Читать онлайн Наказание – смерть, автора - Робертс Нора, Раздел - ГЛАВА 7 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наказание – смерть - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.54 (Голосов: 24)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наказание – смерть - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наказание – смерть - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Наказание – смерть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 7

Ева рассказала ему все. Подробно, шаг за шагом – все, что произошло в этот день. Она говорила тем же то­ном, каким отчитывалась перед майором Уитни, – равнодушным, официальным, лишенным эмоций. Рорк слушал молча, и от этого Ева нервничала еще больше, хотя и не показывала виду. Она не сводила глаз с лица Рорка, но тем не менее не могла прочесть на нем ничего и не имела ни малейшего представления, о чем он думает, что чувствует. Проникнуть сквозь ледяную пленку, затянувшую его гла­за, было невозможно.
Ева знала, на что способен Рорк, когда разозлится. Да нет, даже не обязательно разозлится, а просто когда он считает, что для достижения той или иной цели приемлемы любые методы.
Когда она наконец закончила, Рорк встал, подошел к бару и налил себе бокал вина.
– Хочешь? – обернулся он к Еве, не ставя бутылку на место.
– Да, конечно.
Рорк налил второй бокал. Он действовал спокойно и размеренно, будто они с женой обсуждали какие-то повсе­дневные домашние дела. Ева была не из пугливых. Она не боялась трупов, много раз смотрела смерти в лицо, видела ее в любых проявлениях и со временем даже стала воспри­нимать как нечто вполне обыденное. Но Рорк ее пугал! Особенно в такие минуты, как сейчас.
– Ну, вот, собственно, и все, – подвела она итог свое­му повествованию.
Рорк вернулся к дивану и сел, удобно устроившись на подушках. Сейчас он напоминал кота – но очень большо­го и очень опасного. Он потягивал вино и смотрел на жену поверх бокала.
– Лейтенант, – наконец заговорил Рорк, – и после всего этого вы считаете – только честно! – что я должен сидеть, сложа руки?
Ева поставила бокал на столик: это был не самый под­ходящий момент, чтобы наслаждаться вином.
– Да.
– Но ведь ты умная женщина. Я знаю, как высок твой интеллект и насколько острое у тебя чутье.
– И именно поэтому я тебя прошу: не надо, Рорк! Не переводи все это на личное!
Его глаза вспыхнули холодной голубой сталью:
– Но это – именно личное!
– Нет, ты не прав! – Ева подалась вперед. Она была обязана завладеть ситуацией, пока та не вышла из-под контроля. – Главное – чтобы ты не зациклился на этом, не пошел на поводу у Рикера. Ему только этого и нужно – перевести это дело в разряд личных взаимоотношений, и если ты клюнешь на его блесну, то окажешься в ловушке! Рорк, ведь ты же не дурак! Я знаю, как высок твой интел­лект и насколько острое у тебя чутье!
На губах Рорка появилось некое подобие улыбки – впервые за последний час.
– Молодец, Ева! Ты славно поработала!
Ева вдруг соскользнула с дивана, опустилась на колени и положила руки на плечи Рорка.
– Он ничего мне не сделает, если ты этого не допус­тишь. Пойми, он может сделать мне больно, только при­чинив вред тебе! Не допусти этого, Рорк. Не ввязывайся в эту игру.
– Ты полагаешь, я могу проиграть?
Ева опустила голову:
– Ты выиграешь, я знаю. Но именно это и пугает ме­ня больше всего. Потому что твоя победа очень дорого обойдется нам обоим – и мне, и тебе. Вот почему я прошу тебя не лезть в это дело. Я справлюсь с ним сама.
В течение нескольких секунд Рорк молчал, вглядыва­ясь в глаза Евы, словно пытался загипнотизировать ее. Потом спокойно сказал:
– Если он посмеет прикоснуться к тебе еще раз, он – труп. Нет, не волнуйся, – проговорил он, видя, что Ева собирается возразить. – Я буду оставаться в стороне, как ты просишь. Но стоит ему перейти черту – и конец. Я до­стану его со дна океана.
