Читать онлайн Голос из прошлого, автора - Робертс Нора, Раздел - Глава 15 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Голос из прошлого - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.15 (Голосов: 34)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Голос из прошлого - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Голос из прошлого - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Голос из прошлого

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 15

Она не предполагала, что будет так нервничать. Она приготовилась, она рассчитала и проверила каждую деталь вплоть до цвета и прочности шнура, которым перевязывала коробки. У нее был уже опыт работы, и каждый предмет, выставленный на продажу, она знала почти наизусть, как мастер, его создавший.
Магазин был само совершенство: сверкающий разноцветием красок и гостеприимный. Она сама выглядела деловой, энергичной хозяйкой. А кроме того, и привлекательной. Тори встала около четырех утра и медлительно выбирала, что надеть, и наконец остановила выбор на темно-синих слаксах и белой полотняной рубашке. А сейчас она забеспокоилась: не слишком ли этот наряд смахивает на униформу. Да, она обо всем сейчас беспокоилась. Осталось меньше часа до открытия магазина, но все страхи и сомнения, которые она прежде могла подавлять, теперь обрушились на нее, как груда кирпичей. И она сидела в кладовой за столом, сжав голову руками. Ее даже слегка поташнивало от волнения. Какой стыд! Нельзя же так много сделать, так много успеть и преодолеть, чтобы рухнуть без сил в нескольких дюймах от желанной цели.
Они придут. На этот счет она не беспокоилась. Ей не придется затаскивать их силком. Придут и будут глазеть на нее и перешептываться: "Это боденовская девчонка. Помните, какая она была тощая, маленькая и ненормальная…"
Не надо было возвращаться сюда. Она с ума сошла, что вернулась в город, где все ее знали и где все тайное становилось явным. Где вообще не было тайн. Ну почему она не осталась в Чарлстоне, где было спокойно, где она была в безопасности, жила себе тихо, спокойно и никто ей не мешал?
Сидя здесь, в кладовой, она отчаянно жалела о своем хорошеньком домике, опрятном садике, о повседневной нелегкой, но без персональной ответственности, работе в чужом магазине… Она снова жаждала накинуть на себя плащ анонимности, который носила последние четыре года. Нет, она не должна была возвращаться. Не надо было рисковать жизнью, сбережениями, душевным покоем. О чем она думала?
"О Хоуп, — сказала она себе и медленно подняла голову. — Я думала о Хоуп".
Как же она глупа и безрассудна. Хоуп умерла, и ничего изменить нельзя. Но она, Тори, вышла на линию огня, и раз так, надо крепиться. И отвечать на косые взгляды прямо, не отводя глаз. И мужественно сносить шепот за спиной.
В дверь постучали, и ей захотелось залезть под стол и заткнуть уши. Ведь еще тридцать минут до открытия, тридцать драгоценных минут, чтобы взять себя в руки.
Кто бы там ни был за дверью, пусть уходит и ждет. Она встала, выпрямилась, пригладила волосы и уже готова была крикнуть, чтобы приходили в десять, но увидела через стекло лицо бабушки и одним прыжком оказалась у входной двери.
— Бабуля!
Тори обняла Айрис и прижалась к ней, как женщина на краю пропасти прижимается к скале за спиной.
— Как я рада видеть тебя. Не думала, что ты приедешь. Я так рада, что ты здесь.
— Не приеду? На торжественное открытие твоего магазина? Да я вся извелась от желания поскорее сюда добраться.
И она легонько подтолкнула Тори в магазин.
— Я Сесила чуть с ума не свела, все время заставляя ехать быстрее. Вот и он сам, а за его спиной Бутс… Тори, вид у магазина потрясающий, как у июньской невесты. И вещи все такие красивые. У тебя всегда был на них глаз.
— Мне не терпится что-нибудь купить! — Бутс, выхоленная и ухоженная, в желтом легком платье, захлопала в ладоши, как девочка. — Хочу быть твоей первой покупательницей, и я уже предупредила Джей Ара, что его кредитная карточка сгорит синим пламенем, прежде чем я закончу покупки.
— У меня есть огнетушитель. — И Тори обняла тетю Бутс.
— И очень много хрупких вещиц. — Сесил на всякий случай сунул руки в карманы. — Я чувствую себя здесь таким слоном.
