Читать онлайн Обожествлённое зло, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Обожествлённое зло - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.92 (Голосов: 13)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Обожествлённое зло - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Обожествлённое зло - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Обожествлённое зло

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 24

Клер заканчивала скульптурный портрет Элис. Это будет первой работой для отдела в музее Бетадайн, посвященного творчеству женщин. В скульптуре были изящество, мысль, ум, сила и спокойная уверенность. Она не представляла себе лучших качеств в женщине.
Услышав визг колес грузовика Эрни, несущегося по улице, она резко подняла голову. Нахмурилась, услышав, как мать Эрни зовет его. Если бы Салли не рассказала ей о телескопе, у Клер могло бы возникнуть желание помчаться самой вслед за ним, попробовать его успокоить.
«Не вмешивайся», – сказала она себе, возвращаясь к своей скульптуре. Если бы она с самого начала не вмешивалась, то не чувствовала бы сейчас никакой неловкости и беспокойства, когда опускала жалюзи в спальне.
А кроме того, у нее хватало и своих собственных проблем. Контракты и заказы, отношения с мужчиной, вышедшие из-под контроля, и это чертово выступление на обеде. Сдув волосы с глаз, она посмотрела на часы. И ко всему прочему, она должна была сказать Кэму о той фразе, которую вспомнила Лайза.
Куда он, черт побери, подевался?
По дороге из больницы она прямиком отправилась в контору шерифа, но его там не было. Позвонила ему домой, но никто не ответил. «Наверное, ездит по городу и присматривает за порядком», – предположила она и улыбнулась. Через несколько часов они все равно увидятся, когда оба закончат свою работу.
Клер выключила свою лампу и отступила назад. «Неплохо», – подумала она, прищурившись. Волнение охватило ее, когда она подняла защитные очки. Нет, совсем неплохо. Возможно, это не совсем то, что представляла себе Элис, ведь форма женской скульптуры была удлиненной, преувеличенной, а черты лица неконкретны. Это была Женщина Вообще, именно так хотелось бы Клер назвать свою скульптуру. Наличие четырех рук может несколько озадачить Элис, но для Клер они символизировали способность женщины одновременно выполнять свои разнообразные обязанности, и при этом, одинаково уверенно.
– И что это должно означать? – раздался сзади голос Блейра, и Клер вздрогнула. – Тощий вариант богини Кали?
– Нет. У Кали, по-моему, было шесть рук. – Клер сняла защитные очки и шлем. – Это Элис.
Блейр приподнял брови. – Несомненно, это она. Я так сразу и понял.
– Невежда.
– Чудила. – Но улыбка сразу же сошла с его лица, когда он вошел в гараж с пачкой книг в руках. – Клер, что это?
Одного взгляда на книги было достаточно, чтобы ее щеки залились краской. – Ты рылся в моей комнате. Мне казалось, что мы договорились о праве на личное еще в десятилетнем возрасте.
– Когда я был наверху, как раз зазвонил телефон. Аппарат в твоей спальне был ближе всего.
– А я и не догадывалась, что поставила телефон в ящик ночного столика.
– Я искал блокнот. Я собирал кое-какой материал для Кэма, и мне нужно было кое-что записать. Но ведь дело не в этом, не так ли?
Она забрала у него книги и бросила их на верстак. – То, что я читаю, мое личное дело.
Он положил руки ей на плечи. – Это не ответ.
– Это мой ответ.
–Клер, ведь речь не идет о заглядывании в твой дневник и выяснении, что ты втрескалась в капитана футбольной команды.
– Все это не так просто. – Она попыталась отстраниться, но он не отпускал ее. – Блейр, у меня работа.
Он встряхнул ее, и в этом движении были и любовь, и нетерпение.
– Послушай, я думал, что ты так нервничаешь и расстраиваешься из-за ваших отношений с Кэмом.
– Просто нервничаю, – поправила она. – Не расстраиваюсь.
– Да, я вижу. Но как только я приехал сюда, я сразу же понял, что тебя что-то беспокоит. Как ты думаешь, почему я остался?
– Потому что тебе нравится, как я готовлю гамбургеры.