– Мне это не нужно.
– Милая Ева! – Рорк привычным жестом прикоснул­ся к щеке жены. – Это нужно мне. Ты много читала про Рикера, встречалась с ним, но ты его совершенно не зна­ешь. А я знаю.
Ева давно приучила себя к мысли, что в некоторых си­туациях приходится довольствоваться тем, что доступно в данный момент.
– Но обещай хотя бы, что ты не будешь за ним гоняться.
– Пока не буду. Считай, что я делаю тебе одолжение, и не проси у меня большего.
Рорк резко встал, и Ева снова почувствовала под ло­жечкой сосущее чувство страха. Она судорожно вздохнула и чуть слышно выругалась себе под нос.
– Черт! Ты все еще злишься на меня?
– Совершенно верно, злюсь.
– Да чего же ты от меня хочешь?! – Ева вскочила на ноги; от безвыходности ей хотелось как следует стукнуть его кулаком. – Я же сказала, что сожалею!
– Ты сожалеешь только о том, что я загнал тебя в угол и заставил признаться.
– Ладно, пусть так! – Злясь на себя, на Рорка, Ева в бессильной ярости пнула ногой диван. – Ну, не умею я извиняться! Я люблю тебя и от этого схожу с ума! Этого что, недостаточно?
Рорк против воли рассмеялся, и Ева подняла на него удивленный взгляд.
– Ну ты и фрукт! – со смехом проговорил ой.
– Я хотела получить хотя бы небольшую фору для то­го, чтобы… А, черт! – выругалась она, услышав трель своего сотового телефона.
С трудом подавив желание взять трубку и запустить ею изо всех сил в стену, Ева нажала кнопку включения и не­приветливо проговорила:
– Алло! Даллас слушает.
– Лейтенант Даллас, вас вызывает центральная дис­петчерская. Поступило сообщение об убийстве. Тело об­наружено на нижнем уровне моста Джорджа Вашингтона, ближе к восточному берегу. Жертва предварительно опо­знана как лейтенант Алан Миллз из Сто двадцать восьмо­го отдела. Вам приказано немедленно осмотреть место преступления и составить рапорт.
– О господи, только этого не хватало! Ладно, я все по­няла. Найдите мою помощницу, офицера Делию Пибоди. Я выезжаю.
Ева сидела, тяжело опустив голову на руки, и ощущала гулкое биение сердца там, где ему не положено быть, – в самом низу живота. Ее руки дрожали, к горлу подкатывала тошнота.
– Еще один убитый, – пробормотала она. – Еще один убитый полицейский!
– Я еду с тобой, – сказал Рорк и, когда она отрица­тельно помотала головой, добавил: – С тобой или один, но я еду! Одевайся. Я сяду за руль – быстрее доедем.


Арки моста сияли гирляндами из тысяч электрических лампочек, а луна висела на ясном ночном небе, как боль­шая люстра. Несмотря на поздний час, по мосту в обоих направлениях неслись автомобили. Жизнь шла своим че­редом. Но нижний уровень моста был сейчас закрыт для транспортного потока. Въезды на него были перегорожены десятком черно-белых полицейских машин, а вокруг них бестолково суетились копы, как собаки перед началом охоты. На лицах играли сине-красные сполохи от вра­щающихся мигалок.
Ева не без труда протиснулась через это столпотворе­ние. Не обращая ни на кого внимания, игнорируя привет­ствия коллег, она шла к грязной машине бежевого цвета, стоявшей в полосе реверсивного движения – прямо посе­редине дороги.
Миллз сидел на пассажирском сиденье. Голова его опустилась на грудь, глаза были закрыты. Можно было бы подумать, что он решил отдохнуть да и заснул, если бы не кровь, заливавшая всю его грудь.
