Читать онлайн Огненный цветок, автора - Райт Синтия, Раздел - Глава 9 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Огненный цветок - Райт Синтия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.6 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Огненный цветок - Райт Синтия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Огненный цветок - Райт Синтия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Райт Синтия

Огненный цветок

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 9

25 июля 1876 года
— Не могу поверить своим глазам! — заявила Энни Сандей Мэттьюз, положив руки на бедра и глядя на сына. На высокой, красивой женщине с густыми каштановыми волосами было сшитое со вкусом платье из ткани цвета красного бургундского вина, оттенявшего ее глаза. Карие и широко расставленные, они никогда не скрывали ее чувств и суждений.
— Мама, что ты здесь делаешь? — Губы Лиса были настолько сухими, что он едва выговаривал слова. Лежа на постели Виктории, он не мог ни пошевелиться, ни встать, чтобы поздороваться с матерью. Стыд нахлынул на него мощной волной.
— Посмотри на себя, Дэниэл Мэттьюз! Как ты мог опуститься так низко? Я бы подумала, что ты болен, но слышу запах виски и твоего немытого тела. — В ее глазах не было упрека, только печаль. — Ты сделан из более крепкого материала. Что бы тебя ни опустило так низко, ты должен бороться с этим. Встань!
— Не могу! — закричал он.
Чья-то рука затрясла его, сначала мягко, затем посильнее.
— Лис, проснись! Тебя опять мучает дурной сон, голубчик.
Он открыл горящие глаза и увидел над собой лицо Виктории.
— Где она?
— О ком ты говоришь? — она поднялась с постели в кружевных панталончиках и сорочке. Виляя задом, подошла к зеркалу и стала закалывать волосы.
— Знаешь, милый, я ждала, пока ты выйдешь из этого, но, по-моему, тебе хуже. Ты мне слишком нравишься, чтобы я позволила тебе напиваться до смерти в моей постели! — Она кокетливо улыбнулась ему через плечо: — Если откровенно, то у меня были другие планы!
Лис осторожно попробовал сесть и обнаружил, что не может перекинуть ноги через край постели. В голове у него не стучало, как обычно после похмелья, и он решил, что предыдущей ночью Виктория не принесла ему новую бутылочку. Он ждал, пока она принесет ее часов в девять и, наверное, заснул… или напился до потери сознания. За двенадцать часов он немножко протрезвел, достаточно, чтобы Энни Сандей прокралась в его сознание.
— Я ценю твою доброту, Виктория, — хрипло сказал он. Она удивленно уставилась на него, а затем бросилась наполнять бокал водой, чтобы дать ему напиться.
— Да ладно, голубчик, думаю, в конце концов, ты будешь жить!
Выпив воды. Лис сказал:
— Боюсь, что это правда. И я собираюсь вымыться и плотно позавтракать чем-нибудь горячим.
— Так ты покидаешь меня? — Виктория бесстыдно уселась рядом с ним на скомканной постели и наклонилась вперед так, что ее грудь коснулась руки Лиса.
В полуулыбке, не затронувшей его глаз, появился цинизм:
— Ты переоцениваешь меня. Если я двигаюсь, это еще не значит, что я достаточно горяч, чтобы поваляться с тобой. — Увидев в ее глазах искру страсти, он добавил: — Пока, во всяком случае.
— Не знаю, что было с тобой, но это было достаточно сильно, — мурлыкала Виктория. — Ты вернешься? Разве ты не обязан мне за то, что я заботилась о тебе?
Лис засмеялся.
— Ну, у тебя будет время для маневра! Ты же продаешь свою любовь, Виктория!
— Не тебе, голубчик!
Она придвинулась ближе и своими полными губами почти коснулась его губ. «Что за черт», — подумал он и скользнул рукой за ее спину. Целуя ее, он почувствовал легкое возбуждение, и это дало ему надежду. Может быть, в конце концов, он и будет жить, как сказала Виктория. Он уже не будет тем же самым человеком, но он будет жить. Лис решил, что лучше жить, чем быть мертвым, даже если он чувствует себя обесчещенным.
— А сейчас я должен идти, — пробормотал он, отступая назад.
— Я знаю, — тяжело вздохнула она. — Сегодня понедельник и все девочки идут в баню. Хочешь вернуться сегодня вечером и иметь меня чистенькой и напудренной?
Лис встал и потянулся.
— Я ценю предложение, но не жди меня. Мне нужен свежий воздух. Не знаю, когда я буду готов вернуться в «Жемчуг».
