Читать онлайн Всегда с тобой, автора - Реник Джин, Раздел - Глава 31 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Всегда с тобой - Реник Джин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.34 (Голосов: 59)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Всегда с тобой - Реник Джин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Всегда с тобой - Реник Джин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Реник Джин

Всегда с тобой

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 31

29 сентября 1990 года
Десять дней оставалось до свадьбы Розы, и «Матери» были заняты приготовлениями. Мэриел стояла в своей гостиной на маленькой табуретке, пока Роза и портниха из магазина Неймана измеряли длину бледно-персикового платья подневесницы. Почтальонша восхищалась ее нарядом, потом подошла к Мэриел, неподвижно стоящей на своем пьедестале, чтобы получить ее роспись в квитанции о получении письма из Лондона. Все еще стоя на табуретке, миссис Мак Клири заполнила бланк и со страхом уставилась на плотный конверт.
В верхнем левом углу стояла красивая печать английского министерства финансов. Мэриел надеялась, оно не придет до свадьбы. Ради Розы она взглянула на него безо всякого интереса и бросила в груду счетов. Она отказывалась думать об этом конверте.
Когда же Мэриел набралась смелости и вскрыла его, ее удивлению не было предела. Меньше всего на свете она ожидала увидеть краткое сообщение от британского правительства о том, что все претензии, касающиеся наследства Бойса Джеймсона Мак Клири, удовлетворены; Мэриел не верила своим глазам и несколько раз прочитала письмо. Потом бросилась к телефону, звонить Джефу. Ей хотелось выяснить, как это получилось.
— Я понятия не имею, — откровенно признался он. Джеф был удивлен не меньше ее. — Я не имею к этому никакого отношения.
Бари Купер так же отрицал свое участие в этом деле и поздравил Мэриел с удачным окончанием процесса. Для Аврама Халкина из офиса Ретига Бернсайда в Лондоне эта новость тоже была загадкой. Дальнейшие расспросы двух других юридических фирм тоже ни к чему не привели. Кроме подтверждения того, что дело было действительно закрыто, нельзя было получить никакой дополнительной информации. Наконец, миссис Гибс в личной, а, следовательно, неофициальной беседе со своей подругой из министерства финансов удалось выяснить, что оценочная стоимость была снижена наполовину и оплачена наличными. Оплата производилась анонимно, и ни при каких обстоятельствах не подлежит публичной огласке.
Мэриел окончательно зашла в тупик и отказывалась верить в свою удачу. Она пыталась понять, зачем кому-то понадобилось платить за нее. С какой целью?
— Может быть просто кто-нибудь там окончательно убедился, что золото действительно там и у нас нет возможности собрать такие деньги. Может быть они побоялись, что это попадет в газеты. Преследуя судом трехмесячного ребенка, они выглядели бы хищниками. Все это чертовски невероятно. Может быть поэтому они не говорят, что деньги заплачены, а просто, что дело удовлетворено. Единственное, что я знаю — ты больше ничего не должна, — Джеф смотрел, как Мэриел кормила ребенка.
— Не говори «чертовски», —она сделала ему замечание.-Ты абсолютно уверен?
— Абсолютно.
— Значит деньги Джимми в безопасности?
— Да, — он пристально посмотрел на нее. — Это значит, что ты не выйдешь за меня замуж, не так ли?
— Значит ты уверена? — Роза пришла в себя. Этим вечером состоялась традиционная встреча «Матерей» у «Тонио». Малыш спокойно спал в своей колыбельке, стоящей на четвертом стуле. Джозеф принес за счет ресторана чай со льдом.
— Я не знаю, — ответила Мэриел. — Ведь основная причина решения выйти замуж за него — это то, что Джимми будет материально обеспечен. Но теперь мне не надо волноваться о деньгах, просто мне придется обдумать еще раз его предложение. Может быть, в конце концов, это и правильно.
— Значит ты действительно собираешься за него замуж?
— Да, и вы знаете, что странно? Это почти как предзнаменование. Теперь, когда мне не надо больше думать о будущем Джимми, идея выйти замуж за Джефа уже непохожа на компромисс, — Мэриел встряхнула лед в чае и продолжила. — У меня опять начался цикл и Джеф постоянно твердит о братике или сестричке для Джимми. Может быть так и должно быть.
Роза посмотрела на нее взглядом хитрой рыбешки, которой удалось безнаказанно проглотить наживку.
