Читать онлайн Ночные кошмары, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночные кошмары - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.22 (Голосов: 27)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночные кошмары - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночные кошмары - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Ночные кошмары

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Он проснулся от пения птиц. Тело ныло, голова кружилась. Ной сел, натянул джинсы и вспомнил о завтраке. Острый запах земли и сосновой хвои не мог заглушить восхитительный аромат кофе. Подумав об Оливии, он чуть не заплакал от благодарности.
Надо же, она успела развести костер и сварить кофе… Ной обжег пальцы о ручку, негромко чертыхнулся и только тут увидел лежавшую рядом аккуратно сложенную тряпочку.
Хватило одного хорошего глотка, чтобы у него прояснились глаза и заработал мозг. «Благослови господь женщину, которая понимает, что такое крепкий черный кофе», – подумал он и пошел к реке искать Оливию.
Над водой извивались струйки тумана, окрашенные солнечными лучами в золотой и серебряный цвета. У излучины ручья лениво пило воду стадо оленей. Напившись, они неторопливо исчезли в гуще деревьев.
И тут он увидел ее. Волосы Оливии были мокрыми, тело светилось. Она плыла в позолоченном тумане и следила за ним. Этот неземной мерцающий свет делал ее похожей на нереиду, богиню здешних глухих мест.
От движений ее рук по воде шла рябь, плечи вздымались над поверхностью воды. Туман расступался перед ней, а потом смыкался снова.
– Я не думала, что ты так рано проснешься. – Голос ее был спокойным, но глаза пылали.
– Я жаворонок. Как вода?
– Мокрая.
«И холодная», – подумал он. Но все же допил остатки кофе, отставил чашку и принялся снимать джинсы. «Что тебя тревожит, Оливия? – подумал он. – Что нынешняя ночь больше не повторится? Или наоборот?»
Прикосновение ледяной воды к обнаженной коже было обжигающим. Ной поморщился и увидел, что губы Оливии насмешливо искривились. Поэтому он подавил готовый вырваться крик, скользнул в воду и представил себе собственное посиневшее тело.
– Ты права, – сказал он, изо всех сил стараясь не стучать зубами, – она действительно мокрая.
Ее удивило, что Ной держался на расстоянии двух гребков. Оливия ждала, что он подплывет вплотную. Но он никогда не делал того, чего от него ждали. И это тревожило ее больше всего.
Когда Ной все же подплыл к ней, Оливия почти успокоилась. Это было логично. Утренний секс, основная человеческая потребность. А потом они, как полноправные партнеры, смогут заняться делом.
Но Ной коснулся ее всего лишь кончиками пальцев и заглянул в лицо.
– Замечательный кофе, Лив.
– Если после первого глотка ты не вскакиваешь как ошпаренный, это не кофе.
– Куда мы сегодня? Она нахмурилась.
– Я думала, ты хочешь приступить к интервью.
– Дойдем и до этого. Здесь есть какой-нибудь маршрут, который тебе нравится?
«В конце концов, это его дело», – напомнила себе Оливия и пожала плечами.
– Есть один. Горный. Замечательные виды, альпийские луга…
– Подходит. Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе? Она вскинула глаза.
– Что?
– Хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, или предпочитаешь, чтобы я этого не делал?
– Мы спали с тобой, – осторожно ответила она. – И это было неплохо.
Он коротко фыркнул.
– Можешь не льстить моему самолюбию. – Ной отвел от ее лица влажную прядь. – Я спрашивал не об этом. Просто хочу знать, хочешь ли ты, чтобы я притронулся к тебе сию минуту. – Когда их глаза встретились, Ной провел пальцем по ее шее и плечу. – И занялся с тобой любовью. Прямо сейчас.
– Ты уже прикасаешься ко мне.
Палец Ноя спустился ниже, вошел в нее, и по коже Оливии побежали мурашки.
– Да или нет? – пробормотал он, когда у Оливии захватило дух.
В животе стало горячо, бедра встрепенулись, по телу пробежала судорога наслаждения. Не в силах справиться с собой, Оливия запустила пальцы в волосы Ноя и притянула его голову к себе.
– Да, – сказала она, прильнув к его губам.
Она обвила ногами его талию, готовясь к головокружительной скачке и изнывая от желания поскорее достичь оргазма. Но Ной обхватил руками ее бедра и заставил подниматься и опускаться, подниматься и опускаться, пока Оливия не простонала его имя.
