Читать онлайн Женская месть, автора - Робертс Нора, Раздел - 17 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Женская месть - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.53 (Голосов: 19)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Женская месть - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Женская месть - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Женская месть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

17

Поездка назад, в отель «Эль Гранде», не успокоила ее. Адриенна чувствовала себя еще более разъяренной, когда вошла в свой номер и с силой захлопнула за собой дверь. То, что она позволила себе поддаться раздражению и показала свой гнев, было редкостью для женщины, привыкшей подавлять и скрывать любые свои чувства. Но были случаи и встречались люди, для которых можно было сделать исключение.
– Черт бы вас побрал, Филипп, из-за вас у меня сплошные неприятности! Вы всюду суете свой нос, мешаете мне, преследуете меня!
Она рывком стянула парик и бросила его на ковер.
– И такова ваша благодарность?
– Если вы попытались разыграть роль героя, то могу вам сказать, что испытываю к героям отвращение.
– Я это запомню.
Филипп мягко закрыл за собой дверь. Он всегда считал, что нет ничего более притягательного, чем женщина в гневе.
Вынув из ушей дешевые золотые кольца, Адриенна швырнула их о стену.
– Ненавижу мужчин!
– Прекрасно.
Кипя негодованием, она принялась срывать накладные ногти.
– А вас в особенности.
– Я всегда предпочитал, чтобы красивые женщины меня любили.
– Вы не можете найти себе более интересное занятие, чем постоянно вмешиваться в мои дела?
– В настоящий момент нет.
Адриенна встряхнула волосами, свободно упавшими на плечи. Родинка, которая была нарисована в углу рта, шла ей не больше, чем сиреневые тени.
– Адриенна, дорогая, что вы сделали со своим лицом? Раздраженно передернув плечами, она двинулась в спальню.
– Убирайтесь, слышите? У меня был долгий и утомительный день.
– Я это заметил.
Филипп потянул носом воздух. Духи Роз или Лары, несомненно, следовало смыть и как можно скорее.
– Женщина, с которой вы вчера пили коктейль, ваша кузина?
Сжав зубы, Адриенна начала снимать тон с лица.
– Так вы шпионили за мной? Как это гнусно!
– Советую вам развивать свою фантазию. Я не против красных бикини, но уж синие с золотыми звездочками – явный перебор.
– Вы отвратительны! – Зачерпнув пальцами кольдкрема, она принялась удалять с лица остатки грима. – Впрочем, удивляться нечему. Чем вы занимались? Сидели у окна с биноклем?
В ответ он только усмехнулся, и Адриенна спросила:
– Должно быть, вы любите шпионить?
– В последнее время особенно. А вы очень хороши в своем деле, – заметил Филипп, когда Адриенна удалила последнее, что ее роднило с Ларой.
– Рада, что вы так считаете.
Она вытащил ярко-голубые контактные линзы. Он подивился, что они не расплавились от полыхавшей в ее глазах ярости.
– Извините меня, но я хотела бы переодеться.
– Дорогая, пока драгоценности Сент-Джонов под угрозой, я не выпущу вас из поля зрения, – сказал Филипп и удобно устроился в кресле. – Предлагаю вам надеть что-нибудь черное. Вам предстоит положить драгоценности на место. Хотя сделать это так же трудно, как и взять их.
– Я не стану этого делать.
– Тогда это сделаю я, а вы пойдете со мной.
– Почему я должна это делать?
– По двум причинам.
На столе стоял букет оранжевых и ярко-красных цветов, уже слегка поникших. Филипп вытащил один и провел им под носом, предпочитая запах цветов аромату духов, которыми девушка так щедро себя обрызгала.
– Первая заключается в том, что ваша жизнь очень осложнится, если вы откажетесь сотрудничать.
Адриенна насмешливо фыркнула.
– Это ужасно!
Он бросил на нее ледяной взгляд, от которого у нее тотчас же возникло желание выпрямиться, но она только вызывающе вытянула ноги.
– Есть и вторая, – продолжал Филипп. – Если здесь узнают о краже, я не смогу защитить вас от последствий, кроме того, это нанесет вред моей репутации, потому что я запутал следы.
– О чем вы?
– Только сегодня днем я направил моего начальника по ложному следу в Париж. Адриенна выпрямилась.
– Но почему?
