Читать онлайн Сверху и снизу, автора - Риз Лаура, Раздел - Глава 11 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Сверху и снизу - Риз Лаура бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.07 (Голосов: 40)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Сверху и снизу - Риз Лаура - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Сверху и снизу - Риз Лаура - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Риз Лаура

Сверху и снизу

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 11

Я просыпаюсь словно от толчка и, приподнявшись, оглядываюсь по сторонам. Сердце бьется как сумасшедшее. Вокруг обстановка спальни М., подо мной его кровать. Сквозь занавески пробиваются слабые солнечные лучи, давая возможность разглядеть комнату. Она похожа на пещеру — такая же громадная и пустая. Из ванной доносится плеск воды. Я не слышала, как встал М., и это меня пугает.
Я не имею представления, когда наконец уснула. М. принял снотворное и мгновенно отключился, а я провела несколько часов без сна, уверенная, что лежу в одной постели с убийцей. Мысль о том, что он бодрствовал, пока я спала, приводит меня в ужас. Я была полностью в его власти, он мог сделать со мной все, что угодно. В будущем таких глупостей допускать нельзя. Я снова ложусь, обнимаю подушку и прислушиваюсь. В голове пусто, во рту сухо — слишком много виски, слишком мало сна. Я вспоминаю о Яне, моем верном Яне, и сразу чувствую себя виноватой. Но ведь у меня нет выбора! Мне нужна информация о Фрэнни, и если для того, чтобы ее получить, потребуется снова переспать с М. — я готова. Во вчерашнем сексе не было ничего личного, и это не имеет никакого отношения к нам с Яном. Тем не менее я по-прежнему испытываю угрызения совести. Мои рассуждения не оказали того эффекта, на который я рассчитывала. Ладно, со своими чувствами я разберусь позже, сейчас у меня нет на это сил: надо целиком сосредоточиться на М.
Вода в ванной все еще бежит. Я думаю о том, что М. сказал мне прошлой ночью. «Вы представляете меня этаким монстром, да? — М. засмеялся. — Думаете, я силой заставлял Фрэнни себе подчиняться? Никогда. Она все делала добровольно, могла сказать „нет“, но ни разу этого не говорила. О да, временами она колебалась. Ей не хотелось участвовать в некоторых видах деятельности. Тем не менее она в конце концов уступала. Но повторяю, она всегда могла сказать „нет“ и в любое время уйти».
Я прислоняюсь к спинке кровати и натягиваю на себя одеяло — ведь на мне ничего нет. Сейчас утро понедельника; в девять у М. занятия. Если он позволит мне здесь остаться, у меня появится возможность обыскать его дом, чтобы найти нужные полиции улики.
Вода в душе перестает шуметь. Через несколько минут из ванной появляется М., совершенно голый, только с плеча небрежно свисает синее полотенце. Он молча смотрит на меня, затем подходит к окну и отдергивает шторы. В комбате сразу светлеет. За окном я вижу просторную лужайку, два персиковых дерева, калифорнийское мамонтовое дерево, трех черных дроздов, сидящих на телефонных проводах. Двор окружен увитой плющом высокой изгородью. Уверенной походкой М. направляется ко мне; положив руку на мое голое плечо, он наклоняется, чтобы поцеловать меня, но я отворачиваюсь и подставляю ему холодную щеку. Руки у меня сложены на груди. Я не желаю заниматься с ним сексом еще и утром. М. склоняет голову набок — такое проявление непокорности его, видимо, забавляет. Затем он выпрямляется, решив не обращать внимания на мое настроение.
Подойдя к комоду, М. достает оттуда пару носков и нижнее белье; затем вешает полотенце в ванной и возвращается к кровати. Его пенис сейчас висит, склонившись набок, словно язык у Рамо. М. одновременно начинает говорить и одеваться.
— У вашей сестры были великолепные груди, просто чудесные. Она даже хотела пойти к хирургу, чтобы их уменьшить. Они были так велики, что от них у нее болели спина и плечи. Она говорила, что это очень неудобно. Вы ведь этого не знали, не так ли?
Я действительно не знала, но не говорю ему об этом. М. улыбается.
