Читать онлайн Наивная смерть, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 5 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наивная смерть - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.45 (Голосов: 22)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наивная смерть - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наивная смерть - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Наивная смерть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 5

Ничто в квартире не наводило на мысли об убийстве. Не было никаких тайников с ядами, писем с угрозами или компрометирующих фотографий.
Была, насколько Ева могла судить, насколько она чувствовала, жизнь двух обычных молодых людей, чей недолгий брак не был еще ничем омрачен.
На общем компьютере с двумя терминалами Ева и Пибоди нашли, помимо его и ее деловой переписки, обмен наивными эротическими письмами – верный признак, подумала Ева, того, что любовь и чувство принадлежности друг другу были для них важнее всего. Были записаны телефонные разговоры Лиссет с матерью, был один разговор с Мирри Хэлливелл, которая поговорила с обоими Фостерами: подтвердила встречу с Крейгом для совместных занятий и поболтала с Лиссет о свидании с кем-то по имени Бен.
Вечером накануне смерти Крейг Фостер набросал черновик контрольного вопросника, который ему так и не суждено было предложить своим ученикам, и потратил целый час на составление доклада по экономическому и социальному развитию в период после Городских войн.
Экранной заставкой для компьютера служил свадебный портрет: Лиссет в ниспадающем длинном белом платье и Крейг в черном фраке, запечатленные в момент, как предположила Ева, первого супружеского поцелуя.
– Да, тяжело, – вздохнула Пибоди, когда они вернулись к машине. – В квартирке все новенькое. Все только начиналось. И вот все уже кончено. Хорошие винные бокалы – наверняка свадебный подарок! – так и стоят, ими еще не пользовались. Полотенца под цвет занавески в ванной, засушенные цветы из ее свадебного букета, диск с записью венчания и свадебного банкета. Тяжело.
– Еще тяжелее, что нет никаких следов мотива. Денег у них нет, дурь они не потребляют, вероятность романа на стороне – и это касается обоих – на данном этапе равна нулю. Так в чем его секрет?
– Его секрет?
– У людей есть секреты. Маленькие тайны, которые люди предпочитают держать при себе. Нечто такое, чем мужчина не поделится с женой.
Пибоди нахмурилась и покачала головой:
– На этом этапе и по флюидам я что-то не вижу, чтоб у них были секреты друг от друга.
– Вот потому-то они и секреты, что их никто не видит, – пробормотала Ева себе под нос, отыскивая стоянку возле школы.
В школе они преодолели систему безопасности, причем им пришлось подождать, пока их проверят и пропустят. Ева увидела пару сотрудников, пересекающих вестибюль. У каждого на руке была траурная повязка.
– Давай пройдемся по хронологическому фактору и перемещениям. Если рицин попал в термос не из дома, значит, попал отсюда.
Пибоди извлекла свою записную книжку.
– Убитый отметился на входе в шесть сорок две. По заявлению жены, он покинул квартиру в шесть тридцать.
– Значит, шел пешком. Нашел квартиру поближе к работе, чтобы экономить на транспортных расходах. Ходу там от силы семь-восемь минут, значит, он нигде не останавливался по дороге. По пути в такой ранний час все закрыто. Ближайшая точка, торгующая круглосуточно, – в трех кварталах к западу.
Пибоди кивнула.
– Есть бакалейный магазинчик в квартале от дома, но он открывается только в семь.
– Хорошо. Итак, он надевает пальто, берет портфель, берет сумку с упакованным завтраком, целует жену на прощанье и идет пешком на работу. Входит в главный вестибюль, как и мы. Проходит систему безопасности, отмечается. Собирается на тренировку, поэтому идет в кабинет истории, где оставляет свои вещи. Пальто, перчатки, шапку, шарф. Портфель, сумку со своим последним завтраком.
Ева направилась в кабинет истории самым коротким путем.
– Никто из опрошенных не упоминал, что видел его до того, как он вошел в фитнес-центр. Сначала он поднялся сюда. – Ева остановилась перед дверью кабинета истории, декодировала полицейский замок и вошла. – Кладет портфель на стол, убирает сумку с завтраком в ящик, вешает пальто в шкаф. Деловой парень, все кладет на свои места, всегда действует по заведенному порядку, – добавила она. – В школу пришел в спортивном костюме. Свой повседневный костюм в рюкзаке берет с собой в спортзал.
– Все верно, – подтвердила Пибоди, проглядев свои заметки. – У нас есть рюкзак с его спортивной одеждой.
– Спускается на основной уровень, – продолжала Ева, пока они проделывали тот же путь в обратном направлении. – Идет в фитнес-центр, оставив кабинет истории – в том числе и свой термос – без присмотра.
– Точно.
Они направились к фитнес-центру.
