Читать онлайн Горячий лед, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Горячий лед - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.33 (Голосов: 12)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Горячий лед - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Горячий лед - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Горячий лед

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 2

Он проснулся от неприятного ощущения в затекшей руке. Заворчав, он попытался устроиться поудобнее и случайно надавил на повязку. Он лежал лицом на мягкой пуховой подушке, покрытой льняной наволочкой без всякого запаха. Простыня под ним была теплой и гладкой. Осторожно сдвинув левую руку, Дуг повернулся на спину.
В комнате было темно, и это создавало обманчивое впечатление, что еще ночь. Он посмотрел на часы. Девять пятнадцать. Черт! Он провел рукой по лицу и вскочил с постели.
Он валяется на кровати в номере дорогого отеля в Вашингтоне, а должен быть в самолете, на полпути к Индийскому океану. Какой унылый, хоть и дорогой отель, думал Дуг, вспоминая его аляповатый, покрытый красным ковром вестибюль. Они приехали в час десять, и он не смог найти выпивки. Политикам может нравиться Вашингтон, он же предпочитает Нью-Йорк.
А теперь надо решать две проблемы. Первая проблема заключалась в том, что Уитни крепко держала в руках свою сумочку, не давая ему ни малейшего шанса на самостоятельность. Была и другая проблема, она совершенно права. Он-то думал только о том, чтобы выбраться из Нью-Йорка, а она – о таких деталях, как паспорта.
Что ж, у нее есть связи в федеральном округе Колумбия, подумал Дуг. Если благодаря связям можно избежать бумажной волокиты, он всегда за это. Дуг огляделся – этот дорогой номер был размером едва ли больше кладовки, где уборщики туалетов хранят свои швабры. Она выставит ему счет и за номер, подумал Дуг, смотря прищуренными глазами в сторону двери в смежную комнату. У Уитни Макаллистер мозги похожи на банкомат. А лицо…
Усмехнувшись, Дуг помотал головой и снова лег. Лучше не вспоминать ее лицо и все остальное. Ему нужны только ее деньги. Женщины подождут. Когда он получит то, чего добивается, у него их будет столько, сколько он захочет.
Нарисованная картина была достаточно приятной, и он с минуту сохранял на лице улыбку. Блондинки, брюнетки, рыжие, пухлые, худые, коротышки, высокие. Нет смысла проявлять какую-либо дискриминацию. Он собирался очень щедро потратить на них свое время. Но сначала нужно получить проклятый паспорт и визу. Взгляд Дуга стал хмурым. Проклятое бюрократическое дерьмо! Его ждало сокровище, профессиональный костолом дышал ему в затылок, а эта сумасшедшая женщина не покупала ему даже пачки сигарет без того, чтобы не занести расходы в маленький блокнот, который держала в сумочке из змеиной кожи.
Эта мысль заставила его протянуть руку, чтобы вытащить сигарету из пачки, лежавшей на ночном столике. Дуг не мог этого понять. Когда у него были деньги, он их щедро тратил. Даже слишком щедро, решил он. Может быть, поэтому деньги у него всегда водились не очень долго.
Щедрость составляла часть его натуры. А его слабостью были женщины, особенно маленькие, пухленькие, с большими глазами. Независимо от того, сколько раз он был с одной из них, он неизменно искал следующую. Шесть месяцев назад маленькая официантка по имени Синди подарила ему две незабываемые ночи и душераздирающую историю про больную маму в Колумбусе. В конце концов он расстался с ней – и с пятью тысячами. Он всегда покупался на большие глаза.
С мотовством он покончит, обещал себе Дуг. Если в его руках окажется куча денег, он постарается их сохранить. На этот раз он купит большую виллу на Мартинике и начнет жить так, как всегда мечтал. И он будет щедрым со своими слугами. Дуг достаточно долго убирал у богатых людей и отлично знал, какими холодными и небрежными они могут быть со слугами. Конечно, он работал на них только до тех пор, пока не предоставлялась возможность их обворовать, но это не меняло сути дела.
Однако пристрастие к дорогим вещам появилось не потому, что он работал в богатых домах. Он с этим родился. Но он родился без денег. И опять же – он чувствовал, что было бы значительно хуже родиться еще и без мозгов. Имея мозги и обладая определенными талантами, можно забрать то, что нужно, или то, что хочется, у людей, которые не замечают обмана. Такое занятие обеспечивало высокий уровень адреналина в крови. Его результат – деньги – просто давал возможность расслабиться до следующего раза.
Дуг знал, как нужно планировать, как интриговать, как претворять свою идею в жизнь. А еще он знал, как важна тщательная проработка. Он провел на ногах полночи, внимательно изучая каждую крупицу информации, читая каждую строчку тех бумаг, которые находились в конверте. Это была головоломка, но у него были ее части. Чтобы сложить их вместе, требовалось только время.
Аккуратно напечатанный на машинке перевод, который он прочитал, для одних мог показаться любопытным повествованием, для других – уроком, который дает сама история. Аристократы пытались контрабандой вывезти из раздираемой революцией Франции свои драгоценности и свои драгоценные особы. Дуг читал строки, в которых были страх, смятение, отчаяние. В запечатанных в пластик оригиналах, которые он не мог прочесть, не зная французского, даже почерк говорил о безнадежности. Но там говорилось также о королевской власти, об интригах и о богатстве. Мария-Антуанетта. Робеспьер. Ожерелья с экзотическими названиями, спрятанные среди кирпичей или картошки. Гильотина, отчаянные попытки переплыть Ла-Манш. Любопытные повествования, проникнутые духом истории и окрашенные кровью. Однако бриллианты, изумруды, рубины размером с куриное яйцо тоже реально существовали. Часть из них бесследно исчезла. Некоторые помогли своим хозяевам купить жизнь, пропитание или молчание. Другие путешествовали через океаны. Дуг выпрямил руку и улыбнулся. Индийский океан – дорога купцов и пиратов. А на побережье Мадагаскара находится ключ к его мечтам, сохраняемый для королевы в течение столетий. Он найдет его – с помощью дневника молодой девушки и отчаянных писем отца. А когда найдет, то не станет оглядываться.