— Что сломаешь — тут же и купишь, — подмигнула ему Айрис. — Ну, ладно, радость моя, чем мы тебе можем помочь?
— Своим присутствием.
— Нервничаешь?
— Я просто в ужасе. Сейчас приготовлю чай и достану печенье. А потом… — Она обернулась на звон дверного колокольчика.
— Посылка для вас, мисс Боден. — Мальчик из цветочного магазина подал Тори блестящую белую коробку.
— Спасибо.
— Моя мама зайдет сегодня в магазин. Говорит, хочет посмотреть, как выглядят ее цветочные композиции, но я думаю, что она интересуется вещами.
— С удовольствием буду ждать ее прихода.
— Да, вещей у вас навалом, — и он чуть не свернул себе шею, осматриваясь, пока Тори доставала из кассы доллар. — Скоро и другие придут, я слышал, как об этом все говорят.
— Надеюсь, что так.
И мальчик сунул доллар в карман.
— Спасибо. До встречи.
Тори поставила коробку на прилавок и открыла. В ней были разноцветные жизнерадостные герберы и яркие, как само солнце, цветы подсолнуха.
— Правда, красивые? — Айрис заглянула через плечо Тори, чтобы получше было видно. — И цветы подобраны со вкусом. Розы не подошли бы к твоей керамике и дереву. Кто-то ведь сообразил послать тебе эти славные цветы.
— Да. — Тори уже взглянула на карточку. — Этот «кто-то» знает, что надо присылать.
— Ой, какие милые, какие хорошенькие! — Бутс всплеснула руками в восторге. — Тори, я просто с ума сойду от нетерпения, если ты сейчас же не скажешь, кто их прислал. — И, не дожидаясь ответа, она выхватила у Тори карточку. "Удачи в день открытия. Кейд". — О-о-о!
Айрис вздернула голову и поджала губы:
— Это, что ли, Кинкейд Лэвелл?
— Да, он.
— Хм-м-м.
— Не хмыкай. Он проявил внимательность, только и всего.
— Если мужчина посылает женщине именно те цветы, что нужно, он, значит, думает об этой женщине, правда, Сесил?
— Да вроде так. Цветы так романтичны, они выражают любовь.
— Вот-вот. Теперь понимаешь, почему я обожаю этого мужчину? — И Айрис дернула Сесила за рубашку, чтобы он нагнулся, и поцеловала его.
— Герберы и подсолнухи выражают дружеские чувства, — поправила Сесила Тори.
— Цветы есть цветы, — возгласила решительно Бутс, — и если мужчина посылает их женщине, значит, он думает о ней.
Бутс очень нравилась мысль, что Кейд Лэвелл думает о ее племяннице.
— А теперь пойди и поставь их в воду, а я достану печенье. Больше всего люблю готовить угощение.
— Я поставлю цветы в глиняный горшок! Они чудесно будут смотреться на прилавке.
— Давай, давай, — и Айрис махнула рукой, — а нам укажи, что еще надо сделать.


Первые покупатели во главе с Лисси появились в четверть одиннадцатого. Тори решила впредь не допускать ни одной недоброй мысли о ней, глядя, как прежняя школьная королева красоты водит своих знакомых по магазину и громко восторгается каждой вещью.
Через час после открытия в магазине толпилось уже пятнадцать покупателей, и она пробила четыре чека. К полудню Тори была уже слишком занята, чтобы нервничать. Да, на нее глазели, и она слышала, как о ней шептались. Но она словно надела стальные доспехи и хладнокровно упаковывала покупки.
— Ты ведь дружила с малюткой Лэвелл, да?
Тори продолжала заворачивать в оберточную бумагу металлические подсвечники.
— Да.
— Ужас, что с нею сделали. — Женщина с ястребиным взглядом наклонилась поближе к Тори. — Ведь она была еще совсем малышкой. Это ты ее тогда нашла, да?
— Ее нашел отец. Вам упаковать в коробку или положить в сумку?
— В коробку. Это я купила для племянницы. В следующем месяце у нее свадьба. Ты вроде бы училась вместе с ней, Келли Энн Фриск.
— Я мало кого помню из тех, с кем ходила в школу, — солгала Тори, с любезной улыбкой упаковывая покупку, — это было так давно. Завязать подарочной лентой?