Филипп уже устал от того, что девушка слишком часто повторяла этот вопрос, точно так же его без конца задавал себе он сам.
– Я хотел дать вам шанс попытаться объяснить все мне. Адриенна до неприличия долго смотрела на молодого человека, потом перевела взгляд на свои руки.
– Я вас не понимаю.
Это было естественно. Филипп и сам не понимал себя.
– Ладно, о мотивах наших поступков поговорим позже, а теперь я буду вам очень признателен, если мы тронемся в путь. Я хочу покончить с этим делом.
Адриенна с минуту помолчала. Ей было бы легче, если бы Филипп прикрикнул на нее, обрушил на ее голову оскорбления и обвинения. Вместо этого он спокойно и логично рассуждал о том, что надо сделать. И черт возьми, ухитрился доказать ей, что она у него в долгу.
– Я не знала, что вы на острове.
– Вы не очень хорошо меня знаете. Пока. Я же знаю вас лучше, чем вы можете себе представить. – Филипп не обратил внимания на искру, промелькнувшую в ее глазах. – Люди нашей профессии очень склонны к исследованиям, Эдди, и проявляют отличные способности в этом плане. Я решил, что разумнее пропустить праздник у Сент-Джонов, чтобы приглядеть за вами издали.
– Я всегда считала шпионов низшей кастой живых существ, чем-то вроде змей или личинок.
– И вы говорите это после того, как я сделал попытку сыграть роль сэра Галахада!
l:href="#note_30" type="note">[30]
– Я вовсе не просила вас об одолжении. И не ждите от меня благодарности.
– Я раздавлен.
Адриенна намеренно не спеша скрестила ноги.
– Я бы прекрасно обошлась без вашей помощи. И черт возьми, вам не удастся заставить меня раскаяться в том, что я сказала.
«Нет, – подумал Филипп, – я заставил ее раскаяться!» И молча улыбнулся Адриенне.
Она барабанила пальцами по ручке кресла.
– Думаю, если не положить драгоценности на место, вам придется несладко.
– А почему вы об этом заговорили?
– Потому что я был вором в течение пятнадцати лет и теперь направил Интерпол в Париж, в то время как здесь, в моем присутствии, украли драгоценностей на пол миллиона долларов.
– Я поняла.
Адриенна поднялась и начала доставать из шкафа черную рубашку и брюки. Потом пристально посмотрела на Филиппа. Он вытащил сигарету.
– Если стесняетесь, переоденьтесь в шкафу.
– Джентльмен с головы до ног, – пробормотала девушка.
– Пока будете одеваться, подумайте, каким образом вернуть драгоценности.
– Я, черт возьми, не обязана это делать!
– Может быть, мне подойти к вам и помочь? Мы могли бы обсудить наше общее дело.
Адриенна согнула пластмассовую вешалку и сломала ее со щелчком.
– У них апартаменты на верхнем этаже. Четыре комнаты, две ванных. В платяном шкафу сейф. Открывается ключом.
– Который у вас есть?
– Конечно.
– Удобно. А как войти?
– Сегодня вечером я воспользовалась планом Б, потому что хотела успеть пообедать со своей кузиной и ее семьей. Оделась в униформу горничной. Взяла тележку для белья. В это время Сент-Джоны присутствовали на коктейле для газетчиков.
Значит, она украла их сама! Это было для Филиппа неожиданностью. Заинтригованный, он отбросил цветок и принялся шагать по комнате.
– Когда я уже заканчивала работу, ввалилась Лорэн, но для нее все слуги на одно лицо. В общем, она меня не узнала.
– Вы хладнокровны.
– Это комплимент?
Адриенна появилась из-за дверцы шкафа одетая в черное с головы до ног.
– Просто наблюдение. Горничные не убирают номера ночью, поэтому план Б придется отбросить. В чем состоит план А?
Двумя ловкими движениями Адриенна собрала волосы в пучок.
– Использовать вентиляционные отдушины. Они узкие, но пролезть можно. Они находятся в потолке ванной.
Адриенна бросила на Филиппа оценивающий взгляд.
– Вам будет трудновато протиснуться.
– Я всегда предпочитал такие отдушины. – Он извлек из-за пояса брюк пистолет.
– Что вы делаете?
Молодой человек отметил, что Адриенна даже не вздрогнула, хотя пистолет 38-го калибра имел довольно устрашающий вид. Не заметил он и обычного для женщин отвращения к оружию.
