Читать онлайн Женщина ночи, автора - Прайс Нэнси, Раздел - ГЛАВА 39 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Женщина ночи - Прайс Нэнси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Женщина ночи - Прайс Нэнси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Женщина ночи - Прайс Нэнси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Прайс Нэнси

Женщина ночи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 39

– Вам лучше взять меня под руку, – сказал Дан. – У меня фонарик, но эти ступени такие старые, они могли уже забыть, куда им надо нас вести.
Луч света освещал каменные ступени, которые причудливо извивались, прежде чем закончиться ровной площадкой. Вода озера блестела под лунным светом. Внизу ступеньки покрывались туманом и пропадали, как в туннеле, в листве деревьев. Мэри чувствовала влажное прикосновение листвы, она придерживала на ходу одной рукой подол своей длинной красной юбки. Другую ее руку поддерживал Дан, и она чувствовала его тепло.
Наконец за последним поворотом лестницы показался город. Они спустились по старым каменным ступеням, выдолбленным за столетия множеством ног.
Они зашли в уличное кафе.
– Вы любите красное вино? – спросил Дан. – Здесь есть прекрасные вина: например, «Чьяретто», с озера Гарда.
Мэри сказала, что любит, и когда его подали, они подняли бокалы и улыбнулись.
– За писателей, – предложил Дан.
– За всех нас, – добавила Мэри; ветер с озера обдувал ее лицо.
– Я восхищаюсь развязкой вашего романа «Для лучшего и для худшего», – сказал Дан. – Жена избавляется от мужа, мечтая быть свободной. Но ее новый возлюбленный уверен, что подчинит ее себе. Вы это придумали или это было на самом деле?
Мэри задержала дыхание и пристально посмотрела на него.
– Глупый вопрос? – спросил Дан.
– Нет, – ответила Мэри. – Но это первый вопрос, который мне задали о моем творчестве: почему я закончила книгу именно так.
Дан изобразил испуг:
– Да, ведь я и забыл, что вы у нас «новый автор». Трудно представить, что ваши книги читают, перечитывают, ими годами восхищаются, а вы не можете при этом сказать: «Эти книги написаны мною».
– И так более двадцати лет.
Оба помолчали минуту-другую, потягивая вино.
– Эта последняя сцена была для меня самой сюрпризом, – продолжала Мэри. – Но ведь вы знаете, как это случается: тяжкий труд и великое удовольствие одновременно, если вам удается дать читателям почувствовать именно то, что ощущали вы сами, вот и все.
– Вы это смогли.
– Разве это ничего более, чем тяжелый труд? – спросила Мэри. – Удовольствия сами заботятся о себе.
Дан рассмеялся, а потом они смотрели на туманные улицы, на крыши и балконы, на распахнутые ставни, на пробивающееся сквозь щели сверкание звезд и отблески воды.
– За удовольствия, – произнес Дан, наполняя бокал, и они выпили за это.


Пол снял смокинг, поставил будильник на четыре утра и лег спать в комнате с балконом. Сквозь стекла балконной двери светила луна, и в его мозгу медленно всплывали воспоминания об отцовской ферме, о старом доме, где они жили с Сандрой и с ее лающими собаками. Когда ей удавалось продать щенка, они покупали себе еду… запах этого дома! Он проникал в пищу, в его одежду, а он должен был бодрствовать всю ночь, пытаясь сосредоточиться и закончить свои тезисы. Он пил и пил, пока, наконец, Сандра не стала его пилить за это так, что он ударил ее. Она покатилась по ступенькам, издавая такие неистовые крики, от которых сотрясался дом. Он все время удивлялся, снова и снова прокручивал эту сцену в голове, как могла такая маленькая женщина издавать при падении такие жуткие звуки. Она потом сразу же успокоилась и никогда не произнесла ни слова упрека вообще ни слова больше. Год за годом она сидела в своей опрятной комнате, в одной из многих таких же опрятных комнат в большом здании возле Бостона.
Пол вскрикнул и вскочил с кровати. Луна теперь светила далеко вверху, над горами и озером.
Полночь. Пол надел джинсы, рубашку и тапочки. Он побродил взад и вперед по комнатам. Взад и вперед. Где же Мэри?.. Она ведь не могла еще кому-то рассказать…
Пол выругался. Ему ужасно хотелось выпить. Глоток виски. Он хотел всего один глоток. Он спустился в бар.
Несколько ламп освещали большую, просторную комнату. Служащих не было. Но тут какой-то человек вышел из покачивающейся двери и, кажется, понял, что сказал ему Пол. «Американское виски». Человек взял бутылку, поставил стакан на стойку бара, откупорил бутылку, а потом исчез.
Пол вышел сквозь балконные двери на террасу. Совсем один под звездным небом, он пил виски и шептал Рэнделу Элиоту: «Во имя славы, которую ты заслужил – а она у тебя была, – я должен, клянусь Богом…» Величие Рэндела спасало его работу, давало ему замысел книги, привело его в Париж, потом в Лондон, а теперь – на лунную террасу на озеро Комо. Пол осушил свою рюмку во имя гениев мировой литературы и их друзей, которые сражаются за них. Совсем один, в неясном свете сада вокруг виллы, Пол громко рассмеялся.