— Я это сделаю сама, дорогая, а у тебя есть другие покупатели, — вмешалась Айрис. — Так, значит, Келли Энн выходит замуж? Мне кажется, я хорошо ее помню. Она старшая дочь Марши? Господи, как годы-то бегут.
— Нашу Келли Энн целый месяц мучили кошмары после смерти малышки Лэвелл, — сказала женщина удовлетворенным тоном, который еще долго звучал в ушах Тори после того, как она удалилась.
Возникло сильное искушение убежать в кладовку и перевести дух, подождать, пока сердце не перестанет стучать молотом в груди, но вместо этого она обратилась к высокой брюнетке, затруднившейся выбором кружек:
— Могу я вам помочь?
— Так трудно решиться, когда столько красивых вещей и такой большой выбор. Джо Бет Харди, тетушка Келли Энн, очень неприятная женщина. А вы всегда были такой старательной, собранной девочкой. Вы меня не помните? — И брюнетка протянула руку.
— Извините, не узнаю.
— Ну тогда я была значительно моложе, чем сейчас, и вы учились не в моем классе. Я преподавала и сейчас еще преподаю в начальной школе. Мариэтта Синглтон.
— О, мисс Синглтон. Я вас помню. Извините, что не узнала сразу. Приятно снова встретиться.
— А я с нетерпением ждала открытия твоего магазина. Я иногда думала о тебе, вспоминала в течение всех этих лет. Ты можешь этого и не знать, но я когда-то дружила с твоей матерью. За несколько лет до твоего рождения, конечно. Тесен мир.
— Да, тесен.
— А иногда даже чересчур, чтобы чувствовать себя спокойно, — сказала она, оглянувшись на дверь и увидев входящую Фэйф. Взгляды их встретились, испепеляя друг друга, но Мариэтта снова повернулась к кружкам и опять стала их внимательно разглядывать. — Тем не менее нам приходится жить в этом тесном мире, — заметила она. — Я, наверное, возьму вот эту, синюю с белым, она очаровательна. Вы не упакуете ее, пока я пройдусь и посмотрю на другие вещи?
— С удовольствием. Сейчас принесу вам такую же из кладовой.
— Виктория, — Мариэтта понизила голос и погладила Тори по руке, — вы проявили большую смелость, что вернулись сюда. Но вы всегда были храброй девочкой.
И Мариэтта отошла от прилавка, а Тори некоторое время стояла, не шевелясь, удивленная волной горя, вдруг нахлынувшей на нее. А потом направилась за кружкой в кладовую, куда, к ее неудовольствию, последовала и Фэйф.
— Что этой женщине здесь надо?
— Извини, кого ты имеешь в виду?
— Что ей надо? Мариэтте?
Тори достала с полки кружку.
— Вот это. И вообще люди приходят сюда, желая что-нибудь купить. Поэтому это место и называется магазин.
— Что она тебе сказала?
— А что тебе за дело до этого?
Фэйф зашипела от злости и вытащила из сумочки пачку сигарет.
— Курить в магазине запрещается.
— Черт возьми!
Она бросила сигареты обратно и начала шагать взад-вперед.
— Эта женщина очень вредная.
— А мне она показалась очень милой. Между прочим, у меня нет времени терпеть твои капризы и слушать всякие россказни. — Однако любопытство Тори было сильно задето. — А теперь, если ты не желаешь помочь мне переставить этот ящик или снова наполнить кувшин чаем со льдом, я бы очень хотела, чтобы ты удалилась.
— Если бы она спала с твоим отцом, то не показалась бы тебе "очень милой".
Фэйф фыркнула и порхнула к двери. Тори хорошо помнила, какой у Фэйф характер, и схватила ее за руку, прежде чем та успела хлопнуть дверью.
— Не устраивай сцен в моем магазине. А если хочешь кому-нибудь вцепиться в волосы, найди для этого другое место.
— Сцен я устраивать не собираюсь. — Она вся кипела от возбуждения. — Не собираюсь подавать окружающим повод для сплетен. Забудь и ты, о чем я тебе сказала. Нам слишком дорого стоило замять слухи о связи отца с этой женщиной. Так что, если я опять услышу, что об этом сплетничают, я буду знать, кто в этом виноват — ты.
