Читать онлайн Наследство из Нового Орлеана, автора - Риплей Александра, Раздел - Глава 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Наследство из Нового Орлеана - Риплей Александра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 7.22 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Наследство из Нового Орлеана - Риплей Александра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Наследство из Нового Орлеана - Риплей Александра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Риплей Александра

Наследство из Нового Орлеана

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 18

Молодая женщина шла так, словно весь тротуар, или, как выражались в Новом Орлеане, банкета, принадлежал исключительно ей одной. Она не опускала глаза на неровные кирпичи мостовой; она держала голову высоко и гордо и глядела прямо перед собой. Ее гибкое тело легко лавировало в уличной сутолоке, не утрачивая при этом подчеркнутой кокетливости движений. Виляющие бедра и выставленная вперед грудь явно противоречили скромному покрою платья из голубого шамбре,
type="note" l:href="#n_14">[14]
застегнутого спереди на все пуговицы, от шеи до самых лодыжек.
Лицо женщины поражало яркой красотой, а светло-коричневая кожа указывала, что в ее венах преобладала кровь белой расы. Высокие скулы и бронзовый отлив кожи говорили о том, что среди ее предков был по меньшей мере один индеец.
У нее были чувственные, полные, алые от природы губы и на удивление светлые, почти прозрачные глаза.
На ней были тяжелые золотые серьги в виде колец и ярко красный тиньон. Внимательный наблюдатель мог заметить, что тиньон сложен и завязан так, что образовывал семь углов.
А наблюдали за ней многие. Но смотрели на нее либо украдкой, бросая поспешные косые взгляды, либо только тогда, когда она проходила мимо и можно было, не таясь, любоваться ею.
Потому что это была Мари Лаво. И семь углов на ее платке были символом царской власти, внушающей страх. Она была царицей вуду.
Ее мать также звали Мари Лаво, и она была официальной царицей вуду, всеми признанной верховной жрицей древней религии, колдуньей, получившей свою силу непосредственно от Зомби, змеиного царя. И все же поговаривали, что могущество дочери еще сильнее материнского и когда тайные обряды в тайном месте ведет она, то присутствие бога ощущается сильнее и вселяет больший ужас в тех, кто становится свидетелем безумных, диких, похожих на оргии ритуалов, которые переносят верующих прямо в царство божье.
И поэтому, когда приближалась Мари Лаво, все уступали ей дорогу и лишь самые смелые смотрели на нее. Весь тротуар принадлежал только ей, и она решительно шла вдоль кварталов Рэмпарт-стрит.
Когда она свернула на Эспланада-авеню, ее походка не изменилась, но изменилось отношение к ней окружающих. Темнокожие по-прежнему уступали ей дорогу с почтением и страхом. Так же поступал и кое-кто из белых; одна женщина поспешно взяла ребенка за руку и перешла на противоположную сторону улицы. Но некоторые белые женщины смотрели на нее с любопытством, а двое белых мужчин – с одобрением и даже сладострастием.
Мари Лаво не обращала на них ни малейшего внимания. Она подошла к дому Куртенэ и позвонила в дверной колокольчик. Она улыбнулась Фэрмэну, дворецкому, когда тот распахнул перед ней дверь. У нее были красивые, ровные, очень белые зубы.
– Ваш хозяин просил меня прийти, – сказала она. Ее светлые глаза весело поблескивали.