Дан и Мэри вышли из кафе, когда огни погасли и официант стал собирать стулья. Они брели вдоль берега, и Дан рассказывал о своем первом романе. Серебристые волны колыхали лодки у причала. Мэри отвечала на его вопросы о своих книгах – ее книгах!
– Я месяцами читала литературу о второй мировой войне для своего второго романа… я даже переписала фолкнеровскую охоту на медведя…
– Да, точно, – сказал Дан. – Я делал так же: брал сцену откуда-нибудь и как бы разбирал ее, используя ее плоть, ее запах.
Глаза Мэри сияли.
– Как ткачихи племени Навахо: вы знаете, что, когда они берут одеяла у белого человека, они распускают их, чтобы использовать пряжу для своего собственного вязания?
– Превосходно. Это именно так. Чья-нибудь пряжа всегда есть в твоей собственной ткани.
В городе было темно, они шли по мощеным улицам. Мэри едва улавливала лунный свет сквозь тени железных решеток оград. В первый раз за двадцать лет она была писателем: Дан читал ее книги, она читала его.
Кошка, облизывавшая свои серебристые лапы у входной двери, наблюдала, как они ходят рядом, настолько погруженные в свою беседу, что смотрят только друг на друга, не замечая ничего вокруг. Час за часом они то сидели у каменной стены на скамье, то вновь принимались ходить, сравнивать, проверять, аргументировать.
Луна пропала. Туман, как сигаретный дым, заклубился над озером, спускаясь с причала по ступенькам на улицы, на дорогу к вилле, на лес, на руины крепости. В конце концов он покрыл и бледный свет ламп, и расшитый смокинг Дана, и переливающееся платье Мэри.
– Туман, – произнес Дан.
– Да, – повторила Мэри, смеясь. – Мы уже полчаса как бродим в тумане.
Голос Дана зазвучал растерянно.
А я и не заметил, – сказал он и включил свой фонарик, чтобы поглядеть на часы. – Уже светает.
– Я так много спала вчера, что совершенно не устала, но вы, должно быть, утомлены.
– Мы сейчас найдем обратную дорогу, а там сможем спать до полудня. Табличку на дверь «Не беспокоить» – и никто не будет вас тревожить. – Он снял свой пиджак и набросил его Мэри на плечи. Черная шерстяная ткань была влажна от тумана. – У вас есть телефон – он в комнате с балконом.
Туман поднимался за ними по ступеням, окружая луч их фонаря.


Густой туман окутывал дорогу к вилле, укрывал сады, террасу за террасой. Его клочки проникали в комнаты, и влажное, холодное дыхание тумана Пол чувствовал на затылке. Он сидел за столом на террасе, обхватив голову руками. Через некоторое время он встал и посмотрел вниз. Ему показалось, что он очутился в каком-то липком-прелипком сне.
Но пол террасы под его ногами сохранял свою твердость. Он мог видеть, как сквозь густой туман пробивается свет фонаря, и решил пойти ему навстречу. Одна из дверей гостиной на террасу была распахнута, он вышел.
Тишина огромных комнат, пустые сиденья, высокие потолки встретили его. Это были те самые комнаты, где завтра издатели и литературные агенты спросят Мэри: «Издадите ли вы еще какую-нибудь из книг Рэндела?» И она ответит…
Гнев и виски заставили его на мгновение потерять равновесие.
Несколько тусклых настенных фонарей освещали ему ступеньки.
Мэри, должно быть, спала на балконе, высоко над тяжелой мощеной дорогой.
Она не должна слышать, как поворачивается ключ в двери. Он зашел через холл в комнату с балконом и тихо проскользнул в другую.
В комнате было темно. В следующей – тоже. Было совершенно тихо. Он мог слышать шорох насекомых в саду под окном. Очень тихо он прошел через дверь, соединяющую комнаты.
Он едва различал машинку, письменный стол, стулья. Ванная была темна. Он на цыпочках подошел к кровати, думая только о том, как он схватит ее, маленькую, легкую, и перебросит через балконные перила…
Его руки шарили по кровати, но там были только простыни, аккуратно, заботливо убранные горничной.
Ее здесь нет! Он выругался сквозь зубы, потом вдруг растерялся: в комнате с ним был еще один человек. О нет! Это было только его собственное отражение в зеркале.
Виски совершенно вскружило ему голову. Пол, качаясь, стоял у кровати, держась одной рукой за простыни, и слушал тысячи разнообразных голосов насекомых, заполнявших ночь. Но никто из них ничего ему не мог сказать.


