Читать онлайн Под защитой любви, автора - Райс Патриция, Раздел - Глава 3 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Под защитой любви - Райс Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.55 (Голосов: 58)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Под защитой любви - Райс Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Под защитой любви - Райс Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Райс Патриция

Под защитой любви

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 3

Не потребовалось много времени, чтобы понять, что его новая служанка ничего не смыслит в лошадях, но Джек предвидел подобную возможность и не собирался отказываться от своих планов. Малышка научится, а он сможет уезжать подальше от дома к их обоюдной пользе.
Он рассмеялся, потешаясь над ужасом Фейт, когда настоял на том, чтобы она сидела в седле по-мужски, и показал, как пропустить юбку между ногами и заткнуть за пояс. Она была самым необычным ребенком, какого ему приходилось видеть, но Джек уже понял, что ее странности могут послужить его целям. Она сказала, что не боится тяжелой работы, и проявила удивительное умение обращаться с животными.
Фейт ехала шагом на небольшой кобылке, стараясь не обращать внимания на ухмылку, появлявшуюся на лице Джека, когда он оборачивался, чтобы убедиться, что она следует за ним. Юбка ее порвалась и снова запачкалась от падений, когда она пыталась самостоятельно забраться в седло, но она не жаловалась. Каким же надо быть болваном, чтобы превосходную домоправительницу и кухарку превратить в конюха! Если для него нет ничего важнее, чем демонстрировать собственное превосходство, ей следует привыкать к этому.
Вокруг было слишком мало свободного пространства для выгула лошадей, да и холодная погода не располагала для длительных прогулок шагом. Однако к тому времени, когда они расседлали и обтерли лошадей, Фейт так устала, что была на грани обморока. Сама по себе работа не показалась ей тяжелой, но недели полуголодного существования под открытым небом довели ее до полного изнеможения. Приступ головокружения заставил ее схватиться за дверцу стойла. Здоровенный ирландец, трудившийся по соседству, что-то насвистывал себе под нос, и Фейт захотелось огреть его чем-нибудь тяжелым за чересчур самодовольный вид. Взглянув на свою вконец испорченную юбку, она издала тихий стон отвращения.
Джек мигом оказался рядом, охватив беглым взглядом ее побелевшее лицо, пальцы, судорожно цеплявшиеся за дверцу, и выражение крайнего утомления на лице. С приглушенным проклятием он подхватил ее невесомое тело на руки и быстро зашагал к дому.
Застигнутой врасплох Фейт показалось, что она падает, И она отчаянно вцепилась в плечи Джека, пока не сообразила, что находится в его надежных объятиях. С загоревшимися щеками она уткнулась лицом в его широкую грудь и зажмурилась, не в силах справиться со смущением. В хижине Джек опустил девушку на стул, поближе к очагу, и принялся растирать ее застывшие руки, чтобы восстановить кровообращение.
— Тебе нужны перчатки и что-нибудь потеплее, чем это платье. Как тебя угораздило отправиться в путь совсем без вещей?
— У меня был узелок, но он потерялся, когда… — Фейт помедлила, не зная, как описать события прошлой ночи.
— Когда я нашел тебя? — Джек пытливо посмотрел на нее и увидел, что ее лицо напряглось. Итак, она знает. Или подозревает. Он кивнул. — Попробую его разыскать. Только вряд ли там найдется теплое платье или перчатки, верно?
Фейт покачала головой и попыталась высвободиться из его рук. Даже стоя на коленях, Джек был одного с ней роста, обволакивая ее своим теплом и заставляя казаться еще меньше и незначительнее. Она никогда не находилась так близко от мужчины, чей голос наполнял все вокруг жизненной силой. Фейт слышала проповеди Джона Уэсли и считала его выдающимся оратором, но одного лишь присутствия этого разбойника хватило бы, чтобы внушить благоговение любой аудитории. Если бы он взялся проповедовать, весь мир лежал бы у его ног.
Мысль о том, что он впустую растрачивает свою жизнь на преступления, вместо того, чтобы посвятить ее религии, вернула Фейт малую толику душевного равновесия. Она выпрямилась на стуле и забрала у него свои руки.
