Читать онлайн Шотландская наследница, автора - Поттер Патриция, Раздел - 15. в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Шотландская наследница - Поттер Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8.94 (Голосов: 51)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Шотландская наследница - Поттер Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Шотландская наследница - Поттер Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поттер Патриция

Шотландская наследница

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

15.

Бен не мог понять, что ему приятнее — то ли заботиться об Элизабет, то ли просто вновь ощутить близость ее тела.
Когда он увидел, как она падает, у него оборвалось сердце. До той минуты он и не представлял, как много значит для него эта женщина и как невыносимо было бы потерять ее. До этого момента он думал, что его влечение к Элизабет — просто слабость, даже если оставить в стороне подозрения, по-прежнему роившиеся в его голове. Такая же слабость, как рождающаяся в нем любовь к Шотландии, которая все равно не сможет стать для него второй родиной, или как мысль о том, что он сможет почувствовать себя уютно в Калхолме — этом огромном доме, наводненном слугами.
Нет! С него довольно! Он намерен вернуться в Америку. Снова заняться адвокатской практикой. Конечно, он не собирается оставить без ответа тот вызов в Эдинбурге. Он непременно найдет преступника, который покушался на его дочь. Другое дело — их путешествие в Шотландию. Вот это, может быть, как раз было ошибкой. Возможно, он поступил бы мудрее, скрыв тайну рождения Сары Энн. Ей-богу, вряд ли она будет счастливее здесь, чем в Денвере.
А впрочем… может быть… кто знает? Бен и сам уже запутался в том, что лучше и что хуже. И всю голову сломал, размышляя об этом.
Бен донес Элизабет до ее спальни. Сзади семенили Дункан и Фиона в сопровождении Генри, который плелся с понурым видом, замыкая процессию.
Бен осторожно усадил Элизабет на постель, и ею тут же занялся Генри, который осторожно облизал ей сначала руки, а потом и раненую ногу. Он тоже хотел помочь хозяйке — в меру своих собственных познаний о врачевании ран.
— Отстань от меня со своим компрессом, — сказала она Генри с легким смешком, и Бен улыбнулся в ответ.
Дункан попытался отогнать пса, но тот и ухом не повел, а поскольку они с дворецким выступали в разных весовых категориях, то Дункан, как более легкий, вынужден был уступить. Элизабет не вмешивалась и лишь смотрела на них с усмешкой.
— Спасибо за заботу, — сказала она слугам, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Но, право же, не стоит так суетиться. Я останусь жить, обещаю.
Она взяла за ухо Генри, словно желая внушить ему то же самое.
— Вы уверены, что мы больше ничем не можем вам помочь, леди Элизабет? — с беспокойством спросила Фиона.
— Совершенно уверена.
Дункан и Фиона двинулись к двери, не более чем Генри убежденные в том, что их помощь и в самом деле больше не нужна. Когда они вышли, Элизабет взглянула на Бена.
— Благодарю вас, — тихо сказала она. Он приподнял бровь.
— За то, что случилось? Да, я совершил большую глупость.
— Это только моя вина. Я на минуту отвлеклась, — сказала Элизабет. — Вы не виноваты. Да и падаю я не в первый раз.
Однако ее слова не смягчили угрызений совести в душе Бена.
— Больше всего меня мучает одно, только то, что я заставила поволноваться Сару Энн, — тихо добавила Элизабет.
— С ней уже все в порядке, — успокоил ее Бен. — Но вот потанцевать на сэлдише вам, похоже, не удастся.
Элизабет поморщилась.
— Сэлдиш, охота — это все затеи Барбары. Я только рада, что не буду на нем, — она неожиданно усмехнулась. — Тем более что у меня теперь есть прекрасное тому оправдание.
— А я надеялся потанцевать с вами. — Не совсем ложь, хотя и не совсем правда. — Для меня это было бы единственной отрадой на этом сэлдише, — добавил он.
Она невольно покосилась на его раненую ногу.
— С вальсом я, пожалуй, сумел бы справиться, — сказал Бен, прочитав ее мысли. Элизабет покраснела.
