Читать онлайн Ночь разбитых сердец, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 21 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ночь разбитых сердец - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.59 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ночь разбитых сердец - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ночь разбитых сердец - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Ночь разбитых сердец

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 21

– Останься! – Нэтан обнял Джо за талию, прижал ее спиной к своей груди и уткнулся лицом в шею. Ее волосы еще не высо­хли после душа, который они приняли вместе. Она пахла его мылом, и этот запах снова возбудил его. – Утром я приготовлю тебе завтрак.
Она обвила рукой его шею, удивляясь, что их близость со­всем не тяготит ее.
– Нэтан, мы все съели. Тебе просто нечего будет готовить.
– У меня есть хлеб! – Он прижался губами к изумительному изгибу ее шеи над самым плечом. – Я готовлю потрясающие гренки. Я знаменит своими гренками!
– Как ни аппетитно это звучит… Нэтан! – Тихонько засто­нав, она попыталась вывернуться из его рук, блуждающих по ее телу. – Мне действительно надо вернуться.
– Но сейчас всего лишь полночь.
– Уже второй час ночи.
– Ну, тогда уже практически утро, так что с тем же успехом можешь остаться.
Джо очень хотела остаться. А когда его губы нашли ее рот, это желание остаться стало нестерпимым.
– Мне кое-что надо уладить дома. Я должна извиниться перед Брайаном за то, что устроила ему такую встряску.
Джо положила ладони на его щеки, ее пальцы почувствовали на скулах и подбородке легкую щетину. Никогда прежде она не исследовала так внимательно мужское лицо.
– Но главное – мне надо подумать. – Она решительно от­странилась. – Так уж я устроена, Нэтан. Все всегда планирую заранее. А это для меня совершенно новая территория…
Он разгладил большим пальцем складку между ее бровями, вздохнул и заставил себя отказаться от приятного образа – ут­реннего пробуждения рядом с ней.
– Я отвезу тебя.
– Совсем не обязательно…
– Джо, – он положил руки ей на плечи, его тихий голос не допускал никаких возражений. – Я не отпущу тебя одну в тем­ноте.
– Но я не боюсь. Я больше ничего не боюсь!
– Отлично. И все же я отвезу тебя. Впрочем, можем начать спорить, но тогда я снова заманю тебя в спальню и отвезу домой утром. Кстати, у твоего отца есть ружье?
Джо засмеялась.
– Вряд ли он станет стрелять в тебя за то, что ты спишь со мной.
– А если он все-таки меня подстрелит, надеюсь, ты будешь за мной ухаживать?
– Я – южанка, – ответила Джо, выходя на веранду. – У ме­ня найдется нижняя юбка, которую можно разорвать на бинты.
– Тогда я, пожалуй, позволю подстрелить себя.
– У тебя есть опыт огнестрельных ранений? – спросила она, залезая в джип.
– Нет. – Он скользнул на водительское сиденье и завел дви­гатель. – Но мне вырезали миндалины. Как ты думаешь, на­сколько хуже пуля?
– Думаю, значительно хуже.
Джо вытянула ноги, откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Она устала, но эта усталость была изумительной! Все мыш­цы расслабились, голова приятно затуманилась. Воздух шелком струился по коже.
– Ночи на острове я люблю больше всего, – прошептала она. – Тишина звенит в ушах, никого нет, все спят. Можно по­чувствовать запах деревьев и воды. А шепот океана вдали похож на размеренный пульс.
– Да, здесь можно быть одному и не чувствовать одиночества.
– Знаешь, когда я была маленькой, то часто представляла, как осталась бы на острове одна на несколько дней. Все вокруг было бы моим! Я думала, что мне понравилось бы. Но потом мне это приснилось, и я испугалась. В том сне я бежала и бежа­ла… через дом, через лес, По пляжу. Я хотела кого-нибудь найти, кого угодно, чтобы хоть кто-нибудь был со мной! Но никого не было. Я была одна. И я проснулась в слезах и громко звала папу.
