Читать онлайн Наивная плоть, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 27 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наивная плоть - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.07 (Голосов: 14)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наивная плоть - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наивная плоть - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Наивная плоть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 27

Джеф стоял в контрольной будке над студией и нетерпеливо покусывал губу. Дине предстояла съемка первого после смерти Анджелы шоу.
– Камера три, на Ди! – гавкающим голосом командовал Джеф. – Поверни камеру два, покажи зал. Шире план на первой. Третья, дай мне Ди вплотную, пошла музыка. Отлично, бурные аплодисменты. Пускайте фонограмму.
Он и сам зааплодировал, как и все остальные в будке. Со своего насеста, выдающегося над сценой, им хорошо было видно, что зрители вскочили на ноги, радостно хлопая и что-то выкрикивая.
– Покажите, – приказал Джеф. О да, подумал он, это их общий триумф. Она вернулась! – Покажите аплодисменты.
Внизу Дина стояла на новой сцене, оформленной в желтоватых тонах, с веселыми кустами зеленого остролиста, а над ней проносились волны овации. Она понимала, что это была демонстрация поддержки, как слова «Добро пожаловать домой!». Ее глаза наполнились слезами, но она даже не пыталась их сморгнуть. Просто не подумала об этом.
– Спасибо. – Дина глубоко и взволнованно вздохнула. – Правда, так хорошо вернуться. Я… – Она запнулась, вглядываясь в аудиторию. Здесь были и знакомые лица, и неизвестные. Друзья из комнаты новостей, из администрации. Ее лицо просветлело от удовольствия. – Я так рада опять вас увидеть. До того, как мы начнем, хочу поблагодарить вас всех за письма и телефонные звонки в течение прошлой недели. Ваша поддержка помогла мне и всем, кто работает над шоу, пережить это сложное время.
И только эту минуту, подумала Дина, она могла, как собиралась, уделить прошлому.
– А сейчас я хочу пригласить сюда женщину, которая подарила нам столько захватывающих мгновений. Она неподражаема. Блистательна. Ее талант – такое же чистое золото, как и ее глаза. По мнению «Ньюсуик», Кейт Лавел может «зажечь экран взмахом ресниц, вспышкой своей неповторимой улыбки». Она доказала, что ее любят и публика, и критики. В течение двух лет она занимала первое место в параде популярности кинозвезд, а потом получила «Оскара» за исполнение роли героической, незабываемой Тесс в «Обмане». Леди и джентльмены, Кейт Лавел!
Еще одна овация. Под гром аплодисментов Кейт выскользнула на сцену, выглядя уверенной, свежей и на все сто процентов звездой. Но Дина взяла ее за руку – рука у Кейт была ледяной и дрожащей. Тогда Дина специально обняла ее за плечи.
– Не делай того, к чему ты не готова, – шепнула она Кейт на ухо. – Я не буду подталкивать тебя ни к каким признаниям.
Мгновение Кейт колебалась.
– О Боже, я так рада, что ты здесь, Ди! Давай сядем, ладно? У меня колени трясутся.
Это было непростое шоу, с какой стороны ни посмотри. Первые десять минут Дина развлекала публику забавной болтовней в голливудском стиле, потом она решила, что Кейт передумала и никаких признаний не будет.
– Мне нравится играть сильных женщин с твердым характером. – Зашелестев шелковым платьем, Кейт небрежно скрестила длинные, каждая по миллиарду долларов, ноги. – И кажется, большинство сценариев пишется про сильных женщин, про тех, кто не просто наблюдает за жизнью, у кого есть свои убеждения и принципы, за которые они готовы бороться. Я благодарна за возможность играть таких женщин, потому что сама не всегда боролась за то, что хотела.
– Значит, ты чувствуешь, что можешь это сделать теперь, как бы через свою работу?
– Мне близки многие персонажи, которых я играла. Особенно Тесс. Потому что она женщина, всем пожертвовавшая, все поставившая на карту ради своего ребенка. Странным образом жизнь Тесе отразила мою жизнь. Но зеркальные отражения всегда взаимообратны. И я пожертвовала своей дочкой, своим шансом вырастить дочь, когда отдала ее чужим людям десять лет тому назад.
– Черт побери! – Джеф, стоявший в контрольной будке, вытаращил глаза. Зал погрузился в ошеломленную тишину. – Черт побери! – повторил он. – Камера два, на Кейт, крупный план. Черт, о черт!
Снова, взволнованно покусывая губу, он внимательно посмотрел на лицо Дины. Она знала, понял он и глубоко, спокойно вздохнул. Она знала…
– Неожиданная беременность страшна в любое время, при любых обстоятельствах. – Дина хотела, чтобы зрители подумали об этом. – Сколько тебе было лет?
– Семнадцать. Ты знаешь, Ди, что у меня была любящая семья, прекрасный дом. Я только начинала свою карьеру манекенщицы, и казалось, весь мир лежал у моих ног. И тогда я обнаружила, что беременна.
– А отец? Ты хочешь рассказать о нем?
– Милый, славный мальчик, который был так же сильно напуган, как и я. Он был у меня первым. – Она слабо улыбнулась, вспоминая. – А я у него. Мы были ослеплены друг другом, тем, что чувствовали друг к другу. Когда я ему сказала, мы просто сели и сидели, словно оцепенев. Это было в Лос-Анджелесе, мы пошли на пляж. Сидели и смотрели на волны. Он предложил мне выйти за него замуж.
– Некоторым людям покажется, что это и было бы ответом на все вопросы. Но ты так не думала?
