Читать онлайн Сверху и снизу, автора - Риз Лаура, Раздел - Глава 13 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сверху и снизу - Риз Лаура бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.07 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сверху и снизу - Риз Лаура - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сверху и снизу - Риз Лаура - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Риз Лаура

Сверху и снизу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 13

Когда в субботу утром М. звонит в мою дверь, я уже готова. Так как он не сказал мне, куда мы направляемся, на мне подходящие для любого случая черная юбка (короткая) и малиновый пуловер (длинный). Когда я открываю дверь, М., не дожидаясь приглашения, входит, как будто он здесь хозяин.
— Разве мы не едем сразу? — спрашиваю я.
— Едем, но чуть позже. — Он начинает экскурсию по моему маленькому дому. На М. саржевые брюки и шикарный серый свитер; у него самоуверенный вид человека, который привык, что все и всегда делается так, как он хочет. Это заметно по его манере держать себя, по точности его движений, по тембру голоса, по тому, как он в воскресенье занимался со мной любовью. Я помню, как он прикасался ко мне — уверенно, зная, что доставит мне удовольствие. Несмотря на всю враждебность к М., во мне пробуждается желание. Теперь я понимаю, что встала на очень опасный путь.
— Если мы куда-то едем, — говорю я, — то нечего тянуть.
— Мы действительно кое-куда отправимся, — улыбается М. — Уверен, вам будет интересно.
Тем не менее он отнюдь не спешит покинуть мой дом. Я следую за ним в прихожую и далее по узкому коридору. На концах его находятся две спальни, а посредине — ванная для гостей. Меньшую спальню я преобразовала в кабинет, где стоит письменный стол с компьютером, а на двух стенах висят книжные полки. М. окидывает кабинет беглым взглядом и направляется в мою спальню. Остановившись на пороге, он оглядывается по сторонам. Раздвижная стеклянная дверь выходит на задний двор, давая комнате дополнительное освещение. Всю противоположную стену занимает стенной шкаф, рядом с которым расположена раздвижная дверь с зеркалом от пола до потолка, отчего комната кажется больше, чем на самом деле. По громадной кровати разбросаны розовые и серо-голубые подушки. Заметив на туалетном столике фотографию Яна, М. подходит к ней. На снимке Ян улыбается, положив руку мне на плечо, склонив голову набок, как будто он вот-вот засмеется.
— Ваш приятель? — М. поворачивается ко мне. Я неохотно киваю.
Он долго рассматривает фото и наконец спрашивает:
— Как его зовут?
Я пожимаю плечами:
— Какое это имеет значение?
М. спокойно смотрит на меня, ожидая ответа. Щелкнув, включается калорифер и начинает тихо гудеть. Из отдушины в потолке льется поток теплого воздуха, снисходя на нас, словно некий дух.
— Ян. — Я забираю у него фото и ставлю его на место. — Ян Маккарти. А теперь пойдемте.
Мы выходим из дома и подходим к его машине, шикарному новому «мерседесу». Небо сплошь затянуто тучами. М. открывает передо мной дверцу машины и ждет, пока я сяду. Когда он кладет руки на руль, я спрашиваю:
— Куда мы едем?
— Прокатиться. На озеро Тахо.
Мы выезжаем на улицу. Для прогулки, пожалуй, выдался не самый подходящий день. Сейчас конец зимы, и недавно прошел дождь. М. выводит машину на шоссе, и я устраиваюсь поудобнее, готовясь к двухчасовой поездке. «Мерседес» плавно и беззвучно летит по дороге.
Мы едем молча. Начинает накрапывать дождь, и М. включает «дворники». Позади остаются миля за милей. Я гадаю, зачем он взял меня на эту прогулку. Выглядываю в окно — дождь стоит стеной. Мы уже в Сакраменто, где от пятидесятого шоссе отходит шоссе номер 80. Движение сейчас не такое оживленное, как в будние дни, и хотя М. превышает разрешенный лимит скорости, нас то и дело обгоняют.
— За все время вы так ни разу никуда и не вывезли Фрэнни, ни разу не назначили ей свидания — я имею в виду, настоящего свидания.
Он долго молчит, так что я уже решаю, что ответа не будет, но тут раздается его голос:
— Честно говоря, в обществе вашей сестры мне было скучно. Меня бесит жестокость этих слов, но тут я вспоминаю, что в своем дневнике Фрэнни записала, как я говорю то же самое о мужчинах. «Я знаю, что скоро он мне наскучит». Эта фраза сейчас меня преследует. Неужели мои слова звучали так же жестоко, как сейчас звучат слова М.?
— Если она была такой скучной, зачем же вы с ней встречались? И почему из всех женщин выбрали именно Фрэнни — она же не в вашем вкусе. Это сразу видно.
— Повторяю, я встречался с ней ради собственного развлечения. — Он искоса смотрит на меня. — Хотел посмотреть, что можно с ней сделать.