— Вы ведь с Джефом собираетесь быть на моей свадьбе вдвоем, не так ли?
— Да, — медленно согласилась она. Она поняла мысль Розы. — Это произойдет меньше, чем через восемь дней, совсем немного времени, — предупредила она.
— Через двадцать четыре часа у тебя будет свадебное платье, — разрешение на брак — через три дня, и свадьба — в Йосимити в следующий четверг. Если ты, конечно, готова к этому.
— Я понятия не имею, что скажет Джеф, — Мэриел уклонилась от. прямого ответа. Но мысль устроить свадьбу в Йосимити, в одном из самых красивых городов мира, показалась ей заманчивой. Честно говоря, когда Роза сказала ей о предстоящем замужестве, Мэриел позавидовала подруге. Когда они с Джефом поженились, у них была обычная брачная церемония в церкви. И если она собирается выходить за него второй раз замуж, все должно быть по-новому. Символическая сила гранитного монолита казалась ей привлекательной и простота брачной церемонии на свежем воздухе должна быть удивительной.
— Если бы я была уверена, что мы сможем сделать свадьбу в это же время…
Ширли взяла Мэриел за руку.
— Жизнь не дает никаких гарантий, Мэриел. И единственный способ выжить — это цепляться за жизнь обеими руками. Это отвратительно и прекрасно. Мы с Биллом едва не расстроили свадьбу и одному Богу известно, какие у нас были проблемы. Но мы прожили вместе пятнадцать лет, прежде, чем я потеряла его и Джоди, — Ширли тяжело вздохнула. — Дети совершенно меняют твою жизнь. И только они стоят того.
— Ты на меня не смотри, — предостерегла Роза. — Все, что я хочу, я получу, когда выйду замуж за Кела. На твоем месте я бы задала себе три вопроса.
Роза приготовилась загибать пальцы.
— Любит ли он меня? Любит ли он ребенка? Хочу ли я прожить с ним всю жизнь? Если ты на все три вопроса ответишь «да», отбрасывай все сомнения и принимай решение. Джеф не будет ждать вечно.
Мэриел подумала, что она не может ни на один вопрос ответить «нет».
Когда она возвращалась домой, Джеф ждал ее у дверей. Они вошли в дом, и после того, как она уложила ребенка спать, Мэриел крепко поцеловала бывшего мужа. Она рассказала ему о предложении Розы устроить двойное торжество. Эта идея очень понравилась Джефу, хотя и озадачила. Он не ожидал, что все произойдет так быстро.
— Только у меня есть одна просьба, — тихо произнес Джеф. — Мне хочется, чтобы у нас была отдельная церемония. Мне все равно, кто будет первым. Я не хочу, чтобы мы произносили наши клятвы с кем-нибудь в одно время.
На этот раз, когда Джеф поцеловал ее. Мэриел ответила эмоциональнее, но ничто не говорило в ней о страсти.
— Мне бы очень хотелось заняться с тобой любовью, — глаза его блестели, — но я не могу сказать" что ты этого хочешь так же, как и я. Не на все сто процентов.
— На девяносто, — призналась она, не желая притворяться.
— Оставшиеся десять самые критические, — рассудительно заметил он.
— У нас еще есть неделя до свадьбы. Если каждый день я смогу прибавлять по одному проценту, тогда все будет в полном порядке, — пообещала она.
— Так, это девяносто семь процентов, — подсчитал Джеф. — Я не буду больше спорить.
Роза была крайне удивлена.
— Конечно, ты будешь выходить замуж отдельно, я и не предлагала произносить наши клятвы одновременно. Просто в один и тот же день. Мы бросим монетку. У кого «орел», тот и будет первым. Идет?
— Идет.
Мэриел выиграла.
Счастливая, что дело, наконец, решилось, она принялась за работу. Следующие дни были чрезвычайно беспокойными. Мэриел звонила в офис боссу, сотрудникам и друзьям, чтобы сообщить им о предстоящем торжестве и пригласить на свадьбу. Она долго решала, позвонить или не позвонить Томасу. Но потом отбросила эту мысль. Как бы Мэриел себя не подготавливала, но сказать ему: «Томас, я выхожу замуж», она не могла.
Она решила, что бледно-персиковое платье подойдет для обоих случаев: и на своей свадьбе, и на свадьбе Розы.
