Читать онлайн Заблудший ангел, автора - Райс Патриция, Раздел - Глава 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Заблудший ангел - Райс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.27 (Голосов: 56)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Заблудший ангел - Райс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Заблудший ангел - Райс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Райс Патриция

Заблудший ангел

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 6

Точно не известно, где обитают ангелы – в воздухе,
в пустом пространстве или на планетах.
Богу вовсе не доставило бы удовольствия,
если бы нам стало известно, где их обиталище.
Больргер «Философский словарь»
– Да ты действительно ангел, – пробормотал Пэйс, возвращаясь на узкую, кровать Доры и откидываясь на подушки. – Каким, черт возьми, образом ты узнала, где мы находимся?
– Меня вел Господь, – просто ответила Дора, зажигая свечу и закрывая занавески, тем самым, преграждая дорогу тьме за окном. Но, говоря так, она была уверена, что Пэйс воспримет ее ответ как продолжение шутливого диалога, который шел уже давно. Но это не важно.
Пэйс что-то проворчал, а может быть, это был смешок, и в неверном свете свечи стал снимать рубашку.
– У тебя в сумке, наверное, нет бурбона?
– Полагаю, что нет.
Дора налила воду в таз и старалась не рассматривать в мерцающем свете полуобнаженного мужчину. Обычно она помогала своим искусством по уходу женщинам, но вскоре ее мысли сосредоточились только на кровавом пятне у него на боку.
– Просто перевяжи рану, чтобы остановить кровь. Утром я пойду к врачу.
Пэйс сморгнул, когда она обмыла рану холодной водой. Он потерял довольно много крови, и лицо в обрамлении темных волос казалось бледным. Дора могла вблизи рассмотреть усы – видимое свидетельство того, что он уже мужчина, а не мальчик, каким она его когда-то знала. И девушка снова посмотрела на кровоточащую рану.
– Надо наложить шов, – сказала она, притрагиваясь к краям раны.
Пэйс сморщился от ее прикосновения:
– Поосторожней, девушка. Плоть слаба.
Она тихо рассмеялась, достала нитку и кукурузную водку.
– Будем надеяться, что она также не слишком толстая. Мне не очень улыбается мысль протыкать ее иглой.
Пэйс широко раскрыл глаза и бросил на нее насмешливый взгляд, садясь тем временем на матрас и подняв вверх руку, чтобы ухватиться за прутья, полностью открыв доступ ее рукам к своему раненому боку.
– Да, тебя, наверное, ведет Господь. Но почему же он говорит с тобой, а не с теми, кому не мешало бы пригрозить геенной огненной и вечным проклятием?
Дора закусила нижнюю губу и пронзила иглой разорванную плоть. Его боль она чувствовала, как свою собственную, и изо всех сил старалась не зажмуриться от страха. Она удивилась, что он не закричал. Мышцы его напряглись от усилия не выпустить из рук прутья кровати. Нет, лучше не думать о его мышцах. Пэйсу досталось гораздо больше, чем он того заслуживал.
– Полагаю, Он говорит только с теми, чьи души открыты Ему, – сказала Дора больше для того, чтобы как-то отвлечь его внимание, чем просто ответить на глупый вопрос.
– Но это чертовски глупый способ вести дела, – процедил он сквозь зубы, – будь я на месте Господа, я бы проклял всех злодеев и никогда не трогал бы невинных.
Дора улыбнулась столь оригинальной идее и затянула нитку. Кровь все еще просачивалась, но течь остановилась. И Дора потянулась к губке и бинтам.
– Если бы ты был Господом Богом, то одними проклятиями не удовлетворился. Ты бы прибегнул к громам и молниям, и на земле осталось бы всего несколько человек.
Пэйс выдавил из себя улыбку, превозмогая боль от смачивания раны водкой.
– Страшно говорить с человеком, который слишком хорошо меня знает. Девочку переправили на тот берег?
– Ты бы не спрашивал, если бы не был в этом уверен. По дороге я встретила охотников за наживой, и одного из Хауэрдов, и, кажется, младшего брата Билли Джона. Он велел сказать тебе, – она помедлила, припоминая слова, – что за тобой должок.