Бедное дитя, подумал Дуг, представив себе юную француженку, двести лет назад записывавшую свои переживания. Он гадал, точно ли отражает перевод то, что она испытала. Если бы он только мог прочитать оригинальный текст…Дуг пожал плечами, напомнив себе, что она уже давно умерла и что это не его забота. Но она ведь была совсем ребенком, испуганным и сбитым с толку.
– Почему они нас так ненавидят? – писала она. – Почему они смотрят на нас с такой ненавистью? Папа говорит, что мы должны покинуть Париж, и я уверена, что больше никогда не увижу своего дома.
И действительно больше не увидела, размышлял Дуг, потому что война и политика решают глобальные проблемы, растаптывая маленького человека. Революционная Франция или вьетнамские джунгли – нет никакой разницы. Он знал, что это такое – чувствовать себя беспомощным, и не хотел испытать этого чувства еще раз.
Дуг вытянулся на кровати и стал думать об Уитни.
К лучшему или нет, но он заключил с ней сделку. Он не станет ее разрывать, пока не будет уверен, что сможет выйти сухим из воды. В то же время его очень раздражало, что он зависит от нее, получая каждый доллар из ее рук.
Димитри нанял его украсть эти бумаги, потому что он, как Дуг не без гордости признался самому себе, вдыхая дым сигареты, очень хороший вор. В отличие от рядовых сотрудников Димитри Дуг никогда не считал, что оружие может заменить ум Он всегда предпочитал жить за счет именно ума. Дуг знал, что именно благодаря его репутации человека, который тихо и спокойно выполняет свою работу, он удостоился звонка Димитри. Тот предложил вытащить толстый конверт из сейфа одной компании с ограниченной ответственностью, офис которой находился около Парк-авеню.
Работа есть работа, и если такой человек, как Димитри, хочет заплатить пять тысяч долларов за стопку бумаг – множество выцветших бумаг на иностранном языке, – Дуг не собирался против этого возражать. К тому же ему нужно было отдать кое-какие долги.
Ему пришлось преодолеть две сложные сигнальные системы и четырех охранников, прежде чем он справился с настоящей жемчужиной – стенным сейфом, в котором хранился конверт Он справился со всеми замками и сиренами. У него просто дар к этому. Человек не должен пренебрегать теми талантами, которые даны ему от Бога. Вещь была на месте, и он сделал все как надо Он ни взял ничего, кроме бумаг, хотя рядом с конвертом в сейфе лежал очень интересный черный кейс. Дуг не рассчитывал, что, прочитав их, он что-то поймет. Он совсем не ожидал, что переводы дневника или документов, которым уже двести лет, произведут на него такое впечатление. Может быть, дело было в его любви к интересным рассказам или в уважении к печатному слову, но, когда Дуг бегло перелистал бумаги, они сразу же подействовали на его воображение Однако Дуг должен был эти бумаги отдать, произвели они на него впечатление или нет. Уговор есть уговор.
Он зашел в аптеку и купил пластырь. Приклеив конверт к груди, он проявил простую предосторожность. Как в любом большом городе, в Нью-Йорке было полно нечестных людей. Конечно, Дуг прибыл на спортивную площадку в Ист-Сайде на час раньше условленного времени и спрятался за кустами. Человек, который остерегается, дольше живет..
Не обращая внимания на проливной дождь, Дуг мучительно думал о том, что прочитал. Переписка, документы, внушительный список драгоценностей. Ведь кто-то собирал эту информацию, аккуратно переводил, сортировал с дотошностью профессионального библиотекаря. В его сознании промелькнула мысль, что, если бы у него было время, он мог бы и сам завершить эту работу. Однако уговор есть уговор.
Дуг по-прежнему ждал с искренним намерением отдать бумаги и забрать свой гонорар. Так было до тех пор, пока он не понял, что может не надеяться на пять тысяч долларов, которые обещал Димитри. Он получит двухдолларовую пулю в спину и могилу в водах Ист-Ривер.
Ремо прибыл на черном «линкольне» с двумя другими типами, одетыми в строгие деловые костюмы.
Они спокойно обсуждали самый эффективный способ его убить. Вроде бы сошлись на пуле в голову. Оставалось решить только где и когда, но Дуг, находившийся в двух метрах от них за кустами, не стал дослушивать и отполз в сторону. Кажется, Ремо очень беспокоился о том, что может запачкать кровью обивку сидений «линкольна».
Сначала Дуг разозлился. Не имеет значения, сколько раз его надували – он уже сбился со счета, но каждый раз обман приводил его в бешенство. В этом мире нет честных людей, думал он, чувствуя, как клейкая лента слегка стягивает ему кожу. Дуг попытался обдумать, как ему действовать дальше.
Димитри слыл оригиналом. Но кроме того, он имел репутацию человека, который отбирает все самое лучшее, начиная правым сенатором, которому платит денежное содержание, и кончая хорошим вином, которое хранит в своем подвале. Если он настолько желал заполучить бумаги, что решил обрубить конец по имени Дуглас Лорд, значит, они чего-то стоят. Дуг немедленно решил, что бумаги стали его собственностью и они обеспечат ему будущее. Теперь ему было нужно только одно – дожить до того момента, когда он сможет получить это богатство.
Погруженный в воспоминания, Дуг ненароком дотронулся до раненой руки. Она все еще побаливала, но состояние ее уже было лучше. Он должен признать, что сумасшедшая Уитни Макаллистер проделала неплохую работу. Он выдохнул дым и затушил сигарету. Наверно, она запишет эту сигарету ему в счет.
Сейчас Уитни ему нужна, по крайней мере до тех пор, пока они не выбрались из страны. Когда он окажется на Мадагаскаре, то пошлет ее к черту. На лице Дуга появилась ленивая улыбка. У него был некоторый опыт по части того, как перехитрить женщину. Иногда ему это удавалось. В такие моменты он сожалел об одном – о том, что не сможет видеть удивление и злость женщины, когда она наконец-то поймет, что ее оставили с носом. Однако, представляя себе эти светлые, золотистые волосы, он думал, что не будет очень здорово, если ему придется ее надуть. Дуг не мог отрицать, что он у нее в долгу. Но именно тогда, когда он вздохнул и начал думать об Уитни благожелательно, дверь в смежную комнату внезапно распахнулась.