Мэриел достала фотографию своих родителей и внимательно рассмотрела ее. Под стеклом, в старой рамке на пожелтевшем снимке стоял отец, Стефан Джонас, рослый и гордый в строгой армейской форме. Он обнимал молодую и счастливую женщину в цветастом платье и в смелой шляпке с белой вуалью — ее мать. Это была их свадебная фотография.
Мэриел поставила ее на место и направилась в кладовку, где хранились вещи матери. Ей хотелось найти что-нибудь «старенькое». Там она и обнаружила шляпу с большими полями и белой кружевной вуалью, в которой мать выходила замуж.
Мэриел принесла ее в гостинную и примерила. Шляпка прекрасно сохранилась и молодая леди выглядела в ней потрясающе. Нужно только поменять вуаль. Мэриел поставила перед зеркалом свадебную фотографию родителей и стала сравнивать себя с матерью. И тут она увидела на груди молодой женщины золотое ожерелье и медальон с камеей.
Она отложила шляпку и достала из шкатулки с драгоценностями старинную камею и лайковую сумочку, в которой лежали обручальные кольца ее родителей. На внутренней стороне отцовского кольца было выгравировано «Люби всегда, Ти». Будучи еще ребенком, Мэриел удивлялась, как мама могла написать эти слова изнутри.
«Люби всегда, Стефан» — эта надпись была на кольце матери. Мэриел померила его, но оно не подошло ей, зато кольцо отца было впору. Она одела его на левую руку. Скоро она снова будет носить кольцо Джефа и подумала, одобрили бы ее поступок родители. Мэриел повесила на шею медальон, поправила его и вернулась к зеркалу. На этот раз она осталась довольна.
Ширли права. В жизни нет никаких гарантий. Ее мать выходила замуж и не знала, что отец уедет на опасную и ненужную войну. Ее мать не требовала гарантий, она следовала велению своего сердца.
Во все времена жить было сложно. Все время приходится идти на риск и преодолевать препятствия. Хватило б только сил.
Золотое ожерелье было самым любимым украшением Мэриел. Она вспомнила, как мать вставила в медальон ее фотографию. Спустя несколько лет замочек в медальоне сломался, но мать не хотела его ремонтировать. Она говорила ей, что внутри находится человек, которого она любит больше всего на свете и поэтому нет причины открывать его.
Мэриел попыталась открыть замочек, но механизм не поддавался. Настало время поменять фотографию самого любимого человека. У нее был удивительный снимок Джимми подходящего размера.
На следующее утро Мэриел и Джеф зашли в департамент регистрации браков за разрешением на брак и оттуда направились в ювелирный магазин выбирать обручальные кольца. Мэриел не согласилась брать кольцо с камнем и выбрала тоненькое золотое колечко.
В магазине она подошла к ювелиру и попросила посмотреть медальон. Мастер заверил ее, что замочек очень просто починить. С чувством легкого беспокойства Мэриел оставила ему медальон для ремонта.
Джеф преподнес ей, как свадебный подарок, красивый золотой браслет и удивил щедрым ланчем в «Лорганьер».
И, как последнее испытание, Мэриел решила оставить Джимми в воскресение с Джефом, а сама ушла в кино. Она ограничилась небольшой беседой о распорядке дня ребенка и оставила номер телефона кинотеатра. Поначалу ее мучили дурные предчувствия, но Мэриел заставила себя успокоиться и с удовольствием посмотрела фильм. После окончания с трудом удержалась, чтобы не позвонить и узнать все ли у них в порядке.
Мэриел открыла дверь и удивилась. В доме царила необычная тишина, хотя дневной сон Джимми должен был закончиться час назад. Не было никакой записки и из холодильника исчезла запасная бутылочка смеси. Она быстро поднялась по лестнице и заглянула в детскую. Ни Джефа, ни Джимми там не было. В панике она побежала осматривать другие комнаты. И в спальне Мэриел увидела их. Джеф спал на кровати, а рядом с ним, свернувшись калачиком и прижавшись к нему, сопел спящий малыш.
Она облегченно вздохнула и на цыпочках спустилась вниз. Мэриел подумала, что для начала все идет превосходно. Джеф станет хорошим отцом ребенку, и если Бог смилостивится, возможно у них появятся общие дети.
Днем в понедельник она пришла забирать медальон.
— У нас уже все готово, — ювелир с гордостью продемонстрировал украшение, лежащее на черном брахате и нажал на замок. Крыша с легкостью открылась. Маленькая, удивительно отчетливая фотография улыбающейся юной Мэриел с хвостиком на голове.