– Проклятие, – выругался Пэйс и опустил руку, так как Дора наложила последний бинт. – Я не хотел, чтобы он догадался насчет тебя. Я обязательно постараюсь его убедить, что ты хотела спасти только мою никчемную задницу, а о девочке ничего не знала.
– Это была бы напрасная трата времени. – И Дора уложила свои снадобья в черную сумку.
Пэйс не позаботился накинуть свою окровавленную рубашку или как-то прикрыть себя иным способом, и ей было очень трудно не смотреть на то, как ходят мускулы на его забинтованной груди. И Доре решительно не хотелось замечать волосатую темную дорожку, бежавшую вверх от живота к поясу. Но все это было телесное, а не проявление духовности. Она должна возвыситься над низменной прозой жизни.
– Я все равно на подозрении независимо от того, виновна или нет.
Она была права, и Пэйс замолчал. Наконец он потянулся к рубашке здоровой рукой, и ткань закрыла плечо и часть груди. Взгляд его устремился мимо Доры. Он как будто не замечал ее.
– Ay тебя нет друзей или родственников, живущих на том берегу? – наконец спросил он и взглянул на девушку.
– Мало.
Ответ был краток. Даже через десять лет она оставалась чужой большинству квакеров. Дора знала, что, несмотря на все свои усилия, никогда не сроднится с ними. Возможно, там ее тоже не замечают, как и здесь, ее просто забыли включить в общину.
– Но тебе не надо беспокоиться. Со мной все будет хорошо.
Пэйс, полулежа, вытянул ноги на постели и подождал, когда пройдет головокружение, прежде чем попытаться встать. Наконец поднявшись, он, как башня, навис над тоненькой Дорой. Устремив на нее, любопытный и проницательный взгляд, он спросил:
– Как может быть хорошо, если живешь в сумасшедшем доме? Тебе пора жить уже своей собственной жизнью.
Да, подумала она, если бы она по-прежнему жила в Корнуолле, у нее, наверное, было бы что-нибудь вроде собственной жизни. Но ведь она тогда погибла, и теперь ее жизнь принадлежала другим. Но Пэйс этого ее рассуждения не понял бы. Она отошла в сторону, освобождая ему путь к открытой двери.
– Я действую в соответствии с тем, к чему призвана.
– Это сущая… – он явно старался подыскать слово повежливее, – чепуха, но мы продолжим спор позднее, а то я просто с ног валюсь от усталости.
И, не обращая внимания на ее встревоженный вид, Пэйс, шатаясь, направился к двери и вышел не оглянувшись.
Дора постаралась поопрятнее причесать жидкие волосы больной, заставила немного поесть и стала прибирать в комнате. Слова Пэйса о необходимости иметь свою собственную жизнь жгли ей душу, но девушка старалась не думать о них. Она не могла представить себе никакой другой жизни, кроме замужества с Дэвидом, но они могут вернуться к этому разговору только на следующий год. Однако даже и на это вряд ли можно надеяться, когда на границах штатов собираются две враждующие армии.
Неся поднос к лестнице, Дора услышала сердитый разговор, доносившийся снизу, и поморщилась. Она надеялась, что братья догадаются поспать подольше и не попадаться друг другу на глаза хотя бы в первый день, но мужчины семейства Николлз не отличались ни разумностью, ни сдержанностью. Она ненавидела склоки, но нельзя же стоять и дрожать на лестнице весь день.
По-видимому, Джози отстранилась от всего происходящего. Даже на четвертом месяце ее все еще тошнило по утрам. Дора надеялась, что сердитые голоса не слышны за дверью комнаты хозяина. Джози и так достаточно достается, незачем ей еще разрываться между членами семьи, их симпатиями и антипатиями.
– Не ври, Пэйсон! Хауэрд видел тебя. Власти в Лексингтоне клянутся, что видели тебя в окрестностях. Если ты хочешь развлекаться со своей проклятой любовницей, тогда заплати за нее, как это полагается уважающему себя мужчине. Это же воровство, Пэйсон! Ты вор и лжец и не стал лучше, чем был всегда, несмотря на все твои чудные звания. Господи, да от одного твоего вида меня с души воротит.
Дора замигала в недоумении, услышав громкие голоса. Слова ранят душу так же, как розги тело, и Карлсон Николлз хлестал ими, словно кнутом. В своем не терпящем возражений наступлении он был прав. С точки зрения закона помогать рабам бежать равносильно краже этих рабов, что бы там ни пытались доказать федеральные власти. Лучше бы ей не знать, что это юное существо, эта девчушка, – недавняя любовница Пэйса. От этой мысли на сердце у нее стало еще безотраднее.