— Думаю, что нет. Но так или иначе, я все время твердил, чтобы она оставила их в покое. Мне нравятся женщины с большими грудями, а у Фрэнни они были больше, чем у других. Да, они впечатляли. Я любил их трогать. Мне нравилось даже просто смотреть на них. — Он задумчиво улыбается, как бы взвешивая, стоит ли рассказывать дальше. — Иногда за ужином я заставлял ее раздеться до пояса, чтобы на них смотреть, перегибался через стол и ласкал их прямо во время еды. Ее груди мне никогда не надоедали. — Он натягивает на себя носки. — А может быть, все дело в ее реакции. Она очень не любила вот так обнажаться. Я думаю, дело было не столько в скромности, сколько в том, что она стеснялась излишнего веса. Ей не хотелось ходить обнаженной — и вот почему я заставлял ее это делать. Я находил ее смущение… эротичным. Когда на меня находило подобное настроение, я заставлял ее расхаживать на высоких каблуках, с поясом для чулок и в чулках, но без трусов. У меня есть зажимы, которые крепятся к концам маленькой тридцатисантиметровой цепи. Я ставил зажимы на ее соски, чтобы они вставали, а потом мне оставалось только натягивать цепь. Она была так одета весь вечер — когда она ела, когда смотрела телевизор, когда читала. Она к этому так и не привыкла. Иногда я заставлял ее встряхивать плечами, что бы я мог видеть, как колышутся ее груди — два огромных куска жира. В других случаях я их слегка шлепал, чтобы они тряслись.
Он искоса смотрит на меня, чтобы проверить мою реакцию. Я в бешенстве, мои челюсти крепко сжаты. Я хочу что-нибудь сказать, хочу излить свой гнев, но боюсь, что тогда он перестанет рассказывать. В то же самое время я боюсь, что он будет продолжать. Я не хочу больше этого слышать и про себя умоляю его остановиться. Слышать, как он рассказывает о жестоком обращении с Фрэнни, просто невыносимо. Но я молчу. Мое желание знать правду перевешивает все.
Подойдя к стенному шкафу, М. достает оттуда полосатую рубашку и серые брюки. Пройдя к окну, он надевает рубашку, но не застегивает ее. Окно находится в нише, под ним стоит скамейка. Поставив на нее одну ногу, М. выглядывает в окно, одновременно аккуратно разглаживая на себе брюки.
— Однажды я позвонил ей в клинику, — снова начинает он, — и сказал, чтобы она встретила меня в моем кабинете в семь вечера. Она была, — он останавливается, подыскивая нужное слово, — удивлена. Это слышалось в ее голосе. Я никогда раньше никуда ее не приглашал. Когда в тот вечер Фрэнни вошла в мою дверь, то казалось, будто она летит по воздуху. Сидя напротив моего стола, она ждала, когда я кончу работу, и с ее лица не сходила улыбка — так ее обрадовало приглашение.. Это немного печально, не так ли? — Он ненадолго замолкает. — Тогда я сказал ей, что сейчас мы немного прогуляемся по территории колледжа, и повел ее в хлев. Вы знаете, где это? К югу от ядерной лаборатории Крокера. Фрэнни там раньше никогда не бывала. Это одно из старейших зданий городка, где помещается около двухсот свиней. Там есть так называемое родильное отделение — ряд загонов со свиноматками и их новорожденными поросятами. Считается, что они обворожительны — с их крошечными пятачками и копытцами. Мы обошли хлев, разглядывая свиней и вдыхая их одуряющий запах. Фрэнни даже брала на руки поросят.
Я не могу понять, к чему он клонит. Когда я писала статьи для «Пчелы», то побывала почти во всех зданиях университета. Тем временем М. застегивает рубашку и начинает натягивать брюки.
— Я там была и знаю, как все это выглядит. Обычно хлев на ночь запирают. Как вам удалось туда попасть?
Повернувшись ко мне, он снисходительно улыбается.
— В городке я работаю уже двадцать лет, так что попасть в хлев для меня не самое трудное.
Он поправляет рубашку и застегивает брюки. Движения М. плавные, почти чувственные — стриптиз наоборот. Он садится на амбразуру окна, чтобы надеть туфли.
— Она ходила по хлеву, разглядывала животных и была очень довольна. Я подошел сзади, поцеловал ее в шею и сказал, что хочу, чтобы она дала грудь поросенку. Она засмеялась, надеясь, что я шучу, но я снял с нее пальто и расстегнул блузку, чувствуя напряжение во всем ее теле. Она чуть слышно захныкала и позвала меня: «Майкл!» Это звучало как мольба остановиться, но она не сопротивлялась, прекрасно понимая, что к чему. Я всегда с удовольствием снимал с нее лифчик: приятно было наблюдать, как ее груди свободно колышутся. Обхватив груди руками, я слегка сдавил их и прижал ее к себе. Она тяжело дышала. Мне стало ее немного жаль, однако ее страх возбуждал меня. Ее робость, ее боязнь неведомого, ее паника — все это меня вдохновляло. Я сказал, чтобы она не беспокоилась. «Сущая безделица, — прошептал я ей на ухо. — Постарайся расслабиться; это все равно что дать грудь ребенку». Нагнувшись, я поднял поросенка и отдал ей, затем взял ее левую грудь и провел соском по губам животного. Поросенок некоторое время колебался, но потом взял сосок в рот и принялся его сосать. Я погладил ее по второй груди. «Вот видишь, — сказал я, глядя на поросенка у ее сиськи, — в этом нет ничего страшного». Она слегка улыбнулась и немного успокоилась. Я поблагодарил ее за то, что она доставила мне удовольствие, и поцеловал долгим, страстным поцелуем. «Приятно, когда он тебя сосет? Тебе ведь это нравится, не так ли?» В ответ она крепче прижалась ко мне. Я сказал ей, что возбужден. Она заметила, что тоже возбудилась, — этого-то мне и было нужно.
