Читать онлайн Созвездие верности, автора - Райс Луанн, Раздел - Глава 14 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Созвездие верности - Райс Луанн бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.13 (Голосов: 31)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Созвездие верности - Райс Луанн - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Созвездие верности - Райс Луанн - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Райс Луанн

Созвездие верности

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 14

Он попросил ее держать ухо востро.
Он сказал, что она сразу поймет, когда увидит это. И вот, целые сутки после того как они спасли поморника, Румер сгорала от любопытства и смутного беспокойства. К своему удивлению, она обнаружила, что невольно пыталась высмотреть Зеба среди окружающих. Услышав шорох колес велосипеда по гравиевой дорожке, она вытягивала шею. Это было безумие, и она велела самой себе прекратить панику.
В своем офисе она составила отчет для Службы охраны дикой природы штата, заполнив необходимые бланки с описанием того, что случилось с поморником. Каждый вопрос, на который ей приходилось отвечать, возвращал ее мысли к Зебу. О, он просто заполонил ее всю, и хотя она пыталась избавиться от него, ощущение от прикосновения его рук было настолько реальным, что от него невозможно было избавиться.
– Как это было? – перебирая бланки, спросила Матильда, улучив свободную минутку.
– Как операция на смерче, – улыбнулась Румер. – У той птицы было больше энергии, чем у сотни диких кошек. Своими когтями и клювом она могла бы…
– Жаль, что меня там не было.
– Ну, у меня нашелся ассистент, – сказала Румер. – В некотором роде.
– Правда?
– Ты не поверишь, им оказался Зеб.
– Доктор Ларкин! Вы что-то от меня скрываете!
– Да ничего особенного. Мы сидели в «Фолейс», болтали, а потом прибегают дети и рассказывают нам про поморника. У него не оставалось другого выбора.
– И как он, справился?
– Вполне, – Румер представила себе, как Зеб крепко удерживал разбушевавшуюся птицу.
– Может, стоит взять его к нам как ветеринара на день? – спросила Матильда, намекая на начатую Румер два года назад программу, позволявшую старшеклассникам поработать денек в ее офисе, чтобы на собственном опыте узнать, каково это – лечить зверей.
– Ни за что! – отрезала Румер. – Но ты не подменишь меня после обеда? Хочу повидаться с Блю; мы с Эдвардом собирались съездить к реке.
– Нет проблем, – вздохнула Матильда и пристально посмотрела на доктора Ларкин. – Но я думаю, что любой человек, усмиривший раненого поморника, достоин быть принятым в семью. – Потом, словно осознав смысл своих слов, она прикусила губу. – Прости, я ляпнула лишнее.
– Да, но мы это уже пробовали, разве нет? Принять Зеба в свою семью…
– Вот мы и вернулись к вопросу о полосках, – сказала Матильда. – Может ли тигр их сменить?
– Не знаю. Но даже если так, то сумею ли я простить и забыть?
– Забыть – никогда, – Матильда обняла ее. – Простить – может быть.
Румер кивнула. Она изнывала от желания выбежать на улицу, забраться в машину, примчаться на ферму и оседлать Блю. Эдвард наверняка ждал ее, уже подготовив лошадей к поездке. Она живо представила себе, как он работает в хлеву и заботится о своем стаде. Этой мыслью она хотела укротить свое сердце, отвлечься от переживаний по поводу неведомого ей сюрприза Зеба. Бедный Эдвард, избранный, чтобы спасти ее от чувств, заставлявших ее краснеть и дрожать при одном лишь упоминании о Зебе.