– А теперь ты фотографируешь одиночество…
– Наверное, – она вздохнула и открыла глаза. И в темноте увидела мелькающий огонек. – Смотри-ка, Кейт оставила для меня свет.
Как приятно… Как успокаивает мерцающий свет дома. Она смотрела на огонек, танцующий в деревьях, разгоняющий мрак, и думала, что когда-нибудь она сможет уходить отсюда и воз­вращаться без страха.
Когда они подъехали к концу аллеи, какая-то фигура подня­лась с качелей на веранде. Джо вздрогнула, ей стало страшно, но Нэтан накрыл ладонью ее руку.
– – Останься здесь. Запри двери.
– Нет, я… – Она судорожно вздохнула. – Это же Брайан! Она испытала облегчение и почувствовала себя страшно глу­пой. Нэтан кивнул, тоже узнав Брайана, вышедшего на свет.
– Хорошо. Пошли.
– Нет! – Она быстро сжала его ладонь. – Давай не будем все усложнять. Ему, наверное, необходимо наорать на меня, и я это заслужила. А кроме того, я не хочу, чтобы вы таращились друг на друга, пытаясь справиться с тем фактом, что вы друзья и ты спишь с его сестрой.
– Кажется, он не вооружен.
Он хотел рассмешить ее, и ему это удалось.
– Поезжай домой. – Она повернулась к Нэтану и удивилась тому, как легко, оказывается, наклониться к нему, прижаться губами к его губам. – Дай нам с Брайаном самим разрешить наши семейные проблемы. Мы слишком хорошо воспитаны, чтобы ругаться при тебе.
– Я хочу увидеть тебя завтра. Она открыла дверцу.
– Приходи завтракать… если не захочешь наслаждаться сво­ими знаменитыми гренками.
– Я приду.
Джо подошла к веранде, подождала, пока джип не дал задний ход, и поднялась по лестнице.
– Привет, – холодно сказала она Брайану. – Отличная ночь для отдыха на веранде.
Он пристально посмотрел на нее и вдруг оказался рядом так быстро, что она чуть не вскрикнула. Его руки крепко обхватили ее.
– Прости… Прости меня, Джо.
От изумления Джо лишилась дара речи, а потом все-таки вскрикнула, потому что он резко отстранился и хорошенько встряхнул ее.
– Но ты сама виновата, черт побери! Ты всегда была упря­мой, как десяток ослов!
– Что? – Обида победила изумление, и она изо всех сил толкнула его. – Какого черта? О чем ты? Отпусти меня, грубиян.
– Грубиян? Да я должен был надрать тебе задницу. Почему ты никому не сказала, что случилось? Почему не дала мне знать, когда попала в беду?
– Если ты немедленно не отпустишь меня…
– Не отпущу. Ты не меняешься, тебе ни до кого нет дела…
Брайан хрюкнул, потому что кулак Джо вонзился в его живот. Удар был таким неожиданным и сильным, что он не­вольно опустил руки.
– И это не изменилось. У тебя всегда был приличный удар. Шмыгая носом, Джо потерла плечи. Наверняка от его паль­цев останутся синяки.
– Ты явно не в состоянии вести разумный цивилизованный разговор. Так что я пойду спать.
– Один шаг к двери – и я переброшу тебя через колено и от­шлепаю.
Джо поднялась на цыпочки и приблизила лицо к лицу брата.
– Не смей угрожать мне, Брайан Хэтуэй.
– А ты не смей испытывать мое терпение, Джо Эллен. Я сидел здесь больше двух часов, умирая от страха за тебя, так что не в силах сражаться с тобой.
– Я была с Нэтаном, о чем ты прекрасно знал. И у тебя нет причин волноваться из-за моей сексуальной жизни. Брайан заскрежетал зубами.
– Не желаю об этом слышать! Даже думать не желаю! Мне нет дела до того, что ты с Нэтаном… Я говорю не об этом.
Джо с трудом подавила усмешку. Если бы она знала, как легко смутить брата, то воспользовалась бы этим много лет назад.