– Ненавижу, как ты готовишь гамбургеры.
– А вчера вечером ты съел целых два.
– Чтобы показать тебе, как сильно я тебя люблю. Ну, так где ты взяла эти книги?
В ней уже не было гнева. Он это видел по ее глазам, постепенно темневшим и влажнеющим. – Это книги отца.
– Отца? – Его пальцы, лежавшие на плечах Клер, стали ватными. Какие бы страхи и подозрения у него не возникали, ничего подобного ему и в голову не приходило. – То есть, как это, отца?
– Я нашла их на чердаке, в коробках, которые убрала мама. Она сохранила большую часть его книг и некоторые Другие вещи. Его рубаху для работы в саду и его… его сломанный компас. Камни, которые он собрал во время поездки на большой Каньон. Блейр, я считала, что она все выбросила.
– Я тоже так думал. – Он снова ощутил себя ребенком, сбитым с толку, ранимым, грустным. – Давай сядем.
Они сели на ступеньке между кухней и гаражом. – Мне всегда казалось, что после его смерти она просто оставилавсе это позади. Ты понимаешь. – Клер сцепила руки, зажав их между колен. – Я осуждала то, как она отряхнулась и двинулась дальше. Логически я понимала, что у нее масса забот. Разваливающийся бизнес, страшный скандал с торговым центром. То, что все думали, что он выбросился и покончил жизнь самоубийством, хотя официально это сочли несчастным случаем. Она так замечательно со всем справилась. В глубине души я ненавидела ее за это.
Он обнял ее за плечи. – Ей также приходилось и о нас беспокоиться.
– Я знаю. Я это знаю. Просто было такое впечатление, что ее ничто не могло сбить с пути. Она ни разу не дрогнула, не потеряла самообладания, поэтому что-то во мне вообще заставляло сомневаться, а любила ли она его когда-нибудь. Потом я обнаружила все эти вещи, то, как она их тщательно сложила, сохранив все эти маленькие памятные предметы, так много для него значившие. И я поняла, думаю, что поняла, что именно она при этом чувствовала. Жаль, что она не позвала меня помочь ей.
– Ты была не в том состоянии, чтобы помогать. Для тебя все это обернулось намного тяжелее, Клер. Ты нашла его. Я же так и не видел…– Он на мгновение закрыл глази и прижал свою голову к ней. – И мама тоже не видела. Все мы потеряли его, но тебе единственной пришлось это увидеть. В первую неделю мама сидела около тебя каждую ночь.
Клер взглянула на него, затем уставилась себе под ноги. – Я этого не знала.
– Доктор Крэмптон дал тебе успокоительного, но ты продолжала кричать во сне. И плакать. – Блейр крепко схватил ее за руку. – Она всю ночь сидела у твоей постели. После этого все происходило так быстро. Похороны, затем эта всплывшая история со взятками.
– Жаль, что я ничего этого не поняла. Жаль, что не поняла.
Они помолчали немного, сидя бок о бок. – Расскажи мне о книгах.
– Я нашла их наверху. Ты знаешь, как отец читал все подряд. – Она заговорила слишком быстро и встала, желая немного успокоиться. – Его наваждением была религия. То, как его воспитали…
– Я знаю. Наваждения. Бунтарство. Власть, Праведный Бог.
– Ведь он буквально глотал подобную литературу. От Мартина Лютера до Будды и все то, что между ними. Думаю, он пытался определить что же было истинным. Если вообще, что-либо было истинным. Так что эти книги ничего не значат.
Он тоже поднялся и взял ее дрожащие руки в свои. – Ты рассказала Кэму?
– А зачем? – В ее голосе послышались панические нотки. – Это к нему не имеет никакого отношения.
– Чего ты боишься?
– Ничего. Я ничего не боюсь. Я вообще не понимаю, почему мы об этом говорим. Я как раз собиралась отнести эти книги обратно на чердак.
– Кэм разрабатывает версию, по которой смерть Биффа и нападение на Лайзу Макдональд могут быть связаны с неким культом.
– Это просто смешно. Но даже если здесь есть доля смысла, хотя и этого нет, то уж с отцом это никак не связано. Он умер более десяти лет тому назад.