— Похожа на вас, — сказал мастер.
— Так оно и есть. Ее положила сюда моя мать. А сейчас я хочу, чтобы здесь была фотография моего сына.
— Если вы так сделаете, то я не могу гарантировать, что замок опять не сломается. Такая вещь не предназначена для того, чтобы в ней носили фотографии. Внутри очень мало места. Медальон предназначался для миниатюры. Я не удивлюсь, если под фотографией окажется портрет.
Мэриел кивнула, разрешая вынуть снимок. Ювелир выбрал тонкие щипцы и профессиональным движением часового мастера отогнул уголок фотографии Мэриел. Как он и предполагал, под ней оказался старинный портрет молодого мужчины. От удивления у Мэриел захватило дух.
Ошибиться было невозможно. Миниатюра была написана в той же манере, что и портрет Лилии, только цвета казались немного ярче. Вечером дома Мэриел сравнила оба портрета и убедилась, что это на самом деле была пара. Она поставила их рядом на камине — золотой медальон и маленькую серебряную рамку. И тут она поняла, что оба портрета были созданы век тому "азад и впервые за все это время оказались вместе.
Жестокая шутка судьбы.
Из письма Джеймсона своему сыну, Мэриел знала, что он никогда не переставал любить Лилию. А Лилия хранила его портрет, живя с Бойсом. И то, что портрет Джеймсона перешел ее семье, убедительно доказывало — Лилия тоже всегда любила его. Они были вместе немного. Обстоятельства его семейной жизни и ее беременность вынудили их расстаться. Жизнь продолжалась и их любовь вынесла все испытания времени. «Всегда» — это надпись подходит к ним.
Томас открыл дверь и увидел, что в квартире творится настоящий бедлам. Пьяная Алиса кидалась на Талию, которая не пускала жену в детскую, где пронзительно кричала Дана.
— Ты слабоумная! Ты думаешь, слепой ребенок может что-то понимать? — совершенно пьяная женщина бросалась на дверь, перекрикивая испуганный плач малышки.
Когда Томас крепко взял Алису за руку, она извернулась, чтобы ударить его. Он выдвинул вперед плечо, принял удар и потащил ее в коридор. Талия быстро закрыла дверь в детскую.
— Что случилось? Что происходит? — требовал он ответа.
— А случилось то, что твоя идиотка, о которой ты так печешься, ничего не знает, — злобно вдохнула Алиса. — Похоже у нее с мозгами тоже не все в порядке.
Она прошла через гостиную и направилась к лестнице.
— И не смей больше поднимать на меня руку, — предупредила она, держась за перила.
Все. Теперь все. Он слишком долго шел на поводу обстоятельств. Надеялся, что произойдет чудо. Но вся правда заключалась в том, что ему придется платить за собственное бездействие.
Томас вернулся в детскую и тихонько постучал в дверь. Дана все еще заливалась слезами. Талия открыла ему и Томас взял свою крошечную рыдающую дочку на руки.
— Она так рассердилась, потому что Дана плюнула на нее, — высказалась Талия. — Томас, я не могу больше это выносить, — она печально вздохнула. — Это ужасно для ребенка и знаю, что ты ждешь от меня помощи, но миссис Сексон делает жизнь невыносимой для нас обеих. Мне с трудом удалось не подпустить ее к собственному ребенку. Решать тебе и Богу, но я говорю прямо сейчас, что хочу уйти, сразу же, как только ты найдешь кого-нибудь другого.
Дана наконец успокоилась и взяла бутылочку. Вскоре она уснула и Томас положил ее в кроватку. Потом они встали и отправились искать Алису и обнаружили ее, лежащей в комнате для тренировок. Томас перенес ее недвижное тело в спальню и позвал Талию в свой кабинет.
— Я развожусь, — решительно сказал он. — Ты не могла бы остаться, пока я занимаюсь разводом?
Талия кивнула головой в знак согласия и Томас был благодарен ей за немногословность. Она ушла готовить обед. Он взял телефон и позвонил Бари Куперу.
— Я принял решение, — сказал он своему другу, — которое тебе не понравится. Но мне понадобится человек, который меня прикроет. Ты не мог бы прийти завтра утром ко мне и захватить чистые копии договоров?
— Что происходит?
— Я развожусь с ней. Чего бы это не стоило, я выхожу из игры.