Он задумчиво смотрит в окно, закидывает ногу на ногу и, не глядя на меня, продолжает свой рассказ:
— Вернув поросенка матери, я повел Фрэнни в пустой загон, поставил ее на четвереньки, подошел к ограждению соседнего загона и вытащил оттуда одного за другим шесть визжащих поросят. Фрэнни снова занервничала и закусила нижнюю губу, как делала всегда, когда была в чем-то не уверена. Привыкая к новой обстановке, поросята стали расхаживать по загону, посередине которого на четвереньках стояла голая по пояс Фрэнни; ее огромные груди свешивались вниз, слегка покачиваясь, когда она изменяла положение тела. Один из поросят подошел к ее сиське и уверенно взял ее в рот, словно это была его собственность. Фрэнни поморщилась, вырвала у поросенка сосок и стала подниматься. Поросенок завизжал от огорчения. Я приказал ей встать как положено. Поросенок снова подошел к ней, задрал мордочку и принялся сосать. Другие к ней не подходили, поэтому мне пришлось поймать одного, подтащить к груди Фрэнни и водить ее соском по его губам. Потом я отошел в сторону и стал наблюдать за происходящим. У меня уже была эрекция, но меня вполне удовлетворяла возможность стоять, прислонившись к ограде, и смотреть, как два поросенка сосут Фрэнни. Остальные тоже начали проявлять любопытство. Фрэнни по-прежнему кусала нижнюю губу — я думаю, чтобы не закричать. Эротические ощущения ее, вероятно, покинули. Второй поросенок отвалился от ее груди, его место тут же занял новый. Затем он ушел, а еще один пришел. Так продолжалось некоторое время — поросята сосали ее правую грудь, убеждались, что там нет молока, и уходили. Поросенок, который сосал ее левую грудь, однако, не уходил. Он не отпускал сосок и отгонял от него остальных. Я достал из кармана небольшую фотокамеру, которую принес с собой, и сделал несколько снимков. Фрэнни все время оглядывалась на дверь хлева — наверное, боялась, что кто-нибудь войдет. Не знаю, что беспокоило ее больше — поросята у ее груди или незваный гость. Через некоторое время она начала стонать. «Он делает мне больно, сосет слишком сильно». Я сказал, что дам ее грудь другим животным — козлятам, жеребятам, ягнятам. Подойдя к ней, я стал снимать с нее джинсы, приговаривая, что у нее вымя, как у коровы, и я хочу ее подоить.
Он встает, улыбается и пожимает плечами.
— Потом я встал на колени и трахал ее сзади, пока поросята сосали ее сиськи.
Я по-прежнему стараюсь сдержать свой гнев, хотя у меня в горле стоит комок.
— А Фрэнни?
Он подходит к бюро, берет оттуда часы и надевает их на руку.
— Она не плакала. Ей это не нравилось, но она не плакала.
— Она была расстроена.
— Да, конечно.
— И вы так спокойно рассказываете мне эту историю! — Я недоверчиво покачиваю головой. — Как вы можете так говорить о ней?
Он подходит и садится рядом со мной на кровать.
— Я рассказал это только ради вас. Не забывайте — именно вы все затеяли. Только скажите, что не хотите больше слышать о Фрэнни — и я ни разу не упомяну ее имя. — Он делает паузу, давая мне возможность ответить. — Ну так что?
— Я не могу это так оставить. — Голос мой звучит сдавленно. — И не хочу.
Наклонившись, он нежно гладит меня по щеке и тихо говорит:
— Для вас будет лучше, если оставите.
Я отталкиваю его руку. Его заботливость меня не обманет — я не Фрэнни. Одно я знаю наверняка: моя судьба его совершенно не заботит. Его предупреждения — это часть игры.
— Вы и для меня это планируете? — спрашиваю я. Это звучит как вызов. — Поход в хлев?
Он приподнимает бровь.
— А вы хотите туда пойти?
Я не отвечаю. Тогда он встает, отправляется к бюро и, положив в задний карман кошелек, снова поворачивается.