— Не угрожай мне. Давно прошли те дни, когда ты могла мною помыкать. Поэтому советую тебе спрятать свои коготки, ведь теперь я дам тебе сдачи.
Губы Фэйф дрогнули, и Тори вдруг увидела перед собой Хоуп.
— Подожди минуту, иди сюда, сядь и успокойся. Если ты сейчас выйдешь, то один твой вид даст повод к сплетням. А, кроме того, они сейчас наслаждаются возможностью посудачить обо мне.
Тори открыла дверь и выглянула.
— Курить запрещается, — повторила она и вышла.
Фэйф упала на стул. Яростно глядя на захлопнувшуюся дверь, она снова вытащила сигареты и тотчас же с виноватым видом сунула пачку в сумочку, потому что дверь опять распахнулась. Однако вместо Тори в комнату скользнула Бутс. Хотя она искренне восхищалась вещами, выставленными на продажу, это не означало, что от ее взгляда ускользнули некоторые тонкие обстоятельства. Она заметила ярость на лице Фэйф, как сейчас увидела на нем смятение и подавленность.
— Мы все так возбуждены открытием магазина, — заговорила она жизнерадостно и помахала рукой перед лицом, — что мне хоть минуту надо передохнуть.
На самом деле она решила не упускать редкой возможности загнать в угол женщину, которая взяла Уэйда в переплет.
— Почему бы вам не присесть, мисс Бутс? — Фэйф быстро вскочила с места. — Я как раз иду обратно.
— О, пожалуйста, составь мне компанию, дорогая, ты такая хорошенькая сегодня. Впрочем, как всегда.
— Спасибо. Могу вернуть вам комплимент.
Фэйф почувствовала, что ей некуда девать руки.
— Вы сегодня можете очень гордиться вашей Тори.
— А я всегда ею гордилась. Как поживает твоя мама?
— Она в порядке.
— Пожалуйста, передай ей мои наилучшие пожелания. — Любезно улыбнувшись, Бутс подошла к коробке с печеньем и выбрала одно. — Ты не видела сегодня Уэйда? Надеюсь, он тоже сюда приедет.
— Нет, сегодня не видела. — "Еще не видела", — добавила про себя Фэйф.
— Мальчик так много работает. Бутс вздохнула и откусила кусочек покрытого белой глазурью печенья.
— Хотела бы я, чтобы он остепенился и нашел женщину, с которой смог бы создать свой собственный дом.
— Э…
— Тебе незачем смущаться, милая. Он взрослый мужчина, а ты красивая женщина. Почему бы вам и не встречаться. Я знаю, что мой мальчик живет сексуальной жизнью.
"О, с этим у него все в порядке", — подумала Фэйф, а вслух сказала:
— Но вы предпочитаете, чтобы он жил сексуальной жизнью не со мной?
— Ничего подобного я не говорила.
Бутс выбрала еще печенье и протянула его Фэйф.
— Нас здесь никто не слышит, Фэйф, и мы обе женщины. А это значит, что нам известно, как заставить мужчину делать то, что нам нужно. В тебе есть что-то дикое, неуемное. Я ничего не имею против. Возможно, я хотела бы видеть другую женщину рядом с моим Уэйдом, но он выбрал тебя. А я люблю его и хочу, чтобы его желания исполнялись. Он же хочет тебя.
— Но у нас совсем иные отношения, миссис Муни. Официальное обращение позабавило Бутс. Это значило, что Фэйф немного испугалась.
— Неужели? Но ты все время к нему захаживаешь, не так ли? Ты когда-нибудь задавала себе вопрос, почему? Нет? — И она помахала наманикюренным пальчиком перед носом Фэйф. — Так ты, может быть, задумаешься над этим. Хочу, чтобы ты знала: ты мне нравишься и всегда нравилась. Это тебя удивляет?
Это ее изумляло.
— Пожалуй…
— Напрасно. Ты умная и ловкая женщина и живешь не такой уж легкой жизнью, как может показаться. Ты мне очень нравишься, Фэйф, но, если ты опять заставишь моего Уэйда страдать, мне придется сломать твою прелестную шейку.
— Что ж, — Фэйф откусила печенье и прищурилась, — это проясняет ситуацию.