Ему казалось, что вода вот-вот вспыхнет ярким пламенем. Как он жил до сих пор без ее близости? Длинные руки и ноги, сильные и стройные; нежная, упругая кожа, искрящаяся на солнце… Он заставил Оливию откинуть голову, чтобы поцелуй мог длиться как можно дольше. Тем временем солнце прорвалось сквозь туман и превратило окружавшую их воду в прозрачное движущееся зеркало.
Он уперся ногами в каменистое дно и вошел в нее одним длинным, плавным рывком.
– Держись за меня, Лив, – хрипло прошептал он, зарылся лицом в ее шею и услышал протяжный стон. – Сожми меня. – Тело Оливии свело сладостной судорогой, и ее мышцы стиснули его горячими тисками.
Сквозь барабанный бой сердца, эхом отдававшийся в голове, Оливия слышала бормотание Ноя, но не разбирала слов. Его голос был еще одним слоем бархата, еще одним источником неслыханного наслаждения. Однако это не помешало ей ощутить, что его тело напряглось. Она крепко обхватила Ноя и быстро задвигалась, стремясь вместе рухнуть с последнего обрыва.
Но он не отпустил ее. Оливия ждала, что он разожмет руки, отодвинется, торжествующе улыбнется, вылезет из воды и нальет себе вторую чашку кофе.
Она снова ошиблась. Ной крепко держал ее, прижимал к себе, водил губами от виска к подбородку. И это нежное, успокаивающее движение потрясло ее сильнее, чем секс.
«Нужно отодвинуться, – подумала Оливия. – Скорее, пока Я не растаяла».
– Вода холодная.
– Холодная? Ледяная, черт побери! – прошептал он, посасывая мочку ее уха и наслаждаясь стуком ее сердца. – Знаешь, как только ты приходишь в себя, твое тело напрягается. Почему?
– Не понимаю, о чем ты говоришь. Давай вылезать. Нам нужно начинать, если…
Он повернул голову и зажал ей рот поцелуем.
– Мы уже начали, Лив. Начали, и очень давно. – Ной взял ее за подбородок, потом отпустил и подтолкнул к берегу. – Вопрос в том, чем это кончится.
Оливия сделала яичницу из порошка, и они запили ее кофе. Ной согласился с тем, что лагерь сворачивать не нужно, и предложил пройти по кольцевому маршруту, чтобы вернуться часов через пять.
Они надели легкие рюкзаки и начали восхождение по крутой тропе. Справа от них пролегло ущелье, слева тянулся к небу лес. Они шли против течения реки, поднимаясь туда, где парили орлы и редко ступала нога человека.
Оливия шла по головокружительным подъемам и спускам так же, как другие женщины двигаются по танцевальной площадке – с непринужденной грацией, свидетельством чрезвычайной уверенности в себе.
– Если бы я построил здесь дом, то не смог бы ударить палец о палец. Только смотрел бы и смотрел кругом…
Ну почему он не такой простой и мелкий, как ей хочется?
– Эта земля принадлежит штату.
Ной только покачал головой и взял ее за руку.
– Помечтай минутку. Мы с тобой единственные люди на свете и поселились в этих местах. Можно провести здесь всю жизнь, любуясь этой красотой.
Голубое, белое, зеленое и серебряное. Мир состоял из этих ярких цветов; остальные были представлены лишь неясными пятнами. Горные пики, ущелья и стремительно бегущая вода. Ощущение его теплой руки. Как будто, так и должно быть…
А больше никого и ничего. Ни страха, ни боли, ни воспоминаний, ни завтра.
Оливия поняла, что она грезит, и поспешила вернуться к действительности.
– Ты бы не так радовался, если бы оказался здесь в разгар зимы. Сидел бы с отмороженной задницей, и некому было бы принести тебе горячую пиццу.
Спокойный и терпеливый взгляд Ноя заставил ее устыдиться.
– О чем бы ты больше всего тосковала, если бы не могла вернуться назад?
– О моих родных.
– Я не имею в виду людей. Чего тебе здесь не хватало бы?
– Зелени, – не успев подумать, ответила она. – Зеленого света и зеленого запаха леса… Здесь все другое, – продолжила Оливия, когда они пошли дальше. – Открытое, холодное, с голыми вершинами.
– И негде спрятаться.
– Я не прячусь… Вот это исландский мох, – сказала Оливия, показывая рукой на мохнатый желто-зеленый клубок. – Самый полезный из лишайников. В Швеции его продают как лекарство. – Она заметила его взгляд. – Что?