– Нет. Ни для меня, ни для мальчика, ни для ребенка, – продолжала Кейт, используя все свое мастерство, чтобы голос звучал ровно. – Ты помнишь, как мы болтали в детстве о том, что будем делать, когда вырастем?
– Да, помню. – Дина прикоснулась к пальцам Кейт. – И никогда не было никаких сомнений. – Я всегда хотела быть актрисой. Я с успехом работала манекенщицей и собиралась покорить Голливуд, пусть даже для этого понадобилось бы пройти огонь, воду и медные трубы. Но вот забеременела.
– Думала ли ты об аборте? Обсуждала ли такую возможность с отцом ребенка или со своими родителями?
– Да. Хотя все это было ужасно тяжело, но я помню, Ди, как поддерживали меня мои родители. Я причинила им боль, не оправдала их доверия. Я даже сама не понимала, до какой степени, пока не стала старше и не начала иначе смотреть на многие вещи. Но они никогда не колебались. Не могу объяснить, почему я приняла именно такое решение. Наверное, я руководствовалась только эмоциями, но думаю, что мне очень помогли родители с их постоянной молчаливой поддержкой. Я решила родить ребенка и отдать его приемным родителям. И не подозревала, как трудно будет… пока не пришло время.
– Ты знаешь, кто удочерил твою девочку?
– Нет. – Кейт смахнула слезу. – Нет, я не хотела этого знать. Сделка есть сделка. Я сама предпочла отдать дочку людям, которые любили бы ее, заботились бы о ней. И это был уже их ребенок, а не мой. Сейчас ей, уже десять лет, почти одиннадцать. – Блестя мокрыми глазами, она повернулась к камере. – Я надеюсь, что она счастлива. Что она не ненавидит меня.
– Тысячи женщин сталкиваются с тем же, с чем пришлось столкнуться тебе. И они должны сами сделать свой выбор, как бы это ни было трудно. Мне кажется, одна из причин, почему ты так хорошо и естественно играла своих восхитительных женщин, в том, что сама прошла через самое сложное испытание, какое только можно представить.
– Когда я играла Тесс, то все время думала: как сложилась бы моя жизнь, реши я иначе? Я так никогда этого и не узнаю.
– Ты сожалеешь о своем выборе?
– Часть меня всегда будет сожалеть, что я не смогла стать матерью своему ребенку. Но, наверное, после всех этих лет я в конце концов поняла, что сделала единственно правильный выбор. Для всех.
– Мы вернемся в студию через минуту, – сказала Дина в камеру, потом повернулась к Кейт. – С тобой все в порядке?
– Навряд ли. Не думала, что это будет так трудно. – Она глубоко вздохнула, не сводя глаз с Дины и не поворачиваясь к аудитории. – Представляю, какие сейчас начнутся вопросы. А завтрашняя пресса? О Боже!
– Ты справишься.
– Да, я справлюсь, Ди. – Она наклонилась вперед и схватила Дину за руку. – Для меня было очень важно все рассказать здесь, рядом с тобой. На несколько минут мне даже показалось, что мы с тобой просто разговариваем. Так, как когда-то раньше.
– Может быть, на этот раз мы будем поддерживать отношения?
– Да, будем. Знаешь, я вдруг поняла, почему так ненавидела Анджелу. Мне казалось, это из-за того, что она использовала меня. Но на самом деле – потому, что она использовала мою девочку. Хорошо, что теперь я это знаю.
– Черт побери, что за шоу! – Когда Дина вошла в гримерную, Фрэн сжала кулаки и уперлась руками в бедра. – Ты знала. Я точно видела, что ты знала. Какого черта ты мне ничего не сказала? Мне, твоему продюсеру и лучшему другу?
– Я не была уверена, что она на это решится. – От целого часа напряжения у Дины болела спина. Медленно потягиваясь и разминая плечи, она направилась прямо к освещенному зеркалу, чтобы снять макияж. Фрэн обиделась. Дина понимала почему; она этого ждала. Точно так же, как понимала и ждала, что обида быстро пройдет. – И мне казалось не правильным что-нибудь рассказывать, пока она сама этого не сделает. Ты можешь оценить реакцию зрителей, Фрэн?
– После того, как они оправились от шока? Я сказала бы, около шестидесяти пяти процентов за нее, около десяти так и не пришли в себя, а по оставшимся двадцати пяти было видно, что они уже развенчали свою принцессу.
– Мне тоже примерно так показалось. Неплохо. – Дина протерла лицо увлажняющим кремом. – С ней все будет в порядке. – Подняв брови, она посмотрела на отражение Фрэн. – А ты на чьей стороне?
После мгновения драматического молчания Фрэн яростно выдохнула, вскидывая пышную челку:
– На ее, на все сто процентов. Представляю, для нее это был настоящий ад! Бедная девочка. Боже мой, Ди, почему она решила открыто обо всем рассказать?
– Это связано с Анджелой, – и Дина все объяснила Фрэн.
– Шантаж. – Слишком заинтригованная, чтобы и Дальше изображать обиду, Фрэн длинно присвистнула. – Я знала, что Анджела была сукой, но не ожидала, что она пала так низко. По-видимому, список подозреваемых теперь увеличится на несколько дюжин человек. – Ее глаза широко раскрылись. – Ты же не думаешь, что Кейт…
– Кет, не думаю, – сказала Дина, потому что уже тщательно, логически и, как ей хотелось верить, объективно проанализировала эту версию. – Даже если бы я считала, что она убила Анджелу, хотя я так не считаю, то у нее не было никаких причин убивать Маршалла. Она его даже не знала.
