Читать онлайн Серебряная леди, автора - Поттер Патриция, Раздел - Глава двадцать четвертая в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Серебряная леди - Поттер Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.19 (Голосов: 114)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Серебряная леди - Поттер Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Серебряная леди - Поттер Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поттер Патриция

Серебряная леди

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

Глава двадцать четвертая

Когда появился последний посетитель, Эдвин Эдамс собирался уже навешивать замок на дверь банка. Эдамс торопился домой: он получил от Паркера записку с известием, что его дочь дома и ждет его. Эдамс решил выпроводить запоздалого клиента, но тот не унимался:
— Мне бы хотелось поговорить с вами, мистер Эдамс, — упрямился клиент и, взглянув на клерка за конторкой, добавил:
— Наедине.
— Я очень спешу, — ответил Эдамс. — Надеюсь, вас сможет проконсультировать один из моих помощников.
— Я бы хотел побеседовать с вами по поводу вашей дочери.
Эдамс весь сжался.
— А также по поводу «Зеленой берлоги», — добавил посетитель. — И если вы не возражаете, мы можем поговорить и в присутствии вашего клерка.
Эдвин побледнел. Он направился к своему кабинету, открыл дверь, пропустил мужчину и закрыл дверь поплотнее.
— Что вы хотите?
— Меня зовут Бут Темплтон. Я из сыскного бюро. Меня наняли друзья Мэри Бет Эдамс.
— Она моя дочь. И я отвечаю за нее по закону, — вспыхнул Эдамс.
Темплтон спокойно сел.
— Она выдвинула против вас веские обвинения.
— Какие еще обвинения?
— Вы действительно хотите, чтобы я перечислил их?
Темплтон говорил очень спокойно, но Эдамсу стало страшно.
— Никто ей не поверит, — ответил он.
— Но вы почему-то не поинтересовались тем, что она говорит.
— Это не имеет значения. Я не сделал ничего дурного. Просто она очень впечатлительна.
Сыщик вздохнул.
— Интересно, можно ли сказать то же самое о мистере… Бонсе. За небольшую сумму он согласился поведать мне о ваших визитах. Да… ведь у нас есть еще и Салли. Интересно, как отнесутся ваши вкладчики к вашему же увлечению девочками?
Эдвин не был особенно испуган этими сведениями. Надо полагать, что дочери уже не было дома. Что касается двух других свидетелей, то никто не поверит показаниям проститутки и содержателя борделя.
— Вашей дочери уже нет дома, — сказал Темплтон, будто прочитав мысли банкира. — Ее похитили несколько часов назад. Один из моих сыщиков видел это. Кажется, у вашей дочери появились всемогущие покровители в Сан-Франциско, друзья, которые верят ей, люди, имеющие выход на прессу.
У Эдвина задрожали руки.
— Чего вы хотите? — спросил он.
— Чтобы вы никогда не смели домогаться вашей дочери и искать встреч с нею. Не пытайтесь причинить ей вред. Если вы ослушаетесь, кое-какие сведения о вашей жизни попадут в газеты, другими заинтересуется полиция.
— А если я послушаюсь вас?
Темплтон пожал плечами.
— Я бы советовал вам держаться подальше от детей. Параллельно я расследую обстоятельства исчезновения вашей служанки и некоторые другие факты, при которых подвергались насилию люди, желавшие помочь вашей дочери.
— Будьте вы прокляты.
— О, на вашем месте я не стал бы бросаться проклятиями. Боюсь, что прокляты вы, — Темплтон встал. — Не провожайте меня.
На пороге он еще раз остановился.
— Если с вашей дочерью что-нибудь случится, помните, что не я один обладаю информацией о вас. На вашем месте я бы каждодневно молил Господа, чтобы он даровал девочке долгую и счастливую жизнь.
И Темплтон тихо прикрыл за собой дверь. Эдвин так и остался сидеть в кресле. Он видел, как один из его помощников закрыл за сыщиком дверь, но даже не пошевелился.
Один за другим служащие разошлись по домам. Обычно управляющий уходил последним. Эдвин Эдамс автоматически выполнил все повседневные дела и вновь повалился в кресло. Его тайна оказалась раскрытой. Даже если он будет вести себя, как посоветовал сыщик, то и тогда не будет в безопасности. Слишком многие люди посвящены в его дела. И если по городу поползут слухи, он станет изгоем. Он лишится и банка, и своего положения в обществе.
Мэри Бет, шептал он. Его дочь. Его любовь. Потерянная любовь.
Эдвин Эдамс достал револьвер из ящика письменного стола, приставил дуло к виску и нажал на курок.
* * *
Банкир из Оклэнда совершил самоубийство. Найден убитым в офисе, — выкрикивал на всю улицу продавец газет. Кэт почти выхватила у него газету и отошла в сторону, не слушая благодарностей за солидные чаевые. Она жадно впилась в статью глазами.
Известный оклэндский банкир найден мертвым в своем кабинете в банке в среду утром.
Мистер Эдамс, хорошо известный своей деятельностью на благо города, владел и управлял солидным банком. Ему был пятьдесят один год.
Его единственной наследницей является дочь, Мэри Бет, чье местонахождение неизвестно.
Помимо этих сведений, в статье содержались намеки на то, что совет директоров должен осуществить проверку финансовой документации банка. Итак, Бут Темплтон избавил их от Эдвина Эдамса. Каталина свернула газету. Сообщить об этом Молли должен Тедди. Каталина облегченно вздохнула: наконец-то мучения девочки закончены.
Кэт очень хотелось увидеть Марша. Она скучала по нему. Ей хотелось поделиться с ним новостью — как-никак он действующее лицо этой истории. Женщина подняла сверток, который ей пришлось опустить на землю, чтобы прочитать газету. Еще несколько дней, сказал доктор, и она сможет ходить без повязки на плече. Вот тогда-то Каталина и воспользуется тем сокровищем, которое сейчас выглядело примитивным свертком, — шикарной ночной сорочкой цвета морской волны. Море кружев и шелка.