– Согласно показаниям свидетелей, он уже был в фитнес-центре, работал на тренажерах, когда его увидели впервые.
– Рид Уильямс, примерно в семь десять.
– А сам Уильямс в котором часу пришел? – спросила Ева.
– В шесть сорок пять.
– Интересно. Чем был занят Уильямс между шестью сорока пятью и семью десятью? Придется с ним еще разок побеседовать. Моузбли показала, что видела убитого при входе в бассейн, когда сама покидала его в семь тридцать.
– Прибыла в школу в шесть пятьдесят, – вставила Пибоди.
– Целая стая ранних пташек. Ее тоже надо допросить вторично. И лучше раньше, чем позже, – добавила Ева, заметив направляющуюся к ним директрису.
– Лейтенант, детектив. Охрана предупредила меня, что вы здесь. – В этот день она была в черном с головы до ног: юбка, жакет, сапожки. – Я была бы вам признательна, если бы вы первым делом давали знать мне, когда приходите в школу.
– А я думала, вы закроетесь на день, – парировала Ева. – С учетом обстоятельств.
– Я проконсультировалась с нашими советниками по психологии и решила этого не делать. Мы считаем, что нормальный распорядок и возможность пообщаться друг с другом, открыто высказать свои чувства и страхи пойдут на пользу ученикам. Сегодня утром мы провели минуту молчания, а позже на этой неделе у нас запланирована мемориальная служба. Вы продвинулись в своем расследовании?
– Следствие идет. Что вы делали вчера утром до того, как пошли в бассейн?
– Прошу прощения?
– Вы отметились на входе в шесть пятьдесят. Что вы делали дальше?
– Дайте подумать. С тех пор столько всего произошло… Я прошла в свой кабинет, просмотрела ежедневник, чтобы подготовиться к рабочему дню. У меня был урок в восемь. А что?
– Детали. Вы кого-нибудь видели? С кем-нибудь говорили перед бассейном?
– Да, говорила. Вкратце поговорила с Биксли сразу после прихода. Он очищал крыльцо от снега. Я велела ему проверять ступеньки периодически в течение дня. И еще я видела Лейну Суарес, нашу диетсестру. Она вошла сразу следом за мной. Насколько мне помнится, я что-то сказала о погоде. Потом, как я уже говорила, я прошла в свой кабинет, провела там какое-то время, планируя свой день. Потом пошла в бассейн.
– Вы проходили через фитнес-центр?
– Нет, я воспользовалась служебной раздевалкой для персонала, переоделась там в купальный костюм, а оттуда прошла прямо в бассейн. Что случилось с Крейгом, лейтенант? Ходят самые невероятные слухи, а неизвестность тревожит нас всех еще больше.
– Он был отравлен. Все имеют доступ к фитнес-центру?
– Отравлен?! – Директриса попятилась. – Боже милостивый! Он съел что-то купленное в нашем автомате? Или в нашей столовой? В кафетерии? Я должна немедленно переговорить с Лейной.
– Он отравился не школьной пищей.
На лице Арнетты Моузбли отразилось огромное и явное облегчение.
– Слава богу! Это ужасно, – тут же добавила она. – Конечно, это ужасно, что он отравился чем-то принесенным из дома. Но я прежде всего должна думать об учениках и о сотрудниках.
– Да, я понимаю.
– Значит, это был несчастный случай. Какая-нибудь аллергическая реакция.
– Это было убийство, – отрезала Ева и увидела, как облегчение испаряется. – Директор Моузбли, мне нужно знать местонахождение всех и каждого, кто был здесь вчера до начала уроков. Вплоть до того часа, когда Фостер уселся за завтрак. Кто имеет доступ к этой зоне?
Ева кивнула на двери, ведущие в фитнес-центр для персонала.
Арнетта Моузбли схватилась дрожащей рукой за сердце.
– Я должна знать, что произошло. Если это был преднамеренный акт, ученики могут пострадать…
– Вряд ли им что-то угрожает. У меня нет причин так думать. Это было направлено против конкретного человека. Ответьте на вопрос.
– С этой стороны вход только для персонала. Требуется карточка-ключ. У учеников есть своя зона, доступ к ней – с другой стороны бассейна. Персонал может пользоваться бассейном до и после уроков, когда нет тренировок или соревнований. Соревнований по плаванию. О, мой бог! Отравлен!
– Карту-ключ, – сказала Ева, указывая на дверь. Арнетта Моузбли вынула карточку из кармана и провела по сенсору.
Ева вошла. В прекрасно оборудованном фитнес-центре никого не было. Многоцелевые тренажеры, гири, маты… Спортзал у нее дома был просторнее и оборудование побогаче, но и этот зал показался ей совсем неплохим. Отличный бонус для персонала.
– Фостер регулярно пользовался тренажерами?