— Не нужно, — тихо сказал он. — Я давно уже привык жить с этим.
— Ненавижу сэлдиши, — неожиданно выпалила она. — Пока я сюда не приехала, я и понятия не имела о танцах.
Это признание поразило Бена. Он-то думал, что все молодые леди, особенно из хороших семей, обязательно учатся танцам. Впрочем, чуть раньше он решил, что это братья научили Элизабет так лихо ездить верхом. И оба раза ошибся.
Бен попытался вспомнить, что еще в рассказах Элизабет показалось ему странным. Но не вспомнил. Да и не стоит, пожалуй, копаться в ее прошлом. Расспрашивать? Тем более. Ведь это дало бы и ей право покопаться в его жизни, а к этому Бен был ну никак не готов.
— В ближайшие дни вы собираетесь ездить на Шэдоу? — спросил Бен, в надежде услышать «нет». На ее лицо набежала тень.
— На нем будет ездить Джорди. Пора. Именно ему предстоит выступать на Гранд Националь.
— А вам, конечно, хотелось бы участвовать в состязаниях самой? — тихо спросил он.
— Увы, это невозможно, — с горечью воскликнула Элизабет и закусила губу. — А что, у вас, в Америке, женщины имеют больше свободы?
Генри, наконец, перестал вылизывать лодыжку Элизабет, и Бен принялся намачивать бинты и наматывать их на больное место.
— Пожалуй, да, — задумчиво сказал он, — особенно на Западе. Но они платят за свою свободу немалую цену.
— Расскажите.
— Это суровый край. Даже жестокий. Чтобы выжить, там требуется немалая сила. И женщины там работают не меньше, а может быть, и больше, чем мужчины. И стареют раньше времени, — он обвел глазами богато убранную комнату. — И там нет слуг.
— Вы скучаете о ней? О своей Америке?
— Да.
— А там красиво?
Бен задумался.
— Да. Хотя там и нет таких холмов, как здесь. Степи — бесконечные, до самого горизонта. Пустыни — сухие, выжженные солнцем, смертоносные… Но даже они становятся прекрасными, когда зацветают кактусы. И горы… О, какие там горы!
Он замолчал. Молчала и Элизабет. Генри тяжело шлепнулся на пол и не сводил с Бена глаз, подозрительно следя за каждым его движением.
Бен закончил бинтовать ногу Элизабет и тихо двинулся к двери, благоразумно рассудив, что сейчас ему лучше уйти.
— Останьтесь, — тихо попросила Элизабет. Генри негромко заскулил.
— А ему чего хочется: чтобы я ушел или чтобы я остался? — улыбнулся Бен.
— Наверное, он и сам не знает, — сказала Элизабет. — Генри, конечно, страшный собственник, но вас он любит.
— Почему вы так решили? — удивился Бен. Она пожала плечами.
— У вас была когда-нибудь собака?
— Нет.
— Но вы любите их, — убежденно сказала Элизабет. — А Генри всегда знает, кто его любит.
— Вот как?
— Вы знаете подход к детям и собакам, — сказала Элизабет и слегка покраснела.
— Но не к людям?
— А разве Сара Энн не человек? — С этим нельзя было не согласиться.
— Человек. И удивительно мудрый для своего возраста.
— Большое счастье, что у нее есть вы, — сказала Элизабет, и в глазах ее зажегся призывный огонек.
Их взгляды встретились, и между Беном и Элизабет возникла какая-то магическая связь, тот момент истины, когда люди понимают друг друга без слов.
Бен еще на секунду задержался возле двери, а затем вернулся назад, в комнату. «Что ты делаешь, глупец!» — сказал он самому себе, но не мог противиться ее призывному взгляду.
Он подошел к постели, немного постоял рядом, а затем с легким вздохом присел рядом с Элизабет.
Ее ладонь легла на его руку.
— Я рада, что вы приехали в Шотландию, Бен Мастерс. Но я не только радуюсь, но и боюсь.
— Трудно поверить, что вы можете чего-либо бояться.
