Читать онлайн Бархатная смерть, автора - Робертс Нора, Раздел - 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Бархатная смерть - Робертс Нора бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.06 (Голосов: 33)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Бархатная смерть - Робертс Нора - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Бархатная смерть - Робертс Нора - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Робертс Нора

Бархатная смерть

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

10

На следующее утро, стоя под упругими струями воды в душе, Ева обдумала дальнейший ход действий. Она могла бы вызвать Аву на допрос и попытаться выжать из нее признание – но это вряд ли – или хотя бы заставить ее поволноваться, пошатнуть ее уверенность в себе, дать ей знать, что она под наблюдением.
И что сделает Ава? Быстрее ветра побежит к адвокатам, устроит истерику в СМИ, очень может быть, что и пожалуется жене Тиббла. А сама Ева при этом лишится таких ценных источников информации, как Форрест, Плаудер и Брайд-Уэст.
Приятно было бы, конечно, заставить ее задергаться, но на данном этапе этот шаг, скорее всего, был бы неэффективным.
Придется и дальше снимать слой за слоем, прорывать ходы в грязи и вранье, пока она не нароет достаточно несоответствий, достаточно резонных оснований, чтобы сшить крепкое дело.
Но одно надо признать, сказала себе Ева, выключив воду и входя в сушильную кабину. Ава действительно была ловкой. Она прикрыла свою скульптурную задницу со всех сторон. «Но кто же исполнитель? – спрашивала себя Ева, пока ее обвевали струи теплого воздуха. – Где тот, чьи руки затянули черную бархатную удавку на шее Томаса Эндерса? Где тот, кто вошел в спальню и исполнил то, что задумала и спланировала Ава?» В том, что все это задумала и спланировала Ава, Ева была уверена.
В версию любовника Ева не верила. У Авы был муж и дважды в месяц свидание с лицензированным компаньоном. В сутках всего двадцать четыре часа. Могла ли Ава втиснуть в свое расписание еще и роман на стороне, могла ли она жонглировать столькими мячиками сразу, да так, чтоб никто из окружающих не заподозрил? Нельзя сказать, что это невозможно, особенно для такой расчетливой и организованной особы, но… все-таки трудно поверить.
Подруга? Могла ли Плаудер или Брайд-Уэст – или обе – сговориться с Авой и убить Томаса Эндерса? Какой стимул, какую компенсацию могла бы предложить им Ава для совершения убийства? Обдумывая варианты, Ева накинула на себя халат и отправилась в гардеробную одеваться.
Рорк сидел за столом, попивая кофе и почесывая Галахада за ушами. Пока Ева принимала душ, он успел переключиться с биржевых отчетов на утренние новости.
– Только что передали краткое интервью с Беном по поводу сегодняшней заупокойной службы. Скорее даже не интервью, а заявление. Он отказался отвечать на вопросы о характере смерти дядюшки и о ходе следствия. Вид у него был убитый.
Ева выбрала черный костюм. Так было проще, а главное, это давало возможность затеряться в толпе на заупокойной службе.
– Позволь задать тебе вопрос. Только ты, пожалуйста, забудь, что этот парень тебе нравится. Он мог закрутить роман с Авой?
Рорк заглушил звук и принялся наблюдать, как Ева одевается.
– Не могу вообразить, что он способен предать дядю подобным образом – по правде говоря, любым образом, – но особенно в этом плане. Даже если бы его любовь к дяде была притворной, Ава не в его вкусе.
– Почему ты так думаешь?
– Ему нравятся более молодые, ориентированные на карьеру, спортивные женщины, любящие общаться за кружкой пива или бокалом вина. – Рорк замолк, глядя, как Ева застегивает кобуру. – Так что мне повезло. Я успел тебя перехватить прежде, чем он положил на тебя глаз.