— Вы хотели властвовать над ней — разве не так? От вас не потребовалось больших усилий, чтобы ее развратить. Отчего бы не подобрать себе что-нибудь более подходящее, например, женщину, не такую…
— Не такую покладистую? — уточняет он. — Что-нибудь вроде вас?
Я не отвечаю.
Несколько следующих миль мы едем молча, затем М. говорит:
— Вы не понимаете. Господство, власть — это еще не все. Когда я впервые увидел вашу сестру возле Пута-Крик, мне захотелось научить ее любить — любить так сильно, чтобы быть готовой на все, лишь бы сохранить эту любовь. Мне было интересно, как далеко она может зайти.
На миг я теряю дар речи. Он говорит о Фрэнни так, словно она подопытный кролик или микроорганизм в чашке Петри.
— Значит, вы манипулировали ею? — наконец с усилием произношу я.
— Именно так.
— И в этом состояло ваше развлечение? — Мой голос дрожит. Как Фрэнни могла на такое попасться? — Вы ее использовали — вот к чему все сводится.
— Да, но не надо так возмущаться. Я просто предоставил ей то, что она хотела. Давайте говорить откровенно — она была толстой и скучной. Я не мог полюбить ее, зато мог заниматься с ней любовью и сделал так, что она почувствовала себя желанной. — Он на миг замолкает, затем добавляет: — А вот вы этого не сделали, Нора. Вы ее игнорировали, что гораздо более жестоко.
Его слова больно ранят меня.
— Но потом вы расстались с ней. Когда она вам надоела, вы от нее избавились.
— Мои отношения с вашей сестрой были непостоянными — как и со всеми другими. Я даже удивлен, что они продлились так долго. У всех есть свой срок годности, и люди должны это понимать. Не забывайте — Фрэнни мне все рассказала о вас. Я знаю, что вам нравится, что не нравится, знаю ваше прошлое и — готов поспорить — даже ваше будущее. Я знаю вас. В вашей жизни мужчины так же не задерживаются, как женщины в моей.
— Это неверно, — говорю я. — Теперь уже нет.
— Мне Фрэнни нравилась, — продолжает М., не обращая внимания на мое замечание, — и она это знала, но я ее не любил, никогда не говорил ей, что люблю, и никогда ничего не обещал. Я взял от нее все, что хотел, а в обмен дал все, что мог.
И снова я думаю о мужчинах в моей жизни. Я тоже брала от них то, что хотела, и давала то, что могла, — или, точнее говоря, давала минимум того, что могла.
— Вы разбили ей сердце, — говорю я, вспоминая о тех мужчинах, которых я так легко бросала.
Голос М. смягчается.
— Ее счастье, что мы с ней расстались. Я мог бы завести ее гораздо дальше.
Я вспоминаю хлев, ящик в гардеробной, дневник Фрэнни и то, как она хранила секреты М.
— Итак, куда же вы могли ее завести?
Вопрос риторический; я не жду, что М. ответит, и тем не менее…
— Скоро узнаете, — говорит он. Мне становится нехорошо.
— Что вы имеете в виду? Молчание.
Мы уже выехали из долины и находимся в предгорье, направляясь в сторону заснеженных гор. Дождь усиливается.
— Пожалуй, я действительно разбил ее сердце, — задумчиво изрекает М. — Но она бы это пережила. Она так бы и жила с разбитым сердцем.
— Если у нее вообще был шанс выжить. Вздохнув, М. устало улыбается.
— Кажется, мы вернулись туда, откуда пришли. Я расстался с ней за несколько недель до ее смерти, порвал с ней, понимаете? К чему мне было возвращаться и ее убивать? Зачем мне ее смерть?
— Я видела ваш ящик в чулане и знаю, что вы делали с ней. Вам нравится боль, которую испытывают другие. Думаю, вы из тех, кто теряет над собой контроль. Вы зашли слишком далеко, и Фрэнни умерла.
— Прежде всего, — назидательным тоном заметил он, — вы не знаете, что я делал с Фрэнни, и не узнаете до тех пор, пока я вам этого не скажу. Во-вторых, если вы считаете, что я убил ее в порыве садистской страсти, то не боитесь ли вы, что и с вами я потеряю контроль над собой?
— Чтобы сразу угодить в полицию? Вряд ли.
— Но если я потеряю над собой контроль, то не смогу рационально мыслить. Возможные последствия до меня просто не дойдут.
Внезапно я почувствовала себя словно в клетке, и машина как будто стала меньше.
— Если я погибну — вам тоже конец. Полиция узнает, что вы к этому причастны, и на сей раз они вас возьмут.
В этом для меня заключается некоторое удовлетворение — наконец-то он заплатит за то, что сделал с моей сестрой. М. с минуту молчит, затем медленно, как недовольный ребенком отец, качает головой:
— Вы очень безрассудны, Нора. Фрэнни вы так не вернете, а себя погубите.
Меня снова охватывает неприятное чувство оторванности от всего мира.
— Некоторые вещи достойны того, чтобы за них умереть. — Я чувствую, однако, что мои слова звучат не очень убедительно.
— Хочу предложить вам тест, — не отрывая глаз от дороги, говорит М.
— Согласна. — Слава Богу, мой голос не дрожит, но отчего-то становится страшно.