Чтобы избежать пробки на дорогах, Мэриел и Джеф выехали ранним утром во вторник. Джимми лежал в коляске, привязанный для надежности ремнем. Они ехали вглубь страны через горы Техачапи в направлении Йосемити. Их путешествие сильно затянулось из-за ежегодной миграции монастырских бабочек. Мэриел наблюдала за порхающими над полями хрупкими существами.
Машина шла на небольшой скорости. Черно-оранжевые бабочки поднимались и огибали их автомобиль, продолжая свой полет. Путешествие затянулось, и на место они прибыли позже, чем ожидали. Роза и Кел уже стали волноваться.
По прибытии второй пары все начали устраиваться в гостинице «Ахвани». А еще через час подъехала Ширли.
Стояла удивительная осенняя погода. Листья тополей и дубов окрасились в восхитительные оттенки желтого. Они ярко выделялись своим великолепием на фоне серого камня Эль Кептан.
Оранжевое солнце медленно скользило по небу над верхушками деревьев. Небосклон был окрашен в розово-лиловые и ярко-красные тона. После обеда компания решила отдать должное романтике. Поэтому, в духе старинных любовных романов, Джеф и Кел отправились ночевать в один номер, в то время, как Мэриел, Роза и ребенок поселились в другом. Было уже поздно, но никто не мог уснуть.
Мэриел достала портреты Лилии и Джеймсона и показала их Розе. Она поведала подруге историю ее предков.
— Мне очень хочется, чтобы у нас с Келом любовь длилась вечно, — мечтательно вздохнула Роза. — Я приняла правильное решение и счастлива. Ты тоже, только ты еще не знаешь об этом.
Она повернулась на другой бок и вскоре заснула. Мэриел посмотрела на часы. Скоро наступит новый день. Помедлив, Мэриел вышла на балкон и взглянула на Эль Кептан, на этот гранитный монумент. Ей хотелось впитать в себя силу и незыблемость погруженного во мрак камня. Над его куполом она увидела слабый меловой штрих луны, тонкий, как ресница. Этой ночью Мэриел была счастлива. В ее сердце не осталось никаких сомнений.
В среду утром в девять часов Томас открыл дверь Бари Куперу. Он представил своего адвоката сначала Талии, а потом жене.
— Я хочу, чтобы вы были свидетелями происходящего, — решительно сказал Сексон.
Алиса с опухшими глазами окинула обоих мужчин взглядом;
— Привет, юрист. Что происходит?
Томас пересек комнату и достал свой портфель. Исполненный решимости, он теперь держал себя в руках. Сексон достал из портфеля копию финансового соглашения и перечеркнутые страницы.
— Помнишь это?
— Что это?
По лицу Алисы было видно, что она отлично понимает, о чем идет речь. Она подняла подбородок и приготовилась начать сражение. Великолепно. Так и должно быть.
— Это соглашение, которое не стоит пяти миллионов долларов. Оно не стоит даже бумаги, на которой написано, — пояснил Томас и продолжал извлекать из портфеля копии, пока у него на руках не оказались все четыре экземпляра.
— Я уже подписал их и несу ответственность за содержание этих бумаг. И, так как я намерен уничтожить их, то пригласил сюда Бари. Чтобы потом не было никаких недоразумений.
По выражению глаз жены он догадался, что она не знает о его намерении. Тогда он швырнул ей какой-то лист с напечатанным текстом.
— У меня есть доказательства, что твой ребенок — не моя дочь.
Бари Купер резко повернул голову. Талия в другом конце комнаты от изумления села на стул. Томас избегал встречаться с ними взглядами. Алиса побледнела, но все еще не сдавалась.
— Ты сошел с ума.
— У нее положительный резус-фактор, следовательно, это не мой ребенок. У родителей с отрицательным резусом не бывает детей с положительным. Я прав, адвокат? Таким образом, это не моя проблема. Ты можешь забрать свою дочь отсюда прямо сейчас. Я выхожу из игры.
Томас был очень серьезен и он чувствовал на себе ошеломленный взгляд Алисы. Тем не менее сохранял безразличный вид. А она переводила взгляд с Купера на Талию, а потом опять на него, пытаясь решить, как вести себя в данной ситуации.
— Ты помешался, если думаешь, что тебе удастся выйти сухим из…
Сексон резко оборвал ее:
— Я не думаю, я знаю. У меня не будет проблем доказать, что ты забеременела с целью обманным путем склонить меня к браку. И я не думаю, что судья отсудит тебе за это пять миллионов долларов, — Томас оттолкнул ногой заслонку камина и протянул бумаги к огню. — Я бы поспорил, что они сгорят.