Румер была у себя в офисе, а Сикстус куда-то уехал на целый день. Зеб стоял во дворе, думая, будет ли видна его работа в лунном свете. Он взял катушку и стал медленно раскручивать ее, перелезая с ветки на ветку старого дуба, росшего меж их дворами, – первого дерева, на которое когда-то девчонкой вскарабкалась Румер. Услышав звук шагов по каменным ступенькам, он посмотрел вниз. То была Винни.
– Меня поймали с поличным, – усмехнулся Зеб.
– Да, а разве нет? Средь бела дня сидит на дереве во дворе Румер… что ж, теперь с тебя причитается, – откашлявшись, сказала Винни.
– Что?
– Ты должен поболтать со мной. Поэтому… бросай свои дела и повесели старушку.
Рассмеявшись, Зеб спустился вниз. Какой бы старой ни была Винни, он знал, что она проживет еще лет сто. Она протянула ему руку, он поцеловал ее, а потом взял в свою ладонь и крепко держал, пока они стояли на участке промеж двора Румер и его старого коттеджа.
– Ты прекрасна, – сказал он. – И молода, как никогда.
– Дорогой, мне уж не петь ни в Метрополитен-опере, ни в парке Бушнелл. Миновали деньки продюсеров Моше Паранова и доктора Наги, моих любимейших друзей. Они столько сделали, чтобы познакомить Хартфорд с оперой. Прежде Коннектикут в этом смысле был полнейшим захолустьем. Они наняли меня, и ох – теперь мне так грустно. И осталась я одна…
– Но ты все еще с нами, Винни, – Зеб расчувствовался при виде слез, стекавших по ее морщинистым щекам. Он обнял ее за хрупкие плечи. – Я понимаю тебя.
– Правда? – Он кивнул.
– Жить, имея замечательные отношения с людьми, которыми ты дорожишь, а потом взять и потерять все это…
– Наши судьбы до странного похожи, – промокнув глаза кружевным платочком, сказала Винни. – Мы оба познали вкус славы. Знаешь, а ведь я переживала за тебя.
– Почему?
– Потому что ты зачем-то взял и спустился на бренную землю после десяти лет головокружительных полетов к звездам.
– Да, – он еще крепче сжал певицу в объятиях. – Так оно и есть.
– Я и сама взлетала к звездам, – вздохнула она. – Со сцены Нью-Йорка, Милана, Венеции… даже Хартфорда… Это было такое невероятное ощущение…
– Тебе было нелегко… сменить свой род деятельности? – аккуратно подбирая слова, спросил Зеб.
– Ох, какой ты у нас обходительный, – рассмеялась Винни. – Ты о том, когда мой голос перестал привлекать полные залы народу и мне пришлось преподавать?
Зеб поглядел в небо, где на фоне синевы ему подмигивали яркие искорки звездных алмазов.
– Тебе, наверное, тяжело будет работать в лаборатории? – спросила она. – И изучать полеты, вместо того чтоб летать самому?
– Да, – признался он, и у него засосало под ложечкой. – Будет тяжело.
– Может быть, ты расскажешь кому-то из нас о том, что случилось с тобой там, наверху.
– Когда-нибудь, – кивнул он, рассматривая созвездия. – Может быть, когда-нибудь.
– Жизнь продолжается, Зеб. Я могла бы впасть в уныние и сожалеть по поводу битком набитых залов оперных театров, но вот она я, твердо стою на земле, здесь, на Мысе Хаббарда.
– Где все тебя любят, – улыбнулся Зеб.
– То же годится и для тебя. Уныние – один из смертных грехов, знаешь? Тебе не стоит впадать в отчаяние. Тебя здесь тоже все помнят и любят.
– Ну, не все… – возразил Зеб.
– А, Румер? Наш дорогой доктор Ларкин…
– По-моему, она хочет, чтоб у меня в заднице появилась ракета и чтоб я улетел на ней туда, откуда вылез.
– Ха, но ты ведь вылез с Мыса Хаббарда, – усмехнулась Винни.
– Я про Калифорнию, – уточнил Зеб. – Там у меня лаборатория.
– Но у тебя, похоже, еще остались дела здесь. Дети рассказали мне о том, как вы с Румер спасали поморника. Теперь, наблюдая за тем, как они рыбачат в бухточке перед моим домом, я думаю о моем дорогом друге Зебулоне Мэйхью и его новоприобретенном даре исцеления.
– Спасибо, Винни.
– И к тому же очевидно, – она потрогала катушку в левой руке Зеба и с улыбкой посмотрела ему в глаза, – что твои дела здесь необходимо закончить.
– Это просто глупость, ничего больше, – Зеб смутился. Винни покачала головой.
– Нет, дорогой. Все великие оперы посвящены обреченной любви. Упущенным возможностям, ужасным болезням, разбитым сердцам, предательствам… Уж кому, как не мне, знать об этом, ведь я пела их все.
– Может, поделишься советом?
– О чем речь! – сверкнув глазами, ответила Винни.
– Слушаю тебя.
– В операх величайшие истории любви заканчиваются трагедией. Но для Мыса Хаббарда такой финал вовсе не обязателен. Твоя любовь началась в Акте первом, в годы твоего детства. Акт второй – это та глупость, которую ты натворил с Элизабет. Но он уже закончился.
– И сейчас…
– Сейчас лето, Акт третий, – Вини ласково погладила его руку, а потом деревянную катушку.
– Что я должен делать? – Зеб и впрямь желал это знать, нуждаясь в порции мудрости старой женщины, так долго любившей его и Румер. Он убеждал себя в том, что ему нужно лишь прощение, но, обнимая Румер после спасения поморника, понял, что хотел гораздо большего. Он ждал, что скажет Винни.
– Мальчик мой, – тихо сказала она, одарив его серьезным взором своих зеленых глаз, – ты ни в коем случае не должен отступать. Она все еще любит тебя – но боится в этом признаться. Не поддавайся на ее уговоры. А ты не бойся…
– Чего не бояться? – перебил Зеб.
– Одного или пары красивых жестов, – Винни похлопала по катушке и чмокнула его в щеку. – А теперь мне надо успеть встретить двух учеников по вокалу. Пока.
– Спасибо, Винни.
Посмотрев ей вслед, Зеб задрал голову кверху и увидел кружившего в небе поморника. Он парил в воздухе, расправив крылья на ветру. Это казалось так легко просто рассекай себе просторы, лениво разглядывая пляж и море. Но Зеб знал, что птица охотилась, сражалась за свое место под солнцем наперекор всем опасностям, подстерегавшим ее этим чудесным днем.
Когда Винни, шурша полами своего длинного платья, скрылась за оградой собственного двора, Зеб ухватился за самую нижнюю ветку и снова влез на дерево. Мысли о Румер теплой волной захлестнули его сердце, и со всевозрастающей страстью и желанием овладеть ею он продолжил делать то, за чем его застала Винни.


