыми людьми.
К концу встречи от натужной улыбки у нее болело лицо. Она подняла взгляд и увидела зеленые глаза ирландца, спрашивавшего ее о Судьбах.
– Замечательная лекция, доктор Марш, – сказал он с очаровательным певучим акцентом.
– Спасибо. Рада, что вам понравилось. – Она хотела взять его книгу, но увидела, что ирландец протянул руку. Чуть замешкавшись, Тайя переложила ручку в левую руку и обменялась с ним рукопожатием.
«Зачем люди жмут друг другу руки? – подумала она. – Неужели они не знают, каким количеством микробов обмениваются при этом?»
Его рука была твердой, теплой, а пожатие длилось до тех пор, пока у Тайи не покраснела шея.
– Кстати, о судьбе, – сказал он и ослепительно улыбнулся. – Я очень обрадовался, увидев, что вы оказались в Хельсинки как раз тогда, когда я прилетел сюда по делам. Я уже давно восхищаюсь вашей работой, – не моргнув глазом, солгал он.
– Спасибо. – О боже, беседа… Первое правило: заставьте их заговорить. – Вы из Ирландии?
– Да. Из Корка
type="note" l:href="#note_2">[2]
. Но сейчас путешествую, как и вы. Путешествия очень украшают жизнь, верно? Украшают?!
– Да, очень. – Настала ее очередь лгать.
– Кажется, мне следует представиться. – Он протянул ей книгу. – Я Малахия. Малахия Салливан.
– Очень рада познакомиться. – Она красивым почерком расписалась на книге, ломая себе голову, как лучше закончить беседу и всю встречу с читателями. – Большое спасибо за то, что пришли на мою лекцию, мистер Салливан. – Тайя поднялась. – Надеюсь, ваша деловая поездка в Хельсинки пройдет благополучно.
– Желаю вам того же, доктор Марш.
Нет, она оказалась не такой, как он ожидал, и это заставило Малахию сменить подход. Он считал ее высокомерной, холодной и отстраненной. Но на ее щеках горел лихорадочный румянец, а в глазах мелькала искорка страха. «О чем это говорит? – спросил он себя, стоя на углу и следя за входом в гостиницу. – Правильно, о неуверенности».
Но с чего быть неуверенной женщине, купающейся в деньгах и занимающей высокое положение в обществе? Ответа на этот вопрос у Малахии не было. Если она так застенчива, какой черт понес ее в Европу?
Впрочем, тот же вопрос можно было задать ему самому. Что заставило человека в здравом уме, достаточно обеспеченного и довольного жизнью, отправиться в Хельсинки в надежде на то, что встреча с незнакомой женщиной наведет его на след сокровища – возможно, несуществующего? «Вопрос слишком сложен для однозначного ответа», – думал он. Если бы Малахии пришлось выбирать, он ответил бы: семейная честь. Но этого было бы недостаточно. Вторая часть ответа звучала бы так: он уже держал Судьбу в руках и не успокоится, пока не прикоснется к ней снова.
Тайя Марш имела отношение к его прошлому и, судя по всему, к будущему. Он посмотрел на часы, надеясь, что вскоре сделает первый шаг.
Малахия обрадовался, когда его догадка подтвердилась. Тайя подъехала к гостинице со стороны университета и вышла из такси. Она была одна.
Салливан двинулся в ее сторону по тротуару, выбирая подходящий момент. И поднял глаза как раз в тот миг, когда она повернулась. Они снова столкнулись лицом к лицу.
– Доктор Марш! – Его тон и улыбка выражали заранее рассчитанную смесь удивления и радости. – Выходит, вы тоже остановились здесь?
Гм-м… Да, мистер Салливан. – Она запомнила его имя. Более того, она вспоминала этого привлекательного молодого человека, когда ехала в такси и втирала в руки бактерицидный лосьон.