– Пожалуй, так и есть. Скорее бы копы все выяснили и задержали этого шизофреника. Я очень беспокоюсь, что ты до сих пор получаешь эти записки. – Теперь, когда все обиды были забыты, она подошла ближе и принялась машинально массировать напряженные Динины плечи. – По крайней мере я могу спокойней себя чувствовать, раз Финн не уедет из города, пока все это не закончится.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что… – Фрэн внезапно запнулась, быстро посмотрев на часы. – Ой, что же я здесь сижу и болтаю? Мне еще надо сделать…
– Фрэн, – Дина встала и повернулась к ней лицом, – откуда ты знаешь, что Финн не уедет из города, пока все это не закончится? Помнится, я слышала, что у него была запланирована поездка в Рим сразу после Рождества.
– Я… я, наверное, что-то перепутала.
– Черта с два!
– Черт побери, Дина, что у тебя за воинственный вид?
– Откуда ты знаешь?
– Ладно, он сам мне сказал. – Она нервно взмахнула руками и с отвращением произнесла:
– А я обещала держать свой большой рот на замке и не трепаться, что он отменил съемки в Риме – как и все остальное, из-за чего надо уезжать из Чикаго. – Понятно. – Дина опустила глаза, смахнула пушинку со своей шелковой юбки.
– Нет, тебе не понятно, потому что у тебя на глаза надеты шоры! Неужели ты действительно думаешь, что он весело полетит через Атлантику, когда здесь такое происходит? Ради Бога, Ди, он же тебя любит!
– Я в курсе. – Ее спина казалась каменной. – У меня тоже много дел. – Дина ураганом вылетела из гримерной.
– Отлично, Майерс. – Бормоча проклятия, Фрэн схватила телефон и позвонила Финну в офис. Если уж она невольно стала причиной военных действий, то по меньшей мере должна была предупредить Финна, чтобы он встречал невесту во всеоружии.
В своем офисе над комнатой новостей Финн положил трубку и хмуро посмотрел на Бэрлоу Джеймса.
– К тебе вот-вот прибудет подкрепление. Сюда идет Дина.
– Прекрасно. – Бэрлоу довольно откинулся на спинку кресла, вытянул свои огромные ручищи. – Мы все решим раз и навсегда.
– Все уже решено, Бэрлоу. Я никуда отсюда не уеду больше чем на час, пока полиция не арестует преступника.
– Финн, я понимаю, что ты беспокоишься из-за Дины. Я и сам беспокоюсь. Но ты пренебрегаешь своим шоу. Ты все принимаешь слишком близко к сердцу.
– Неужели? – Голос Финна звучал обманчиво спокойно. – А я-то думал, что речь идет о двух убийствах и нападении на женщину, которую я так сильно люблю.
Его сарказм не смутил Бэрлоу.
– Я считаю, что она может круглосуточно находиться под защитой профессионалов. Женщина в ее финансовом положении может позволить себе все самое лучшее. Ничуть не желаю преуменьшить твои мужские достоинства. Финн, но ты репортер, а не телохранитель. И еще, – продолжал он, не давая Финну ответить. – Каким бы опытным репортером ты ни был, но ты не детектив. Пусть полиция занимается своим делом, а ты займись своим. У тебя есть обязанности перед передачей, перед людьми, с которыми работаешь. Перед телестанцией, спонсорами. Ты подписывал контракт, Финн. Юридически, как только где-нибудь что-нибудь происходит, ты обязан туда ехать. Ты сам согласился на эти условия. Черт, ты же сам этого требовал!
– Подай на меня в суд, – предложил Финн, блестя глазами в предвкушении стычки.
Дверь с шумом распахнулась, и он поднял взгляд. Там стояла Дина в блестящем шелковом костюме, ее глаза горели, подбородок был выпячен вперед. В каждом движении звучал вызов, когда она решительно подошла к столу и оперлась руками о его поверхность.
– Я не согласна!
Финн не стал притворяться, будто он не понял.
– Ты не должна вмешиваться, Дина. Это мое решение.
– Ты даже не собирался ничего мне говорить. Наверное, ты просто придумал бы какое-нибудь дурацкое объяснение, почему эту поездку отменили. Ты был готов солгать мне!
«Он готов убить ради нее», – подумал Бэрлоу и пожал плечами.
– Теперь в этом уже нет никакой необходимости. – Финн облокотился на спинку стула, сцепил пальцы. Хотя он был одет в свитер и джинсы, но выглядел как самая настоящая звезда. – Как прошло сегодняшнее шоу?
– Прекрати. Прекрати немедленно. – Дина резко развернулась и ткнула пальцем в Бэрлоу. – Ты можешь приказать ему поехать или нет?
– Думал, что могу. – Бэрлоу поднял руки и бессильно опустил их на колени. – Я приехал из Нью-Йорка, надеясь, что он все-таки в состоянии трезво смотреть на вещи. Мне следовало подумать получше. – Вздохнув, он встал. – Я буду в комнате новостей еще примерно около Часа. Если тебе удастся его вразумить, сообщи мне.
Финн подождал, пока за ним не захлопнулась дверь. Этот звук показался им обоим таким же воинственным, как гонг на боксерском ринге.
– Ничего не получится, Дина, так что лучше тебе просто смириться.
