Читать онлайн По вине Аполлона, автора - Рафтери Мириам, Раздел - Глава 10 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - По вине Аполлона - Рафтери Мириам бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.66 (Голосов: 47)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

По вине Аполлона - Рафтери Мириам - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
По вине Аполлона - Рафтери Мириам - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Рафтери Мириам

По вине Аполлона

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава 10

— Рано утром, когда вы еще спали, приезжала мисс Пратвелл, — проинформировала меня миссис 0'Хара, ставя передо мной на стол блюдо с горячими маслянистыми вафлями и стакан апельсинового сока. Да, никакого сравнения с моей обычной чашкой растворимого кофе за завтраком. — Оставила свою визитную карточку. Сказала, что надеется, вы примете ее приглашение на чай сегодня в пять часов.
— О? — я полила сиропом свой завтрак, размышляя над тем, что могло подвигнуть Пруденс на столь необычный поступок. Не закрались ли у нее какие-либо подозрения на мой счет? Бог свидетель, оснований для ревности у нее было более чем достаточно. Она вполне могла догадаться о моих чувствах к Натаниэлю еще до того, как я осознала их сама.
А может, приглашение было с ее стороны обычным проявлением вежливости. Как-никак, я была кузиной ее жениха. В теории.
— Сообщите мисс Пратвелл, что я с радостью принимаю ее приглашение. — Что бы за всем этим ни стояло, это давало мне шанс познакомиться с Пруденс поближе и, возможно, даже разузнать, были ли обоснованны мои подозрения в отношении нее.
Интересно, как бы отреагировал Натаниэль , узнай он о нашей встрече с Пруденс? Почему-то у меня не было никакого сомнения, что он бы этого не одобрил.
— Где мой кузен? — спросила я.
— Уехал по делам. Сказал, что вернется к вечеру.
— О! — протянула я, мгновенно расстроившись из-за того, что не увижу его весь день, хотя, как он мне дал ясно понять, ни о каких наших встречах наедине не могло теперь быть и речи. Как бы там ни было, подумала я со вздохом, нужно воспользоваться его отсутствием и попытаться проверить мои подозрения в отношении Пруденс.
В столовую вошла тетя Фейс и, усевшись напротив меня, велела миссис 0'Хара принести ей тарелку лепешек с джемом, взбитые сливки, залитые майонезом вареные яйца с ветчиной на тостах и две поджаренные до румяной корочки колбаски. Чистый холестерин — эта женщина, похоже, так и ждала, когда у нее будет инфаркт.
— Вы, я вижу, тоже устали, если спали так долго, — обратилась она ко мне, ожидая, пока прислуга нальет ей кофе. Подняв брови, она посмотрела на меня поверх очков. — Бессонница?
Вафля у меня во рту мгновенно утратила весь свой вкус.
— Почему вы спрашиваете?
— Да просто так. — Она бросила три куска сахара в свою чашку и добавила сливок. Я почти физически почувствовала, как уплотняются ее артерии. — Поздно ночью я видела свет в вашем окне.
— Я читала.
Не была ли тетя Фейс таинственным визитером, шпионившим в предрассветные часы за мной и Натаниэлем? Это представлялось маловероятным, но, с другой стороны, она заметила, что ее муженек не может оторвать от меня глаз (не говоря уже о руках). Если она услышала, как я выхожу из свой комнаты, она вполне могла подумать, что я собираюсь встретиться с ним, и последовать за мной.
В комнату, медленно ступая, вошел дядя Эфраим. Судя по его неуверенной походке, он еще не совсем оправился от своего вчерашнего знакомства с зубами Аполлона.
— А, вот ты где, Фейс. Итак… — При виде меня он умолк и стиснул в пальцах набалдашник своей трости.
— Да, дорогой? — с удивлением посмотрела на него Фейс.
Не был ли нашим ночным шпионом дядя Эфраим? Может быть, он увидел, как я вышла в сад, и решил закончить то, что начал. При этой мысли меня пробила дрожь.
Я встала, не собираясь вести светскую беседу с потенциальным насильником.
— Рада была поболтать с вами, тетя Фейс, но сейчас, с вашего позволения, я вас покину и попытаюсь разыскать Викторию.