— Фрэнни всегда относилась к сексу чересчур романтично. Ей нужны были цветы, нежные ласки, слова любви, и я сначала дал ей все это. Но потом, когда она стала мне доверять, я изменил правила игры. Мы стали заниматься сексом на моих условиях. Когда мы трахались, я называл ее моей шлюхой и говорил ей, что собираюсь с ней сделать. Я покончил с той романтической идиллией, которую она создала, и впихнул ее в реальность, в мой мир. — М. слабо улыбается. — Ночью, когда мы занимались любовью, я назвал вас своей шлюхой, и это вас возбудило, не отрицайте.
Он ждет возможных возражений, но я молчу. Я знаю, что это правда.
— А вот Фрэнни обижалась, когда я называл ее своей шлюхой, своей потаскухой, — бесстрастно, словно читая лекцию студентам, продолжает он. — Она ненавидела эти слова. Даже когда я использовал их в сексуальном контексте — а я их использовал только в этом смысле, — она их ненавидела. Ей нужны были цветочки. Когда я в первый раз поднес поросенка к ее груди — при этом поцеловал ее, обнял, сказал, что все в порядке, — ей это понравилось. Сначала она чувствовала напряжение, но потом согласилась, что это ее возбуждает. Только когда я привел ее в загон и поставил на четвереньки, только тогда она стала жаловаться.
— Ей стало больно.
Он небрежно отмахивается от моих слов, словно боль не имеет для него никакого значения.
— Она не получила от этого никакого удовольствия, — продолжаю я. — Для нее это было унижением.
Он потирает переносицу, затем складывает руки на груди.
— И тем не менее ваша сестра это делала. — Последние слова М. повисают в воздухе, сковывая нас, словно цепью. Взглянув на часы, он подходит ко мне. — Вы тоже будете делать.
— Даже не мечтайте.
М. игнорирует мои слова. Он некоторое время неподвижно стоит передо мной, затем кладет руки мне на плечи. Это всего лишь демонстрация силы, тактический ход, рассчитанный на то, чтобы показать мне, кто хозяин положения. Нагнувшись, он обхватывает рукой мою шею, побуждая меня поднять на него взгляд, и держит меня крепко, но не причиняет боли. Когда он целует меня в губы, я не двигаюсь и не отвечаю. Я не хочу доставлять удовольствие своим сопротивлением.
— Я думаю о том, будет ли это унижением для вас, — глядя мне в глаза, говорит М. — Мне кажется, что нет.
Отпустив меня, он направляется к двери, но вдруг останавливается и, обернувшись, обводит комнату жестом радушного хозяина:
— Оставайтесь здесь сколько хотите. Полагаю, вы будете обыскивать мой дом в поисках неких улик — ради бога. Но старайтесь действовать поаккуратнее.
Его готовность к сотрудничеству вызывает у меня удивление — я не думала, что он так легко позволит мне обыскать дом. М. направляется к двери и снова останавливается.
— Да, тех снимков Фрэнни — в хлеву и все остальные — вы не найдете: когда я прочитал в газете о ее смерти, то уничтожил их. — Он медлит, наблюдая за моей реакцией, затем выходит из комнаты, кричит, чтобы я захлопнула дверь, когда стану уходить, и добавляет, что позвонит мне, когда захочет снова меня видеть.
Я слышу удаляющийся звук его шагов. Входная дверь открывается и вновь закрывается. Надев купальный халат М. — коричневый с монограммами, — я босиком иду в гостиную, чтобы посмотреть, как он уезжает.
Машина М. выезжает на улицу, и я думаю, с чего начать. Пожалуй, лучше всего с кабинета. Оглядевшись, я вижу над письменным столом абордажную саблю времен Второй мировой войны, принадлежавшую отцу М., — ее лезвие все еще острое и готово к бою. Я осматриваю письменный стол и книжные шкафы, но ничего не нахожу. В ящичке возле видеомагнитофона обнаруживаю коллекцию порнографических видеофильмов и стопку грязных журнальчиков — в общем, ничего интересного. В комнатах для гостей и бельевых шкафах тоже никаких улик.
В спальне, в прикроватной тумбочке, я нахожу коллекцию сексуальных принадлежностей — вибраторы, кольца для пениса, массажные масла, зажимы для сосков. Осматриваю бюро — опять ничего. В гардеробной я включаю свет и тщательно обследую одежду. Видно, что М. аккуратный человек: рубашки сложены одна к одной, причем даже подобраны по цвету, туфли тщательно выровнены, смазаны кремом и отполированы. Я заглядываю во все ящики — только рубашки, свитера и туфли. Приношу из кухни складной стул и взбираюсь на него, чтобы обследовать верхние полки. Между коробками из-под обуви и сумками для покупок, в которых сложены старые полотенца, я обнаруживаю большой пластмассовый контейнер размером с чемодан — в нем находятся кожаные ремни, различной длины веревки, наручники, старая ракетка для пинг-понга, какие-то непонятные устройства, о назначении которых я не имею представления. В углу лежит начатый рулон изоляционной ленты.