Ева обрызгала руки и подошвы туфель специальным аэрозолем под названием «Силин», чтобы ни на чем не ос­тавлять своих отпечатков. Производя эту операцию, она смотрела на то, что некогда было лейтенантом Миллзом. Для нее сразу стало ясно, что такое положение телу прида­ли уже после убийства. Заглянув внутрь машины, Ева сра­зу же увидела полицейский жетон, валявшийся в луже крови в ногах у трупа. А рядом с ним тускло поблескивали серебряные монеты…
– Кто его обнаружил? – резко спросила Ева.
– Добрый самаритянин, – откликнулся один из полицейских, делая шаг вперед. – Он сейчас сидит в патруль­ной машине с нашими ребятами. Перепуган до смерти.
– Записали его имя, адрес, показания?
– Да, лейтенант, – Коп проворно вынул из нагрудно­го кармана блокнот. – Джеймс Стайн. Живет в доме 1001 по Девяносто пятой улице. Он сегодня работал допоздна и, когда возвращался домой, заметил стоящую на раздели­тельной полосе машину, в которой кто-то сидел. У него, как он утверждает, сразу возникло нехорошее предчувст­вие. Он подошел к машине, полагая, что, возможно, кому-то требуется помощь. Ну а потом увидел вот это и тут же позвонил нам.
– В котором часу он позвонил?
– Э-э… в двадцать один пятнадцать. Мы с напарни­ком первыми явились сюда – примерно в двадцать один двадцать пять. Сразу поняли, что это полицейская машина без опознавательных знаков, связались с управлением и передали номер автомобиля и описание убитого.
– Ладно. Отвезите Стайна домой.
– Вы не хотите допросить его, лейтенант?
– Только не сейчас. Проверьте, правильно ли он на­звал свой адрес, и проводите до дверей.
Ева отвернулась от патрульного и увидела еще одну черно-белую машину, из которой вылезали Пибоди и Макнаб. Подойдя поближе, Пибоди нагнулась, заглянула в окно машины, и ее губы сжались в узкую полоску.
– Извините, лейтенант, – заговорила она оправды­вающимся тоном, – мне позвонили из диспетчерской, ко­гда мы с Макнабом находились… вместе, и мне не удалось от него отделаться.
– Н-да. – Ева посмотрела в ту сторону, где в свете уличных фонарей возвышалась темная фигура Рорка. – Мне это знакомо. Обработай руки «Силином» и сними место преступления во всех ракурсах.
У моста затормозила еще одна машина. Увидев, что из нее выбралась капитан Рот, Ева не сумела сдержать руга­тельство, вызвавшее в толпе патрульных одобрительный гул. Однако ей не оставалось ничего другого, как пойти навстречу капитану:
– Докладывайте, лейтенант.
Они обе прекрасно знали, что Ева ничего не станет ей докладывать. Пару секунд женщины, крепко сжав зубы, молча смотрели друг на друга, пока наконец Ева не сказала:
– На данный момент, капитан, мне известно не боль­ше, чем вам.
– Мне известно, лейтенант, что вы сели в лужу, и в результате у меня на руках еще один мертвец.
Гул голосов вокруг них мгновенно стих, будто кто-то повернул ручку невидимого транзистора.
– Капитан, я извиняю вас, поскольку понимаю ваше тяжелое эмоциональное состояние. Но впредь, если у вас возникнет желание на меня наехать, используйте для это­го официальные каналы. И не вздумайте делать этого, ко­гда я нахожусь на месте преступления – на своем рабочем месте!
– Это уже не ваше рабочее место!
– Мое! И поэтому в случае необходимости я имею полное право выдворить вас отсюда. Не заставляйте меня прибегать к крайним мерам.
– Хотите вывести меня из себя, Даллас? – Жесткий палец Рот уперся в грудь Евы. – Хотите потягаться со мной силами?
– Нет, не особенно. Но придется, если вы будете ты­кать в меня пальцами или вмешиваться в расследование, которое я провожу. А теперь – либо угомонитесь, либо проваливайте отсюда!