– Почти каждый день. Мы поощряем персонал к занятиям спортом. Большинство учителей приходят сюда раз или два в неделю. Некоторые, как Крейг, ходят чаще.
Ева кивнула, прошлась по всему залу, вышла в другие двери. В раздевалке тоже все было устроено отлично. Прилавки, туалетные кабинки, душевые, отделенные друг от друга матовым стеклом… Мужское и женское отделения.
– Какой из этих шкафчиков принадлежал Фостеру?
– У нас нет индивидуальных шкафчиков, – поспешно ответила Моузбли. Ей явно хотелось оказаться где-то в другом месте. – Если на кодовом щитке горит красный огонек, значит, шкафчик занят. Когда горит зеленый, значит, любой может им воспользоваться. Каждый шкафчик запирается шестизначным кодовым замком.
– Я вижу три с красным огоньком.
– Некоторые постоянно занимают шкафчик, держат там свои вещи.
– Я хочу взглянуть на содержимое шкафчиков.
– Вы не можете просто так открыть шкафчик, которым кто-то пользуется.
– Почему же? Могу. Пибоди?
– Складские помещения и камеры хранения в образовательных комплексах, административных и общественных зданиях не защищены Законом о частной сфере, – процитировала Пибоди, а Ева извлекла свой универсальный ключ. – В ходе полицейского расследования представитель полиции Нью-Йорка, наделенный соответствующими полномочиями, может получить доступ к камерам хранения.
– Это оскорбительно и лишено какой бы то ни было целесообразности. Для меня совершенно очевидно: какое бы вещество ни вызвало смерть мистера Фостера, он принес его с собой из дома.
Ева прислонилась спиной к шкафчикам.
– А мне вот это совсем неочевидно. И в делах подобного рода можете считать, что директор – я.
– Вы не можете подозревать кого-то из сотрудников. Это уму непостижимо! Никто из нас не желал зла Крейгу.
– А вот представьте, я подозреваю всех. Работа у меня такая.
В первом шкафчике обнаружились женские кроссовки на воздушной подошве, косметичка, содержащая губную помаду, дезодорант, гель для волос, тушь для ресниц, несколько пробников с кремами для кожи и духи.
– Может, я в этой сфере человек посторонний и несведущий, – сквозь зубы заговорила Арнетта Моузбли, – но мне совершенно очевидно, что Крейг трагически пострадал от аллергической реакции на то, что он съел или выпил. И это «нечто» он принес с собой из дома.
– О, да, держу пари, вам это совершенно очевидно, потому что любая другая версия станет скверной рекламой для вашей школы.
Содержимое следующего шкафчика представляло собой мужскую версию предыдущего. Обувь, несессер с туалетными принадлежностями, включающими расческу, кондиционер для волос и смягчающий крем для кожи. Кроме того, там были очки и другие принадлежности для подводного плавания.
– Защищать честь школы – это мой долг, моя обязанность. Я немедленно свяжусь с нашими адвокатами.
– Валяйте. – Ева перешла к следующему шкафчику, а Моузбли вышла, полная негодования. – Вряд ли это она.
– Ну не знаю. – Не удержавшись, Пибоди состроила рожу в спину Моузбли. – Не нравится мне ее отношение, если хочешь знать. Что-то она уж больно злится.
– Верно, но, если бы она собиралась убрать Фостера, держу пари, она пошла бы на дело вне школьной территории. Мы ее, конечно, проверим, вдруг преданность школе – это всего лишь вывеска, но мне как-то не верится, что она жаждет загадить эти священные для директорского сердца коридоры или привлечь нежелательный шум к своей персоне. Так, так, ну-ка, что тут у нас?
В следующем шкафчике были те же кроссовки, что и в первых двух, и весьма шикарный на вид несессер, правда, из искусственной кожи. Туалетные принадлежности внутри были подороже, чем в первом шкафчике. И среди них – весьма щедрый запас кондомов.
– Странное место для этих дождевиков, – заметила Пибоди. – Если только не планируешь трахнуть кого-то прямо в школьной раздевалке.
– Что само по себе против правил. Могу пари держать. – Ева извлекла из несессера таблетку. – По-моему, это «С огоньком». Надо же, какой шалун! Р.У., – добавила она, прочитав выгравированные на крышке несессера инициалы. – Я бы сказала, это Рид Уильямс.
Пока Пибоди отправилась вызывать Уильямса из класса на допрос, Ева продолжила изучение маршрута, которым Крейг Фостер следовал в свое последнее утро. Она отправилась в учительскую столовую.
По пути Еве попались двое мальчиков. Они уставились на нее во все глаза и молча предъявили пропуска.
– Я что, похожа на дежурного по коридору? – возмутилась Ева.
– Мы обязаны показывать пропуска всем взрослым. Даже родителям, – объяснил один из мальчиков.