В тот вечер, когда вернулась Молли, они устроили маленький праздник. Каталина и Марш, Тедди и Молли, Хью и Элизабет. Они отметили счастливое возвращение Молли и рождение малышки у О'Коннеллов. Ничто больше не омрачит будущего счастья, думала Каталина, ничто. Еще несколько дней, и Марш сможет обнять ее по-настоящему, не боясь потревожить больное плечо. Каталина пыталась объяснить ему, что ей совсем не больно, но он сказал:
— Я бывал ранен и знаю, как долго затягиваются раны. Каталина спешила по многолюдным улицам в «Славную дыру». Марш приказал Хью оставаться дома и приглядывать за Элизабет и Молли, а сам день-деньской был занят в салуне.
Марш увидел Каталину из-за стойки и тепло улыбнулся ей. Он сильно изменился: ремень для винтовки уступил место передничку бармена. Теперь Кантон имел вид доступный и не отпугивал посетителей. Прошлой ночью он сказал ей, что больше не наденет смертоносного ремня. Убивать слишком просто. Он признался, что его так и подмывало убить дворецкого Эдамса.
Каталина протянула Маршу газету. Он прочитал статью и вернул ей газету.
— Ну что, Марш?
— Я рад, что Молли теперь в безопасности, — ответил он, и Каталине оставалось только догадываться, что у него на уме.
— Она более чем в безопасности. Я думаю, она любит Тедди.
— В этом никто и не сомневается, — усмехнулся Кантон.
— Он опасается, что это не любовь, а признательность.
— Значит, он не видит ее лица. Оно все — любовь.
— А ты видишь мое? — полюбопытствовала Каталина.
Марш замер и улыбнулся одними глазами.
— Дорогая, — промурлыкал он, — я всегда вижу твое лицо. Боже! Ты мне даже снишься.
— Ты останешься сегодня со мной? — вопрос был бесстыден по существу, но они с Маршем уже преодолели этот порог.
— Если я останусь, то буду бояться причинить тебе боль. Благородство — проклятая вещь, но один раз я хочу попробовать быть благородным.
— Доктор снимет швы завтра.
— Значит, следующая ночь моя, — мурлыкание переросло в рык. — Если только…
Каталина улыбнулась.
— Лучше я пойду в «Серебряную леди», а то наши менеджеры оба очень заняты.
— Может, сегодняшнюю ночь мы все-таки проведем вместе? Я буду спать в пижаме.
— Если только ты мне поиграешь…
— Хм-м. Ты трудная женщина.
— Отличная пара для трудного мужчины.
— Боже, — прошептал он, — до чего же верно.
Ему и вправду было тяжело. Хорошо, что стойка скрывает нижнюю часть тела от взоров посетителей. Ничего, передник скроет бесстыдно поднимающийся орган. Он так хорошо себя чувствует в новом облачении. И все вокруг так хорошо и правильно. Этот салун. Кэт. Впервые за двадцать лет у него появился свой дом. Он испытывает блаженное чувство при виде Кэт. Это его женщина, и скоро они будут вместе.
И нехотя Марш снова занялся посетителями.
* * *
Т.Дж. Симмонс оделся очень тщательно. Сегодня произойдет одно из самых знаменательных событий в его жизни.
Настоящая схватка. А он будет свидетелем. На этот раз ему не придется ничего выдумывать. Жаль только, что у него нет фотоаппарата.
Симмонс взглянул на карманные часы. Почти полночь. Он сам посоветовал Бэйли дождаться, когда посетители начнут расходиться. Чтобы никто не вмешивался. Особенно он не хотел, чтобы в зале случайно оказались другие газетчики. Это его история. Мысленно он уже начал писать книгу.
Симмонсу было совершенно безразлично, кто победит. Если выживет Марш Кантон, это будет отличным продолжением «Дуэли на закате». Если Кантон погибнет, он сделает из Бэйли новую знаменитость, которая затмила профессионала из профессионалов. И больше никаких дешевых гостиниц!
Симмонс положил в карман несколько чистых листов бумаги, перо, бутылочку чернил и бросил на себя последний взгляд в зеркало. Весьма элегантный вид, похвалил он сам себя. Вскоре он станет знаменит.
Симмонс лихо заломил шляпу и вышел. Постучав в соседнюю дверь и получив разрешение войти, он столкнулся лицом к лицу с Бэйли.
На соискателе почетного звания убийцы был аж двойной ремень для винтовки. Лицо его густо поросло неопрятной щетиной. Он был в том же костюме, в котором трясся в поезде. Симмонса передернуло. Подлее глаз он не видел ни у кого. Светлые, холодно-голубые, они, казалось, никогда не мигали. Волосы у Бэйли были редкие и мягкие и не осыпались только оттого, что были покрыты слоем сальной пыли. Неприятный человек. Находиться рядом с ним было тоже неприятно. Интересно, подумал Симмонс, все снайперы такие? Он не встречал ни одного.
От Бэйли разило виски.
— Зачем вы пили? — укорил его Симмонс.
— Все в порядке, — уверил его Бэйли.
— Но…
Не дослушав фразы, мститель вытянул правую руку. Она была тверда и ничуть не дрожала.
— Виски совершенно не действует на меня, — пояснил Бэйли и ухмыльнулся. — Уверен, что и ты выпить не дурак.
Симмонс вздохнул.
— Вспомните, кто отыскал его для вас.
— За адскую плату.
— Я собираюсь сделать из вас знаменитость.
— Когда я пришью Кантона, я сам себя этим прославлю. Но это не единственная причина, по которой я хочу прикончить его. Он убил моего единственного брата.
— Это в том случае, если вы убьете его, — предупредил его Симмонс.
— Я лучший снайпер, — процедил в ответ Бэйли.
Симмонс уже устал от дурных манер и невоспитанности своего компаньона.
— Посмотрим, — бросил он, направляясь по лестнице вниз.
За ним затопал Бэйли.
* * *