Возвращаясь вечером домой, Румер мечтала лишь об одном – поплавать и напиться чаю. Голова у нее гудела, словно пчелиный улей. Даже катаясь вдоль реки на Блю, – Эдвард скакал рядом на своей Лиффи, – она почти не слушала то, что говорил ей Эдвард. Она ловила взглядом каждую птицу в небе, гадая, как там поправлялся поморник, и снова и снова переживая волнение от объятий Зеба.
Теперь же, остановив авто перед своим домом, она увидела желтые машины и толпу вокруг и, обессилев, уткнулась лбом в руль.
– Румер, ты только глянь! – прокричала Аннабель. – Крестхилл-роуд захватили подрядчики и рабочие! Это началось после обеда – грузовые фургоны, самосвалы, прицепы и бульдозер прогромыхали под мостом и въехали на Мыс, как будто целая армия захватчиков.
– Что правда, то правда, – сказала облаченная в бело-зелено-оранжевый балахон Винни, появившись в сопровождении своих учеников по вокалу. – Конечно, Аннабель немного сгустила краски, но тем не менее это было поистине ужасно.
Подобно пугливому животному, Геката прокралась через свой затененный двор и выглянула из-за гаража. Дочери Аннабель, на которых были разноцветные купальники, взявшись за руки, покачивали головами.
– Где мой отец? – спросила Румер, хотя сама искала глазами Зеба. Рабочие собрались в старом саду Мэйхью и что-то обсуждали с новым владельцем коттеджа.
– Сикстус уехал в Хоторн за картами для своего плавания.
– А вы в курсе, что вообще происходит? – спросила Румер, наблюдая за людьми у старого дома Мэйхью. Новый хозяин стоял в верхней части двора, указывая рукой то туда, то сюда, а подрядчик что-то быстро записывал в своем блокноте. Из-за густых кустов было сложно понять, что же они там делали. Кроликов нигде не было видно; судя по всему, они попрятались в свои норки.
– Вот в чем вопрос, – пропела Винни. – Черт побери, что здесь происходит?
– Много чего, – доложила Аннабель. – Я заглянула в окно того грузовика и обнаружила там целые залежи свернутых планов с чертежами.
– Разве им никто не сказал о законе молотка? – спросила Винни.
– Ну, пока они еще не взялись за молотки, – ответила Румер, и у нее екнуло сердце, когда она увидела, что рабочие выгружали лопаты и кирки.
– Именно что пока, – сказала Геката. – Но они непременно возьмутся… и скоро… О, сколько же у них инструментов!
– Отец как в воду глядел, – вздохнула Румер. – Когда мы встретились с новыми владельцами, они как раз говорили об «улучшениях»…
– Улучшения! Какое напрасное занятие! – промурлыкала Геката, покачивая головой и перекатывая на языке букву Р. – Ведь природа подарила нам такую красоту вкупе с чувствами и способностью наслаждаться ею.
На дороге был припаркован автомобиль Винни – оранжевый «вольво», и женщины обступили его, словно пытаясь согреться. Румер грудью прислонилась к дверце. Винни отпустила своих учеников и положила ладонь на руку своей подруге.
– Дорогая, твоя грудь. Никогда не сдавливай ее, – проворчала Винни, отогнав Румер от машины. – Не хочешь пойти со мной в разведку? Раз уж та земля между твоим домом и коттеджем Гекаты, то, по-моему, вам обеим следует пойти туда.
Румер глянула вниз, на летний домик, который арендовал Зеб. Она пожалела о том, что его не было с ними в эту минуту, и, не увидев там ни Зеба, ни Майкла, кивнула и повела Винни с Гекатой вверх по полуразрушенной каменной лестнице, увитой колокольчиками и лилиями.
– Мистер Франклин, – забравшись на вершину холма, сказала Румер, – позвольте представить вам двух наших соседок, Винни Хаббард и Гекату Фрост.