– Во время работы я предпочитаю обходиться без лишней тяжести.
Он открыл ящик стола и положил в него пистолет.
– Разумно, – сказала Адриенна, пожав плечами. – Вооруженное ограбление влечет за собой более жесткое наказание.
– Жесткое по сравнению с чем? У меня никогда не было намерения попадать в тюрьму. Просто не хочу, чтобы на украденных мною камнях появилась кровь.
Она снова внимательно посмотрела на Филиппа, на этот раз с большим интересом. И решила, что то, что он сказал, не было проявлением высокомерия. Он сказал то, что хотел сказать.
– Если мы собираемся вернуть драгоценности, давайте поторопимся. Хотя мне это не по душе.
Филипп прекрасно понимал, что она чувствует. Он вытащил ожерелье и подержал на ладони – камни мерцали и отбрасывали на руку кровавый отблеск.
– Красивые, правда? Я всегда предпочитал бриллианты, но в цветных камнях есть особая прелесть. Думаю, вы проверили их подлинность?
– Конечно.
Преодолевая внутреннее сопротивление, он положил камни на место и перешел к делу:
– Нам понадобятся фонарь, еще одна пара перчаток и, конечно же, ключ.
Адриенна собрала нужные инструменты.
– Честно говоря, я совсем не так собиралась провести ночь.
– Можете считать эту экспедицию рождественским подарком Сент-Джонам.
– Они его не заслуживают. Он дурак, а она стяжательница. Филипп, ничего не ответив, опустил ключ в карман. Взял
Адриенну за руку и вывел ее из номера. В конце коридора была боковая дверь, выходящая на крутую каменную лестницу, которой обычно пользовался обслуживающий персонал отеля.
В нескольких футах от черного хода находился мусорный бак. Его крышка была закрыта, но из него просачивался резкий неприятный запах.
– Почти столь же соблазнительно пахнет, как духи Роз, – прокомментировал Филипп. – Почему бы не проникнуть в вентиляционные ходы прямо отсюда?
– Я выбрала это время не случайно. Наверняка в «Эль Гранде» полно карманников, и вполне возможно, что будут еще кражи. Если и начнется расследование, я предпочла бы, чтобы оно началось отсюда, а не внутри здания.
– Немножко предосторожности? – спросил он, потом осмотрел инструменты Адриенны, когда она извлекла их из сумки. – Очень мило. Хирургическая сталь?
– Конечно.
– Разрешите мне.
Молодой человек выбрал инструмент и начал колдовать с его помощью над замком.
Следя за его работой через плечо, Адриенна видела, как умело и ловко он действует. Филипп чутко прислушивался, чтобы уловить момент, когда замок должен поддаться, пальцы его двигались ловко, как у скрипача-виртуоза. Адриенна всегда считала себя мастером по вскрытию замков, но была вынуждена признать, что Филипп работает лучше.
– Как давно вы отошли от дел?
– Прошло пять лет. Почти. – Он положил инструмент, прежде чем толкнуть и открыть дверь.
– Вы не утратили мастерства.
– Спасибо.
Вместе они вошли в помещение. Там было душно и неприятно пахло. Адриенна освещала фонариком помещение, в котором они очутились. Яркая афиша о концерте поп-звезды не могла скрасить убожество этой мрачной комнаты.
– Хозяева могли бы потратить немного денег на то, чтобы создать человеческие условия для персонала, – пробормотала Адриенна, увидев, что вверх по стене скользнула ящерица.
– Обсудим обязательства Сент-Джонов перед обществом позже. Куда идти?
Она показала жестом, и Филипп двинулся в сторону просторного подсобного помещения. Здесь гудел паровой котел. Огромный кондиционер гнал охлажденный воздух, и это вызвало у Филиппа воспоминания о морозных узорах на оконных стеклах его дома в Оксфордшире, где Рождество было похоже на Рождество. Хмурясь, молодой человек исследовал систему труб. Адриенна была права, когда говорила, что протиснуться через них будет нелегко.
– Ладно, подсадите меня, а я втащу вас. Он протянул руку за фонарем.
Адриенна размышляла о том, что мексиканская экономика находится в плачевном состоянии, а народ этой страны бедствует. Можно было бы продать драгоценности Сент-Джонов и найти способ передать эти деньги на нужды народа через общество католических благотворителей.