– Ну, ладно. – Довольная тем, что сравняла счет, она про­шла к качелям, уселась, вскинула голову и вытащила сигарету. – Так о чем ты желаешь слышать, думать и разговаривать?
– Джо, не разыгрывай из себя надменную южную красави­цу. Тебе это не идет.
Джо щелкнула зажигалкой.
– Уже поздно, я устала. Если тебе есть что сказать, говори, или я пойду спать.
– Ты не должна была оставаться с этим одна, – голос Брай­ана звучал тихо, и она внимательно посмотрела на него. – Ты не должна была справляться со своими страхами одна, лежать в больнице одна… Неужели ты действительно думала, что я не приду тебе на помощь?
Она медленно затянулась.
– Просто я решила, что так лучше. Это была моя проблема.
– Вот именно! – Брайан шагнул к ней и, поскольку ему очень хотелось сжать кулаки, сунул большие пальцы в передние карманы джинсов. – Твои проблемы, твои победы, твоя жизнь. Ты никогда не считала нужным разделить их с кем-то. С чего же вдруг тебе меняться?
– Брайан, посуди сам: чем бы ты мог помочь?
– Не знаю, но я мог быть там. И я был бы там! Это тебя шо­кирует, не так ли? – спросил он, прекрасно поняв ее взгляд. – А мне плевать! Какой бы ненормальной ни была наша семейка, ты не имела права сражаться в одиночку! И пока это не кончит­ся, ты не будешь одна. Я не позволю.
– Брайан, я уже была в полиции.
– Я знаю здешних полицейских… Кстати, любая безмозглая курица обратилась бы в полицию в Шарлотте, когда все это толь­ко началось.
Джо стряхнула пепел, снова затянулась.
– Не понимаю, чего ты хочешь: пристыдить меня или оскор­бить?
– И то, и другое.
Джо раздраженно отшвырнула сигарету. Красный огонек прорезал темноту и исчез.
– Но ведь я приехала домой, не так ли?
– Единственный разумный шаг, да и то только наполовину. Ты приехала в таком виде, словно тебя пять миль волокли по колдобинам, и никому ничего не рассказала. Кроме Керби. Ты ведь сказала Керби, когда я притащил тебя к ней? – Его глаза вспыхнули. – Ну ничего, с ней я разберусь позже.
– Оставь ее в покое. Я сказала ей только о нервном срыве, больше ни о чем. И она не обязана пересказывать любовнику истории болезни своих пациентов.
– Нэтану ты, наверное, тоже рассказала?
– Только сегодня вечером. Я все рассказала ему сегодня ве­чером, потому что считала это справедливым. – Чувствуя себя совершенно обессиленной, она потерла лоб. Где-то во мраке монотонно заухала сова, и Джо вдруг захотелось найти это дере­во, забраться на ветки и спрятаться в них. – Брайан, ты хочешь, чтобы я снова и снова переживала этот кошмар? Ты хочешь ус­лышать подробности? Мельчайшие детали?
– Нет, – он вздохнул и сел рядом с ней. – Нет, я не хочу му­чить тебя. Думаю, ты рассказала бы мне раньше, если бы все мы не были такими чокнутыми. Я тоже виноват, Джо. И напрасно пытался распалить себя, чтобы надрать тебе задницу, пока сидел здесь.
– Ну, вечером тебе не приходилось особенно стараться. Ты был так зол на меня, что выгнал из дома. Он расхохотался.
– Глупости! Как я мог выгнать тебя? Это и твой дом.
– Нет, Брайан, это твой дом. Он всегда был твоим больше, чем чьим-либо, – ласково сказала Джо. – Ты больше всех лю­бишь его, больше всех заботишься о нем.
– Тебя это задевает?
– Нет. Ну, может, немного, но в основном приносит облег­чение. Мне не надо беспокоиться, протекает ли крыша, потому что об этом беспокоишься ты.
Джо откинула голову, посмотрела на свежую белую краску веранды, на залитые лунным светом сады. Фонтан был выклю­чен на ночь, и лишь ветер нежно позванивал в воздухе, принося резкий аромат мускусных роз.