В глазах Рот пылало бешенство, зубы скрежетали. Ева уже приготовилась к рукопашной, но в этот момент по­слышался голос, окликавший Рот:
– Капитан! – Сквозь толпу пробирался сержант Клу­ни. Его лицо горело, дыхание тяжело вырывалось из гру­ди, словно он пробежал марафонскую дистанцию. – Ка­питан Рот! Мне нужно с вами поговорить! Наедине!
Рот кинула на Еву взгляд, полный ненависти, развер­нулась на каблуках и пошла прочь.
– Я очень сожалею об этом инциденте, лейтенант, – примирительно произнес Клуни, а затем наклонился и окинул убитого взглядом, в котором читалось неподдельное горе. – Для нее это очень болезненная потеря.
– Все понятно. А что вы здесь делаете, Клуни?
– Известия распространяются быстро. Сегодня ночью мне предстоит постучать в двери еще одной безутешной вдовы. Будь проклята эта работа!
Он повернулся и пошел назад – туда, где его ожидала Рот.
– С какой стати она на вас так наезжает? – послы­шался голос Макнаба из-за спины Евы.
Ева молча мотнула головой в сторону машины с сидя­щим в ней трупом. Макнаб, похоже, не понял, что она имела в виду, но удержался от дальнейших расспросов.
– Могу я вам быть чем-нибудь полезен, лейтенант? – спросил он.
– Если понадобишься, я дам тебе знать. – Она шагну­ла в сторону, затем остановилась и повернула голову: – Эй, Макнаб!
– Да, лейтенант?
– А ты, оказывается, не всегда бываешь засранцем.
Он ухмыльнулся, сунул руки в карманы и направился к Рорку:
– О, и вы тоже приехали?
– По-видимому, да. – Рорку страшно хотелось ку­рить, а сигареты он оставил дома и поэтому был мрачнее тучи. – Что там за хреновня с капитаном Рот? – Макнаб пожал плечами, и Рорк нахмурился. – Брось прикиды­ваться, Ян! Никто не знает больше сплетен, чем сотрудни­ки отдела электронного сыска.
– Ну что ж, вы все верно понимаете. Когда пристук­нули Коли, мы действительно покопались в ее досье, по­скольку он был ее подчиненным. Рот служит в полиции уже восемнадцать лет, упряма как осел, принимала уча­стие в несчетном количестве операций, облав и задержа­ний, имеет целую кучу благодарностей от начальства и не­сколько выговоров, за нарушение субординации. Правда, выговоры она получила еще на заре своей карьеры. Про­шла по всем ступенькам служебной лестницы, чуть мень­ше года назад получила звание капитана. Хотя после того, как развалилось дело Рикера, которое она вела, едва не потеряла это звание.
Оба мужчины посмотрели в ту сторону, где стояла ка­питан Рот.
– И поэтому стала очень раздражительной? – пред­положил Рорк.
– Похоже на то. Несколько лет назад имела пробле­мы с алкоголем, но, прежде чем они стали представлять серьезную угрозу, добровольно прошла курс лечения. Второй раз замужем, но, как утверждает мой источник, этот брак тоже весьма шаток. Она живет только одним – работой.
Макнаб помолчал, гладя на беседующих Клуни и Рот.
– Если вас интересует мое мнение, могу сказать: она отлично знает свою работу и делает ее весьма… агрессив­но. Полагаю, она вполне заслужила свои капитанские на­шивки. Но потеря сразу двух сотрудников – тяжелый удар для Рот. А еще тяжелее то, что их убийства расследует дру­гой коп, тем более с такой репутацией, как у Даллас,
– И что же это за репутация такая?
– Она – лучшая, вот и все, – просто ответил Макнаб и улыбнулся. – Пибоди, правда, тоже ничего. Кстати, ваш совет относительно того, как покрепче привязать ее к се­бе, сработал просто отлично.
– Рад это слышать.
– Правда, она по-прежнему продолжает общаться с Чарльзом Монро – этой проституткой в штанах, – жа­лобным голосом добавил Макнаб, а затем извлек из кармана огромную пачку черносмородинной надувной жвач­ки и протянул ее Рорку.