– Мне нравится отрывистый тон, которым ты начинаешь читать лекцию по естествознанию, когда расстраиваешься.
– Если ты не хочешь знать, на что смотришь, дело твое.
– Нет, хочу. Но когда ты говоришь о лишайниках и грибах, меня охватывает дикое желание заняться с тобой любовью.
– Кажется, я знаю место, которое придется тебе по вкусу, – Оливия постаралась отвлечь Ноя от волнующих мыслей и начала взбираться на скалу.
Тропа привела их к опушке леса, выросшего на крутом склоне. На краю опушки громоздились камни. В их трещинах росли цветы, отчаянно цеплявшиеся корнями за тонкий слой почвы.
Ной издалека услышал шум воды и улыбнулся, как мальчишка, когда они прошли мимо утеса, с вершины которого срывался рокочущий водопад. Отчаянно хотелось остановиться и набрать охапку цветов.
Мышцы начинали гореть, ноги просили отдыха. Ной готов был сдаться, когда Оливия поднялась на очередной утес, обернулась и протянула ему руку.
– Кажется, кольцевой маршрут был рассчитан на пять часов, верно? – Слегка запыхавшийся Ной схватился за ее руку и забрался наверх. – Потому что иначе я… О боже!
Он забыл усталость и залюбовался открывшимся зрелищем.
Перед ним было море цветов. Разноцветные потоки струились через зелень и тянулись к поросшему лесом пику, который вонзался в голубое небо, как башня замка. Белые пятна снега, мерцавшие на камне и просвечивавшие сквозь деревья, заставляли считать цветы еще большим чудом.
Белые, желтые, голубые бабочки порхали над лепестками и садились на них, изящно сложив крылья.
– Потрясающе. Невероятно. Вот здесь мы и поставим дом. На этот раз она засмеялась.
– Это что, люпин?
– У тебя хороший глаз. В цветах ты разбираешься. Тут я тебе не нужна.
– Нет. – Ной снова взял ее за руку. – Нужна. Дело того стоило. – Он быстро повернулся, и нежный поцелуй застал Оливию врасплох. – Спасибо.
– В «Риверс-Энде» есть все. Были бы деньги. – Оливия хотела отвернуться, но Ной схватил ее за руки и притянул к себе.
– Не надо. – Она закрыла глаза еще до того, как почувствовала прикосновение его губ.
– Почему?
– Я… – Она снова открыла глаза, но ничего не смогла поделать с отражавшимися в них чувствами. – Не надо… Пожалуйста…
– Ладно. – Вместо этого он поднес к губам руку Оливии и поцеловал каждый палец, следя за ее затуманившимися глазами.
– Что ты ищешь, Ной?
Не сводя с нее глаз, Ной раскрыл ее сжатую в кулак руку и поцеловал в ладонь.
– Уже нашел. Осталось только сорвать.
Похоже, сделать это можно было только одним способом.
– Лив, давай сядем. Это подходящее место. И подходящее время. – Ной сбросил с плеч рюкзак, залез в него, достал диктофон и сел на обломок скалы.
При виде диктофона у Оливии перехватило дыхание.
– Я не знаю, как это делается.
– А я знаю. Но сначала хочу тебе кое-что сказать. – Он положил диктофон рядом с собой и вынул блокнот. – Я думал бросить эту книгу. Или хотя бы отложить ее, как сделал шесть лет назад, когда причинил тебе боль. – Он открыл блокнот и поднял глаза. – Но на сей раз это не привело бы ни к чему хорошему. Эта мысль все равно жила бы в моем мозгу. Всегда. И в твоем тоже. Лив, я не знаю, стоит ли это между нами или, наоборот, объясняет, почему мы оказались здесь вместе. Но твердо знаю одно: если мы не покончим с этим делом, то будем бежать на одном месте. А мне нужно двигаться вперед. Как и тебе.
– Я сказала, что сделаю это. И сдержу слово.
– И будешь меня ненавидеть? Осуждать за то, что я вытащил это на поверхность? Так же, как ненавидела тогда в гостинице?
– Ты лгал мне.
– И жалею об этом больше всего на свете.
Оливия ждала, что Ной начнет отпираться, объяснять, оправдываться. Ей следовало быть умнее. Он был человеком чести, обладал совестью и чувством сострадания. Личностью. Именно этим все и объяснялось.
– Разве я ненавижу тебя, Ной? Разве можно ненавидеть человека за то, что он честно делает свое дело? Но мои чувства касаются только меня.
