Читать онлайн Ренегат, автора - Поттер Патриция, Раздел - ГЛАВА 18 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Ренегат - Поттер Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.03 (Голосов: 121)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Ренегат - Поттер Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Ренегат - Поттер Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поттер Патриция

Ренегат

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

ГЛАВА 18

— Черт бы тебя побрал, мальчик, я же сказал, что тороплюсь.
Мальчишка Райс сражался с гнедым жеребцом, пытаясь водрузить на него седло. Обычное ласковое поглаживание не помогало. Жеребец как будто взбесился. Райс заметил следы жестоких побоев на крупе животного и понял его бешенство и испуг.
Мальчуган мечтал стать мощным, как этот жеребец, и размести своих мучителей. Но пока он помалкивал, зная наперед, что любое его слово вызовет подзатыльник, а то и похуже.
Райс еще раз попытался перекинуть седло через спину лошади, но он был мал, всего десять лет, а жеребец бушевал в стойле, пытаясь сокрушить стойки и разнести конюшню в щепочки.
Владелец жеребца грубо и жестоко схватил коня под уздцы, поднял хлыст и принялся безжалостно хлестать животное. Райс рванулся прочь из конюшни.
Неожиданно хлыст прошелся и по его спине, разорвав слишком тонкую рубашку. Мальчика опалило болью, из раны потекла кровь.
— Куда, маленький, ленивый ублюдок? — кричал мужчина.
Райс, слабый от недоедания и болезней, которые не покидали его в сырости сарая, где он спал, размахнулся и нанес обидчику ответный удар. Совершив этот безумный бессмысленный поступок, рожденный бессилием и безнадежностью, десятилетний мальчишка вырвал хлыст из рук оторопевшего от неожиданности хозяина, ударил его еще раз и в страхе выбежал вон.
К несчастью, он не был достаточно быстр, ловок и удачлив. Хозяин схватил его за развевающиеся лохмотья рубахи, а потом на него обрушились удары бича. Мальчик сжался в комок. Таким образом, превратившись в точку, ему иногда удавалось противостоять голоду и одиночеству, темному, всеобъемлющему ужасу, который окутывал Райса и от которого он так никогда и не смог избавиться полностью.
В ушах продолжало звенеть унизительное прозвище. Ублюдок.
Оно походило на те слова, которые в отчаянии выкрикивала его мать.
— Ты, барское отродье, он не хотел тебя. — От этих слов мальчик корчился, как от побоев. Каждое слово отпечаталось в его мозгу на всю жизнь.
— Лучше бы ты помер.
Сознание Райса туманилось. Он сражался с небытием, боясь, что может не очнуться. Он вспомнил клятву, данную им в детстве. Когда он вырастет, никому не позволит обижать себя. Никто не посмеет назвать его ублюдком. Никто…
Никто. Никто из обидчиков не останется в живых. Он обязан выжить. Он должен добраться до Края Света. А потом… он заставит кое-кого заплатить по всем счетам. Они заплатят за все сполна.
* * *
Разыскал его Вес.
Ближе к вечеру Вес и один из сыновей Мигеля гнали лошадей с дальнего пастбища в загон. По дороге полковник обратил внимание, что невдалеке кружат стервятники. Вес решил проверить, что привлекло хищников, питающихся падалью. Может, какое-нибудь некрупное животное, может, еще что-нибудь. То, что он увидел, заставило его остолбенеть. Подъехав к месту, где ожидал найти падаль. Вес разглядел очертания человеческого тела, потом, увидев разметавшиеся черные волосы, он интуитивно распознал в распластанном человеке Райса Реддинга. Подъехав еще ближе, он даже присвистнул от изумления. Если бы не знакомая шевелюра, он бы не смог узнать валлийца. Райс был вывалян в грязи и крови. Кожа была почти полностью содрана. Лицо в кровоподтеках и синяках, как будто с ним вдоволь поработал неумелый мясник. Вес принялся внимательно изучать следы на песке. Несомненно, они принадлежали Райсу, несомненно, он откуда-то приполз в это гиблое место. Вес не мог взять в толк, откуда полз Реддинг, долго ли он пробыл без сознания. Да и жив ли он вообще.
Полковник спешился, достал флягу и подал знак сыну Мигеля подъехать. Узнав в полутрупе Реддинга, молодой мексиканец перекрестился.
— Сеньор, он жив?
Вес с трудом опустился на единственное колено и нагнулся над Райсом. На шее валлийца болталась веревка. Карр ее перерезал, и мгновенно на этом месте вздулся огромный красный рубец. Вес нащупал пульсирующую жилочку на кровоточащей шее Реддинга и облегченно вздохнул. Полковник осмотрел синяки, раны, кровоподтеки. Штаны на Реддинге были изодраны в клочья. Руки связаны за спиной. Вес быстро перерезал веревку.
— Мне кажется, его проволокли по земле, а потом били кнутом. Бог знает, что еще с ним сделали. Ублюдки.
Вес недолюбливал Реддинга, но он бы не пожелал такой участи даже злейшему врагу, кроме, пожалуй, того человека, который совершил кровавое злодеяние.