– Может быть, вы передумаете? Давайте найдем ожерелью лучшее применение, чем украшать шею Лорэн. Мы могли бы поделить прибыль в соотношении шестьдесят к сорока.
– Шестьдесят к сорока?
– Я же проделала основную работу. Это более чем справедливо.
Филиппа тронуло ее предложение. Он привык брать, а не отдавать. Но дело было не в деньгах, а в принципе. К сожалению, за последние несколько лет его принципы изменились. Осознание этого подействовало на него отрезвляюще. Он подумал о Спенсере, пыхтящем трубкой за своим письменным столом.
– Давайте фонарь! – буркнул Филипп. Пожав плечами, Адриенна повиновалась.
– То, что я предлагаю, гораздо лучшая сделка, но пусть будет по-вашему.
– Вы сказали, их номер на верхнем этаже?
– Последний в западном крыле, угловой.
– У вас есть компас?
– Нет. – Она усмехнулась. – Неужели вам неизвестно, в какой стороне запад?
Ее слова задели его обостренное чувство собственного достоинства британца.
– Я всегда пользуюсь компасом.
– Не беспокойтесь. Я приведу вас куда надо.
Молодой человек предпочел не заметить насмешки и поставил ногу на ее сплетенные руки. Адриенна не успела почувствовать его тяжести, как он влез в тоннель и протянул ей руку. Их пальцы крепко сплелись.
Стоя на руках и коленях, Филипп начал водить лучом фонарика взад-вперед. У него было ощущение, что он находится внутри металлического гроба.
– Похоже, мне пошло на пользу, что я лишился своего рождественского пирога. Легче протиснуться.
– Когда ход делает зигзаг, становится очень тесно, – сообщила Адриенна охотно. – Может быть, следовало натереть вас жиром?
С трудом поворачиваясь в тесном пространстве, он повернулся и мрачно уставился на нее.
– Будь у меня больше времени, я бы придумал более хитроумный план проникновения.
– Я-то не тороплюсь.
Филипп ничего не ответил и двинулся вперед. Путешествие оказалось долгим и не слишком приятным. Много раз обшитый металлом тоннель сужался до такой степени, что Филиппу приходилось протискиваться, как змее, заползающей под камень. И все же они в полном молчании продвигались вперед. Проползая мимо отдушин, они слышали голоса, смех, шум льющейся воды.
В какой-то момент Адриенне пришлось остановиться и подождать, пока постоялец с четвертого этажа полоскал горло в ванной. Если бы жилец номера 422 открыл глаза, когда запрокидывал голову, он бы увидел интересное зрелище. Девушка с трудом удержала смех, когда они миновали это место и поползли до следующего этажа. Когда ходы раздваивались, Адриенна указывала ему нужное направление. В уме она проделывала этот путь уже много раз. Тридцатью минутами позже они в полном изнеможении наконец добрались до вентиляционного отверстия, откуда могли любоваться розовым унитазом в номере Сент-Джонов.
– Вы уверены? – прошипел Филипп.
– Конечно, уверена.
– Было бы весьма непрофессионально положить драгоценности в чей-нибудь чужой сейф.
– Я же сказала, что уверена, – прошептала Адриенна. – Видите пестрый купальный халат за дверью?
Чтобы посмотреть, Филиппу пришлось изогнуться так, что его колени уперлись в живот.
– Вон тот?
– Да, я подарила его Лорэн на день рождения. Филипп некоторое время молча изучал халат.
– Вы ведь ее не любите, верно?
– Она терроризирует своих слуг, увольняет их по своему капризу и за три года, что я ее знаю, ни разу не оставила чаевых в ресторане.
С минуту он не двигался с места. Потом, как бы одумавшись, стряхнул с ее щеки пыль, которая собралась там во время их долгого путешествия по вентиляционным ходам.
– Почему мы бездействуем?
Пожав плечами, Адриенна быстро принялась за работу и отвинтила шурупы. Как только она спрятала инструменты в карман, Филипп поднял решетку и отложил ее в сторону.
– Подождите здесь.
– Нет, я иду с вами.
– В этом нет нужды.
Адриенна положила руку ему на плечо.
– Я не уверена, что вы положите вещи в сейф!
– О, ради всего святого!