Час ночи. Час до закрытия. Толпа потихоньку редела. Оставались только заядлые игроки. Дженни закончила выступление и ушла домой.
Марш пребывал в нетерпеливом ожидании. Он стоял за стойкой и подумывал о том, чтобы закрыться пораньше. Определенного времени закрытия не существовало, но Кэт, очевидно, освободится не раньше, чем через час. В углу за стойкой бара лежал Вин. Марш то и дело похлопывал себя по бедру. Без винтовки он чувствовал себя как ощипаный цыпленок. Но он поклялся, что не нацепит ее больше никогда. Тем не менее… ему все время казалось, что он лишился необходимой части тела, которой привык действовать.
Кантон знал, что хочет жениться на Кэт. Он любил ее все сильнее. Любил за несгибаемую жизнестойкость, за неукротимость духа, которая помогла ей не только выжить и добиться успеха, но и не потерять сострадания к слабым. Она открыла его темную душу для добра и света. Он снова мог наслаждаться рассветами. И он мог провожать солнце с чувством, похожим на чистую радость.
Услышав скрип открываемой двери, Марш поднял глаза. Вошли двое. Один щеголь, хлыщ, а рядом с ним… Марш замер. Он не помнил лица этого человека, но все остальное он узнал: холодные, подлые глаза, вихляющая походка, двойной ремень. Всего несколько стрелков пользовались двойным ремнем: хорошему стрелку достаточно одной винтовки. Двойной ремень был признаком бравады, хвастовства, желания пустить пыль в глаза.
Марш безмолвно наблюдал, как приближались эти двое. Он знал, что они пришли по его душу. Пальцы его сжались в кулаки. С обратной стороны стойки они с Хью хранили пистолет на случай беды. При мысли об этом Марш чуть не застонал. Еще одно убийство. Перестрелка разнесет его имя по всей стране. Появятся новые рассказы, газеты, книги. Все будут приезжать поглазеть на него.
— Что для вас? — спросил он вошедших, когда они приблизились к стойке.
— Мы бы хотели поговорить с владельцем салуна, с человеком по имени Марш Кантон, — сказал хлыщ.
— Зачем?
Щеголь хотел было пуститься в разговоры, но его перебил второй.
— У меня к нему дело.
— Какое?
— Меня зовут Бэйли, — ответил человек в помятом костюме. — Он убил моего брата, а я убью его.
Он смерил Марша взглядом, очевидно припоминая знакомые черты.
— Вы Марш Кантон? — спросил он.
Марш пожал плечами.
— Моя фамилия Кантон.
Вин зарычал из-за стойки.
Человек с двойным ремнем взглянул на передник бармена и ухмыльнулся:
— Ты не очень-то похож на него.
— Я не ношу оружия, — спокойно ответил Марш, зная, что никогда не сделает этого.
Два последних раза он использовал винтовку во благо близких людей. Ради себя он не станет убивать.
— Ты будешь драться, или я просто пристрелю тебя.
Посетители поспешно расходились, не желая попасть в перестрелку, но глаза их горели любопытством.
— Нет.
— Желтое пузо, — выругался мужчина. — Никогда не ожидал такого от Марша Кантона.
Сердце Марша ухало от негодования. Желтое пузо. Трус. Тем не менее Марш сохранял спокойствие.
— Ты не стяжаешь славы, убив безоружного человека.
— Но я хотел бы получить удовлетворение. Ты убил моего брата, Майка Бэйли. Четыре года назад.
Марш постарался припомнить и не смог. Слишком много их было. Краешком глаза он заметил, как один из его официантов выскользнул за дверь.
— В перестрелке. Около форта Благополучия, — напомнил мужчина.
Теперь Марш вспомнил. В той перестрелке он убил несколько человек. Все они были вооружены.
Он молчал.
— Черт бы тебя побрал, — выругался Бэйли. — Доставай свою винтовку.
— Нет, — спокойно ответил Марш.
Снайпер начал отходить к двери. К нему бросился хлыщ.
— Ты не можешь выстрелить в безоружного человека, — напыщенно сказал он. — Это против правил.
— К черту правила, — бросил человек с винтовкой. — Заткнись или проваливай отсюда.
Симмонс побледнел. Это не входило в его планы. Это будет примитивное убийство. А он станет его соучастником.
— Ты… так не можешь… — пролепетал он.
Как можно написать героическую поэму о трусливом подлеце?
— Даю тебе последний шанс, Кантон, — предупредил Бэйли. — Если через 10 секунд ты не достанешь винтовку, я убью тебя.
Марш пристально смотрел на Бэйли. Он не хотел умирать. Особенно сейчас.
— Нет, — мягко повторил он, боясь, что официант побежал к Каталине.
Он совсем не хотел, чтобы она видела это. Марш знал, что сейчас его сразит пуля. Он слышал характерный скрежет металла, и вот его уже пронзила боль. Марш покачнулся, повалился на стойку бара, чувствуя, как красная, липкая влага просачивается через белую рубашку. Вин уже не рычал, он рвался на противника, но Марш не давал ему выбраться из-под стойки.
Лицо Бэйли побагровело от ярости. Он собирался выстрелить еще раз, когда в дверях показалась Кэт. Марш хотел сказать ей что-то, но боль парализовала его.
Сквозь туман, заволакивающий сознание, он увидел, как Кэт тигрицей набросилась на Бэйли. Он почувствовал, как Вин приготовился к рывку. Бутылки и стаканы посыпались вниз, когда, напружинившись, пес перескочил через стойку и бросился на обидчика. Но прежде чем почувствовать новую волну боли, Марш услышал второй выстрел.
Еще в дверях Кэт увидела, что Марш падает, а его обидчик готовится к следующему выстрелу. Она не успела прихватить с собой дерринджер. Все, что у нее было, — это она сама. Каталина бросилась на убийцу.
Винтовку она у него выбила, но было слишком поздно. Марш принял вторую пулю. Убийца размахнулся и ударил ее. Каталина упала на пол. В тот же миг она увидела, что Вин комком ярости перелетел через стойку и услышала страшное рычание и человеческий стон.
