Читать онлайн Чарлстон, автора - Риплей Александра, Раздел - 41 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Чарлстон - Риплей Александра бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.75 (Голосов: 4)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Чарлстон - Риплей Александра - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Чарлстон - Риплей Александра - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Риплей Александра

Чарлстон

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

41

В беспорядочной сумятице на пристани никто не обратил внимания на коренастого светловолосого человека, который деловито удалялся от таможни. Не было ничего необычного в том, что заокеанский путешественник возвращается в Нью-Йорк с дюжиной сундуков и разнообразной ручной кладью.
Симмонс Тень нашел представителя пароходной компании «Кьюнард», кратко переговорил с ним, а затем всунул свернутую банкноту чиновнику прямо в обтянутую белой лайковой перчаткой руку.
– Возьмите вот это. Наймите носильщиков и доставьте мой багаж в отель на Пятой авеню. Благодарю за услуги.
Чиновник коснулся пальцем края шляпы:
– Рад стараться, мистер Симмонс. Надеюсь, вы вновь обратитесь к нам.
– Несомненно, – солгал Симмонс.
Все намеченные дела в Европе были завершены, и он не намеревался более оставлять Штаты.
В отеле его не ждали, но администратор, мельком взглянув на его дорожный костюм с Савил-Роу, подобострастно кивнул:
– Желаете люкс, мистер Симмонс?
– Никаких изысков. Гостиная и спальня – вот все, что требуется.
Убористым почерком он написал в журнале: «Дж. Теньел Саймонс, Чарлстон, Ю.К.».
Роскошь люкса ошеломила его. Массивная полированная мебель была обтянута темным плюшем. Столешницы и поверхность бюро были из белого мрамора с черными прожилками; плиты этого же мрамора окаймляли подножие огромного камина с решеткой для угля и покрывали пол в ванной.
Симмонс останавливался в лучших отелях Штутгарта и Лондона, но там он не встречал ничего подобного. Воспользовавшись переговорным устройством, которое показал ему коридорный, Тень заказал обед к себе в номер. Завтра ему предстоит начать новую жизнь. Но впереди еще целый вечер, который можно провести за раскладыванием вещей. Ему не хотелось доверять это служителю. Необходимо освоиться с новой одеждой, которую ему сшили в Лондоне. Слава Богу, он уже привык к замысловатому мосту, который соорудил для него немецкий мастер, почти год потрудившись над его зубами. Джо Симмонс стоял против большого зеркала в золоченой раме и улыбался.
– Да, ты чертовски хорош, Джозеф Теньел Саймонс, – сказал он вслух.
На следующее утро он явился в банк Моргана, куда перевел на свое новое имя полмиллиона долларов. Как он и ожидал, управляющий заставил его немного подождать, дабы посетитель понял, что его полмиллиона не произвели здесь слишком большого впечатления; однако ожидание было не особенно продолжительным и не выглядело как намеренное оскорбление. Симмонс не удивился и тогда, когда управляющий пригласил его на ленч, оценил его непринужденную манеру держаться и предложил сотрудничество. Симмонс Тень принял предложение со столь же невозмутимым видом. В течение двух месяцев Симмонс обследовал окрестности Нью-Йорка – так же как когда-то, пятнадцать лет назад, он изучал Чарлстон. Он бродил по улицам, ездил на трамваях и надземной железной дороге, обедал в ресторанах, сидел, отдыхая, в курительной своего клуба или стоял порой в роскошном вестибюле своего отеля. Он ко всему прислушивался, все замечал. Наконец он решил, что предчувствия относительно Нью-Йорка не обманули его: город представлял собой великолепное поле деятельности для Дж. Теньела Саймонса. Сверх ожиданий, он пришелся Джо по душе. Стремление к новизне, неутомимость и отсутствие сентиментальности отражали его собственную натуру. На нищих он обращал внимания не более, чем на голубей и коз, которые, казалось, разгуливали повсюду. Богатство действовало исцеляюще. Живя в Чарлстоне и Европе, он старался вести себя утонченно, теперь с него хватит. Он сделал большие деньги, и ему хотелось тратить их хоть отчасти, ведь состояние его продолжало увеличиваться. Пусть это будет выглядеть вульгарно, да, он желает быть вульгарным. К черту Чарлстон. В Нью-Йорке множество людей, желающих жить, как он, и делать то, что делает он. Город предлагает всяческие блага человеку достаточно смышленому, чтобы взять их.