– Я похожа на родителя?
– Не знаю.
– Часто вы тут бродите?
– У нас есть пропуска.
– Да-да, это я уже поняла. Ответь на вопрос.
– Мы идем в библиотеку подбирать материалы для нашего научного проекта.
– Ясно. А вчера кто-нибудь из вас выходил из класса до полудня?
Мальчишки переглянулись. Заговорил тот же, что и раньше:
– Ну, может, мы и вчера ходили в библиотеку за материалами для проекта.
– Мы показали пропуска мисс Хэлливелл, – добавил второй.
– Когда?
Второй мальчик пожал плечами:
– Не помню. У нас неприятности?
– Будут, если не ответишь на вопрос. Специально для твоего спокойствия могу сообщить: мне плевать, если вы пытались выбраться из школы, чтобы пойти в пивнушку или перекинуться в карты. – Мальчишки восторженно захихикали, но Ева это проигнорировала. – Мне надо знать, в котором часу вы видели мисс Хэлливелл и где вы ее видели.
– Это был конец второго урока. Ммм… Десять тридцать или что-то около того. Лестница Б. Это вон там. А зачем вам это знать?
– Потому что я любопытная. Куда она шла?
– Не знаю. Учителя нам не докладывают. Это мы должны им докладывать.
– Да, это и раньше так было.
– Если вы не учитель и не родитель, вы обязаны иметь пропуск. – Первый мальчишка смерил ее прищуренным взглядом.
– Ну настучи на меня. А теперь брысь отсюда.
Они бросились наутек, поминутно оглядываясь на нее через плечо.
– Может, их научный проект – это самодельная бомба, – проворчала Ева.
Она вынула свои заметки. С десяти до одиннадцати Фостер вел урок в своем продвинутом классе. Не в кабинете истории, а в медиазале на третьем этаже.
– Любопытно.
Дверь учительской столовой Ева открыла своим универсальным ключом. Во время урока в столовой никого не было. Мысленным взором она увидела, как сюда входит Крейг Фостер, берет банку пепси – свой приз после физической нагрузки – и перед первым уроком болтает с коллегой о кино.
К этому времени уже большинство преподавателей и сотрудников, если не все, должны были быть в школе, равно как и большинство учеников. А термос Фостера лежал на втором этаже в кабинете истории, никем не охраняемый, доступный любому.
Как и в тот час, когда он тренировался в фитнес-центре или вел урок в своем продвинутом классе.
«Сколько времени для этого потребовалось? – задумалась Ева. – Минута? Две? Войти, выдвинуть ящик, влить яд. Или просто подменить «походную кружку». Задвинуть ящик и выйти».
Ловкий убийца наверняка продумал запасной план на случай, если бы кто-то вошел в кабинет. Просто нужно оставить записку для Крейга. Или нужно было сдать домашнюю работу. Легко и просто, если не терять головы.
Она обернулась, когда Пибоди ввела Уильямса.
– А это не может подождать? – тут же возмутился он. – У меня и без того тяжелый день, а теперь еще приходится бросать класс посреди урока на робота-надзирателя.
– Вот и давайте не будем зря время тратить. Вы вчера покидали свою классную комнату между десятью и одиннадцатью часами?
– Второй урок в понедельник. Это классный час. Да, я выходил на пару минут.
– Зачем?
– Воспользовался туалетом. Я много кофе пью. – Как бы в доказательство своих слов он подошел к автоповару и запрограммировал чашку кофе. – Я всегда выхожу ненадолго во время этого урока.
– Ваша классная комната находится на том же этаже, в том же секторе, что и кабинет истории. Вы кого-нибудь видели? Кто-нибудь видел вас?
– Не припоминаю.
– У вас есть шкафчик в раздевалке фитнес-центра.
– Кое-кто из нас держит вещи в шкафчиках постоянно. Это проще, чем приносить и уносить смену обуви каждый день.
– Вы храните в шкафчике не только сменную пару обуви, Рид. Насколько я могу судить, если мужчина держит под рукой такой запас оборонных средств, значит, он собирается ими воспользоваться.
Произошла небольшая заминка. Уильямс неторопливо отхлебнул кофе.
– Насколько я могу судить, кондомы пока еще не объявлены вне закона.
– А я вот спрашиваю себя: что могла бы сказать директор Моузбли о таком щедром запасе у вас в шкафчике? Или совет директоров? Или этот, как его… родительский комитет?
– Повторяю: кондомы пока еще не объявлены вне закона.
– И все-таки. Что они подумают об учителе, который хранит кондомы так близко от всех невинных юных умов и тел?
– Защита есть защита и больше ничего. – Уильямс небрежно пожал плечами и допил кофе. – Вот вы, например, носите оружие, но, насколько мне известно, вы в нашей школе никого пока не замочили.
