Читать онлайн Любви тернистый путь, автора - Райт Синтия, Раздел - Глава 24 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Любви тернистый путь - Райт Синтия бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 6.22 (Голосов: 9)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Любви тернистый путь - Райт Синтия - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Любви тернистый путь - Райт Синтия - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Райт Синтия

Любви тернистый путь

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 24

Серьезная перепалка с Миген взволновала Лайона сильнее, чем он мог предположить. Стараясь избавиться от навязчивых воспоминаний о ее губах и голосе, от воспоминаний, которые преследовали его на протяжении всего вечера, Хэмпшир сразу после окончания спектакля проводил Присциллу в особняк Бингхэмов.
Лайон хотел пойти я таверну «Сити», где его друзья глушили густой и крепкий светлый английский эль и вели политические дискуссии. Однако в пути решил повидаться с Бенджамином Франклином. Было еще не поздно — едва десять вечера, но в окнах кирпичного дома Франклина свет уже не горел, и Лайон вновь обеспокоился состоянием здоровья доктора. Их беседы всегда поднимали дух Хэмпшира, вселяя уверенность в будущем, и потому в этот вечер он особенно нуждался в заразительном остроумии Франклина. Но Лайон все же посчитал за лучшее не нарушать покой своего наставника и отправился поднимать себе настроение элем.
Когда Хэмпшир наконец добрался до своего дома, то чуть не упал, споткнувшись о старый чемодан у двери. Он сбил кожу на пальцах, пытаясь отыскать круглую дверную ручку.
Поглаживая ободранные пальцы и бранясь про себя, Лайон все же открыл дверь, втолкнул чемодан в холл. И при свече прочитал на бирке два слова, написанные красивым почерком Энн:
«Миген Саут».
Лайон улыбнулся, сообразив, что Миген просто потребовалась ее одежда. Он взвалил чемодан на плечо и пошел в ее комнату.
Лайон тихо постучал, но, не услышав ответа, осторожно открыл дверь. Поленья в камине уже догорели до тлеющих красно-оранжевых углей. На огромной кровати Миген выглядела крошечной, по шелковым подушкам разметались ее роскошные волосы.
Сердце Лайона оборвалось. Он осторожно поставил чемодан на ковер и какой-то момент колебался: выйти из комнаты или остаться. Однако приданные ему элем безрассудство и дерзость легко взяли верх.
Миген спала в той же батистовой рубашке, которая была на ней в ночь, когда Лайон подошел к ее окну в особняке Бингхэмов. На этот раз, однако, она не застегнула ее на пуговицы.
Лайон ласково поцеловал ее нежную шею, затем его губы поднялись вверх, к полуоткрытым губам спящей.
Миген пробуждалась медленно, долго не понимая, реальность ли это, ибо любимый постоянно был героем всех ее снов.
На мгновение она предпочла, чтобы это была восхитительная фантазия: над ней подобно звездам мерцали любимые синие глаза. Лайон наклонился, чтобы снова поцеловать Миген, и она обвила руками его шею и позволила внезапно нахлынувшему волшебству рассеять свою настороженность и скованность.
— Я принес ваш чемодан, — прошептал Лайон, разрушая ее иллюзии.
— Вы перехитрили меня, — запротестовала Миген не очень убедительно. — Я думала, что вы — сон.
— Ну что же, благодарю вас, — ухмыльнулся Лайон. — Честно говоря, вы, найденыш, сами выглядите сновидением. — И ласково провел большим пальцем по ее щеке.
— Я благодарна за вещи. Ведь у меня до сих пор не было времени выстирать мое единственное платье. Только чистые фартуки…
— Вы напомнили мне, — прервал ее Лайон, — что я хотел избавить вас от ужасных черных платьев. Это, конечно, не значит, что вы не выглядите в них очаровательной. Но я все же считаю, что можно найти более веселенький цвет. Новую форму для вас выберу я.
— Могу себе представить, — бесстрастно проворчала она.