– Клер, попробуй рассуждать логически. Это маленький город, где все друг друга знают. Если здесь практикуется какой-то культ, и ты находишь в чьем-то доме целую библиотеку о сатанизме, то какой вывод ты делаешь?
– Я не знаю. – Она отдернула руки. – Я не вижу здесь никакой связи.
– Мы оба знаем, что такая связь есть, – тихо сказал рн. – Отец умер, Клер. Он не нуждается в твоей защите.
– Он бы и не стал участвовать ни в чем подобном. Бог мой, Блейр, я тоже читаю книги. Но я ведь не стану заниматься принесением в жертву девственниц.
– Ты послала Кэма на ферму, потому что увидела в комнате Биффа одну книгу.
Она метнула на него быстрый взгляд. – Я вижу ты хорошо информирован о том, что здесь происходит.
– Я же сказал тебе, я помогаю ему в расследовании. Мой аргумент таков: ты сочла, что одной единственной книги было достаточно, чтобы оправдать розыски на ферме. И ты оказалась права. Знаешь, что он там обнаружил?
– Нет. – Она облизала пересохшие губы. – Я не спрашивала. Я не хочу этого знать.
– Он обнаружил улики, свидетельствующие о том, что Карли Джеймисон насильно держали там.
– О, Боже.
– Он также нашел и наркотики. А его мать рассказала ему, что сожгла черный плащ, черные свечи и несколько порнографических журналов с сатанистским уклоном. Безусловно, Бифф был вовлечен в какой-то культ. А для существования культа одного человека мало.
– Отец умер, – повторила она. – А при жизни он едва выносил Биффа Стоуки. Ты же не можешь искренне верить в то, что наш отец мог бы иметь хоть малейшее отношение к похищению молоденьких девушек.
– Я бы не поверил и в то, что он способен совершить что-либо противозаконное в деловых отношениях, но я ошибся. Нам нужно посмотреть правде в глаза, Клер. И справиться с ней.
– Не указывай мне, с чем я должна справляться. – Она отвернулась.
– Если ты не пойдешь к Кэму с этим, то пойду я. Она плотно зажмурила глаза. – Он был и твоим отцом.
– И я любил его не меньше, чем ты. – Он схватил и резко повернул ее. – Черт возьми, Клер, неужели ты думаешь, что это так легко принять. Мне невыносима мысль о том, что есть хоть один шанс, хоть доля шанса, что он мог быть замешан в чем-либо подобном. Но сейчас нам приходится разбираться с этим. Невозможно вернуться назад и все исправить. Но есть хотя бы вероятность того, что если мы все выясним, то будем чувствовать себя по-другому.
– Хорошо. – Она закрыла лицо руками. Когда она отняла их, глаза ее были холодны и сухи. – Хорошо. Но к Кэму пойду я.
– Думаю, она просто слиняла. – Мик Морган отпил кофе и кивнул Кэму. – Ты ведь ее знаешь. У Сары шило в одном месте, она может выкинуть, что угодно.
– Возможно. – Кэм продолжал отстукивать на машинке донесение. – Хотя странно, что она оставила деньги. По словам ее матери они здорово ругались из-за этого ее маленького приработка. Но Сара сказала ей, что не собирается долго зарабатывать таким способом. Утверждала, что у нее наклевывается стоящая работа, и она вскоре встанет на ноги.
– Может, просто болтала, – предположил Мик. Ему не нравилось, как Кэм подбирается к этому делу. Он и подумать не мог, что кто-нибудь забеспокоится из-за того, что Сара Хьюитт исчезла из города.
– А может, вбила себе что-то в голову и сорвалась с места. Бьюсь об заклад, через пару дней она вернется. – Он поставил кружку на стол и вздохнул. – Женщины для меня загадка, Кэм, это точно уж. Моя жена как-то целую неделю проторчала у своей матери, и все из-за того, что я разругал ее мясной рулет. Их не поймешь.
– Согласен. – Он вытащил лист из машинки. – Но вернее будет объявить на нее розыск. Бад здорово расстроен. Возможно, понадобится, чтоб ты пару дней поработал за него.