– Как поживаете? – спросила Геката.
– Очень рада, – Вини протянула руку так, будто ожидала, что он поцелует ее. Однако он этого не сделал – да еще вдобавок не признал в ней местную знаменитость, – она перешла прямиком к делу. – Чем именно вы здесь занимаетесь?
– Занимаюсь? – приезжий опешил от ее вопроса. – Консультируюсь со своим подрядчиком.
– Понятно, – кивнула Винни. – Но вы разве не в курсе, что до Дня труда вообще нельзя проводить никаких работ?
Мистер Франклин рассмеялся:
– Не обижайтесь, мисс Хаббард, но позвольте это решать мне, а не вам.
– Я тут ни при чем, – ответила Винни. – Таков закон молотка, и у нас, на Мысе, все его соблюдают.
– Люди приезжают сюда летом, чтобы отдохнуть, – сказала Румер. – Сбежать от суеты города и поразмыслить над смыслом жизни.
– И чтобы творить, – поддержала ее Винни. – Здесь много неординарных личностей… писатели, музыканты… и нам необходимо спокойствие духа, чтоб наши творения расцвели в полную силу. Ведь тут мы все обрели убежище от шума и гама внешнего мира.
– Я слышал, как там внизу кто-то пел, – указав на берег, сказал новый владелец. – Причем очень громко. Разве это не шум?
– Пение – это вовсе не шум! – всплеснула руками Винни.
– Это музыка, – снисходительно объяснила Геката, словно их собеседник был из школы умственно отсталых.
– Теперь это моя собственность, – ответил мужчина – Захочу строить – и построю. Ничего личного, но такие вот дела. Мы не будем ночевать в доме, прежде чем не внесем некоторые улучшения, как раз ими я и собираюсь заняться. Я уже представил наши планы на рассмотрение в комитет по зонированию, – можете не переживать, мы уточним все до последней кочки. Я хороший парень, об этом вам скажет любой мой знакомый. Я привык соблюдать правила, но мы не хотим упускать лето…
– Этим летом вы не будете махать здесь молотком! – серьезно заявила Винни.
– Мистер Франклин, – сказала Геката, – я уверена, что коттедж приглянется вам и без всяких изменений – просто проведите в нем ночь или уик-энд. Возможно, вы влюбитесь в него без оглядки и сочтете все эти расходы и возню пустой тратой времени и денег.
– Никакая ночь в этом пожароопасном клоповнике не заставит меня передумать, – пропустив мимо ушей слова женщин, возразил мистер Франклин. – Моя жена видела летучих мышей в отдушинах и пришла в ужас. Потолок в нескольких местах протекает. А из шкафов так и несет затхлостью.
– Фу-ты ну-ты, – засмеялась Винни. – Зачем же вы купили старый дом, если вам не по душе старина?
– Летучие мыши такие милашки, – сказала Геката. – Они здорррово ловят москитов.
Румер шагнула в сторонку. Она заметила мордочки кроликов, выглянувших из-под кустов азалий. Возможно, они услышали голоса ее самой, Винни и Гекаты и, набравшись смелости, решили разведать обстановку. Присев, Румер опустила руку в норку. В ее ладонь тут же уткнулись теплые носы с мягкими усиками.
Когда она подняла голову и посмотрела на свой дом, то вдруг увидела какой-то отблеск среди деревьев. Она прищурилась, пытаясь разглядеть предмет. Но потом солнце спряталось или набежала тень – и мерцание исчезло.
Винни по-прежнему спорила, а Геката старалась утихомирить ее. Румер прикрыла глаза, сердцем зная, что в этой битве им не выиграть. Мужчина стоял на своем. Может быть, благодаря закону молотка он повременит до Дня труда, но потом перемены все равно наступят. Глядя над высокой травой на отцовскую лодку у себя во дворе, рядом с тем деревом, где сверкнуло что-то золотое, Румер чувствовала себя кораблем, который несло на скалистый берег.