– Вы все еще в постели? – Уитни подошла к окну и раздвинула шторы, затем брезгливо помахала рукой перед своим лицом, пытаясь рассеять дымовую завесу. Он ведь уже давно проснулся, решила она. Лежит, курит и думает, как от нее избавиться. Можно себе представить! Когда Дуг принялся ругаться и щурить глаза, она только покачала головой. – Вы ужасно выглядите.
Обижаться было бессмысленно. Подбородок зарос щетиной, волосы торчали в беспорядке, а ради зубной щетки Дуг, казалось, готов был пойти на убийство. Она же выглядела так, как будто только что вышла от Элизабет Арден. Лежа голый в постели с обмотанной вокруг бедер простыней, Дуг почувствовал некоторое неудобство, но решил не обращать на это внимания.
– Вы когда-нибудь стучитесь?
– Только не тогда, когда плачу за комнату, – небрежно сказала Уитни. Она переступила через валявшиеся на полу джинсы. – Завтрак скоро будет.
– Замечательно.
Игнорируя его сарказм, Уитни стала вести себя так, как будто была дома. Она села на кровать и вытянула ноги.
– Устраивайтесь поудобнее, – с чувством сказал Дуг.
Уитни только улыбнулась и отбросила назад волосы.
– Я связалась с дядей Макси.
– С кем?
– С дядей Макси, – повторила Уитни, бросив беглый взгляд на свои ногти. Они действительно нуждались в маникюре, причем с этим надо успеть еще до того, как они покинут город. – На самом деле он мне не дядя, я просто называю его своим дядей.
– Ах вот какой дядя, – с полуусмешкой сказал Дуг.
Уитни кротко взглянула на него:
– Не будьте таким грубияном, Дуглас. Это хороший друг нашей семьи. Может быть, вы о нем слышали. Это Максимилиан Тибери.
– Сенатор Тибери?
Она смотрела на растопыренные пальцы, еще раз убеждаясь в необходимости маникюра.
– Вы держитесь в курсе всех событий.
– Послушайте, вы, чересчур сообразительная! – Дуг схватил ее за руку так, что она чуть не упала ему на колени. Уитни только заулыбалась, зная, что все козыри по-прежнему у нее на руках. – Какое отношение к нашему делу имеет сенатор Тибери?
– У него связи. – Уитни провела пальцем по его щеке, цокая языком из-за того, что она такая колючая. Однако в этой колючести, подумала она, есть какая-то своя примитивная привлекательность. – Мой отец всегда говорит, что в крайнем случае вы можете обойтись без секса, но без связей обойтись невозможно.
– Да? – Усмехаясь, он подтянул ее к себе так, что лицо Уитни оказалось совсем близко, а волосы рассыпались по простыне. И снова уловил ее аромат, который говорил о богатстве и высоком классе. – У каждого свои приоритеты.
– Конечно. – Ей захотелось его поцеловать. Он казался грубым, неугомонным и взъерошенным – так выглядит мужчина после ночи необузданного секса. Каким любовником может быть Дуглас Лорд? Наверное, безжалостным. Она почувствовала, как от этой мысли ее сердце застучало немного быстрее. От него пахло табаком и потом. Он был похож на человека, который все время ходит по краю пропасти и наслаждается этим. Ей хотелось ощутить на себе прикосновения его искусных губ, но пока не время. Поцелуй может заставить ее забыть о том, что она должна быть все время на шаг впереди; – Дело в том, – проговорила она, перебирай руками его волосы, в то время как их губы находились на расстояний вздоха, – что благодаря дяде Макси через двадцать четыре часа мы сможем получить паспорт для вас и две тридцатидневные визы на Мадагаскар.
– Каким образом?
Уитни с изумлением и досадой отметила про себя, как быстро его обольстительный тон превратился в деловой.
– Связи, Дуглас, – жизнерадостно сказала она. – Для чего иначе нужны партнеры?
Он оценивающе посмотрел на нее. Проклятие, какая же она ловкая! Если он не будет соблюдать осторожность, она станет ему необходима. А женщина, без которой нельзя обойтись, – это последнее, что нужно смышленому мужчине. Женщина, у которой глаза как виски, а кожа – как нижняя сторона лепестка. И тут до него дошло, что на следующий день в это самое время они будут уже в пути. Издав короткий возглас, он перекатился и лег на нее сверху. Волосы Уитни разметались по подушке. Ее глаза, настороженные и смеющиеся одновременно, встретились с его глазами.
– Попробуем выяснить на практике, для чего нужен партнер, – предложил Дуг.
Его тело было твердым, как и его рука, обхватившая ее лицо, таким, каким бывает его взгляд. Это было искушением. Он весь был искушением. Но сначала нужно взвесить все «за» и «против». Уитни не успела решить, соглашаться ей или нет, как раздался стук в дверь.
– Завтрак, – радостно сказала она, вывернувшись из-под него. Даже если ее сердце и стучало чересчур быстро, на это не стоило обращать внимания.
Слишком много дел было впереди.
Дуг закинул руки за голову и откинулся на спинку кровати. Возможно, внезапно возникшее желание проделало дыру в его желудке или, возможно, это просто голод. А может, и то, и другое.
– Давайте позавтракаем в постели.
Уитни просто проигнорировала это предложение.
– Доброе утро, – приветливо сказала она официанту, который вкатил столик с тарелками.
– Доброе утро, мисс Макаллистер. – Молодой, плотного телосложения пуэрториканец даже не взглянул на Дуга. Все его внимание было сосредоточено на Уитни. Весьма грациозно он вручил ей розу.
– Ну зачем же! Спасибо, Хуан. Она прелестна.
– Я подумал, что она вам понравится. – Он улыбнулся, показав крепкие, здоровые зубы. – Надеюсь, что ваш завтрак в полном порядке. Как вы просили, я принес туалетные принадлежности и бумагу.
– О, это замечательно, Хуан. – Дуг заметил, что она улыбнулась этому смуглому жеребцу-официанту значительно приветливее, чем ему. – Думаю, это не доставило тебе много хлопот.
– О, что вы, ни в коем случае, мисс Макаллистер. За спиной официанта Дуг молча передразнивал его жесты и выражение лица. Уитни, увидев это, только приподняла бровь, затем подписала чек широким росчерком пера.
– Спасибо, Хуан. – Она взяла сумочку и достала двадцатку. – Ты мне очень помог.