«А, собственно, какого черта?» – подумал тот и взял один брикетик.
Задумчиво работая челюстями, мужчины наблюдали за тем, как работают женщины.


Ева не обращала внимания на людей, что толпились вокруг. Она могла бы отдать приказ очистить место пре­ступления от посторонних, но посчитала, что не вправе так поступить. Ведь это были не простые зеваки, а поли­цейские, которые только что потеряли своего товарища.
Пибоди включила диктофон, и Ева начала диктовать:
– Убитый – лейтенант Алан Миллз, сотрудник Сто двадцать восьмого отдела по борьбе с наркотиками. Белый, возраст – сорок четыре года. Тело обнаружено на пасса­жирском сиденье служебного автомобиля, стоявшего на разделительной полосе восточной части моста Джорджа Вашингтона. Причина смерти пока не установлена. – Ко­гда Пибоди выключила диктофон, Ева добавила: – А ведь он был сильно пьян.
– Простите?
– От него явственно пахнет джином.
– Как вы только унюхали, лейтенант? – проговорила Пибоди, дыша носом. – В машине стоит такой жуткий за­пах!
Рукой, обработанной «Силином», Ева отвернула полу пиджака убитого и увидела, что его оружие находится в кобуре.
– Похоже, Миллз даже не пытался достать пистолет. И почему он находится не за рулем? Это его машина, а ни один детектив ни за какие сокровища мира не пустит за руль своего служебного автомобиля постороннего челове­ка. – Ева сморщила нос. – Я чувствую, что здесь пахнет не только кровью и джином.
Она расстегнула ремень безопасности – и тут же ин­стинктивным движением убрала руки. Она сделала это во­время: в следующую секунду из-под рубашки Миллза вы­скользнул ужасный серо-лиловый клубок внутренностей и шлепнулся на резиновый коврик, повиснув на одной тол­стой кишке.
– Ой! – пронзительно взвизгнула Пибоди, мгновенно став белой как полотно. – Даллас!..
– Иди подыши воздухом, – велела Ева.
– Я… Со мной все в порядке. Мне просто… – Пибоди едва успела добежать до перил моста, и ее желудок тут же освободился от сыра и фасолевых такос, которыми она ла­комилась в компании Макнаба.
Ева закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдо­хов. В голове у нее слегка шумело, будто откуда-то издале­ка доносился морской прибой. Когда Ева вновь обрела са­мообладание, она сообразила, что этот шум идет с верхне­го уровня двухъярусного моста. Твердой рукой она расстегнула пропитанную кровью рубашку Миллза. Кар­тина, открывшаяся ее взгляду, была поистине ужасна: его живот был взрезан, как у рыбы, – от грудины до самого паха.
Испытывая тошноту, Ева распрямилась, шагнула в сторону и наполнила легкие прохладным, свежим возду­хом. Ее взгляд скользнул по поверхности моря и по обращенным к ней лицам. Некоторые были мрачны, на других читался испуг, третьи выражали неподдельный ужас.
Сквозь звон, раздававшийся в ушах Евы, до нее донес­ся слабый голос ее помощницы:
– Я в порядке. Со мной все нормально.
И тут же другой, мужской голос проговорил:
– Давай присядь на минутку. Ну, пожалуйста, милая.
– Макнаб, возьми у нее диктофон. Он нужен мне здесь.
– Нет, не надо… Я сама…
Пибоди оттолкнула заботливые руки Макнаба, кото­рый пытался усадить ее на тротуар, и расправила плечи. Лицо и губы ее были белыми как мел, но она все же нашла в себе силы и подошла к Еве.
– Простите меня, лейтенант, мне очень стыдно.
– Не извиняйся, тут нет ничего стыдного. Давай дик­тофон, я сама все закончу.
– Нет, босс, я уже в порядке. Я все сделаю.