Повидавшись с Винни, Зеб оседлал свой велик и катался по холмам Блэк-Холла. Чтобы как следует пропотеть, он исколесил все мощеные и половину проселочных дорог, жалея о том, что холмы были недостаточно крутыми. На уме у него была лишь одна забота – что же подумает Румер, когда обнаружит его сюрприз.
Он непрестанно вспоминал ее.
Утром ему доставили посылку из Калифорнийского политеха, в которой были спутниковые снимки с его последнего полета и письменная просьба помочь с их расшифровкой. Открыв конверт с фотографиями, он разложил их на своем столе. Картинка получилась смазанной и плохо различимой. Он знал, что присланные изображения показывали Северный полюс, сфотографированный спутником «Терра». Этот аппарат был частью полезной нагрузки в его последней экспедиции, и беглый просмотр снимков вызвал у Зеба воспоминания о взрыве. На снимках были тюлени – сотни тысяч зверьков, пойманных в ледяную ловушку, – и Зеб немедля подумал о Румер.
Что бы она сказала, если б узнала…
Он продолжил работу под аккомпанемент волн, разбивавшихся о скалы у дома Винни. Соседство страха и спокойствия выбивало его из колеи – ужас в космосе, животные, которые остались без еды на Северном полюсе, а в противовес им летний денек на Мысе Хаббарда и приятная неожиданность для Румер.
Взрыв «Челленджера» стал для Зеба сигналом к пробуждению. Разве он мог так близко подобраться к смерти и не увидеть, как жизнь проносится у него перед глазами? Да и что это была за жизнь? Много лет назад он отверг свою единственную любовь: ранил ее сердце, оставил ее с переполненной ненавистью душой.
По собственной глупости Зеб уже однажды потерял Румер. Теперь, гоня свой велосипед обратно на Мыс, он был твердо уверен в том, что сделает все возможное, чтобы вернуть ее. К тому времени, как он добрался до Крест-хиллроуд, над бухтой Винни взошла луна, и декорации. Для сюрприза были готовы. Машина Ру стояла на дороге у подножия холма; ему оставалось лишь постучать в ее Дверь, вытащить ее из дома и…
– Зеб?
Ее голос жутко напугал его. На мгновение Зебу показалось, что она словно сошла к нему прямиком из его буйных фантазий.
– Привет, Румер.
– Мне нужно поговорить с тобой, – сказала она.
– Забавно, – а мне – с тобой, – усмехнулся он. – Я как раз поднимался к тебе.
Она стояла в тени. Сосновая ветка загораживала свет из окон коттеджа Винни, поэтому Румер было сложно разглядеть. У Зеба участилось сердцебиение: ее силуэт был таким родным и знакомым. Он уловил изгибы ее груди и бедер и сглотнул слюну. Когда Румер подошла ближе, глаза ее блеснули в свете луны, и стоило Зебу заметить ее улыбку, сердце его застучало подобно отбойному молотку.
– Ты уже видела? – спросил он.
– Что? А-а… То, о чем ты мне говорил?
– Да, – ответил он, радуясь тому, что она не забыла.
– Вообще-то, нет. Меня отвлекла кутерьма на холме. Ты видел, что там творится, когда въезжал сюда?
– Нет, а что?
– Ну, ты пропустил парад тяжелой техники у твоего старого дома. Похоже, у новых владельцев планы гораздо больше, чем мы предполагали.
Зеб молча смотрел на нее. Он так долго знал ее, что не мог не заметить напряженность во взгляде ее глаз, нерешительность походки и легкий отзвук смеха в ее голосе в те мгновения, когда она старалась поддержать дружеский разговор. Оставив велосипед у гаража Винни, Зеб собрался уже обнять ее, но потом сдержался.
– И чего ты хочешь от меня? – вытягивая шею и пытаясь разглядеть грузовики, спросил Зеб. – Чтоб я устроил взрыв на стройке?
– Неплохая идея, Мэйхью.
– Пойдем, – он взял ее за руку. – Посмотрим, что можно сделать.
– Ты шутишь, да?
Задрав голову к небу и проигнорировав ее вопрос, он спросил:
– А какие у нас сегодня звезды?
– Очень яркие, – сказала она. – Хотя луна восходит быстро, и чем она выше, тем они становятся тусклее.
Они миновали улицу и прошли через двор Гекаты, в траве резвились светляки. Низкие ветви деревьев буквально шлепали им по головам. Румер поспешала впереди Зеба, а высокая трава гладила ее длинные ноги. Затем они перелезли через старую стену из гранита, добытого когда-то у скалистого берега Винни.
– Ну и?.. Предлагаешь взбираться по дымоходу? – спросил он.
– Не совсем. Есть другой способ.
– Надеюсь, в тюрьму нас за это не посадят.
– Идем, – не обратив внимания на его слова, сказала Румер и быстро зашагала по бурьяну.
Ему не пришлось бежать за ней; он в точности знал, куда она шла. На него навалилась вся тяжесть времени, что они провели вместе и порознь на этой планете, и он ощутил, как его насквозь прошил электрический разряд. Она стояла в сторонке, и он увидел то место, которое было так знакомо ему: под валуном у кустов азалий, за расщелиной, где прятались кролики. Присев на корточки, он просунул пальцы под камень и достал ключ. А когда он снова взглянул на нее, сердце у него расшалилось не на шутку.
– Но это больше не мое, – прошептал он. Может, им стоило забыть о крыше и звездах? Взгляд Зеба метнулся к соседнему двору. Ведь именно там был сюрприз, который он приготовил для нее. Он сгорал от нетерпения в ожидании той секунды, когда Румер посмотрит туда, но в то же время он не хотел, чтобы она отворачивалась от него.
– Знаю, – бросила она, не оборачиваясь.
– И дом уже не принадлежит мне.
Румер немного помолчала. Ее взор скользнул меж домов и устремился к маяку Викланд-Рок. Пару секунд она не моргая глядела на луч света, словно в нем содержалось некое послание.
