Читать онлайн Женщина ночи, автора - Прайс Нэнси, Раздел - ГЛАВА 2 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Женщина ночи - Прайс Нэнси бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.2 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Женщина ночи - Прайс Нэнси - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Женщина ночи - Прайс Нэнси - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Прайс Нэнси

Женщина ночи

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 2

Мэри мыла окна в кабинете Рэндела, когда он неожиданно произнес:
– Париж! Лондон! Рим! Мы все уезжаем. Впятером! До самого Рождества!
Мэри прекратила свое занятие и повернулась к Рэнделу:
– Что?
– Я так решил.
– Ты не собираешься работать? – удивленно спросила она.
– Я попросил отпуск за свой счет на весь семестр. Никаких классов до января. Мы все уезжаем.
Мэри вновь повернулась к окну. Весь фасад их старого дома в Небраске был сделан из стеклянных плит, что-то вроде застекленной веранды, и это окно сейчас отражало залитый солнцем стол Рэндела, разноцветные корешки романов Рэндела, выстроившиеся в ряд на полке, которая висела над его письменным столом, и прищуренные от солнца глаза Мэри.
– На что же мы будем жить, если ты не будешь работать?
– Ты еще не видела письма, – сказал Рэндел, улыбаясь.
– Какого письма?
Рэндел поудобнее устроился в своем кресле.
– Издан мой новый роман «Цена истины».
– Издан? – Мэри понимала глупость своего вопроса.
– Взгляни на это. – Рэндел вынул из кармана какой-то листок. Это был чек на крупную сумму, выписанный на имя Рэндела Элиота.
Мэри перевела взгляд на сияющие от радости серо-зеленые глаза мужа. Такие же глаза смотрели на нее с обложки выставленных на полке книг.
– Когда он пришел? – спросила она, возвращая ему чек.
Рэндел рассмеялся:
– В тот день, когда мы прилетели из Нью-Йорка. Но я знал о чеке еще пару месяцев назад.
Мэри присела на ручку кресла. Она раскраснелась. Оглядев комнату невидящим взглядом, нервно хохотнув, она сжала ладонями щеки. Мысли лихорадочно теснились в голове.
Она снова услышала голос Рэндела:
– Несколько тысяч долларов. Не хочешь ли ты подержать их в руках?
Казалось, она не понимает, что он говорит.
– Издание в мягкой обложке… – проговорила она. – Я думаю о людях, которые сейчас читают эту книгу.
– Успех. Это не просто хорошие отклики на мои книги. Это настоящий успех! – заключил Рэндел.
Мэри открыла глаза, чтобы еще раз взглянуть на чек, дотронуться до него. Рэндел резким движением вырвал чек у нее из рук:
– Мы возьмем детей и отправимся путешествовать.
– Детей? Нам всем уже больше двадцати! – сказала Бет, выходя из кухни. От жары лицо ее раскраснелось, всегда блестящие карие глаза блестели еще сильнее. – Так куда мы отправляемся?
Рэндел помахал перед ней чеком:
– Издан мой новый роман! Деньги, деньги, деньги! Мы все отправляемся в путешествие за океан. А почему бы нет? Париж! Лондон! Рим! Афины!
Бет даже не взглянула на мать. Сейчас она была ей не нужна. Бет сказала, что никогда не видела чека на такую сумму.
– Это прекрасно… – выдохнула она в тот момент, когда в комнату входили Джей и Дон – два молодых парня со светлыми волосами, без рубашек и в мешковатых джинсах, карманы которых были набиты гаечными ключами, отвертками, складными ножами и другими инструментами.
– Что прекрасно? – спросил Джей.
– Посмотри сюда, – ответила Бет.
Мэри обратила внимание на быстрый, осторожный взгляд, который бросил на нее Джей, до этого она поймала такой же взгляд.
– Что-нибудь произошло? – спросил Джей.