– Отлично. Теперь я знаю, куда идти, когда покончу с тобой. Теперь представь себе такой вариант. Три женщины отправляются на Санта-Люсию. Они каждый год куда-нибудь ездят вместе, так что поездка никаких подозрений не возбуждает. Но на этот раз у них более напряженная программа, чем грязевые обертывания или потребление коктейлей.
Ева повела плечами, поправляя жакет. Рорк внимательно наблюдал за ней. Ей и в голову не пришло посмотреться в зеркало, она направилась прямо к автоповару и взяла кофе.
– Одна из них тайно возвращается в Нью-Йорк, убивает Томми согласно плану Авы, пока сама Ава остается на Санта-Люсии. Ава на месте, когда звонит Грета. Она уезжает без спешки. Дает своей напарнице время вернуться. Потом Ава летит домой, а две другие выжидают, сколько нужно, и потом звонят ей, чтобы ее история звучала железобетонно.
– Думаешь, все три в этом замешаны? – Рорк покачал головой. – Рискованно.
– Может, Брайд-Уэст еще спала. Может, она сказала правду. Может, они подсыпали ей что-нибудь в мартини, не важно что… Черт, я сама в это не верю. Так зачем я пытаюсь втюхать это тебе?
Рорк встал, положил руки ей на плечи и поцеловал в лоб. Потом, зная, что ей такое и в голову не придет, подошел к автоповару и запрограммировал завтрак.
– Это был кто-то, кому она доверяла. Стопроцентно. Абсолютно. Без вопросов. Кто-то готовый убить ради нее. Ее родители в разводе. Мать живет в Портленде, отец – в Чикаго. Оба вступили в повторные браки. Я проверила обоих, ничего подозрительного. И я не могу найти никаких записей о том, что в нужную нам ночь кто-то из них летал куда бы то ни было, не говоря уж о Нью-Йорке. Братьев и сестер у нее нет. Насколько я могу судить, со своим бывшим мужем она не виделась последние лет двадцать. Кого же она так хорошо знает, кому так доверяет? Кто мог сделать за нее грязную работу? Убить, да еще таким извращенным способом?
Рорк поставил на стол тарелки с яичницей и беконом. Галахад сделал вид, что его это не интересует.
– Если хочешь еще кофе, иди и возьми сама. Стоит мне отвернуться от этих тарелок на две секунды, еда переместится в кошачье брюхо.
Ева нахмурилась, глядя на тарелки.
– Да я собиралась перехватить…
– Забудь об этом. Принеси кофе и для меня тоже, я хочу еще.
Она могла бы поспорить. Она упорно думала о деле, поэтому ей хотелось спорить. Пар выпустить. Но отказаться от кофе она не могла: пошла к автоповару, взяла две чашки, вернулась и села.
– У меня ничего нет. Ничего нет на нее. Никакой видимой связи. Хожу кругами.
– Может, твой путь выпрямится, когда мы увидим ее сегодня на поминальной службе.
Ну, раз уж яичница перед ней стояла, Ева насадила кусок на вилку.
– Ты тоже пойдешь?
– Мы с Беном друзья. «Всемирный спорт Эндерса» находится в моем здании. Я хочу выразить свои соболезнования. А может, замечу что-нибудь из того, что ты пропустила. Свежий взгляд.
– Свежий взгляд. – Ева схватила кусочек бекона и вдруг выругалась. – Свежий взгляд, черт бы его побрал! Совсем забыла. Я же обещала Бакстеру посмотреть одно его дело. Дело остывает. А я его все «завтраками» кормлю. – Она свирепо куснула бекон. – Придется прочесть сегодня утром.
– А может, оно и к лучшему, – улыбнулся Рорк. – Переключаться полезно. Займись этим, развейся, а потом опять вернешься к Эндерсу. Свежим взглядом.
– Может быть. Я ему сказала, что не все дела раскрываются. Кое-кто из преступников от нас ускользает. Но мне думать больно, что на этот раз убийца от меня ускользнет.
Галахад прополз дюйм, потом два дюйма, не сводя своих двухцветных глаз с тарелки Рорка. Рорк пристально уставился на кота, сверля его взглядом. Галахад перевернулся на спину и замахал лапами в воздухе.
– В твою невиновность никто не поверит, – сказал ему Рорк.
– Зато все верят в ее невиновность, – пробормотала Ева. – Гм… А что, если кое-кто не поверит?
Обдумывая эту идею, она торопливо доела завтрак, пока его не уничтожил Галахад.