Он оделся, провел рукой по взъерошенным волосам и увидел свое отражение в подернутом дымкой зеркале на бюро. Это зрелище отрезвляло! Глаза заплыли кровью, цвет лица напоминал о смерти. На мгновение к нему вернулось воспоминание об Энни Сандей, явившейся ему во сне. Лис почувствовал отвращение к самому себе.
Виктория подержала ему дверь, и он исчез. Со свободно свисающими подтяжками он спустился по лестнице. У него стала болеть голова, как будто его мозг распух, а глаза жгло как огнем. Обогнув угол, он кивнул нескольким мужчинам, играющим в карты. Салун в столь ранний час был почти пуст, если не считать Бесси и нескольких других девушек. Лис лишь бегло взглянул на них, но и этого оказалось достаточно.
Он видел всего лишь одну женщину в мире с таким цветом волос. Лис видел лишь спину девушки, она, жестикулируя, говорила с Бесси. Ее волосы мармеладного цвета были уложены в пучок локонов на затылке, на ней было нескромное платье из красновато-коричневого шелка.
Лис не думал — он действовал. У него перед глазами, казалось, мелькали искры, когда он под скочилк бару, схватил девушку за плечо и повернул к себе.
— Что, черт побери, вы здесь делаете? — его голос дрожал от гнева.
Девушка испуганно вскрикнула и попыталась освободиться, и только тогда он понял, что это вовсе не Мэдди. У Лиса возникла мысль, что ему опять приснился дурной сон. Бесси встала между ними и начала браниться:
— Лис, что это на тебя нашло? — Обняв девушку, она прошептала: — Не обращай внимания, Лорна! Он только что встал с постели… после болезни, я правильно говорю, гмм, Лис?
Он потер лицо, мельком взглянув на испуганную Лорну.
— Прошу прощения, мэм. Меня потряс цвет ваших волос, и я принял вас за другую. Мне не пришло в голову, что у двух женщин могут быть такие необыкновенные волосы, особенно в одном городе!
Успокоившейся Лорне удалось философски улыбнуться.
— В этом вы, по-моему, правы, потому что я, конечно, не родилась с этим цветом волос.
Ол Свиринджен подошел к Лису сзади и похлопал его по плечу. Лис старался избегать Свиривджена за три мили, так как на «Бесплодных землях» все знали его как развратника.
— Рад видеть тебя в наших краях, приятель. Уверен, ты поймешь, если я установлю тебе плату за жилье, ну, скажем… три доллара за ночь?
Свиринджен говорил таким заискивающим тоном, что Лису захотелось застрелить его, тем самым избавив всех девушек от страданий. Мысль эта приятно пощекотала нервы Лиса, но вместо этого он расплатился с Олом, хотя уже дал Виктории сумму гораздо больше этой. Но об этом он не намерен говорить хозяину, боясь, что этот змей потребует с нее свою долю. Умом Лис понимал, что девушки из «Жемчуга» и других публичных домов занимались проституцией не потому, что Свиринджен или кто-то другой держал дуло пистолета у их виска, но все же всегда испытывал потребность освободить их.
Сегодня утром Лис сказал себе, что будет заниматься собственным делом, как любой другой на Западе. Честь и этика были для него теперь запретным удовольствием. Если бы он решил жить со своими прежними понятиями о совести, он бы больше никогда не смог спать по ночам.
Набив деньгами Лиса мешок с золотым песком, Свиринджен повернулся к Лису и схватил его за плечо.
— Куда торопимся, сынок? Еще минуту назад ты был не прочь познакомиться с нашей новой девочкой. — Он многозначительно посмотрел на Лорну: — Познакомься с Лисом, Лорна! Это один из красавчиков Дидвуда.
Она послушно улыбнулась.
— Здравствуйте!
Кивнув, Лис сказал:
— Простите еще раз за мою грубость. — Пока они обменивались любезностями, Лис рассматривал Лорну, потрясенный ее схожестью с Мадлен. В этом была какая-то ирония… но она придавала ему странную уверенность. Он начинал испытывать волнение, даже думал о Мэдди, и это его порадовало, особенно теперь, когда его постоянно терзало чувство вины из-за Литтл Бигхорн. Если он начнет испытывать влечение к Мэдди, он может прийти и к Лорне. С циничной улыбкой он пожал ее руку, заметив: — Надеюсь еще раз увидеть вас, мэм!
— Приходите скорее, чтобы послушать, как я пою! — воскликнула она. — Мистер Свиринджен вывез меня из Чейенна и восхищен моим голосом. Мне только надо взять несколько уроков!
Бесси мельком взглянула на Лиса из-за спины Лорны, подняв бровь, а Ол откашлялся:
— В таком случае, — ответил Лис искренно, — я буду с нетерпением ждать вашего выступления!