Филипп нехотя скользнул в отверстие. Несколькими секундами позже за ним последовала Адриенна, так же тихо, не произведя ни малейшего шума. Он автоматически потянулся, чтобы поддержать девушку. Когда его руки сомкнулись у нее на талии, молодой человек подумал, что предпочел бы провести этот вечер по-другому.
Внезапно послышался какой-то шум. Прошла минута, прежде чем они поняли, что это. Адриенна закрыла лицо руками, стараясь не расхохотаться. Ранним рождественским утром чету Сент-Джонов обуревала страсть. Скрипели пружины супружеской постели. Стонала Лорэн. Было слышно тяжелое дыхание Чарли.
– Давайте не будем их смущать, – пробормотал Филипп, скользнув как тень в коридор.
Звуки, доносившиеся из спальни, то усиливались, то ослабевали, пока Адриенна и Филипп возились с сейфом. Слыша стоны Лорэн, было трудно удержаться от восторга перед жизненной силой Чарли. Под тонкими хирургическими перчатками руки Филиппа повлажнели – не от напряжения, а потому, что крики и стоны Лорэн его возбудили. Поединок на постели продолжался. Адриенна не могла справиться со смехом, и луч света от фонаря прыгал и метался в разные стороны.
– Возьмите себя в руки, – прошипел Филипп и вырвал у нее фонарь.
– Прошу прощения. Я просто представила Чарли голым.
– Пожалуйста, не делайте этого на пустой желудок.
Он нашел шкатулку из-под драгоценностей, оставленную Адриенной, и положил в нее сверкающее ожерелье. При этом сердце его защемило – честно говоря, ему очень не хотелось возвращать камни владельцам. Он чуть не застонал, но не из-за драгоценностей, а потому, что звуки, издаваемые Лорэн, достигли высшего накала, а бедро Адриенны было совсем рядом.
Поднявшись на ноги, Филипп потащил ее через коридор в ванную.
– Наверх, живо! – Его голос был резким и отрывистым, и она вздернула подбородок.
– Вы, конечно, знаете, как развлекаются подобным образом.
Она встала на край унитаза и протиснулась сквозь отверстие.
Филипп уже наполовину скрылся в люке, когда за дверью послышались шаги. Оттолкнувшись ногами, он протиснулся в вентиляционный ход в тот самый момент, когда дверь ванной отворилась.
– Боже милосердный, я сейчас умру! – шептал Чарли в полном изнеможении. Он стоял, опираясь о раковину, и стирал с лица пот. Адриенна и Филипп замерли. Чарли налил в стакан воду, проглотил ее с жадностью и помочился.
Из спальни послышался голос Лорэн:
– Вернись, дорогой, у меня для тебя есть еще один подарок.
– Я сейчас! – обреченно ответил пожилой супруг, выключил свет и с понурым видом отправился выполнять свои супружеские обязанности.
Обхватив себя руками, Адриенна раскачивалась от смеха. Право же, это зрелище стоило драгоценностей. Или… почти стоило.
– Держите себя с достоинством, ваше высочество, – сказал ей Филипп, ставя на место решетку.
– Давайте выбираться отсюда.


Это не было в полной мере похоже на возбуждение, охватывающее ее, когда она брала что-нибудь из сейфа, но все-таки приближалось к нему.
Смех, который она так долго подавляла, теперь прорвался, и Адриенна не переставала хохотать, даже когда Филипп последовал за ней в номер.
– Невероятно, просто невероятно! – Она упала на стул, расслабленная, с пылающим лицом. Сейчас Адриенна была совсем не похожа на замкнутую, отрешенную принцессу. Сбросив с ног туфли, она улыбнулась ему. – Это было настолько немыслимо, что я, кажется, больше не сержусь на вас.
– Ну, в таком случае я могу немного поспать.
– А вы всегда злитесь после работы?
Филипп действительно был раздражен. Напрасно он позволил ей ползти по вентиляционным ходам впереди. Его раздразнил вид ее хорошенького, плотно обтянутого брюками зада. Не в состоянии усидеть на месте, молодой человек заметался по комнате.
– Из-за вас я пропустил ужин.
– А! – В этом восклицании не прозвучало сочувствия. – Думаю, что в это время здесь номера не обслуживают. Но у меня есть плитка шоколада.
– Давайте ее сюда.
– Там еще осталось вино.
Адриенна налила вина в два стакана и один протянула Филиппу.