– Ваш не вознагражденный ранее отец, – воскликнул Рэндел, – наконец-то смог сделать деньги с помощью своих книг. «Цена истины» вышла в свет. Что это такое, по-вашему? – спросил он, размахивая чеком перед ними.
– Деньги, – сказал Дон.
– Глупости, – возразил Рэндел, – это Лондон, Париж, Рим, Афины! Целый семестр мы проведем там. Как надоело жить в этой куче хлама. Но теперь, слава Богу, мы можем путешествовать!
Все, за исключением Мэри, заговорили одновременно, радуясь свалившейся на них новости.
Мэри отправилась на кухню и начала чистить картофель к ужину. Из кабинета до нее доносились ликующие, возбужденные голоса детей.
– Сколько волнений и переживаний, – сказал Дон, входя на кухню и отбирая у Мэри нож, чтобы помочь ей. Он отращивал бороду, и было видно, как из мальчика он превращается в молодого мужчину с прямым носом и зелеными глазами, которые так хорошо были ей знакомы.
Мэри смотрела, как из-под ножа Дона падала тонкая кожура.
– Наконец папа сделал деньги, – прошептал Дон.
– Он молодец, – ответила ему Мэри также шепотом. Вошла Бет.
– Ну что, поедем? – также шепотом спросила она. Мэри пожала плечами. Такой же вопрос задал и Джей, войдя на кухню.
– Что вы думаете о поездке? – тихим голосом спросил он.
– Мы не знаем, – прошептала Бет.
Мэри глубоко вздохнула и принялась помогать Бет, которая собиралась жарить свиные отбивные.
– Как насчет брюссельской капусты? – спросил Джей.
Неожиданно в дверях появился Рэндел. Он закричал на Мэри:
– Мы все равно поедем за океан. И вообще, ты можешь оставаться дома одна или с детьми, если они тоже не захотят ехать. Я поеду один!
– Дело не в том, хочу я ехать или нет, – спокойно сказала Мэри, стараясь не смотреть на мужа.
– Это благодаря мне мы получили деньги! – прокричал Рэндел. – Неужели ты думаешь, что я по-прежнему буду копаться в библиотеках, вместо того чтобы использовать шанс побывать в Европе? Делай что хочешь, но я ухожу!
Они слышали, как стукнула входная дверь. Обычно в это время он проезжал милю или две на велосипеде. Он старался сохранять форму, но все равно с годами полнел все больше и больше.
– Что будем делать? – спросила Бет.
– Пока Рэндел не вернулся, я позвоню доктору Паркеру, – сказала Мэри.
Она закрыла двери и некоторое время постояла перед телефоном, собираясь с мыслями. Она почувствовала вокруг атмосферу родного дома: голоса детей, семейную суету, запахи готовящегося ужина.
Набрав нужный номер, она подождала, пока на том конце провода поднимут трубку. Когда доктор Паркер ответил, она сказала:
– Я прошу извинения. Я беспокоюсь насчет Рэндела. Наверное, завтра он будет говорить с вами. Дело в том, что он решил отправиться в Европу и пробыть там с сентября до Рождества, и он сказал, что уедет один, без нас, если мы откажемся ехать с ним.
Обычный спокойный голос доктора Паркера сейчас звучал холодно:
– Можете ли вы отправиться с ним?
– Да. Время есть и у меня, и у детей, но…
– Я думаю, что вы должны считаться с его желанием, – сказал доктор Паркер.
– Поехать с ним за тысячи миль отсюда? – спросила Мэри.
– Путешествие пойдет ему на пользу, – безапелляционным тоном произнес доктор Паркер.
– Но если ему там станет хуже и он вновь окажется в психиатрической клинике? Как он это перенесет? И потом, он может потерять работу…
– В университете у него все будет в порядке. Я позабочусь. Это не трудно будет сделать благодаря его репутации. Я бы посоветовал вам не перечить ему и делать то, что он захочет. Я дам вам адрес хорошего врача в Англии, – сказал доктор Паркер.
– Но что, если Рэндел…
– Вы не можете быть психиатром собственного мужа, – отрезал доктор Паркер.