– Я! Хочу! Чтобы ты! Поехал! – ответила она, старательно выделяя каждое слово. – Я не хочу, чтобы мы мешали друг другу жить! Это важно для меня!
– А для меня важно, чтобы с тобой все было в порядке.
– Тогда сделай это для меня!
Он взял карандаш, провел по нему пальцами один раз, другой, потом с щелчком переломил на две одинаковые половинки.
– Нет.
– Ты рискуешь своей карьерой!
Финн наклонил голову, словно обдумывая ее слова. И, черт бы его побрал, внезапно улыбнулся. Ямочки на его щеках появились – и исчезли.
– Я так не думаю.
«Он сейчас, – подумала Дина, – такой же мощный, непоколебимый и невозмутимый, как гранитная глыба».
– Они отменят твое шоу!
– Выплеснут ребенка вместе с водой? – Хотя он не чувствовал себя особенно спокойно, но откинулся поудобнее назад и положил ноги на стол. – Я знаю, иногда наше руководство способно на дурацкие выходки, поэтому давай сформулируем это так: они отменят прибыльное, приносящее награды и высокий рейтинг шоу из-за того, что я временно не могу ездить в командировки. – Он смотрел на Дину потемневшими веселыми глазами. – Ну, наверное, тогда тебе придется меня содержать, пока я буду ходить в безработных. Может быть, мне это понравится и я вообще уйду на пенсию. Займусь садоводством или гольфом. Нет-нет, придумал. Я буду твоим менеджером. Ты тогда стала бы настоящей звездой – например, как певица западного кантри.
– Это не шутка, Финн.
– Но это и не трагедия… – Зазвонил телефон.
Финн снял трубку, сказал: «Потом» – и опять повесил. – Я остаюсь здесь. Дина. Я не смогу держаться в курсе расследования, если уеду в Европу.
– А зачем тебе держаться в курсе? – Она прищурилась. – Так вот чем ты занимаешься?! Вот почему в прошлый вторник вы пустили повтор?! И постоянные звонки от Дженнера! Ты не работаешь на передачу, ты работаешь вместе с ним!
– Но он не против. Почему тебя это возмущает? Дина резко отвернулась.
– Как я это ненавижу! Ненавижу, что наши отношения и профессиональная карьера перекрещиваются друг с другом и выбиваются из колеи! Ненавижу этот постоянный страх! Я подпрыгиваю на месте при малейшем шорохе в коридоре, вздрагиваю, когда открываются двери лифта…
– И я о том же. Я чувствую то же самое. Иди сюда. – Он протянул руку и схватил Динину кисть, пока она обходила вокруг стола. Глядя ей в глаза, привлек ближе к себе, на колени. – Я боюсь, Дина, боюсь. У меня даже поджилки трясутся от страха.
От удивления она приоткрыла рот.
– Ты никогда этого не говорил.
– Возможно, я должен был сказать это раньше. Мужская гордость – сложная штучка. На самом деле, мне надо быть здесь, мне надо в этом участвовать, знать, что происходит. Только так я могу бороться со своим страхом.
– Тогда пообещай мне, что не будешь ни экспериментировать, ни рисковать.
– Он охотится не за мной. Дина.
– Хотела бы я быть в этом уверенной. – Дина закрыла глаза. Но уверенности от этого не прибавилось.
После того, как Дина ушла, Финн спустился вниз, в видеохранилище. Какая-то мысль не давала ему покоя с того самого момента, когда он узнал об убийстве Маршалла. Ощущение, будто он что-то забыл. Или проглядел.
Рассуждения Бэрлоу об ответственности и верности подстегнули его память. Финн рылся в черных дебрях видеокассет, пока не нашел февраль 1992 года.
Он вставил кассету в видеомагнитофон и быстро Просмотрел несколько выпусков новостей – местных, международных, погоды, спорта. Финн не знал ни точной даты, ни того, сколько минут было отведено этому происшествию. Но был уверен, что старые связи Лью Макнейла с телестанцией Чикаго обеспечили хотя бы один полный репортаж о его убийстве.
Он нашел даже больше, чем ожидал.
Финн переключил пленку на нормальную скорость и, прищурившись, сосредоточился на репортере Си-би-си, стоявшем на заснеженном тротуаре тихого пригорода.
– Сегодня рано утром этот состоятельный район Нью-Йорка был потрясен сценой насилия. Льюс Макнейл, старший продюсер популярного ток-шоу «У Анджелы», был застрелен у своего дома на Бруклинских холмах. Согласно информации, предоставленной полицией, Макнейл, уроженец Чикаго, собирался ехать на работу, когда в него выстрелили с близкого расстояния. Жена Макнейла оставалась дома… – камера медленно показала дом, – и была разбужена звуком выстрела примерно в семь утра…
Финн внимательно выслушал все сообщение до конца. Мрачно просмотрел еще с неделю выпусков, замедляя пленку там, где речь шла о расследовании по делу Макнейла.
Потом, засунув блокнот с заметками в карман, направился в комнату новостей. Он застал Джо как раз в тот момент, когда оператор направлялся на какое-то очередное задание.
– Вопрос.
– Только быстро. Я уже должен бежать.
– Февраль девяносто второго. Убийство Макнейла. Ведь это ты ездил снимать в Нью-Йорк, правда?
– Что я могу сказать? – Джо полировал ногти о рукав своего свитера. – Мое искусство ни с чем не спутаешь.
– Точно. Как его застрелили?
– Насколько помню, прямо около дома. – Задумавшись, Джо достал из кармана брюк шоколадный батончик. – Ага, они говорили, что он вроде бы чистил свою машину.