— Если бы я решил кого-нибудь убить, — М. бросает на меня многозначительный взгляд, — например, вас, я бы все очень тщательно спланировал, чтобы мне можно было насладиться столь неординарным поступком. Если же не владеть ситуацией, это просто неинтересно. Итак, пожалуй, для начала я бы вас связал по рукам и ногам, потом спеленал как мумию. Знаете, что это такое, Нора? Здесь существует много способов, но принцип один — погрузить человека в неподвижность, лишив его всякой связи с внешним миром. Вы становитесь совершенно беспомощны, не в состоянии двигаться, не в состоянии сопротивляться, не в состоянии даже позвать на помощь. Мне бы доставило удовольствие видеть вас такой. Но я ведь должен пойти дальше, не так ли, раз речь идет об убийстве? К тому же мне следует позаботиться, чтобы меня не поймали. Я бы подготовил деревянный ящик размером с гроб и поместил вас туда, а потом заколотил бы крышку и закопал гроб, возможно, у себя во дворе. Вы слышали бы, как стучат комья земли, падающие на крышку, но ничего не могли сделать — только слушать и сходить с ума.
Я смотрю на М. и чувствую, как все мое тело холодеет. Он улыбается той фальшивой полуулыбкой, которую я уже начинаю ненавидеть.
— Однако все это чисто гипотетически и произошло бы только в том случае, если бы я действительно был убийцей.
Я снова чувствую свою незащищенность, мне не следовало оставаться наедине с М. Выглядываю в окно и вижу, что мы уже в Сьерре. Вокруг молчаливо стоят заснеженные горы, дорога покрыта толстым слоем грязного снега. Я включаю обогреватель. На склоне растут высокие ели и кедры, тающий снег усыпан острыми иголками. Шоссе, вьющееся вокруг горы, изобилует резкими поворотами и подъемами; поэтому М. ведет машину очень осторожно. Снаружи температура плюсовая, и дождь, словно щитом, отделяет нас с ним от остального мира.
— То, что вы держите в чулане, вы тоже использовали, когда встречались с Фрэнни?
Он отвечает не сразу.
— Мне нравятся отношения, включающие некоторую долю садомазохизма, и обычно я выбираю женщин, которые также это любят. Фрэнни была другой, ей хотелось чего-нибудь более традиционного. Однако она была влюблена в меня больше, чем какая-либо другая женщина, и поэтому позволяла делать с собой практически все, что мне приходило в голову. Я требовал, чтобы она доказывала свою любовь ко мне снова и снова. Ее уступчивость, ее нежелание сказать мне «нет» только усиливали мои притязания. Я ждал от нее гораздо большего, чем от любой другой женщины. Ее натура прямо-таки требовала жестокого обращения. Она не отказывала мне ни в чем, поэтому испробовала на себе все, что было в ящике, и кое-что еще.
На миг я лишаюсь дара речи; затем, сделав глубокий вдох, говорю:
— Мне хочется знать больше. Расскажите подробней, что именно вы делали с Фрэнни?
Искоса взглянув на меня, М. отворачивается.
— Сегодня мы уже достаточно поговорили о ней.
Я чувствую, как во мне поднимается протест. Он выдает ровно столько информации, сколько нужно, чтобы поддерживать мой интерес.
— Неужели вы думаете, что сможете помыкать мной так же, как помыкали моей сестрой?
— Поживем — увидим, — отвечает он.
Некоторое время мы оба молчим. Мимо проплывают сосны с желтоватой морщинистой корой. Дождь кончается, мы уже на противоположной стороне горы, откуда идет спуск к озеру Тахо. Здесь сугробы уже начали плавиться, склон горы покрыт темнеющими проталинами.
— Вы считали сестру добродушной, уравновешенной, бесцветной, скучной личностью, с которой вам приходилось время от времени встречаться, и хотя любили ее, но она была не в вашем вкусе, так же, как и не в моем. Вы бы не стали с ней дружить, если бы не родственные отношения. Фрэнни это понимала; она знала, что вам с ней скучно, и принимала это как должное. Она никогда не говорила о вас плохо, никогда не жаловалась на ваше безразличие, даже несмотря на то что имела на это право. Вам всегда не хватало времени на то, чтобы узнать ее получше. А вот я ее узнал. Вы ведь помните последнее Рождество? Это семейный праздник — день, в который у вас было слишком много дел, чтобы отметить его со своей единственной родственницей. Фрэнни провела его в больнице для хроников, у своей подруги Сью Дивер. Раз в неделю она занималась со скаутами, потому что любила общество детей. Вы ничего об этом не знали, не так ли? Она была для вас почти посторонним человеком. Тем не менее Фрэнни вами восхищалась и всегда яростно вас защищала. Когда я сказал, что вы эгоистка, она тут же нашла для вас оправдание, объяснив, что у вас своя жизнь.
Я смотрю в окно невидящим взглядом, и то, что он сейчас рассказывает, мне совсем не нравится. Я и раньше испытывала чувство вины перед сестрой, и теперь это чувство только усилилось.
— Вас это удивляет, не так ли? — усмехается М. — С чего бы такая преданность, которую вы, строго говоря, не заслужили?