В своем кабинете еще до начала смены Ева начала изучать дело об убийстве Неда Кастера, которое передал ей Бакстер. Она просмотрела фотографии с места преступления, как будто сама вошла в номер убогого притона, ничего не зная о заключении судмедэксперта, как будто не читала отчетов «чистильщиков», заметок следователя, распечаток допросов.
Кто-то, думала она, жестоко и быстро убрал Неда Кастера. Само по себе помещение выглядело как типичный номер секс-притона. Дешевая кровать, продавленный и засаленный бесчисленным количеством тел матрас. Шкаф из древесно-стружечных панелей, засиженное мухами зеркало, тусклый, истертый пол, бумажные шторы на убогом окошке. И ванная, воспринимающаяся как скверная шутка: проржавевшая раковина на стене и унитаз – рассадник микробов.
Типичный образец комнаты в дешевом секс-притоне.
Что же за человек был этот Нед Кастер, если он искал утех в такой жуткой дыре, пока дома его ждали жена и дети?
Ну, кем бы он ни был при жизни, теперь он был мертв. Разрез на горле был глубокий и длинный. Острое лезвие, направляемое немалым мускульным усилием. При немалом росте, подумала Ева, прикинув угол вхождения лезвия в плоть. Рост убитого пять футов девять дюймов. Значит, убийца… Ева закрыла глаза, мысленно перенеслась в омерзительный номер притона, поместила себя позади Кастера. По крайней мере, одного роста с ним, а возможно, на дюйм или два выше.
Высоковато для женщины, но многие уличные проститутки обожали высокие каблуки и туфли на платформе. Как бы то ни было, не коротышка.
И не неженка. Надо иметь крепкие нервы, чтобы вот так, одним взмахом, отхватить парню все, чем его бог наградил.
Брызги и лужи крови ясно говорили, как было дело. Женщина вышла из жалкой ванной и напала на мужчину сзади. Один быстрый удар. Никаких колебаний. Ее наверняка окатило фонтаном крови от такого разреза. Еще больше крови от доморощенной кастрации. Но раз в стоках крови не было, значит, убийца либо вышла из комнаты вся в крови – следов нет, так что это вряд ли, – либо, находясь в ванной, заизолировалась до самой макушки.
Не уличная проститутка, даже накачанная наркотиками. Слишком хорошо подготовлена, слишком бессердечна. Проститутке незачем убивать клиента. Она подсыплет ему в питье какой-нибудь дряни, купленной на черном рынке, а когда он отключится, обыщет и заберет деньги и ценности. И тихо уйдет.
Кастер был мертв еще раньше, чем вошел в эту комнату, только он этого еще не знал. Может, любой, кто вошел бы в этот притон, был обречен? Или заказали именно Кастера?
Ева послала сообщение Бакстеру и Трухарту, чтобы доложили ей, как только заступят на смену. Услышав стук в дверь, она хмыкнула, потом вскинула взгляд и увидела Трухарта в чистенькой, без единого пятнышка униформе.
– Вы хотели видеть меня, лейтенант?
– Да. Где Бакстер?
– Он еще не приходил. Я… э-э-э… стараюсь при любой возможности приходить немного раньше начала смены: перечитываю записи вчерашнего дня.
– Угу. – «Трудолюбивая пчелка», – подумала Ева. Молодой, но упорный, с зорким глазом. И уже совсем не такой желторотый, каким был в патруле, когда она впервые его увидела. – Я просматривала дело об убийстве Кастера. Вы с Бакстером ничего не упустили. Сколько дел у вас было с тех пор?
– Девять, – не задумываясь, ответил Трухарт. – Два открыты. Плюс дело Кастера, значит, всего три открыты.
– Ну и что ты думаешь об этом деле?
– Убитый жил, постоянно рискуя, лейтенант. Шатался по барам, по кварталам красных фонарей, находил себе подружек среди самых дешевых лицензированных компаньонок. Мы опросили многих уличных девушек и нашли двух, которые его вспомнили. Они сказали, что он любил, чтоб по-быстрому и грубо. И… гм… дешево.
– Да, я понимаю. Вы опросили всех на месте, обошли всех соседей от двери к двери, заглянули в бары, нашли девочек.
– Никто не помнит, с кем он ушел в тот вечер. Только двое вспомнили, что вроде бы он подцепил какую-то рыжую. То ли короткие прямые волосы, то ли короткие кудрявые волосы. Один говорит одно, другой – другое. Вы же знаете, как это бывает.
– Да уж.
– В таких местах у людей короткая память. Парень, сидевший за стойкой в притоне, сказал, что вроде бы видел ее раньше, а может, и не видел. Но насчет цвета ее волос в тот вечер он твердо уверен. Он говорит: рыжие, короткие, прямые.