Она медленно, с явным наслаждением, отпила из чашки.
— На вашем месте я поискала бы ее в кукольном домике.
Совет был дельный, и невольно я подумала, интересно, когда же она сама была там последний раз?
Я нашла Викторию на чердаке ее кукольного домика. Девочка свернулась калачиком, подтянув коленки к подбородку, а внизу, у подножия стремянки, ее сторожил Аполлон.
— Тебя прислал Натаниэль, чтобы ты меня отругала? — спросила она, когда я к ней поднялась.
— Нет, я пришла сама.
Она бросила на меня взгляд из-за коленей и крепче прижала к груди фарфоровую куклу, которая была у нее в руках.
— Ты тоже сердишься на меня? Осторожно пробравшись между разложенными на полу куклами и игрушками, я опустилась на колени рядом с ней.
— Я не сержусь. Немного расстроена, возможно, но не сердита. Виктория, тебе не следовало писать эту записку. Ты не имеешь никакого права вмешиваться в личную жизнь своего брата. «Или мою», — добавила я про себя.
Она выпятила нижнюю губу.
— Я лишь хотела помочь ему.
— Помочь?
Она нетерпеливо кивнула.
— Ведь это же сработало! Он целовал тебя… по крайней мере, до тех пор, пока вы оба не заметили меня в окне.
— Виктория… — Я почувствовала, что краснею. — Никому не говори об этом, в особенности Пруденс. Этого не должно было случиться…
— Почему нет?
— Потому что я скоро уеду, я Натаниэль собирается жениться на Пруденс.
— Но она мне не нравится. Я вздохнула и, поднявшись с колен, подошла к окну.
— Иногда мы вынуждены мириться с тем, что нам не нравится.
— Тебе нравится Натаниэль, ведь так? — Она последовала за мной к окну. Я повернулась к ней лицом.
— Конечно, но…
— И я знаю, что ты нравишься ему. Он сам мне об этом говорил. Так почему же дурно желать, чтобы вы двое были вместе?
— Виктория, — я опустилась перед ней на колени и сжала ее ладони в своих. — В том, что желаешь, нет ничего дурного, дурно пытаться добиться желаемого, когда это может причинить боль другим. Пруденс, например.
Она наморщила нос.
— Я не хочу о ней говорить.
В голову мне пришла неожиданная мысль.
— Виктория, ты случайно не заходила вчера ночью в кабинет к Натаниэлю… может, взять там какие-то книги?
— Нет. Конечно же нет, — она прищурилась. — Все лучшие книги находятся в библиотеке. К тому же, тебе прекрасно известно, где я была прошлой ночью. Так зачем ты спрашиваешь?
— Просто так. Я что-то услышала там, возможно мышь, только и всего. — Я огляделась. — Вижу, у тебя здесь целая коллекция кукол. Сколько же их у тебя?
— Семьдесят три. Должно было быть семьдесят четыре, но одну я потеряла, когда была совсем маленькой. Мою любимую — она была одета по моде колониальных времен, в платье из красного набивного ситца и капор а ля Марта Вашингтон
type="note" l:href="#FbAutId_9">note 9
.
Внезапно я почувствовала жалость к ней, такой одинокой, не имевшей никаких друзей, кроме своих кукол. Она нуждалась в обществе других детей, с которыми могла бы играть. Это заставило бы ее почувствовать себя ребенком, а не миниатюрной копией взрослого.
— Виктория, — произнесла я, повинуясь невольному порыву, — тебе не хотелось бы покататься на велосипеде?
Она понурилась.
— Я не могу Натаниэль не разрешил мне до свадьбы выходить из дома… в качестве наказания.
— Списали на берег, а? Да, дело дрянь.
— Дрянь?
— Удар. Трагедия. Незадача. Виктория ухмыльнулась. — Дело дрянь… Звучит здорово. Я оставалась с ней, пока она, проголодавшись, не решила наконец пойти в дом и что-нибудь перекусить. Сходя с последней перекладины стремянки я вдруг почувствовала, как под ногой у меня что-то хрустнуло.
Наклонившись, я подняла с пола маленький блестящий предмет и повертела в пальцах.