— Мне пришлось выменять все, кроме самого необходимого, на еду. Этого платья вполне достаточно. А теперь, если позволите, я займусь обедом.
В зеленых глазах Джека вспыхнули золотистые искры. Он не без сочувствия наблюдал за усилиями, которые она прилагала, чтобы казаться по-взрослому безмятежной. Когда-нибудь этот ребенок превратится в достойную женщину, если только жизнь на улице не погубит ее раньше времени. Придется подыскать ей подходящую работу, когда станет теплее.
— Конечно, малышка. А я тем временем попробую найти твой узелок. Я не задержусь.
Он резко выпрямился, явив ее взору зрелище стройных, как молодые деревца, ног, обтянутых кожаными штанами, и Фейт поспешно зажмурилась, молясь об избавлении от суетных мыслей. Когда дверь за ним, наконец, захлопнулась, она открыла глаза и ненадолго обмякла на стуле, прежде чем заставить себя встать и приступить к делу.
Итак, он знает, что она оказалась свидетельницей его преступления. Это было видно по его лицу. Что он собирается с ней делать? Держать в плену? Но это просто нелепо, учитывая все обстоятельства. Она сама умоляла его позволить ей остаться. Если она пленница, то по собственной воле, а не по принуждению. И кто она после этого? Сообщница преступления?
Фейт искренне верила в проповеди своего отца. Джек — грабитель, следовательно, она обязана донести на него властям. Она старалась не думать о выстрелах, прозвучавших прошлой ночью. У нее нет оснований считать Джека убийцей. Достаточно и того, что он причинил вред невинным людям и, возможно, отнял у них последние деньги. Он должен понести наказание, покаяться и тогда будет спасен. Все это так, но маловероятно, что она способна заставить его явиться с повинной, даже если бы у нее было ружье. Он рассмеется ей в лицо и переломит надвое, как тростинку.
Она подкинула топлива в огонь и поставила чайник. Чем бы он не занимался, он единственный, кто предложил ей кров, еду и работу. Неужели Бог не простит ее, если она закроет глаза на его преступления? Не может быть, чтобы он окончательно погряз в грехе. Возможно, ей удастся убедить Джека отказаться от его пагубных привычек, не прибегая к помощи блюстителей закона. От этой мысли Фейт чуть приободрилась, стараясь не думать о том, как заставить взрослого мужчину сойти с преступной стези.
И в первый раз бросив взгляд на свою тоненькую, несмотря на семнадцать лет, фигурку, Фейт вздохнула. Она не была тщеславной. И прекрасно знала, что из-за небольшого роста и неразвитых форм больше тринадцати лет ей не дашь, если не меньше. Было время, когда она с завистью поглядывала на грудастых молочниц и цветущих деревенских девушек, окруженных толпой ухажеров, но родители ясно дали ей понять, что она не пара этим парням, даже если бы ей удалось привлечь их взгляды. Она слишком образованна для жизни на ферме.
Это было слабым утешением в ее одиноком взрослении, но Фейт не переживала по этому поводу в те недолгие часы, когда лежала в постели, прежде чем забыться сном после целого дня тяжелой работы. Ей с детства внушали, что Бог заботится обо всем, когда придет время, и она свято верила в эту истину. До недавних пор.
Бог явно не позаботился о том, чтобы одарить ее женственными округлостями, и она всей душой должна быть благодарна ему за это. Вряд ли Джек оставил бы ее у себя, ими бы знал, что она не ребенок. Фейт не представляла, как он поступил бы с ней в этом случае, и не желала размышлять на эту тему. У нее есть крыша над головой и еда, а если ради этого приходится делить кров с преступником, значит, так тому и быть.
Когда Джек вернулся с ее выпачканным в грязи узелком, хижину наполняли густые ароматы кофе, перлового супа и сырного пирога, который она испекла, воспользовавшись единственным яйцом, найденным в амбаре, и рецептом, доставшимся ей в память о француженке, вышедшей замуж за английского моряка. Фейт с гордостью извлекла пирог из духовки и улыбнулась, довольная результатом своих трудов. Джек вошел в дом, распространяя вокруг себя запах морозной свежести и лошадей.