– Хорошая гостиница. Отличное обслуживание. – Он сделал вид, что хочет открыть ей дверь, но внезапно остановился. – Доктор Марш, надеюсь, вы не подумаете ничего плохого, если я предложу вам выпить со мной.
– Я… – Тайя была обескуражена. Честно говоря, в такси она представляла себе, что в беседе с симпатичным ирландцем продемонстрировала остроумие и обаяние и вечер закончился их безумным романом с первого взгляда. – Вообще-то я не пью, – выдавила она.
– Серьезно? – Малахия комично почесал в затылке. – Что ж, первая попытка провести время с интересной и обаятельной женщиной провалилась. А как насчет небольшой прогулки по городу?
– Простите? – Тайя не верила своим ушам. Неужели он хочет поухаживать за ней? Но она не принадлежит к тому типу женщин, за которыми ухаживают мужчины, тем более столь привлекательные незнакомцы с очаровательным акцентом.
– Одно из достоинств Хельсинки – долгие летние вечера. – Воспользовавшись замешательством Тайи, Малахия бережно взял ее под руку и увлек в сторону от дверей гостиницы. – Сейчас половина десятого, а светло как днем. Грех не воспользоваться этим, верно? Хотите прогуляться в порт?
– Нет, я… – Смущенная таким поворотом событий, Тайя оглянулась на здание гостиницы. Там спокойно. Там безопасно. – Вообще-то мне…


Завтра рано утром улетать? – Малахия знал, что это не так, но хотел проверить, хватит ли у нее духу солгать.
– Да нет… Вообще-то я пробуду здесь до среды.
– Тогда за чем же дело стало? Позвольте вам помочь. – Он забрал у Тайи большую плоскую сумку на ремне и повесил ее себе на плечо. Движение вышло непринужденным, но вес сумки удивил его. – Должно быть, трудно проводить семинары и беседовать со слушателями в стране, языка которой вы не знаете.
– У меня была переводчица.
– Да, она хорошо знала свое дело. И все же это усложняет задачу, не так ли? Вас не удивил интерес, который здесь проявляют к древним грекам?
– Между греческой и скандинавской мифологией существует определенная связь. Божества с человеческими достоинствами и недостатками…
«Если я выпущу инициативу из своих рук, она снова начнет читать мне лекцию», – подумал Салливан.
– Конечно, вы правы. Я родом из страны, где очень чтят свою мифологию. Вы не бывали в Ирландии?
– Однажды. В детстве. Но ничего не запомнила.
– Очень жаль. Вам следует приехать еще раз. Вы не замерзли?
– Нет. Все в порядке. – Тайя тут же спохватилась. Нужно было сослаться на холод и уйти. Но она была слишком польщена тем, что на нее обратили внимание. Теперь она понятия не имела, под каким бы благовидным предлогом вернуться в гостиницу.
Она осмотрелась и попыталась успокоиться. Хотя было около десяти вечера, прямые и узкие улицы были многолюдны. И наполнены светом. Благодатным летним светом, придававшим городу особое очарование. Тайе пришлось признаться, что до сих пор она не обращала на это внимания. Не совершала прогулок, не покупала бесполезных сувениров и даже не пила кофе в уютных местных кофейнях. Она вела себя здесь так же, как в Нью-Йорке. Сидела в норе, пока не наступало время выполнять взятые на себя обязательства.
Малахии казалось, что Тайя похожа на сомнамбулу, вышедшую из транса и тревожно изучавшую место, куда она попала. Рука, которую он держал, все еще была напряжена, но Салливан сомневался, что эта женщина вдруг пустится наутек. Вокруг было достаточно народа, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Группы, парочки и туристы пользовались преимуществами долгого дня.
На площади звучала музыка, и толпа здесь была еще гуще. Он обогнул скопище людей и повел Тайю к порту, где гулял ветерок. Когда они достигли воды, на которой покачивались красно-»-белые яхты, Малахия впервые увидел, что она улыбнулась.