Мэри сжала губы.
– Если им не могу быть я, то кто им может! – сказала она в сердцах. – Вы же не отправитесь за океан, чтобы присматривать за ним и в случае необходимости уложить его в клинику в чужой стране!
– Иногда приходится рисковать, – голос доктора Паркера был более бесстрастным, чем обычно.
Когда он попрощался и Мэри повесила трубку, она заметила, что ее руки трясутся. В печке поспевал ужин. Дети ждали ее наверху в ее маленьком кабинетике. Вентилятор шевелил листы бумаги на ее письменном столе.
– Ну что, мы едем? – спросил Джей, когда она вошла. Он провел рукой по своим слегка вьющимся светлым волосам. Мэри посмотрела на него – Джей стал высоким, худым и сильным.
– Рэндел так решил. Это его деньги, – сказала Мэри, – но как быть с оплатой твоего образования, с платой за учебу Бет? Можно было бы выделить капитал и для бизнеса Дона.
– Зато мы увидим Лондон. Мы побываем в Италии и Греции! – сказала Бет.
– Но я хочу начать новое дело… – в нерешительности сказал Дон. – И еще Карла – я не хочу ехать без нее..
– Любовь, любовь, любовь… – поддразнила его Бет.
– Надо съездить, пока холост, – сказал Джей, подмигивая Дону.
– Карла может посидеть дома, – сказал Дон. – Может быть, и Майкл смог бы поехать с нами, если бы не был так далеко.
Мэри откинулась на спинку кресла. Она вспомнила Майкла – своего старшего сына, оторванного от дома.
– Майкл в Африке и занят своим делом, – произнесла она вслух.
– Ты говорила с доктором? – спросила ее Бет.
– Только что. Он считает, что Рэнделу не грозит никакая опасность и он может ехать, – ответила Мэри. – Они увидятся завтра.
– Если папа наконец выберется из своего кресла, сменит обстановку, может, это и поможет, – заметил Джей. – Он толстеет буквально на глазах. Его все перестало интересовать.
– Он почти совсем не выходит из дома. Он только бродит целыми днями по дому и спрашивает, что нового мы с Джеем посадили, – добавила Бет.
– Он даже не может запомнить названия растений, – сказал Джей.
– Он пишет, – сказала Мэри.
– Какие-то каракули на обороте оберточной бумаги, – заметил Джей.
Дети переглянулись. Мэри спустилась вниз по лестнице и пошла на кухню. Надо было закончить приготовление ужина. Вскоре она услышала, как вернулся Рэндел.
– Иди ужинать, – позвала Мэри Рэндела, который заперся у себя в кабинете. Мэри с детьми сидела за столом, когда он рывком открыл дверь.
– У меня из бумажника исчезло пять долларов, – сообщил он.
Наступила тишина. Все опустили глаза.
– Ты сказал, что я могу их взять, чтобы купить новую кисть для масляной краски, – сказал Дон.
– Ты даже не начинал красить пол на веранде! – возмущенно воскликнул Рэндел, его зеленые глаза пылали гневом.
Никто не произнес ни слова. Все тихо ждали, что будет дальше.
– Я не хочу никакого ужина. Выбрось его! – закричал Рэндел и, хлопнув дверью, вернулся к себе в кабинет.
Дон и Джей доели свой ужин, потом съели ужин Рэндела и, громко топая ногами, спустились в подвал. Когда Мэри убирала со стола, открылась дверь кабинета Рэндела, и он сказал:
– Это ты так воспитала детей, что они не держат своих обещаний! Дон обещал покрасить пол. Сделал он это? Нет!
Он так близко подошел к Мэри, что она почувствовала запах спиртного, идущий от него. Ее лицо исказила гримаса злости и отвращения.
– Ты – задница! Возомнила о себе черт знает что! Кусок дерьма! – проорал он напоследок и захлопнул за собой двери кабинета.