Все это Ева прочитала в отчете, но она не стала перебивать Трухарта.
– В одном он готов был присягнуть: она больше не спускалась из номера. Если бы он не следил, когда его постояльцы спускаются, как он мог узнать, что комната освободилась? Ему платят с оборота, а его оборот – номера в притоне. И вот он клянется, что она не спускалась из номера и не проходила мимо его стойки, а покинуть ночлежку через парадную дверь невозможно, не пройдя мимо стойки. Там есть другой выход, по пожарной лестнице. Значит, ей пришлось вылезти в окно и спуститься. На месте полно отпечатков и следов ДНК, волосков, частиц кожи. В таких местах уборка – дело десятое. Мы все проверили, опросили всех, кого смогли идентифицировать и обнаружить в городе. Никто не высветился.
Ева открыла было рот, но не успела ничего сказать, потому что в эту минуту в кабинет ввалился Бакстер.
– Это насчет Кастера?
– Я прочла дело. Похоже, вы ничего не упустили.
– И ни единого подозреваемого, – буркнул Бакстер.
– Ты упускаешь из виду жену.
– У нее алиби, Даллас. Она буквально висела на домашнем телефоне, пытаясь дозвониться убитому, пока его препарировали. Мы с Трухартом ее известили. Она не притворялась. Ее реакция была спонтанной.
– Не было похожих преступлений ни до, ни после. Похоже, кто-то охотился именно на Неда Кастера, – вставил Трухарт.
– Да, похоже на то, – поддержал его Бакстер.
– Кто выигрывает от его смерти? – спросила Ева.
Бакстер взъерошил волосы пальцами.
– Жена избавляется от мужа, который ей изменяет и, вероятно, приносит домой целый букет мерзких болезней, а также поколачивает ее, когда придет такой каприз. После его смерти она получит пенсию и страховку от его работодателя. Не королевскую, но вполне приличную. Но ее не было на месте преступления, это точно. Убитый не пошел бы в тот притон со своей женой, он охотился в других водах. И он бы ее узнал. Росту в ней пять футов три дюйма, она слишком мала и слишком слаба, чтобы перерезать ему горло. Да ей и пороху-то не хватит.
– Может, она знает кого-то, кому хватит. Родственница, подруга, кто-то считавший, что ей будет гораздо лучше без лживого, распускающего руки мужа-гуляки. А ей и вправду стало гораздо лучше.
– У нее есть сестра в Арканзасе, отец там же отбывает десятку за нападение с целью изнасилования. Он тоже избивал жену. Мать ее живет в Нью-Джерси, но, поверь мне, она тоже не смогла бы это провернуть. Что касается друзей, у нее нет никого, с кем она была бы близка. Уж точно не настолько, чтобы ради нее вспороть глотку ее мужу.
– А может, приятель? Убийца ведь высок ростом и силен. Не похож на женщину.
– Работали в паре. – Бакстер задумчиво прищурился. – Мужчина был уже в ванной, когда она привела объект в номер притона. Да, но тогда почему она просто не спустилась и не вышла через парадную дверь? Почему…
– Слишком много «почему», – перебила его Ева. – А кто сказал, что объект поднялся наверх с женщиной?
Трухарт откашлялся.
– Э-э-э… все так говорят, лейтенант.
– А что, все заглядывали убийце в штаны? Все видели водопроводный краник? Ты повидал немало «трансов», Бакстер, ты же знаешь, какие они бывают красивые, когда выходят на панель. Если особенно не приглядываться, да еще предварительно пропустить пару-тройку стаканчиков какой-нибудь бурды, парень может налететь на большой сюрприз, когда сунет руку в мешок с подарками. Все видели женщину, вот и ты ищешь женщину.
– Чувствую себя полным идиотом, – пробормотал Бакстер. – Я даже не рассматривал такой вариант с мужчиной.
– Допустим, у жены был тайный поклонник. Может, ему хватило мужества одеться женщиной.
– Лейтенант, разрешите обратиться. – Трухарт чуть было не поднял руку, как школьник. – Трудно поверить, что у миссис Кастер мог быть приятель или отношения на стороне. У нее двое детей, мы опросили соседей, и все они говорят, что никто ее не навещал. У нее не было частых или хотя бы регулярных посетителей. Мы это проверили, потому что это часть процедуры, но не нашли никаких доказательств, что у нее есть приятель.