– О чем речь. Он отличный парень, этот Бад. Никак не могу взять в толк, как это получилось, что его сестрица покаталась по такой дорожке. Так мне проехаться по маршруту Бада?
– Будет здорово. Он сейчас у своей матери. Но допей сначала кофе. Есть еще время.
– Не важно, если и не допью. – Он отвалился назад, и стул под ним заскрипел. – А занятно, что ты нашел всю эту муру там на ферме. Кого-кого, а уж Биффа Стоуки я меньше всего заподозрил бы в делишках с наркотиками. Он, конечно, здорово любил пивко, но никак не могу представить его сующим себе под нос этот порошок.
– Вот и задумаешься, так ли хорошо мы знаем друг друга. Ты ведь играл с ним в покер, верно?
– Ну, иногда. – Мик ностальгически улыбнулся. – Обычно мы собирались компанией, напивались, ели сэндвичи с салями и играли на ставку не выше четверти доллара. Строго говоря, не совсем законная игра, но никто ведь не жалуется на всякие штучки в игорных домах, скажем Лас-Вегаса.
– Наркотики?
Этот простой вопрос вызвал у Мика недоумение. – Да брось, Кэм. Неужели ты думаешь, что кто-то из этих ребят занимался бы таким делом, сидя рядом со мной? Не могу представить себе, чтоб Руди вдруг затянулся сигаретой с травой, а ты?
Кэм ухмыльнулся, пытаясь вообразить себе это. – Нет, не могу. Но дело в том, что в наших краях трудно себе представить и наркотики и убийство. Однако, мы имеем дело и с тем, и с другим.
– Я бы сказал, что оба эти дела связаны. Похоже, Бифф запутался, а какой-то торговец наркотой из Вашингтона разделался с ним.
Кэм неопределенно хмыкнул. – Сегодня я узнал еще одну странную вещь. Паркер и его жена мертвы.
– Шериф Паркер? – Мик выпрямился. Внутри у него все затряслось. – Бог мой, как это случилось?
– Дом загорелся. Они жили на озере во Флориде.
– В Лодердейле.
– Нет.—Кэм сцепил руки.—Из Лодердейла они уехали. Дело в том, что в последний год они часто переезжали. Кружили по всему штату.
– Зуд в ногах.
– В каком-то месте точно зуд. Я жду рапорта из их полиции и пожарного отдела.
В своем воображении на месте Кэма Мик увидел Паркера с выпирающим из-под пояса пузом, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы очнуться. – Для чего?
– Разберусь, когда увижу их. – Он поднял глаза на входящую Клер. Прикрыв бумагами только что отпечатанное им донесение, он улыбнулся ей. – Привет.
– Привет. – Она с трудом выдавила из себя улыбку. – Добрый день, мистер Морган.
– Привет. Слышал, ты выполняешь какой-то важный заказ для модного музея?
– Похоже, что так. – Она поставила на конторку сумку с книгами. – Я помешала?
– Нет. – Мик снова отставил кружку. По одному только взгляду Кэма он понял, что о деле Паркеров не стоит распространяться вслух. – Мы просто нагуливаем Жирок.
– Я бы хотела поговорить с тобой, – сказала она Кэму. – Если у тебя найдется минутка.
– Найдется даже несколько. – Он видел ее озабоченность и взглянул на Мика.
– Пожалуй, мне пора отправляться. – Помощник встал. – В семь я вернусь отметиться.
– Благодарю.
– Рад был тебя видеть, Клер. – Проходя мимо, он похлопал ее по плечу.
– Взаимно. – Она подождала, пока Мик закрыл дверь и сразу же взяла быка за рога. – Я не думаю, что это имеет какое-то значение. Более того, не считаю, что это как-то затрагивает тебя. Но…
– Уф. – Он поднял ладонь, затем взял ее руку. – Мне что, сдаваться?
– Прости, – сказала она уже более спокойным тоном. – Дело в том, что я поцапался с Блейром и недовольна тем, что из этого вышло.
– Хочешь, чтоб я его вздул за то, что он тебя обидел?