Дан и Мэри шли теперь по дороге к вилле. Гравий скрипел у них под ногами.
– Спокойной ночи, – прошептал Дан в туманном свете прихожей. – Встретимся за ленчем. Спите спокойно.
– Спокойной ночи, – Мэри отдала ему пиджак и повернула к себе в тот момент, когда он направился в другую сторону.
Мэри совершенно не хотелось спать. Она снова вышла наружу и уже не заметила, как Дан оглянулся и увидел, что Пол тихонько выскользнул на лестницу и последовал за Мэри.
Мэри пересекла двор. Сквозь туман начинал пробиваться утренний свет. Ее выходное платье, влажное от тумана, прилипло к ней: может быть, ей стоило переодеться? Она рассмеялась, обнаружив наконец дорогу на террасу. Ее деньги. Ее платье. Ее романы – все ее. Она остановилась у ограды, там, где могучие деревья, глубоко вросшие в фундамент террасы, тянулись к нему и исчезали в белом тумане.
Мэри шла вдоль массивного каменного цоколя виллы. Холодный камень источал влагу сквозь встроенные в нем гроты. Пол, наверное, спит наверху, лежит там загорелый и теплый…
Она вздрогнула, почувствовала себя затерянной в тумане и зашла в один из каменных гротов. Под потолком грота статуя фавна таращилась на что-то под равномерный, рокочущий звук падающей вниз воды.
Мэри вздохнула и повернула назад к вилле, голова ее склонилась от усталости, а влажное платье волочилось по камням.
Вдруг она остановилась и прислушалась: она услышала звук приближающихся шагов по гравию. Это, наверное, кто-нибудь из охранников, начавший свой ранний обход виллы.
Но это оказался Пол, возникший внезапно из белизны тумана прямо перед ней. На нем была рубашка и джинсы, и он выглядел измученным, как человек, который гуляет во сне.
– Пол? – спросила она его, как будто хотела разбудить.
– Я увидел тебя перед входной дверью на ступеньках.
– Я не могла спать.
– Так пойдем на прогулку, о которой я говорил тебе накануне, посмотрим оттуда на крепость, – предложил Пол.
– Так рано? – удивилась Мэри. Она почувствовала, что от него пахнет виски. Она заколебалась и повернула к вилле.
– Идем же, – нетерпеливо сказал Пол. Она немного подобрала юбку, чтобы идти за ним по дороге.
Сады, окружавшие их, таяли в тумане. Слабо проступающий шпиль кипарисового дерева торчал из облака напротив стены виллы.
Вдруг Пол произнес:
– Ты разрушила мою жизнь. – Его лицо стало серым, как туман вокруг.
– Я подумала, что смогу писать тайком, помогать тебе…
– Помогать мне? – закричал Пол.
– Я ведь помогала тебе рецензировать романы… Не мои ли идеи помогали тебе выиграть при заключении контрактов? Мы ведь тогда часами с тобой говорили обо всем. – У Мэри появились в глазах слезы. – Я ведь никогда не могла говорить о романах с…
– Они все скажут, что ты нездорова! Что же тогда делать с моей биографией? Я не хочу терять свою должность! Где я найду себе работу? Я до одури работал на ферме, получал степень, помогал Ханне…
– Я была влюблена в тебя и думала, что ты тоже любишь меня, – тихо произнесла Мэри.
– Да почему же ты не можешь помолчать! – воскликнул Пол. – Ты что, хочешь, чтобы они сказали, что ты свихнулась?
Они стояли друг против друга на туманной дороге перед статуей собаки и оленя. Каменный пес скалил зубы на голову оленя, но оба были бесформенные, покрытым мхом.
Пол повернулся к ней спиной и пошел прочь. Дорога едва вырисовывалась между деревьями: серые столбы в белом воздухе. Вдруг он снова обернулся к ней… – Вся моя карьера была глупой шуткой! Ведь они пригласили меня сюда на виллу, потому что я пишу фундаментальную биографию Рэндела Элиота!
– Нет, – возразила Мэри. – Ты здесь потому, что ты мой муж. Ты жил рядом со мной в течение нескольких лет и не понял, что эти книги мои!