Внезапно лицо Бутс снова смягчилось, губы сложились в улыбку, взгляд стал мечтательным, как всегда. Она засмеялась и, к еще большему смущению Фэйф, заключила ее в объятия и поцеловала.
— Ты мне очень нравишься. — И Бутс большим пальцем стерла след губной помады со щеки Фэйф. — А теперь сядь, доешь печенье и успокойся. Я уже успокоилась и чувствую себя замечательно. Пойду и куплю еще чего-нибудь. Покупать очень приятно, правда? — И с этими словами Бутс удалилась.
Фэйф послушно опустилась на стул доедать печенье.


Тори все время была занята с покупателями, но заметила, как вышла из кладовки Фэйф и как прибыл в магазин Кейд, сопровождающий тетушку Рози.
Не узнать Рози Сайкс Ларю Декейтор Смит было невозможно. В шестьдесят четыре года эта женщина так же поражала воображение, как на своем первом балу, когда она шокировала общество, появившись на теннисном корте клуба босоногая и выделывая акробатические номера. В семнадцать лет она вышла замуж за Генри Ларю — тех Ларю, что жили в Саванне, — и в том же году он погиб в Корее. Шесть месяцев она горевала, а затем стала играть роль веселой вдовы и завела страстный роман с бунтарем-актером, по слухам, коммунистом. Несмотря на эти слухи, она вышла за него двадцати лет. И она, и ее актер исповедовали кредо свободной любви и предавались, опять же по слухам, настоящим оргиям в своем имении на Джекил-Айленд. После бурных девятнадцати лет брака она его похоронила: он выпал из окна третьего этажа после свидания с бутылкой бренди и двадцатитрехлетней фотомоделью.
Некоторые подозревали, что дело нечисто, однако доказательств не было.
В зрелом возрасте, пятидесяти восьми лет, Рози вышла за давнего поклонника, больше из чувства жалости, чем по любви. Через два года его разорвал и частично сожрал лев, так как они проводили свой второй медовый месяц в Африке. То, что Рози похоронила трех мужей и пережила неведомое число любовников, не повлияло на ее кураж и стиль жизни. Она носила парик, во всяком случае. Тори так показалось, и была сейчас платиновой блондинкой, одетой в длинное бело-красное полосатое платье. На ней сверкало столько украшений, что женщина поменьше ростом просто бы в них утонула.
Среди дешевых бус Тори уловила блеск настоящих бриллиантов.
— Какая прелесть! — воскликнула она и потерла ручки. — Не мешай мне, мальчик. Я в покупательном настроении.
Она ринулась к бечевке, на которой висели «поющие» трубочки из тонкого стекла, и стала снимать их.
Разрываясь между удивлением и тревогой, Тори поспешила к Рози.
— Могу я вам помочь?
— Мне нужно шесть таких. Самых красивых. — И Рози небрежно, так что трубочки зазвенели, схватила еще несколько штук.
Сердце у Тори почти остановилось.
— Но давайте я все их выставлю на прилавок.
Глаза Рози, отягощенные фальшивыми ресницами, наконец впились в лицо Тори.
— Ты та девчонка, которая играла с малышкой Хоуп?
— Да, мэм.
— В тебе было что-то такое, насколько я помню. Однажды в Румынии цыганка мне нагадала, что у меня будет четыре мужа. Но пусть я буду проклята, если захочу пятого. — Рози протянула Тори унизанную кольцами руку. — А ты что скажешь?
Тори развеселилась.
— Но я не гадаю по рукам.
— Тогда погадай на кофейной гуще или еще на чем-нибудь таком же. Один из моих любовников, молодой бостонец, утверждал, что в прошлой жизни он был лордом Байроном. Трудно вообразить янки, который бы утверждал такое, правда? Кейд, иди сюда и подержи эти стеклянные штуки. К чему иметь мужчину рядом, если нельзя использовать его как вьючного мула, — и она подмигнула Тори.
— Не знаю. Может быть, хотите чаю со льдом, мисс Рози? И печенье?
— Сначала мне надо нагулять аппетит. А это что за чертовщина? — Она взяла в руки деревянную лакированную подставку с отверстием в центре.
— Это поставец для вина.