Я не в силах ему ответить. Когда Фрэнни умерла, ко мне подходили совершенно незнакомые люди и выражали свое соболезнование. Никто из них меня не упрекал; никто даже не подозревал о моем пренебрежительном отношении к ней. А вот М. знает правду.
Я молю, чтобы он остановился, но М. продолжает:
— Вы говорили, что Фрэнни — легкая добыча. Возможно, вы, ее сестра, должны были что-то с этим сделать. Она нуждалась в вас. — Внезапно его тон меняется. — Возможно, именно этим объясняется мой интерес к вам. Мне любопытно было познакомиться с личностью, к которой испытывают такую преданность — причем совершенно незаслуженно.
Во рту у меня пересохло, от этого я не смогла ему ответить. Конечно, он прав — мне следовало больше заботиться о Фрэнни.
Наконец инстинктивно я наношу ответный удар:
— После того, что вы с ней делали, у вас нет права меня судить. — Мой голос прерывается.
— Может быть, наоборот? Именно после того, что я с ней делал…
— Это что, признание? Вы убили ее? Он качает головой:
— Я лишь хочу сказать, что мы оба причинили ей боль.
— Но я делала это не нарочно! — К моим глазам подступают слезы, которые я не могу себе сейчас позволить. — Возможно, я была плохой сестрой, но вовсе не хотела причинить ей боль.
— Да, не хотели, однако конечный результат оказался печальным. Намеренно или нет, но вы делали это, как и я. Такова жизнь.
Я смотрю вперед, на дорогу. Мой вынужденный альянс с М. принимает новый оборот. Я заключила соглашение с этим человеком — своего рода сделку с дьяволом — ради того, чтобы разгадать загадку Фрэнни, а теперь он выставляет меня соучастницей ее гибели. Так мы не договаривались. Я не хочу участвовать в этой игре и все же чувствую, как какая-то сила все теснее связывает меня с М.
Последние мили пролетели совершенно незаметно, и я с удивлением обнаружила, что мы уже на границе штатов Калифорния и Невада. Проехав мимо казино, М. сворачивает на боковую дорогу и останавливается перед двухэтажным деревянным домом, двускатная крыша которого завалена снегом.
— Зачем мы сюда приехали? — интересуюсь я.
— Чтобы побольше узнать о Фрэнни.
М. открывает дверцу машины, и внутрь сразу же врывается холодный воздух. Достав с заднего сиденья темно-синюю спортивную куртку, М. выходит из машины и открывает мне дверь. Я мешкаю, не зная, что ждет меня в доме.
— Идемте же! — Он протягивает мне руку. Не обращая на него внимания, я выхожу из машины, и, перейдя дорожку, мы подходим к двери.
М. нажимает кнопку звонка.
— Делать вам ничего не придется, — словно стараясь успокоить меня, говорит он. — Вы здесь только как наблюдатель — если сами не захотите принять участие. Единственное, о чем я вас прошу, — постарайтесь воздержаться от любых комментариев.
Я начинаю что-то говорить, но тут дверь распахивается, и М. сразу же представляет меня высокому полному мужчине с приятным румяным лицом в коричневых вельветовых брюках и почему-то босому.
— Вы как раз вовремя, — говорит мужчина и ведет нас внутрь по устланному коврами коридору. Весь дом отделан красным деревом — просто, но элегантно. Поднявшись по лестнице, мы попадаем в уставленную черной кожаной мебелью большую комнату, напоминающую рабочий кабинет. Едва мы садимся, как в помещение тут же входит обнаженная женщина в красных туфлях на высоких каблуках. Ее нельзя назвать красивой — ей под пятьдесят, несколько килограммов лишнего веса, слишком много косметики. На шее у женщины черный ошейник наподобие собачьего. С безмятежным видом направившись прямо к толстяку, она опускается перед ним на колени и покорно склоняет голову. Тот, однако, не обращает на нее особого внимания — так же, как и М. Ягодицы и бедра женщины по диагонали пересекают красные полосы.
— Я вижу, вы восхищаетесь ее метками, — лаская плечи женщины, говорит наш хозяин. — Когда вы приехали, я только что кончил ее наказывать. — Обращаясь к женщине, он добавляет: — Встань. Дай им получше все рассмотреть.
— Да, Господин, — отвечает та и встает.
— Господин? — Я удивленно гляжу на М.
Подойдя к нам, женщина улыбается, словно гордится своими полосами, и поворачивается так, чтобы мы могли все рассмотреть.
— Очень мило, — проведя ладонью по ее бедру, говорит М.
— Вы и Фрэнни привозили сюда? — шепчу я ему. Он утвердительно кивает.
— Я рада, что вы приехали, — женщина поворачивается ко мне, — пусть даже у вас пока нет намерения поиграть.
Занервничав, я начинаю думать о том, что она считает «игрой».
— Мы начнем сейчас же, — вставая с кресла, говорит толстяк. Он расстилает на полу белую простыню и предлагает женщине лечь. Она ложится на спину, ее груди, на которых кончаются тонкие красные полосы, свисают в стороны. У женщины короткие вьющиеся рыжие волосы. Закрыв глаза, она начинает ровно и глубоко дышать, словно при медитации. Усевшись рядом с ней, толстяк открывает небольшой кожаный чемодан, в котором я вижу иголки, сделанные из нержавеющей стали.