Меня вдруг начинает тошнить — все выпитое прошлой ночью просится наружу. Я закрываю глаза и вижу Фрэнни во время похорон, через пять дней после того, как нашли ее тело. В кино родственников привозят для опознания в морг, где долго водят по каким-то серым коридорам, но в реальной жизни все по-другому. В случае убийства родственникам не позволяют видеть тело до тех пор, пока его не выдают для похорон.
Что же касается точных обстоятельств смерти, о которых в кино известно абсолютно всем, то я узнала о них лишь через два месяца. Вначале мне сообщили только то, что произошло убийство и причину смерти невозможно определить. Коронер, эксперты, детективы — все в один голос говорили, что на этой стадии разглашение более подробной информации помешает расследованию. Управляющая домом, где Фрэнни снимала квартиру — пожилая женщина, обнаружившая тело через две недели после убийства, — тоже ничем не могла помочь. Тогда ее стошнило, и она поспешно отвернулась; единственное, что удержалось в ее памяти, — это ужасный запах и полчища мух. Я знаю, как выглядела Фрэнни, потому что бывала на вскрытиях. Ее язык, губы, пальцы рук и ног высохли и почернели; на вздувшемся теле высохшая кровь, в ранах копошатся черви, и везде летают тучи жирных мясных мух. Эти насекомые слетаются на запах смерти, ухитряясь проникнуть даже в закрытое помещение, чтобы попировать на трупе.
Через два месяца, когда расследование зашло в тупик, мне сообщили детали, так что теперь я мысленно представляю себе тело Фрэнни так точно, словно сама там побывала. Я вижу, как она лежит на полу с кляпом во рту, следы ран на ее обнаженном теле напоминают резьбу по дереву, ноги и руки связаны, а рот заклеен изоляционной лентой.
Сев на кровать, я кладу себе на колени наручники и изоленту. На кровати разложено содержимое коробки: хлысты, веревки, кандалы, цепи. Коллекция убеждает меня в том, что я на правильном пути, и одновременно приносит разочарование. Я не нашла ни бритвенных лезвий, ни ножей, ни фотографий связанных женщин, тела которых были бы разукрашены ножом М.; не нашлось также ни одной фотографии Фрэнни. Короче, никаких улик. Конечно, я покажу полицейским изоленту, но за тот год, что они безуспешно ловят убийцу Фрэнни, я успела в них разувериться. Я прямо-таки слышу, как мне говорят, что изоленту можно без проблем купить в любом хозяйственном магазине.
Внезапно хлопает входная дверь.
Я вздрагиваю, моя рука, держащая хлыст, застывает в воздухе. В передней слышны приглушенные, но явственно различимые шаги, и тут мое тело само, без всяких размышлений, начинает реагировать на угрозу. Я спрыгиваю с кровати и начинаю забрасывать в пластмассовую коробку все эти хлысты и цепи.
— Нора! — зовет М. Он уже в коридоре.
Схватив с пола наручники, я швыряю их в коробку. Где же изоляционная лента? Я ее не вижу.
— Нора! Вы еще здесь?
Я закрываю крышку, отношу ящик в гардеробную и ставлю его обратно на полку. Складной стул. Я складываю его и засовываю за стопку одежды. Делая вид, что ничего не случилось, я стою в дверях гардеробной и беспечно озираюсь по сторонам. Коробка стоит на месте, складной стул спрятан за пальто и куртками. Я тянусь к выключателю и тут чувствую на своей шее чью-то холодную руку. Я вскрикиваю от неожиданности.
— Вы разве не слышали, как я вас звал? — спрашивает М. Я отрицательно качаю головой.
Он вопросительно смотрит на меня.
— Ваш халат, — путаясь в словах, отвечаю я, довольная тем, что догадалась его надеть. — Было холодно.
— Я забыл свое пальто. — М. заходит в гардеробную и снимает с крючка коричневую куртку. Складной стул по-прежнему не заметен. Я возвращаюсь в спальню и озираюсь по сторонам в поисках ленты. Я замечаю ее на полу возле бюро и стремглав мчусь туда, чтобы ее поднять.
— Я вижу, вы нашли мое снаряжение, — выйдя из гардеробной, говорит М.
— Что? — выпрямившись, спрашиваю я и прячу ленту за спину.
Подойдя к постели, он поднимает черный хлыст, который я в спешке оставила здесь, — рукоятка его торчит из-под одеяла. Подойдя ко мне, М. вкладывает хлыст мне в руку.
— Положите его туда, где нашли, — говорит он. — Вы поняли? — В его голосе, тихом и сдержанном, явственно звучат повелительные нотки.
Не глядя на него, я молча киваю. Атмосфера продолжает накаляться.
— Вот и хорошо, — говорит он. — Уверен, что мне еще представится случай его снова применить.
С этими словами он покидает комнату.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Сверху и снизу - Риз Лаура