– С радостью, мисс Макаллистер. Если вам будет нужно что-нибудь еще, просто позвоните. – Двадцатка исчезла в его кармане со скоростью, говорящей о многолетней практике. – Приятного аппетита. – Все еще улыбаясь, он повернулся к двери и удалился.
– Вам нравится, как они пресмыкаются перед вами, правда?
Уитни налила себе кофе в чашку, небрежно помахивая розой перед носом.
– Наденьте что-нибудь и садитесь завтракать.
– А вы чертовски щедро распоряжаетесь той скромной суммой наличных, которые у нас есть. – Уитни ничего не ответила, но он заметил, как она что-то записала в свою книжечку. – Погодите, это ведь вы дали ему лишние чаевые, а не я.
– Он принес вам бритвенный прибор и зубную щетку, – мягко заметила она. – Мы разделим чаевые, потому что ваша гигиена в данный момент меня тоже несколько заботит.
– Как это мило с вашей стороны! – проворчал Дуг. Потом, решив посмотреть, насколько далеко она может зайти, он не спеша выбрался из кровати.
Уитни не стала хватать ртом воздух, не вздрогнула, не покраснела. Она просто посмотрела на него долгим, оценивающим взглядом. Белая повязка на руке резко контрастировала со смуглой кожей. Боже мой, какое у него красивое тело, подумала Уитни, и ее пульс начал биться сильнее. Стройное, гладкое, с четко очерченной мускулатурой. Голый, небритый, ухмыляющийся, он казался ей опаснее и в то же время привлекательнее любого мужчины, который когда-либо попадался на ее пути. Но она не доставит ему удовольствия узнать об этом.
Не отрывая от него глаз, Уитни взяла в руку кофейную чашку.
– Перестаньте валять дурака, Дуглас, – мягко сказала она, – и наденьте штаны. Простудите себе яйца.
Черт возьми, какая же она холодная, подумал он, натягивая джинсы. Как раз сейчас он надеялся увидеть, как она смутится. Плюхнувшись в кресло рядом с ней. Дуг начал поглощать яичницу и хрустящий бекон. В данный момент он был слишком голоден, чтобы считать, во сколько ему обойдется роскошь обслуживания в номере. Когда он найдет сокровище, купит себе собственный отель.
– Так кто вы такая, Уитни Макаллистер? – спросил он с набитым ртом.
Она добавила перцу себе в яичницу.
– В каком смысле?
Он усмехнулся, довольный хотя бы тем, что она не может легко ответить на его вопрос.
– Откуда вы?
– Ричмонд, штат Виргиния, – сказала она, так легко придав своей речи виргинский акцент, что можно было поклясться, будто она все время так говорила. – Моя семья все еще там, на плантации.
– А почему вы переехали в Нью-Йорк?
– Потому что это недолго сделать. Он протянул руку к тостам, внимательно рассматривая блюдо, думая, какое ему выбрать желе.
– И что вы здесь делаете?
– То, что мне нравится.
Дуг посмотрел в ее томные глаза цвета виски и поверил этому.
– Вы где-то работаете?
– Нет, у меня просто есть специальность. – Уитни взяла в руку ломтик бекона и откусила маленький кусочек. – Я дизайнер по интерьеру.
Дуг вспомнил ее квартиру – ощущение элегантности, правильного подбора цветов, неповторимости.
– Значит, декоратор, – задумчиво сказал он. – Должно быть, хороший.
– Естественно. А вы? – Она налила кофе себе и ему. – Чем вы занимаетесь?
– Многими вещами. – Дуг протянул руку за сливками, внимательно глядя на нее. – Но в основном я вор.
Уитни вспомнила, с какой легкостью он увел «порше»:
– Должно быть, хороший. Он засмеялся, довольный:
– Естественно.
– Та головоломка, которую вы упомянули. Бумаги. – Она разломила надвое кусок тоста. – Вы не собираетесь мне их показать?
– Нет.
Уитни прищурилась:
– Откуда мне знать, что они действительно у вас? Откуда мне знать, что даже если они у вас, то заслуживают того, чтобы я тратила на них свое время, не говоря уже о деньгах?
Он, казалось, секунду раздумывал, затем предложил ей блюдо с желе.
– Честное слово?
Она выбрала клубничное желе и принялась щедро его намазывать на тост.
– Давайте не будем смешить друг друга. Откуда вы их взяли?
– Я их... добыл.
Откусив кусочек тоста, Уитни взглянула на него исподлобья:
– То есть у крал и.
– Да.
– У тех людей, которые за вами охотятся?
– Украл для человека, на которого они работают, – поправил ее Дуг. – Для Димитри. К несчастью, он попытался меня обмануть, поэтому договор с ним больше не действует. Так что я владею ими на девяносто процентов законно.
– Могу себе представить. – Уитни вдруг подумала о том, что завтракает с вором, у которого находится таинственная головоломка. Вряд ли когда-нибудь в своей жизни она совершала более необычный поступок. – Хорошо, пусть так. В каком виде эта головоломка?
Дуг хотел еще раз сказать «нет», но поймал взгляд ее глаз. В них была холодная, непреклонная решимость. Лучше он все же даст ей что-то, по крайней мере пока у него нет паспорта и билета.
– У меня есть разные бумаги – документы, письма. Я уже говорил вам, что им лет двести. В бумагах достаточно информации, чтобы выйти прямо на кучу денег, и никто не знает, где они находятся. – Ему в голову пришла одна мысль, и он нахмурился. – Вы знаете французский?
– Конечно, – ответила Уитни и улыбнулась. – Значит, часть документов написана по-французски. – Дуг ничего не ответил, и она снова принялась его допрашивать:
– Почему никто не знает об этой куче денег?
– Те, кто знал, давно умерли.
Уитни не понравилось, как он это сказал, но теперь она не собиралась отступать:
– Откуда вы знаете, что это не фальшивка? На лице Дуга застыло напряженное выражение, именно такое, когда вам преподносят неприятный сюрприз.
– Я это чувствую.
– А что это за человек, который вас преследует?
– Димитри? Он первоклассный бизнесмен – в грязном бизнесе. Он умный и подлый, из той породы людей, которые знают латинское название жука, которому отрывают крылышки. Если он хочет заполучить эти бумаги, значит, они чертовски дорого стоят. Чертовски дорого.