– Нет. – Тут она чуть улыбнулась. – Я сама могу постоять за себя. Кэм, не хочу, чтобы ты думал, что я скрывала это от тебя. Я воспринимала это – и продолжаю воспринимать – как сугубо семейное дело.
– Ты не хочешь просто рассказать мне все? Не говоря ни слова, она выложила книги из сумки прямо на стол. Он начал рассматривать их, одну за другой. Он уже видел пару таких книжек у Биффа или же в библиотеке. Пока он разглядывал книги, Клер закурила.
Книги были старые, явно зачитанные. На некоторых страницах виднелись следы от кофе или спиртного. Некоторые абзацы были подчеркнуты, уголки загнуты.
– Где ты их взяла?
Она выдохнула сигаретный дым. – Это книги моего отца.
Не отводя от нее взгляда, он отложил их в сторону. – Лучше сядь и объясни.
– Лучше я постою и объясню. – Она еще раз нервно затянулась и выдохнула. – Я нашла их в коробке на чердаке. В бывшей конторе моего отца. Не знаю, был ли ты в курсе, но он страшно увлекался религией. Вообще всеми религиями. У него были книги и по исламу, индуизму, целые полки книг о католицизме– вообще о любом возможном «изме». Блейр как будто считает, что мне следовало принести тебе именно эти.
– Тебе следовало так сделать.
– Я так не считаю. – Она затушила сигарету, разломав ее пополам. – Но так как Блейр упорно настаивал, я сказала, что принесу их. Вот я и принесла.
– Присядь, Худышка.
– У меня нет настроения подвергаться допросу. Я принесла их тебе, и теперь ты можешь с ними все что угодно делать.
Он молча изучал выражение ее лица. Глаза ее слишком блестели, а рот начинал дрожать. Кэм встал со стула и обошел конторку. Она так и стояла в напряженной позе, когда он обнял ее.
– Я знаю, что это нелегко.
– Нет, не знаешь. Не можешь знать.
– Если бы у меня был выбор, я бы велел тебе убрать книги и уйти, чтобы мы могли сделать вид, что этого никогда не было. – Он отстранился. – Но у меня нет выбора.
– Он был хорошим человеком. Мне пришлось выслушивать ужасные вещи о нем от других людей. Не думаю, что смогу это во второй раз.
– Я сделаю все, что в моих силах. Это все, что я могу обещать.
– Я хочу, чтобы ты попытался поверить в него. Хочу, чтобы ты понял, что то, что он владел этими книгами, читал их, изучал, даже отчасти верил написанному в них, еще не означает, что он был дурным человеком.
– Так позволь мне попробовать доказать это. Пожалуйста, сядь.
Она села, скованная, сцепив руки на коленях.
– Клер, когда-нибудь он говорил с тобой об этих книгах или о том, что в них?
– Нет. Никогда. Он говорил о религиях вообще. Это было важнейшей темой, особенно после того… после того, как он начал пить. Он вернулся в лоно церкви. Он получил католическое воспитание, но у него был особый взгляд на религиозное устройство, именно из-за его воспитания.
– Когда он вернулся к церкви?
– Когда мне было семь-восемь. Для него это стало очень важным. Кончилось тем, что мы с Блейром стали посещать уроки закона Божьего и прошли Первое причастие. Ну и все, что полагается.
– Это было примерно двадцать лет тому назад?
– Да. – Она едва заметно улыбнулась. – Время бежит. Он сделал себе пометку, размышляя, как это могло быть связано с остальным. – Ты задумывалась, почему он это сделал?
– Конечно. Но тогда я была слишком мала, чтобы об этом задумываться. Кроме того, мне нравилась сама служба, музыка, одежда священника. Словом, весь ритуал. – Она внезапно замолкла, ощутив неловкость от ею же самой употребленных слов. – Позже, пожалуй, мне стало казаться, что с годами он как бы поставил барьер между самим собой и тем, против чего он бунтовал в юные годы. Наверное, ему не хватало ощущения безопасности и привычности. Тогда ему было примерно столько, сколько мне сейчас, – пробормотала она, – около тридцати. И он уже начинал задумываться, как пройдет оставшаяся часть жизни. К тому же он беспокоился и о нас с Блейром. Из-за того, что мы не получили религиозного воспитания. Ему казалось, что он как бы слишком перестарался в этом отношении, стремясь стать прямой противоположностью своим родителям.