– Нет, я имею в виду – анатомически. В грудь, живот, голову? Я просмотрел несколько репортажей, но об этом нигде не говорится.
– А-а… – Джо нахмурился и закрыл глаза, словно стараясь вызвать в памяти ту сцену. – Пока мы приехали, они там уже все убрали. Трупа я не видел. – Он открыл глаза. – А ты знал Лью?
– Немного.
– Ага, я тоже. Жутковато. – Он откусил солидный кусок шоколадки. – С чего такой интерес?
– Да вот задумал новую тему. А твой репортер не расспрашивал копов о подробностях?
– А кто там был? Климент, да? Ну, он там особенно не напрягался. Не самый старательный, ты же знаешь. – Джо направился к лестнице, потом постучал пальцем себя по голове. – А, точно! – повернулся обратно и посмотрел вверх, на Финна. – Кажется, я слышал, что говорил какой-то чужой репортер. Он сказал, что Лью засадили пулю прямо в лицо. Неприятное зрелище, да?
– Ага. – Финн ощутил волну зловещей радости. – Очень неприятное.


Дженнер жевал свежий пирожок, запивая начинку из вишен переслащенным кофе. Откусывая и отхлебывая, он одновременно изучал жуткие фотографии, прикрепленные кнопками к пробковой доске. В комнате для совещаний теперь было совершенно тихо, хотя Дженнер оставил открытыми шторки на стеклянной двери, отделявшей его от приемной полицейского участка.
Анджела Перкинс. Маршалл Пайк. Он смотрел на то, что от них осталось. Если смотреть достаточно долго, знал Дженнер, то можно будет погрузиться в некий транс – состояние ума, при котором в голове возникают новые идеи и предположения.
Он был обижен на Финна, и это чувство мешало размышлять. Нет, этот парень должен был пересказать ему все подробности своего разговора с Пайком. Какими бы незначительными они ни были, но полиция обязана знать все. Сама мысль, что Финн беседовал с Пайком один на один, казалась Дженнеру горше, чем даже. черный кофе без сахара.
Он вспоминал их последнюю встречу ранним утром сразу после убийства Пайка.
– Нам ясно, что убийца знаком с мисс Рейнольдс. – Дженнер загнул один палец. – Знал о ее отношениях, или по меньшей мере о ссоре с Пайком. – Он загнул второй палец. – Он, или она, знает адрес Дины, адрес Пайка и достаточно хорошо осведомлен о работе студии, чтобы установить и включить камеру после убийства Анджелы Перкинс.
– Согласен.
– Записки появлялись у Дины под дверью, на рабочем столе, в машине, в квартире, которую она до сих пор снимает в старом городе. – Дженнер приподнял брови, надеясь услышать от Финна какое-нибудь объяснение этому интересному факту. Но не дождался. Финн умел хранить секреты. Это было одним из тех его качеств, которые так восхищали Дженнера. – Он наверняка работает в Си-би-си, – подвел итог детектив.
– Согласен. Теоретически. – Финн улыбнулся, в то время как Дженнер негодующе фыркнул. – Может быть, он там работал. Может быть, это кто-то из поклонников Дины, который регулярно бывал в студии. Очень многие достаточно хорошо знакомы с телевидением, чтобы настроить камеру на неподвижный объект.
– Думаю, это уже преувеличение.
– Тогда давайте попробуем проанализировать это преувеличение. Он каждый день видит ее по телевизору. – Это могла быть и женщина.
Финн с минуту обдумывал такое предположение, потом покачал головой.
– Маловероятно. Давайте пока отложим это в сторону и попробуем вот такую теорию: это мужчина, одинокий, разочарованный мужчина. Он живет один, но каждый день Дина входит с экрана телевизора прямо в его гостиную. Она как будто садится рядом с ним, разговаривает с ним, улыбается ему. Пока она там, он уже больше не одинок. И он хочет, чтобы она постоянно была рядом. Ему не очень-то везет с женщинами. Он их немного побаивается. Он умеет хорошо спланировать свои действия, возможно, у него приличная, ответственная работа, потому что он знает, как все обдумать. Это основательный, дотошный человек. Озадаченный Дженнер поджал губы.
– Похоже, что вы выполнили свою домашнюю работу.
– Да, выполнил. Потому что я люблю Дину и, кажется, понимаю его. Дело в том, что этот человек умеет управлять своим темпераментом, своей яростью. Он убивал не в ярости. Думаю, что он делал это совершенно хладнокровно. – И именно от этого у Финна кровь леденела в жилах. – Но он разгромил мой дом и офис Дины. Написал на стене, что она его предала. Какая-то невнятная чушь. Как она его предала? Что изменилось с того момента, как она получила первую записку, до того, как погибла Анджела?
– Дина стала встречаться с вами?
– Мы с ней встречаемся уже два года. – Финн наклонился вперед. – Мы объявили о своей помолвке, Дженнер. Едва официальное объявление появилось в газетах, как Анджела была убита, а дом и офис – разгромлены.
– Так что же, он убил Анджелу потому, что разозлился на Дину Рейнольдс?
– Он убил Анджелу и Пайка потому, что любит Дину Рейнольдс. Как еще лучше можно доказать свою преданность, чем устранить тех, кто ее обижает или раздражает? Он уничтожил ее вещи, особенно старательно – рисунки свадебных платьев, вырезки из газет с объявлением о помолвке, наши с Диной фотографии. Он был в бешенстве, потому что она публично объявила, что предпочла ему другого мужчину. Что готова подтвердить это клятвой перед алтарем.