Он вспомнил о том, как она брала на Шэдоу барьеры, прыгая через каменные стены. Даже он, с его огромным опытом верховой езды, вряд ли осмелился бы на нечто подобное.
Но в глазах Элизабет — прекрасных, золотистых глазах, он и в самом деле прочитал тревогу. И этот страх подавил то чувство, которое, казалось, готово было вспыхнуть. Элизабет отвернулась, но Бен осторожно взял ее за подбородок и снова повернул к себе.
Он чувствовал ее напряжение. Ему нестерпимо захотелось поцеловать ее. И он поцеловал. Сначала осторожно, едва касаясь губами ее нежных губ. Затем испытующе, требовательно, страстно.
Желание вспыхнуло в нем — жаркое, нестерпимое, требующее утоления.
Поцелуй становился все глубже, все дольше. Они не торопились, шаг за шагом открываясь друг другу. Пальцы Бена зарылись в волосы Элизабет, безнадежно уничтожая остатки прически. Его язык проникал все глубже в ее приоткрытый, жаждущий рот. Время словно остановило свой бег.
Пальцы Элизабет нежно скользили по шее Бена, по его груди — лаская, изучая все изгибы его тела, каждый напрягшийся под кожей мускул.
Губы Элизабет были удивительными — нежными и в то же время жадными. Она ласкала рот Бена своим языком — робко и страстно, мягко, но настойчиво. Когда Бен заглянул в ее глаза, он увидел, как они затуманились. А сквозь дымку в их золотистой глубине он рассмотрел желание — то же страстное желание, какое испытывал и сам.
В комнате стояла тишина — такая, что Бен слышал легкое прерывистое дыхание Элизабет, частое биение ее сердца. Он таял, растворялся в прикосновении ее губ, ее пальцев. Ах, если бы это мгновение длилось вечно!
Пальцы Бена осторожно распустили завязки на блузке Элизабет, погрузились в таинственную глубину — дальше, ниже… Когда Бен нежно коснулся упругих полушарий ее груди, Элизабет негромко застонала, На этот стон сразу же отреагировало тело Бена.
Но не слишком ли он торопится?
Пальцы его замерли.
— Не останавливайся, — прошептала она.
— Я боялся…
Элизабет закрыла его рот страстным поцелуем. Расстегнула пуговицы на его рубашке, прижалась обнаженной пылающей грудью к его груди. Тело ее так неудержимо тянулось к телу Бена, что он с восторгом и удивлением понял, что ее обуревает такая же неудержимая страсть, такое же ненасытное желание, какое бушует и в нем самом. Каждая клеточка его тела горела, стремилась к единению, жаждала, близости.
— Слуги? — глухо прошептал он.
— Никогда не входят без стука.
Он еще немного помедлил. Сказывались долгие год прежней жизни, когда он больше всего боялся банальных любовных связей. И еще — страх. Ведь однажды он перешел эту черту — и в итоге погибла Мери Мэй.
— Бен?
Как нежно звучит на ее устах его имя! И с какой неожиданной стороны она раскрылась сейчас ему! Независимая и уязвимая одновременно — это сочетание казалось недоступным для любых страстей.
Бен сглотнул, осторожно опустил Элизабет на покрывало и лег рядом, прижавшись горячими губами к нежному бутону ее груди.
Легко. Легко и мягко легла ее ладонь на плечо Бена, отвечая лаской на ласку.
— Святые небеса, — восхищенно выдохнула она. Бен приподнялся и осторожно снял с Элизабет блузку. Она помогла ему, подняв руки. Этот жест растопил в душе Бена последние льдинки недоверия.
Их губы снова встретились. Дыхание Элизабет смешалось с дыханием Бена. Пальцы ее нежно гладили его лицо, и это доставляло ему невыносимую радость. Он истосковался по нежности, и сейчас его душа пела от счастья. Только теперь Бен понимал, как одинок был всю свою жизнь.