– Он говорил об этом?
– Да. Я помню, как он почти эти же слова говорил моей матери. Отец был одним из тех, кого моя мать называла вечно озабоченным. Его постоянно волновало, правильно он что-то сделал или нет, а если правильно, то насколькохорошо он это сделал. Он отчаянно старался не воспитывать нас насильно в религиозном духе. Кэм.он не был фанатиком. Просто он был человеком, изо всех сил стремящимся к самосовершенствованию.
– Когда она запил. Клер?
– Собственно говоря, я не знаю. – Она стала нервно сплетать пальцы, лежавшие на коленях. – Это произошло не вдруг, а постепенно. Поначалу никто из нас не замечал этого. Я помню, как после обеда он выпивал порцию виски с содовой. Затем стал выпивать две порции. А потом уже и вовсе без содовой.
Горечь, звучавшая в ее голосе, заставила его взять ее беспокойные руки в свои. – Клер, я сам шел этой дорогой. Я не могу его осуждать.
– Я чувствую, что предала его. Разве ты не понимаешь этого? Я чувствую, что предаю, обсуждая его пороки и недостатки.
– Он был цельным человеком. У цельных людей всегда есть недостатки. Тебе не кажется, что он бы предпочел, чтобы ты признала их и все равно бы любила его?
– Ты говоришь, как мой психоаналитик. – Она встала и подошла к окну. – Мне было тринадцать, когда я впервые увидела его напившимся. Я пришла домой из школы. Блейр был на репетиции оркестра, а моя мать на собрании «Патриотов Эммитсборо» или что-то в этом роде. Отец сидел за кухонным столом и плакал над бутылкой виски. Меня напугал его вид, его пьяное рыдание, красные глаза. Он все время повторял, что просит прощения. Его слова было трудно разобрать, он с трудом пытался подняться. Затем упал. Он просто лежал на кухонном полу, рыдая и пытаясь извиняться. – Она нетерпеливо смахнула слезу. – Прости, детка. Мне очень жаль. Я не знаю, что делать. Я не могу исправить этого. Я не могу вернуться и изменить это.
– Изменить что?
– Его пьянство, надо полагать. Он не мог сдержать себя. Он считал, что не в силах ничего здесь изменить. Он сказал мне, что ни за что на свете не хотел, чтобы я видела его таким. Он просто обезумел от этого. Он не хотел, чтобы я увидела, узнала.
– Это случилось примерно в то время, когда он заключал сделку о строительстве торгового центра?
– Да. И чем ближе это шло к осуществлению, тем сильнее он пил.
Мой отец совершенно не годился в нарушители. Возможно, его амбиции и зашли слишком далеко, но за них он расплачивался угрызениями совести.
– Я хочу, чтобы ты попыталась вспомнить. Уходил ли он из дому по вечерам сколько-нибудь регулярно? Уходил ли с кем-то одним или с определенной компанией?
Она вздохнула и отвернулась. – Он был членом множества всяких обществ, Кэм. «Клуб оптимистов», «Рыцари Колумба» и все такое. Он часто уходил из дома на всякого рода собрания, ужины или показывал клиентам дома после конца рабочего дня. Я часто просила его взять меня с собой, но он обычно укладывал меня спать и говорил, чтобы я подождала, когда вырасту, и тогда он возьмет меня в партнеры. Однажды я потихоньку забралась в его машину…– Она запнулась, в глазах промелькнула паника, щеки побелели.
– Так ты забралась в его машину? – подсказал ей Кэм.
– Нет, нет, не так. Мне только приснилось, что я это сделала. Ты можешь оставить книги у себя, если считаешь, что они в чем-то помогут. Мне пора возвращаться.
Он взял ее руку раньше, чем она успела выскочить за дверь. – Что тебе приснилось, Клер?
– Ради Бога, Кэм. Мои сны – уж точно мое личное дело.