— Я не имею в виду, что хочу сменить тему беседы. — Лайон рассмеялся. — Но сегодня в театре я вспомнил, что так и не услышал ничего о том важном деле, о котором вы собирались со мной переговорить. Обсудим его сейчас или вы по-прежнему на меня сердитесь?
— Я… — Миген запнулась. — Мне нужно было бы это сделать. В глубине души я всегда.., но…
— Вы не В силах противостоять такому очаровательному распутнику?
— Вы льстите самому себе.
— Перед тем, как вы нанесете мне своим острым язычком еще одну рану, позвольте снова поинтересоваться, что же вы хотели обсудить.
Полусонная Миген сморщила нос, уловив запах спиртного.
Внимательнее вглядевшись в Лайона, она заметила, что один уголок его обычно твердого рта несколько опустился, в глазах появился вместо проницательной, бдительной настороженности мягкий блеск.
— Лайон, вы пьяны?
Он ухмыльнулся, сделав вид, что такое предположение оскорбительно. Его русые брови взметнулись вверх, и он тут же застегнул белую манишку. Миген заметила слегка перекошенный галстук, что выдавало необычную для Лайона небрежность.
— Неудивительно, что вы набрались наглости и ворвались сюда в разгар ночи!
— Я сегодня действительно выпил — чтобы притупить боль и изгнать из памяти ваше лицо. На какое-то время эль мне помог. Но сейчас он лишь ослабил мой постоянный контроль за своим сердцем и языком. Я почувствовал себя столь же обязанным раскрыть вам свои чувства, как это сделали вы сегодня вечером в отношении своих.
— Возможно, сейчас вам лучше уйти, — предположила Миген, правда, не очень настойчиво. — Я не хочу, чтобы вы сказали что-то такое, о чем завтра сожалели бы.
— Если бы я был трезв, — ответил Лайон с ироничной улыбкой, — то, наверное, ушел бы. Я надеялся, что смогу преодолеть искушение прийти сюда. Но вот как раз сейчас я смертельно ранен своей же самоуверенностью. Я болен ролью, которую должен играть при Присцилле, болен лживой ситуацией с вами, болен тем, что вынуждаю себя вспоминать свои амбиции всякий раз, когда мне нужно было бы прислушиваться только к голосу своего сердца. Вы сомневаетесь в том, есть ли оно у меня?
Да, маленькая, вы вправе сомневаться. Но сердце у меня есть.
Сейчас я вам скажу нечто и прошу вас внимательно выслушать это, ибо, когда я протрезвею, ко мне вернется и самоконтроль.
Лайон взял ладонь Миген и нежно разглядывал ее. На фоне его крупной и смуглой руки ладошка Миген выглядела трогательно крошечной. «Нежная, сладкая… — думал он. — Другой такой руки нет. Нет на земле служанки со столь бархатной, столь изящной ручкой».
— Миген, вы полагаете, что я использую вас как игрушку, ради пустого развлечения. Но сейчас я говорю, что вы ошибаетесь. Мои чувства к вам отнюдь не пустячные, хотя я попытался и пытаюсь убедить себя в их незначительности. Порой я делаю вам авансы, но не ради того, чтобы позабавиться, просто мой разум уже не в состоянии управлять моим сердцем.
Она заметила, как становятся жестче очертания его губ, а глаза загораются мучительным огнем желания. Миген не могла вздохнуть. Не могла даже пошевелить пальцем. А под батистом ночной рубашки до боли затвердели соски. Мерцающий свет от угольков в камине играл на лице Лайона, и Миген сладостно трепетала под его соблазняющим взглядом.