— Пуговица, — сказала я, разглядывая изящную золотую застежку на свет. — Виктория, она, случайно, не от какой-нибудь из твоих кукол?
Она вгляделась.
— Нет, я в этом уверена. Натаниэль не покупает мне кукол с глазами из пуговиц. И эта пуговица слишком большая для кукольного платья. Скорее, она от мужского сюртука или, возможно, от дамского пальто.
Если пуговица оторвалась не от платья куклы Виктории, тогда она оторвалась от чего-то другого. У кого-то другого. Может, у того, кто следил за нами с Натаниэлем из кукольного домика?
Я взъерошила волосы на голове Виктории.
— Хорошая работа, Шерлок. Она ухмыльнулась.
— Элементарно, мой дорогой Ватсон. Холодный порыв ветра ударил мне в лицо, когда я перешагнула порог и с чувством, будто только что попала в мир одного из тех готических романов, которыми зачитывалась Виктория, вышла наружу.
— Мисс Джеймс, я очень рада, что вы согласились прийти, — любезно приветствовала меня Пруденс, когда я, в сопровождении горничной, вошла в ее гостиную.
— Спасибо за приглашение.
Мы опустились на мягкие, украшенные вышивкой подушки одинаковых чиппендейлских кресел вишневого дерева, между которыми располагался серповидный столик во французском колониальном стиле, и Пруденс, отпустив прислугу, принялась разливать чай из серебряного чайника.
— Я должна извиниться перед вами, — проговорила она, протягивая мне чашку. — Боюсь, я вела себя отвратительно вчера утром.
Я не поверила своим ушам. Подобные признания были явно не в духе Пруденс.
— Вы ни в чем не виноваты. Любой бы расстроился на вашем месте. Поведение моей собаки также оставляло желать лучшего.
Она улыбнулась и взяла в руки маленький серебряный кувшинчик.
— Согласна. Сливки?
— Спасибо, да.
— Сахар?
Я открыла было рот, собираясь попросить заменитель сахара «Свитен Лоу», но вовремя остановилась.
— Да, спасибо.
Она передала мне сахарницу. Воспользовавшись изящными серебряными щипчиками, я опустила в чашку два кусочка сахара и помешала чай серебряной ложечкой.
— Как я уже сказала, — начала Пруденс, — я совсем не хотела быть с вами грубой. Но я ужасно боюсь собак… вот я и сорвала на вас злость. Еще раз прошу простить меня и предлагаю начать наши отношения так сказать с чистого листа.
— Конечно, — ответила я, гадая, не была ли наигранной искренность Пруденс. — Почему бы и нет?
Пруденс с облегчением вздохнула и уголки ее изящного маленького ротика слегка приподнялись в улыбке. Она и вправду была великолепна — настоящая писаная красавица. Я потянула себя за ворот, почувствовав внезапное удушье; на миг мне показалось, будто на шее у меня затягивается петля.
— Вижу, вы ходили по магазинам, — заметила она. — Это чудесное платье — цвет явно вам идет.
— Спасибо. Ваше платье тоже очень красиво, — сказала я, чувствуя себя, по сравнению с ней, одетой совершенно безвкусно. — Да, на вас вчера были изумительные сережки. Жемчужные. Могу я спросить, где вы их приобрели?
Она коснулась нити жемчуга на своей шее.
— Спасибо. Мне их подарил один очень дорогой мне человек. Я обожаю жемчуг. Он такой искристый… как миниатюрные хрустальные шары.
Я догадывалась, кто был этим «очень дорогим человеком», подарившим ей жемчужные серьги, но сейчас меня занимало совсем другое. Ее упоминание хрустальных шаров напомнило мне, что в тот вечер, когда Натаниэль нашел меня на чердаке своего дома, он сказал о вере Пруденс в привидения.
Я испробовала все, что только могла придумать, чтобы помешать ему жениться на ней — однако ничто не сработало — ни правда, ни вымысел, и моя попытка соблазнить его потерпела фиаско. Какого черта! Если Натаниэль не поверил в мои экстрасенсорные способности, то почему бы мне не попытать счастья с Пруденс?