– Я бы не хотела жить здесь всегда. Очень долго я думала, что вообще не хочу бывать на острове. Но я ошибалась. Оказа­лось, что мне все это совершенно необходимо. Остров значит для меня гораздо больше, чем я могла себе представить. Я хочу знать, что могу вернуться домой в любое время. Могу сидеть на веранде в такую вот теплую, ясную ночь и вдыхать аромат ду­шистого горошка и жасмина, и маминых роз. Ни Лекси, ни я не могли бы остаться на острове навсегда, как ты. Но думаю, нам обеим необходимо знать, что «Приют» всегда стоит на холме и никто не запрет перед нами его двери.
– Никто никогда не запер бы.
– А мне часто снилось, что двери заперты и я не могу по­пасть внутрь. Никто не выходил, когда я звала, все окна остава­лись темными и пустыми. – Джо закрыла глаза, пытаясь вспом­нить весь сон. Она хотела проверить, сможет ли выдержать это теперь. – Я заблудилась в лесу. Мне было страшно, Я была одна и не могла найти дорогу. Потом я увидела себя на другом берегу реки. Только это была не я… Это была мама!
– У тебя всегда были странные сны.
– Может быть, я всегда была сумасшедшей? – Она криво улыбнулась и снова уставилась в ночь. – Брайан, я похожа на нее. Иногда мне становится страшно, когда я вижу свое лицо в зеркале. Скорее всего именно это толкнуло меня в пропасть. Когда стали приходить те фотографии, на всех них была я. Но мне показалось, что на одной из них – мама. Только она была мертва. Она была обнаженная, с открытыми глазами, безжиз­ненными, как у куклы… А я так похожа на нее!
– Джо…
– Но этой фотографии не существовало, – быстро сказала она. – Теперь я уверена, что вообразила ее. Брайан, я терпеть не могу свои изображения, потому что вижу на них маму!
– Джо, как бы ты внешне ни походила на нее, ты – не она. Ты сильная. Ты всегда заканчиваешь то, что начинаешь. Ты держишься.
– Но я тоже сбежала отсюда!
– Ты ушла, – поправил он. – Ты ушла, чтобы построить свою собственную жизнь. Ты не бросила жизнь, которую уже начала, ты не бросила людей, которые нуждались в тебе. Ты – не Аннабелл. – Он обнял ее за плечи и стал раскачивать качели. – И ты не безумнее любого из нас.
Джо засмеялась.
– Что ж, это очень утешительное заявление.


Было поздно, когда разгневанная Сьюзен Питерс вышла из коттеджа и направилась к маленькой бухточке. Они с мужем со­вершенно отвратительно поругались – тем более отвратитель­но, что пришлось ругаться очень тихо, чтобы не потревожить друзей, которые уже неделю жили с ними.
Том – идиот, решила Сьюзен. Сейчас она даже не могла по­нять, почему вышла за него замуж, и еще меньше понимала, по­чему оставалась его женой целых три года… не говоря уж о тех двух, что они прожили вместе до свадьбы.
Каждый раз, когда она упоминала о покупке дома, Том ста­новился совсем чужим и разражался тирадами о взносах, нало­гах и деньгах, деньгах, деньгах. Господи! Ради чего же они тогда надрываются на работе? Неужели им суждено всю жизнь сни­мать квартиру в Атланте?
Пусть все катится к черту, подумала она, вскидывая голову и отбрасывая за спину копну темных кудрей. Она хочет иметь свой дворик, маленький сад, кухню, в которой сможет готовить изысканные блюда, изученные на кулинарных курсах.
Но все, чего она до сих пор добилась от Тома, это «когда-ни­будь». О, когда же наступит это «когда-нибудь»?
Кипя от возмущения и отвращения, Сьюзен опустилась на песок, сняла туфли, устремила взгляд на волны, тихо набегав­шие на арендованную ими лодку. Дурацкую лодку, на которую у
Тома нашлись деньги, потому что, видите ли, ему хочется рыба­чить каждое утро на этом дурацком острове!