У нее было точно такое же выражение лица, как тогда, когда он пробудил ее от мучившего ее кошмара. – Куда он отправился в ту ночь?
– Я не знаю. Мне все это приснилось.
– Куда он пошел в этом твоем сне?
Ее тело стало безвольным, она как бы замкнулась в самой себе, когда он снова усадил ее в кресло. – Я не знаю. Это был сон. Мне было тогда всего пять или шесть лет.
– Но ты помнишь этот сон. Он тебе по-прежнему снится.
Она уставилась на книги на конторке Кэма. – Иногда.
– Расскажи мне, что ты помнишь.
– Этого на самом деле не было. Я проснулась в своей кровати.
– Что было до того, как ты проснулась?
– Мне приснилось, что я спряталась на заднем сиденье машины. Я знала, что он собирается куда-то из дома и хотела удивить его, показать, что я уже достаточно взрослая, чтобы стать его компаньоном. Но мы не поехали к какому-либо дому. Мы прибыли на открытое место. Там собрались и другие люди. Я подумала, что это что-то вроде собрания охотников из клуба, потому что все они были в длинных черных балахонах с капюшонаки.
«О, Боже, Худышка, – пронеслось у него в голове. – Что же ты там видела?»– Продолжай.
– Они были в масках, и мне показалось это странным, потому что ведь это не был праздник Хэллоуин. Дело было весной. Я спряталась в кустах и стала смотреть»
– Там были и другие мужчины. Кто именно?
– Я не знаю. Я не обращала на них внимания. Они образовали круг и позвонили в колокольчик. Там были и женщины. Две женщины в красных плащах. Одна из них сняла плащ и улеглась на что-то. Все это меня одновременно и завораживало, и смущало. Раздавалось песнопение, горел костер. Огромный костер. Мне хотелось спать, и я плохо понимала то, что видела. У человека в большой маске был меч. Он блестел под лунным светом. Тот человек произносил что-то, затем другие это повторяли.
– Что произносил?
– Я не могла этого понять. – Но она прочитала те книги и помнила. – Это были неизвестные мне имена.
– Имена?
– О, Боже, Кэм, имена, что в тех книгах. Вызывание демонов.
– О'кей. Успокойся.
Она провела по щеке тыльной стороной ладони. – Я замерзла и устала. Захотела, чтобы папочка отвез меня домой. Но я боялась, хотя и не знала, почему. Человек в маске дотронулся до женщины, стал ласкать ее. Принесли козленка, и он вынул нож. Я хотела убежать, но не смогла. Ноги не слушались меня. Мужчины сбросили свои балахоны, но остались в масках и начали танцевать вокруг костра. Я увидела своего отца. Увидела кровь на его руках. И я проснулась с криком в своей постели.
Он потянул ее со стула и мягко обнял, но глаза его, смотревшие поверх ее плеча, горели холодной яростью.
– Этого на самом деле не было, – повторяла она. – Ничего этого не было. Я проснулась в постели, как это обычно и бывает, когда мне снится этот сон. Рядом были отец и мать.
– Ты рассказала им о своем сне?
– Сначала не могла. Наверное, у меня случилась истерика. Я помню, как отец укачивал меня, гладил мне волосы и укачивал. Он все время повторял, что это сон, просто страшный сон, и что он не допустит, чтобы со мной случилось что-нибудь плохое.
Притянув ее к себе, Кэм долго смотрел ей в глаза. – Это не был сон. Клео.
– Нет, это был сон. – Руки ее тряслись, – Это, конечно же, был сон. Я лежала в постели. Рядом сидел мой отец. Я знаю, ты сейчас думаешь об этих книгах. Я тоже о них думала. Он, наверное, купил их позже. Он беспокоился из-за меня, из-за того, что мне приснился тот сон, и он все время повторялся. Он хотел во всем разобраться. Он беспокоился обо мне. После того случая он многие недели приходил перед сном в мою комнату и рассказывал всякие забавные истории, пел песни, просто сидел рядом.
– Я знаю, что он беспокоился о тебе. Знаю, что он любил тебя. Но мне кажется, он был втянут во что-то такое, чего сам не мог контролировать. Как это было с выпивкой, Клер.