Удивленный, он тоже улыбнулся в ответ. Всегда приятно видеть приветливое лицо, к тому же чрезмерная серьезность неестественна для ребенка. Все манеры и привычки девочки свидетельствовали о ее благородном происхождении. Вполне возможно, что она дочь деревенского викария. Это занятие, весьма распространенное среди младших отпрысков аристократических семейств, скудно оплачивалось и не пользовалось особым почетом ни в обществе, ни в церковной иерархии.
Довольный, что нашел разумное объяснение недетской серьезности девочки и ее хорошим манерам, Джек бросил на стол маленький узелок.
— Прошу вас, миледи. Вряд ли там много добра, но, я слышал, феи не нуждаются в имуществе. Теперь никто не скажет, что я отнял у тебя последнее.
Улыбка дрогнула при его появлении, но в огромных серых глазах вспыхнуло радостное нетерпение. Дочке священника нелегко благодарить разбойника, и к тому же католика. Хорошо, что она хотя бы не презирает его. Совсем наоборот. Судя по встретившим его божественным ароматам, она была признательна ему за предоставленное ей скромное жилище и старалась выразить свою благодарность единственным доступным ей способом.
Пока Фейт нетерпеливо развязывала свой узелок, Джек исследовал источники сказочных ароматов. Пирог удостоился скептического взгляда, хотя он не мог не признать, что в ее распоряжении было слишком мало времени. Впредь он постарается это учесть.
Фейт издала торжествующий возглас, вытащив кожаный футляр из большого носового платка, в который было завернуто все ее имущество, и Джек обернулся, чтобы посмотреть, что же ее так взволновало. Тот факт, что это всего лишь набор швейных принадлежностей, заставил его удивленно фыркнуть. В ее возрасте надо бы радоваться конфетам и побрякушкам, а не иголке с ниткой. Все-таки у нее что-то не в порядке с головой.
— Будем есть, или я пойду чинить уздечку?
Фейт с виноватым видом уронила футляр и убрала свои вещи в угол у очага, где лежала ее свернутая постель.
— Как пожелаете, сэр. Большое спасибо за узелок. Если вы сядете за стол, я подам еду.
Джек поймал ее за руку, легко обхватив тонкое запястье двумя пальцами. В серых глазах мелькнул страх, сменившимся неестественным для ребенка стоицизмом, который он отметил еще в первый вечер.
— Я тебе не сэр. Думаю, ты догадываешься, кто я такой, так что не будем притворяться. Мне не нужна прислуга. Я добываю продукты. Ты готовишь пищу, и мы вместе едим. Понятно?
Перед мысленным взором Фейт возник призрачный всадник в развевающемся плаще, с грозным взглядом, сверкавшим сквозь прорези маски. Образ мелькнул и исчез. Никакой он не зверь, изрыгающий дым и пламя, а всего лишь мужчина с резкими чертами, ирландским акцентом и обаятельной улыбкой, способной разбить женское сердце. Она кивнула, и он отпустил ее руку. Вздохнув, Фейт принялась накрывать на стол.
Джек с любопытством наблюдал за ней, сожалея, что не может проникнуть в ее мысли. Он был общительным по натуре, и вынужденное одиночество порой угнетало его. Хорошо иметь рядом кого-нибудь, с кем можно перемолвиться словом, хотя он плохо себе представлял, что творится в головах девочек-подростков. Лучше бы она была мальчишкой. Пожав плечами, Джек снял с огня кофейник и поставил на стол, прежде чем приступить к еде.
— Надо будет раздобыть свежего мяса перед отъездом, — небрежно произнес он, нарушив молчание.
Фейт подняла глаза. Не обнаружив на его смуглом лице ничего, кроме удовольствия от еды, которую он поглощал с завидным аппетитом, она напомнила себе о своем христианском долге и осторожно поинтересовалась:
— А разве это не считается браконьерством?