Реддинг оставался в Техасе из-за него, Веса, из-за его угроз, из-за его сестры.
— Черт бы побрал всех этих негодяев, — прошептал полковник.
А потом он подумал о сестре, и у него пересохло в глотке. Весу хотелось перевезти Райса в какое-нибудь укромное место, не на Край Света, но подходящего убежища не было.
Карр знал, что никто из соседей ему не обрадуется. А Реддингу был нужен врач. Срочно.
Вес плеснул водой в лицо валлийца и был вознагражден тем, что тот медленно открыл глаза и минуту бессмысленно смотрел на полковника, пока опухшие губы не изобразили нечто вроде ухмылки.
— Я бы лучше выпил это, а то вы меня чуть не утопили.
Райс с трудом выдавливал из себя слова. Скрежет и бульканье, доносившиеся из глотки, свидетельствовали о долгой жажде.
Вес не мог сдержать улыбки. Горбатого могила исправит. Он помог Райсу приподнять голову и поднес флягу к его губам. Карр видел, как жадно Реддинг ловил каждую каплю, и снова выругался про себя.
— Если вы не собираетесь отдавать Богу душу, я подниму вас, — предложил он Райсу.
— Тогда я смогу отомстить проклятым выродкам, — не отрывая глаз от полковника, прошептал Реддинг.
Несмотря на плачевное состояние, в котором находился Райс, Вес был страшно доволен, что валлиец возненавидел именно Мартинов. Он подозревал, что братья допустили смертельную ошибку, оставив Реддинга в живых. Такого свирепого выражения лица, как у Райса, Вес не видел ни у кого даже на войне. На лице валлийца застыла холодная, несгибаемая, решительная ярость, от которой даже у Карра забегали мурашки по спине. Он вспомнил исказившую лицо Реддинга гримасу, когда тот расправлялся с мародерами несколько месяцев назад, так вот: она была приятно дружелюбной по сравнению с тем, что было написано на лице Реддинга сейчас. Молчаливая, из глубины существа идущая ненависть печатью лежала на физиономии их гостя. Вес понял, что отныне война, которую вели он и Сюзанна, стала и войной Райса Реддинга. На долю секунды он даже испытал жалость к Мартинам.
— Кто это вас так? Ловелл Мартин?
— Нет, его братец.
— Не обратиться ли нам к шерифу?
Райс отрицательно покачал головой.
— Теперь это мое дело.
Эти слова прозвучали как клятва. Райс пошевелился и застонал от боли.
— Шериф, очевидно, подкуплен ими. Мартин сказал… если я обращусь за помощью к закону, он и его люди скажут, что они поймали меня, после того как я украл лошадь, что они только проучили меня. А потом они обнаружат тело человека… которому эта лошадь принадлежала.
Весу показалось, он знает, что скажет Реддинг дальше.
— А что случилось… с этим человеком?
— Я убил его, — ответил валлиец совершенно бесстрастно.
— И после этого… вас оставили в живых?
— В назидание другим, я думаю, — ответил Райс. — Кроме того, они не были уверены, что я вернусь оттуда, — он поднял глаза. — Если бы не вы…
— Я увидел стервятников.
Райс прикрыл глаза.
— Не знаю, много ли я прополз. Мы были около старого тополя… Там меня… немножко… вешали.
— Боже, — сокрушенно вздохнул Вес. — Это по крайней мере три мили отсюда. Как, к черту, вам удалось?
Он посмотрел на распластанное в пыли тело Реддинга. Руки, плечи, спина сочились кровью.
У них не было времени на разговоры. Нужно было промыть и забинтовать раны.
— Вы можете встать? — спросил Карр.
Райс снова открыл глаза. Вернее, это были не глаза. Он уставился на полковника матовыми бельмами. Но у него хватило сил кивнуть.
— Вы поедете на лошади Джесуса. Он сможет прокатиться и без седла на одной из лошадок, которых мы перегоняем. Он поможет вам вскарабкаться на лошадь.
Райс кивнул еще раз, потом опустил голову и уставился на свою исполосованную, кровоточащую грудь.
— Дайте вашу рубашку, — попросил он.
Вес ответил оторопелым удивленным взглядом.
— Вашу… рубашку… Я не хочу… пугать Сюзанну. Спина… наверное… еще хуже…
— Ей все равно придется увидеть это.
Райс покачал головой.
— Нет… вы… или Ханна… перевяжете меня.
— Нет, — отказался Вес. — Она, а не я выхаживала вас в госпитале.
— Вы не можете понять. Я не хочу, чтобы она… увидела меня… таким. Даете слово?
В конце концов Вес был вынужден согласиться. Он не знал, как сдержать слово, но совершенно ясно, что Райс не тронется с места, пока не услышит обещания. Но Вес слишком хорошо знал свою сестру. Она сразу же начнет суетиться вокруг раненого. Проклятие!
— Даете слово?