В первых числах ноября, с утра в среду, он спустился в вестибюль, чтобы начать намеченное предприятие. Как и все выдающиеся стратеги, Симмонс обдумал все существенные и второстепенные детали и, конечно же, обнаружил слабое место в расположении противника. Туда-то он и нацелил свою атаку.
– Я нуждаюсь в вашем совете, – сказал он директору отеля, – полагаю, что вы оправдаете мое доверие и наш разговор останется между нами.
Директор заверил его, что будет молчать. Симмонс Тень, конечно же, понимал, что новость распространится с быстротой молнии.
– Видите ли, я тоскую по дому, – солгал Симмонс – в Чарлстоне все очень дружны, и мне недостает наших маленьких вечеров. Конечно, сейчас они проходят незамысловато. Война ничего не оставила нам, помимо хороших манер и добрых, старых традиций. Однако мы продолжаем наслаждаться музыкой и беседами, давая небольшие ужины. Я надеялся, что найду в Нью-Йорке цивилизованное общество, несмотря на то что мои друзья в Европе убеждали меня в обратном. Сейчас я собираюсь уезжать. Не могли бы вы мне порекомендовать отель в Бостоне, который не уступал бы вашему? Я имею рекомендательные письма.
Как и ожидал Симмонс, собеседник заверил его, что можно найти цивилизованный круг, не уезжая в Бостон, и вряд ли там сыщутся отели, хоть отдаленно напоминающие отель на Пятой авеню. Он умолял Симмонса позволить ему переговорить с некоторыми знакомыми дамами. Приглашения последуют немедленно. Джо бесстрастно улыбнулся, а затем подмигнул.
– Я знавал в Нью-Йорке некоторых «леди», однако это не о том, о чем я говорю, – заявил он, глядя сквозь дверной проем в вестибюль. Там, в роскошных платьях, с притворно скромными улыбками, расхаживали проститутки.
Директор поторопился заверить Джо, что он имеет в виду настоящих леди.
На следующее утро на передвижном столике, накрытом к завтраку, который Джо всегда заказывал в номер, он обнаружил семь карточек с приглашениями. Он сдерживал смех, пока не ушел официант. Стена была пробита. Скоро Нью-Йорк даст ему то, чего он хочет, – Джо войдет в узкий круг финансистов, разбойников-магнатов, в чьих руках биржи, рынки, политика. Самый верный, самый краткий путь – удачная женитьба. В Чарлстоне его рассматривали как жениха, так как он обладал кое-чем, что было не у всякого. А именно деньгами. В Нью-Йорке его деньги совершенно ничего не значили; у него было больше полумиллиона на счету в банке Моргана, но это было смехотворно мало в сравнении с оборотами разбойников-магнатов. Однако он мог предложить товар, столь же редкий в Нью-Йорке, сколь деньги – в Чарлстоне. Аристократическое происхождение. Баснословные богачи не могли проверить его подлинности. Все они слыхали, что чарлстонцы – напыщенная голубая кровь, однако никто из них не был знаком ни с одним чарлстонским семейством, ибо для Чарлстона Нью-Йорк не существовал. Джо смеялся искренне, от всей души.
«Мистер Джозеф Теньел Саймонс сожалеет, что не может принять приглашения», – написал он на шести карточках. Он принял приглашение миссис Мэри Эллиот Долтон, которая предлагала ему разделить удовольствие музыкального вечера. Она приходилась тетей девушке, которую Джо наметил себе в жены.
Эмили Эллиот была единственной дочерью Сэмюеля Эллиота, крупнейшего из магнатов. Отец ее был безжалостный человек со сверкающими глазами на желтом морщинистом, как у мумии, лице; он жил в вечном страхе перед воображаемыми анархистами, замыслившими уничтожить богачей. Он держался в тени, однако выступал вторым партнером в сделках Стенфорда, Вандербилдта и Моргана. Ему принадлежало более половины земли от Бэттери до Пятнадцатой улицы; считалось, что слитков золота у него больше, чем в государственной казне.
Эмили была его ценнейшим сокровищем. Она жила настоящей пленницей в замке в романском стиле, который он возвел между Пятой авеню и Сороковой улицей. Из дома она выходила в сопровождении вооруженных телохранителей и ездила в закрытой карете. Страх отца перед убийцами передался ей. Страх подкреплялся убеждением, что любой интересующийся ею мужчина – охотник за ее деньгами.
Впервые увидев эту девушку, Джо понял, что Сэм Эллиот прав. Ни один мужчина не взглянул бы на Эмили – разве что из корыстных интересов. Она была толстой коротышкой с жирной кожей и косящими близорукими глазами. Волосы ее были жирными, как и кожа, и почти того же цвета. Жемчуга, которые носила Эмили, подчеркивали болезненность девушки и богатство ее отца. Все было чрезмерно. Симмонс подчеркнуто вежливо склонился над ее рукой. Он был рад, что рука в перчатке, – скорей всего, у Эмили влажные, липкие руки. Каждая черточка напоминала о слабом здоровье девушки.