— Ну и ну! Что за глупость такая! Не понимаю, к чему отстаивать в поставцах хорошее вино? Заверни мне парочку. Люси Тэлбот, — громко окликнула она одну из женщин, — ты чего там покупаешь? — И в одно мгновение красно-белой ракетой она пронеслась в другой конец зала.
— С тетей Рози никогда нет сладу, — улыбнулся Кейд. — Как идут дела в первый день?
— Очень хорошо. Спасибо за цветы. Они прекрасны.
— Рад, что тебе понравились. Надеюсь, ты пообедаешь сегодня со мной? Отпразднуем открытие магазина?
— Я… — Тори только что отговорилась от приглашения, пообещав, что придет к нему завтра, на воскресный семейный обед. "Я же устану сегодня до беспамятства", — напомнила себе Тори, а вслух сказала: — С удовольствием.
— Тогда я заеду за тобой в семь тридцать. Хорошо?
— Да, замечательно. Кейд, твоей тетушке действительно нужны все эти вещи? Не понимаю, к чему они ей?
— Они ей понравились. А потом она забудет, где их купила, и сочинит историю, что нашла их в маленькой лавчонке в Бейруте. Или скажет, что украла их у своего любовника, графа из Бретани, когда бросила его. А затем отдаст их почтальону или первому же члену секты свидетелей Иеговы, который постучится к ней в дверь.
— А! Ну ладно, — растерянно ответила Тори.
— Но ты за ней присматривай, — посоветовал Кейд. — Она склонна незаметно набивать карманы. Ты просто следи, что она берет, и потом учти в счете.
— Но… — Взглянув на Рози, Тори увидела, как та сует в карман платья подставку для столового прибора. — О господи, — и она ринулась к Рози.
Кейд весело хмыкнул.
— Да, Рози ничуть не изменилась, — заметила Айрис.
— Нет, мэм, ни чуточки не изменилась. А как вы поживаете, миссис Муни?
— Чудесно. Да и ты, Кейд, выглядишь замечательно. Стал совсем самостоятельный. Как семья?
— В порядке, спасибо.
— Огорчилась, когда узнала о смерти твоего папы. Он был хороший. И интересный. А это редко сочетается в одном и том же человеке.
— Надеюсь, к вам это не относится. Отец всегда хорошо о вас отзывался.
— Он дал мне возможность достаточно зарабатывать на жизнь после смерти моего мужа, кормить детей. Я об этом всегда буду помнить. Ты похож на него. Взгляд тот же. Ты такой же справедливый и честный, каким он был, Кинкейд?
— Стараюсь. — И Кейд посмотрел на Рози, которая завела будильник, чтобы услышать, как он звонит, и поймал встревоженный взгляд Тори.
— У Тори дел сегодня по горло.
— Ничего, она справится. Она умеет делать дело. Иногда даже слишком хорошо.
— Но она всегда ершится, когда предлагаешь помощь.
— Да, она такая, — согласилась Айрис. — Но, с моей точки зрения, ты хочешь не только помогать ей. Мне кажется, у тебя еще кое-что на уме, и я хотела бы дать тебе кое-что, в чем нуждается каждый и что никто не желает брать.
— Вы хотите дать мне совет?
Она лучезарно улыбнулась:
— А ты умный мальчик. Я всегда тебя таким считала. Да, это совет. Маленький советик. Не тяни. Каждая женщина хоть раз в жизни желает потерять голову. А теперь дай мне эти хрупкие штуки, пока ты их еще не раскокал.
— Но она еще не вполне во мне уверена. Ей нужно время.
— Это она сама тебе сказала?
— Более или менее.
В ответ Айрис только округлила глаза.
— Мужчины! Неужели вы никогда не поймете, что женщина, когда так говорит, или действительно не заинтересована, или нерешительна, или уже обожглась раньше? Если бы ты для Тори не представлял интереса, она бы тебе это выложила сразу и напрямик. А назвать ее нерешительной язык не поворачивается. Значит, тут третья причина. Вон видишь того мужчину?
Кейд растерянно взглянул туда, где Сесил укладывал на тарелку печенье своими, похожими на два окорока, руками.
— Да, мэм.