– Если у женщины муж склонен к рукоприкладству, она быстро научится осмотрительности. – Ева оглянулась на свою следственную доску. – А может, у меня уже детали моего собственного дела наезжают на детали вашего. – Она повернулась в кресле назад и протянула папку с делом. – У вас еще открыто два дела поновей, но все-таки найдите время проверить версию с приятелем, оказавшим ей услугу.
– Поскольку других версий у нас все равно нет, спасибо и на этом, – Бакстер хлопнул Трухарта по плечу. – Пошли, мой верный друг. Пойдем, обмозгуем идейку о мужчине в женском платье.
Ева мысленно вернулась к своему делу, проверила входящие сообщения и материалы. Лаборатория в своем обычном стиле «лучше поздно, чем еще позже» подтвердила то, что она уже знала: образец голоса совпал на все сто процентов. Она встала и добавила этот факт к данным на доске.
– Доброе утро! – пропела за ее спиной веселая, раскрасневшаяся Пибоди, пританцовывая на пороге, и встряхнула розовой кондитерской коробкой. – У меня тут пончики с шоколадом.
– И ты прошла через наш «загон»? И ты еще жива? И они не отняли у тебя коробку?
– Я купила две коробки, одну бросила по дороге беснующейся толпе.
– А вот это неглупый ход.
– Я бы раньше пришла, но ты тут совещалась с Бакстером и Трухартом, а я тем временем принимала поздравления.
– А я думала – пончики с кремом.
Пибоди со смехом поставила коробку на Евин стол.
– Праздную выпечкой, потому что я вчера супер-классно выглядела. Могу себе позволить. Считается, что камера полнит, но я не выглядела как бочка. Думаю, тут все дело в жакете. Он стройнит. Ну, все эти пуговки, они бегут сверху вниз, создают иллюзию. Ну и потом, я же сидела на своей заднице, так что ее никто не видел, все было в порядке. Господи, как же я психовала! Совсем больная была, на всю голову. – Она сунула руку в коробку, вынула пончик и откусила. – Трина мне так помогла! Она меня вроде как успокоила. Поговорила душевно так. Кстати, она говорит, что тебе пора на процедуру.
– А ей пора заткнуться.
– И Макнаб был чудо, просто чудо. – Пибоди слизнула шоколадную глазурь с пальцев. – Но там столько людей и все эти камеры, а как подумаешь, сколько людей сидит дома и смотрит, ошизеть можно. Но Надин была супер, она меня так плавно ввела… Но она со мной не нянчилась, и я вовсе не выглядела кретинкой. А когда мы вернулись домой, мы с Макнабом просмотрели этот отрывок раз двадцать и столько же раз занимались сексом ради праздника. Черт, мне так здорово! Ну а ты что думала, когда смотрела?
– Я была занята.
Счастливая улыбка сменилась болезненной гримасой разочарования.
– Ты не… А я думала, ты… Ну, ладно…
Ева выждала еще пять секунд, но даже она не могла быть такой жестокой. И потом, все-таки Пибоди принесла пончики…
– Господи, Пибоди, до чего ж тебя легко на понт взять. Конечно, я смотрела. Я ж должна была знать! Может, ты облажалась и тебе надо устроить разгон? Но ты молодец.
Улыбка вернулась на лицо Пибоди.
– Я справилась! Макнаб говорит, что я держалась уверенно и отвечала с толком. И выглядела сексуально. А ты что скажешь? Я выглядела сексуально?
– Ну да. Ты снилась мне всю ночь. Теперь мы можем перейти к работе?
– Еще только одно. Спасибо, что толкнула меня на экран. В следующий раз не буду так психовать. Да, и еще одно. Мэвис и Леонардо позвонили нам, когда мы вышли из студии, и Мэвис сказала, что Белль узнала меня на экране и улыбнулась. И помахала ручкой. Ладно-ладно, молчу. – И Пибоди откусила еще кусок пончика.
– Ну, если ты кончила принимать поздравления, мы работаем на выезде. «Всемирный спорт Эндерса».
– У них поминальная служба после обеда, – напомнила Пибоди. – Вряд ли Форрест придет на работу. Хочешь, я проверю?
– Нет. Может, его и нет на работе, зато его помощник на месте, могу пари держать. Вот к нему и заглянем. Поехали.
Ева схватила пальто и замерла на месте. Как быть с пончиками? Если оставить их на месте без прикрытия, к ее возвращению их уничтожат вместе с коробкой. Можно спрятать коробку, но стервятники ее учуют, а это может привести их к тайнику, где она спрятала свой драгоценный шоколад от Шоколадного вора и где вор его пока не нашел.
На пути к выходу Ева схватила коробку. Лучше перестраховаться, чем остаться без пончиков.