В салун набилась толпа зевак. Женщина услышала крики о помощи, исторгаемые бандитом, и усилием воли встала на нога. Пес вцепился мужчине в руку, которой он, очевидно, защищал горло. В руке он снова крепко сжимал винтовку.
— Винчестер! — позвала Каталина, опасаясь как бы не пристрелили собаку. — Винчестер!
Пес не разжимал челюстей. Он почти висел, вцепившись в руку непрошенного гостя. Рядом стояли два официанта, не зная, что делать с собакой. Каталина снова позвала пса. Он оглянулся на нее в некотором раздумье, потом отпустил незнакомца и медленно подошел к ней.
— Все хорошо, — похвалила она Вина, — ты молодец.
Винчестер повилял хвостом, однако глаз с налетчика не спускал.
Того уже держали два официанта, третий забрал у Бэйли винтовку и вынул из чехла вторую.
Кэт заторопилась к бару. Своей раны она не чувствовала. Марш лежал, вытянувшись на полу. Из раны на груди текла кровь. Вторая пуля задела череп, и рана на голове тоже кровоточила.
— Позовите доктора! — закричала Каталина. — Доктора Мак Лорена!
Она опустилась на колени возле Марша и осторожно приподняла ему голову. Он был без сознания. Голова и грудь — в крови.
— Марш, — шептала женщина, — не покидай меня.
К ней подошел один из официантов.
— А что делать с?..
— Позовите полицию. Но сначала пошлите за доктором.
Каталина схватила со стойки салфетку и, расстегнув Маршу рубашку, приложила ее к ране. Серьезнее ранения быть не могло.
— Ты не имеешь права умереть, — приказала она ему. — Я тебе этого не позволю.
Каталина погладила его по щеке. Марш тяжело дышал. Каталина наклонилась и поцеловала его так нежно и сладострастно, что если бы Марш уже начал покидать земную юдоль, то поцелуй бы вернул его обратно. Кэт не могла говорить: спазм сжал горло. Ей оставалось только гладить его — по голове, по рукам, чтобы он знал, что она здесь и всегда будет с ним. Второй рукой Каталина крепко прижимала салфетку к ране. Женщина заметила, что лицо у Кантона все мокрое, и только потом поняла, что это ее слезы.
— Я никогда не плакала до встречи с тобой, — прошептала она с болью. — И даже не думала, что могу.
Рядом заскулил Винчестер. Оказывается, он прошмыгнул за ней и сейчас лежал, положив морду на ноги Марша.
— Он тоже хочет, чтобы ты вернулся, — умоляла она Марша, с трудом выговаривая слова и глотая слезы.
Если бы она могла остановить кровотечение! Если бы она появилась на несколько секунд раньше! Если бы она могла подарить возлюбленному свою жизнь! Почему она не взяла с собой пистолет? Официант, прибежавший за ней в «Серебряную леди», сказал, что незнакомец бросил Маршу вызов, но Марш отказался драться. Почему?
— О Марш, — шептала Каталина, — почему именно сейчас?
Казалось, что истекли долгие часы, прежде чем рядом с ней оказался доктор Мак Лорен. Каталине пришлось уступить место рядом с Маршем врачу. Ей казалось, что у нее вырвали сердце.
Осмотрев раны, доктор спросил:
— Куда мы можем перенести его?
— Вдоль по коридору налево. Там его комната, — ответила Каталина.
Врач кивнул, поднялся на ноги. Мужчины сгрудились вокруг Кантона, толпа оттесняла Кэт все дальше и дальше от любимого. Вин предупреждающе зарычал, оскалив зубы.
— Пусть подойдут, Вин, — уговаривала она собаку.
Винчестер немного успокоился, но продолжал внимательно следить, как несколько мужчин подняли безжизненное тело хозяина и понесли я комнату. Кэт отправилась за ними. Доктор внимательно посмотрел на нее.
— Вы вдвоем вполне обеспечиваете меня работой. Почему бы вам не подождать за дверью?
— Нет, — резко отказалась Кэт.
— Я не могу тратить время на пререкания с вами, но, если вы хотите остаться, вам придется в точности выполнять мои указания.
Кэт согласно кивнула.
— Горячей воды, полотенца, салфетки.
За закрытой дверью сгрудились подчиненные Марша. Лица у всех были озабоченными, и Кэт поняла, что они искренне волнуются, несмотря на то, что проработали в салуне очень недолго. Женщина передала одному из официантов указания доктора, и тот мгновенно бросился исполнять его.
— Полиция забрала этого парня, — шепнул ей второй.
— Спасибо, — ответила Каталина, и слезы потоком хлынули у нее из глаз.
Вин, который до этого терпеливо молчал, заскулил, прося впустить его к хозяину. Каталина смилостивилась и открыла ему дверь.
— В угол, — приказала она и с изумлением увидела, что пес поплелся в угол, тихонько улегся там, положив голову на лапы, и уставился на Марша.
Доктор осматривал рану на груди.
— Рана головы — не из серьезных. С ней можно повременить, — объяснил он Каталине и попросил:
— Помогите мне перевернуть его и снять эту проклятую рубашку. Надеюсь, пуля прошла навылет. Сейчас трудно сказать. Он весь в крови.
Кэт покорно выполняла указания доктора.
— Уф, — облегченно вздохнул Мак Лорен, когда ему удалось детально изучить рану. — Он ранен навылет. Пуля не задела ни сердца, ни легких. Если нам удастся остановить кровотечение и если рана не инфицирована…
Замолчав, он прижал тампон к ране. Затем, вернув Кэт окровавленную салфетку, протянул руку за новой. Кэт казалось, что Марш утопает в крови. Раздался стук в дверь, и вошел официант с двумя кувшинами горячей воды. Второй принес стопку чистых полотенец и салфеток. Кэт поблагодарила их.
— Пойдите расскажите обо всем Хью, — попросила она мужчин. — Закройте салун и можете идти по домам, — распорядилась она.
— Если вы не возражаете, — раздался голос одной из девушек-крупье, — мы лучше подождем здесь.