– Больше нет. – Тон Ноя был небрежным, но Оливия слышала в нем стальную решимость. – Но мы поговорим об этом… о нас… позже.
– О нас? Нас нет.
– Ошибаешься. – На сей раз сталь сверкнула в его глазах. – Сядь, пожалуйста.
– Не хочу. – Однако она сняла с плеч рюкзак и открыла бутылку воды.
– Как хочешь. Расскажи о своей матери.
– Когда она умерла, мне было четыре года. Ты мог бы больше узнать о ней из других источников.
– Когда ты думаешь о ней, что вспоминаешь в первую очередь?
– Ее запах. Запах, который хранился в одной из бутылочек на трельяже. Я считала их волшебными. Там был синий флакон с обвивавшей его серебряной полосой. Этот запах был неповторимым. Теплым, нежным, с легкой примесью жасмина. Ее кожа всегда была пропитана этим ароматом, и, когда мама обнимала меня или брала на руки, он был самым сильным вот здесь… – Она приложила руку к шее. – Я любила тыкаться туда носом, а она смеялась.
Она была такая красивая… – задумчиво сказала Оливия, отвернулась и уставилась на море цветов. – Но ты не можешь этого знать. Я видела все ее фильмы. Много раз. Но в жизни она была в тысячу раз красивее. Пленка этого не передает. Она двигалась как танцовщица и не признавала земного тяготения. Я знаю, что она была блестящей актрисой. Но она была и чудесной матерью. Терпеливой, веселой и… заботливой. Старалась как можно чаще быть со мной, уделять мне внимание и показать, что я для нее – самое главное на свете. Ты понимаешь?
– Да. Мне повезло. Я сам вырос в такой атмосфере. Она сдалась и села рядом.
– Думаю, я была избалованной. Мне уделяли много времени и внимания, дарили игрушки, покупали сладости…
– Я считаю испорченными только тех детей, которые не ценят этого. А ты… Тебя просто любили.
– Она очень любила меня. Я никогда не сомневалась в этом. Даже тогда, когда она ругала меня за что-нибудь. А я ее обожала. Подражала ей во всем. Привыкла смотреться в зеркало и думать, что вырасту такой же, как мама.
– Ты действительно очень похожа на нее.
– Нет! – Она порывисто вскочила. – Я не красавица. И не хочу ею быть. Обо мне никогда не будут судить по внешности, как часто, слишком часто судили о ней. Именно это ее и убило. В сказках чудовища всегда убивают красавиц.
– Значит, ты считаешь, что она погибла из-за собственной красоты?
– Да. Потому что ее желали. Потому что мужчины хотели ее, а он не смог этого вынести. Не смог смириться с тем, что привлекло к ней его самого. Ее лицо, тело, осанка. Если это влекло его, то влекло и других мужчин, а других быть не могло. Он мог удержать ее только одним способом: уничтожив. Как бы она ни любила его, этого было недостаточно.
– А она любила его?
– Она плакала из-за него. Не думала, что я знаю об этом. А я знала. Однажды вечером она сидела с тетей Джейми и думала, что я уже сплю. Это было летом, когда темнеет поздно. Они сидели в маминой комнате, а я стояла за дверью и видела в зеркале их отражение. Они сидели на кровати. Мама плакала, а тетя Джейми ее обнимала.
Оливия снова увидела их обеих. Так же, как видела тогда.
– Что я буду делать? Джейми, что я буду без него делать?
– Все будет хорошо, Джулия. Ты справишься с этим.
– Это больно. – Джулия уткнулась в плечо Джейми, стремясь почувствовать силу, в которой так нуждалась. – Я не хочу терять его, терять все, что у нас было. Но не знаю, как его удержать.
– Джулия, ты знаешь, что жить так, как ты жила эти последние месяцы, нельзя. – Джейми слегка отодвинулась и отвела от лица сестры золотую прядь. – Он причинил тебе боль. Не только душевную, но и физическую. Я не могу видеть эти ужасные синяки.
– Он не хотел этого. – Джулия вытерла руками слезы и встала. – Во всем виноваты наркотики. Они меняют его. Не понимаю, почему он снова стал их принимать. Неужели он находит в них то, чего не могу дать я?
– Сама послушай, что ты говоришь. – Джейми тоже поднялась на ноги. В ее голосе слышался сдержанный гнев. – Разве ты виновата в этом? В том, что он тешит свое самолюбие кокаином, таблетками и алкоголем?