Тело Элизабет сотрясала дрожь. Такая же дрожь охватила и Бена. Он неистово ласкал губами ее грудь, плавными, возбуждающими движениями языка оглаживая нежные полушария, увенчанные восхитительными ягодками сосков. Она высоко изогнулась, застонав от наслаждения. Его мужское естество — горячее, напрягшееся — неудержимо рвалось наружу.
Он расстегнул бриджи Элизабет, в мгновение ока сорвал их и отбросил прочь. Теперь их распаленные тела не разделяло почти ничего: не считать же серьезной преградой те немногие оставшиеся на Элизабет кружевные предметы туалета, которые призваны не столько скрывать, сколько подчеркивать.
Элизабет снова изогнулась. Ее тело изнывало, требовало, звало.
Бен замешкался, вспомнив о том, что она ранена.
— Элизабет…
Она прижала к его губам палец, призывая Бена помолчать.
— У тебя красивый рот, только ты почему-то очень редко улыбаешься, — прошептала она.
— Тебе может стать больно… — снова начал он.
— Мне уже больно, — сказала Элизабет. — Больно, как никогда. Но это не от падения. Это другая боль. Такая, какой я еще никогда не знала.
Бен нежно прикоснулся к ее губам.
— У тебя изумительный рот, но почему ты так редко улыбаешься? — передразнил он ее.
Элизабет вздохнула. Боль от падения с лошади отошла куда-то далеко-далеко, уступив место страстному желанию. Оно было таким необъятным, таким сильным, что это пугало Элизабет. Такое с ней происходило впервые. Не в силах справиться с ним, она решила не тратить больше времени на бесполезную борьбу и с новым пылом принялась ласкать тело Бена. Он отвечал ей тем же, любовно ощупывая, нежно исследуя, наслаждаясь близостью и даря наслаждение своими ласками. Он глухо застонал, и этот звук привел Элизабет в неописуемое возбуждение. Только сейчас она начинала понимать неуемную в любовных делах Барбару. Оказывается, в сексе и в самом деле есть от чего сойти с ума.
Джейми всегда занимался с ней любовью в темноте их спальни — быстро, без излишних ласк и нежностей — и сразу же после выполнения супружеского долга уходил в свою комнату. На страсть в их отношениях не было и намека. Да Джейми и сам не скрывал того, что его интересует не секс сам по себе, а необходимость иметь наследника. Сама близость не была неприятна Элизабет — если забыть о самой первой ночи, — но и радости большой она от нее не испытывала. Джейми никогда не ласкал ее — так, как Бен сейчас, и Элизабет даже не подозревала, что тело в такие минуты способно петь от счастья. Да и сама она впервые в жизни по-настоящему познавала пылающего страстью мужчину. Мужская плоть оказалась твердой, упругой. Восхитительной.
Эмоции рвались наружу, и она сказала:
— Я никогда не знала, что любовь может быть такой.
Руки Бена на какое-то мгновение замерли.
— А Джейми?..
Ей не хотелось критиковать Джейми. Во всяком случае, сейчас. Ей даже думать не хотелось ни о нем, ни о ком-либо другом. Что было, то прошло. За что-то она благодарна мужу, за что-то может осудить его — например, за то, что он думал в постели не о ней, а только о своем будущем сыне. Впрочем, и сама она, если говорить начистоту, вышла замуж не по любви, а потому, что наступила пора стать замужней женщиной.
Итак, Элизабет промолчала, предоставив говорить глазам. А они, как известно, способны рассказать больше, чем слова. Руки Элизабет между тем без устали гладили, ласкали тело Бена. Страсть, скопившаяся в ней за долгие годы, неудержимо стремилась вырваться наружу и выплеснуться, словно поток раскаленной лавы. И как только она могла столько лет считать, что любовь — это нечто такое, что можно посадить, вырастить, а затем спокойно пожинать плоды. Именно такой она пыталась сделать их любовь с Джейми. Какая глупость! Настоящая любовь — вот она! Вспыхивает, расцветает сама, дурманя головокружительным ароматом.