— Могу я взглянуть на вашу ладонь? — спросила я, выдавливая из себя вежливую улыбку. — Я, видите ли, читаю по руке. Мама говорит, что мне следовало бы родиться цыганкой — так много моих предсказаний сбывается.
— Хиромантка! — Пруденс хихикнула от возбуждения. — Какая прелесть. Я обожаю, когда мне гадают. — Она положила руку на стол, ладонью вверх, и я взяла ее в свою.
— Я вижу длинную линию жизни, — начала я.
— Хорошо, — Пруденс принялась обмахиваться свободной рукой. — Что еще вы видите?
Наклонившись вперед, я сощурилась, делая вид, что внимательно изучаю линии на ее холодной наманикюренной руке.
— Странно, — сказала я. — Линия любви у вас раздвоена. Как вам это нравится? Лицо Пруденс стало белым, как мел.
— Вероятно, здесь вы ошиблись. Я выхожу замуж в субботу.
Я пожала плечами.
— Я не пытаюсь что-либо объяснить; я просто читаю линии. Гм. — Я провела пальцем по ее руке и наморщила нос. — Видите это? Это означает трудный брак.
— Что?
— Сожалею, что приходится говорить об этом, но впереди вас ждет большая печаль.
— Печаль? — Ее рука задрожала. — Разве мой муж не будет хорошо ко мне относиться?
Я кивнула.
— Поначалу.
— А потом?
— По прошествии какого-то времени ему наскучат приемы и балы, которые вы любите. — Я прищурилась, вглядываясь. — Я вижу, как вас держат взаперти в вашей комнате, не позволяя никуда выходить…
— Натаниэль никогда такого не сделает! — Ее рука взлетела к горлу.
— Никаких больше красивых платьев… или драгоценностей. Я вижу, как ваш муж ограничивает ваши расходы. Ограничивает резко…
Внезапно за моей спиной мужской голос произнес:
— Чушь! Дорогая моя, зачем вам понадобилось выбрасывать деньги на все эти россказни профессиональной мошенницы?
Обернувшись, я увидела у себя за спиной Квентина Феннивика. При взгляде на мое лицо, он мгновенно побледнел, узнав во мне женщину, которую видел в магазине.
— Мистер Феннивик! — Пруденс покраснела. — Моя гостья не мошенница. По правде говоря, она почти что родственница.
— Извините меня, — сказал Феннивик, кивнув мне. — Я лишь забочусь об интересах мисс Пратвелл… ради ее отца, как вы понимаете. Говоря о котором… — он повернулся к Пруденс. — Я… пришел, чтобы передать вам послание вашего отца. Но, может быть, мне лучше вернуться позже… после того, как ваша гостья уйдет.
— Ерунда. — Пруденс встала, жестом показывая ему на небольшой диванчик. — Не присоединитесь ли вы к нашему чаепитию, мистер Феннивик? Мы с мисс Джеймс вели в высшей степени удивительную беседу. Она кузина Натаниэля.
Феннивик с трудом сглотнул.
— Его кузина?
— Да, — Пруденс разгладила складки юбки. — Уверена, она может рассказать мне немало поразительных историй о детстве Натаниэля. Скажите мне, мисс Джеймс, Натаниэль был непослушным ребенком? Я внутренне простонала.
— Спросите тетю Фейс. Мы с Натаниэлем встретились в первый раз уже взрослыми.
— О, — она облизала губы. — Ну что ж, в таком случае мне ничего другого не остается, как только с нетерпением ожидать встречи с тетей Фэтти.
Феннивик снял котелок и сел.
— Рад познакомиться с вами, мисс Джеймс. Мисс Пратвелл, вы выглядите сегодня прекрасной, как весеннее утро.
Щеки Пруденс вспыхнули; она буквально светилась.
— Благодарю вас, мистер Феннивик.
Я отпила из чашки. У чая был приятный вкус, мятный, не слишком сладкий, с легким привкусом ромашки.
— Хороший чай, — заметила я.
— Это особая смесь. Я дам вам с собой домой пакет, — сказала она, отводя глаза, словно боясь встретиться взглядом с Феннивиком.
Было абсолютно ясно, что эти двое с нетерпением ждали, когда я уйду, чтобы наконец остаться вдвоем.