– Тут красиво! – Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать музыку. – Мне следовало приплыть сюда из Стокгольма на пароме, но я побоялась приступа морской болезни. Честно говоря, на Балтийском море со мной такое уже случалось. Это должно было что-то значить.
Когда Малахия засмеялся, польщенная Тайя подняла взгляд. Она едва не забыла, что разговаривает с совершенно незнакомым человеком.
– Это звучит глупо.
– Нет, очаровательно. – Как ни странно, Салливан не кривит душой. – Давайте сделаем то, что в такое время делают все финны.
– Пойдем в сауну?
Он снова рассмеялся, провел ладонью по ее предплечью, и их ппальцы переплелись.
– Выпьем кофе.
В это трудно было поверить. Неужели она сидела в многолюдном кафе под открытым небом, заполненным жемчужным свет-том в одиннадцать часов вечера, в городе, лежавшем за тысячи миль от ее дома? Сидела напротив мужчины, столь неправдоподобно красивого, что хотелось оглянуться и удостовериться, что сон разговаривает именно с ней, а не с кем-то другим?
Его густые каштановые волосы развевал ветер с моря. Эти волосы слегка вились и блестели словно благородное полированное дерево. Его лицо было гладким, узким, с ямочками на щеках. Его губы, решительные и подвижные, улыбались так, что у любой женщины мог участиться пульс.
Во всяком случае, у нее самой он участился.
У него были густые черные ресницы и высокие дугообразные брови. Но Тайю завораживали его глаза. Они были зелеными, как летняя трава, а зрачки окружал золотистый ореол. Когда Тайя я говорила, эти глаза смотрели на нее. Его взгляд не был изучающим или слишком пристальным. В нем светился лишь искренний интерес.
Мужчины и раньше смотрели на нее с интересом. В конце концов, она не была медузой Горгоной. Но за двадцать девять лет жизни Тайи никто не смотрел на нее так, как Малахия Салливан.
Это должно было заставить ее нервничать, но она не нервничала. Ни капельки. Потому что он джентльмен, убеждала себя Тайя. И по одежде, и по манерам. Он говорил легко и непринужденно, как будто с самим собой. Темно-серый деловой костюм идеально смотрелся на его высокой, худощавой фигуре. Ее отец, у которого было безупречное чувство стиля, одобрительно отнесся бы к ее новому знакомому.
Тайя пила вторую чашку кофе без кофеина и гадала, почему судьба сделала ей такой щедрый подарок.
Они снова говорили о Трех Судьбах, и она не чувствовала обычной скованности. Говорить о богах было гораздо легче, чем о личном.
– Я никогда не мог понять, хорошо это или плохо, что три женщины определили твою судьбу еще до того, как ты сделал свой первый вдох. В этом есть что-то пугающее и успокаивающее одновременно.
– Причем речь идет не только о продолжительности жизни, – вставила Тайя, борясь с желанием предупредить Малахию о вреде, таившемся в рафинированном белом сахаре, ложку которого он положил в свой кофе. – О ее направленности. О борьбе добра и зла в твоей душе. Добро и зло также распределяют Судьбы. Но лишь человек решает, что ему делать с тем, что находится внутри его сущности.
– Значит, предопределения не существует?
– Каждый поступок человека есть акт воли или ее отсутствия. – Она пожала плечами. – И каждый поступок имеет свои последствия. Зевс, царь богов и большой женолюб, возжелал Фетиду. Мойры предсказали, что сын Фетиды будет более знаменитым и, возможно, более могущественным, чем его отец. И Зевс, вспомнив, как он поступил с собственным отцом, побоялся зачать этого ребенка. Поэтому он оставил Фетиду в покое, подумав о собственном благополучии.
– Только глупый мужчина может отказаться от женщины из страха перед тем, что может случиться впоследствии.
– Впрочем, это не принесло Зевсу ничего хорошего, поскольку Фетида стала матерью Ахилла. Возможно, если бы он последовал зову сердца, а не властолюбия, женился на Фетиде,
любил своего сына и гордился его подвигами, у Зевса была бы другая судьба.