Пол удивленно уставился на нее:
– Твои книги!
Мэри ничего не отвечала.
– Твои книги! Боже мой! Каждое слово в каждой из этих книг принадлежит Рэнделу: его таланту, его гению, его очарованию…
– Каждое слово в этих книгах принадлежит мне.
Мэри шла за Полом. Через несколько минут туманная дорога привела их на площадку лестницы перед арочным входом.
– Хочешь побежать и рассказать всем, что ты написала часть текста в книгах Рэндела! – шипел Пол. – Может быть, ты получишь какое-нибудь назначение. Но ведь ты хочешь полностью разрушить мою карьеру, хочешь сделать посмешищем мою работу над биографией Рэндела?
Мэри остановилась у арочного входа. Она оказалась в полуразрушенном помещении, и из тумана ее голос звучал приглушенно:
– Твоя биография не может быть напечатана.
– Не может быть напечатана! – Лицо Пола исказилось от гнева. – Не может быть напечатана!
– Ты же должен быть доволен, – спокойно сказала Мэри. – Через день-другой издатели захотят заключить с тобой контракт на мою биографию.
– Твою биографию? – возмутился Пол. – Простая домохозяйка: четверо детей, пятидесяти лет – провинциалка, совсем обыкновенная – да кто тебе поверит? Ты – автор? Ты – гений? – Пол воздел руки вверх, лицо его покраснело от злости и досады. – Вы все свихнулись! – Слова его стали почти неразборчивы, от злости, когда он говорил, брызги слюны попадали ей в лицо.
Арочный вход на фоне разрушенных стен освещался слабым светом восходящего солнца. Мэри молча стояла, подобрав подол платья, чтобы не испачкать его о поросший мхом порог.
– Мой литературный агент говорит, что сможет обеспечить хорошую рекламу и это принесет тебе немалый доход…
– Ложь! – Дико звучащий голос Пола эхом отзывался в разрушенных стенах замка. – Ты им лжешь! Они не могут верить тебе сейчас… они же не знают…
– Они знают.
– Я здесь как ученый, исследователь! Я написал биографию Рэндела, которая скоро выйдет в свет!
– Нет, – возразила Мэри.
Вдруг ночной туман стал исчезать с вершины холма, стал рассеиваться, как будто кто-то раздвинул занавески на окне. Ранний солнечный свет осветил старую разрушенную крепость и высокую стену фасада, у которой стояла Мэри. Она не смела взглянуть на Пола; она сознавала, что он идет за ней, когда пошла по траве. Когда она скользнула взглядом по стене, то заметила отвесный камень над расстилавшейся внизу водной гладью озера.
– Я решила, что не сразу вернусь домой, после того как мы уедем с виллы, – сказала Мэри. – Будет лучше, если я тебя оставлю на время. Слухи должны обязательно утихнуть.
– Ты решила обойти всех и рассказать им свою историю? Ты не хочешь меня слушать? Ты решила разрушить мою жизнь и тебе наплевать на все?
– Мне просто не хочется сразу же возвращаться в Небраску. Ты сможешь свободно пригласить кого угодно переспать с тобой, как ты это привык делать.
Наступило молчание. Слышен был только зов первых пробудившихся птиц. Потом Мэри услышала резкий голос Пола позади нее:
– Вот в чем дело. Причина того, что ты задумала разрушить и мою книгу, и мою работу, и мою жизнь…
– Я стара, – сказала Мэри прерывающимся голосом. – Причина в этом. Это была моя ошибка: ну как ты мог полюбить меня?
Она повернулась со слезами на глазах, двигаясь слишком быстро, чтобы уловить выражение его лица.
Но она увидела его. Она увидела, как его руки стали подниматься…
Она ощутила то огромное расстояние, которое было между нею и камнями внизу.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Женщина ночи - Прайс Нэнси



10/10, поставила бы все 100. Читается на одном дыхании, спасибо автору.
Женщина ночи - Прайс НэнсиПоля
22.04.2016, 10.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100