— Спасибо. Это было бы чудесно. Ну, мне пора отправляться в путь. Вам же еще надо успеть подготовиться к намеченному на сегодня грандиозному балу.
Пруденс благодарно улыбнулась.
— Разумеется. Но подождите минуту. Я приготовлю пакет с чаем, чтобы вы могли взять его с собой домой.
Домой… Внезапно сердце у меня сжалось. Увижу ли я когда-нибудь снова свой дом?
Она выпорхнула из гостиной, оставив меня наедине с человеком, ответственным за смерть Натаниэля.
Я простодушно улыбнулась ему.
— Мне кажется, я уже где-то вас видела. Ах, да… в универсальном магазине вчера. Вы покупали драгоценности для дамы, не так ли? — Я вопросительно подняла брови.
— Вам не следует проявлять слишком большой интерес к личным делам джентльмена, — он обезоруживающе улыбнулся и, подмигнув мне, добавил: — Но если вам так уж хочется знать, я покупал подарок моей матушке.
Да, конечно… бывает, что и коровы летают, подумала я и вслух сказала:
— Ей весьма повезло с сыном.
— Надеюсь, — он встал, избегая встречаться со мной взглядом. — Не могу представить, что могло так долго задержать мисс Пратвелл. Думаю, мне лучше пойти и проверить, все ли там в порядке.
Какой уж тут порядок, подумала я, проводив его глазами. Пруденс вела себя в присутствии этого сладкоречивого Феннивика, как обычная влюбленная дурочка, и я ни на секунду не поверила его выдумке, будто та брошь предназначалась его матери.
Мое гадание не сработало. Но, похоже, я получила то, за чем пришла. Теперь мне оставалось лишь убедить Натаниэля, что его невеста влюблена в другого мужчину.
Я вздохнула. Легче было бы убедить Аполлона начать питаться говяжьими костями.
Спускаясь по лестнице в шелковом вечернем платье синего цвета, выбранном для меня мадам Ривьер, я увидела внизу Натаниэля, и у меня перехватило дыхание.
Он стоял у подножия лестницы, выглядя в своем фраке и шелковом цилиндре просто непозволительно прекрасным для смертного. Медленно я продолжала спускаться, чувствуя, что мой пульс участился.
Окинув меня одобрительным взглядом, он протянул мне руку. Едва я коснулась ее, как по моему телу прошла сладостная дрожь. Он заставил меня опереться на свою согнутую в локте руку, и мы вышли на веранду и направились по дорожке к ожидавшему нас «роллс-ройсу».
Слуга в ливрее распахнул для меня переднюю дверцу, и я уселась на сиденье рядом с местом водителя. Натаниэль тем временем помог тете Фейс усесться на заднее сиденье за мной и посадил дядю Эфраима рядом — как можно дальше от меня, заметила я с благодарностью. Усадив подле меня Викторию, Натаниэль сел за руль.
— Итак, — заговорил он первым, кивнув нам с Викторией, — чем вы, дамы, занимались весь день?
Вперив взгляд в приборную доску, я молчала. Момент был явно неподходящим для каких бы то ни было признаний. От Пруденс я сразу же вернулась домой и оделась почти за целый час до того, как нам нужно было выезжать, рассчитывая побыть с Натаниэлем хотя бы несколько минут наедине и рассказать ему о том, что мне удалось узнать. Но он вернулся поздно, и все мои планы полетели к черту.
— Я ничем не занималась, поскольку ты велел мне оставаться дома, — пожаловалась Виктория. — Мне было ужасно скучно. Тейлор не разрешила мне даже пойти с ней к Пруденс…
— Куда? — Натаниэль наклонился вперед, стиснув в ладонях руль.
— Пруденс пригласила меня на чай, — объяснила я. — Я не видела ничего плохого в том…
— Не видела ничего плохого? Ничего плохого? Что если бы она спросила тебя о…
Он умолк, внезапно вспомнив о присутствующих.
— Спросила бы о чем? — задала вопрос Виктория, устремив на меня пристальный взгляд.
— Господи, девочка, неужели никто не научил тебя, что дети должны вести себя так, чтобы взрослые их видели, но не слышали? — заметила с укоризной тетя Фейс.