Мэри прошла на кухню. Бет мыла в раковине посуду, оставшуюся после ужина. Когда Мэри вошла, она взглянула на нее и закатила глаза.
Мэри рассмеялась, и ее злость улетучилась. Закончив дела на кухне, она вышла во внутренний дворик, села на скамейку и вытянула уставшие ноги.
Она посмотрела вверх на остроконечную крышу старого дома, на уютно светившиеся окна. В гараже Дон и Джей возились с мотоциклом Джея. Оттуда доносился стук молотка и металлический скрежет. Из парка напротив слышны были звонкие детские голоса.
По бокам веранды рос вверх виноград. Легкий ветерок играл в его листьях. Всегда шумные воробьи сейчас затихли, отдыхая. Скрипнула дверь, и из сумерек появилась Бет. Она подошла и села рядом с Мэри. В руках она держала книгу. Некоторое время они сидели молча в сгущающихся сумерках. Лишь слабый свет от фонарей в парке освещал их. Наконец Бет нарушила молчание.
– Я люблю сидеть здесь в сумерках, – произнесла она и вздохнула. – Что мы будем делать с путешествием?
В окно Мэри видела Рэндела, сидящего за письменным столом. Его лысина была ярко освещена настольной лампой.
– Я думаю о том, как мы будем платить за ваше с Джеем обучение, и о том, где взять деньги для нового магазина Дона… и о том, как Рэндел перенесет это путешествие.
– Как я хочу, чтобы Майкл был здесь и поехал вместе с нами, – сказала Бет. – Он был так далеко, когда учился в Йельском университете. Но сейчас он гораздо дальше. Мы даже не можем позвонить ему. А письма к нему идут много недель.
– Он даже не будет знать, что мы едем. Во всяком случае, долгое время.
– Затерянная в центре Африки деревушка. Я отыскала ее на карте и попыталась вообразить, как он там живет, но у меня ничего не получилось. Я пишу и пишу ему письма, но даже не знаю, получает ли он их.
Стало совсем темно. Они сидели, вдыхая аромат теплой летней ночи, и думали о Майкле.
– Меня волнует мысль о том, что Рэндел снова окажется там, где мы провели счастливый медовый месяц, мы были такими разными тогда.
– Может быть, он все вспомнит и будет счастлив, – предположила Бет. – Он подумает о том, что прошло много времени после медового месяца, многое изменилось: эти книги и то, что он стал знаменитым, премии и, наконец, эта последняя книга.
– Да. – Голос Мэри звучал тихо. – Он достиг всего этого.
Когда Бет и Мэри вернулись в дом, там все еще пахло ужином. По узкой, тускло освещенной лестнице они поднялись наверх – там находились спальни.
Зайдя в комнату Дона, Мэри увидела, что он уже спит, завернувшись в простыню и слегка похрапывая во сне. «Спокойной ночи», – прошептала она и легонько провела рукой по горячей спине Дона. Мэри окинула взглядом комнату: кругом разбросаны газеты и журналы, чертежи и фотографии. Когда-то Дон делил эту комнату со старшим братом. Но сейчас Майкл далеко, и его кровать вынесли. Вместо нее Дон разрешил Джею установить полки с орхидеями.
Следующая комната принадлежала Бет. Дочь сидела в круге света, падающего от настольной лампы, и перебирала книги, которые она должна прочесть летом в соответствии со школьными требованиями.
– Спокойной ночи, – пожелал ей Джей, когда она проходила мимо его комнаты.
Мэри тоже пожелала ему доброй ночи и прошла дальше, оставив сына наедине с его любимыми пинцетами, пробирками, бутылочками, гербариями, пакетами с семенами, коллекцией насекомых, ножами и ложками, которые он таскал из кухни. Несмотря на кажущийся беспорядок, Джей ориентировался здесь с закрытыми глазами.
Мэри направилась в ванную комнату. По дороге она слышала, как жужжат большие вентиляторы, освежая воздух в доме. В ванной она открыла кран с холодной водой и встала под тугие струи, сгоняя дневную усталость. Потом она растерлась полотенцем и надела ночную сорочку.