– Не желаю стоять здесь и выслушивать ваше вранье. Я больше не беспомощное дитя. Мне от вас ничего не нужно. И я не жду от вас ничего, кроме оскорблений. Я приехал в надежде, что хоть на праздник мы можем заключить перемирие, но сейчас я поднимусь к матери, попрощаюсь с ней и не буду больше репьем у вас в волосах. Вы меня больше не увидите.
– Вот-вот, иди и разбей материнское сердце. Скажи ей, что мы тебя выгнали из дома. Иди и занимайся своими дурацкими делами, вместо того чтобы вести себя как подобает мужчине, но ведь ты трус и на это не способен.
В спор вступил Чарли:
– Подумать только, что он такое говорит. Ты когда последний раз сюда наведывался, чтобы поговорить с матерью?
Пэйс яростно отвечал:
– Да ты ведь не лучше.
Но тут, все еще с подносом в руках, в комнату вошла Дора.
– Вы очень громко разговариваете, – укорила она их, изо всех сил стараясь быть сдержанной. Ей совсем не хотелось встревать в их ссору. И ради себя она ни за что бы не стала этого делать, но девушка думала о других и поэтому у нее не было выбора. – Пэйсон, тебя зовет мать. Она хочет видеть тебя немедленно.
А затем взглянула бесстрастным, ничего не выражающим взглядом на красивого мужчину, опершегося о буфет.
– Не думаю, что Энни позаботилась сегодня утром о твоей жене. Джози должна есть, как следует, если ты хочешь, чтобы она доносила ребенка до конца беременности.
Ее спокойные слова и лицо пригасили яростное пламя гнева, полыхавшее в комнате. Пэйс, высокомерно выпрямившись, печатая шаг, вышел из комнаты, хотя непонятно было, как он вообще сегодня утром встал с постели. А Чарли, заорав от ярости, помчался в кухню в поисках нерадивой горничной. Карлсон Николлз бросил на Дору холодный взгляд и принялся снова за лежавшую на тарелке колбасу.
Выжатая как лимон от усталости, утомленная спором, Дора проплыла на кухню, подальше с линии огня. Папа Джон всегда учил, что непротивление злу насилием покончит со всеми несчастьями мира, и иногда ей казалось, что он был прав. Но остановить одну ссору не значит предотвратить следующую. Войны между отцом и сыновьями было так же трудно избежать, как той, что шла сейчас между штатами. И по тем же причинам мужчины предпочитали злобу и насилие любви и здравому смыслу.
Пэйс встретил ее позднее, когда Дора окончила утренние труды и шла на ферму посмотреть, все ли в порядке с ее животными. Он ехал верхом, и переметные сумы были полны как прежде. Дора заподозрила, что он их даже не успел распаковать. Она не могла постичь, каким образом он вчера ухитрился удержаться в седле или сидеть прямо сейчас с такой раной в боку, но как Дора ни была близка к нему в своих ощущениях, он все еще оставался для нее загадкой.
– Ведь Рождество почти наступило, – печально пробормотала девушка, когда он остановился около нее. – И ты должен быть сейчас с родными и друзьями.
В бледном солнечном свете едва поблескивали пуговицы его синего форменного мундира. Он вежливо снял шляпу, и на солнце его волосы приобрели медный оттенок.
– Да, и я так по глупости своей думал. Моему полку приказано выступить на передовую.
Пэйс не вдавался в объяснения, нужды не было. Дора и так знала, что он хочет сказать. Возможно, это его последняя встреча с родными. Она никогда не была на войне, но знала, как Пэйс может драться. А теперь у него будут ружья, пушки и пули. И Дора не понимала, как можно уцелеть в вооруженном противоборстве. Ей так не хотелось, чтобы это была их последняя встреча. Ей невыносимо было представить Пайса истекающим кровью где-нибудь в чужих краях, вообразить, что его веселые, все замечающие глаза сомкнутся навеки. Она неотрывно смотрела на пыльную дорогу, бегущую вдаль.
– Жаль, что тебе вот так приходится уезжать, – наконец ответила она, – если тебе необходимо идти на войну, то отправляться туда надо по-другому.
Пэйс пустил лошадь шагом, стараясь держаться с Дорой рядом, и ответил не сразу.