М., кажется, удивлен и чувствует себя неловко.
— Это не совсем то, что я ожидал, — шепчет он мне на ухо, — я думал, что он ее просто свяжет и станет бичевать.
В этот момент толстяк пальцами оттягивает кожу женщины где-то повыше груди и вонзает туда иглу. Женщина стонет.
— Дыши поглубже, — успокаивающим тоном говорит ей толстяк. — Просто расслабься. — Он вонзает в нее еще одну иглу над второй грудью, после чего гладит женщину по лбу. Открыв глаза, она с улыбкой смотрит на него. По ее груди стекают капли крови.
— Это и есть игра? — шепчу я М.
— Для некоторых — да, — наклонившись ко мне, тихо говорит М. — Как видите, ей это нравится. Не спешите — кажется, он собирается выложить из иголок какой-то узор.
Но в планы толстяка это не входит — он достает из чемоданчика завернутый в ткань сверкающий нож, похожий на хирургический скальпель. Сжавшись, я смотрю на М. Слегка наклонившись вперед, он настороженно наблюдает за толстяком.
Почувствовав тошноту, я выхожу из дома и останавливаюсь на крыльце. Через несколько минут М. присоединяется ко мне.
— Это называется скарификацией, — говорит он. — О женщине вы не беспокойтесь — он делает неглубокие надрезы, так что шрамы скоро пройдут.
Холодный воздух пронизывает меня до костей — даже пальто не помогает.
— Зачем вы привезли меня сюда?
— Чтобы вы посмотрели.
— И Фрэнни привозили затем же?
— Нет. Фрэнни была не наблюдательницей — она была участницей. Правда, без надрезов — этим мы никогда не занимались.
— Вы лжете.
М. пожимает плечами:
— Мне нет нужды лгать. Вы хотели знать, что мы делали с Фрэнни, — я вам рассказываю.
— И?
М. улыбается:
— Что «и»? Позволял ли я ему ее трахать? Додумайте это сами.
Мы садимся в его машину и молча едем домой. Сейчас только четыре часа дня; дождь возобновляется с новой силой. Мы объезжаем южную часть озера Тахо, вода в котором рябит от дождя. Все вокруг: высокие мокрые деревья, дома, пролетающие мимо машины, —.приобретает какой-то сероватый оттенок. Я думаю о Фрэнни, о том, что М. заставлял ее делать в этом доме…
Город остается позади. Миновав аэропорт, мы направляемся в горы, где дождь внезапно переходит в ливень. Вокруг все погружается в сумерки. Деревья здесь редки, скалы уступают место пологим зеленым холмам. Мы продолжаем ехать на запад. Когда мы достигаем Дэвиса, М. направляет машину к моему дому. Заглушив мотор, он выжидающе смотрит на меня. Мне становится не по себе.
— Ну? — спрашиваю я.
— Идите сюда, — говорит он. Это не просьба, а приказ. Инстинктивно я остаюсь на месте. В воздухе разливается напряженность.
— Неповиновение? — самодовольно улыбаясь, говорит он. — Это мне нравится.
Отстегнув ремень безопасности, он неожиданным движением прижимает меня к дверце и приподнимает пальцем мой подбородок.
— Смотрите, не заходите слишком далеко. Если вы бросите мне вызов в неудачный момент, то поплатитесь за это. — Прижавшись ко мне, он целует меня. Как в ту нашу первую ночь, я остро чувствую исходящую от него опасность и снова испытываю возбуждение.
Внезапно М. останавливается. Сдавив одной рукой мою нижнюю челюсть, он прижимает мою голову к стеклу.
— Вы хотите верить, что это я убил Фрэнни, — не ослабляя хватки, спокойно говорит он. — Это дает вам возможность за что-то зацепиться — все лучше, чем думать, будто ее убийца может остаться безнаказанным. Но вас тянет ко мне — я чувствую это по вашим поцелуям, по реакции вашего тела. Мы с вами скоро станем друзьями. Хотите вы того или нет, но я вам нравлюсь. У нас куда больше общего, чем вы можете себе пред ставить. Мы сделаны по одному шаблону, Нора, и у вас не хватит сил мне сопротивляться.
Его слова ранят меня. Мне отвратительно думать, что я похожа на него.
— Не будьте в этом слишком уверены! — Мне удается вывернуться.
Поцеловав меня в щеку, он отступает. Под шум отъезжающей машины М. я вхожу в дом и тут же бросаюсь к телефону, чтобы сообщить Джо Харрису насчет скарификации. Тот обещает, что все проверит.
Через несколько минут звонят в дверь. На крыльце стоит Ян — большой, высокий, в своих синих джинсах похожий на мальчишку. Кожа на его лице гладкая, на ней еще нет морщин, соломенного цвета брови напоминают кисточки. Буквально ворвавшись в дом, он целует меня в ту же щеку, которую недавно поцеловал М.
— Что ты здесь делаешь? — удивленно спрашиваю я.
— До тебя разве не дошло мое сообщение? Я звонил и передал, что вечером приеду. — Положив руки мне на плечи, он снова целует меня, на этот раз крепче. Мне кажется, что сейчас он почувствует мою измену, отстранится и скажет: «Ты была с другим мужчиной!» — но ничего подобного не происходит: в поцелуе Яна я чувствую любовь и подлинную страсть.