А ведь у них уже достаточно денег для первого взноса. Она оперлась локтями о колени и угрюмо посмотрела на плывущую над головой луну. Как же ей хочется жить в том милом домике на Персиковой улице. Она уже все разузнала, изучила и креди­ты, и ежемесячные взносы, и ставки процентов.
Конечно, первые пару лет им придется нелегко, но они спра­вятся. Она была так уверена, что Том изменит свое мнение, ус­лышав о том, как они вырвутся наконец из бесконечного круга ежемесячных платежей за квартиру! Но у нее ничего не вышло.
И последний удар – Мэри Элис и Джим собираются поселиться в том самом прелестном квартале. С каким упоением рассказывали они о магнолии на переднем дворе и маленьком патио
l:href="#note_4" type="note">[4]
за кухней!
Сьюзен вздохнула и пожалела, что рассказала Тому о своих планах, не дождавшись возвращения в Атланту. Там было бы легче обработать его. Она прекрасно знала, как важен выбор времени в общении с ее мужем. Однако восторги Мэри Элис и Джима так расстроили ее, что она не смогла удержаться.
Ну ничего! Когда они вернутся в Атланту, она покажет Тому тот дом на Персиковой улице, даже если ей придется тащить его за уши.
Сьюзен услышала шаги за спиной, но не обернулась.
– Если ты хочешь помириться со мной, Том Питерс, то зря пришел сюда. Я не перестала злиться на тебя. Может быть, ни­когда не перестану! – Разъяренная тем, что он даже не пытается разубедить ее, она обхватила руками колени. – Можешь воз­вращаться и ковыряться в своей чековой книжке, раз тебя ниче­го не интересует, кроме нее. Мне больше нечего сказать тебе.
Поскольку молчание за спиной затянулось, Сьюзен стиснула зубы и все-таки повернула голову.
– Послушай, Том… О! – Она увидела незнакомое лицо, и ее щеки вспыхнули от смущения. – Извините. Я приняла вас за кого-то другого.
Он улыбнулся, обворожительно улыбнулся, веселые искорки зажглись в его глазах.
– Ничего. Я тоже собираюсь думать о вас как о ком-то другом. Сигнал тревоги сразу вспыхнул в ее мозгу, но она не успела закричать. Не успела даже почувствовать удара.
Конечно, и это не будет совершенством, решил он, изучая женщину, лежавшую без сознания у его ног. Импровизация. Он не планировал этот эксперимент. Просто ему не спалось. Пол­ночи он думал о Джо, и сексуальное желание было сегодня осо­бенно острым.
Он очень, очень сильно сердился на Джо! И это только уси­ливало его желание.
И вдруг – как подарок судьбы – эта прелестная брюнетка. Сидит на пляже у воды, в колеблющемся свете луны… совсем одна.
Мудрый человек не смотрит дареному коню в зубы, подумал он, с тихим смехом поднимая ее на руки. Придется отойти не­много подальше. На тот случай, если старина Том – кем бы он ни был – решит прогуляться к бухте.
Она оказалась легкой, да он и не возражал против физичес­кой нагрузки. Фальшиво насвистывая, он поднялся в узкий проход между дюнами. Ему понадобится лунный свет, поэтому он решил остановиться на краю топкой низины. Здесь очень живописно, подумал он, опуская ее на землю.
И пустынно.
Он воспользовался своим ремнем, чтобы связать ей руки, и одним из шелковых шарфов, которые всегда носил с собой, – для кляпа. Сначала он раздел ее, с удовольствием обнаружив, что тело у нее аккуратное и спортивное. Когда он стаскивал с нее джинсы, она слегка застонала.
– Не тревожься, дорогая, ты очень красива, очень сексуаль­на. И лунный свет тебе к лицу.
Он достал фотоаппарат – зеркальный «Пентакс», которым обычно делал портреты, – и с удовлетворением вспомнил, что зарядил его не очень чувствительной пленкой. Большая вы­держка позволит подчеркнуть детали, сделает снимок контраст­ным. Конечно, придется потрудиться в лаборатории, чтобы до­биться совершенства.