Медленно кивая, Дженнер разрисовывал листок блокнота.
– Может быть, но диплома психолога вы все-таки не получали. Почему же он не стал охотиться за вами?
Финн инстинктивно поднял руку и провел пальцами по рукаву – там, где остался шрам от пули. Пули, которая была выпущена не снайпером и не бойцами специального назначения. Но он не мог быть в этом уверен.
– Потому что я не сделал Дине ничего плохого. А Маршалл сделал в тот самый день, когда его убили, и еще несколько лет тому назад, когда он попался в сети Анджелы.
– Я был обязан с ним поговорить. – Дженнер легонько стукнул кулаком по стопке папок. – Может быть, он что-то знал, что-то видел. Может быть, ему угрожали.
– Сомневаюсь. Такой тип, как он, тотчас помчался бы к полицейским. Или сказал бы мне, когда мы с ним разговаривали.
– Пока вы его избивали?
– Я его не избивал, – Финн скрестил руки на груди. – Он замахнулся, я замахнулся. Один раз. В любом случае я имел в виду, когда мы разговаривали в офисе несколько дней назад.
Карандаш Дженнера замер.
– Вы встречались с ним по поводу убийства Анджелы Перкинс?
– Это была только теория.
– Которую вы не сочли нужным разделить со мной?
– Это был личный разговор.
– В этом деле ничего не может быть личным, ничего! – Прищурившись, Дженнер резко нагнулся вперед. – Я позволил вам участвовать в расследовании, потому что считаю вас умным человеком и сочувствую вашему положению. Но если вы будете перебегать мне дорогу, то наше сотрудничество на этом закончится!
– Лейтенант, я буду делать то, что считаю нужным – с вами или без вас.
– Не только репортеры умеют доставлять неприятности окружающим. Не забывайте об этом. – Дженнер захлопнул папку, встал. – А сейчас мне надо работать.
Нет, размышлял теперь Дженнер, в сторону симпатию и восхищение. Он не допустит, чтобы Финн самостоятельно вел расследование. Может быть, репортер и сам не понимает, что его жизнь подвергается опасности, но для Дженнера это было совершенно очевидно.
Дженнер встал, чтобы налить себе еще кофе, бросил взгляд сквозь стеклянную дверь и…
– Вспомни дурака… – пробормотал он. Потом распахнул дверь – Меня ищете? – спросил детектив Финна и махнул рукой дежурному, чтобы тот его пропустил. – Все в порядке, офицер. Пусть мистер Райли зайдет. – Потом сдержанно кивнул Финну. – У вас есть пять минут.
– Мне понадобится немного больше. – Финн беспристрастно рассматривал фотографии, пришпиленные к доске. Это были моментальные снимки обеих жертв, сделанные до и после смерти. Они висели рядом, и создавалось жутковатое впечатление, что это мишени до и после стрельбы, при которой пули должны были попадать в «яблочко». – Вам придется добавить сюда еще одну пару.
Двадцать минут спустя Дженнер закончил свой разговор с детективом с Бруклинских холмов.
– Они перешлют нам дело по факсу, – сказал он Финну. – Хорошо, мистер Райли, кто знал, что Макнейл передавал информацию Анджеле?
– Те, кто работает у Дины. В этом я уверен. Можно допустить, что это как-то просочилось вниз, в комнату новостей. – В нем все кипело от возбуждения. Финн узнавал это чувство: так бывает, когда знаешь, что вот-вот решишь головоломку. – Люди Дины всегда много общались с ребятами из новостей. Вы видите, все подтверждается. Три человека умерли, потому что они так или иначе угрожали Дине.
– Я не могу ничего сказать по этому поводу, мистер Райли.
Финн резким движением отодвинулся от стола.
– Черт побери, я здесь не как репортер! Я не охочусь за сенсацией или сногсшибательной информацией из конфиденциального полицейского источника. Можете обыскать – у меня нет микрофона!
– Я и не думаю, что вы здесь ради сенсационного репортажа, мистер Райли, – спокойно ответил Дженнер. – Если бы я так думал, то вы никогда даже не переступили бы через порог участка. Но, возможно, я думаю, что вы слишком привыкли делать все по-своему. Вести свое собственное шоу, забывая о тонкостях такого деликатного дела, как сотрудничество. Финн хлопнул обеими ладонями по столу.
– Если думаете, что вам удастся меня отстранить, то ошибаетесь Вы были правы, когда говорили о неприятностях, лейтенант. Один телефонный звонок, и дюжина телекамер будет следовать за вами по пятам. Я могу сделать так, что вам и чихнуть нельзя будет, чтобы кто-нибудь не подставил микрофон к носу. Вы не успеете и дух перевести, а уже весь Чикаго будет гудеть о новом убийце-маньяке. Комиссар полиции и мэр города будут в восторге, правда? – Он замолчал – Вы используете меня или я буду использовать вас. Выбор за вами.
Дженнер поставил локти на стол, наклонился вперед.
– Я не люблю угроз.
– Я тоже. Но это будут уже не угрозы, если вы попытаетесь сейчас отвязаться от меня – Он перевел взгляд на фотографии жертв. – Он может допустить ошибку. – Теперь Финн говорил тихо и осторожно:
– Он может допустить ошибку в любой момент и тогда попытается сделать с ней то же самое. Вы психуете, потому что я самостоятельно нашел новый след. Что ж, прекрасно. Можете психовать. Но используйте меня дальше. Или, Богом клянусь, я буду использовать вас!