– Еще не вечер, – парировала Ева. – Вы меня прервали на самом интересном месте. Насчет этих невинных умов. Да, и тел, конечно, тоже. Все эти хорошенькие малышки такие доверчивые.
– Ради всего святого! – Теперь он быстро поставил чашку и выпрямился, хотя до этого стоял, небрежно опершись о прилавок и всем своим видом демонстрируя, что ему на все наплевать. – Это омерзительно и подло. Я не педофил. Я работаю учителем четырнадцать лет. Я никогда не прикасался к ученикам неподобающим образом.
– Неподобающим по чьим меркам? – спросила Ева.
– Послушайте. Мне не нравятся девочки. Мне нравятся женщины. Я очень люблю женщин.
Этим словам Ева готова была поверить.
– Так сильно, что вы готовы их пользовать на школьной территории?
– Я не обязан отвечать на подобные вопросы. Я имею право на адвоката.
– Прекрасно, можете его пригласить, когда мы приедем в участок.
Негодование сменилось шоком:
– Вы собираетесь меня арестовать?
– А вам бы этого хотелось?
– Нет-нет, послушайте. О господи! – Уильяме провел пальцами по волосам. – Ну было у меня несколько эпизодов. Это не преступление, но это считается сомнительным поведением. Это может поставить под угрозу мою работу. Но все эти эпизоды… Это были встречи со взрослыми женщинами по взаимному согласию.
– Имена.
Он попытался ее обаять. Улыбнулся очаровательной улыбкой, взывающей к пониманию.
– Лейтенант, это не имеет никакого отношения к вашему расследованию. К тому же две из них замужем.
– Две из них?..
– Мне нравятся женщины. – Улыбка стала еще шире. – Мне нравится секс. Это никому не вредит.
– Крейг Фостер когда-нибудь видел, как вам нравится секс в школьной раздевалке?
– Нет.
Уильямс ответил слишком поспешно, и Ева поняла, что он солгал.
– Он же был такой консервативный, верно? Застал вас во время одного из… эпизодов и пришел в ужас, не так ли? А может, и возмутился. Может, пригрозил, что пойдет с этим к директору?
– У меня не было проблем с Крейгом. У него не было проблем со мной. Спросите кого угодно.
– Спрошу обязательно. И мы еще поговорим.
– Скользкий тип, – сказала Пибоди, когда он ушел.
– Тут есть мотив. Он врет. Крейг знал о его спортивных достижениях в раздевалке. – Ева прошлась взад-вперед по столовой, восстанавливая в памяти план раздевалки при фитнес-центре. Масса мест, где можно перепихнуться по-быстрому, решила она. Если кто-то любит по-быстрому. – Может, он не сумел уговорить Крейга не доносить на него, а может, он просто боится, что Крейг на него стукнет. Его не было в классной комнате в тот самый момент, когда и Крейга не было в его кабинете. Значит, возможность у него была. На данный момент, считай, он возглавляет мой список. Давай поговорим с Хэлливелл.
– Хочешь, чтобы я привела ее сюда?
– Нет, пусть останется в своей стихии.
Звонок прозвенел, как только они вышли из столовой. Коридоры мгновенно заполнились выбегающими из классов детьми, уровень шума столь же стремительно повысился до невыносимого. «Как саранча, – подумала Ева, – когда она набрасывается… ну, на что там саранче положено набрасываться.
А может, и не саранча, а муравьи», – добавила она мысленно, торопливо выбираясь из муравейника. Ей хотелось – просто из чувства самосохранения! – нырнуть обратно в учительскую столовку, пока не схлынет потоп, но одна из учениц устремилась прямиком к ней.
– Лейтенант Даллас! Прошу прощения.
Востроглазая блондиночка, вспомнила Ева.
– Рэйлин?
– Да, мэм. Мистер Фостер был убит?
– Почему ты так думаешь?
– Потому что я нашла вас в Интернете. Вы этим занимаетесь. Вы расследуете убийства. Вы уже кучу убийств раскрыли. Мой папа сказал, что вы вчера приходили, потому что это подозрительная смерть. Но ведь это мог быть и несчастный случай, смерть по естественным причинам или самоубийство. Это правильно?
– Да, это правильно.
– И все-таки вы пришли и сегодня тоже. И опять вы задаете вопросы. И все гадают, как это могло случиться. – Рэйлин тряхнула длинными волосами. На этот раз они были перехвачены двумя белыми заколками в виде единорогов. – Многие спрашивают меня, потому что это я его нашла. А я не хочу говорить неправду. Поэтому я спрашиваю: мистер Фостер был убит?
– Мы это расследуем.
– Я не понимаю, кто мог его убить. Он был такой славный. И школа хорошо охраняется. Тут очень высокий уровень безопасности. Вы знали, что эта школа считается одной из лучших не только в городе, но во всем штате Нью-Йорк?