С этими словами он попрощался и вышел на утренний солнечный свет. Зрелище и запахи «Бесплодных земель» его больше не привлекали. Жизнь, даже тусклая, была желанна, и он блаженствовал, выйдя из помещения.
Прежде всего он отправился в прачечную Вонг Чи, расположенную в верхней части Главной улицы в китайском квартале.
Лису нравилась экзотическая панорама квартала, где маленькие неказистые лавочки были заполнены китайской вышивкой, шелками, изделиями из тикового и сандалового дерева и фарфора.
Торговцы зазывали Лиса и льстивым тоном пытались соблазнить на какую-нибудь покупку. Частенько попадались опиумные курильни и притончики с азартными играми. По китайскому кварталу прогуливалось множество белых, желающих хорошо провести время. Аура опасности погрязнуть в чужой среде добавлялась к волнению, вызванному опасностью совершить непристойность.
Лично Лиса эти развлечения не интересовали, но сегодня он с удовольствием наблюдал за жизнью квартала. В прачечной ВонгЧи, где одежда стиралась с таким же совершенством, с каким воды залива омывают гравий, жена Вонг Чи обрадовалась, увидев его, но от Лиса не ускользнула тревога, которую вызвал у нее его вид. Хорошо хоть, что он наконец пришел за своей чистой одеждой!
Неся аккуратный сверток, Лис направился в баню, ступая по шевелящимся доскам тротуара, проложенного по всей длине Главной улицы. Заставив старого Френчи притащить из бухты двойное количество свежей воды. Лис дважды отскребал себя, затем побрил шею и подровнял бороду, чтобы она приняла форму его точеного подбородка.
Наконец, в светлых серых брюках, заправленных в сапоги, и свободной красной ситцевой рубахе Лис появился на улице с легкомысленным видом.
Проповедник Смит на углу на своем ящике, в небольшой толпе мелькнуло лицо Горе-Джейн… Лис высоко поднял голову и поспешил к Большой Центральной гостинице. В городе, особенно в китайском квартале, было много и других ресторанчиков, но Лису не терпелось отведать лепешек тетушки Лу Марубенкс.
Внутри гостиницы седой старик продавал «Пионера Черных Холмов».
— Вы слышали, Кастер и все его люди направились к горному ущелью? — спросил он, когда Лис остановился, чтобы купить газету.
— Это было кровавое дело, но вы же знаете этих красных дьяволов. Теперь они налетели на Холмы и, вероятно, скоро будут в Дидвуде. Можете прочитать здесь об этом! — Сморщенный старичок оглядел Лиса безразличным взглядом: — Жаль, я не умею читать.
Лис взял газету и выгнул бровь:
— А мне иногда жаль, что я умею.
Он подождал, пока перед ним поставили две чашки кофе, лепешки и пирожки с мясом, и только тогда развернул газету. Лис медленно поглощал завтрак и печатное слово.
Среди возвышенных сообщений о местных новостях находилась колонка хроники. Казалось, больше всего фактов и слухов было собрано относительно гибели Кастера и 225 человек из Седьмого Кавалерийского полка. Лис знал, что рота «С» была среди тех, кто сражался и погиб с Кастером. Майор Рено и капитан Бентин, командующие другими батальонами, пошли другими дорогами и повстречались с индейцами, как сообщала газета. Кастер проследовал вперед и, по-видимому, решил атаковать без подкрепления.
Сообщалось, что битва сопровождалась отвратительно-жестокими увечьями, и «Пионер» заключал:
«Есть только одно решение индейского вопроса. Враждебные сиуксы должны быть истреблены, а белых, продающих им боеприпасы, надо вешать везде, где их только найдут. Пусть правительство призовет бригаду Черных Холмов и пошлет ее на поле боя».
Лис положил вилку и оттолкнул тарелку. Он продолжал читать отчеты о последних рейдах, совершаемых бандами противника в такой близости от Дидвуда, что горожан предупреждали, чтобы они прекратили без нужды стрелять из своих винтовок и пистолетов. «Берегите ваши боеприпасы, ребята, — советовала газета, — пока обстановка не станет более мирной в части индейского вопроса».