К глазам опять подступили слезы. Знает ли Марш, как преданы ему люди, думала Каталина. Судя по тому, что он говорил раньше, нет.
— Конечно, — кивнула она и вновь склонилась над Маршем.
— Кажется, кровотечение уменьшается. Я зашью рану и… и нам останется только ждать, — раздался голос доктора.
Кэт передернуло. Как это несчастное тело, испещренное шрамами, может вынести еще и эту боль?
— Мисс Хилльярд, — окликнул ее Мак Лорен.
— Со мной все в порядке, — ответила Кэт, собравшись с силами.
— Я буду накладывать швы, а вы следите, чтобы не было крови, — распорядился он.
Даже будучи без сознания, Марш вздрогнул, когда к уже полученной боли добавились мучения, причиняемые иглой врача. Сжимая в руках салфетку, Кэт отирала выступающую кровь. Впервые в жизни она возносила молитвы Господу. Закончив, доктор издал победный клич.
— Наисчастливейший из людей. Пуля не задела ни одного жизненно важного органа, хотя прошла близко к сердцу.
— Значит, он выживет?
— Ну, знаете, он потерял очень много крови, и при таких тяжелых ранениях ничего нельзя утверждать наверняка, но в настоящую минуту я думаю, что все обойдется. Я оставлю болеутоляющее. Надеюсь, вы помните, как его давать? Да, кстати, как ваше плечо?
Кэт улыбнулась.
— Я почти не чувствую боли.
Мак Лорен покачал головой.
— Должно быть, у вас обоих ангелы-хранители всегда настороже.
Может быть, с облегчением подумала Каталина. А может, она и Марш — ангелы-хранители друг друга. Потрясающая мысль. Глупейшая. Но она не отпускала Кэт.
Врач закончил все процедуры.
— Если он не придет в себя утром, пошлите за мной, — сказал он. — А в следующий раз… ради Бога… перенесите перестрелку на час раньше, — и он красноречиво посмотрел на часы.
Каталина улыбнулась.
— Больше этого не повторится. Обещаю вам, — и добавила, помолчав. — Я останусь с ним.
— Не сомневался, — грубовато ответил доктор.
Он ощупал ее свежую рану.
— Не думаю, что нужно накладывать швы, — изрек Мак Лорен, — но промыть и перебинтовать надо.
Через несколько минут доктор ушел. Он прав, думала Каталина, у них и в самом деле отличные ангелы-хранители, а может, это ее молитва достигла ушей Господа. Каталина положила ладошку на пальцы Кантона, сжатые в кулак. Какие у него сильные и надежные руки! Она поднесла руку Кантона к губам и поцеловала. Ей хотелось быть как можно ближе к Маршу, перелить в него всю свою любовь. Раньше она бежала от любви, не подпускала ее к себе, боясь за свое спокойствие и свою независимость, но теперь любовь, озарившая всю ее жизнь, стала частью ее самой. Любовь обострила все ее чувства, обрушила на нее боль и неопределенность, но Каталина ни за что не променяла бы свое нынешнее состояние на бесстрастное ощущение безопасности, к которому так стремилась раньше.
— Я люблю тебя, — шептала Каталина срывающимся голосом.
* * *
Марш очнулся от страшной, невыносимой боли. Голова раскалывалась. Грудь ломило. Он подавил стон и раскрыл глаза. В комнате было темно, но он разглядел скорчившуюся женскую фигурку в кресле рядом с кроватью. Кэт. Спит. Она выглядит такой слабенькой. Сколько времени она провела тут?
Силуэт женщины разбудил в его памяти туманные воспоминания. Нежные прикосновения ее пальцев. Так любовно к нему могли прикасаться только ее руки. Или это было во сне?
Марш силился вспомнить, что произошло, и воспоминания возвращались к нему как кусочки мозаики, из которой потом надо будет сложить целостную картину происшедшего. Стрелок. Наемник. Выстрелы. И страшное понимание того, что ему никогда не избавиться от своего прошлого. Всегда найдутся безмозглые юнцы, которые попытаются создать себе репутацию на его костях. Желтое пузо. Теперь и это обидное прозвище будет преследовать его. Разом рухнули его надежды жениться на Кэт. Марш почувствовал себя еще более одиноким, чем раньше. Он не может подвергать ее жизнь опасности. В ее жизни было достаточно горя, чтобы обрекать ее на существование с человеком, имя которому была смерть, а теперь добавилось и второе — трусость.
В отличие от Кэт, он выбрал свою дорогу сам. На ум Маршу пришла пословица: «Что посеешь, то и пожнешь». Он не хотел, чтобы Кэт пришлось пожинать урожай смерти. Но оставить ее — все равно, что разорвать себе сердце. Совсем недавно он понял, какой скучной и блеклой была его жизнь без Кэт, и Марш не хотел существования, не освещенного любовью. Надо уходить. Они не могут находиться вдали друг от друга. Господь свидетель, он пробовал, но они с Кэт были как магниты с разными полюсами.
Марш любовался женщиной, не обращая внимания на боль, сверлившую его изнутри. Физическая боль не шла ни в какое сравнение с мукой расставания с Кэт, с его родной Кэт.
Светало. Темнота понемногу отступала под наплывом утренних лучей света, а он все не мог оторвать взгляда от спящей Каталины. Ее прекрасное лицо обрамляли темные волосы, ниспадавшие на плечи. Марш и не подозревал, что такая любовь вообще существует, что он может любить кого-то каждой клеточкой своего тела. Любить настолько, чтобы добровольно отречься от того, к чему страстно стремился.
Первые лучи солнца пробежали по лицу женщины, и она проснулась. Она была прекрасна. Ресницы слегка дрогнули, и Каталина широко распахнула глаза, осознав, где находится. Веки у нее были припухшие, и Марш понял, что она долго плакала. Ему не хотелось надрывать ей сердце, но было приятно, что она не осталась равнодушной к его боли.
— Ты давно проснулся? — спросила Каталина.
— Не очень давно.
— Как ты себя чувствуешь?
— Как будто в меня стреляли.
Она улыбнулась.
— Я задала глупый вопрос?