«Какого черта он так поступил?» – подумал Малахия, но спросить остерегся. Вместо этого он сказал:
– Выходит, Зевс выбрал свою судьбу, заглянув во тьму собственной души и распространяв ее на еще не зачатого ребенка.
– Вы правы, – с улыбкой согласилась Тайя. – Но можно сказать и по-другому: прошлое оказало влияние на будущее. Если вы интересовались мифологией, то знаете, что стоит окунуть палец в пруд, как по воде пойдут круги, которые будут распространяться все дальше и дальше. Поколение за поколением.
«У нее красивые глаза, – подумал он. – Удивительно прозрачные и голубые».
– Так бывает и с людьми, верно?
– Думаю, да. Это одна из ключевых тем моей книги. Мы не можем избежать своей судьбы, но можем оказать на нее сильное влияние, использовать ее к своей выгоде или навредить себе.
– Похоже, предприняв эту поездку в нужное время, я использовал судьбу к своей выгоде, – улыбнулся Салливан.
Тайя почувствовала, что у нее запылали щеки, и подняла чашку, пытаясь скрыть это.
– Вы не сказали, по какому делу приехали в Хельсинки.
– Морские перевозки. – Это было довольно близко к истине. – Семейный бизнес, которым мы занимаемся из поколения в поколение. Ирония судьбы. – Малахия сказал это небрежно, но следил за ней, как ястреб за кроликом. – Если учесть, что мой прапрадед был одним из спасшихся с «Лузитании»…
Глаза Тайи расширились, и она опустила чашку.
– В самом деле? Это поразительно! А мой прапрадед погиб на «Лузитании».
– Серьезно? – Его удивление прозвучало совершенно искренне. – Поразительное совпадение! Тайя, а вдруг они были знакомы друг с другом? – Салливан положил ладонь на ее руку и не спешил убирать. – Я начинаю верить в судьбу.
Провожая Тайю в гостиницу, Малахия пытался понять, следует ли сказать ей еще что-то, а если следует, то как это сделать. В конце концов он решил сдержать нетерпение. Если слишком быстро заговорить о статуэтках, такое количество совпадений может показаться ей подозрительным.
– У вас есть какие-нибудь планы на завтра?
– На завтра? – Она с трудом собралась с мыслями. – Вообще-то нет.
– Если так, то я приглашаю вас на ленч. Зайду за вами в час. – Он улыбнулся и провел ее в вестибюль. – А там посмотрим,
Она собиралась уложить вещи, позвонить домой, немного поработать над новой книгой и как минимум час посвятить упражнениям на расслабление. Но напрочь забыла об этом.
– Что ж, с удовольствием.
«Прекрасно», – подумал Салливан. Он подарит ей маленькое приключение. Небольшой роман. Прогулку по морю. И сделает первый намек на маленькую серебряную статуэтку.
Он попросил у портье ключи от ее и своего номера. Не дав Тайе опомниться, Малахия взял ее ключ в одну руку, второй обнял за талию и повел молодую женщину к лифту.
Когда дверь лифта закрылась и они остались наедине, Тайя ощутила первые признаки страха. Что она делает? Что он делает? Но он всего лишь нажал кнопку ее этажа.
Она нарушила все правила, изложенные в «Дорожном справочнике деловой женщины». Даром потратила четырнадцать долларов девяносто пять центов и время, которое ушло на тщательное изучение каждой страницы. Он знал номер ее комнаты и то, что она путешествует одна. Он может ворваться в номер, изнасиловать и убить ее. Или… Или еще хуже: может мгновенно сделать слепок ключа, потом прокрасться к ней в номер, изнасиловать и убить.
И все потому что она совершенно забыла о том, что говорится во второй главе…
Она откашлялась:
– Вы тоже живете на четвертом этаже?