– Разумеется, я не верю во всю эту богохульную чепуху насчет вуду и заклятий, – заявила Берта подругам, которые зашли к ней в гости. – Я была очень недовольна, когда Карлос сказал, что всерьез намерен пригласить эту женщину. Но по его словам, прислуга пребывала в таком состоянии, что нам, скорее всего, будут подавать остывший кофе и горелый хлеб до тех пор, пока мы не предпримем что-нибудь, чтобы успокоить их. Они все, знаете ли, такие суеверные!
– Берта, а что она делала?
– Что говорила?
– Как она выглядит?
Гостьи Берты жадно подались вперед, готовые внимать каждому слову хозяйки. В их чашках стыл кофе. Берта невесело засмеялась:
– Она подняла гри-гри. Никто из слуг близко к нему не подходил и нам не давал. А она преспокойно взяла его руками и положила в обычную сетку, которую принесла с собой. Потом вытащила пучок каких-то скрученных бумажек и стала ходить из комнаты в комнату, разворачивая бумажки и посыпая углы разноцветными порошками. Судя по всему, выметать их придется мне самой.
– А гри-гри – какой он?
– Да никакой. Просто черный шарик. Похоже, восковой. Всего в гостях у Берты было девять женщин. Все среднего возраста и типичной для креольской аристократии внешности. Три из них принялись рыться в своих ридикюлях в поисках флаконов с нюхательной солью. Остальные шесть дотронулись до распятий, которые носили на шее на цепочках.
Берта знала, что шарик из черного воска – один из сильнейших гри-гри. По непроверенным сведениям, в центре этого шарика находился кусочек человеческой плоти. Но было крайне важно делать вид, что ни один белый католик ни чуточки не верит языческим представлениям темнокожих. Так, собственно, все и поступали. Берта заговорила поспешно и со смехом, хотя и нервным:
– Нет худа без добра, – сказала она. – Не хочу и думать, сколько Карлос заплатил этой женщине, но я, по крайней мере, окуплю его расходы – я убедила ее сделать Жанне прическу перед походом в оперу. Даже в Монфлери я слышала, что она лучшая парикмахерша в городе.
– Ах, Берта, ну и умница же ты!
– Я старалась заполучить ее для своей Аннет, но она заявила, что очень занята.
– А вы слышали о новом сопрано в этом сезоне? Говорят, когда она выступала в Париже, ее вызывали на поклон не менее тридцати раз…
И разговор перешел в привычное русло сплетен и пересудов. Стоявшая за дверью Жанна потихоньку прикрыла щелочку, через которую она подслушивала разговор, и стремглав помчалась вверх, в комнату, которую делила с Мэри.
Она вошла на цыпочках. Мэри в этот момент одевалась.
– Чудесно! Я так рада, что ты проснулась, Мэй-Ри. Пока ты спала, тут было столько интересного. Я сгораю от нетерпения рассказать тебе все.
Глаза Жанны сверкали ярко, почти лихорадочно. Она рассказала о событиях, происшедших утром, – о том, как обнаружили гри-гри, о внезапном уходе отца, о прибытии Мари Лаво.
– У нее такая необычная красота, Мэй-Ри, я таких, как она, еще не видела. Что бы мама ни говорила, а я верю, что она вуду. У нее глаза совершенно бесцветные. Я просто убеждена, что она по своему желанию может делать их красными, или зелеными, или какими угодно. И она все знает. Она знает, как зовут меня, тебя, всю прислугу. Это настоящая магия! Но самое главное – она будет делать нам прически. Ручаюсь, что она втирает при этом какое-нибудь магическое масло или что-то вроде того. Я собираюсь попросить ее, чтобы мне она придумала какой-нибудь неотразимый запах, так, чтобы все мужчины в меня влюблялись. Мэй-Ри, ты ведь поговоришь с мамой ради меня, а? Отвлечешь ее разговором, пока я пошепчусь с Мари Лаво. Мэри возмутилась:
– Жанна, ты бы лучше помолилась перед алтарем сию же минуту. Это все сплошное богохульство – магия, демоны, гри-гри, вуду. Постыдилась бы!
– Фу, Мэй-Ри, не будь ты такой американкой. В вуду верят все, по крайней мере немножечко. Миранда мне такие истории рассказывала…
– Миранда просто бедная, невежественная рабыня.
– Она такая же католичка, как и мы с тобой. Просто она знает кое-что еще. Кроме того, пока ты спала, я себе пальцы до костей протерла. Мы с мамой несколько часов провели на кладбище. Мы едва успели приехать домой и переодеться, как стали являться мамины подруги… Знаешь, Мэй-Ри, в самом хорошем есть своя плохая сторона. Я так хочу быть представленной в свете, чтобы за мной можно было начать ухаживать. Но как только я буду введена в общество, мне придется ходить с визитами к этим старым дамам и принимать их вместе с мамой. Я, наверное, с ума сойду от тоски.
– Может быть, с ними будут приходить их сыновья?
– Об этом я и не подумала. Конечно же, будут. Они просто не смогут остаться дома – ведь у меня в волосах будет волшебное зелье.
– Жанна, завтра я помолюсь за тебя всем святым!