Сдерживая раздражение, Дженнер объективно прикинул, сколько вреда нанесла бы делу война с прессой. Слишком много, размышлял он. От войн с прессой всегда бывало слишком много вреда.
– Давайте поступим следующим образом, мистер Райли. Мы допускаем, что Макнейл был первой жертвой того же убийцы, но хотим сохранить это в секрете.
– Я уже говорил, что не гоняюсь за сенсацией.
– Мы просто определяем основные правила игры. Итак, дальше мы допускаем, что только ограниченный круг людей знал то, что стало мотивом его убийства. – Дженнер показал рукой на стул, подождал, пока Финн опять сел. – Расскажите мне об этих людях. Начнем с Лорена Бача. – Подчеркивая готовность к компромиссу, детектив открыл папку на Лорена, которую Анджела когда-то получила от Бикера.


Кесси вошла в офис Дины и издала длинный-длинный вздох восхищения. Дина стояла на табурете посреди комнаты, а у ее ног копошилась портниха. Вокруг вздымались волны мерцающего белого шелка.
– Великолепно!
– Это еще только начало. – Но Дина и сама чуть ли не вздыхала, проводя рукой по широкой юбке, аккуратно пришпиленной к кружевному лифу. «Ирландские кружева, – подумала она. – Для Финна». – Но ты права.
– Я сейчас принесу свою камеру. – Воодушевившись, Кесси бросилась обратно к двери. – Не двигайся.
– Не бойся, я никуда не уйду.
– Не шевелитесь, – пожаловалась портниха с полным ртом булавок. Ее голос звучал раздраженно, как будто она уже проглотила их больше, чем полагалось.
Дина собрала в кулак всю силу воли, чтобы не переступить с одной ноги на другую.
– Я не шевелюсь.
– Вы дрожите, как тростинка.
– Извините. – Дина вздохнула поглубже, стараясь успокоиться. – Наверное, я просто нервничаю.
– Будущая невеста, – диктовала Кесси, входя в комнату с «Палмкордером» в руках, – Дина Рейнольдс, королева дневного эфира, выбрала элегантное длинное платье из…
– Итальянского шелка, – подсказала портниха. – С ирландскими кружевами и целым морем белого жемчуга.
– Изысканное платье, – скупо добавила Кесси. – Скажите нам, мисс Рейнольдс, – как настоящий профессионал, она перевела камеру на лицо Дины, дав крупный план, – как вы себя чувствуете в связи с этим волнующим событием?
– Ужасно. – Дина закрыла глаза. Если на примерку уйдет хоть на пять минут больше отпущенного часа, то ей придется нагонять это время в течение всей недели. – Я даже немного не в себе. Но, с другой стороны, я получаю удовольствие от каждой минуты этих приготовлений.
– Если ты будешь просто стоять и не шевелиться, то я обойду вокруг так, чтобы у наших зрителей сложилось полное впечатление. – Кесси шагнула вбок, переключила камеру на общий план. – Это пойдет в мой разрастающийся архив событий за кадром «Часа с Диной».
Дина почувствовала, что ее улыбка окаменела.
– И у тебя уже много пленок?
– Ага, чуть-чуть одного, чуть-чуть другого. Саймон выдергивает остатки волос. Маргарет плюется. Ты бежишь к лифту.
Под блестящим лифом Динино сердце забилось сильнее.
– Наверное, я никогда не обращала на это внимания. Вокруг столько камер. Ты ведь всегда держишь камеру под рукой, правда?
– Никогда заранее не знаешь, какой из пойманных моментов окажется историческим или просто забавным.
Кто-то поймал и ее, вспомнила Дина, пока она спала у себя в кабинете. Шла на работу, с работы, по магазинам, играла в парке с малышом Фрэн.
Кто-то поймал ее без сознания в студии рядом с телом Анджелы.
Кесси, которая то входила, то выходила из ее офиса по много раз на дню. Кесси, знавшая все подробности Дининого распорядка дня. Кесси, которая встречалась с одним из операторов студии.
– Кесси, выключи ее.
– Еще одну секундочку.
– Выключи! – пронзительно выкрикнула Дина и сжала зубы, стараясь держать себя в руках.
– Извини. – Явно сбитая с толку, Кесси опустила камеру. – Наверное, мне пора идти.
– Все в порядке. Я просто нервничаю! – Дина с трудом выдавила из себя улыбку. Это нелепо, сказала она себе. Безумием было бы вообразить, что Кесси способна на убийство.
– Это твой первый день на работе! – Кесси погладила ее по руке, и Дина едва сдержалась, чтобы не отпрянуть в сторону. – Бог знает, это какой-то сумасшедший дом, а не офис. После шоу нам постоянно звонят насчет Кейт Лавел. Почему бы тебе не отдохнуть после примерки и не поехать домой? Я могу перенести на другие дни все послеобеденные встречи.
– Кажется, это хорошая мысль, – медленно проговорила Дина, прислушиваясь к хаотичному биению своего сердца. – У меня дома столько дел.
Кесси поджала губы.
– Я не имела в виду, что тебе надо броситься из одного сумасшедшего дома в другой. Ты все равно ничего не сможешь там сделать, пока вокруг суетятся маляры и плотники. Мне кажется… – Она увидела, что Дина перевела взгляд на дверь, и повернулась. – Джеф, – Кесси немного смягчилась от восхищения, появившегося на лице у Джефа, – она потрясающе выглядит, правда?