— Девочка здесь права, — шеи моей коснулось отвратительное дыхание дяди Эфраима. — Скажи нам, Натаниэль, что такое должна объяснить Тейлор?
— Ничего. Забудьте об этом. — Натаниэль застыл, откинувшись назад. — И как ваше чаепитие?
— Все прошло чудесно, — поспешила я успокоить его. — Мы мило побеседовали… и я несомненно узнала Пруденс намного лучше. — С рассказом об ее увлечении Феннивиком приходилось ждать, пока с нами находилась Виктория и эта динамичная парочка на заднем сиденье. К тому же на балу я могла узнать что-то новое. Нужно будет понаблюдать за Феннивиком, если он там появится… Черты лица Натаниэля разгладились.
— Хорошо. Теперь ты видишь, как она очаровательна.
— Она вне всякого сомнения настоящая красавица, — заметила я. — А как прошел твой день?
У него заходили на скулах желваки.
— На одном из моих складов произошел пожар.
— Пожар? — дядя Эфраим наклонился вперед и быстро заговорил, брызжа слюной. — Ущерб большой? Что стало причиной?
— Сгорело несколько ящиков с импортным товаром, но, к счастью, огонь удалось потушить, прежде чем он успел нанести серьезный ущерб. Начальник пожарной охраны считает, что это был поджог.
— Поджог! — вырвалось у меня. — Но зачем кому-то понадобилось поджигать твой склад?
— Полагаю, это было предупреждение, — проговорил он мрачно, — посланное моим врагом, который не привык проигрывать.
Руф, подумала я, вспомнив слова Натаниэля, что ему угрожали расправой за какие-то его дела с мистером Шпреклзом. Узнать что-либо еще мне, к сожалению, не удалось, поскольку в этот момент мы въехали на подъездную аллею перед особняком Пратвеллов.
— Я думала, намечается небольшой обед — ну, ты знаешь, только для друзей и родственников, — шепнула я Натаниэлю, когда, пройдя через громадный вестибюль, в котором с легкостью уместилась бы вся моя квартира, мы вошли в бальный зал, где толпилось более сотни гостей. Зал был роскошным, даже, пожалуй, слишком, с покрытым позолотой потолком, мраморными колоннами, украшенными резными виноградными гроздьями, и фонтаном с шампанским, в центре которого возвышались на белом пьедестале статуи трех херувимов, совершенно обнаженных, если не считать стратегически расположенных гипсовых складок.
— У Пратвеллов хватает и тех, и других, — ответил Натаниэль.
— Посмотрите! — Виктория хихикнула и, поспешно прикрыв ладошкой рот, метнула головой в сторону двух молодых женщин, кокетливые наряды которых составляли резкий контраст с их мрачными лицами. — Это сестры Пруденс. Правда, они похожи на мачехиных дочек в «Золушке»?
— Нехорошо так говорить, Виктория, — сурово произнес Натаниэль.
— Как их зовут? — спросила я.
— Прюнелла и Присцилла, — ответил он.
Виктория подмигнула мне и зажала пальцами нос. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться.
К нам с сияющим лицом подошла Пруденс. Я не поверила своим глазам.
На ней была та самая брошь. Феннивик, как я и думала, соврал, сказав, что купил ее в подарок своей матери. Какой же надо быть дурой, чтобы накануне собственной свадьбы открыто щеголять в драгоценностях, подаренных тебе другим мужчиной! Мне не терпелось остаться с Натаниэлем наедине и поведать ему о нескромности Пруденс.
— Наконец-то, дорогой, — проворковала она, увлекая его в сторону. — Я думала, ты никогда сюда не доберешься. Ты просто обязан пойти со мной и со всеми познакомиться. Мои деревенские родственники прямо-таки умирают от желания встретиться с тобой. — Окинув взглядом всех нас, она добавила: — И, конечно же, с твой семьей.
Я почувствовала укол ревности. Прекрати это, мысленно приказала я себе. Не теряй голову. Сегодня тебе понадобится все твое хладнокровие. Желтые зубы дяди Эфраима обнажились в плотоядной ухмылке.
— Великолепную кобылку подцепил наш молодой жеребец, а, что скажешь, Фейс?