— Ты не делаешь ничего глупого, кроме разве что схватки с вооруженным бандитом.
— Винчестер действовал лучше меня. Бандита задержали двое твоих официантов. Сейчас он в тюрьме. Он еще долго будет там.
Услышав свою кличку, Винчестер подошел и уставился на Марша.
— Он действительно бросился на Бэйли?
— Думаю, он решил, что в долгу у тебя.
— Не знаю, кто из нас у кого в долгу.
Марш залихватски цокнул, но тут же осекся: его захлестнула волна боли. Справившись с болью, он осторожно провел рукой по бинтам на теле.
— Ты тоже?..
— Ничего страшного, — успокоила его Кэт. — Доктор сказал, даже швы накладывать не нужно.
— Останется шрам?
Каталина покачала головой.
— Я никогда себе этого не прощу, — голос Марша дрогнул, и Каталина решила изменить тему.
— Марш…
— Да?
— Почему ты не принял вызов? Ты бы обязательно победил.
— Может быть, — прошептал он и посмотрел Кэт прямо в глаза. — Ты считаешь меня трусом?
Каталина сжала его руку.
— Я думаю, ты совершил очень мужественный поступок. Он требует силы много больше, чем для того, чтобы принять вызов.
— Я должен был остановиться и остановить, Кэт. Кто-то должен остановить смерть. Но я ничего не добился. Теперь, когда известно, где я нахожусь, они пойдут косяком. Любой человек с винтовкой. Всякий юнец, алчущий славы.
Марш услышал нотки безнадежности в собственном голосе и увидел, как изменилось ее лицо. Она так хорошо умела скрывать свои чувства. Сможет ли научиться этому он?
Кэт непонимающе посмотрела на Марша.
— Но ведь теперь они не придут, не так ли? Ты ведь дал им понять, что не занимаешься этим больше.
— Кое-кто все равно появится. У меня много врагов, Кэт. Поэтому мне нужно уехать.
— Куда мы поедем?
— Не мы, Кэт, — отрубил он безжизненным голосом.
— Ну уж нет! — в ее глазах вспыхнула ярость, которая раньше приводила его в восхищение.
— Кэт, поверь мне, я пытался убежать от собственного прошлого, но оно не отпускает. Я не могу подвергать опасности твою жизнь. И я не хочу, чтобы тебя называли женой труса.
Вот оно. «Жена». Ни один из них никогда раньше его не произносил. Он — потому что мечта была слишком сладостной.
— Лучезарный Люцифер! Ты никогда не был трусом.
— Но есть люди, которые думают не так.
— Мне все равно. Я знаю тебе цену. И другие тоже. Знаешь ли ты, твои служащие не разошлись, пока не убедились, что с тобой все в порядке; Хью всю ночь пробыл здесь, хотя дома его ждет жена. Понимаешь ли ты, как много людей беспокоятся о тебе?
Марш начал было что-то говорить, но Каталина перебила его.
— Неужели ты хочешь броситься наутек, как это делала я? Как я, спасаться от своего прошлого? Но я встретила тебя…
— Ты не понимаешь…
Она была в гневе.
— А я? Что будет со мной? Ты… ты научил меня заботиться о другом человеке. Впервые в жизни я поняла, что значит принимать участие в жизни другого человека. А теперь ты хочешь забрать у меня то, что подарил. Ты, как все, ты просто использовал…
— Кэт! — голос его резко оборвался. — О Боже, Кэт, ты не должна так думать.
— Я могу думать, как хочу, — горько ответила женщина. — Ну, давай… беги. Беги как заяц.
— Неужели ты не понимаешь… Я это делаю ради тебя…
— Нет, не правда, — бунтовала Кэт. — Ты делаешь как тебе легче и проще. Если бы ты думал обо мне, тебе бы пришла в голову мысль, что меня могут убить, когда ты уедешь. Ну и черт с тобой! Я прекрасно обходилась без тебя, но ты появился, и началась новая жизнь. Я не хочу жить по-старому, а новая жизнь возможна только с тобой. Итак, что мне делать?
— Ты прекрасно проживешь одна.
— Нет, я буду медленно умирать в тревоге о тебе. Я никогда не стану прежней. До встречи с тобой я не испытывала такой гармонии, такой целостности, в которой я живу теперь. Не уходи, не оставляй меня!
Кэт никогда ни у кого ничего не просила, не вымаливала, но сейчас она сражалась за свою жизнь. И за его жизнь.
Марш вздохнул, и Каталина снова бросилась в бой.
— Неужели ты опасаешься того, что скажут люди?
Маршу было безразлично, что думают о нем окружающие. Его волновало, что думает Кэт. И он снова глубоко вздохнул.
— Ты самая трудная женщина, которую я когда-либо встречал.
— Ты уже говорил это.
— Похоже, мне нравятся трудности, — слова выскочили сами собой.
Он спохватился, а у Кэт перехватило дыхание.
— Ты останешься?
Ему бы очень хотелось. Она права в одном: если он расстанется с ней, ему больше никогда не обрести целостности. А Кэт сказала то же о себе. Они были частями одного целого.
Марш задумался, прикрыв глаза. Ему надо было отгородиться от ее прелестных, изумрудных глаз. Он не мог думать, глядя на нее.
— Марш? — Каталина окликнула его с нежностью, любовью и беспокойством.
За двадцать лет одиночества он успел отвыкнуть от этого. Кантон открыл глаза и пошевелился. На него сразу же обрушилась боль. Он весь был во власти этой боли, волнами прокатывающейся по всему телу.
Вин заскулил. Марш попытался отвлечься от своих страданий, сосредоточившись на Винчестере. Что ему делать с собакой? А что будет с Хью? А его обещание помочь Девро? Марш не мог спокойно размышлять. Ему мешала боль. И Кэт. Он услышал ее легкие шаги и шорох платья и понял, что она стоит у изголовья кровати. Она помогла ему приподнять голову и вылила в рот несколько капель жидкости, похожей на молоко. По всему телу начало разливаться сладкое оцепенение. Оно вытесняло боль, вытесняло дурные мысли. Марш закрыл глаза, увлекаемый снотворным в другую явь, но он не переставал чувствовать присутствия Каталины, и уже на пороге забвения ему померещились ее слова:
— Ты моя жизнь. Я не отпущу тебя. Я буду с тобой всюду и всегда.
* * *
Когда Марш проснулся, комната была залита светом. Голова продолжала кружиться, а боль жгла грудь. Его мучила жажда. Марш огляделся. Кто-то поставил рядом с его кроватью столик, а на него чашечку с водой. Марш жадно глотал воду, несмотря на то, что с каждым глотком боль усиливалась. Интересно, как долго он спал? А когда же она ушла? Отсутствие Каталины потрясло его, ошеломило. Теперь его физические страдания были ничто по сравнению с душевным беспокойством. Без нее комната была пуста.
Марш вспомнил их разговор. Фразу за фразой. Каждую модуляцию голоса, каждый нюанс.
Ты моя жизнь. Я не отпущу тебя. Я буду с тобой всюду и всегда.
Он знал, что так и будет. Он знал, что она всюду последует за ним. Потому что это была Кэт. Она не понимала, что значит слово «повержен».
Ну, давай, беги. Беги как заяц. Ты делаешь, как тебе легче и проще.
Может быть. Может быть, так он всегда и поступал. Он бежал от воспоминаний, от своих собственных поступков. От своего прошлого. И если он не остановится сейчас, он не остановится никогда. Марш почувствовал себя униженным. Несмотря на то, что Кэт обуревал страх, она осталась во Фриско, а не бросилась наутек от Кэхуна. Неужели он не в; силах поступить так же? Да, к нему может прийти еще кто-нибудь, кроме Бэйли. Его могут назвать трусом или еще хуже. Но Господь даровал ему шанс, которого лишено большинство мужчин: исключительная женщина, исключительная любовь. От этого нельзя отмахнуться.
И он не имеет права просить Кэт, чтобы она бросила в Сан-Франциско все, что с таким трудом создала.
Неожиданно Марш ощутил нечто вроде вдохновения и понял, что останется. Даже самые суровые жизненные неурядицы не могли бы сравниться с утратой Кэт. Мысль о любимой женщине придала ему сил, сделала его непобедимым, и он окончательно понял, что не может жить без нее.
Кэт. Скоро она придет. Она всегда будет с ним. Все существо Марша наполнялось блаженной радостью.
— Марш? — Каталина окликнула его, стоя у дверей.
Он приподнял голову и улыбнулся. Ему не пришлось ничего объяснять. Увидев его глаза, Каталина счастливо вспыхнула, потом наклонилась и сердечно поцеловала его.
— Я люблю тебя, мисс Каталина.
— Я люблю тебя, Марш Тэйлор Кантон.
Каталина провела ладошкой по его щетинистым щекам.
— Хочешь ли ты выйти замуж за знаменитого снайпера, наемного убийцу?
— Экс-снайпера, экс-наемника, — поправила его женщина. — В том случае, если ты не прочь жениться на знаменитой владелице салуна.
— Полагаю, мы сможем составить «чету знаменитостей».
— О, мы станет такими степенными и благоразумными, что скоро все забудут о том, как мы переполошили весь город.
На лице Марша отразилось сомнение.
— Мы сможем покинуть Фриско в любое время, — предложила Каталина.
— Неужели ты согласишься оставить «Серебряную леди»?
— Я пожертвую всем, чем угодно, кроме тебя, — ответила Каталина, присела на кровать и слегка куснула его за ухо.
— Помнишь, что ты мне сказала о побеге?
— Хм…
— Почему бы нам не остаться здесь?
— Хм…
— Кэт!
— Хм…
— Ты не ответила на мое предложение выйти за меня замуж.
Каталина отпустила его ухо, и Марш понял, что женщина все время избегала ответа на этот вопрос. Их взгляды встретились. Глаза у Каталины блестели, и Марш не мог понять: от подступающих слез или от радости.
— Не убегай от меня, — попросил он, понимая, что она до сих пор не знает, смирился ли он с ее прошлым. Каталина была готова отдать ему все, боясь попросить что-либо взамен.
— Кэт, я хочу, чтобы ты стала моей женой. Я люблю тебя такой, какая ты есть. На меньшее я не согласен.
Она улыбнулась. Обворожительно. У него даже дух захватило. Чистая, безоблачная улыбка. Каталина провела рукой по его лицу.
— Я так люблю тебя, Марш Кантон. Невозможно вынести такое счастье.
И боль. Уж он-то знал. И страх потерять любовь. Когда ты очень сильно влюблен, то к радости всегда примешивается чувство, что ты не заслужил этого магического счастья.
— Я знаю, — мягко ответил он. — Прелестная Кэт, поймешь ли ты когда-нибудь, как много мне дала. Раньше я даже видеть не мог солнечные закаты. Все было бесцветным и блеклым. Ты для меня, словно солнце, бесценный дар. Когда я подумал, что должен оставить тебя, я…
Каталина любовно прикоснулась губами к его губам. Ласково. Нежно. И еще… но он был слишком слаб для этого.
Судорога пробежала по телу Марша, и Каталина испуганно отпрянула.
— Прости меня…
— Никогда не извиняйся за это, — усмехнулся Марш. — Это вовсе не рана.
Каталина заулыбалась.
— Но ведь ты так мне и не ответила, — сокрушенно заметил Кантон, — Я буду счастлива быть твоей женой, — сказала она. В голосе женщины звучала чистая радость.
— И как можно скорее? — уточнил он.
Каталина кивнула.
— Пусть будет нешумная брачная церемония.
— И немногочисленная, — согласился Марш.
— Газеты…
Он поморщился.
— Ах, да… наша знаменитая вражда…
— Надеюсь, ты не думаешь, что она закончена, — засмеялась Каталина. — Я хочу хотя бы ненадолго вернуть себе «Серебряную леди».
Взгляды их встретились. Скрестились. Она видела его насквозь, и все, что она видела, ей нравилось.
— Нежная вражда, — усмехнулся Марш.
В глазах Каталины сверкнул вызов.
— Время от времени, — уточнила она, — а временами…
— Что временами? — полюбопытствовал Марш.
Но Кэт только улыбнулась. Пусть между ними останется тайна. Загадка. А гром и молнии будут всегда.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Серебряная леди - Поттер Патриция