Джек бросил на нее удивленный взгляд, озадаченный первым критическим замечанием, слетевшим с ее уст, и усмехнулся.
— Этот клочок земли принадлежит мне. Если какой-нибудь зверек забредет сюда по ошибке, кто я такой, чтобы отказываться от него?
Фейт догадывалась, что он несколько исказил истину, но, не зная тонкостей законов, снова уткнулась в свою тарелку. Джек наконец-то убрал волосы назад, стянув их на затылке в косичку, и с чисто выбритым подбородком казался Фейт самым красивым мужчиной из всех, кого ей когда-либо доводилось видеть. Но ей никогда не понравится разбойник.
— Может, испечь вам лепешек в дорогу? — Фейт не знала, где находится Кент, но поняла, что он может отсутствовать не один день.
Она не видела задумчивого взгляда, брошенного Джеком на ее склоненную голову.
— Неплохо бы, — бросил он, продолжая есть.
Он уехал тем же вечером на своем огромном жеребце, надев ослепительно белое кружевное жабо, пристегнув к поясу саблю и облачившись в черный плащ на атласной подкладке. Фейт старалась не смотреть на него, и, пока Джек собирался, сердце ее лихорадочно билось. И лишь когда он, весело подмигнув ей, схватил со стола сверток с едой, девушка немного расслабилась. Она подняла руку в прощальном приветствии, но Джек уже повернулся к ней спиной и, не оглядываясь, вышел из дома, захлопнув за собой дверь.
В хижине сразу стало пусто и холодно, и Фейт вздрогнула, прислушиваясь к затихающему топоту копыт. В первый, но не в последний раз она задалась вопросом, что с ней станет, если он не вернется.
Не желая даже думать о том, что обладатель такой ослепительной улыбки может закончить свои дни на виселице, Фейт принялась скрести сковородки.
Спустя трое суток Джек вернулся. Лежа на тюфяке у очага, Фейт слышала, как он насвистывает во дворе, обтирая своего жеребца. Она была рада, что навела в амбаре идеальный порядок, хотя на уборку ушла добрая половина дня, и все тело ныло от усталости. Лошади были напоены и накормлены, стойла вычищены. Работа помогала ей коротать время, и она с нетерпением ждала, когда он войдет, в надежде, что доставила ему удовольствие.
Джек тихо приоткрыл дверь, чтобы не разбудить девочку, но, увидев, что она сидит на постели, завернувшись в одеяло, улыбнулся и бросил плащ на спинку стула. Приятно, когда тебя кто-то ждет.
— Привет, фея. Соскучилась?
По лицу Фейт скользнула робкая улыбка, едва заметная в свете затухающего пламени.
— Приготовить вам кофе?
— Пожалуй, не стоит. Сегодня я предпочел бы что-нибудь покрепче.
Он потянулся к верхней полке буфета, где стояла бутылка рома. Проигнорировав ее неодобрительный взгляд, Джек плеснул в кружку изрядное количество жидкости и залпом проглотил, чтобы согреться. Затем, тщательно закупорив бутылку, вернул ее на место.
— На сегодня достаточно. Хочешь посмотреть, что я тебе привез?
Радостное изумление, озарившее ее лицо, согрело бы его и без всякого рома. Джек зажег масляную лампу, чтобы лучше видеть лицо девочки. Она поспешила скрыть свои эмоции, но в серых глазах светилось, ожидание, и впервые в жизни сердце его дрогнуло от нахлынувших чувств. Наверное, ради таких вот моментов люди и заводят детей.
Но когда он потянулся за мешком, который бросил на пол, в ее взгляде появилась настороженность. Джек усмехнулся. Не такой он дурак, чтобы тащить домой краденые вещи. Ничего, сейчас она в этом убедится. Он вынул из мешка перевязанный тесемкой пакет и бросил Фейт.
Она неловко поймала сверток и облегченно вздохнула. Судя по упаковке, подарок куплен, а не украден. Чувствуя па себе взгляд Джека, который расхаживал по комнате, снимая саблю и стягивая сапоги, Фейт дрожащими от нетерпения пальцами разорвала бумагу. И замерла, уставившись на корсаж и юбку из темно-зеленой шерсти, такой мягкой, что на ощупь она напоминала мех. Даже ее воскресные платья не шли ни в какое сравнение с этим нарядом.