— Я не верю тебе, — Алиса снова обрела голос. — Ты не оставишь ребенка. Я знаю тебя.
— Ошибаешься. Это ведь не мой ребенок, — ответил он холодно и зло. Потом поднес документы ближе к огню и страницы начали заниматься. Один лист упал на горящее полено прямо в камин.
— Нет, — крикнула Алиса. Она поняла, насколько все серьезно. — Не сжигай его. Давай поговорим об этом.
— Поговорим о чем? Я больше не хочу жить с этим ребенком. А ты от меня не получишь ни цента. Мне кажется, все и так ясно. О чем нам еще говорить?
Загорелся второй лист и, выскользнув из рук, упал в огонь.
— Я не дам тебе пять миллионов долларов и не поддерживаю до конца жизни слепого ребенка, так как он не мой.
Третье соглашение оказалось в камине. Алиса схватила его за руку и вырвала оставшиеся листы. Несколько страниц обгорели и в комнате витал едкий запах жженой бумаги.
Талия, пораженная происходящим, направилась в кухню. И Томасу пришлось отойти от камина, чтобы удержать ее.
— Я понимаю, это неприятно, — тихо сказал он, — но необходимо, чтобы ты была свидетелем.
Томас смотрел в ее глаза, полные боли и отчаяния. Талия повернулась и села на маленький стульчик рядом с дверью. Томас посмотрел на Алису, она уже закрыла заслонку камина и стояла перед ним, как страж.
— Я говорю, что ребенок твой, и я ее мать, — Алису покачивало. Чтобы не упасть, она держалась за спинку стула.
— Давай не будем играть в игры, Алиса. Это не мой ребенок и ты знаешь, что я могу доказать это. Может ты хочешь еще раз услышать лекцию о резус-факторе? Я могу повторить.
— Весь мир думает, что она твоя дочь. Ты готов был убить меня, так как был уверен, что я во всем виновата. Ты пытаешься отделаться от меня. Но я вытяну из тебя все деньги и придумаю еще что-нибудь. Скажите ему, адвокат, я могу это сделать?
Бари Купер прервал их спор:
— Мне бы не хотелось продолжать разговор, пока у вас нет адвоката, — решительно заявил он. — У вас есть адвокат, Алиса?
— Нет, он мне и не нужен.
— Нет, нужен, — сказал Купер.
Да, я думаю, ей следовало пригласить адвоката, потому что делу уже дан ход, — с угрозой в голосе произнес Томас.
— Давайте, я позвоню Мейсону, — Купер снял трубку. — Он найдет кого-нибудь.
Через полчаса в квартире Томаса Сексона появился известный и почитаемый Торнтон Сандлер, личный адвокат Джона Мейсона. Он прибыл в полном теннисном обмундировании, совершенно непригодном для данного случая. Свой дипломат и оперативный серый телефон он поставил на столик для кофе.
— Я здесь по просьбе Джона, — раздраженно начал он. — Кто-нибудь скажет мне, в чем дело?
— Я хочу получить у Тома Сексона развод, — резко произнесла Алиса, — и пять миллионов долларов, которые он согласился мне выплатить. Мы уже подписали соглашение и мне хочется убедиться, что мои права защищены.
Она протянула адвокату подписанный документ.
— Томас не согласен с изменениями, внесенными в документ после его подписи. Документ недействителен.
— Он подписан, значит имеет силу, — настаивала Алиса.
Обе стороны ждали, пока Сандлер прочтет документ.
— Согласно этому документу, вы вдвоем предварительно договорились по вопросу опекунства над вашей дочерью. Но Алиса, подписывая соглашение, вычеркнула из него условия, касающиеся этого вопроса, — объявил Сандлер, подводя итог прочитанному.
— Мой клиент располагает новой информацией и не намерен больше ничего подписывать.
— Мы уже пришли к согласию, — хриплым голосом произнесла Алиса.
— Я подписал договор, при условии, что буду опекуном. Если я подпишу его заново, то условия опекунства останутся прежними. Иначе мы встретимся с тобой в суде.
— Я знала, ты хочешь, чтобы она осталась с тобой, — в голосе Алисы чувствовался триумф. — Не выйдет.