– Да и я бы хотел иначе, Дора. Иногда мне кажется, что весь мир сошел с ума. И возможно, без меня всем будет лучше. Уж моей семье – точно.
– Наверное, вчера вечером тебя ранили не в бок, а в голову, – ответила Дора презрительно. – Тебе не идет жалеть себя. Если хочешь остаться – оставайся. Швы можно будет снять, лишь когда рана начнет заживать. Ты потерял много крови, и тебе нужен отдых. Если не можешь оставаться в доме отца, живи в моем. Джексон будет рад твоему обществу.
Пэйс снова надел шляпу и вперил взгляд в горизонт, раздумывая над ее предложением. Пока он внимательно разглядывал крутые холмы, обнаженные деревья, Дора затаила дыхание. Здесь он был дома. И Дора знала, что Пэйс любит эти места, если вообще способен что-нибудь любить. А она утверждала, что любовь – более сильное чувство, чем гнев.
– Но есть еще другие, с кем бы мне хотелось попрощаться, прежде чем я уеду, – ответил он, помолчав. – И вряд ли это хорошо – выставить тебя из собственного дома. А ты им сейчас сама пользуешься?
Дора закрыла глаза и мысленно возблагодарила его за этот вопрос.
– Там женщине было бы небезопасно жить в одиночестве. Я плачу Джексону за то, что он там живет и кормит животных. Он уже почти набрал денег, чтобы выкупиться на волю, и хватило бы, но табак сгорел. Надеемся, что на следующий год нам повезет больше.
Пэйс спрыгнул на землю, чтобы дать немного отдохнуть руке и раненому боку, но, стоя рядом с ней, он все же должен был опереться о седло. Внимательно взглянув на нее, взяв лошадь за поводья, он пошел рядом с Дорой.
– Скажи Джексону, чтобы поберег свои деньги. Когда война окончится, он будет свободен, не заплатив за это ни цента. И сможет на свои сбережения купить землю.
Дора представила на минуту этот странный мир, где негры смогут покупать себе землю, и покачала головой.
Не могу даже вообразить, чтобы твой отец или его друзья продали черным хоть клочок земли. И не могу представить, что Джексон будет жить в мире и спокойствии с такими соседями. Есть женщина, на которой он готов жениться, но она тоже не свободна и Джексон не хочет жениться из страха, что их детей могут отнять когда-нибудь и продать. Ненависть пустила глубокие корни в его сердце, и он живет, окруженный ненавистью. Не знаю, как это все может уладиться. Война не переменит людские сердца.
– Сердца их, может быть, и не изменятся, но законы, по которым они живут, измениться должны. Ты же знаешь так же хорошо, как я, что нынешнее положение дел не может продолжаться вечно. Некоторое время назад был шанс для мирной перемены, но узколобые политики им не воспользовались и теперь он утрачен. Война не скоро закончится. Но когда она кончится, Джексон будет свободным человеком. Он должен только верить, что этого надо немного подождать. Знаешь, Джексон счастливее других невольников, он может ждать.
– А та девочка, прошлой ночью? – тихо спросила Дора.
– Она почувствовала на себе его быстрый взгляд, но поля капора скрывали выражение ее лица. И Пэйс снова посмотрел прямо перед собой.
– Ее хозяйка живет в Новом Орлеане, и хотела ее вернуть, во что бы то ни стало. Если бы девочка не бежала, больше такой возможности ей бы не представилось. Она как раз достигла такого возраста, когда ее можно продать в бордель.
Дора вся съежилась при мысли о подобной судьбе. У нее в жизни тоже почти не было свободного выбора, но не иметь его совсем, особенно когда угрожает такая участь, – нет, это даже невозможно вообразить. Девушка даже слов подходящих не могла найти, чтобы выразить весь ужас того, что ожидало несчастную девочку.
– Насилие в таких делах не помощник, но ничего другого я придумать не могу, – призналась Дора, наконец. – Как люди слепы!
Вряд ли она хотела, чтобы слова ее прозвучали так безотрадно, но горечь в них слышалась явно.
– Но не все люди слепы, – ласково напомнил ей Пэйс. – Многие думают так же, как мы. Желал бы я, чтобы ты могла жить у наших друзей на том берегу. Спасибо тебе за храбрость вчера ночью, хотя это безумие так рисковать. Я бы предпочел, чтобы ты жила в безопасности.