книга на один раз-хотя интрига присутствует.для меня еще плюс-тихас,каубои
Серебряная леди - Поттер Патрициявика
19.02.2012, 7.12





Мне книга очень понравилась. Интересные герои со сложной судьбой. Сюжет не стоит на месте. А самое главное (для меня) книга не «сопливая».
Серебряная леди - Поттер ПатрицияЕлена
24.05.2012, 9.39





Первая книга из серии мне больше понравилась,хотя и эта не лишена сложных судеб и изменений в ГГ. Второй раз перечитывать не буду,но потраченного времени не жалко.
Серебряная леди - Поттер ПатрицияТАНЮШКА
17.10.2012, 13.17





сюжет интересен тем, что обычно, когда ГГ - наемник, убийца-профессионал, то Она какая-нибудь библиотекарь, учительница или что-то в этом духе, а в этом романе героиня - владелица салуна, тоже вдоволь хлебнувшая в жизни. их противостояние весьма любопытно. стОящая вещь, читайте, дамы, и наслаждайтесь.
Серебряная леди - Поттер ПатрицияОльга
29.05.2013, 19.00





замечательно! захватывает и держит в напряжении. временами ощущается такой накал страстей, как-будто читаете что-то из всемирно известного, "унесенные ветром", например. не банальные сопли, и это радует.
Серебряная леди - Поттер Патрицияallika
30.05.2013, 2.02





замечательно! захватывает и держит в напряжении. временами ощущается такой накал страстей, как-будто читаете что-то из всемирно известного, "унесенные ветром", например. не банальные сопли, и это радует.
Серебряная леди - Поттер Патрицияallika
30.05.2013, 2.02





Самое начало, и уже такой дикий переводческий ляп: "Меня зовут Кантон" - "Это первое или последнее имя?" Где эта переводчица учила английский???? Ведь элементарно: "Это ваше имя или фамилия?".
Серебряная леди - Поттер ПатрицияЛюблю умничать, что поделать...
7.08.2013, 19.48





Мне понравился роман, увлекательный, без соплей и занудства. Легко читается, а главное с интересом. Советую.
Серебряная леди - Поттер ПатрицияАсем
15.08.2013, 20.54





сюжет интересен 10 б
Серебряная леди - Поттер Патрициятая
11.11.2013, 21.31





Роман иллюстрирует слова известной песни: " Вот и встретились два одиночества". Мне нравится читать, как двое побитых жизнью людей соединяются и создают семью.
Серебряная леди - Поттер ПатрицияВ.З.,66л.
19.02.2014, 12.08





Очень хороший роман (как и все в этого автора)Оценка-9
Серебряная леди - Поттер ПатрицияОльга)
31.05.2014, 19.54





Нормальная книга. Персонажи и история интересные. Но как и к другим книгам автора возвращаться и перечитывать не хочеться. 8 балов. Не худший вариант провести вечер за чтением этой книги.
Серебряная леди - Поттер ПатрицияОля
11.03.2016, 16.40








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100