Выйдя в холл, Мэри почувствовала запах вина: Рэндел, наверное, был уже в постели. Все в доме было погружено во тьму, ровно гудели вентиляторы – их убаюкивающий шум доносился через открытые двери спален. Звуки ночного дома напомнили Мэри прошлые годы, когда Рэндел нетерпеливо ждал ее, лежа в кровати, его руки тянулись к ней, касались ее, пока она скидывала ночную рубашку и опускалась в его объятия. Они смеялись и целовались. На дверях их спальни не было замка, и они подпирали двери столом, чтобы в спальню случайно не заглянули дети…
Сквозь шторы пробивался лунный свет и призрачными бликами ложился на ковер; ночные насекомые пели свои песни, деревья в слабом свете фонарей в парке отбрасывали причудливые тени, похожие на лапы гигантских пауков.
Кабинет Рэндела был залит потоками лунного света. Рэндела, как и предполагала Мэри, там не было. Мэри могла подойти к книжной полке и взять в руки книги с его именем на обложке – такие увесистые, в красивых переплетах.
На нижних полках лежали папки с газетными вырезками. Обычно Рэндел говорил ей, протягивая пачку газетных и журнальных вырезок: «Приклей их в альбом». Только сейчас, листая альбомы, Мэри со всей отчетливостью осознала, что ее книги получали премии, что их изучали, анализировали, хвалили и возносили.
С одной из вырезок улыбалась физиономия Рэндела. В тусклом свете луны Мэри прочла:
«Многие современные писатели признают неоспоримый талант Рэндела Элиота. Никто до него не смог так ярко раскрыть внутренний мир человека, живущего в двадцатом столетии. С ним трудно сравниться по степени выразительности и точности слога».
Мэри положила альбом на место.
Чек на тысячи долларов, который Рэндел демонстрировал сегодня перед ними, лежал на письменном столе.
«Не хочешь ли ты подержать его в руках?» – вспомнила Мэри его слова. Мэри взяла чек в руки. Ее собственный чек. Каждое слово, которое она написала в последнем своем романе, принесло по доллару.
Мэри положила чек на стол и прислушалась к спящему дому: было тихо, если не считать стрекотания сверчков, шелеста кленовых листьев и шипения колес редкой проезжающей машины.
Мэри встала на стул и потянулась к верхнему ящику буфета с оторванной ручкой. Она подцепила ногтем краешек ящика, открыла его и достала толстую тетрадь. Никто, кроме нее, не открывал этот ящик, там Мэри устроила что-то вроде тайника. Если кто-нибудь случайно заставал ее за работой, она отвечала, что ведет записи в своем дневнике.
Спустя несколько минут она сидела под лампой в гостиной, целиком поглощенная работой над почти законченной очередной книгой. Под быстро бегущим по листу бумаги пером рождалась последняя глава новой книги Рэндела Элиота.


Деревья в парках пожелтели, дети вновь пошли в школу. Мэри была занята дорожными приготовлениями: она помогла упаковать чемоданы, позаботилась о том, чтобы за время отсутствия детей им не приносили почту, предупредила соседей о предстоящем отъезде. Точкой отсчета для всей семьи стали пять билетов на самолет, лежащие на письменном столе Рэндела.
– Я очень беспокоюсь, – сказала Мэри во время традиционного ленча у своей старой подруги Норы Гилден. Вот уже многие годы раз в месяц они встречались за ленчем или за бокалом вина, делились новостями. Нора была бедной девушкой из Северной Каролины, когда-то она «вышла замуж по любви и была несчастна» – так обычно она говорила. Она вскоре рассталась со своим «несчастьем» и вышла замуж «за деньги». Сейчас Нора была богатой вдовой и жила в симпатичном домике из красного кирпича, наполненном всякими антикварными вещами. Она занималась тем, что преподавала в университете, как она говорила, «для души».