– Вероятно, мне не следует на вас сердиться. Деньги-то остались у меня. Я забрала их из лавки.
Он удержал ее за запястье, прежде чем она успела сесть на место.
– Неужели деньги так важны?
Адриенна подумала о центре реабилитации пострадавших женщин, который финансировала, и ответила:
– Да, важны.
Филипп отпустил ее руку и снова начал кружить по комнате.
– Что вы от этого имеете, Эдди? Время от времени он отстегивает тысчонку-другую? Вы в долгу у него или любите его? Но ведь это может завести вас далеко, а он, насколько я мог заметить, не подвергается никакому риску. Вы же раз за разом рискуете всем, все ставите на карту.
Адриенна пила мелкими глотками теплое вино и смотрела на Филиппа, меряющего шагами комнату. «Он двигается как пантера, – подумала она. – Будто беспокойно шагает по клетке взад и вперед».
– О ком вы говорите? – спросила Адриенна. – Кто этот
«он»?
– Это вы должны мне сказать.
Филипп резко повернулся. Его душила ревность, терпение иссякло. Он был готов взорваться.
– Я хочу знать, кто этот ваш таинственный сообщник. Филипп вытащил сигарету, сломал ее и потянулся задругой.
– У меня нет сообщника, – тихо сказала Адриенна.
– Думаю, на сегодняшний вечер игр достаточно.
– Я уже говорила вам раньше: то, что я делаю, – мой собственный выбор.
– Вы сказали мне также: делаете это из-за мужчины.
– Да, но совсем не в том смысле, как вы это поняли. Нет никого, кто шантажировал бы меня, платил мне или спал со мной. – Адриенна снова села, откинувшись на спинку стула. – Я работаю одна и для себя. У меня нет ни сообщника, ни долгов.
Филипп медленно выдохнул дым и спросил с неподдельным интересом:
– Вы пытаетесь меня уверить, что кражи драгоценностей на миллионы фунтов за последние девять или десять лет – дело ваших рук?
– Я не пытаюсь заставить вас чему-нибудь верить. Вы хотели знать правду, и я решила открыть вам ее. – Адриенна нахмурилась, глядя в стакан с вином. – Видите ли, эта информация не имеет особого значения, потому что у вас нет доказательств. Ваше начальство подумает, что вы рехнулись, а я уже решила, что эта кража будет последней.
– Все это ложь! Вы были еще девчонкой, когда началась эта история.
– Мне было шестнадцать, когда я начала работать, – продолжала Адриенна, выдержав его пристальный взгляд. – Но оказалась способной и быстро научилась всему.
– Что вас толкнуло на это?
Слабая улыбка, появившаяся было на ее губах, исчезла.
Она отставила в сторону стакан с такой силой, что он звякнул.
– А уж это не ваше дело. Это моя личная жизнь.
– Больше у вас нет жизни, отдельной от моей.
– Вы слишком самоуверенны, Филипп. – Адриенна поднялась с места, не спуская с него глаз. Когда девушка хотела, она умела быть достойной своего титула и вела себя по-королевски. – Не могу сказать, что этот вечер не был занимательным, но, право же, я должна пожелать вам спокойной ночи. Я просто валюсь с ног от усталости.
– Завтра встанете попозже. Мы еще не закончили разговор. – Филипп посмотрел на часы. – Мне надо сделать один звонок, прежде чем мы продолжим. У меня есть друг в Париже, который может отвлекать Интерпол день-другой.
Не спрашивая разрешения, он прошел в спальню, чтобы позвонить.
Когда Филипп вернулся, девушка уже спала. Одна рука ее была подложена под голову, другая свободно лежала на софе. Волосы упали налицо, и, когда Филипп попытался отвести их назад, она не проснулась – дыхание ее оставалось ровным и медленным. Сейчас она не казалась ему ни холодной, ни царственной, а выглядела юной и беззащитной. Филипп знал, что ему следовало бы разбудить ее и расспросить обо всем теперь же, пока рефлексы ослаблены, а защитные механизмы не действуют. Но вместо этого он выключил свет и тихо вышел в соседнюю комнату.


Он проснулся на рассвете и понял, что его разбудили рыдания. Он поспешил в спальню и увидел Адриенну, свернувшуюся в комочек. Филипп присел на корточки возле дивана, коснулся ее мокрой от слез щеки и понял, что она еще не проснулась.