Я кладу голову ему на грудь и крепко обнимаю. У него сильное телосложение — в свое время он занимался борьбой, — но в последние годы Ян ведет сидячий образ жизни, и мышцы уже начинают становиться дряблыми. Я вспоминаю обнаженное тело М. — стройное, подтянутое, от которого прямо-таки исходит ощущение опасности, — и мне становится не по себе. Просунув руку под тенниску Яна, я пальцами сжимаю его прохладную плоть, и это действует на меня успокаивающе.
— Нет, я не получила твоего сообщения и вообще только что приехала домой.
Я смотрю на Яна, на его доверчивое лицо и чувствую, что не смогу сказать ему про М. Вместо этого я тут же придумываю что-то про поездку на озеро Тахо с подругой.
Ян проходит на кухню и достает из холодильника банку «пепси», а тем временем я проверяю автоответчик. Усиленный автоответчиком громкий голос Яна сообщает мне, что он приедет вечером. Другое сообщение от Мэйзи — она спрашивает, где я и почему не отвечаю на ее звонки. Я действительно не разговаривала с ней после знакомства с М., не желая рассказывать о своей тайной связи. Оба сообщения я стираю.
Сняв пиджак, Ян бросает его на спинку стула.
— Ты что-нибудь выиграла в Тахо?
— Немного. Несколько долларов.
Открыв банку, он начинает пить, затем, взглянув на автоответчик, без особого энтузиазма говорит:
— Я сегодня обедал с Мэйзи. Она не понимает, почему ты ее избегаешь.
Мэйзи ведет колонку в «Пчеле», с Яном они давние друзья.
— Это неправда. — Я начинаю придумывать какое-то объяснение, но Ян выглядит рассеянным — не уверена, что он вообще слышит мои слова. — Что-то случилось? — спрашиваю я его.
Он молчит, как будто взвешивая свой ответ, и наконец раздраженно заявляет:
— Кажется, ты избегаешь не только Мэйзи. — Одним глотком покончив с «пепси», Ян ставит банку на стол. — Всю неделю я пытался до тебя дозвониться. Ты не подходила к телефону или отвечала на звонки днем, зная, что меня в это время не бывает дома. И вообще ты ведешь себя так, будто не хочешь меня видеть. В твоей жизни есть кто-то еще?
— Нет, — быстро говорю я. — Никого. Просто болела, вот и все.
— Ты уверена? — Он смотрит куда-то в сторону. Я киваю.
Вздохнув, Ян на мгновение закрывает глаза, затем говорит:
— Я люблю тебя, Нора, и ты не можешь вот так исчезать на неделю, не можешь отталкивать меня только потому, что больна. Я хочу заботиться о тебе, когда ты нездорова, хочу быть с тобой, в каком бы состоянии ты ни находилась.
— Прости меня, просто… Ты на прошлой неделе был очень занят, — наконец мямлю я.
— Да, но для тебя нашел бы время. — Ян немного успокаивается, на лице его появляется слабая улыбка. — Я бы приготовил тебе куриный суп.
Подойдя к нему, я крепко прижимаю его к себе. Это именно тот мужчина, который мне нужен, — надежный и любящий. Ян мягко отстраняет меня.
— Эй, — обеспокоенно говорит он, — с тобой все в порядке? Я киваю:
— Угу, наверное, я слегка устала.
— Просто нужно, чтобы о тебе кто-то заботился.
Он ведет меня в гостиную, включает торшер в углу, и мы садимся на кушетку. В торшере только три лампочки по сорок ватт, которые дают мягкий желтоватый свет, не достигающий дальних углов комнаты. На кофейном столике лежит последняя поделка Яна — незаконченный деревянный скорпион, рядом ножи и стамески. Опустив голову к Яну на колени, я ложусь на кушетку и устраиваюсь поудобнее. В таком гнезде мне ничего не страшно.
— Я вот что скажу, Нора, — говорит он. — Ты не должна избегать меня только потому, что заболела. Если бы я заболел гриппом, неужели бы ты сказала: «Позвони, когда тебе станет лучше. Я не хочу тебя видеть до тех пор, пока ты не выздоровеешь»?
— Нет.
— Ну вот. Так что не говори больше, чтобы я не приезжал. Не отгораживайся от меня.
Я поворачиваюсь, стараясь избегать его взгляда, от которого мое чувство вины только усиливается.
— Боюсь, я плохая подруга.
— Ты прекрасная подруга. — Ян гладит меня по волосам. Трудно представить, что такие грубые и толстые пальцы могут быть такими нежными!
— Не хочешь остаться сегодня дома? — спрашивает он. — Мы можем посмотреть телевизор.
Его прикосновения успокаивают. Я сравниваю его с М. и нахожу, что никакого сравнения быть не может.
Кивнув, я поворачиваюсь так, чтобы его видеть. Ясные голубые глаза смотрят на меня с полным доверием, лицо Яна открытое и честное.
— Чего я действительно хочу, так это заняться с тобой любовью.
— А мне показалось, что ты устала, — с ухмылкой говорит Ян.
— Да, но не настолько.
Я хочу, чтобы мысли о Яне вытеснили воспоминания об М., хочу забыть о своем невнимательном отношении к Фрэнни. Прикосновения Яна очистят меня, избавят от чувства вины. В общем, я хочу всеобщего и полного отпущения грехов.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сверху и снизу - Риз Лаура