– Я надеюсь, что это подтвердится на Мадагаскаре. – Уитни взяла в руки номер «Нью-Йорк тайме», который принес Хуан. Ей не понравилось то, что сказал Дуг о том человеке, который его преследует. Лучший способ отвлечься от мрачных мыслей – подумать о чем-нибудь другом. Но когда Уитни открыла газету, у нее перехватило дыхание. – Ох черт!
Занятый своей яичницей. Дуг издал только отсутствующее «х-м-м».
– Теперь у меня будут неприятности, – сказала Уитни, встав и бросив развернутую газету на его тарелку.
– Эй, я еще не кончил завтракать. – Отодвигая газету в сторону, он заметил фотографию улыбающейся Уитни. Над фотографией был крупный заголовок: «Исчезла наследница короля мороженого»
– Наследница короля мороженого, – пробормотал Дуг, пробегая глазами текст. До него не сразу дошел смысл прочитанного. – Мороженого… – Рот его раскрылся, когда он отбросил газету. – Мороженое Макаллистера? Так это вы?
– Ну не совсем, – ответила Уитни, расхаживая по комнате и пытаясь выработать наилучший план действий. – Это мой отец.
– Мороженое Макаллистера, – повторил Дуг. –Сукин сын. Он делает лучшую в стране помадку.
– Конечно.
Его просто убивала мысль о том, что он связался с дочерью одного из богатейших людей страны. Она стоит миллионы. Миллионы. И если его поймают вместе с ней, то, конечно, обвинят в похищении, и он даже не успеет попросить, чтобы суд назначил ему адвоката. От двадцати лет до пожизненного, подумал он, взъерошив волосы. Уж Дуг Лорд знает, как можно получить такой срок.
– Послушайте, милочка, это все меняет.
– Конечно, меняет, – пробормотала она. – Теперь мне придется позвонить папе. Ох, и дяде Макси тоже.
– Да. – Он подцепил вилкой последние остатки яичницы, решив, что надо получше поесть, прежде чем решиться на что-то. – Почему бы вам не подсчитать мой долг, и мы…
– Папа, наверно, думает, что меня удерживают ради выкупа или что-то в этом роде.
– Точно. – Он положил в рот последний кусочек тоста. Если она полагает, что заставит его заплатить за завтрак, то ему будет приятно ее разочарование. – И я не хочу кончить тем, что получу от полицейского пулю в голову.
– Не смешите меня. – Уитни отмахнулась от него. Наконец она выработала свой план наступления. – Я перехитрю папу, – пробормотала она. – Много лет мне это удается. Я заставлю его дать мне денег.
– Наличными?
Уитни посмотрела на него долгим, оценивающим взглядом:
– Это явно привлечет ваше внимание.
– Послушайте, моя красавица, если вы знаете, как обвести вокруг пальца вашего старика, то я вовсе не собираюсь возражать. И хотя пластиковая карточка – это прекрасно, и наличные, которые вы можете по ней получить, – это тоже прекрасно, но некоторое количество зеленых в руках даст мне возможность крепче спать.
– Я об этом позабочусь. – Уитни пошла в свою комнату, но у двери остановилась. – Вам действительно стоит принять душ и побриться, Дуглас, перед тем как мы отправимся за покупками.
Он перестал скрести свой подбородок.
– За покупками?
– Я не собираюсь отправляться на Мадагаскар с одной блузкой и одной парой чулок. И мне не хотелось бы появляться где-либо с вами, когда на вас рубашка с одним рукавом. Нужно позаботиться о вашем гардеробе.
– Я могу сам выбрать себе рубашки.
– Я в этом сильно сомневаюсь, вспоминая ту впечатляющую куртку, в которой вы были в момент нашей встречи. – С этими словами она закрыла за собой дверь.
– Это была маскировка! – крикнул Дуг и бросился к ванной. Проклятые женщины всегда стараются оставить за собой последнее слово.
Однако он вынужден был признать, что вкус у нее есть. После двухчасовой круговерти по магазинам он нес больше пакетов, чем хотел бы, но новая рубашка хорошо скрывала выпуклость конверта, который был опять приклеен к его груди. И еще ему приятно прикосновение льняной ткани к своей коже. И ему нравилось следить за покачиванием бедер Уитни под тонким белым платьем. Вместе с тем не стоило быть слишком уступчивым.
– Что, черт возьми, я буду делать в этом костюме в мадагаскарском лесу?
Уитни обернулась, внимательно посмотрела на него и поправила воротничок на его рубашке. Дуг ворчал, что ему не следовало покупать светло-голубую рубашку, но Уитни только убедилась в том, что этот цвет ему очень подходит. Странно, но Дуг выглядел так, как будто всю жизнь носил строгие костюмы.
– Когда человек отправляется в путешествие, он должен быть готов ко всему.
– Я не знаю, сколько мы еще собираемся бродить, моя дорогая, но я вам скажу одно: у вас, наверное, внутри мотор.
Она взглянула поверх края своих новых солнечных очков.
– Джентльмен до мозга костей.
– Еще бы. – Дуг, переложив все пакеты в одну руку, остановился около аптеки. – Слушайте, мне нужно здесь кое-что купить. Дайте мне двадцатку. – Она только подняла брови Дуг выругался. – Давайте, Уитни, записывайте это в свою дурацкую книжку. Без наличных я чувствую себя как голый.
Она сладко улыбнулась, доставая свою сумочку из только что купленной модной кожаной сумки с ручками:
– Сегодня утром вас не беспокоило, что вы были голым.
Дуг все еще испытывал досаду, что она никак не прореагировала на вид его тела. Дуг выхватил банкноту из ее руки.
– Когда-нибудь мы это еще обсудим. Я встречу вас наверху через десять минут.
Довольная собой, Уитни направилась в отель, вихрем промчалась через вестибюль к лифту. Досаждая Дугласу Лорду, она получила такое удовольствие, какого не испытывала уже много месяцев. Уитни нажала в лифте кнопку своего этажа.