– Ничуть в этом не сомневаюсь.
– А я – лучшая в своем классе.
Рэйлин похлопала пальчиком по золотой звездочке, прикрепленной к лацкану кардигана.
Опять эта жеманная улыбочка! Еве хотелось схватить и крутануть этот нахально вздернутый носик.
– С чем тебя и поздравляю, – буркнула Ева и попыталась обойти Рэйлин с фланга, но настырная девчонка заступила ей дорогу.
– Но если мистер Фостер и вправду был убит, моя мама ужасно расстроится. Понимаете, я единственный ребенок в семье, и она беспокоится обо мне. Она хотела, чтоб я сегодня не ходила в школу.
– Тем не менее ты здесь.
– Мы это обсудили. Я и мои родители. У меня безупречная посещаемость, и это сказывается на общей оценке. Я не хотела пропускать уроки. А вот Мелоди не пришла. Моя мама говорила по телефону с ее мамой. Оказывается, Мелоди всю прошлую ночь мучили кошмары. А мне ничего не снилось. А если и снилось, я не помню. Мне нравился мистер Фостер, и я уже записала в дневнике, как мне будет его не хватать. Очень жаль, что с ним такое случилось. Что ему пришлось умереть.
– Да, не повезло.
Рэйлин многозначительно кивнула.
– Может, я могу помочь? Может, я вспомню что-нибудь такое, что вам поможет. Или услышу что-нибудь, или увижу. Я очень умная и наблюдательная.
– Не сомневаюсь. Но ты лучше предоставь это нам.
– Я не знаю, что теперь будет. – Фиалковые глаза Рэйлин наполнились слезами. – Нам никто ничего не говорит. Я так трудилась над проектом для мистера Фостера, а теперь не знаю, стоит его заканчивать или нет. Все, мне пора обратно в класс.
– Нелегко пришлось малышке, – вздохнула Пибоди, когда Рэйлин ушла, опустив голову. – Невинности человеку отпущено всего ничего, несколько лет – и конец. Грустно, когда эти несколько лет испорчены чем-то подобным.
– Убийство никого не оставляет невинным. Иначе и быть не может. Пошли, найдем Хэлливелл. И Доусона тоже неплохо бы еще разок потрясти.
Им сказали, что мисс Хэлливелл в этот день не пришла в школу, а Доусона они нашли в кабинете химии, где он готовил вместе с учениками какой-то опыт. Заметив в дверях Еву, Доусон велел ученикам начинать без него и вышел из кабинета.
– Я вам нужен? Могу отлучиться только на пару минут. – Он встал так, чтобы наблюдать сквозь полуоткрытую дверь, что творят ученики в его отсутствие. – Они проделывают простой опыт по опознаванию неизвестного вещества, но за ними глаз да глаз нужен.
– Что за неизвестное вещество?
– Да это простые вещи. Сахар, соль, кукурузный крахмал, сода.
– А почему бы просто не попробовать на вкус?
– Смешной вопрос. – Доусон действительно рассмеялся. – Это было бы жульничеством. – Он помрачнел и еще немного прикрыл дверь. – Это правда, насчет Крейга? Его отравили?
– Ходят такие слухи.
– Причем со скоростью света. Секретарша Ариетты подслушала, как она говорила по телефону с кем-то из школьных юрисконсультов. Потом она – в смысле секретарша Арнетты – встретила Дэйва Колфакса, рассказала ему, он столкнулся со мной, и пошло-поехало. Поверить не могу, что его отравили.
– Вы знаете, что такое рицин?
– Рицин? – Доусон выпучил глаза. – Да-да, конечно. Но как Крейг мог отравиться рицином?
– Вот это мы и собираемся узнать. Знаете, как производится рицин?
– Я… не совсем, – ответил Доусон после небольшой заминки. – Но я могу узнать для вас, если хотите. Это займет всего минуту.
– Нет, спасибо, не нужно. – Ева заглянула в дверь через его плечо, оглядела оборудование. – Его можно было бы изготовить тут у вас?
– Гм… – Доусон задумчиво вытянул губы трубочкой. – Я бы, наверное, сумел, но этого оборудования мало, пришлось бы что-нибудь заказать или смастерить из подручных средств. Вы хотите, чтобы я изготовил рицин, лейтенант? Мне придется получить разрешение, – добавил он с извиняющимся выражением. – В лаборатории запрещено держать токсичные вещества… да и вообще в школе, если на то пошло… Но если это поможет, я уверен…
– Нет, но все равно спасибо. Скажите мне лучше, как часто кому-то из этих юнцов удается проскользнуть сюда и сварганить что-нибудь вонючее или дымовое?
Доусон улыбнулся. С улыбкой он напоминал Еве веселого монаха.