— Если ты тоже обидишь мою девочку, я напущу на тебя этого медведя. Но так как я не думаю, что у тебя такое на уме, то предлагаю тебе доказать Тори обратное, что есть мужчины, которым можно доверять.
— Я как раз этим и занимаюсь.
— Но так как Тори пытается убедить себя, будто вы только друзья, то предлагаю тебе заниматься этим усерднее.
"Обмозгуй-ка это пожелание", — подумала Айрис и отошла в поисках потенциальных покупателей.
— Она прикарманила пять колец для салфеток.
В десять минут седьмого, заперев дверь и отослав Сесила в кладовую, Тори устало плюхнулась на стул возле прилавка и подняла вверх руки.
— Пять! Ну я понимаю, что можно взять четыре или полдюжины, но кому может понадобиться именно пять?
— Я не думаю, что она рассматривает их как комплект.
— Прибавь к этому две подставки для приборов, три серебряные пробки для винных бутылок и пару ложек для салата, и все это она сунула в карман, стоя рядом со мной во время нашего разговора. Положила их в карман, улыбнулась, сняла свои розовые пластмассовые бусы и надела мне на шею.
Тори в задумчивости потрогала бусы.
— Ты ей нравишься. Рози всегда делает подарки тем, кто ей нравится.
— И мне как-то неловко просить, чтобы она уплатила за все взятое. Ей ведь, наверное, ничего из этого не нужно. Господи, бабушка, ведь она истратила больше тысячи долларов. Больше тысячи, — повторила Тори и прижала руку к груди. — Я, наверное, от всего этого заболею.
— Нет, не заболеешь. И скоро будешь счастлива, если себе позволишь. А теперь я турну Сесила из кладовки, и мы уйдем, чтобы ты смогла дух перевести. Завтра приходи к Джей Ару. Мы очень давно не встречались за семейным обедом.
— Я приду, бабуль. Не знаю, как тебя благодарить, что ты потратила на меня целый день. Ты, наверное, устала.
— Да, ноги немного гудят. Мечтаю задрать их вверх, и чтобы Бутс подала мне стаканчик винца.
Айрис наклонилась и поцеловала Тори в щеку.
— Ты обязательно отпразднуй сегодня, слышишь?
Тори окончила записи, все убрала и заперла. "День прошел. И не просто, а успешно прошел", — рассеянно думала она по дороге домой. Она всем доказала, что вернулась, что это ее место и что она способна держать марку. Не просто выживать, но добиваться успеха.
Она не собирается сдаваться, она и не подумает сбежать. На этот раз она победит.
Повернув к дому, она вдруг увидела его таким, какой он был. А потом — каким стал. И увидела себя, прежнюю. И такой, какая она теперь.
Больше не сдерживаясь, Тори положила голову на руль и дала волю слезам.


…Она сидела на земле, изо всех сил стараясь не заплакать, однако слезы все равно текли. Она ободрала коленки, локоть и запястье, свалившись с велосипеда.
Она вовсе и не хочет научиться ездить на этом глупом велосипеде. Она просто ненавидит гадкий велосипед.
Гадкий велосипед лежал рядом, и у него еще издевательски вертелось колесо.
Она свернулась комочком, притянув голову к коленям. Ей недавно исполнилось шесть.
— Хоуп! Чего ты там делаешь?
Кейд едва не налетел на нее. Отец освободил его от обязанностей на весь остаток субботнего утра, и теперь его единственным желанием было как можно скорее оседлать велосипед и домчаться к болоту, где его поджидали Уэйд и Дуайт. А перед ним лежал его любимый трехскоростной друг и рядом свернулась калачиком младшая сестра. Он не знал, чего ему больше хотелось в ту минуту, наорать на нее или стенать над велосипедом.
— Ты ободрала краску. Черт возьми! — прошипел он наконец и выругался про себя. — Ты зачем берешь мой велосипед? У тебя есть свой собственный.
— Он детский. — Она подняла грязное лицо, все в подтеках: — Мама не позволяет папе снимать с него дополнительные колесики.
— И понятно почему.
Он поднял велосипед и смерил сестренку высокомерным взглядом.
— Иди домой, и пусть Лайла тебя умоет. И не смей касаться своими загребущими руками моих вещей.