— Скажу, что ты слишком стар, чтобы бегать за молодыми девушками, — ответила тетя Фейс, крепче ухватив его за локоть.
Я сжала кулаки, с силой вонзив ногти в ладони. Если бы только я могла отвести Натаниэля на несколько минут в сторонку и рассказать ему о своих подозрениях. Поверил бы он мне? Мне хотелось надеяться на это, хотя, видя его сейчас с Пруденс, я была вынуждена признать, что он вполне мог бы мне и не поверить.
Появление нового гостя вызвало волнениев зале.
— Кто это? — спросила я Викторию, глядя на темноволосого худощавого мужчину с пышными усами, который привлек к себе всеобщее внимание.
— Босс Руф, — ответила она. — Натаниэль презирает его. Говорит, он с удовольствием бы завязал узлом хвост этой змее.
Может Руф и был змеей, но как всякий политик, он несомненно знал, как говорить с людьми. Он скользил через зал, расточая улыбки и любезности дамам и приветствуя джентльменов с достоинством настоящего государственного деятеля. Я была официально представлена родственникам Пруденс, а потом и боссу Руфу; даже губы его показались мне скользкими, когда он прикоснулся ими в поцелуе к моей руке. Он прямо-таки источал запах власти, но запах нечистый, как у только что выкопанного лука, к корням которого пристали комья земли.
У Виктории завязался разговор с такими же юными, как она, кузинами Пруденс. Спустя какое-то время группа молодых людей устремилась к буфету, где стояли подносы с закусками и большая серебряная чаша с пуншем.
Оркестр заиграл вальс. Тетя Фейс увлекла дядю Эфраима в круг танцующих, но я заметила, что он не спускает глаз с нескольких девушек поблизости и пытается заглянуть им в вырез платья, когда они проносятся мимо него в танце.
Натаниэль пригласил Пруденс танцевать, и они отошли, оставив меня одну. Зеленоглазое чудовище во мне подняло голову и дыхнуло огнем при виде его рук на ее тонкой талии и обнаженном плече, когда он закружил ее по залу. Сколько раз смотрела я на его старую фотографию, думая о том, как было бы прекрасно кружиться в вальсе в его объятиях по танцевальному залу Стюарт-хауза, чувствуя на себе его взгляд, полный любви и восхищения. Взгляд, каким он смотрел сейчас на Пруденс.
Я отвернулась, не в силах долее смотреть на них. В зале стоял легкий туман от табачного дыма. Воздух. Мне просто-таки необходимо было глотнуть хоть немного свежего воздуха. Оглядевшись, я направилась к высоким, до пола, стеклянным дверям, выходившим на веранду. Отыскав укромный уголок за мраморной колоннадой, я опустилась на железную кованую скамью и закрыла лицо руками.
Возьми себя в руки, Тейлор, приказала я себе. Ты все равно не сможешь быть вместе с Натаниэлем Стюартом, даже если он и оставит Пруденс. Ты должна смириться с этим.
Внезапно внимание мое привлекли приглушенные голоса. Я прислушалась.
— …Все же мне это не нравится. Союз Шпреклза со Стюартом грозит нам неприятностями, — произнес босс Руф, голос которого я мгновенно узнала, поскольку слышала его всего несколько минут назад. Интересно, почему его так интересовали дела Натаниэля?
— Не беспокойся. Я позабочусь об этом, — уверил его второй голос, и на мгновение я застыла, испытав настоящий шок. Что могло связывать Мортимера Пратвелла, отца Пруденс, с Руфом? Они вновь направились в дальний конец веранды и, пригнувшись, я последовала за ними.
— Так, как ты «позаботился» о тех бумагах? — произнес Руф с издевкой.
— Мы их непременно найдем…
— Да, уж, сделай милость, — обрезал его Руф на полуслове и мрачно добавил: — Стюарта нужно остановить любой ценой.