– Эдди! – Он встряхнул ее, сначала нежно, потом, почувствовав ее сопротивление, сильнее. – Эдди, проснитесь!
Она отшатнулась от него, будто он ее ударил, и резко откинулась на подушки дивана. Глаза ее были широко раскрыты, в них застыл ужас. Филипп продолжал шептать какие-то слова в надежде успокоить ее. Постепенно бессмысленный, застывший взгляд Адриенны прояснился, страх сменился печалью.
– Вам приснился дурной сон, – сказал он мягко, беря ее за руку. На мгновение, всего лишь на мгновение, Адриенна крепко сжала его пальцы и удержала в своих. – Я принесу вам воды.
Открывая бутылку, Филипп не сводил глаз с Адриенны. Она подтянула колени к груди и положила на них голову. В желудке у нее поднималась тошнота, но она пыталась побороть приступ и обрести равновесие.
– Благодарю вас.
Адриенна приняла у него стакан, стараясь крепко удержать его обеими руками. По мере того как утихала тоска, она почувствовала унижение оттого, что в его присутствии проявила такую слабость. Она не произносила ни слова, только молила про себя бога, чтобы Филипп ушел и дал ей возможность собрать воедино остатки гордости.
Но когда молодой человек сел рядом, ей пришлось подавить в себе желание прильнуть к нему, положить голову ему на плечо и позволить утешить себя.
– Поговорите со мной, – тихо сказал Филипп.
– Это был дурной сон, вы правы.
– Вам тяжело, вы страдаете. – Он коснулся ее щеки. На этот раз она не отшатнулась, только закрыла глаза. – Поделитесь со мной, не держите в себе свое горе.
– Мне никто не нужен.
– Я не уйду, пока вы мне не расскажете.
Адриенна молча смотрела на воду в стакане. Вода была теплой и безвкусной и не могла успокоить ее взбунтовавшийся желудок.
– Моя мать умерла на Рождество. А теперь уходите! Ничего не ответив, Филипп взял у нее стакан и отставил его в сторону.
И так же не спеша, спокойно обнял ее. Она замерла и отпрянула, но он не обратил на это внимания. Вместо того чтобы утешать ее словами, что вызвало бы у нее протест, Филипп начал гладить ее волосы. Ее дыхание стало прерывистым и вырывалось из груди со звуком, похожим не то на рыдание, не то на вздох, потом она обмякла в его руках.
– Почему вы это делаете?
– Совершаю очередной добрый поступок, как добрый самаритянин. Расскажите мне все.
Адриенна никогда об этом не рассказывала. Ей это было слишком тяжело. Но теперь, когда голова ее покоилась на плече Филиппа, слова полились сами собой.
– Я нашла маму как раз перед рассветом… Она лежала на полу. Казалось, она была слишком слабой, чтобы встать, и просто легла. Возможно, пыталась ползти, чтобы позвать на помощь. Возможно, звала меня, но я не услышала.
Бессознательно ее пальцы сжимались и разжимались, словно она пыталась что-то удержать.
– Вы, должно быть, читали в газетах, что она покончила с собой… – В голосе Адриенны прозвучала незатихающая боль, казалось, эти слова жгли ей губы. – Но я знаю, что это неправда. Мама долго была больна, очень страдала. Она никогда не убила бы себя таким способом, зная… зная, что я найду ее.
Филипп продолжал гладить ее волосы. Он знал, о чем писали в газетах, помнил эту скандальную историю. Время от времени она еще всплывала, окруженная невероятными подробностями.
– Ведь вы знали ее лучше всех.
Адриенна отодвинулась от Филиппа, чтобы посмотреть ему в лицо, внимательно в него вглядеться, прежде чем позволила себе снова уронить голову ему на плечо. Никогда и ничто из того, что ей говорили прежде, не звучало более утешительно.
– Да, я ее знала. Она была доброй и любящей, простой и бесхитростной. Доверяла людям. Часто не тем, кому надо. И это в конце концов убило ее.
– Вы имеете в виду отца?
Этот вопрос застал Адриенну врасплох, но ей удалось сдержать свои эмоции.
– Он сломал ее.
Адриенна поднялась и, обхватив себя руками, стала ходить по комнате.
– Отец делал это методично, день за днем. И получал от этого удовольствие.