Посмотрев на помощницу оценивающим взглядом, Ева кивнула:
– Ладно, запиши на диктофон описание повреждений. Не думай об этом, просто говори. Закрой свой разум для страха. – Она подняла руку и хотела потереть лицо, но вовремя спохватилась. – Где, в конце концов, эти черто­вы медики?
– Возьмите, лейтенант. – Рорк протянул жене бело­снежный носовой платок тончайшего шелка.
– Спасибо, – машинально ответила Ева.
Она обтерла лицо, руки и принялась оглядываться по сторонам, ища, куда бы деть мятую окровавленную тря­пицу, в которую превратился платок. В итоге Ева сунула его в полиэтиленовый пакет для вещественных доказа­тельств.
– Ты не должен здесь находиться, – сказала она Рорку. – Отойди.
– А ты должна хотя бы пару минут отдохнуть, – пари­ровал он. – На тебе лица нет.
– Мне сейчас лицо не нужно. Мне нужно работать. Стоит хоть на минуту расслабиться, как тут же переста­ешь… чувствовать место преступления. Извини, – сказала она и протянула мужу пакет с пропитанным кровью кус­ком шелка.
Сразу же вслед за этим Ева увидела, что к ней снова направляется капитан Рот, а в кильватере у нее плетется сержант Клуни. Она сразу набычилась, крепко уперлась ногами в землю и приготовилась к новой схватке. Однако ее не последовало.
Подойдя к машине Миллза, Рот остановилась так рез­ко, как будто наткнулась на невидимую преграду, и уста­вилась на жалкие останки человека, который до сегодняшнего дня служил под ее началом. Взгляд капитана остекленел.
– Матерь Божья! – только и сумела выговорить она. Ее глаза горели, но оставались при этом сухими, а вот на глазах у Клуни выступили слезы.
– Господи Иисусе! Что они с тобой сделали, Миллз! – сдавленно прошептал он, прикрыв веки и тяжело дыша. – Капитан, мы не можем рассказать об этом его близким. Это окончательно убьет их. Нужно срочно ехать к нему домой и изложить родственникам какую-нибудь свою версию случившегося, прежде чем они услышат об этом в теленовостях. А потом скажем, что журналисты либо на­путали, либо наврали.
– Хорошо, Арт, поступай, как считаешь нужным. – Рот подняла глаза и увидела, что Ева достала из кармана сотовый телефон. – Что вы делаете? – спросила она.
– Хочу выяснить, куда запропастилась бригада меди­ков.
– Я уже позаботилась об этом. Они прибудут с мину­ты на минуту. Я хотела бы поговорить с вами. С глазу на глаз, – добавила она. – Клуни, помоги помощнице лейтенанта очистить место преступления. Пусть все наблюда­тели отойдут подальше и остаются там.
Рот и Ева отошли от машины в густую тень, подаль­ше от яркого света уличных фонарей. Здесь дышалось гораздо легче. По сравнению с могильным зловонием, царившим возле машины, запах выхлопных газов и на­гревшегося за день асфальта казался божественным аро­матом.
– Лейтенант, я хочу извиниться за свое недавнее по­ведение.
– Я не держу на вас зла.
– Видите ли, для меня все случившееся стало полной неожиданностью.
– Точно так же, как для меня – ваши извинения.
Рот моргнула, затем медленно покачала головой;
– Да, ненавижу извиняться. Я не достигла бы нынеш­него положения, если бы постоянно извинялась за все свои вспышки гнева и нервные срывы, которые неизбежны при нашей работе. Как, впрочем, и вы, лейтенант.
– Что касается меня, капитан, то я обычно стараюсь держать свои эмоции в узде.
– Значит, вы лучше меня. Или менее амбициозны. – Рот глубоко вдохнула, а затем со свистом выпустила воз­дух сквозь стиснутые зубы. – В каждую из наших с вами встреч – и в день убийства Коли, и сейчас – я вела себя чересчур… эмоционально. Я приняла слишком близко к сердцу смерть Коли, потому что он мне нравился. Очень нравился. А смерть Миллза я тоже приняла слишком близко к сердцу, но уже по другой причине – потому, что я его терпеть не могла.