Не был ли Руф тем врагом, которого Натаниэль подозревел в поджоге своего склада? Не говоря уже о взрыве на судне. Я затаила дыхание, когда босс Руф, вместе со следовавшим за ним по пятам Мортимером Пратвеллом, вошли в зал. Итак, Руф стремился заполучить какие-то находившиеся у Натаниэля бумаги, и в этом был также замешан отец Пруденс. Не эти ли бумаги Натаниэль отвез в дом Шпреклза? Я вспомнила шорох, который слышала прошлой ночью за дверью кабинета Натаниэля. Может то была совсем не мышь, а злоумышленник, пробравшийся тайком в дом, чтобы выкрасть эти бумаги?
Я проскользнула в зал. Натаниэль танцевал с одной из уродливых сестер Пруденс и, похоже, не заметил моего появления. Но Феннивик, танцевавший с Пруденс, так и впился в меня глазами, когда я вошла. Он шепнул что-то Пруденс и, оставив ее посреди танцевальной площадки, подошел к ее отцу и о чем-то оживленно с ним заговорил. Мортимер Пратвелл бросил взгляд в мою сторону и лицо его стало такого же цвета, как мраморная колонна, возле которой он стоял.
Отлично, подумала я, меня, кажется, застукали. Ну и ладно. Им все равно не удастся помещать мне сообщить Натаниэлю обо всем, что я услышала.
— А, вот ты где, — раздался вдруг рядом голос Виктории. — Я повсюду тебя искала. Ты знаешь, мне удалось подслушать…
— Виктория, пожалуйста. Только не сейчас. Мне нужно поговорить с твоим братом и…
— Но это касается Пруденс. Она ведет себя просто возмутительно.
Мгновенно я вся обратилась в слух.
— О?
Виктория наклонилась ко мне. Глаза ее сверкали от возбуждения.
— Я была в библиотеке, смотрела книги Пратвеллов и вдруг…
— Виктория! Невежливо бродить по чужому дому.
Она пожала плечами.
— Согласна. Извини. В общем я услышала чьи-то шаги и быстро залезла под стол. Знаешь, кто это был?
— Пруденс? Она кивнула.
— И этот красавчик, который работает на ее отца.
— Квентин Феннивик? — Да, это сулило многое. Я только надеялась, что Виктории не пришлось услышать чего-то абсолютно не . предназначенного для детских ушей. — И что же произошло?
— Он был в ярости. Сказал, что просил ее не надевать эту брошь на сегодняшний вечер. А Пруденс ответила ему, что она не видела в этом ничего плохого. Нет, ты представляешь? Она собирается замуж за моего брата и однако принимает в подарок драгоценности от другого мужчины!
— Говорили они о чем-нибудь еще?
— Пруденс разволновалась и сказала мистеру Феннивику, что он ведет себя неразумно.
— Гм. — В словах Пруденс не было никакого смысла, но она вообще не отличалась особой рассудительностью, как я уже успела заметить. — Что-нибудь еще?
— Вроде все. Пруденс сразу выбежала из библиотеки. Конечно, она уже и так была сильно расстроена, поскольку Натаниэль сказал ей, что им придется отложить свадебное путешествие из-за каких-то его срочных дел, — в глазах Виктории плясали чертики. — Как ты думаешь, Тейлор, должны мы рассказать об этом моему брату?
Прежде чем я успела ответить, кто-то слегка дотронулся до моего плеча. Обернувшись, я увидела перед собой Натаниэля. Интересно, мелькнула у меня мысль, как много он слышал из нашего разговора?
Он слегка мне поклонился, и я вся затрепетала, услышав его звучный голос:
— Разрешите пригласить вас на этот танец, кузина Тейлор.



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману По вине Аполлона - Рафтери Мириам



Мне очень понравилась книга! Интригуем с самого начала и потом не разочаровала.
По вине Аполлона - Рафтери МириамOlgaloralay
27.04.2014, 17.45





Замечательная книга!!! Слог автора изумительный, читается легко и непринужденно. Сюжет необычен - перемещение во времени. Ничего подобного не читала. Любовная линия на высоте. Роман держит читателя в напряжении. До конца не понятно, чем закончится любовная история. Всем читать обязательно!
По вине Аполлона - Рафтери МириамЮля
17.02.2015, 21.35





Класс!!!
По вине Аполлона - Рафтери МириамОльга
19.02.2015, 22.33








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100