— Я принимал Дану за своего ребенка. Но, к сожалению, это не так. И я приложу все силы, чтобы этот факт был принят во внимание, — Томас понимал, что выглядит озлобленным, но сейчас ему нельзя вести себя иначе. — Алиса, конечно, права. Все считают Дану моим ребенком. И в моих интересах сохранить подобное мнение. Впрочем, я могу отдать слепого ребенка в приют также быстро, как и она. Я хочу внести в соглашение пункт о моем абсолютном опекунстве над ребенком. В противном случае ничего не выйдет.
Сексон посмотрел на нее уничтожающим взглядом:
— Это просто сделка, Алиса.
— Подожди, ребенок, о котором идет речь — не твой? — вмешался в разговор Сандлер, желая вступиться за свою подопечную. Чтобы удостовериться, он еще раз перечитал документ. — Но в соглашении об этом не упоминается.
— Не упоминается, но я лично могу доказать это. Она уже призналась, что забеременела для того, чтобы выйти за меня замуж.
— Это правда, Алиса? — теперь Сандлер уже забыл о теннисе. С ним такие шутки не проходили.
Мужчины ждали, когда Алиса нарушит свое упорное молчание.
— Если придется, я могу в судебном порядке сделать анализы крови, — Томас решил использовать все свои преимущества. — Во время родов ее оперировали, так что обе группы крови уже записаны в клинике.
— Да, это не его дочь, — наконец Алиса сдалась. После признания Алисы тишину нарушил Сандлер:
— Подобное заявление существенно меняет дело, джентльмены. Располагая такими фактами, я не могу поручиться, что ей удастся передать опекунство над ребенком по этому или другому соглашению.
Томас выскочил из кресла.
— Я не прошу вас давать мне поручительства, — гневно обрушился он на адвоката. — Ей решать. Если откровенно, мне наплевать, что она сделает. Но если она попытается через суд обязать меня платить за слепого незаконнорожденного ребенка, я хочу, чтобы судья знал, что ей был дан компетентный совет.
— Компетентный? Компетентный! — разозленный Сандлер повернулся к Алисе. — Я не рекомендую вам, моя дорогая, заключать подобное соглашение. Злые языки могут истолковать его как продажу ребенка. Знайте, если вы подпишите его, вы поступите вопреки моим рекомендациям.
— Что произойдет, если я вызову его в суд? — Алиса смотрела на адвоката, прищурив глаза.
— Я думаю, что не может быть и речи о том, что вас лишат опекунства над вашим ребенком, — заверил Сандлер.
— Допустим. А как будет с деньгами?
— Если будет доказано, что вы вышли замуж за мистера Сексона обманным путем и этот ребенок на самом деле не его, о чем вы заявили в присутствии нейтрального свидетеля, — Сандлер кивнул в сторону Талии, — то все же возможно, что суд пожелает, чтобы определенная сумма денег была положена на счет вашей дочери. Тем не менее, я не могу давать никаких гарантий, и нельзя заранее предсказать решение суда. Если все-таки подобное решение будет принято, я не могу назвать вам сумму без проверки всех обстоятельств. Но думаю, это составит, по меньшей мере, несколько тысяч долларов. Возможно несколько сот тысяч долларов. Но опять же, никаких гарантий.
— Я подпишу это. — Алиса взяла из рук Сандлера ручку. Адвокат был возмущен до глубины души. Он не мог вспомнить, чтобы за последнее время хотя бы один клиент пренебрег его советами.
— Вы не поняли, что я сказал? Вполне возможно, что сохранив дочь, вы получите значительную сумму денег.
— Я все поняла. Если не подпишу, ребенок останется со мной. А деньги либо будут, либо — нет, правильно? Я подпишу это соглашение на пять миллионов долларов, и пусть он забирает ребенка.
— Это непродуманный, но правильный расчет, — натянуто сказал адвокат.
— Я хочу подписать. Он может получить ее. Томас вздрогнул и отвел взгляд, с трудом скрывая отвращение. Торнтон Сандлер едва сдерживал свой гнев, а Бари Купер подскочил с дивана и извлек из дипломата второй экземпляр соглашения. Он протянул их разгневанному коллеге для внимательного изучения. Через несколько минут Сандлер кивнул, считая документы юридически правильно составленными и передал их на подпись Алисе.
— Надеюсь, вы понимаете, что передаете опекунство над своим ребенком в пользу Томаса Сексона, в ожидании решения вопроса о вашем браке. И соглашаетесь не вызывать его в суд, ни еще куда бы то ни было, раз соглашение вами подписано?