— Ах, Миген, если бы мы встретились раньше, до того как я распланировал свою жизнь! Если бы я узнал вас хотя бы годом раньше!.. Я бы тут же женился на вас. Но именно здесь — понимаете, здесь! — и зарыта собака. Всю жизнь я плевал на всякую осторожность, ставя лишь на то, что меня вызволит из трудностей мое невероятное везение. Я — дьявол!.. А потом, в кои-то веки, я встретил в жизни то, что захотел получить, но не мог: нечто серьезное — место в конгрессе. Можете ли вы хоть чуть-чуть осознать, что за силы меня отрывают от вас? В тот день, когда я приехал в поместье «Зеленые холмы», я жил своей идеей, был взвинчен мечтой о ее достижении. Брак без любви?..
Таков был единственный путь к вожделенной цели, и я был готов пойти ради нее на такой брак. Я был счастлив, что нашел хоть какую-то осмысленную цель в жизни, кроме сколачивания богатства и поиска приключений. Я уже не молод…
— О, Лайон! — Миген не смогла подавить деликатный смешок.
— Нет, я не молод! — перейдя в оборону, повторил он. — Что вы понимаете в этом? Сколько вам лет? Восемнадцать?
— Речь идет не о моем возрасте. Вы ворчите по поводу своих лет, будто у вас уже накупило старческое слабоумие.
Смотрите сюда! — Рука Миген проскользнула под распахнутый пиджак, чтобы коснуться его тонкой талии: на ней не было ни одного лишнего дюйма.
— Хотите сказать, что вам нравится моя внешность или что сделанный вами реестр моего тела основан на чисто объективных представлениях?
Миген так густо покраснела, что никакое пламя камина не могло скрыть ее румянец.
— Позвольте мне помочь. — Вежливый тон Лайона слегка пародировал ее речь. — Я полагаю, что открыл вам свое сердце Если хотите, открыл свою душу. Надеюсь, вы поняли, что положение становится все щекотливее, ведь разговор складывается не в вашу пользу Поэтому вы ухватились за обсуждение моего возраста как утопающий за соломинку.
У Миген к замешательству добавилось чувство обиды, и она попыталась вырвать свою руку, стараясь проявить силу воли.
— Если бы вы были трезвы, я стукнула бы вас, — холодно ответила она, полагая, будто достаточно и того, что Лайон уже узнал о ее намерениях.
Хэмпшир удивил ее своим смехом и желанием снова заключить в объятия.
— Вы очень деликатны, оценивая мою дряхлость, — пробормотал он ей на ухо, явно забавляясь ситуацией.
Миген боролась подобно котенку, впервые попавшему в воду: полна неистовства, но столь же беспомощна. Ей было совершенно ясно, что у Лайона на уме. «Я не познаю его тело!» — молча твердила она себе, продолжая сопротивляться, извиваясь в его горячих сильных руках.
Наконец Лайон пожалел Миген и уверенно нашел ее губы.
Ей хотелось воскликнуть: «Мошенник!» Но она только всхлипнула и теснее прижалась к нему, страстно отвечая на его поцелуй…
Миген рождалась и умирала от чувственного волшебства его рта, рук, всего тела. Миген лобзала горячими и сладкими поцелуями его лицо, пока Лайон ласково стягивал с нее рубашку.
Для Лайона она была столь же совершенна, сколь нежна и грациозна. С каждым поцелуем, с каждой лаской он распалял Миген, освобождая ее от скованности. Сегодня она была снисходительна и к себе, и к нему. «Может быть, из-за того, что я сказал ей? — подумал Лайон. — Поняла ли Миген это, пусть даже ничего не сказав?»
Когда ее уста льнули к его губам, когда она обольщала его с такой по-детски откровенной радостью, в Лайона вселялась уверенность, что Миген любит его. Любит его, несмотря ни на что.
Ни один из них не мог выразить свои чувства вслух, но всю ночь Лайон и Миген, вновь и вновь повторяя свои слияния, страстно говорили друг с, другом на самом красноречивом из вселенских языков.
* * *
Мягкий, абрикосового оттенка солнечный луч проник сквозь легкие драпировки балдахина на кровати, и с первым румянящим сиянием рассвета Миген открыла глаза. «О, — радостно подумала она, — так это и есть рай».