Вздохнув, Лис откинулся на спинку стула и еще немного пощипал завтрак. В его голове мелькали картины утра двадцать пятого июня, когда он покинул полк, людей, которые теперь лежали на склонах холмов Монтаны, Каспера, вопящего: «Я сотру с лица земли всех индейцев континента с помощью Седьмого Кавалерийского полка!» Разве не предупреждал Кровавый Нож, разведчик: «Впереди больше индейцев, чем у нас пуль…»
При этих воспоминаниях по спине Лиса пробежал холодок. Кровавый Нож тоже погиб, сообщал «Пионер». Он был с Рено в относительной безопасности и все же получил в лоб шальную пулю сиуксов. Лису снова захотелось назад, в комнату Виктории, где бы он мог убежать в свое одиночество. Ему хотелось задуть эти мысли, как пламя свечи. Вопросы этики и тот факт, что Кастер приказал ему покинуть полк, казались ему неуместными. Он просто не мог стряхнуть с себя чувство вины.
Поднявшись, Лис заплатил и направился к выходу. В дверях он почти столкнулся с молодым человеком, похожим на банкира с Восточного побережья: в коричневом сюртуке, двубортном жилете, безупречной белой рубашке и тонких желтовато-коричневых брюках. Когда Лис пробормотал слова извинения, лицо человека загорелось радостью.
— Нет, нет, это вы простите меня! Я не имел ни малейшего понятия, куда я иду. Я только что приехал, и, если честно, вы первый, кто заговорил со мной вежливо! — Он снял котелок, обнаружив копну прекрасных светлых вьющихся волос, и протянул руку: — Разрешите представиться, сэр. Я Грэхем Горацио Скоффилд, третий из бостонских Скоффилдов.
— А! — Лис прикусил губу, делая усилие, чтобы не рассмеяться.
— Приятно познакомиться с вами, приятель. Я Лис.
Увидев, что вновь прибывший ждет дополнительной информации, он добавил:
— Добро пожаловать в Дидвуд. Вот, возьмите мою газету. Там вы найдете ответы на все ваши вопросы.
— Очень любезно с вашей стороны. А комнаты в этой гостинице приличные?
Лис поднял голову.
— Если вы приехали искать приличий, мой друг, то боюсь, вы ошиблись городом. Хотя еда в Большой Центральной гостинице первоклассная, а если вы поспрашиваете, то, может быть получите лучший совет относительно комнаты в гостинице. Есть несколько новых гостиниц, но я там не жил.
— Благодарю вас! — Скоффилд с энтузиазмом пожал ему руку. — Очень любезно с вашей стороны, что вы помогли мне. Я ценю это гораздо больше, чем вы думаете.
Лис посочувствовал молодому человеку, наблюдая, как тот блуждает по ресторану. Он редко видел человека, более напоминавшего выброшенную на берег рыбу. Однако Лис не собирался заниматься благотворительностью, у него достаточно собственных проблем. С этими мыслями Лис повернулся и зашагал к дому.
— Когда вернется Лис? — в сотый раз за пять дней спрашивал Титуса Бенджамен. Оба сидели на пороге хижины Лиса, рассматривая сгущавшиеся облака по другую сторону ущелья. Иногда Титус несколько минут что-то строгал, а потом снова прекращал работу.
— Я же сказал тебе, парень, что не могу сказать с уверенностью, но думаю, что скоро. Уже скоро.
— А вы уверены, что с ним все в порядке? А что, если индейцы добрались до него, как до генерала Кастера и всех этих солдат? Что, если…
— Бен, ты же помнишь, да? Друг Бешеного Билла Чарли Аттер видел его и говорил с ним. Он просто… был болен и решил остаться у друзей до тех пор, пока не почувствует себя лучше.
Бенджамен тяжело вздохнул.
— Я так скучаю по нему…
— Я тоже. — Титус оглянулся, осмотрев почти законченную хижину. Он сделал все, что осмелился, без указаний Лиса. Крыша была закончена, ступени и окна тоже, но входную дверь Титус делать не стал, так как знал, что Лис хотел сделать что-то особенное.
Последние пять дней он спал на грубом сосновом полу, скучая по виду звезд, заботился об Уотсоне и… ждал. Сейчас у него в желудке громко урчало.
— Бен, мальчик, почему бы нам вдруг не заявиться к тебе домой и не посмотреть, нет ли у твоей бабули каких-нибудь крошек, которыми она смогла бы поделиться с нами?
— 0'кей! — Мальчик вскочил, радуясь развлечению.
— По-моему, я видел, как она утром пекла что-то с грушами, вымоченными в бренди. Держу пари, вам это очень понравится, мистер Пим!
— Нисколько не сомневаюсь! — Титус со стоном поднялся на ноги, и они направились к дому Эвери. Уотсон, как обычно, был привязан к одной из сосен, и, подойдя, они увидели, что Мадлен гладит чалого и угощает его горсточкой овса.
Она повернула на солнечный свет лицо, и Титус заметил, что ее зеленые глаза стали уставшими и тусклыми от боли. И все же она была аккуратно одета: лютиково-желтое платье, белый садовый фартук и перчатки — а волосы отливали спелым персиком. На земле лежал садовый совок и стоял таз с рассадой, корни которой защищали комки темной земли.