– Что? Нет, на шестом. Тайя, я провожу вас до самых дверей. Во всяком случае, именно этого от меня ждала бы моя мать. Кстати, мне нужно купить ей подарок. Может быть, что-нибудь из стекла. Надеюсь, вы поможете мне сделать правильный выбор.
Как он и рассчитывал, упоминание о матери заставило ее успокоиться.
– Но вы должны сказать, что она любит.
– Она любит все, что ей покупают дети, – сказал Малахия, когда дверь лифта открылась.
– Дети?
– У меня есть брат и сестра. Гедеон и Ребекка
type="note" l:href="#note_3">[3]
. Мать дала нам ветхозаветные имена. Один бог знает почему. – Он остановился у ее номера и сунул ключ в замочную скважину. Потом повернул ручку, приоткрыл дверь и сделал шаг в сторону.
Услышав тихий вздох облегчения, он едва сумел подавить усмешку, а потом взял ее за руку.
– Я должен поблагодарить вас за незабываемый вечер.
– Я тоже чудесно провела время.
– В таком случае, до завтра. – Глядя Тайе в глаза, Салливан поднес ее руку к губам. Рука слегка дрогнула, и это очень польстило его самолюбию.
Застенчивая, тонкая и нежная. И похожая на его обычных женщин, как луна на солнце. Впрочем, почему бы мужчине не поэкспериментировать и не расширить свой кругозор? Завтра он этим займется.
– Спокойной ночи, Тайя.
– Спокойной ночи. – Она неуклюже попятилась к двери и, не сводя с него глаз, переступила порог.
Потом негромко вскрикнула и обернулась. Малахия опередил ее и пулей ворвался в номер. В ее комнате царил разгром. Повсюду была разбросана одежда. Подкладка чемоданов была вспорота, постель перевернута, содержимое ящиков комода выброшено на пол. Драгоценности, лежавшие в шкатулке, были раскиданы, книги и бумаги валялись на полу.
На письменном столе в гостиной царил не меньший беспорядок, а стоявший на нем ноутбук исчез.
– Черт побери… – вымолвил Малахия. Интересно, какая тварь его опередила?
Потемнев от гнева, он круто повернулся. Одного взгляда на лицо Тайи хватило, чтобы заставить его перестать ругаться. Оно было белым, как простыня, глаза остекленели от шока.
Сомневаться не приходилось: кто-то не терял времени, пока он флиртовал с ней.
– Вам нужно сесть.
– Что?..
– Сядьте. – Не тратя времени, он взял ее за руку, подвел к стулу и усадил. – Сейчас мы вызовем охрану. Можете сказать, что у вас пропало?
– Мой компьютер. – Боясь приступа астмы, она пыталась дышать глубоко и ровно, а сама рылась в сумочке, разыскивая ингалятор. – Мой ноутбук исчез.
Салливан хмуро следил за тем, как она делает ингаляцию.
– Что там было?
Тайя сделала несколько глубоких вдохов.
– Моя работа, – выдавила она наконец. – Новая книга. Электронная почта, банковские счета… – Она снова стала рыться в сумочке. – У меня была дискета с копией… – Но она достала из сумки лишь пузырек с каким-то лекарством.
Малахия взял его из пальцев Тайи.
– Что это? – Он прочитал этикетку и нахмурился еще сильнее. – Это вам не понадобится. Никакой истерики у вас не будет.
– Вы так думаете?
–Да.
Она ощутила предательские спазмы в горле, предупреждавшие о приближении приступа паники.
– Похоже, вы ошибаетесь.
– Прекратите, иначе у вас наступит кислородное опьянение или что-то в этом роде. – Салливан призвал себе на помощь терпение и опустился перед ней на корточки. – Смотрите на меня и дышите медленнее. Только и всего.
– Не могу.
– Нет, можете. Ничего особенного не случилось, не так ли? Вам предстоит небольшая уборка, только и всего.
– Кто-то вломился в мою комнату.
– Верно. Но что сделано, то сделано. Если вы будете травить себя транквилизаторами, это делу не поможет. Где ваш паспорт, ценности, важные документы?