– Ага. В самом деле. – Он посмотрел на камеру в руках у Кесси. – Ты что-нибудь сняла?
– Конечно. Поймала момент. Слушай, если не что-то срочное, то попридержи это до завтра, ладно? Сегодня у нас грандиозное событие: Ди уходит домой пораньше.
– Отличная идея. Дина, звонил Финн. Он просил передать, что у него встреча и он поедет прямо домой. Будет там примерно в четыре.
– Что ж, это кстати. Может быть, я его обгоню.
– Нет, если не будете стоять спокойно, – пробормотала портниха.
Но еще не было и половины четвертого, когда Дина впрыгнула в туфли и схватила сумку.
– Кесси, ты не позвонишь Тиму?
– Уже позвонила. Он должен ждать внизу.
– Спасибо. – Она остановилась у стола, чувствуя стыд из-за своих недавних подозрений. – Извини меня, Кесси. Ну, что я не разрешила тебе снимать.
– Не волнуйся из-за этого. – Кесси точным движением вскрыла одно из писем дневной почты, которая стопочкой лежала у нее на столе. – Я понимаю, что мешала тебе. – Она хихикнула. – Но в такой ситуации мне даже нравится мешаться и путаться под ногами. Увидимся завтра.
– Хорошо. Не задерживайся долго.
Успокоившись, Дина направилась к лифту. Нажимая на кнопку «Вниз», бросила взгляд на часы. Если повезет, то она сможет удивить Финна тем, что приедет первой. Будет несложно, знала Дина, уговорить его приготовить какого-нибудь посиневшего цыпленка и спагетти. Ей хотелось чего-нибудь остренького, чтобы отметить свое возвращение в рабочую упряжку.
Дома она сможет разгрести целую гору бумаг и сделать несколько звонков. Потом, если запланировать перерыв, она могла бы придумать что-нибудь этакое необычное, чтобы окончательно свести Финна с ума.
А потом у них будет поздний ужин. Очень поздний, решила она и выпорхнула из лифта.
Может быть, она успеет завернуть в подарочную бумагу купленные в последнюю минуту рождественские подарки или убедит Финна испечь печенье. Она могла бы обсудить с ним несколько новых идей для будущих шоу.
Ослепленная ярким солнечным светом, Дина тотчас же достала темные очки. Надев их, забралась на заднее сиденье ожидавшего лимузина.
– Привет, Тим. – Дина закрыла глаза и потянулась. В машине было так замечательно тепло!
– Привет, мисс Рейнольдс.
– Оказывается, сегодня чудесный день. – Чисто механически она протянула руку за бутылкой охлажденного сока, которая всегда ждала ее в машине. Дина бездумно смотрела на спину своего шофера. Хотя в салоне было очень тепло, он закутался в пальто, низко надвинул шляпу.
– Конечно, чудесный.
Отхлебнув сока, Дина открыла сумку. Она отложила в сторону папку, аккуратно озаглавленную «Свадебные планы», и достала приготовленную Кесси дневную корреспонденцию. Она всегда считала, что дорога на работу и домой тоже является частью рабочего дня. А сейчас тем более – ей надо было наверстать время, потраченное на примерку, и то, что она рано уходила домой.
Но на третьем письме слова начали сливаться. Непонятно, как можно было так устать всего лишь к середине дня. Дина раздраженно просунула пальцы под стекла очков, чтобы протереть глаза. Но те слипались все сильнее, словно веки были намазаны клеем. Вдруг у Дины закружилась голова, к горлу подступила тошнота, а рука тяжело упала на сиденье.
Такая усталость, подумала она. И как же жарко! Неловким замедленным движением она попыталась сбросить пальто. Бумаги рассыпались по полу, но собрать их она уже не могла. Тошнота становилась все сильнее И сильнее.
– Тим, – Дина наклонилась вперед, опираясь рукой о спинку его сиденья. Он не ответил, но это слово прозвучало как-то глухо и отдаленно от ее собственных ушей. Пока она старалась привлечь внимание шофера, полупустая бутылка сока выскользнула из оцепеневших пальцев.
– Что-то случилось, – пыталась сказать Дина, беспомощно сползая на плюшевый коврик на полу машины. – Случилось что-то ужасное.
Но он не отвечал. Дине показалось, что она падает сквозь пол лимузина в темную, бездонную яму.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наивная плоть - Робертс Нора



много лишнего,но очень интересный!
Наивная плоть - Робертс НораЕлена
11.03.2012, 17.20





От Робертс в восторге, понравился и этот роман, динамично, герои похожи на реальных людей, а не на персонажей из сказки
Наивная плоть - Робертс НораТатьяна
17.04.2012, 1.51





Очень хороший роман, не нашла в нем ничего лишнего: все, что написано, помогает погрузится в атмосферу за кулисами телепередач. Много второстепенных персонажей со своими историями, это радует. Главный герой выписан в духе Робертс - надежный, немного мальчишка в душе, с хорошим чувством юмора. И героиня не безмозглая дура, не истеричка, а вполне уравновешенная дама. В общем, все вполне в стиле автора. 10/10
Наивная плоть - Робертс НораЯя
19.03.2014, 12.05





Наверное впервые главные герои не ссорятся и не расходятся. Нормальные отношения взрослых людей. Не понравились фамилии звездных леди))) Но 10ку роман заслужил.
Наивная плоть - Робертс НораВиталия
28.07.2015, 13.37








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100