Теперь она уже не казалась слабой. Голос ее звучал ясно, как колокола на площади, возвещавшие о наступлении Рождества, но безрадостно.
– Маму считали самой красивой актрисой в Голливуде. Мужчины видели в ней богиню. Она влюбилась в отца и бросила карьеру, свою страну, культуру – все, а он уничтожил ее, потому что она была всем тем, чего он желал и что одновременно презирал. Ведь он женился на западной женщине, на христианке…
Адриенна подошла к окну. Солнце вставало, лучи его становились все ярче, они уже превратили прозрачную воду в алмазы.
– Она не могла понять, чем вызвана жестокость отца по отношению к ней. Ей не с кем было поделиться своим горем, и когда я подросла, то стала поверенной всех ее тайн и страданий.
– Если ей было так плохо, почему она раньше не оставила мужа?
– Вы должны понять, что такое Якир, и знать мою мать. Он возненавидел ее за то, что она родила ему дочь, мама же продолжала любить отца. Даже после того, как он взял себе еще жену, унижал и оскорблял ее и насиловал. Она терпела, потому что не могла больше иметь детей, и винила в этом себя. Терпела ради меня.
Глядя на омытый солнечным светом пляж невидящим взглядом, Адриенна горестно вздохнула.
– Она очень любила вас.
– Возможно, больше, чем следовало бы. И эта любовь погубила ее. Много раз она хотела бежать из гарема, но не могла оставить меня. Однажды я стала свидетельницей того, как он избил ее и изнасиловал. Я спряталась под кроватью, закрыла уши руками, чтобы ничего не слышать, и горько плакала. С тех пор я возненавидела отца, и моя ненависть к нему крепла год от года. Однажды, когда мне было восемь лет, Абду сказал маме, что собирается отослать меня в школу и что я обручена с сыном его союзника.
– В восемь лет?
– Меня должны были выдать замуж в пятнадцать. И тогда моя мама приняла решение: она уговорила отца взять меня в Париж и ввести в свет. Для того чтобы стать хорошей женой, я должна была уметь вести себя не только в Якире, но и за его пределами. А для женщины моей страны выйти замуж в пятнадцать лет – дело обычное.
– Неужели у вас могут выдать девушку замуж против ее воли?
Адриенна не могла удержаться от улыбки.
– В Якире браки устраивают по сговору – будь это дочь крестьянина или короля. Брак не имеет ничего общего с любовью и свободным выбором. Моя помолвка была бы просто удачным политическим ходом отца.
Адриенна немного помолчала и продолжила:
– Когда мы оказались в Париже, мать сумела каким-то образом установить контакт со своей давней подругой. Селеста заказала для нас билеты до Нью-Йорка. Абду изображал из себя за границей просвещенного монарха. Поэтому он разрешил нам ходить за покупками и посещать музеи. Матери позволили ходить по Парижу в европейском платье и без покрывала, скрывающего лицо. В Лувре мы оторвались от своих телохранителей и убежали.
Адриенна прижала ладони к лицу. Глаза ее припухли и покраснели от слез. Яркий свет причинял ей боль.
– Мама еще в Якире начала принимать наркотики, ей не удалось отвыкнуть от них и в Америке. Наоборот, тянулась к ним еще больше, так как карьера ее была сломана и вернуть себе прежнее положение она не смогла. Но самое главное, она продолжала любить отца, тосковала о нем. Из всего этого я извлекла урок – поняла, что, когда женщина позволяет себе полюбить, она проигрывает. Для того чтобы выжить, надо рассчитывать только на себя.
– Но эта история должна была также раскрыть вам и другую истину: иногда любовь не признает преград и рушит все на своем пути, – возразил Филипп.
Внезапно Адриенна почувствовала озноб. Взгляд Филиппа оставался спокойным, но в глазах было нечто, чего она предпочла бы не видеть, как предпочла бы не разбираться, почему рассказала ему то, чего никогда и никому не говорила. – Я хочу принять душ, – отрывисто произнесла она, прошла в ванную и плотно закрыла за собой дверь.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Женская месть - Робертс Нора

Разделы:
123456789

Часть II

101112131415161718192021

Часть III

222324252627

Ваши комментарии
к роману Женская месть - Робертс Нора



Ничего.....так, интригует
Женская месть - Робертс Норакатрина
17.04.2013, 13.13








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100