Как упоительно предвкушение совершенства!
Тихо насвистывая, он закрепил вспышку и до того, как за­трепетали ее веки, успел сделать первые три снимка.
– Хорошо. Хорошо. Теперь я хочу, чтобы ты пришла в себя. Медленно. Несколько крупных планов этого красивого лица… Все-таки глаза – самое упоительное в женщинах!
Когда ее глаза открылись, затуманенные болью, он быстро защелкал затвором.
– Прекрасно, просто прекрасно. Смотри сюда, прямо сюда. Вот так, малышка. Смотри в объектив.
Он с восхищением поймал момент, когда она постепенно на­чала понимать, что происходит, и в глазах ее отразился страх. Но стоило ей зашевелиться, он отложил камеру. Ее движения смажут отпечаток, а у него нет с собой более чувствительной пленки. Продолжая улыбаться, он поднял пистолет, лежавший на его аккуратно сложенных джинсах. И показал его ей.
– Теперь я хочу, чтобы ты не двигалась. Я хочу, чтобы ты ле­жала неподвижно, абсолютно неподвижно и делала все, что я прикажу тебе. Ты поняла меня, не так ли?
Слезы появились в ее глазах и заструились по щекам. Но она согласно кивнула: ужас затуманивал мозг, и, хотя она старалась лежать неподвижно, сильная дрожь сотрясала ее.
– Я хочу только сфотографировать тебя. У нас просто фото­съемка. Ты же не боишься, когда тебя фотографируют? Ты ведь такая красивая женщина.
Он отложил пистолет, снова поднял фотоаппарат и победно улыбнулся.
– Теперь вот чего я хочу от тебя. Согни колени. Ну же, вот так. И поверни их влево. У тебя красивое тело. Почему же нам не сфотографировать его в самом выгодном свете?
Она сделала то, что он приказал, но ее взгляд не отрывался от пистолета. Металл блестел, сверкал. Он просто хочет фото­графировать, сказала она себе, еле дыша и содрогаясь. А потом он оставит ее в покое. Он уйдет. Он не причинит ей вреда.
Ужас набухал в ее глазах, окрашивал кожу в молочно-белый цвет и заставлял его тело бешено пульсировать от желания. Его руки задрожали, и он понял, что не может дольше тянуть, пора переходить к следующему этапу.
Когда он аккуратно положил камеру на рубашку, у него уже нестерпимо стучало в висках. Очень нежно он положил руку на ее горло и заглянул в глаза.
– Ты прекрасна, – прошептал он. – И беспомощна. Ты зна­ешь это, не правда ли? Ты ничего не можешь сделать. Я контро­лирую ситуацию. Вся власть в моих руках.
Шелковый кляп приглушал тихие рыдания. Когда его ладонь легла на грудь и сжала ее, женщина застонала, бешено замотала головой, дернулась, пытаясь освободиться.
– Это тебе не поможет! Чем больше ты сопротивляешься, тем мне приятнее. Попробуй закричать. – Он снова сжал ее груди, затем наклонился и стал кусать их. – Кричи, черт побе­ри. Кричи.
И она закричала. Хриплый, резкий звук обжег ее горло, но не смог вырваться наружу. Она в отчаянии боролась с кляпом – зубами, языком, губами, – и это только сильнее возбуждало его.
Он развел ее бедра, намеренно причиняя боль. И, насилуя ее, думал о Джо. Думал о длинных ногах Джо Эллен. О сексуальных губах и синих глазах Джо Эллен. Он думал о Джо Эллен, ярост­но вонзаясь в ее замену!
Оргазм был таким неистовым, таким мощным, что вызвал у него слезы удивления и триумфа. Несравненно лучше, чем в последний раз, понял он, рассеянно смыкая пальцы на ее горле, и надавил лишь чуть-чуть, только чтобы она перестала бороться.
На этот раз он хорошо выбрал момент. Он нашел своего пробного ангела.
Он поднялся за камерой, и легкий ветерок приятно охладил его потное тело.