Все складывается неплохо, решила она. Отец с облегчением узнал, что она в безопасности, и не проявил особенного недовольства тем, что она снова уезжает за границу Посмеиваясь про себя, Уитни прислонилась спиной к стенке лифта. Она допускала, что за двадцать восемь лети: всей жизни доставила отцу сколько-то неприятных минут, но тут уж ничего не поделаешь – она такая. Во всяком случае, сейчас ей удалось смешать правду и вымысел так, что отец был удовлетворен. С тысячей долларов, которые он сегодня послал дяде Макси, они с Дугом до отъезда на Мадагаскар? будут, чувствовать себя вполне уверенно.
Уитни привлекала даже само название острова.
Мадагаскар, задумчиво повторила она, устремляясь через холл к своему номеру. Экзотично, ново, неповторимо. Орхидеи, буйная растительность. Она мечтала о том, чтобы все это увидеть, почувствовать. И ей хотелось верить; что головоломка, о которой говорил Дуг, ведет к той самой куче денег.
Уитни привлекало не само по себе сокровище. Она слишком привыкла к богатству, чтобы при мысли о кладе ее сердце начинало биться быстрее. Ее манили лихорадка поиска, возможность открытия. Как ни странно, Уитни лучше самого Дуга понимала, что он испытывает такое же чувство.
Ей нужно знать о нем гораздо больше, чем известно сейчас, решила Уитни. Наблюдая, как Дуг обсуждал с продавцом покрой и материал костюма, она поняла, что он не впервые сталкивается с дорогими вещами. В льняной сорочке классического покроя он мог бы сойти за богатого, но это впечатление развеивалось, стоило увидеть его глаза. Они были беспокойными, настороженными и голодными. Если они собираются быть партнерами, она должна выяснить, почему это так.
Отперев свою дверь, Уитни сообразила, что несколько минут будет одна и что возможно, хотя и маловероятно. Дуг спрятал бумаги в своей комнате. Раз деньги у нее, сказала себе Уитни, она имеет право видеть, что финансирует. Поэтому, напрягая слух в ожидании возвращения Дуга, она тихо двинулась к дверям в смежную комнату. Подойдя, она вздрогнула, затем, прижав руку к груди, рассмеялась.
– Хуан, ты до смерти меня напугал. – Уитни сделала шаг вперед, глядя туда, где за все еще не убранным столом сидел молодой официант. – Ты пришел забрать тарелки? – Она не собиралась прекращать свои поиски из-за присутствия Хуана и начала рыться в туалетном столике Дуга. – Отель, наверное, полон? – спросила она, чтобы поддержать разговор. – Сейчас ведь время цветения вишни. Это всегда привлекает туристов. – Расстроенная тем, что в туалетном столике ничего не оказалось, Уитни огляделась по сторонам. Следовало поискать в туалете. – Когда обычно приходит горничная, Хуан? Мне нужно еще несколько полотенец. – Он продолжал молча глядеть на нее, и Уитни нахмурилась. – Ты плохо выглядишь, – сказала она. – Тебя заставляют слишком много работать. Может быть, тебе нужно… – Она едва коснулась его плеча, как Хуан стал медленно наклоняться и мешком свалился к ее ногам, оставив на спинке кресла пятна крови.
Уитни не закричала, потому что ее сознание и ее голосовые связки отключились. С расширившимися от ужаса глазами, с трясущимися губами, она стала пятиться назад. Ей никогда раньше не доводилось так близко видеть смерть, вдыхать ее запах, но она безошибочно ее узнала. Однако Уитни не успела броситься в бегство – чьи-то пальцы крепко сжали ее руку.
– Очень миленькая.
Человек, лицо которого находилось всего в нескольких сантиметрах, держал пистолет у ее подбородка. Ствол пистолета был холоден как лед. Одна щека бандита была исполосована шрамами, как будто от разбитой бутылки или от лезвия бритвы. Волосы и глаза песочного цвета. Ухмыляясь, он провел пистолетом ей по горлу:
– Где Лорд?
Взгляд Уитни упал на распростертое тело, лежащее в полуметре от ее ног. На белой куртке было хорошо видно красное пятно. Хуану уже нельзя было помочь, и он уже никогда не потратит те двадцать долларов чаевых, которые она дала ему всего несколько часов назад. Если она не будет осторожна, очень-очень осторожна, то кончит так же.
– Я спросил тебя о Лорде. – Ствол пистолета поднял ее подбородок чуть повыше.
– Я потеряла его из вида, – не долго думая, сказала Уитни. – Вернулась в номер, чтобы поискать бумаги.
– Обманываешь. – Он поиграл кончиками ее волос, отчего внутри у нее все сжалось. – Умничаешь. – Его пальцы покрепче ухватил и ее волосы, оттягивая голову назад. – Когда он вернется?
– Не знаю. – Уитни, сморщившись от боли, пыталась сохранить ясность мысли. – Через пятнадцать минут, может, через полчаса. – В любую минуту, с отчаянием подумала она. Он может войти в любую минуту, и тогда они оба умрут. Уитни еще раз взглянула на распростертое у ее ног тело, и ее глаза наполнились слезами. Она отчаянно пыталась проглотить подступивший к горлу комок, зная, что не сможет сдержать слез. – Зачем вы убили Хуана?
– Он оказался не там и не тогда, где надо, – ответил он с усмешкой. – Как и вы, милая леди.
– Послушайте… – прошептала Уитни. Она даже не попыталась говорить громче, боясь, что ее зубы станут стучать. – У меня нет причин сохранять верность Лорду. Если мы с вами найдем бумаги, то… – Она дала возможность окончанию фразы повиснуть в воздухе, облизнув языком губы. Он заметил это и оглядел ее с ног до головы.
– Сиськи маловаты, – фыркнул бандит, затем отступил назад. – Я бы хотел получше разглядеть, что ты предлагаешь, – сказал он, сделав жест пистолетом.
Уитни покрутила верхнюю пуговицу блузки. Ей удалось убедить его не убивать ее сразу, но для того, чтобы выбраться отсюда, этого было недостаточно. В то время как ее пальцы двигались к следующей пуговице, она медленно смещалась назад. Уитни почувствовала, как ее бедро уперлось в стол. Как будто для того, чтобы удержать равновесие, она положила на стол руку, пристально глядя в желтые глаза. Ее пальцы коснулись холодной нержавеющей стали.
– Может быть, вы мне поможете, – прошептала Уитни, заставив себя улыбнуться.