Фейт подавленно молчала, не осмеливаясь поднять глаза. То, что Джек купил для нее одежду, было в высшей степени неприлично, не говоря уже о сомнительных источниках денег, которыми он расплатился за обновки. Конечно, он убежден, что делает подарок ребенку, и теперь, наверное, ждет от нее благодарности. Она и вправду благодарна, но не может принять вещи от грабителя.
Джек нахмурился, наблюдая за смятением, исказившим обычно безмятежные черты его юной домохозяйки. Проклятие! Надо же было ему нарваться на благочестивую дочку викария. Ладно, пусть думает что хочет, но он не потерпит ханжеских причитаний.
— Должна же ты в чем-то ходить, а то твое тряпье того и гляди расползется, — ворчливо произнес он. — Там еще есть всякие кружевные вещицы, которые надевают под платье. И башмаки с чулками. У меня нет времени таскать тебя по врачам, когда ты простудишься.
Прижав к себе платье, Фейт подняла на него неуверенный взгляд. Хотя Джек имел полное право отдавать ей приказы, в душе ее шевельнулся протест. Она взглянула на остальные вещи. Так хотелось примерить их, но совесть взывала к христианскому долгу.
— Большое спасибо, что подумали обо мне, — робко произнесла девушка, — но я не могу этого принять. Пока вас не было, я починила свое платье, к тому же я вполне здорова, благодарю вас. — При виде морщинки, образовавшейся между его бровями, Фейт поспешно добавила: — Вы могли бы отдать эти вещи тем, кто нуждается в них больше, чем я.
Джек недоверчиво уставился на девочку. Свет лампы падал ей на лицо, казавшееся особенно бледным на фоне ярких волос; детская фигурка терялась под ворохом нижних юбок и серых одеял. Но в устремленных на него огромных глазах не было ничего детского. Она рассматривала обновки, и он впервые за все время их знакомства увидел восторг на ее лице. И после этого она пытается убедить его, что ей ничего не нужно?
Он решительно пересек комнату и остановился перед ней, заслонив свет лампы. Девочка стойко встретила его сердитый взгляд, хотя в глубине ее выразительных глаз притаился страх. Схватив вещи, еще остававшиеся в пакете, Джек сунул их ей в руки.
— Будешь носить то, что я купил, или можешь убираться на все четыре стороны. Я не собираюсь тратить время на особу, столь праведную, что она готова скорее замерзнуть, чем принять то, что ей предлагают. Таким созданиям нечего делать в нашем грешном мире, им место на небесах.
Он круто повернулся и выскочил наружу, с грохотом захлопнув за собой дверь. Дрожа всем телом, Фейт смотрела ему вслед. Он даже не надел плащ. Так недолго и простудиться. Она взяла каминные щипцы и подогрела на огне кирпичи. Затем завернула их в полотенца и отнесла к Джеку в постель. Он пытался совершить добрый поступок. Разве это ничего не значит? Свет лампы упал на серебряный католический крест, приколоченный к стенке алькова над изголовьем его кровати, и Фейт чуть не выронила кирпичи. Застыв на месте, она перевела задумчивый взгляд на дверь, за которой скрылся Джек. А что, если она поспешила с выводами, записав его в разбойники? Возможно, у него есть свои принципы, по которым он живет. Неплохо бы выслушать его историю.
С этой мыслью Фейт вернулась в постель.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Под защитой любви - Райс Патриция



Роман захватывающий,интересный.Читала с удовольствием.10++++++++
Под защитой любви - Райс ПатрицияEdit
18.02.2014, 19.54





Роман захватывающий,интересный.Читала с удовольствием.10++++++++
Под защитой любви - Райс ПатрицияEdit
18.02.2014, 19.54





на раз!
Под защитой любви - Райс Патрицияnecto
27.05.2014, 15.57








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100