– А я думаю, как раз наоборот, – сказала она. – Но только сегодня.
– Только сегодня? – переспросил он удивленно.
– Сейчас дом в некотором роде вообще никому не принадлежит. Прежние хозяева его продали, а новым он пока не по душе. Если хочешь, то, по-моему, не будет ничего страшного в том, если мы поднимемся на крышу – в последний раз.
Они прошли к дверям. Зеб сжимал в руке истертый временем металлический ключ. Не додумался ли кто-нибудь сменить замок? Сетчатая дверь скрипнула, когда он отворил ее. Деревянные ступеньки надрывно вздыхали под их шагами. От небольшой веранды к двери на кухню – настоящей мечте взломщика. Широкое стекло, один замок. Зеб вставил ключ, провернул его, раздался щелчок – и они оказались внутри.
В доме пахло в точности, как раньше. Пряный аромат морского воздуха, запах корицы, покрытые плесенью диванные подушки. На сосновом полу по-прежнему лежали потрепанные коврики, сплетенные еще его матерью. Бывшие владельцы ничего здесь не меняли.
– Боже, это словно путешествие назад во времени, – прошептал он.
– Как говорит Винни, – тоже шепотом ответила Румер, – зачем портить то, что и так совершенно?
Миновав гостиную, они поднялись вверх по старой деревянной лестнице. Зеб считал: один, два, три, четыре. Четвертая ступенька до сих пор громко скрипела – она и в детстве частенько выдавала его, когда он пытался тихонько улизнуть из дому.
– И что, новые хозяева хотят все это изменить? – спросил он.
– Тсс, – Румер приложила палец к губам. – Давай пока забудем о них…
На втором этаже он прошел вдоль левой стены к спальне родителей. Когда он заглянул в нее, то увидел на том месте, где они спали, знакомый до боли железный остов кровати с синельным покрывалом. В полумраке он вспомнил, как просыпался от кошмаров, прибегал сюда и стоял в дверях, глядя на спящих родителей.
Годы спустя они с Элизабет провели здесь пару ночей. Время быстро пролетело, и сейчас он смотрел на кровать и видел себя там, где спал его отец, а Элизабет – там, где спала его мать: у окна, выходившего на пляж. Зебу всегда было не по себе, когда он тискал Элизабет под носом у Румер. Поэтому их набеги сюда были скоротечными и сумбурными.
Румер первой шагнула в его старую комнату. От его коллекций уже давным-давно ничего не осталось, их попросту выбросили: всех этих насекомых, ракушки, морских звезд и прочее. И его метеорит тоже. Он упал на землю прямо здесь – у тупика Крестхилл-роуд, как будто притяжение Мыса вырвало его из космоса. Зеб подобрал метеорит, невзирая на опасения матери по поводу того, что тот мог оказаться радиоактивным, и поставил маленький шероховатый камень на полку, сколоченную из прибившихся к берегу деревяшек.
Теперь же, ощущая прилив душевных сил, Зеб открыл окно и высунулся наружу. Полуобернувшись, он протянул руку Румер и помог ей взобраться на подоконник. Придерживая друг дружку, они пролезли вдоль кровли у мансарды, а потом по крутому спуску вскарабкались на верхнюю часть крыши.
– Не поскользнись, – сказала Румер.
– А то что? Опять сломаю лодыжку? – спросил он.
– Просто напоминаю тебе, Зеб, – запыхавшись, ответила она, пока они пытались сохранить равновесие, чтоб не скатиться вниз. Дюйм за дюймом они продвигались к тому месту, находившемуся точно между покосившимся дымоходом и флюгером в форме единорога, где они и уселись.
Отсюда небо казалось таким ясным, каким Зеб еще не видел его со дня своего приезда на восток. Этот дом располагался на самой верхней точке Мыса, и, взобравшись на крышу, они оказались выше уровня морской дымки. Приплыв с востока, над бухтой покачивалась большая золотистая луна. А небо было устлано мириадами блестящих звезд, как затканным ковром.
– Бывало, я смотрела наверх, – сказала Румер, – и пыталась угадать, где же ты…
– Правда? – Зеб скользил пытливым взглядом по Млечному пути.
– А ты думал, что я не буду? Что я вычеркну всё это из памяти напрочь?
– Да, Румер. Особенно после всего, что я сделал…
– Расскажи-ка мне лучше о земных новостях, – перебила она его. – К примеру, о работе, которая заменит тебе полеты.
Он вспомнил снимки, которые изучал днем, и отчет, составленный для лаборатории в Калифорнийском политехе.
– Сегодня я просмотрел кое-какие фотографии. Спутники НАСА обнаружили ледовый щит. В северной части России.
– И они хотели, чтобы ты расшифровал эти фото?
– Да.
– Что такого необычного во льде? К тому же на севере России – наверное, там всегда сплошной лед.
– Но не так, как сейчас, – тихо ответил Зеб.
Во дворе внизу зашуршали ветви кустов. «Какое-нибудь животное ползет сквозь заросли», – подумал Зеб. Видя то, как Румер склонила голову набок и с интересом слушала звуки, которые издавал неведомый зверь, он скрепя сердце решил поведать ей все остальное, не переставая спрашивать себя, зачем вообще завел разговор на эту тему.
– Дело в том, – продолжал Зеб, – что на снимках видно четыреста тысяч тюленей, попавших в ледяную ловушку.
– В ледяную ловушку? – ахнула Румер. – Столько тюленей?!
– Да.
– Но как это произошло? А в России знают об этой беде? – она расстроилась не на шутку.
– Их путь в Баренцево море был заблокирован. Из-за невероятно сильного ветра на северном выходе из Белого моря образовался ледовый затор… тюлени должны были начать свою миграцию месяц назад, но теперь они еще в западне.