Он положил пистолет на туалетный столик. – Может быть, и помогу. – Его руки теперь легли ей на бедра, медленно поднимая ее тело вверх. Уитни крепко сжала ручку вилки в руке и с силой воткнула острые зубцы в шею бандита.
Кровь забила струей. Визжа по-поросячьи, бандит отпрыгнул назад. Когда он сам схватился за ручку вилки, Уитни подобрала кожаную сумку и изо всей силы бросила в него. Она не стала смотреть, насколько глубоко вонзились в него зубцы вилки. Она убегала.
Дуг вошел в вестибюль отеля, находясь в хорошем настроении, чему помог легкий флирт с девушкой на контроле. И в этот момент с ним столкнулась Уитни, мчавшаяся на всех парах.
Он зашатался, чуть не выронив из рук свертки.
– Какого черта…
– Бежим! – крикнула она и, не обращая внимания на то, следует ли он ее совету, вылетела из отеля.
Ругаясь и пытаясь не растерять свертки, Дуг побежал рядом с ней.
– Почему?
– Они нас нашли.
Обернувшись, он увидел, как из отеля выскакивают Ремо и двое других.
– Ах, черт, – пробормотал Дуг. Затем, схватив Уитни за руку, он втащил ее в первую попавшуюся дверь. Их встретили тихие звуки арфы и прямой как палка метрдотель.
– Вы заказали завтрак?
– Мы просто ищем друзей, – ответил ему Дуг, подталкивая вперед Уитни.
– Да, я надеюсь, что мы пришли не слишком рано. – Она подмигнула метрдотелю и начала осматривать ресторан. – Терпеть не могу приходить заранее. А, вон и Марджори. О, как она располнела! – Заговорщически наклонившись к Дугу, Уитни прошла вместе с ним мимо метрдотеля. – Обязательно похвали ее за это ужасное платье. Родней.
Пройдя через зал, они направились прямиком на кухню.
– Родней? – удивленно спросил он вполголоса.
– Мне просто пришло это имя в голову.
– Вот здесь. – Недолго думая, он переложил свертки и коробки в сумку Уитни и повесил все это хозяйство себе на плечо. – Говорить буду я.
На кухне они прокладывали себе путь мимо столов, кухонных плит и поваров. Дуг, двигаясь настолько быстро, насколько считал приличным, уже нацелился на заднюю дверь. Но тут ему заступила дорогу фигура в белом фартуке, толщиной не меньше метра:
– Гостям нельзя находиться на кухне. Дуг взглянул на колпак шеф-повара, находившийся сантиметров на тридцать выше его собственной головы. Это напомнило ему о том, что он терпеть не может физических столкновений. Пользуясь мозгами, вы не набьете себе столько шишек.
– Минуточку, минуточку, – взволнованно сказал Дуг и повернулся к котлу справа от него, где что-то кипело. – Шейла, это какой-то прямо-таки ожесточенный запах. Превосходный, чувственный. Только за один этот запах можно дать четыре звезды.
Сразу уловив, куда он клонит, Уитни вытащила из сумки блокнот.
– Четыре звезды, – повторила она, записывая.
Зачерпнув содержимое ковшом. Дуг поднес его к носу, закрыл глаза и сделал пробу.
– Ax! – Он произнес это так драматически, что Уитни чуть не рассмеялась. – «Пуассон Вероник». Великолепно. Просто великолепно. Явно один из претендентов на главный приз. Как вас зовут? – спросил он шеф-повара.
Фигура в белом фартуке приосанилась:
– Генри.
– Генри, – повторил Дуг, сделав знак Уитни. – В течение десяти дней вас известят. Пойдемте, Шейла, не будем зря тратить время. Нам надо побывать еще в трех ресторанах.
– Я ставлю на вас, – обращаясь к Генри, сказала Уитни и, следуя за Дугом, вышла из задней двери.
– Отлично. – Дуг крепко сжал ее руку, когда они оказались в переулке. – Ремо – дурак только наполовину, так что нам надо поторапливаться. Где находится дядюшка Макси?
– Он живет в Рослине, штат Виргиния.
– Хорошо. Значит, нам нужно такси. – Он двинулся вперед, затем оттолкнул Уитни к стене с такой силой, что она чуть не ударилась. – Черт, они уже здесь. – Он остановился, понимая, что в переулке они не смогут скрыться от преследователей. По своему опыту он знал, что переулки долго не бывают безопасными. – Мы должны выбрать другой путь. Придется перелезть через несколько заборов. Ты должна держаться.
Воспоминание о Хуане было еще свежо в ее памяти.
– Я буду держаться.
– Тогда пойдем.
Они бок о бок пошли вперед, затем свернули вправо. Чтобы перебраться через первый забор, Уитни пришлось забираться на поставленные друг на друга качавшиеся в разные стороны ящики, так что она возликовала, когда вновь почувствовала под собой твердую землю. Уитни продолжала бежать. Если Дуг и придерживался какого-то маршрута, она не могла его определить. Они делали зигзаги по улицам, по переулкам, перелезали через заборы. Наконец она стала задыхаться. Развевающийся подол ее платья за что-то зацепился, и теперь лохмотья висели, как бахрома. Люди в удивлении останавливались, чтобы посмотреть на них, чего никто не сделал бы в Нью-Йорке.
Казалось, Дуг все время одним глазом смотрит через плечо. Уитни подумала, не провел ли он таким образом большую часть своей жизни, и гадала, приходилось ли ему вообще жить по-другому. Когда он стащил ее вниз по ступенькам на станцию метро, Уитни пришлось схватиться за перила, чтобы не упасть.
– Синие линии, красные линии, – бормотал Дуг. – Зачем им понадобилось что-то выделять цветом?
– Не знаю. – Задыхаясь, она привалилась к стенду со схемой метро. – Раньше я никогда не ездила на метро.
– Ну, сейчас мы рискнем это сделать. Выбираем красную линию, – объявил Дуг и снова, схватив ее за руку, потащил за собой. Ему не удалось оторваться от людей Димитри. Дуг все еще чувствовал запах погони. Пять минут, подумал он. Нужен только пятиминутный отрыв. Тогда они сядут в один из этих быстрых поездов и могут получить больше времени.