Он заставил ее думать, и это помогло. Спазмы в груди прекратились. Тайя растерянно огляделась.
– Паспорт всегда при мне. Настоящих драгоценностей в дорогу я не беру. Но мой ноутбук…
– Вы купите другой, не так ли?
– Да. – При такой постановке вопроса ей оставалось только кивнуть.
Он встал и закрыл дверь.
– Будете вызывать охрану?
– Да, конечно. И полицию.
– Подумайте как следует. Вы в другой стране. Обращение в полицию создаст множество неудобств, для вас в первую очередь. Все эти протоколы, вопросы… Это отнимет много времени и сил.
– Но… кто-то вломился в мой номер.
– Может быть, это стоит пережить. – Малахия говорил спокойно и деловито, считая, что это лучший способ подействовать на Тайю. Именно так его мать боролась с приступами гнева. А что такое истерика, как не гнев? – Давайте проверим, что именно пропало. – Он оглянулся и поддел носком маленький белый прибор. – Что это?
– Очиститель воздуха. – Когда Малахия подобрал его и поставил на письменный стол, Тайя с трудом поднялась. – Не могу понять, зачем кому-то понадобилось устраивать разгром ради какого-то компьютера.
– Наверное, они надеялись на что-то большее. – Он подошел к двери ванной и заглянул туда.
Финнам можно было вручить мировую пальму первенства за роскошь их ванных. Мозаичный пол с подогревом, джакузи, великолепный душ с шестью насадками и толстые махровые полотенца, больше напоминавшие одеяла. На длинной кафельной полочке стояло полдюжины пузырьков, главным образом с витаминами и травяными таблетками. Тут же находились электрическая зубная щетка, походный фонарик и тюбик с бактерицидным кремом. Пакетики с каким-то снадобьем и восемь бутылок минеральной воды.
– Богатый у вас арсенал, дорогая. Она провела рукой по лицу.
– Путешествия чреваты нервными стрессами. Кроме того, у меня аллергия.
– Знаете что? Давайте я помогу вам навести здесь порядок. Потом вы примете одну из своих таблеток и уснете.
– Едва ли я смогу уснуть. Нужно позвонить в службу безопасности гостиницы.
– Будь по-вашему. – В голосе Салливана не было и тени досады. В конце концов, это дело его не касалось. Он послушно дошел к телефону и позвонил администратору.
И даже остался с ней до того момента, пока не прибыли Представители администрации и охрана. Поглаживал Тайю по руке, пока она разговаривала с ними. Рассказал им о событиях сегодняшнего вечера, сообщил свое имя, адрес и номер паспорта. Скрывать ему было нечего.
Когда Салливан поднялся к себе в номер, было почти два часа ночи. Он выпил изрядную порцию виски, налил вторую и мрачно задумался.
Когда Тайя проснулась на следующее утро с гудящей от лекарств головой, Малахия исчез. Единственным, что напоминало о его существовании, была записка, просунутая под дверь.
«Тайя, надеюсь, утром вы будете чувствовать себя лучше. Прошу прощения, но у меня внезапно изменились планы. Когда вы будете читать эту записку, меня в Хельсинки уже не будет. Желаю удачного завершения вашего путешествия. Я свяжусь с вами при первой же возможности. Малахия».
Тайя вздохнула, села на край кровати и решила, что больше никогда не увидит его.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обратный билет из Ада - Робертс Нора



Захватывающий сюжет, три любовные истории в одном романе.Здесь и авантюра,и приключения,и романтика,и юмор и конечно же победа добра над злом.Получила большое удовольствие,читайте,не пожалеете!
Обратный билет из Ада - Робертс НораГёзель
12.07.2013, 10.37





Хорошо читается, шутки смешные, имена у героев необычные, предыстория занимательная. В общем время потрачено не зря!
Обратный билет из Ада - Робертс НораВиталия
20.12.2014, 21.27








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100