Он вспомнил, как этот этап был описан в дневнике, и решил, что необходимо не только повторить, но и усовершенствовать процесс.
– Я могу еще раз изнасиловать тебя, а могу и не делать этого, – он улыбнулся, привлекательные морщинки образовались во­круг его рта и глаз. – Могу причинить тебе боль, а могу и не причинять. Все зависит от твоего поведения. Теперь просто ле­жи, ангел, и думай об этом.
Удовлетворенный ее временной неподвижностью, он сме­нил объектив. Ее зрачки превратились в огромные черные луны с тонким светло-коричневым ободком, она дышала часто, по­верхностно. Он довольно присвистнул, перезарядил камеру… и отщелкал всю пленку перед тем, как изнасиловать ее во второй раз.
Он решил все-таки причинить ей боль. В конце концов, вы­бор всецело в его руках. Он обладает неограниченной властью!
Она давно перестала сопротивляться. Ей казалось, что душа ее уже отлетела, а там, в дюнах, осталось лишь тело – онемев­шее, принадлежащее кому-то другому. Мысленно она была в безопасности, с Томом… Они сидели вместе в патио их прелест­ного нового дома на Персиковой улице.
Она почти не чувствовала, как он вынул кляп. Из ее горла вырвалось лишь тихое всхлипывание – жалкая попытка вдох­нуть воздух, даже закричать.
– Ты ведь знаешь, что уже слишком поздно? – ласково, почти с любовью, спросил он, обматывая шарф вокруг ее горла. – Сейчас ты станешь моим ангелом.
Он медленно стянул шарф, желая продлить это мгновение, и смотрел, как в попытке глотнуть воздух раскрывается ее рот. Ее пятки забарабанили по песку, тело дернулось.
Он тяжело дышал, ощущение неограниченной власти вновь нахлынуло на него, ударило в голову, стремительно погнало кровь. Ему не хотелось, чтобы все кончалось так быстро, и поэ­тому он позволил ей снова прийти в себя. Надо подняться, взять камеру, подумал он. Ведь решающий момент не один, их много. Страх смерти, осознание неизбежности конца. Искра надежды при возвращении жизни. Капитуляция, когда жизнь снова ис­чезает.
О как жаль, что нет штатива и автоспуска.
Наконец его тело взорвалось, вышло из-под контроля, и он закончил процесс.
Задыхаясь, он шептал ласковые слова, благодарно целовал ее. Она вывела его на какой-то новый уровень – этот неожи­данный ангел, которого судьба швырнула к его ногам. Все пред­начертано свыше. Теперь он понимал это. Ему надо еще много­му научиться, прежде чем он встретится с Джо.
Он снял шарф, свернул его и благоговейно положил на пис­толет. Укладывая ее в нужную позу, он не спешил. Сначала сло­жил руки на груди, но рубцы на запястьях слегка встревожили его, и он завел ее руки под голову.
Он назовет эту фотографию «Дар Ангела»!
Он оделся, связал в узел ее одежду. Болото слишком далеко, решил он. Там, в глубине, надежно похоронено то, что аллига­торы и другие хищники оставили от Джинни. Но сейчас у него нет ни времени, ни сил идти туда.
И в реке есть удобные глубокие места. На этот раз сойдет. Он отнесет ее к последнему пристанищу, привяжет к телу что-ни­будь тяжелое, и она будет мирно отдыхать на скользком дне.
И тогда можно будет считать, что ночь не прошла даром.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ночь разбитых сердец - Робертс Нора



Очень интересная книга!Читайте,советую!
Ночь разбитых сердец - Робертс НораСария
10.07.2012, 15.06





Для тех кто любит читать хорошие вещи!
Ночь разбитых сердец - Робертс Нораива
18.07.2012, 23.26





Хороший любовно-детективный роман.
Ночь разбитых сердец - Робертс НораМари
20.02.2013, 0.55





Хороший роман, мне понравился 9/10
Ночь разбитых сердец - Робертс НораЕ
25.04.2014, 19.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100