От безыскусной похвалы ее смелости у Доры стало теплее на сердце, хотя она-то знала, что на самом деле трусиха. Закусив нижнюю губу, Дора упрямо покачала головой.
– Но там, в безопасности, я не могу быть кому-нибудь полезна. Я нужна здесь, так что я останусь.
Показался ветхий фермерский дом. Прошлой весной не было денег, чтобы побелить его заново. Джексон и Дэвид старались, как могли починить изгородь и крышу амбара, но у них было много своих дел за стенами дома, а свободного времени в обрез. Главная их забота – урожай. А урожай погиб.
Дора заметила, как критически Пэйс разглядывает убогое строение, но заставила себя спросить:
– Но ты хочешь здесь остановиться? Правда, это не то, к чему ты привык.
Пэйс неожиданно взял ее руку, и тонкие пальцы утонули в его широкой ладони.
– Да мне твой дом кажется раем. Вот, значит, откуда выпархивают ангелы?
Дора рассмеялась и пошла с ним по дорожке к ферме. Она давно уже не смеялась. А это так приятно. И так хорошо чувствовать свою руку в его руке.
Больше она сейчас ни о чем другом и не мечтала.
Лорд Бомонт, прямой как палка, сидел в своем кабинете и читал письмо на серой бумаге, лежащее перед ним на столе. Одну руку граф положил на молитвенник. Непонятно было, хочет он его открыть или уже молится. Дверь отворилась, вошел сын графа, Гарет, и прервал его сосредоточенное раздумье.
– Уж не думаешь ли ты послать за этим отродьем? – недоверчиво спросил молодой человек, садясь без приглашения в одно из обитых кожей кресел с высокой спинкой.
Граф, поседевший, но все еще красивый, как в более молодые годы, нерешительно постучал пальцами по дешевой бумаге.
– Но если это действительно она, то я обязан спасти ее из рук дикарей. Александра моя дочь, моя плоть и кровь. Долгие годы ее разыскивал мой посланный, но безуспешно, и вдруг, без всяких просьб и стараний с моей стороны, мне доставляют ее на блюде. Во всем этом чувствуется рука Господня.
Гарет нахмурился.
– В этом чувствуются людские руки. Кто-то хочет нажиться, получив большую награду. Нет никаких доказательств, что эта мразь, о которой пишут, и есть Александра. Нет никаких доказательств, что она вообще тогда не погибла, только слова одного из этих богомольных бездельников. Александра мертва. Очевидно, нашли бумаги Матильды, и все подстроили: подобрали кого-то подходящего возраста и обличья и теперь хотят разжиться деньжатами.
Граф в нерешительности наморщил лоб.
– Пошлю кого-нибудь все досконально разузнать. Я не могу не принимать во внимание и малейшую возможность, что дочь жива.
Гарет развалился в кресле и скрестил руки на груди.
– Но там идет Гражданская война! Подожди хотя бы, пока окончится кровопролитие. У тебя ведь не так уж много доходов сейчас. Проклятые налоги порастрясли карманы.
слабый луч солнца, пробившийся из-за тяжелого заслона облаков. Пальцы продолжали барабанить по письму. Нет, он слышал слова сына. И умом понимал их справедливость. Но внимал он сейчас не голосу рассудка.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Заблудший ангел - Райс Патриция



книга неплохая но на любителя! тема ---исторический роман говорит сам за себя.
Заблудший ангел - Райс Патрициявэл
31.05.2013, 14.46





СКУКОТИЩЕ. Не советую.
Заблудший ангел - Райс ПатрицияНадя
10.09.2014, 11.51





не плохо но нудновато
Заблудший ангел - Райс ПатрицияАлина
17.09.2014, 11.07





отличный роман. сейчас пытаюсь прочитать ее роман "магия"-то ли перевод неудачный...в общем бред. а этот очень интересный, необычная ГГ. советую
Заблудший ангел - Райс Патрицияя
30.10.2015, 21.29





Мне роман очень понравился. Да сложный, местами тяжелый. Да, почти нет слов: Я люблю тебя и т.д., но есть пронзительное описание чувств, в которые веришь. Есть замечательная передача настроения людей тех далеких событий (рабство, война, смерть Линкольна), их опасения, их мечты, их трудности. Я прочувствовала жизнь этих героев. Я поняла и приняла их. Я грустила и радовалась с ними. Я не забуду этот роман.
Заблудший ангел - Райс ПатрицияЛида
10.06.2016, 11.03








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100