— Конечно, понимаю. Я не глупая. Я с первого раза поняла, что это значит, — не торопясь, Алиса подписала все бумаги, потом передала ручку Томасу, чтобы и он поставил свою подпись.
Минуты две Томас возбужденно расхаживал по комнате, показывая свое нежелание вступать в какие бы то ни было переговоры. Наконец он подписал документы. Оба адвоката и Талия поставили свои подписи как свидетели. Купер отдал по копии Сандлеру и Алисе, а остальные бросил в дипломат. Затем он достал другой пакет документов.
— Это твоя копия заявления о разводе, — сказал адвокат Алисе. — Она была составлена вчера утром, на случай, если нам удастся договориться. Этот документ имеет юридическую силу.
Алиса швырнула бумаги Сандлеру и села на диван. В ее взгляде читалось подозрение, что ее обвели вокруг пальца в ее же собственной игре.
— Он может это сделать?
После того, как Сандлер кивнул, она встала, взяла свою сумочку и направилась к выходу.
— Чем быстрее это кончится, тем быстрее я получу деньги, — резко произнесла она, не обращаясь ни к кому лично. — За вещами я пришлю.
Алиса вышла и захлопнула дверь. Томас — неподвижно стоял у камина, на его лице застыла злость. Купер захлопнул свой дипломат.
— Ну что ж, думаю, все стало на свои места, — сказал он, стараясь произнести эти слова как можно дружелюбнее. — Спасибо за услугу, Торнтон, — обратился он к Сандлеру. — Я думаю, мы прекрасно справились с этой трудной ситуацией.
— Не представлял себе, что женщина на такое способна, — задумчиво ответил адвокат. — Томас, я очень надеюсь, что когда мы встретимся в следующий раз, мы будем с тобой по одну сторону баррикады. Уверяю тебя, я сделал все, что мог. Ведь все в порядке?
— Да, Торнтон, все в порядке, — вежливо ответил Томас. — Мне хотелось, чтобы она получила самый лучший компетентный совет. Для меня ничего неожиданного не произошло.
Купер и успокоившийся Сандлер направились к двери. Бари проводил коллегу и вернулся в гостиную. Томаса и Талии нигде поблизости не было видно. Он обнаружил их в детской. Томас прижал Дану к груди и нежно гладил ее по спинке.
Купер перевел взгляд с одного сияющего лица на другое и понял, что Сексон, так же, как и Алиса, вырвался из петли.
— Мне казалось, я упаду замертво, когда ты сказал, что Дана не нужна тебе, — с укоризной произнесла Талия. — Честное слово, я не знала о твоих намерениях.
— Если бы ты все знала, то не была бы такой рассвирепевшей, и Алиса могла бы заподозрить подвох.
— Да, я была очень сердита на тебя, это точно. Я собиралась подсыпать тебе яд в обед. Ну конечно, не яд… — она опять рассмеялась. — Единственное гарантирую, что тебе пришлось бы помучаться.
Бари Купер присоединился к их веселью:
— В какой-то момент я действительно подумал, что ты не собираешься подписывать, — добродушно проворчал он. — И успокоился, только когда ты начал прогуливаться по комнате.
— Да, может быть я зашел слишком далеко, — признался Томас. — Но мне хотелось убедиться, что она купится на это.
— Ну, если я купился, то она тем более, — заверил его адвокат. — Если ты когда-нибудь бросишь сниматься, из тебя может получиться чертовски хороший адвокат.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Всегда с тобой - Реник Джин



Можно почитать.
Всегда с тобой - Реник ДжинКэт
5.11.2014, 16.13





Несмотря на то что героиня по характеру мягкая простушка по поступкам она намного решительней и честнее чем главный герой вроде мачо, а по поступкам как нерешительная барышня. А так роман отличный, понравилась интрига вокруг наследства и хорошие подруги вобщем читайте!
Всегда с тобой - Реник ДжинСветлана
7.11.2014, 9.46





Несмотря на то что героиня по характеру мягкая простушка по поступкам она намного решительней и честнее чем главный герой вроде мачо, а по поступкам как нерешительная барышня. А так роман отличный, понравилась интрига вокруг наследства и хорошие подруги вобщем читайте!
Всегда с тобой - Реник ДжинСветлана
7.11.2014, 9.46








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100