— Но я просто хотела научиться. — Она утерла пальцами нос, и сквозь слезы блеснул огонек упрямства. — Я бы ездила так же хорошо, как ты, если бы меня кто-нибудь научил.
— Ага, точно, — и он фыркнул, садясь в седло, — но ты еще маленькая девочка.
Тогда она вскочила на ноги, вся кипя от негодования.
— Я вырасту и буду ездить быстрее тебя. Быстрее всех. И ты тогда пожалеешь.
— Ой, я весь дрожу от страха.
Насмешка сверкнула в его синих глазах. Если уж у парня есть две несносных младших сестры, то он имеет полное право немного поиздеваться.
— Но я-то всегда буду тебя больше и старше и всегда буду ездить быстрее.
Ее нижняя губка дрогнула — верный признак, что скоро снова прольются слезы. Он усмехнулся и, встав на педали, лихо пронесся мимо, чтобы продемонстрировать свое превосходство. Когда, широко ухмыляясь, он оглянулся, чтобы убедиться, что она с восхищением смотрит вслед, Кейд увидел, как Хоуп опустила голову и ее растрепанные волосы упали на лицо. Тонкая струйка крови стекала по щиколотке.
Он остановился и покачал головой. Его ждали друзья. Столько надо было успеть сегодня, а уже половина субботы прошла. Ему некогда возиться с девчонками. Однако, тяжело вздохнув, он повернул обратно.
— Садись, черт тебя возьми.
Она шмыгнула носом, вытерла пальцами глаза и уставилась на него.
— Правда?
— Да, да, садись. У меня времени в обрез.
Она бурно обрадовалась, села и крепко ухватилась за резиновые ручки.
— Старайся держаться прямо, держи равновесие и все время смотри вперед.
Кейд припомнил, как отец учил его ездить на велосипеде, и, не снимая руку с сиденья, полегоньку подталкивал велосипед, а Хоуп начала крутить педали.
Велосипед смешно запетлял, проехал пару метров, и она упала, но не заплакала и немедленно уселась снова. Они вместе стали крутить педали, и так велосипед проехал мимо больших дубов, солнечных желтых нарциссов и юных тюльпанов, а позднее утро перешло в день.
Она вспотела, и сердце билось все сильнее. Она слышала около уха его дыхание, чувствовала, как он придерживает ее, чтобы не дать упасть, и ее затопила волна любви к брату. И теперь она старалась не ради себя, а ради него. Ради него она решила во что бы то ни стало победить.
"Я смогу, смогу", — шептала она себе. Велосипед словно споткнулся, но она его выровняла. Ноги у нее дрожали, мускулы рук напряглись, как канаты.
Велосипед под ней вильнул, но не упал. И вдруг она увидела, что Кейд бежит рядом и улыбается во весь рот.
— Молодец! Держи прямо, ты едешь.
— Я еду!
Велосипед под ней бежал ровно, как вымуштрованный конь. И, подняв лицо навстречу ветру, она понеслась как вихрь…


Тори очнулась. Она лежала на земле возле машины, вся дрожа. Пульс частил, а сердце щемило от радости и печали.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Голос из прошлого - Робертс Нора



Прекрастный роман, захватывающий и напряженный. Стоит прочитать!!!
Голос из прошлого - Робертс НораДжули.
16.06.2011, 11.38





хороший роман! напряженный и захватывающий сюжет. читайте не пожалеете.
Голос из прошлого - Робертс Норалилия
19.02.2012, 18.26





отличный роман!10 из 10! Читайте, не пожалеете)
Голос из прошлого - Робертс НораЮлия
1.08.2012, 16.12





ПОНРАВИЛОСЬ..ТАКОЙ НЕОЖИДАННЫЙ КОНЕЦ...
Голос из прошлого - Робертс НораНАДЕЖДА
1.08.2012, 23.59





ПРЕКРАСНЫЙ РОМАН! ЧИТАЙТЕ, НЕ ПОЖАЛЕЕТЕ!)
Голос из прошлого - Робертс НораmissJuliette
25.01.2014, 0.48





Прекрасный роман и неожиданный конец!Читайте и не пожалеете 10 баллов!
Голос из прошлого - Робертс НораТатьяна
28.06.2014, 0.52








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100