Толпа была густой. Сотни людей переговаривались на десятке разных языков. Чем больше народу, тем лучше, сказал себе он, медленно пробираясь вперед. Когда они оказались у края платформы, он оглянулся назад. И встретился взглядом с Ремо. Дуг заметил повязку на загорелой коже. Следует поклониться Уитни Макаллистер, подумал он, и не смог удержаться от усмешки. Да, за это он в долгу перед ней, решил Дуг. Даже если не считать всего остального, за это он перед ней в долгу.
Все очень вовремя, подумал он, вталкивая Уитни в вагон. Вовремя и очень удачно. Удача могла быть с ними или против них, думал Дуг, зажатый между Уитни и женщиной в сари. Он наблюдал, как Ремо прокладывает себе дорогу сквозь толпу.
Когда двери закрылись, Дуг усмехнулся и послал оставшемуся снаружи разочарованному человеку нечто вроде приветствия.
– Давай-ка сядем, – сказал он Уитни. – Нет ничего лучше общественного транспорта.
Она молчала, пока они прокладывали себе путь через вагон, и даже тогда, когда нашли свободное место, где могли поместиться вдвоем. Дуг не обращал внимания на молчание Уитни – он был слишком занят своими мыслями, попеременно то ругаясь, то благословляя судьбу. В конце концов он успокоился, усмехнувшись своему отражению в стекле.
– Ну что ж, пока все идет неплохо. Этот сукин сын мог нас достать, но вместо этого он получит кучу неприятностей, объясняя Димитри, почему он нас снова потерял. – Удовлетворенный, Дуг положил руку на спинку ярко-оранжевого сиденья. – Как же ты их засекла? – рассеянно спросил он, раздумывая над своим следующим шагом. Деньги, паспорт, аэропорт – вот в таком порядке, хотя еще стоило бы ненадолго заглянуть в библиотеку. Если Димитри со своими ищейками появится на Мадагаскаре, придется снова от них уходить. Теперь он в их черном списке. – У тебя острый глаз, милочка, – сказал Дуг. – Нам пришлось бы плохо, если бы в номере нас ожидал комитет по встрече.
Нервное возбуждение помогло Уитни пробежать по улицам. Но необходимость бороться за свою жизнь быстро и энергично двигала ее вперед только до того момента, как она опустилась на сиденье. Уитни обессиленно повернула голову и посмотрела на Дуга:
– Они убили Хуана.
– Что? – Он с удивлением посмотрел на нее, впервые заметив, что кожа ее мертвенно-бледна, а глаза пусты. – Хуана? – Дуг пододвинулся к ней поближе, понизив голос до шепота:
– Официанта? Ты говоришь о нем?
– Он лежал мертвый в твоей комнате, когда я вернулась. Там поджидал один человек.
– Какой человек? – спросил Дуг. – Как он выглядел?
– У него были глаза цвета песка, а на щеке шрам – длинный, неровный.
– Это Бутрейн, – пробормотал Дуг. – Один из негодяев Димитри, такой же подлый, как и все они. – Дуг сильнее сжал плечо Уитни. – Он сделал тебе что-нибудь плохое?
Ее глаза, темные, как старое виски, безжизненно посмотрели на Дуга.
– Думаю, я его убила.
– Что? – уставился он на ее красивое лицо с элегантно очерченными скулами, – Ты убила Бутрейна? Как?
– Вилкой.
– Ты… – Дуг замолчал, откинулся на спинку сиденья и попытался это осмыслить. Если бы она не смотрела на него опустошенным взглядом, если бы ее рука не была холодна как лед, он бы громко рассмеялся. – Ты хочешь сказать, что убила вилкой одну из обезьян Димитри?
– Я не имела возможности пощупать его пульс. Поезд остановился. Уитни не могла больше сидеть на месте, встала и вышла из вагона. Ругаясь, Дуг пробрался через толпу и догнал ее на платформе:
– Ладно, ладно, успокойся, лучше все мне расскажи.
– Все? – Она повернулась к нему, внезапно разозлившись. – Ты хочешь все узнать? Все узнать об этом проклятом деле? Я зашла в номер, а там лежит этот несчастный ни в чем не повинный мальчик в окровавленной куртке. А какая-то тварь с лицом, похожим на дорожную карту, приставляет мне пистолет к горлу.
Уитни говорила так громко, что на них стали оборачиваться.
– Держи ситуацию под контролем, – пробормотал Дуг, вталкивая ее в другой поезд. Они долго ехал и неизвестно куда, пока она не успокоилась, а он не выработал более подходящий план.
– Нет, это ты держи ситуацию под контролем, – наконец ответила она. – Это ты меня втянул в эту историю.
– Послушай, милая, ты ведь свободна и в любую минуту можешь выйти из игры.
– Конечно, а потом мне перережет горло кто-нибудь из тех, кто охотится за тобой и этими проклятыми бумагами.
Ее справедливое замечание было трудно опровергнуть. Затолкав Уитни в угол, Дуг втиснулся рядом.
– Ну хорошо, значит, теперь ты ко мне все равно что привязана, – прошептал он. – Это очень важная новость. Но твое хныканье действует мне на нервы.
– Я не хнычу. – Уитни повернулась к нему. Глаза ее неожиданно стали влажными, она смотрела как беспомощный ребенок. – Но этот мальчик умер.
Дуг уже не злился, однако чувство вины не оставляло. Не зная, что еще можно сделать, он обнял ее.
Дуг не привык утешать женщин.
– Не следует принимать все так близко к сердцу.
Ты не виновата.
Чувствуя себя уставшей, Уитни положила голову ему на плечо.
– Ты вот так и идешь по жизни. Дуг, ни в чем не чувствуя себя виноватым?
Перебирая пальцами ее волосы, он следил за их неясным отражением в стекле.
– Да.
Они замолчали, причем оба гадали, сказал ли он правду,




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Горячий лед - Робертс Нора



Шикарная
Горячий лед - Робертс НораМарианна
19.07.2014, 21.12





Очень понравилось
Горячий лед - Робертс Нораольга
21.07.2014, 23.12





Очень, очень понравилось 10 из 10
Горячий лед - Робертс Норамарго
23.07.2014, 11.42





Великолепная книга!
Горячий лед - Робертс Норамария
20.08.2015, 15.12








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100