– Нет, нет, но если бы я могла понять, чего ему не хватает и почему он ищет в наркотиках то, чего там нет… О господи. – Она крепко зажмурилась и провела рукой по волосам. – Мы были так счастливы. Джейми, ты же знаешь, мы были счастливы. Были друг для друга всем, а когда родилась Ливи, это было похоже на… на то, что круг замкнулся. Почему я не заметила, что этот круг начал трещать? Велика ли была брешь, когда я поняла, что случилось? Джейми, я хочу вернуться. Хочу вернуть себе мужа. – Она повернулась и прижала руку к животу. – Хочу еще одного ребенка.
– О боже… Ох, Джулия. – Джейми сделала два шага к сестре и обняла ее. – Неужели ты не понимаешь, что сейчас это было бы ошибкой? Именно сейчас?
– Может быть. Но это могло бы стать ответом на все вопросы. Вчера вечером я разговаривала с ним. Роза приготовила чудесный обед. Со свечами и шампанским. И я сказала ему, что хочу второго ребенка. Сначала он был так счастлив. Стал прежним Сэмом. Мы смеялись, обнимали друг друга и пытались придумать ребенку имя. Так же, как было с Ливи. А потом его настроение внезапно изменилось. Он нахмурился, отдалился и сказал… – По ее щекам вновь потекли слезы. – «Откуда я знаю, что этот ребенок будет моим? А вдруг ты уже носишь ублюдка от Лукаса?»
– Сукин сын! Как он смел сказать тебе такое?
– Я ударила его. Ударила, не успев подумать, а потом велела ему убираться к чертовой матери. И он убрался. Посмотрел на меня, как на пустое место, и ушел. Я не знаю, что делать.
Она снова села на кровать, закрыла лицо руками и заплакала.
– Не знаю, что делать.
Ной молча следил за Оливией, которая стояла, прикрыв живот рукой. Так же, как это делала ее мать. Она помогла ему увидеть спальню, полную женского горя и отчаяния. Оливия виртуозно и непринужденно передавала чужие слова, интонации и жесты.
Не глядя на него, Оливия вытянула руку.
– Я вернулась в свою спальню и сказала себе, что мама репетирует. Она часто это делала. Я сказала себе, что мама будет играть в кино и что она говорила не о моем отце. Я легла спать, а ночью проснулась и увидела, что он стоит в моей комнате. Он включил мою музыкальную шкатулку, и я была счастлива. Я попросила его рассказать мне сказку.
Тут Оливия посмотрела на Ноя, и ее глаза прояснились.
– Он был под кайфом. Но тогда я этого не знала. Только понимала, что он сердится. Он кричал и сломал мою музыкальную шкатулку. Я понимала, что мой папа не такой, каким был всегда. А потом прибежала мама, и он ударил ее. Я спряталась в шкаф. Потом она пришла, села со мной и стала говорить, что все будет хорошо. Она вызвала полицию по моему маленькому телефону и подала на развод. А через неполных четыре месяца он вернулся и убил ее…
Ной выключил диктофон, сполз с камня и шагнул к ней.
Оливия поспешно отступила.
– Нет. Я не хочу, чтобы меня обнимали. Не хочу, чтобы успокаивали.
– До чего же ты упрямая… – Ной обвил ее руками и крепко сжал, когда Оливия начала вырываться. – Прислонись ко мне на минутку, – пробормотал он. – Это не больно.
– Ты мне не нужен! – гневно сказала она.
– Все равно прислонись.
Она сделала еще одну попытку вырваться, а потом сдалась. Положила голову на его плечо и обняла за талию.
Оливия прислонилась к нему, но ее глаза остались открытыми. И слез в них не было.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночные кошмары - Робертс Нора



Хороший роман. Детективная линия развита больше чем любовная, но все вместе очень и очень неплохо. С подобным сюжетом есть роман у другого автора, пока не вспомнила у кого:)
Ночные кошмары - Робертс НораЮлия Р.
27.11.2012, 15.25





Хорошие романы. Аналогичный сюжет у этого же автора - роман "Лицо в темноте"
Ночные кошмары - Робертс НораСветлана
23.10.2014, 9.57





Замечательный роман. Обе линии интересны: и любовная , и детективная! Читается легко и быстро. Рекомендую. Твердая десятка!
Ночные кошмары - Робертс НораВиталия
25.01.2015, 15.37





ни чо кошмарного
Ночные кошмары - Робертс НораВова
27.05.2015, 21.52





согласен
Ночные кошмары - Робертс Норапавел
27.05.2015, 21.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100