Она с упрямой яростью затрясла головой. – Я не верю этому.
– Клер, он, наверное, места себе не находил при мысли, что ты видела его и все, что там происходило. И спустя годы тебе по-прежнему снятся эти кошмары, и он видит, что это не прекращается. Тогда он пытается выйти из игры. Возвращается к религии своего детства.
– Ты не знал его так, как я.
– Нет, не знал.
– Он никому никогда бы не причинил вреда. Он не был способен на это.
– Возможно, он никому кроме себя и не причинил вреда. Клер, мне ужасно не хочется задевать твои чувства, но мне придется копнуть поглубже. Понадобится вся возможная информация о той земельной сделке под торговый центр. И о смерти твоего отца тоже.
– Зачем? Какое значение это имеет теперь?
– Потому что, то, что ты видела в ту ночь, все еще продолжается. Ты еще кому-нибудь рассказывала об этом сне?
– Нет.
– И не рассказывай.
Она кивнула. – Так мы закончили?
– Нет. – Он снова притянул ее к себе, не обращая внимания на ее неподатливость. – Я все равно тебя выслежу, Худышка, – пробормотал он. – Ты можешь отступить, построить стену, убежать и замести следы. Но я все равно тебя выслежу.
– Сейчас я просто не в состоянии думать о наших отношениях.
– Нет, можешь. – Он приподнял ее за подбородок, и их глаза встретились. – Потому что, когда все закончится, останется только это. Я люблю тебя. – Он сжал ее крепче, когда она уже была готова отвернуться. – Черт возьми, это тебе придется проглотить раз и навсегда. Я люблю тебя, и я никогда не думал, что буду к кому-нибудь испытывать такое чувство. Но это факт.
– Я знаю. Если бы это случилось без того, остального.
– Но это случилось. Это самое главное. Я хочу знать, что ты собираешься с этим делать?
Она прижала руку к его щеке. – Наверное, отвечу тебе взаимностью. Вот, пожалуй, все, что я могу сейчас сделать.
– Отлично. – Он поцеловал ее. – Я бы хотел облегчить тебе все это.
– Я достаточно взрослая, чтобы устраивать свои дела сама. Я бы предпочла иметь друга, а не белого рыцаря.
– А как насчет друга и черной овцы?
– Приятное сочетание. Я не скрывала от тебя того, о чем только что рассказала. Нет, скрывала, – поправилась она раньше, чем он успел заговорить. – Прежде всего я скрывала это от самой себя. Мне нужно пойти домой и все обдумать. Ты хочешь подержать эти книги у себя?
– Да, Клер…– Он смахнул волосы с ее щек. – Нам придется снова обо всем этом поговорить, обсудить подробности, которые ты, может быть, вспомнишь.
– Я как раз боялась, что ты заговоришь об этом.
– Давай пойдем поужинаем куда-нибудь сегодня вечером. Что ты скажешь о мексиканском ресторанчике? У них там бумажные цветы в горшках.
– Отличная мысль. А давай поедем на твоем мотоцикле.
– Вот такая женщина мне по душе.
– Я буду готова в семь. – Она подошла к двери, затем остановилась. – Рафферти, ты просто невероятно мне облегчил все это. Я тебе очень признательна.
Оставшись один, он уселся за стол и стал изучать свои записи. По мере их изучения у него возникло убеждение, что в дальнейшем он уже не сможет ничего облегчить.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Обожествлённое зло - Робертс Нора



Захватывающий роман! Читайте!
Обожествлённое зло - Робертс НораМарина
4.10.2012, 19.32





Роман скорее не любовный, а детективный. Захватывает ближе к концу.6 из 10
Обожествлённое зло - Робертс НораТатьяна
19.06.2014, 9.00





Очень много сцен насилия, читать страшно, но интересно. Во время чтения о любви как-то не думается. Вопросы только: кто они? кого еще убьют? Роман захватывающий, ни капли юмора, глупости или наивности. Финал с троеточием. 10 баллов.
Обожествлённое зло - Робертс НораВиталия
4.06.2015, 10.10








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100