Робко, нерешительно она положила руку на его панталоны. Пальцы дрогнули и застыли, но Бен не пришел ей на помощь. Он напрягся и посмотрел на Элизабет с таким выражением, которое она не сумела понять.
Затем взял ее за подбородок, заглянул в глаза.
— Ты уверена?
— Да.
— А твоя рана?
Его внимательность — даже в такой ситуации — была приятна Элизабет.
— Неважно, — сказала она и добавила с быстрой усмешкой:
— Ну, разве что завтра… похромаю немного.
Он еще немного помедлил. «Чего он ждет на этот раз?» — подумала Элизабет.
— Моя нога… она не очень… — начал Бен. Элизабет вспомнила о его подружке, о том, с какой болью говорил он о том, что женщины не хотят оставаться с калеками. Это Бен Мастерс-то калека? Да это же богатырь, и силу его не победит никакая рана.
— Неважно, — сказала она.
Бен еще секунду помедлил, а затем решительно снял панталоны. Элизабет увидела ужасные шрамы, тянувшиеся от колена до лодыжки. Жалость, сострадание, нежность затопили ее.
Элизабет наклонилась к Бену, почувствовала, как стремительно потянулось навстречу ей его тело.
— Ты необыкновенный человек.
Он засмеялся, и Элизабет почувствовала, как задрожало его массивное тело, отделенное лишь тончайшей преградой — тем слоем кружевного шелка, что еще оставался на ней.
— Необыкновенный? Обыкновенно меня называет упрямым — даже друзья.
— Похоже, что я люблю упрямых, — сказала она.
Бен наклонился, поцеловал ее, а затем снял с нее кружевную сорочку. Теперь их тела не разделяло ничто. Совсем ничто. Она почувствовала, как растет в Бене возбуждение, и его состояние немедленно передалось ей самой. Напряжение, ожидание стало уже болезненным.
Бен вытянулся рядом с Элизабет и опустил руку к восхитительному, покрытому золотистыми волосами бугорку, спрятавшемуся между ее ног. Пальцы легли на заветный треугольник, скользнули внутрь, приводя Элизабет в состояние, близкое к помешательству. На губы Элизабет обрушились губы Бена, и они уже не ласкали, но чего-то требовали, звали…
Тело ее напряглось и инстинктивно выгнулось ему навстречу.
Он приподнялся на локтях и сам направил свое орудие туда, к золотистому треугольнику. Вошел в Элизабет — легко, осторожно, и волна неистового желания захлестнула ее.
Она обхватила Бена руками, притягивая его к себе, втягивая в себя; волны страсти перекатывались в ней, и Элизабет, повинуясь их ритму, принялась всем телом двигаться вместе с ними. Движения ее становились все сильнее, все размашистей, а Бен тем временем осторожно, но настойчиво проникал в нее — все глубже, глубже, глубже. Напряжение Элизабет достигло предела, и она сделала то, чего не делала еще никогда — закричала. Бен ускорил свои движения. В ее груди бушевал огонь. Новые, неведомые прежде ощущения возникали, сталкивались друг с другом, менялись с калейдоскопической скоростью. Тело Бена несло ей такое наслаждение, о котором она не могла прежде даже помыслить. А тело Элизабет, в свою очередь, ликовало и восторженно пульсировало, словно в каком-то невероятном танце. Отдаваясь и беря. Отталкивая и прижимая.
— Элизабет…
Это был стон, вырвавшийся из самой глубины сердца.
А затем мир исчез, рассыпавшись на тысячи сверкающих огней, и Элизабет на какое-то время провалилась в теплую пучину беспамятства.
Затем постепенно стали возвращаться краски, запахи, звуки. Напряжение спало, и вместо него на душе Элизабет установился небывалый покой. Она испытала невиданное наслаждение, и теперь, все еще пребывая во власти сумасшествия, смотрела на Бена. Он лежал рядом, и их тела по-прежнему соприкасались, еще охваченные сладкой истомой после только что пережитого путешествия в страну любви.