Лайон лежал навзничь, во сне прижимая Миген к себе. Их тоги переплелись… «Как изумителен этот феномен целостного существа „мужчина-женщина“! — размышляла она. — Можно ли удивляться тому, что именно энергия единения возносит нас на высоты экстаза и сбрасывает в бездны отчаяния?!»
Миген смотрела на Лайона — такого сильного и вместе с тем такого ранимого, что сердце ее сжалось от любви и, страха потерять его.
В планах, которые минувшим вечером она обдумывала, Миген не допускала подобного развития событий. И теперь, стараясь запечатлеть в памяти каждую черточку лица Лайона, она размышляла, не станут ли роковыми эти великолепные часы, проведенные с любимым.
Миген уже решила, что единственный способ завоевать сердце этого мужчины состоит в том, чтобы за недели, проведенные здесь, заставить Лайона понять: он без нее жить не сможет.
Хэмпшир также должен усвоить, что с положением любовницы Миген не смирится. Следовательно, надо изменить характер принятого компромиссного решения так, чтобы его осуществление зависело бы от Лайона. Но делать все надо постепенно и ненавязчиво, тогда он не поймет, какова же в этом роль Миген. Если только Лайон догадается, что она действует так же целеустремленно, как и он, то — и Миген это понимала! — все будет проиграно, капитан Хэмпшир никогда не смирится с тем, чтобы им манипулировали.
У нее и в мыслях не было, чтобы физическая близость стала главным фактором в их отношениях, во всяком случае, в той степени, какой близость достигла сейчас. И теперь она чувствовала, что природные инстинкты предали ее.
Когда Лайон целует, ее мозг горит, она уже слышит только зов своего тела. Но Миген знала, что сердце подскажет ей правильный выбор, потому что самое сильное оружие — это сила любви…
Она нежно поглаживала его плечи и покрывала легкими, как перышки, поцелуями шею Лайона, дразня своим юрким язычком, пока не ощутила, как напряглось его тело. Он медленно обнял Миген, вдыхая дивный аромат ее пышных волос.
— Вы ненасытны! — хриплым со сна голосом подтрунил он.
— Я знаю… Я ужасна…
— Вовсе нет, — прошептал он. — Вы поразительны.
Его уста прошлись по ее шее, вокруг уха, казалось, обжигая их, пока Миген не почувствовала сладостную боль внизу живота. Она покорно изогнула дугой свои бедра и теснее прижалась к дерзкому естеству Лайона. В ее чреслах вновь разгоралось желание, и Миген запустила свои изящные пальчики в его шевелюру.
Ее ответная реакция усилила желание Лайона. Он глубоко и с силой вошел в нее, и Миген, отозвалась с пылкой страстью. Их снова и снова поглощало опаляющее наслаждение…
Миген долго не могла отпустить Лайона и, удерживая его внутри своего лона, продолжала обвивать его мускулистую спину. Тела их покрыл легкий глянец пота, сердца, успокаиваясь, бились в унисон.
Миген прижалась лицом к его груди, а Лайон любовался копной ее иссиня-черных волос. Слезы счастья выступили на глазах Миген. Одна слезинка покатилась по ее щеке и капнула Лайону на грудь. Опершись на локоть, он пристально вгляделся в лицо Миген, и его окутала такая нежность… "На верхней губе у нее блестел тоненький налет влаги, словно роса на бутоне розы. Блестящие, черные как смоль волосы рассыпались по подушкам, оттеняя нежную прозрачность ее кожи, а в загадочных фиалковых глазах, как бриллианты, сверкали слезы.
— О, Лайон, не надо так смотреть на меня!
— Я размышлял, сколь не правдоподобно много вы сочетаете в себе: девушка и женщина, невинность и чувственность, классическая красота и возбуждающая пикантность, непосредственность и.., тайна. О чем думаете вы? — спросил нежно Лайон, осушая поцелуями ее слезы. — Вы оплакиваете нечто, о чем сожалеете?