— Мы устали ждать Лиса и подумали, что хорошо бы пойти поесть, — объяснил Бенджамен, стоя с важным видом рядом с Титусом, совсем как маленький мужчина.
Мэдди быстро встретилась глазами с Титусом.
— О нем все еще ни весточки? Ни словечка?
— Простите, мисс Эвери, но нет. — Корнуэллец изобразил веселую улыбку: — Но он придет! А что вы делаете в такой прекрасный день? Только не говорите, что намерены скормить все эти хорошенькие кустики Уотсону!
Ее щеки залила горячая краска.
— Вообще-то… я думала, что могла бы посадить кое-какие цветы вокруг… хижины. Теперь, когда она закончена и так прекрасно выглядит, мне пришло в голову, что немного цветов не помешали бы…
— Как Лис будет доволен!
Она еще гуще покраснела и наклонилась, чтобы поднять совок и таз.
— Ну, я просто искала, чем бы заняться…
— Пойдемте же, мистер Пим! — засуетился Бенджамен. — Я умираю с голода!
Мэдди напоследок приласкала Уотсона и направилась к хижине. Сердце ее болело. Бревенчатый дом выглядел новым и красивым и являлся олицетворением мастерства в городе, где жилища возводились в считанные часы и так же быстро разрушались от слишком сильного ветра, ударов кулака или повозки или от пули. Хижина Лиса характеризовала построившего ее человека, теперь Мэдди поняла это.
Склонившись перед дверным проемом, она начала рыть землю своим совком. Звук голоса Лиса, внезапная магия его улыбки, бескомпромиссная голубизна его глаз — все преследовало ее во сне и мучило днем. Бабушка Сьюзен оказалась права. Какую бы боль ни причиняло ей ее чувство к Лису, теперь она не хотела возврата назад. Впервые она испытывала великолепное, мучительное чувство, что она живет.
Где же он? Этот вопрос тысячный раз бередил ее ум и душу. Она начала неторопливо втыкать рассаду в землю. Мистер Хиккок заверил Титуса Пима, что Лис в безопасности. Произнес ли он слово «нездоров» или «болен»? На самом деле это не имело значения, потому что поведение Пима выдавало его. Ему плохо удавалась ложь, он пристально смотрел себе под ноги, откашливался и с каждым вопросом краснел все больше и больше.
Слабый внутренний голос намекал Мэдди, что Лис ударился в загул с одной из грязных голубушек с «Бесплодных земель». Не желая искать подтверждения этим опасениям, Мэдди перестала изводить Титуса своими вопросами. В дидвудском полусвете, к северу от Уолл-стрит, к услугам мужчин были, казалось, все известные миру пороки, и мужчины предавались им не моргнув глазом. На Западе господствовали другие ценности, и Лис, разумеется, был живым человеком. Дальше Мэдди не осмеливалась допускать свои мысли.
Она прихлопнула грязь вокруг последнего растения, которое будет маргариткой, и вытерла со лба бисеринки пота рукой в перчатке. Вдали послышалось тихое ржание Уотсона, и сердце ее забилось. Поднявшись на ноги и обернувшись, она увидела Лиса.
— Мисс Эвери, что это вы делаете? — не без иронии осведомился он.
Слезы сдавили ей горло. Она поспешно подошла к нему, дрожа от радости и все же ошеломленная происшедшей в нем переменой. Он похудел и побледнел за эти пять дней, под глазами лежали черные тени. Подойдя ближе, она увидела, что его снедает какая-то мука. Он выглядел затравленным, и это была самая большая перемена.
— Я… сажаю кое-какие цветы у вашей двери. Вы не возражаете?
— Они, вероятно, погибнут, — ответил он. В груди у нее все болело. Где тот красивый, неотразимый мужчина, который дразнил ее и насмехался над ней словами и прикосновением?
— Лис, — прошептала она. — Я рада, что вы дома. Мы все о вас волновались!
Мэдди стояла так близко к нему, что ее грудь почти касалась его ситцевой рубашки. Прежние чувства зашевелились в нем, как отблески упрямого огня. Лис не двинулся с места, когда она нежно прижалась к нему на одно лишь мгновение, подвергая его мукам Тантала своим ароматом.
«Слишком скверно, — подумал Лис. — Мне придется разбить ее сердце».




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Огненный цветок - Райт Синтия



НЕ ПЛОХОЙ РОМАН!!
Огненный цветок - Райт Синтиянекто
11.04.2014, 14.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100