– И ты это увидел?
– На фотографиях можно четко различить воду и ледовый щит.
– Зеб, что же с ними будет?
– Они голодают, – Зеб воочию представил себе снимок, зная, что никакому ветеринару не под силу спасти их.
Ему даже не пришлось смотреть на Румер, чтобы понять, что она заплакала. От ее всхлипов у него сдавило грудь. Румер всегда была такой: если птенец вываливался из гнезда, она лезла на дерево и водружала его обратно. Если лебедь цеплялся за рыболовную леску, она прикрывала голову от ударов его мощных крыльев и освобождала птицу. Он видел, как она переживала за поморника, и знал, что она пошла бы на все ради тюленей.
– Что мы можем сделать? – спросила она.
– Ничего, – ответил Зеб. – В том-то вся проблема. Мы видим, что творится, однако развитие ситуации неподвластно нам. И все эти спутниковые технологии, позволяющие заглянуть в любую точку мира, сейчас попросту бесполезны. Вот что я думал, когда…
– Что когда?..
Он не хотел рассказывать ей. У него в ушах опять зазвучали отголоски того взрыва. Он сжал зубы так, что у него свело челюсть.
– Поэтому тебе очень повезло с работой. Ты помогаешь животным, спасаешь их жизни. Как с этим поморником…
– Но мы пока не знаем, удалось ли ему выжить, – вздохнула Румер.
– Я знаю, – сказал Зеб. – Я видел его сегодня.
– Правда? Когда?
Зеб перевел дух. Он сидел рядом со своей лучшей подругой, в окружении звезд, вдыхая давний аромат жимолости, ощущая на себе действие настоящей магии летней ночи Мыса Хаббарда.
– В обед, – он поднял руку. – Когда занимался этим…
Румер повернула голову. Она заглянула через ограду в свой собственный двор. Над домами на другой стороне улицы взошел диск луны и замер среди высоких темных сосен. Его свет, проникавший сквозь сучья, сделал свою работу: на ветвях росшего между домов старого дуба засияли золотые нити.
– Что это? – удивленно выдохнула она.
– Это специально для тебя, – Зеб взял ее руку. – Потому что я хочу, чтоб ты снова поверила в нас с тобой…
– Поверить в нас с тобой? – эхом отозвалась она.
– В то, как все было раньше, – прошептал он. – Когда ты говорила, что нас соединяет магическая золотая нить.
– Зеб…
– И что она останется навсегда, – добавил он. Румер больше не могла вымолвить ни слова. Комок в горле мешал ей говорить. Глядя на дерево, где в паутине медной проволоки плясал лунный свет, она словно перенеслась в прошлое. Его рука согревала ее ладонь, и она взглянула ему прямо в глаза.
Зеб смотрел наверх, мимо флюгера-единорога, туда, где Арктур вершил свой бег. Под этим углом казалось, что звезда словно насажена на рог мифического существа. Зеб подумал о противоположном ракурсе, о созерцании Земли из космоса, и у него снова свело челюсть. Но он захотел рассказать ей.
– Я много раз пролетал над… – начал он.
– Над Мысом Хаббарда? – перебила она.
– Да.
– И ты видел? Правда?
– Я знал, чувствовал. Мое воображение рисовало наши дома. Наш двор, сад. Эту крышу, откуда мы смотрели на звезды…
Румер обхватила себя руками, чтобы бившая ее дрожь не доконала ее.
– Но большую часть времени я думал о другом. Я прижимался лбом к иллюминатору «Челленджера» и видел звезды, луны, планеты… а потом Землю.
– Оттуда она выглядит иначе, да? – Он кивнул.
– Чудесная бело-голубая планета… да, она выглядит иначе. – Он снова поглядел в небо, вспоминая, каково это было смотреть сюда – вниз.
– Должно быть, в космосе она похожа на луну или звезду.
– И да, и в то же время нет, – слыша собственное сердцебиение, ответил Зеб. «Что это?» – недоумевал он. В скафандре все эхом проходило через его шлем, и он засыпал под успокаивающую колыбельную своего пульса.
Но здесь, на крыше, разговаривая с Румер о полете, он словно услышал ритм своей жизни.
– Нет? – спросила Румер.
– Ну… в другом смысле, – сказал Зеб.
– Я понимаю.
– Эта маленькая сфера, она так далеко… и в ней содержится все, что я люблю… деревья, океаны, музыка, искусство… я постоянно думал о нашей магической нити.
– Сотворенной из золота, – глядя на луну, сказала Румер.
– И люди. Майкл… – Сердце гулко забилось у него в груди, он прижался лицом к щеке Румер и шепнул: – Ты.
Румер вздрогнула, неожиданно обернулась и, удивив Зеба, уткнулась лицом в его плечо. Он ощущал ее дыхание на своей коже, и от этой физической близости у него по спине побежали мурашки.
– Ру… – сказал он.
Она не пошевелилась, но он почувствовал, что настроение у нее переменилось. В воздухе вокруг них повеяло прохладой.
– Зачем? – прошептала она.
– Что зачем, Ру?
– Ох, Зеб. Я никогда не думала, что она порвется… я поклялась, что этого никогда не будет. Но, увы, это случилось – она порвалась навеки, и ничто уже не восстановит ее. Теперь у меня есть другой. Эдвард…
– Ру, пожалуйста…
– Но зачем, зачем ты женился на Элизабет? Ты все разрушил! Разорвал сам… – она вдруг отпрянула от него и скатилась по крыше в окно прямо под ними. Он не видел ее, но слышал, как она бежала через пустой дом. Сетчатая дверь хлопнула у Румер за спиной, она пронеслась по своему двору и скрылась за дверью на кухню.
Луна взобралась еще выше, и на двор Румер спустилась тень. Кусты стали темными, безжизненными. А золотая нить утонула в непроглядной черноте.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Созвездие верности - Райс Луанн