– Ну, по крайней мере, раз в четверть. Признаться, я был бы разочарован, если бы они не пытались. Если ребенок никогда не нарушает дисциплину, какой смысл быть ребенком?


На текущий момент Ева решила вычеркнуть Доусона из списка подозреваемых и навестить Мирри Хэлливелл на дому. Мирри жила в нескольких кварталах от дома Фостеров. Но на звонок в дверь она не ответила.
– Давай попробуем позвонить ей по телефону, – предложила Ева, когда они начали спускаться вниз по лестнице. – Я думаю, нам следует уйти из школы хотя бы на какое-то время. Будем ходить по домашним адресам. Перенесем беседы на дом, так бы я сказала. Проверим данные женской части персонала, выделим самых привлекательных. Бьюсь об заклад, кое-кто из них признается в плясках с Уильямсом в раздевалке.
Не успела она толкнуть дверь подъезда, как та распахнулась, впустив в вестибюль порыв ледяного ветра, Мирри Хэлливелл и худого, как тростинка, мужчину.
– Прошу прощения. Ой! Ой, это же лейтенант Даллас. Вы меня искали?
– Совершенно верно.
– Я была… мы были… Мы ходили проведать Лисси. Это Бен. Бен Виннемир. Мы ходили проведать Лисси, а она нам сказала, что, по вашим словам, Крейг был убит.
– Мирри, почему бы нам не подняться наверх? Мы можем поговорить наверху. Тебе надо сесть. – Бен повернулся к Еве. У него были красивые карие глаза. – Мы еще не оправились от потрясения. Ничего, если мы поговорим наверху?
– Ничего.
– Нам пришлось уйти. – Опираясь на руку Бена, Мирри начала подниматься по ступенькам. – Мы не могли остаться. Это было бы навязчиво. К ней приехала мать, для нее это лучше всего. Я не знаю, чем ей помочь. Думаете, нам нужно вернуться к ней?
Ответил Бен:
– Не сегодня. Мы сделаем все, что можем, чтобы ей помочь, но завтра. А сегодня ей надо побыть одной. И тебе тоже.
Когда они добрались до двери, он отнял у Мирри ключ и отпер сам.
– Я заварю чаю. Вы садитесь, а я приготовлю чай. Лейтенант?
– Я пас.
Когда он вопросительно обратился к Пибоди, та кивнула.
– Было бы чудесно выпить чаю. Меня зовут Делия Пибоди. Детектив Пибоди.
– У меня все помертвело внутри. В груди, в голове все пусто, – призналась Мирри. – Она сказала, что его отравили. Рицином. Бен знал, что это такое.
– Я работаю редактором текстов в «Таймс», – объяснил он, доставая чашки из буфета. – Я много чего знаю.
– Бен объяснил, но я не понимаю, каким образом… Я не понимаю, за что.
– Где вы были вчера утром между десятью и одиннадцатью?
– Я? – Мирри рухнула в кресло, так и не сняв пальто. – В десять? Встреча драмкружка. Мы готовим весенний спектакль.
– Целый час?
– Да. Ну, мне пришлось выйти, заглянуть на урок домоводства. Они делают для нас костюмы, это часть их задания на вторую четверть. Я забыла взять диск с эскизами, когда ходила туда в прошлый раз.
– Вчера вы отметились на входе около восьми утра. Первый урок у вас только в девять.
– Я занимаюсь индивидуально с некоторыми учениками по понедельникам и вторникам. С восьми до восьми сорока пяти. Честно говоря, я опоздала. Но я не понимаю, зачем… – Тут ее лицо вспыхнуло догадкой и ужасом. – Я поняла. Бен…
– Они должны задавать вопросы, Мирри, это их работа. – Он вернулся в комнату и протянул ей чашку чаю. Его голос звучал примирительно. – Они должны задавать вопросы, собирать информацию. Ты же хочешь помочь, верно?
– Да. Конечно. Меня никогда раньше не допрашивала полиция. А теперь дважды за два дня. Зная, что случилось с Крейгом…
– Вы видели кого-нибудь вне класса, когда выходили?
– Дайте мне подумать минутку… У меня каша в голове, весь день как-то смазался. – Она закрыла глаза, отхлебнула чай. – Да. Помню двух мальчиков, они шли в библиотеку. Престон Джуп и Т. Джей Хорн. Они часто сбегают с уроков под предлогом похода в библиотеку. – Мирри открыла глаза. – Если был кто-то еще, значит, я просто не заметила. Я думала о пьесе и злилась на себя за то, что в пятницу забыла диск.
Бен подал чашку чая Пибоди, а сам присел на подлокотник кресла Мирри и ласково положил руку ей на плечо.
– Вам известно о каких-либо трениях между Крейгом и кем-то из ваших коллег?