Пострясающее произведение! Честно скажу, что больше подобного типа романы читать не буду, одно дело "стокгольмский синдром" и другое дело окунутся в мир садо-мазо. где жертва изначально знает на что идет и при этом говорит да. Даже почувствовала себя "грязной" во время прочтения книги. Любовь, детектив и слезы (ужасно жалко убитую девушку). Но это не отрицательный отзыв, а наоборот, роман оставил сильное впечатление у меня. Давно такого не было. Автор молодец. Прочитайте только из-за любопытства узнать кто убийца, потому что, повторюсь эта книга не описывает "стокгольмский синдром", она описывает как развиваются отношения и порой длятся такие отношение очень долго у людей, увлекающимися садо-мазо наклонностями в сексе.
Сверху и снизу - Риз ЛаураЮля
30.12.2011, 10.18





Своеобразная, незабываемая история. Очень хорошо написано. Нет никаких нытья, золушек и сказочного конца. И не для слабонервных! Садо-мазо присутствует почти на каждой странице, и весьма жестокие...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЧитатель
24.02.2013, 13.09





Своеобразная, незабываемая история. Очень хорошо написано. Нет никаких нытья, золушек и сказочного конца. И не для слабонервных! Садо-мазо присутствует почти на каждой странице, и весьма жестокие...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЧитатель
24.02.2013, 13.09