Но вот она заговорила. Джо просто сказал ей: «Как поживаете?», и она сказала то же самое, но слова ее прозвучали как музыка. Эмили обладала чистым, четким сопрано – как солист в хоре мальчиков, который Джо слушал в Англии.
Джо замаскировал свое удивление. Он держался вежливо, но отстраненно. Он надеялся, что Эллиоты будут искать его расположения. Большую часть вечера он провел, беседуя с хозяйкой. Он понимал, что вызывает у нее любопытство, и приготовился удовлетворить его свыше всяческих ожиданий.
Да, подтвердил Симмонс, он недавно вернулся из Англии. Там, по его мнению, жизнь течет слишком беспорядочно. Принц окружил себя людьми, по мнению Джо, не вполне достойными того, чтобы с ними водили дружбу. Что касается королевы, да, ей действительно недостает чувства стиля. Он с восхищением оглядел обстановку гостиной миссис Долтон.
Джо попросил ее помочь ему подыскать дом, подходящий для холостяка, ведущего спокойную жизнь, – основательный, но не слишком просторный. Он собирается устраивать скромные вечера.
Джо также позволил ей проникнуть в тайну своей печали: ему пришлось покинуть родину, так как он убил человека на дуэли, защищая честь дамы. Разумеется, она так ничего и не узнала. Она жена его лучшего друга, который потерял на войне руку и потому не мог сражаться сам. Сердце его рвется домой, сказал он с пленительной южной тягучестью, но даже если бы он мог вернуться, ему не следует этого делать. На семейной плантации, по Божьей милости, обнаружилось месторождение фосфатов, но это оторвало его от полей, где некогда работали счастливые, преданные, веселые чернокожие – потомки «его людей». И теперь поле выглядит как отверстая рана. Он не может смотреть на то, что происходит. Еще до того, как роковой случай заставил его покинуть родину, он купил плантацию, принадлежавшую Саймонсам на протяжении двух столетий.
– И еще, если позволите, госпожа Долтон, я внесу маленькую поправку. Мое имя произносится не Саймонс, а Симмонс – с двумя «м». У нас, чарлстонцев, множество особых имен, и произносятся они на особый лад. Это забавно, но так мы различаем свои семейства, и каждый гордится собственным древним родом. Надеюсь, вы простите мне, если я буду так невежлив, чтобы просить вас сделать поправку.
Миссис Долтон заверила его, что она ничуть не обижена. «Еще бы, – подумал Джо. – У тебя слюнки потекли при виде романтичного дуэлянта, который знаком с британской королевской фамилией, а при слове «плантация» глаза так и выкатываются. Если ты хочешь, парень, чтобы твою историю проглотили не разжевав, ври побольше».
Понадобилось еще четыре визита, прежде чем его пригласили в «святая святых». Золовка «немощной» жены Сэмюеля Эллиота пригласила его к чаю. Тень со вниманием выслушал от миссис Эллиот перечень ее хворей, стараясь не обращать внимания ни на великолепные драгоценности, ни на ужасающую тучность хозяйки, и выразил ей благодарность в краткой записке, где даже не упомянул Эмили, которая молчаливо присутствовала на чайной церемонии.
«А теперь раззадорим аппетит», – решил он. Он отказался от пяти последующих приглашений миссис Эллиот и миссис Долтон. Однако с каждым отказом посылал цветы.
Первого декабря он явился на безапелляционный вызов Сэмюеля Эллиота в его старомодную контору на Уолл-стрит. По отношению к старику он держался почтительно, но с заметным оттенком раздражения.
Когда Эллиот спросил, отчего он оскорбляет его супругу постоянными отказами, Джо ответил начистоту:
– Потому что она расставляет мне силки, надеясь поймать мужа для дочери, а я не хочу, чтобы меня считали охотником за чужим состоянием.
– А разве это не так?
– Нет, сэр. У меня есть собственное состояние. Я положил прекрасное начало.
– Так что же ты болтаешься вокруг? Только не говори, что тебя интересует состояние желчного пузыря моей супруги.
– Мне нравится слушать голос вашей дочери, о чем бы она ни говорила. Он звучит, как ангельское пение. Но я не могу ухаживать за ней. Я еще недостаточно богат, чтобы купить ее у вас. Я хочу, чтобы вы поняли одну вещь: ваша супруга готова отдать все, лишь бы в жилах ее внуков текла голубая кровь. Но вас подобные вещи не заботят.
– Откуда ты знаешь, что меня заботит?
– Знаю. Вы деловой человек. Вы покупаете и продаете. То, что не измерить деньгами, вам не понять.
Джо поклонился и ушел, приняв оскорбленный вид. Помолвка была оглашена в канун Рождества.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Чарлстон - Риплей Александра


Комментарии к роману "Чарлстон - Риплей Александра" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100