– Нет, я ничего такого не знаю. Честно говоря, мне кажется, ничего такого не было.
– У вас были сексуальные отношения с Ридом Уильямсом?
– Нет! О боже. Никогда. – Мирри покраснела мучительно, до самых корней волос. – Бен, я никогда…
– Не сомневаюсь. Это его Крейг называл Казановой?
Мирри поморщилась:
– Да. Он пару раз приглашал меня на свидания, но я отказывалась. Меня это не интересовало. Он слишком скользкий и неискренний. У него все заученно. И потом, это проблематично – встречаться с коллегой. Мне не хотелось даже вступать на этот путь.
– Вы поддерживаете форму, пользуетесь школьным фитнес-центром?
– Не так часто, как следовало бы. – Она снова покраснела, но на этот раз слегка. – Честно говоря, почти никогда.
– Крейг когда-нибудь обсуждал с вами сексуальную активность Рида Уильямса?
– Мне так неловко… Кажется, несколько месяцев назад я сказала Лисси, что подумываю о свидании с Ридом. У меня давно уже никого не было. Очень давно. Она рассказала об этом Крейгу, потому что Крейг меня потом предупредил, что Рид крутит роман с кем-то, с кем не следовало бы, и что он – Крейг – считает: мне не следует связываться с Ридом. Я последовала его совету.
– Вы всегда прислушивались к советам Крейга?
– Нет, не совсем так. Я доверяла его мнению, а в данном случае оно совпало с моим собственным. Стыдно в этом признаваться, но я просто чувствовала себя одинокой. Я не из тех, за кем бегают мужчины.
– Прошу прощения? – с шутливой грозностью осведомился Бен, и Мирри в ответ сумела выдавить из себя улыбку.
– Тебе не пришлось бежать слишком быстро.
– С кем у Уильямса был роман?
– Я не знаю. Я так и не смогла выжать это из Крейга, хотя и очень старалась. Очень хотелось узнать такую новость. Но он как воды в рот набрал. Он даже Лисси не сказал, потому что у нее я спрашивала. А если и сказал, значит, взял с нее клятву молчать. За Ридом идет дурная слава, и, мне кажется, ему это даже нравится. Он дамский угодник. Сердцеед. Мне такой был не нужен.
– Опять не понял, – вставил Бен.
На этот раз ему удалось выжать из нее смешок пополам со слезами.
– Бен! – Мирри вздохнула и прислонилась головой к его плечу. – Рид – хороший учитель, он хорошо понимает учеников. Чувствует их, если можно так сказать. Но он не тот человек, кому я доверила бы свое сердце.
Еве нужно было время на размышления, поэтому она закрылась в своем кабинете, когда они с Пибоди вернулись в управление. Она вычертила на компьютере план школьного здания и отметила на нем передвижения школьного персонала.
Ей пришло в голову, что Уильямс в своих сексуальных подвигах, возможно, не ограничивался только коллегами по школе. Нет, она уже не сомневалась, что он не лезет в детский «лягушатник», но, возможно, он не прочь искупнуться в родительском бассейне?
Проверяя записи в журнале охраны, она заметила, что семь родителей отметились на входе в то роковое утро. Ева начала их проверять, пытаясь не думать, что делает Рорк, пока она работает.
Изо всех сил стараясь не думать о том, как он сидит за столом в ресторане со своей бывшей любовницей.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наивная смерть - Робертс Нора



истоия просто ошедевр,очень интригующе,захватывает=)оторватся просто невозможно...Автору большая благодарность!=)
Наивная смерть - Робертс Норакарина=*
21.01.2011, 14.30





Обожаю всю серию про Даллас! Безумно интересно наблюдать за ходом мыслей Евы, и тем как Рорк поддерживает её)))!
Наивная смерть - Робертс НораАнжела
21.05.2013, 21.04





Мне нравятся все книги с участием Евы Даллас.Спасибо автору =)
Наивная смерть - Робертс НораСаша
4.01.2014, 15.50





из всей серии про Еву Даллас больше всего хотелось перечитать именно эту книгу, потому что именно здесь появляется коварная разлучница, которая угрожает семейному счастью Евы и Рорка. и пусть некоторые дамы назовут эту серию скорее детективами, нежели традиционными романами про любовь, я позволю себе не согласиться. от истории к истории раскрывается глубина чувств главных героев, а всякого рода расследования придают более человеческую окраску, что ли... не знаю, все ли правильно поймут мою мысль... просто в обычных романах зачастую сюжетная линия выглядит нереальной, а книги Норы Робертс - подлинное удовольствие, основанные на всех человеческих эмоциях и пороках, и все же главной остается Любовь...
Наивная смерть - Робертс НораОльга Сергеевна
29.01.2014, 13.18








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100