Элизабет слышала, как бьется сердце Бена. Слышала его дыхание — еще неустоявшееся, частое, чуть хриплое. Она чувствовала на себе его руки — он так и не разжал их. Какая это была восхитительная минута — лежать вот так, прижимаясь друг к другу обнаженными телами. И как уютно находиться в его объятиях, уютно, покойно, надежно!
Рука Бена скользнула на плечо Элизабет и сжала его.
— Ты в порядке?
— Да, — тихо ответила она.
— А нога?
— Какая еще нога? — переспросила она, все еще находясь где-то там, за пределами нашего мира. Он сильнее сжал пальцы.
— Ты прекрасна, Элизабет.
— Нет…
— Да, да, черт побери! Кто тебе вдолбил в голову, что это не так?
Она молчала. Никто и никогда не говорил ей, что она прекрасна. Ее даже хорошенькой никто и никогда не называл. Отец и братья говорили лишь, что у нее — сильный характер. Достаточно сильный, чтобы удачно выйти замуж. А это ли не заветная мечта любой девушки?
Порой Элизабет проклинала тот день, когда появилась на свет.
Да, Джейми желал ее. Лорд. Будущий маркиз. Его чувство произвело впечатление даже на ее отца, и он согласился дать за ней большое приданое. Но и Джейми никогда не называл ее прекрасной. Только Бен. Как же мало она знает до сих пор о нем. И как много хочет узнать.
Элизабет приподнялась, нежно коснулась пальцами безобразных шрамов.
Бен замер, ожидая увидеть на лице Элизабет гримасу ужаса, отвращения…
— Как это случилось?
— Под Виксбургом, — сказал Бен. — Шрапнелью.
Он помолчал.
— Я умер бы прямо на поле боя, если бы не один солдат. Он остановился, чтобы дать мне воды и перевязать рану.
— Солдат?
— Солдат армии конфедератов. Мой враг. — В голосе Бена послышалось что-то такое, что заставило ее спросить.
— Ты знал его?
— Тогда еще нет. Его взяли в плен, когда он остановился, чтобы помочь мне. Я не мог себе этого простить. Я искал его много лет.
— Зачем?
— Чтобы вернуть ему долг, — просто сказал Бен и крепче обнял Элизабет.
— Нашел?
— Много месяцев спустя.
Ей трудно было представить себе мужчину, который разыскивает своего спасителя несколько лет, только чтобы поблагодарить того. Но такой мужчина был — вот он, совсем рядом, и Элизабет начала понимать по-настоящему, почему именно он приехал вместе с Сарой Энн в Шотландию. Он заботился не о себе, а о девочке. Выполнял свой долг. Держал данное им слово. Она никогда прежде не встречала таких людей, даже не знала, что они бывают.
— И что произошло, когда ты наконец нашел того человека. — Ей почему-то казалось, что спаситель Бена может стать тем ключом, который приоткроет завесу тайны, окружавшую его.
Он неожиданно напрягся и какое-то время лежал молча.
— Тот человек жив? — спросила Элизабет.
— Да.
— С ним все в порядке?
— Полагаю, что да.
— Американцы всегда так немногословны?
— Хм-м…
Она попробовала зайти с другого конца.
— У тебя такая смуглая кожа. Американцы все такие загорелые?
— Ты задаешь столько же вопросов, что и Сара Энн, — насмешливо заметил он.
— Потому что я хочу знать о тебе все.
— Да мне и рассказывать-то особенно не о чем.
Элизабет повернула голову, чтобы взглянуть ему в глаза.
— Странный ты человек.
— Правда?
— Да. Я не знаю кроме тебя никого, кто потратил бы годы на то, чтобы разыскать человека, сделавшего доброе дело. Или взял на себя ответственность за судьбу чужого ребенка, — она улыбнулась и добавила:
— Или за Аннабел.
— У тебя же есть Генри, — возразил он. — Я вот тоже не знаю никого, кто взял бы себе охотничьего пса, который не хочет охотиться.
— Я нужна Генри.