Леопольд Уолш, по мнению Евы, был из тех, кто готов работать за своей станцией и охранять своего принца при любых обстоятельствах. Она оказалась права. Он встретил их в своем кабинете – суровый, скорбный, в темном костюме с черной траурной повязкой на рукаве.
– Я не жду мистера Форреста сегодня, – начал Уолш. – Поминальная служба по мистеру Эндерсу назначена на сегодня на два часа дня.
– Нам это известно. – «Кофе не предложил, – отметила Ева, – сесть не пригласил. Мы тебе не нравимся, верно, Лео?» – Мистер Форрест и его дядя были очень близки и по работе, и в личном плане. Вы согласны с этим утверждением?
– Да, безусловно.
– Поскольку вы работаете в тесном сотрудничестве с мистером Форрестом, вы хорошо осведомлены об их совместной работе.
– Разумеется.
Ева улыбнулась, по достоинству оценив умение человека отвечать на вопросы и при этом ничего не говорить по существу.
– Полагаю, вы составили собственное мнение о Томасе Эндерсе – профессиональное и личное.
– Вряд ли мое личное мнение имеет отношение к следствию.
– Сделайте мне одолжение, ответьте.
– По моему убеждению, мистер Томас Эндерс был справедливым и честным человеком. Эту свою справедливость и честность он привносил в бизнес. И он совершенно справедливо полагал, что точно так же будет действовать его племянник.
– Обстоятельства смерти мистера Эндерса не могли не вызвать толков и пересудов внутри компании и ее филиалов.
У Уолша заметно напряглось лицо.
– Люди болтают, лейтенант. Такова человеческая природа.
«Ты-то болтать не будешь, – заметила про себя Ева. – Обсуждение смачных деталей на работе – это не для тебя. Но ты все слышишь и запоминаешь».
– Что болтают о миссис Эндерс?
– Не понимаю, что вы имеете в виду.
«Сожми зубы еще чуть крепче, Лео, и челюсть хрястнет».
– Все вы прекрасно понимаете.
– Миссис Эндерс посвящала – посвящает – значительную часть своих немалых сил гуманитарным и благотворительным программам, спонсируемым компанией «Всемирный спорт Эндерса». Она пользуется большим уважением.
– Она занимается этими делами здесь?
– Иногда – да, хотя она по большей части работает дома или посещает, а порой и сама проводит благотворительные мероприятия.
– Вы наверняка в курсе ее дел, ее отношений с покойным мужем, а также с его племянником.
– В какой-то степени да, поскольку Бен… поскольку мистер Форрест постепенно принимал на себя обязанности своего дядюшки. Некоторые из этих обязанностей включали участие в благотворительных программах. Прошу прощения, лейтенант, у меня впереди очень трудный и насыщенный делами день. Если это все…
– Нет, это не все. Как вы могли бы охарактеризовать отношения между Авой Эндерс и мистером Форрестом? Словом, как ладили друг с другом Бен и Ава? Какие у них были отношения?
– Уважительные, доброжелательные. Бен восхищался ее талантами и энергией. Многие ее идеи производили на него должное впечатление.
– Уважительные. Не сердечные. Он кажется мне человеком открытым и сердечным, но вы предпочли более формальное и холодное слово «уважительные» при оценке их отношений.
– Миссис Эндерс была женой его дяди. – Голос Леопольда Уолша был столь же холоден и официален. – Их отношения не выходили за рамки приличий.
– «Рамки приличий». Еще один формальный термин. Бен от нее не в восторге, не так ли? И вы тоже.
– Я ничего такого не говорил и не имел в виду. Я не…
– Успокойтесь. Я тоже от нее не в восторге. Можете и дальше стоять, если хотите, или… – Ева села в кресло, не дожидаясь приглашения. – Скажите мне, в чем дело. Выключи запись, Пибоди, – приказала она, выключая свою собственную камеру. – Мы здесь втроем, Лео. Не для протокола. Чем вам насолила Ава? Вы ж ее на дух не переносите.
Ева внимательно следила за борьбой, отражающейся у него на лице. Чувство долга или жажда высказать все, что накипело? Жажда победила.
– Она расчетлива, неискренна и холодна. Все это не преступления, просто черты характера. И я…
– Вот с этого места поподробнее.
– В ней есть какая-то мелочность. Она часто действует в обход Бена, строит планы или принимает решения, не поставив его в известность, не спросив его мнения, даже не посоветовавшись с ним. Все ее шаги всегда хорошо продуманы, она никогда не действует без расчета. У нее были… и есть… превосходные идеи. Но у нее есть привычка действовать за спиной у Бена, и я убежден, что она делает это умышленно.
– А как Бен к этому относится?
– Иногда его это раздражает, хотя, должен признать, меня это раздражает гораздо больше.
– Он когда-нибудь говорил об этом своему дяде?
– Насколько мне известно, нет, а я узнал бы обязательно. Он иногда жаловался мне или советовался со мной. Но это заканчивалось неизменно одним и тем же. Он говорил: «Что ж, важнее всего конечный результат». Миссис Эндерс всегда добивается превосходных результатов.
– В этом я не сомневаюсь.
– Я думаю… – И он умолк.
– Мы говорим без записи, Лео. Что вы думаете?
– Я думаю, она часто поступала точно так же и с мистером Эндерсом. То есть не извещала его заранее о своих планах, а ставила перед свершившимся фактом. В офисе ходили разные сплетни, но я не люблю сплетни.