тонкие психологические игры... невольно задумываюсь, а чтобы я делала, будь на месте норы... что чувствуешь, когда ты полностью от кого-то зависишь, когда подчиняешь кому-то безоговорочно...???
Сверху и снизу - Риз Лаураанна
24.02.2013, 13.10





тонкие психологические игры... невольно задумываюсь, а чтобы я делала, будь на месте норы... что чувствуешь, когда ты полностью от кого-то зависишь, когда подчиняешь кому-то безоговорочно...???
Сверху и снизу - Риз Лаураанна
24.02.2013, 13.10





по сравнению с этой книгой 50 оттенков кажутся детской книжкой. интересно читать как человек отдаёт в руки другому полную власть над собой.
Сверху и снизу - Риз Лаурасвета
24.02.2013, 13.18





Читала романы с метапсихическими наклонностями, но это перешло все границы с животными, но сам сюжет необычный стоит почитать
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛика
24.02.2013, 19.29





Кто занес ЭТО в любовные романы? Я обращаюсь к модератору сайта- удалите это безобразие из библиотеки!
Сверху и снизу - Риз Лаурасветлана
24.02.2013, 21.00





не вижу смысла удалять эту книгу. Да, она немного другая. Достаточно специфическая, психологическая,но не менее интересная.Написана хорошо,легко читается.Я пару раз задумывалась о том чтобы бросить,не нравятся унижения людей.Но реально интересно что же дальше.Садомазо конечно это на любителя,но этим и отличается эта книга. Для разнообразия стоит почитать. И моя оценка 10,так как наконец то то то новенькое и не заезженое.
Сверху и снизу - Риз ЛаураТайна
25.02.2013, 11.49





Соглашусь со всеми коментариями! Роман ПОТРЯСАЮЩИЙ!!! Это не только любовный роман, это детектив, психологический триллер и пособие по извращенному сексу в одном!!! Никогда не испытывала ничего подобного от прочтения книги. Заставляет задуматься о границах дозволенного. Просто супер!!! Всем саветую его прочитать!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураМария
25.04.2013, 14.07





Прочитала. Как то даже не могу сказать. Не читать? Нет, надо прочитать. Супер? Тоже нет! Не знаю, у меня такое редко бывает, что я не могу ничего сказать)))))))
Сверху и снизу - Риз ЛаураКоко
11.09.2013, 21.58





Читать было интересно. М.развлекался по полной .Но то что М.в конце оказался "снизу" и потерял власть над Норой,это мне понравилось больше всего)))
Сверху и снизу - Риз ЛаураМэйса
7.12.2015, 10.47





Это Нора тоже далеко не ушла от М такая же извращенка, спать с мужчиной зная , что он спал с твоей родной сестрой и что он с ней вытворял!!!!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛуиза
16.02.2016, 20.42





Я считаю, во всем виновата это Нора , если бы она интересовалась бы сестрой , то не произошло бы этой драмы...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛуиза
16.02.2016, 20.48





Отвратительная книга!!!!! Не читать!!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураПпппп
16.02.2016, 20.54





ужас..................................................ужас.......это не любовный роман..........порно роман..........перетрахались все со всеми........фу
Сверху и снизу - Риз Лауралес
7.03.2016, 8.06





Да уж.БДСМ с извращениями.Да Кристиан Грей на фоне Майкла-просто душка и ангел!Есть предел всему,блин!Вобщем скажу так,прочитать стоит,но перечитывать точно не буду!А вот "50 оттенков" прочту еще не раз!!!P.S. Насчет убийцы...Я ведь тоже ему поверила,гад!
Сверху и снизу - Риз ЛаураНиколь
9.03.2016, 12.15





тяжелый роман..........М.ЗМЕЙ ИСКУСИТЕЛЬ............что считать в сексе извращением....а что считается нормой............для каждого своё ....в наше время таких книг много.....остался неприятный осадок на душе....после прочтения этого романа
Сверху и снизу - Риз Лаурамилена
12.03.2016, 18.36





Роман тяжелый, больше детективно-психологический,сюжет не обычный и мне бы он даже понравился на 10 баллов если бы не перебор с эпизодами с животными, этим он отталкивает и производит неприятное впечатление.
Сверху и снизу - Риз Лаураксения
16.03.2016, 5.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100