Пострясающее произведение! Честно скажу, что больше подобного типа романы читать не буду, одно дело "стокгольмский синдром" и другое дело окунутся в мир садо-мазо. где жертва изначально знает на что идет и при этом говорит да. Даже почувствовала себя "грязной" во время прочтения книги. Любовь, детектив и слезы (ужасно жалко убитую девушку). Но это не отрицательный отзыв, а наоборот, роман оставил сильное впечатление у меня. Давно такого не было. Автор молодец. Прочитайте только из-за любопытства узнать кто убийца, потому что, повторюсь эта книга не описывает "стокгольмский синдром", она описывает как развиваются отношения и порой длятся такие отношение очень долго у людей, увлекающимися садо-мазо наклонностями в сексе.
Сверху и снизу - Риз ЛаураЮля
30.12.2011, 10.18





Своеобразная, незабываемая история. Очень хорошо написано. Нет никаких нытья, золушек и сказочного конца. И не для слабонервных! Садо-мазо присутствует почти на каждой странице, и весьма жестокие...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЧитатель
24.02.2013, 13.09





Своеобразная, незабываемая история. Очень хорошо написано. Нет никаких нытья, золушек и сказочного конца. И не для слабонервных! Садо-мазо присутствует почти на каждой странице, и весьма жестокие...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЧитатель
24.02.2013, 13.09