– Я их обожаю. А ты, Пибоди?
– Жить без них не могу. Что за сплетни? – спросила Пибоди, обращаясь напрямую к Лео.
– Ходили разговоры, что она списывает некоторые личные траты на бюджет благотворительных программ. Покупки для дома, предметы гардероба, походы в салон красоты и прочее в том же роде. Ничего сверхъестественного, как вы понимаете. Если хотите знать мою точку зрения, это опять-таки проявление мелочности. Я слышал, что мистер Эндерс – я имею в виду мистера Реджинальда Эндерса – объяснялся с ней по этому поводу.
– Ее свекор? Когда это было? – заинтересовалась Ева.
– Точно сказать не могу. Он умер… вот уже скоро два года будет. Я только помню, что ходили такие разговоры, потому что они отлично ладили и выговор – если он имел место – стал полной неожиданностью для всех. – Леопольд переступил с ноги на ногу. – Не понимаю, почему вас все это так интересует.
– О, меня интересуют любые мелочи. Этот выговор, который то ли имел, то ли не имел места… как они общались после этого?
– Все вернулось на свои места. Насколько мне известно, она послала мистеру Реджинальду коробку его любимых конфет с карамельной начинкой в качестве извинения.
– Вот как! Положение миссис Эндерс в компании усиливается со смертью ее мужа. Покойный мистер Эндерс был держателем пятидесяти пяти процентов акций компании, у Бена было пятнадцать процентов, у Авы – формальные два процента. Я все правильно сказала?
– Да, все правильно.
Теперь он начал слушать очень внимательно, заметила Ева. Наконец-то.
– После его смерти пятьдесят пять процентов акций делятся между Беном и Авой. Сорок процентов переходят к Бену, и это дает ему контрольный пакет. Но пятнадцать процентов в дополнение к первоначальным двум, которые были у Авы, делают ее вполне самостоятельной фигурой. И где-то на свободном рынке гуляют еще двадцать восемь процентов. Умная, изобретательная женщина сумеет прибрать к рукам часть этих акций, тем более что у двух ее ближайших подруг есть небольшая доля. Она могла бы увеличить свою долю до тридцати, даже тридцати пяти процентов, причем без особого напряжения. Такой увесистый ломоть такой большой компании… А знаете что, Лео? Теперь, когда мы с вами просто болтаем так, по-приятельски, я смотрю, вы даже не слишком удивляетесь тому, на что я тут намекаю. Вас это совершенно не шокирует?
– Если вы спрашиваете, верю ли я, что миссис Эндерс убила своего мужа, нет, я в это не верю. Ее не было в стране, и характер… обстоятельства его смерти есть не что иное, как персональное унижение для нее. Она не из тех, кто стерпит унижение. Но если вы спрашиваете, удивлен ли я тем, что вы считаете ее способной на убийство, нет, меня это не удивляет.
– Я коп, – невозмутимо сказала Ева. – Никто не удивится, если я скажу, что считаю любого – кого угодно! – способным на убийство. А почему вы считаете, что она способна?
Уолш то ли успокоился, то ли заинтересовался. Как бы то ни было, он наконец сел.
– Она мне действительно не нравится. Это чисто личное неприятие. Я считаю, что под светским лоском, под маской добрых дел она бессовестна и беспощадна. А добрые дела – предупреждаю, это мое личное мнение, – значат для нее куда меньше, чем то внимание, что она к себе привлекала, шум в прессе, всеобщее восхищение. Она не любит Бена потому, что дядя обожал его, и, мне кажется, потому что Бен всем нравится. Она не любила своего мужа.
– Наконец-то! – Ева шлепнула ладонью по колену. – Кто-то должен был это сказать! Почему вы так думаете?
Леопольд молчал, удивленный вопросом. Потом проговорил, тщательно подбирая слова.
– Честно говоря, я не знаю. Она всегда была внимательной, нежной. Терпеливой. Но время от времени у нее прорывался такой тон… или взгляд. Могу вам сказать одно: я не верю, что она его любила, но ей нравилось быть Авой Эндерс. Все, что я вам сказал, не для протокола. Под протокол я эти слова не повторю.
– Да мы просто болтаем. Тебе есть что добавить, Пибоди?
– Да нет, ты почти все сказала. Я просто подумала, один из самых быстрых и верных способов заручиться всеобщим сочувствием и поддержкой – это быть униженной действиями или поведением другого лица. Пять минут с красными щеками – вполне приемлемая цена за все хлопки по плечу и восхищенный шепот: «Ну надо же, какая она храбрая!» Это я просто так, к слову.
Уолш уставился на нее:
– Ава была на Санта-Люсии.
– Да, была, – подтвердила Ева, поднимаясь на ноги. – И все же это любопытно. Может быть, вам захочется рассказать Бену, что мы с напарницей заходили и задавали вам все эти любопытные вопросы насчет Авы. А мне хотелось бы получить копии всех бумаг по всем без исключения благотворительным проектам, в которых она участвовала. Вместе с Беном или без него.
– Всех? За последние шестнадцать лет?
– Нет, всех с самого начала. С тех пор, как она начала работать в компании. – Ева усмехнулась, увидев, как у него от изумления открылся рот. – Тщательность никогда не помешает.
– Их будут сотни. Тысячи.
– Вот и начинайте.
– На это потребуется время. Может, хотите подождать в приемной для клиентов?
– Лучше мы вернемся. Часа вам хватит?
– Да, часа должно хватить.