Миген вздрогнула, лицо ее исказила гримаса душевной боли.
Она заговорила тихо и неуверенно:
— Я никогда не пожалею о своих чувствах. Я способна признать красоту — даже чистоту — того открытия друг друга, какое выпало нам. Отчасти мои слезы — это слезы счастья и слезы печали, а если и сожаления, то только о том, что я не умею жить одним настоящим днем, не задумываясь о том, что будет завтра. О мой великий великолепный лев, я хочу, вечно оставаться в ваших объятиях.
— Никто и не вынуждает вас покидать меня, Миген, — спокойно ответил он. — Более того, я вас умоляю провести остаток своей жизни со мной.
Лайон почувствовал слабость Миген — ее любовь к нему, но, видимо, недооценил силу чувств этой странной девушки, своеобразие ее неженского характера. Какое-то показавшееся долгим-долгим мгновение Миген пристально смотрела на Лайона, ее губы перестали дрожать, а тело словно окаменело.
— Если вы полагаете, что сломали мое сопротивление, сделали меня безвольной и беззащитной, то вы не правильно судите обо мне. Отбросьте свои заблуждения и перестаньте действовать так, будто я настолько глупа, что меня можно уговорить провести всю свою жизнь на положении легкомысленной содержанки.
Я пролила слезы из-за вас, но это не означает, что я превратилась в кисель! — Миген зло проглотила всхлипывание. — Ну и чего же вы добились подобным предложением? Вы очернили часы нашей любви, которыми бы я так дорожила…
Лайон понял, что ее тело сейчас отвергает его. Когда Миген закрыла глаза и прижала кулачки к своим губам, он отодвинулся и тихонько встал, зная, что не вправе обвинять ее в гордости или упрямстве. Ведь ему самому были присущи те же черты характера. Но главное — Миген была, конечно, права.
Застегнув бриджи, он надел рубашку и повернулся спиной к постели, на которой Миген теперь наблюдала за прекрасным восходом солнца. Она натянула одеяло до подбородка, и, даже когда Лайон приподнял со лба ее растрепанные влажные локоны, казалось, что Миген не обращает на него никакого внимания.
— Миген… Миген, взгляните на меня. За что вы меня казните?
Она подняла глаза, и лесные фиалки утонули в морской синеве.
— Если вы, Лайон, имеете в виду, что я поступаю как дитя, то ошибаетесь. Бывают времена, когда я жажду бежать от своих чувств, хочу вас забыть, онеметь. А сейчас все обстоит хуже…
Ибо несколько минут назад я вознеслась на такую блаженную высоту! Но вы только что решительно сбросили меня на землю…
Точно так же, как и в тот день на вилле «Марквуд».
— Миген, ей-богу, вы уподобляете меня чудовищу! Я лишь человек и тоже порой попадаю в серьезные переплеты. Но я не согласен с вами. Я знаю лишь одно: вы единственная женщина, о которой я хочу заботиться, которая стала величайшим счастьем моей жизни…
Миген больше не могла выдержать подобных заверений.
Она заставила себя заговорить:
— При этом Присцилла Уэйд будет вашей женой, матерью ваших детей, женщиной, согревающей вашу постель ночами? А что достанется мне? Торопливые завтраки? Нет, благодарю вас!
Забудьте об этом! Если вы еще раз явитесь ко мне с этим предложением, то это будет наш последний разговор!




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Любви тернистый путь - Райт Синтия



Чего-то не хватило...7
Любви тернистый путь - Райт Синтиялена
6.05.2013, 13.45





Чего-то не хватило...7
Любви тернистый путь - Райт Синтиялена
6.05.2013, 13.45





И да и нет! Чего то не хватило . Нет чудесного послевкусия что ли!
Любви тернистый путь - Райт СинтияА
6.10.2013, 15.05








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100