Рот оглянулась на машину, в которой, свесив голосу на распоротую грудь, сидел мертвый детектив.
– Он был настоящим подонком, – снова заговорила Рот. – Тупым, ограниченным человеком. Он не скрывал, что женщине, по его мнению, место на кухне. Ей положе­но мыть кастрюли, рожать детей и «не лезть в мужские де­ла». В частности, Миллз считал, что женщина с полицей­ским жетоном – это полный нонсенс. Он ненавидел нег­ров, евреев, азиатов… Да он вообще ненавидел всех, кто не был похож на него самого – толстого белого мужчину! Но, несмотря на это, он являлся моим подчиненным, и я во что бы то ни стало хочу найти того, кто его вот так вы­потрошил.
– Я тоже, капитан.
Рот кивнула. Женщины увидели, как на мост въехала еще одна машина, и оттуда выгрузилась бригада судебных медиков. Среди них Ева разглядела Морса – главного па­тологоанатома полицейского управления.
– Расследование убийств не моя область, Даллас, и Клуни был совершенно прав, когда только что убеждал меня в этом. Мне известна ваша блестящая репутация, и я полностью полагаюсь на вас. Но я хочу… – Она осеклась и досадливо прикусила губу. – Я была бы очень призна­тельна вам, если бы вы согласились прислать мне копию своего отчета.
– Вы получите его завтра утром.
– Благодарю вас. – Рот повернула голову и внима­тельно посмотрела на Еву. – А вы и вправду такой вели­колепный сыщик, как про вас говорят?
– Я не слушаю, что про меня болтают!
Рот коротко фыркнула:
– Ну ладно, не стану вам больше мешать.
С этими словами она протянула руку, и Ева крепко пожала ее. А затем женщины разошлись: одна – расска­зать о смерти родственникам убитого, другая – выведать у этой же смерти ее тайны…
В воздухе замаячил первый вертолет прессы, но Ева решила, что разберется с этой проблемой позже.
– Да, здорово его разделали. – Морс покрутил го­ловой, натягивая латексные перчатки и прорезиненный плащ.
– Первым делом проведи токсикологическое исследо­вание, – попросила стоявшая рядом Ева. – Я уверена, что в момент убийства Миллз находился в отключке. Его ору­жие осталось в кобуре, на лице и теле нет никаких по­вреждений, которые свидетельствовали бы о том, что он пытался оказать сопротивление. Кроме того, от него на милю разит джином.
– Для того чтобы вырубить такого верзилу, в него нужно влить целую цистерну джина, – уважительно про­говорил Морс. – Полагаешь, он был убит прямо здесь, на этом сиденье?
– Иначе здесь бы не было столько крови. Убийца на­поил Миллза, возможно, подсыпав ему что-нибудь в джин, затем не поленился расстегнуть ему рубашку и вспорол живот. Потом он снова застегнул рубашку и при­стегнул убитого ремнем безопасности – чтобы внутренно­сти не вывалились до того момента, когда какой-нибудь счастливчик вновь расстегнет его.
– По-моему, я догадываюсь, кто оказался этим счаст­ливчиком, – улыбнулся Морс, с сочувствием глядя на Еву.
– Да, именно я отстегнула ремень. – Ева поморщи­лась, будто вновь почувствовала прикосновение к рукам скользких кишок Миллза. – Затем убийца привез Миллза сюда, оставил машину и ушел. Заранее уверена, что мы не обнаружим ни одного отпечатка пальцев.
Ева огляделась вокруг.
– Смелый парень. Все тот же смелый парень… Воз­можно, он Миллза и прикончил здесь же, хотя я не думаю, что он уж до такой степени наглый. Но, как бы то ни бы­ло, убийца должен был сидеть здесь и ждать, пока на доро­ге не окажется машин, чтобы его потом не смог опознать никто из проезжавших мимо водителей. А может быть, тут была еще одна машина, которая потом увезла убийцу…
– Сообщник?