В лифте Пибоди повернулась к Еве:
– Откуда ты знала, что с этим надо обращаться именно к нему?
– Он влюблен в Бена. Знает, что это безнадежно, но ничего с собой поделать не может. Во-первых, его эмоциональный радар фиксирует все, что имеет отношение к Бену. Во-вторых, я подумала, человек, всю жизнь подавляющий собственные чувства, не останется глух, если другому тоже приходится притворяться. В-третьих? Нам здорово повезло, мы нажали нужную кнопку в нужный момент. Созвонись с Эдмондом Люсом. Держу пари, он со своей женой еще в Нью-Йорке. Мне надо с ним еще раз потолковать.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Бархатная смерть - Робертс Нора

Разделы:
1234567891011121314151617181920212223

Ваши комментарии
к роману Бархатная смерть - Робертс Нора



превосходно, прекрасный стиль.мне очень нравятся книги Норы Робертс,
Бархатная смерть - Робертс Норажанна
8.03.2011, 14.09





мне нравится героиня романов робертс Ева Даллас,бесстрашная и целеустремленная
Бархатная смерть - Робертс НораVALETINA
8.02.2012, 10.49





Всегда захватывающе, хотя и повторяется.
Бархатная смерть - Робертс НораТатьяна
1.04.2012, 8.01





Отлично. Уже третья книга про Еву и Горка, которые я прочитала. 10/10
Бархатная смерть - Робертс НораВикки
14.02.2016, 14.02





Прочитала очень много книг Норы Робертс и всегда получала от чтения огромное удовольствие.Данная книга также очень хорошо написана, читается на одном дыхании. Непонятно только, когда же Еве присвоят звание капитана за ее прекрасную работу. Единственное, что мне не нравится, слишком часто Еве наносят синяки и шишки в процессе задержаний.
Бархатная смерть - Робертс НораГалина
12.04.2016, 16.02








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100