Сначала они сходили на кладбище, а потом к мессе. И все это пешком. Мэри была потрясена.
– Улицы словно превратились в реки цветов! – воскликнула она. Везде, по каждой улице люди шли, держа в руках огромные букеты белых хризантем. Выстраивались целые процессии. Все шли на старинные кладбища Нового Орлеана, к сияющим, чисто отмытым склепам. Потоки цветов сливались на каждом перекрестке, становились все шире и выплеснулись наконец на тротуары, ведущие к кладбищенским воротам, которые и сами являли собой море цветов – в ведерках, корзинках, в руках темнокожих женщин, выставивших их на продажу.
«Какое замечательное, волшебное место этот Новый Орлеан, – восторженно думала Мэри. – Это мой дом». Старательно украшенные склепы, красота нежных, сливочно-белых цветов на фоне белейшей твердой поверхности мрамора и штукатурки, преданность людей памяти об ушедших близких – сочетание всего этого стерло в ее душе шок, который она испытала, когда Берта Куртенэ так спокойно говорила о необходимости убрать старые кости, чтобы освободить место новым.


Собор Святого Людовика был переполнен людьми. Там было ярко, весело и в то же время благочестиво от музыки, зажженных свечей, ладана. Мэри с трудом могла сосредоточиться на молитве – у нее постоянно возникало искушение глянуть через плечо, удостовериться, что глаза ее не обманывают. Темнокожие – мужчины, женщины, дети – молились рядом с белыми. И не на хорах, не в задних рядах, но по всему собору. И никто не вел себя так, словно в этом было нечто необычное. За исключением самой Мэри. Она никак не могла удержаться и все время глазела по сторонам.
Конечно, так было угодно Богу, так и должно было быть. И здесь это было вполне естественно. Она вспоминала все, что ей говорили, что она слышала от монахинь, от аболиционистов, собиравшихся за столом ее отца, и ей захотелось, чтобы все они в это мгновение оказались в соборе. «Новый Орлеан совсем не такой, – хотела она сказать им. – Новый Орлеан – это рай на земле. Здесь нет несправедливости, а только красота и добро».
Все было неожиданностью, приятной неожиданностью. И одна неожиданность следовала за другой.


Когда месса закончилась, Мэри обнаружила, что ее ждут еще сюрпризы. Воздух вокруг собора был насыщен ароматами кофе и еще чего-то – Мэри не могла определить, чего именно, но от этого запаха у нее слюнки потекли. На широком тротуаре стояли негритянки и готовили на сияющих медных жаровнях, полных тлеющих углей. Кофе, пузырящееся молоко с пенкой. И еще то, что источало неповторимый запах.
– Calas, – пела женщина, готовящая это. – Belle calas… tout chaud… tout chaud… belles calas…
type="note" l:href="#n_15">[15]
Карлос Куртенэ тронул Мэри за плечо:
– Это рисовые пирожные. Очень вкусные. Мы все отведаем их.
И вновь Мэри заметила, что только ей одной казалось странным стоять и прилюдно есть сразу после мессы. По меньшей мере половина выходящих из собора людей тут же направлялась к женщинам с жаровнями.
Пока они ели и пили, образовывались и распадались группы, и образовывались вновь, уже другие. Берту приветствовала одна группа за другой – друзья были счастливы вновь видеть ее в городе.
Единственным человеком, не окруженным группой друзей, была женщина с ярко-рыжими волосами, которая шла очень быстро и на все приветствия отвечала лишь резким кивком. Она обошла толпу стороной и направилась к кирпичному зданию без окон и без видимых дверей, находившемуся на другой стороне парка, разбитого напротив собора. Гул разговоров затих. Все смотрели на нее. Когда она исчезла в доме, гул возобновился, еще более оживленный, чем раньше.
– Папа, кто это был? – спросила Жанна.
– Это, дорогая моя, самая невероятная женщина во всем Новом Орлеане. Баронесса Понтальба.
Мэри и Жанна уставились на дверной проем, поглотивший рыжеволосую женщину. До этого они думали, что дворянские титулы существуют только в романах.
Карлос Куртенэ не стал рассказывать им о баронессе Понтальба. Он знал ее историю, как каждый житель французского квартала. Но Карлос не считал эту историю подходящей для ушей молодых, невинных девушек.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Наследство из Нового Орлеана - Риплей Александра



Полный отстой не стоит даже начинать читать! 1/10
Наследство из Нового Орлеана - Риплей АлександраНата
18.03.2014, 10.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100