тонкие психологические игры... невольно задумываюсь, а чтобы я делала, будь на месте норы... что чувствуешь, когда ты полностью от кого-то зависишь, когда подчиняешь кому-то безоговорочно...???
Сверху и снизу - Риз Лаураанна
24.02.2013, 13.10





тонкие психологические игры... невольно задумываюсь, а чтобы я делала, будь на месте норы... что чувствуешь, когда ты полностью от кого-то зависишь, когда подчиняешь кому-то безоговорочно...???
Сверху и снизу - Риз Лаураанна
24.02.2013, 13.10





по сравнению с этой книгой 50 оттенков кажутся детской книжкой. интересно читать как человек отдаёт в руки другому полную власть над собой.
Сверху и снизу - Риз Лаурасвета
24.02.2013, 13.18





Читала романы с метапсихическими наклонностями, но это перешло все границы с животными, но сам сюжет необычный стоит почитать
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛика
24.02.2013, 19.29





Кто занес ЭТО в любовные романы? Я обращаюсь к модератору сайта- удалите это безобразие из библиотеки!
Сверху и снизу - Риз Лаурасветлана
24.02.2013, 21.00





не вижу смысла удалять эту книгу. Да, она немного другая. Достаточно специфическая, психологическая,но не менее интересная.Написана хорошо,легко читается.Я пару раз задумывалась о том чтобы бросить,не нравятся унижения людей.Но реально интересно что же дальше.Садомазо конечно это на любителя,но этим и отличается эта книга. Для разнообразия стоит почитать. И моя оценка 10,так как наконец то то то новенькое и не заезженое.
Сверху и снизу - Риз ЛаураТайна
25.02.2013, 11.49





Соглашусь со всеми коментариями! Роман ПОТРЯСАЮЩИЙ!!! Это не только любовный роман, это детектив, психологический триллер и пособие по извращенному сексу в одном!!! Никогда не испытывала ничего подобного от прочтения книги. Заставляет задуматься о границах дозволенного. Просто супер!!! Всем саветую его прочитать!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураМария
25.04.2013, 14.07





Прочитала. Как то даже не могу сказать. Не читать? Нет, надо прочитать. Супер? Тоже нет! Не знаю, у меня такое редко бывает, что я не могу ничего сказать)))))))
Сверху и снизу - Риз ЛаураКоко
11.09.2013, 21.58





Читать было интересно. М.развлекался по полной .Но то что М.в конце оказался "снизу" и потерял власть над Норой,это мне понравилось больше всего)))
Сверху и снизу - Риз ЛаураМэйса
7.12.2015, 10.47





Это Нора тоже далеко не ушла от М такая же извращенка, спать с мужчиной зная , что он спал с твоей родной сестрой и что он с ней вытворял!!!!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛуиза
16.02.2016, 20.42





Я считаю, во всем виновата это Нора , если бы она интересовалась бы сестрой , то не произошло бы этой драмы...
Сверху и снизу - Риз ЛаураЛуиза
16.02.2016, 20.48





Отвратительная книга!!!!! Не читать!!!!
Сверху и снизу - Риз ЛаураПпппп
16.02.2016, 20.54





ужас..................................................ужас.......это не любовный роман..........порно роман..........перетрахались все со всеми........фу
Сверху и снизу - Риз Лауралес
7.03.2016, 8.06





Да уж.БДСМ с извращениями.Да Кристиан Грей на фоне Майкла-просто душка и ангел!Есть предел всему,блин!Вобщем скажу так,прочитать стоит,но перечитывать точно не буду!А вот "50 оттенков" прочту еще не раз!!!P.S. Насчет убийцы...Я ведь тоже ему поверила,гад!
Сверху и снизу - Риз ЛаураНиколь
9.03.2016, 12.15





тяжелый роман..........М.ЗМЕЙ ИСКУСИТЕЛЬ............что считать в сексе извращением....а что считается нормой............для каждого своё ....в наше время таких книг много.....остался неприятный осадок на душе....после прочтения этого романа
Сверху и снизу - Риз Лаурамилена
12.03.2016, 18.36





Роман тяжелый, больше детективно-психологический,сюжет не обычный и мне бы он даже понравился на 10 баллов если бы не перебор с эпизодами с животными, этим он отталкивает и производит неприятное впечатление.
Сверху и снизу - Риз Лаураксения
16.03.2016, 5.23








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100