– Не исключено. Нужно связаться с дорожной поли­цией и выяснить, не заметили ли они сегодня вечером еще одну машину на разделительной полосе. Не мог же он в самом деле топать пешком через весь этот чертов мост! У него был четкий план, он все просчитал заранее. Пото­ропись, пожалуйста, с токсикологическим исследованием, Морс!
Пибоди стояла у перил моста, рядом с ней – Макнаб. Румянец уже вернулся на ее щеки, но Ева знала, что в эту ночь ее помощницу будут мучить кошмарные видения.
– Макнаб, хочешь участвовать в расследовании?
– Да, лейтенант.
– В таком случае отправляйтесь с Пибоди к дорож­ным полицейским и возьмите видеозаписи из камер на­блюдения, установленных на мосту. Все кассеты с обоих ярусов с записями, сделанными в течение последних су­ток.
– Все-все?
– Нужно просмотреть все, и тогда, возможно, нам улыбнется удача. Начните их просматривать с этого вре­мени и назад. Найдите мне ту чертову машину, которая увезла убийцу!
– Вы ее получите.
– Пибоди, проведи стандартную проверку человека по имени Джеймс Стайн, этого «доброго самаритянина». Вряд ли ты что-нибудь обнаружишь, но для очистки сове­сти сделать это необходимо. Завтра в восемь утра явитесь ко мне домой с отчетом.
– Но ведь завтра утром вы собирались заняться Льюи­сом! – напомнила Пибоди. – И велели мне явиться в управление в половине седьмого.
– Я им и займусь. А тебе сегодня предстоит долгая ночь.
– Вам тоже. – На лице Пибоди появилось упрямое выражение. – Я буду в управлении в указанное вами время.
– Делай как знаешь. – Ева провела ладонью по воло­сам, пытаясь привести в порядок разбегавшиеся мысли. – Пусть кто-нибудь из патрульных отвезет тебя домой. Там среди них есть один живчик, который просто не может си­деть без дела.
Она повернулась и пошла к Рорку.
– А от тебя мне придется отделаться, – сказала она
– Я отвезу тебя в управление, оставлю там машину, а сам поймаю такси и вернусь домой.
– Прежде чем отправиться в управление, мне нужно заехать еще в пару мест. Я попрошу, чтобы тебя довез до дому кто-нибудь из наших.
Рорк с явным недоверием посмотрел на группу поли­цейских.
– Думаю, я и сам как-нибудь доберусь, но все равно спасибо.
«Почему со мной сегодня все спорят?» – подумала Ева.
– Я не брошу тебя одного на этом дурацком мосту!
– Не волнуйтесь, лейтенант, я найду дорогу к дому. А куда направляешься ты? – Голос Рорка звучал по-преж­нему холодно, брови были нахмурены.
– Да так, нужно кое-что сделать, прежде чем садиться за отчет. Скажи, ты еще долго будешь на меня злиться?
– Я пока не решил. Но когда перестану, я обязательно сообщу тебе об этом.
– Ты заставляешь меня чувствовать себя полной ду­рой!
– Дорогая, у тебя у самой это прекрасно получается.
В груди Евы забурлил целый коктейль чувств – оби­ды, злости и… потребности быть любимой.
– Ну и черт с тобой! – выпалила она, а затем схватила его за отвороты плаща, притянула к себе и крепко поцело­вала. – Увидимся позже, – пробормотала Ева и пошла прочь.
Однако последнее слово все же осталось за Рорком.
– Не сомневаюсь, – буркнул он вслед уходящей жене.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наказание – смерть - Робертс Нора



сюжет, как всегда, потрясающий, убийцу невозможно вычислить, а сама Ева Даллас, по обыкновению, неподражаема
Наказание – смерть - Робертс НораОльга Сергеевна
20.06.2012, 19.21








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100