Повисло легкое, уютное молчание. Она отвела взгляд и положила голову на грудь Бена. Он обнял ее, и они какое-то время лежали тихо, молча, наслаждаясь просто тем, что ощущают тепло друг друга. Как все это могло случиться? Ведь после смерти Джейми Элизабет стала жить так, как ей хотелось. Независимо. Свободно. Ей было наплевать на то, как на нее смотрит Барбара — а той очень не нравилось, что Элизабет продолжила работать с лошадьми, и уж совсем привело в ужас то, что она стала носить жокейские бриджи. Элизабет не осталась в долгу и открыто насмехалась над постоянными любовными похождениями Барбары.
Но снова стать зависимой от кого-то, по-настоящему привязаться, полюбить? Об этом Элизабет никогда не думала.
И вот сегодня она вдруг впервые почувствовала себя женщиной. Настоящей женщиной — любящей и желанной. Неожиданно поняла, какое это счастье — когда на тебя смотрят со страстью и нежностью.
— Бен?
— М-м-м?..
— Тебя на самом деле так зовут?
Он поднял голову и посмотрел на нее своими голубыми — такими теплыми, нежными, восхищенными — глазами. Глазами, в которых не осталось ни тени подозрения.
— А это важно?
— Нет. Просто я уже сказала, что хочу знать о тебе все.
— Все-все?
— Для начала — хотя бы имя, — поправилась она, искренне опасаясь, что он снова может отдалиться, закрыться. Что к нему вернется его прежняя подозрительность.
— Меня зовут Беннет Себастьян Мастерс, — сказал он и нежно поцеловал Элизабет.
— Беннет Себастьян Мастерс, — задумчиво протянула она. — Это впечатляет. Но все же просто Бен мне нравится больше.
— Мне тоже, — усмехнулся он своей скупой улыбкой. Элизабет теснее прижалась к Бену и тут же почувствовала, с какой готовностью откликнулось его тело.
— Помоги, господи, — прошептал он.
— И в малом, и в большом, — откликнулась она. На сей раз он не хмыкнул, как прежде, а расхохотался. Элизабет впервые услышала, как он смеется. Это был удивительный смех — низкий, рокочущий. Он напомнил ей раскаты грома и грохот осенних штормов.
Додумать свою мысль до конца Элизабет не успела. Бен уже был готов к новому любовному путешествию, и они немедленно отправились туда — за горизонт, сгорая в огне страсти, вновь охватившей их тела и души.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Шотландская наследница - Поттер Патриция

Разделы:
Пролог1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.13.17.18.19.20.21.22.23.24.Эпилог

Ваши комментарии
к роману Шотландская наследница - Поттер Патриция



Очень-очень-очень даже ничего! Я до последнего не догадывалась кто, что,и почем! Читайте, интересно.
Шотландская наследница - Поттер ПатрицияЛеонтьевна
3.01.2013, 12.43





фу нудно читала просто из принципа
Шотландская наследница - Поттер Патрициябогдана
14.03.2013, 14.15





первое знакомство с Беном было в романе "договор с дьяволом", где парень был, несомненно, крут. там же и появилась его приемная дочь. может быть, именно поэтому читать продолжение было интересно. но даже и без того книга захватывает, хотя здесь нет такой страсти как в первой части, больше речь идет об интригах за право владения наследством и титулом
Шотландская наследница - Поттер ПатрицияОльга
27.05.2013, 21.30





Прекрасный роман!!!
Шотландская наследница - Поттер ПатрицияОленька
11.11.2013, 1.45





Роман хорош, но единственное что мне не панравилось -это история про Мери Мей(мать Сары). Автор вообще как-то неправильно описала её смерть- это ж в ,,Договоре с Дьяволом,, начало этой ,,эпопеи,,- Мери Мей умерла от ножевых ранений, а не от ,,шальной пули в перестрелке с Дьяволом,, . Это же потом сама автор (наверное вспомнила)) ) и пыталась исправить вскольз упомянув в конце романа. 9 баллов
Шотландская наследница - Поттер ПатрицияМаша
11.01.2015, 14.32








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100