Мне кажется, что через 20 лет исправлятьrnОшибки поздно.
Созвездие верности - Райс ЛуаннАлина
16.09.2012, 8.03





МРАК!!! ( Изо всех сил стараюсь быть объективной!)
Созвездие верности - Райс ЛуаннКира_Т
30.09.2012, 20.37





Вот дура то .... Об нее вытерли ноги, наплевали на все, а она все любит и любит. Когда это происходит с кем то , понятно и просто , все просто решается. Но как хочеться, пркричать ей - ну вспомни, ведь выбрал же твой любимый , что красивее, что ярче , что по его мнению лучше. Так чего ты нюнишь, дура? Оставь ты его в прошлом... В море полно рыбы... Не знаю , зачем женщины прощают предательство? Ведь если тебя предали один раз............
Созвездие верности - Райс ЛуаннА
15.05.2014, 8.55





Прочла до самого конца! А любовь побеждает все все! Да это всего лиш книга, выдуманная история... Смешно. А я все равно рада, что любовь жива,что она победила...
Созвездие верности - Райс ЛуаннА
16.05.2014, 7.51





Ага, два старичка лет через 40 после расставания шамкакают на лавочке о любви! Мрак и бряк!
Созвездие верности - Райс ЛуаннЛайза
16.05.2014, 10.33





Несмотря на некоторые шероховатости (частые повторы уже описанных ситуаций, затянутость, изобилие исторических фактов и дат), книга очень романтична: 8/10.
Созвездие верности - Райс Луаннязвочка
16.05.2014, 17.53





Прекрасное произведение О любви, предательстве, подлости, о доброте ко всему живому!!! О незначительном умышленном событии, которое перевернуло жизнь трех близких людей. О том, что если двое ЛЮБЯТ друг друга, это не значит, что им никто и ничто не помешает любить. Сильный, затрагивающий душу и чувства роман, заставляющий поразмышлять о многом, что нас окружает, особенно об отношениях к любимым и детям, в каком бы возрасте они не были. И гл.героиня не дура, она добилась в жизни того, о чем мечтала и 40 лет это еще не старость, как пишут в коментах - это зрелость! А это уже совсем другое суждение о жизни, чувствах, долге и любви!!! Есть немного затянутые места, но это ничего не портит. Очень интересный, захватывающий роман!!! 10 баллов.
Созвездие верности - Райс ЛуаннЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
7.10.2014, 8.30





В сорок лет жизнь только начинается!
Созвездие верности - Райс ЛуаннНаталья 66
2.12.2014, 21.00





Не очень.
Созвездие верности - Райс ЛуаннКэт
24.01.2015, 9.59





Да в 40 лет и в 50 лет жизнь только начинается только если до этого тоже была жизнь. Жаль Гг-ю , двадцать лет это слишком много, прошли лучшие годы.
Созвездие верности - Райс Луанниришка
11.02.2015, 1.54





Думаю,ей просто повезло,что он был вынужден после взрыва поменять место работы,а иначе каждый из ГГ продолжал бы жить по-старому:он летать,жена играть на сцене,а сестра лечить животных и жить на другом конце света!Ну и когда бы они встретились?
Созвездие верности - Райс ЛуаннНаталья 66
14.02.2016, 18.45





Роман понравился,незнаю хватило бы у меня сил простить сестру и любимого за предательство,но 20 лет все же много для боли и переживаний....в жизни такого наверное не бывает.роман жизненный очень понравился 10+++
Созвездие верности - Райс Луаннсоня
24.03.2016, 11.29





Кобели нагуляются , дело к старости и они едут прощения просить к тем , кто их любил . Они что не понимают , что в душу нагадили . И ведь бабы -дуры прощают . Это в книгах все хорошо и красиво , а в жизни все по другому . Больно и обидно .Подобное уже читала .
Созвездие верности - Райс ЛуаннRoza
24.03.2016, 14.25





Полностью согласна c предыдущим комментарием. Прощение таких вот кобелей - основная черта русских баб.А потом плачут, что доля несчастливая.
Созвездие верности - Райс ЛуаннТуся
24.03.2016, 17.14





Кника заслуживает прочтения , но для дам старше 40 . Твердая десятка ! Написала рецензию только что прочитав , но все из -за отключения интернета пропало . Сейчас уже немного не те эмоции , но все же попробую . И так - вначале романа гнев , такой сильный , аж в душе все переворачивалось , гнев и злость на сестру героини и главного героя . Подлость и предательство от подруг -это уже входит в норму , но от сестры-это уже удар ножом в спину . Теперь про главного героя : женился , развелся . А чего 10 лет ждал ? Где ты эти 10 лет был , по бабам чужим шатался , как жена сказала . Почему же не приехал , не объяснился ? Ведь вместо 20 потеряных лет можно было 10 и не терять . Не все мне понравилось , но это и не важно . Но много эмоций и рассуждений вызвала книга . Жалко героиню , но она молодец , что нашла сил простить . Хоть после 40 найдет свое счастье . После 40 пишут жизнь только начинается , нет , жизнь начинается с рождения . И чем мы моложе , тем и все ярче и более счастливо воспринимается . В молодости и солнце ярче светит , и трава зеленее . Но что жалелеть о том , чего не случилось , хоть и больно от этого . Жизнь продолжается и надо ловить момент . Пусть хоть конец жизненного пути будет счастлив .
Созвездие верности - Райс ЛуаннMarina
25.03.2016, 12.15





боожееее,как же много лишних людей,слов и описаний...на 8 главе не выдержала,бросила..согласна с теми,кто написал,что любить можно и в 40,это не старость,а зрелость,но автор вместо того,чтобы описывать жизнь главных героев,приплетала всех,кого не попадя,я уже и перескакивала главы,но все равно дальше 8 не осилила
Созвездие верности - Райс Луаннэн
5.10.2016, 20.58








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100