– Ты боишься, что Рэндел опять заболеет там? – спросила Нора. – Майклу должно быть стыдно, но зато остальные трое твоих детей тебе хорошо помогают…
– Рэндел поклялся, что уедет один, если мы не поедем с ним. – Мэри сделала паузу, потом воскликнула: – Если бы он предупреждал меня о том, что он собирается делать. Он совсем не делится со мной! Премия… поздравления… письма от известных людей… эти разговоры о Пулитцеровской премии. Оказывается, он еще в июне договорился об отпуске за свой счет… Он все делает без меня, он никогда ничего мне не говорит!
Нора пожала плечами:
– Он – знаменитость.
Они посмотрели друг на друга, и Мэри улыбнулась. Ее забавляла и восхищала способность Норы все упрощать. Наверное, ее психика имела такую же округлую форму, как и она сама. Мэри всегда привлекала жизнерадостность этой женщины. Сложные вопросы – простые ответы.
– Когда отец Рэндела посылал нас в свадебное путешествие, мы были так счастливы.
Внезапно глаза Мэри наполнились слезами.


Отец Рэндела сидел на кухне в доме своей сестры на окраине города. Он так смотрел на Мэри и Бет, как будто перед ним были совершенно незнакомые и посторонние люди. Он просто не замечал их.
– Завтра мы всей семьей летим в Европу, – сказала ему Мэри. В кухне было прохладно, в отличие от улицы, где стояла жара.
– Это Мэри, твоя невестка, – сказала тетя Виола своим дрожащим голосом, наклоняясь к брату Дональду, теребя его за рубашку, поглаживая по редким волосам, как будто таким способом она могла вернуть ему утраченную память. – Ты должен помнить ее.
– А я твоя внучка, – сказала Бет.
Он ничего не ответил. Мэри с Бет сели напротив него, но взгляд водянистых глаз девяностолетнего старика скользнул по ним, ничего не выражая.
– Ваш сын Рэндел, – сказала Мэри, – мой муж. Доктор сказал, что поездка за границу пойдет ему на пользу, – вот почему мы все туда отправляемся. Он ваш сын, вы помните? Вы помните Рэндела? Вы помните, как вы отправляли Рэндела и меня в наше чудесное свадебное путешествие в Европу?
– Папа так долго болел, – добавила Бет. – Мы хотим помочь ему сменить обстановку. И он настаивает, чтобы мы ехали все вместе.
Взгляд глубоко запавших глаз старика был устремлен в окно, на здание школы, стоящей напротив двора тети Виолы. В школе горел свет.
– Легислатура работает допоздна, – сказал Дональд. Он думал, что живет напротив Капитолия.
– Рэндел не смог прийти, чтобы повидаться с вами. У него накопилось очень много дел перед отъездом.
Мэри солгала, зная, что Дональд все равно не помнит, что Рэндел никогда не навещал его. Он уже многие годы не видел своего отца.
Взгляд Дональда проделал медленный путь от огней, горящих в школьных окнах, до своих рук, лежавших на столе.
– Тетя Виола так хорошо заботится о вас, – сказала Мэри. – Вы в надежных руках, поэтому мы не беспокоимся за вас слишком сильно. Она будет знать, где найти нас, если мы вам вдруг понадобимся.
Мэри улыбнулась тете Виоле, и та ответила ей слабой улыбкой.
– Мы скоро увидимся, дедушка, – сказала Бет.
– Да. Нам пора идти, – подтвердила Мэри, – вам пора ужинать, но мы обязательно вас навестим, когда вернемся из Европы.
Мэри наклонилась и поцеловала старика в лоб.
– До свидания, дедушка, – сказала Бет. Дональд снова смотрел на окна школы.
– Легислатура работает допоздна, – снова повторил он.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Женщина ночи - Прайс Нэнси



10/10, поставила бы все 100. Читается на одном дыхании, спасибо автору.
Женщина ночи - Прайс НэнсиПоля
22.04.2016, 10.08








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100