— Даю, — хмуро откликнулся Вес. В конце концов это была первая просьба Райса. Полковник поднялся, опираясь на костыли, потом, нагнувшись, помог подняться Райсу. С другой стороны Реддинга придерживал Джесус. Мексиканцу было семнадцать лет. На вид он был некрупным, но жилистым и сильным парнишкой. Реддинг ухватился за Веса, и полковник испытал нечто вроде удовлетворения оттого, что теперь он, Весли Карр, помогает Райсу Реддингу. И проклятые костыли не были в этом помехой.
Райс качнулся, и Вес увидел, как плотно сжались губы, заходили желваки на скулах валлийца. Должно быть, он испытывал нестерпимые мучения. Никогда раньше полковник Весли Карр не встречал такого самообладания… Три мили… Господи, помилуй!
— Вашу рубашку, — разлепив губы, попросил Реддинг.
Вес снял рубаху и протянул ее Райсу.
— Кровь все равно просочится сквозь ткань, — предупредил он.
— Раны подсохли, — ответил Райс, осторожно просовывая руки в рукава.
Вес не переставал изумляться терпеливой стойкости упрямца. Он послал мексиканца в город за доктором.
Юноша замешкался.
— Сможете ли вы управиться и с лошадьми и с сеньором?
Вес кивнул.
— Как только мы посадим сеньора Реддинга на лошадь, все пойдет как по маслу.
Реддинг кивком подтвердил. Мексиканец с сомнением подвел жеребца к Райсу, сложил ладони чашечкой и наклонился, чтобы сеньор мог упереться ногой в подставленные руки. Райс взялся за луку седла, оперся левой ногой о руки мальчика и мучительно проволок тело в седло. Стременами он воспользоваться не мог.
— Сеньор, вы сможете удержаться в седле?
Неизвестно. Но он выживет, как выживал раньше. Райс благодарно кивнул.
— Спасибо, — с трудом произнес он, глядя на окровавленные ладони мексиканца.
— Не за что, сеньор. Я привезу доктора.
— Будь осторожен.
— Они убили моего брата. Я всегда осторожен, но когда-нибудь я за него отомщу.
— Мы сделаем это вместе, — пообещал Реддинг. — Вместе отомстим.
* * *
Райс всеми силами старался удержаться на лошади. Он не был уверен, что не обманул Веса и Джесуса, пообещав, что с ним будет все в порядке. Откровенно говоря, он не знал, сможет ли он благополучно добраться до ранчо.
Он слишком долго существовал только за счет стальной ненависти. Много раз он готов был сдаться на милость Харди Мартина, но нечто внутри противилось малодушию и восставало против того, чтобы доставить врагу удовольствие.
Сейчас ему надо было найти точку опоры. Что-то внутри себя, чтобы выжить. Не Сюзанна. Не жалость, которую он прочтет на ее лице, не ужас, если она заметит следы ударов хлыста. Особенно, если она разглядит еще и старые. Они смутно, но просматривались на теле.
Одна женщина, с которой он переспал, заметила их и задала несколько неприятных вопросов. С тех пор он или занимался любовью, не снимая рубашки, или держался так, чтобы рубцы не были видны. Так было и с Сюзанной.
Быть избитым кнутом это так… унизительно, так… недостойно мужчины. И этот след от веревки на шее… Райс проглотил ком в горле. Во рту оставался привкус унижения. Злость поддерживала в нем сознание, и мозг начал разрабатывать варианты мщения. Он уничтожит Мартинов.
Но сперва он унизит их.
Война Сюзанны отныне стала его войной.
* * *
Сюзанна, как дикое животное, заточенное в клетку, непрестанно ходила из угла в угол. Она боялась сойти с ума от ожидания. Женщина надеялась, что Райс Реддинг вернется еще до ужина. Вес тоже опаздывал. Другие ковбои прискакали уже час назад и сказали, что Вес спешит домой.
Где же они были?
Надо было ей утром поехать с ними, чтобы теперь ее не угнетало собственное бессилие, зависимость от ожидания.
А Райс? С каким нетерпением она ждала его сегодня! С каждым днем желание видеть его, чувствовать рядом нарастало.
Утром она украдкой увидела, как он выезжает со двора вместе с Весом и Джаймом. Она еще подумала, неужели Райс изменил свое отношение к работе, но потом один из ковбоев вернулся и сказал, что в полдень Реддинг ускакал куда-то один.
Даже воспоминание о Райсе было болезненным. Каждый дюйм ее тела властно требовал его прикосновения. Душа болела. Она так заботилась, так беспокоилась о нем! Ее вечно ускользающий, неуловимый ястреб.
— Едут! Едут!
Сюзанна услышала крик и бросилась на крыльцо.
Двое мужчин и небольшой табун лошадей. В человеке, который держал веревку, направляющую табун, Сюзанна узнала брата. Другой человек…
Боже Всемогущий! Это был Райс. Она узнала его по темным волосам. Все остальное было неузнаваемо: это была не его лошадь, не его посадка… Он едва держался в седле… плечи опущены… согбенная фигура… и…
Потом она разглядела кровь на рубашке и синяки на лице. Кровавые, сбитые до кости ступни его безжизненно свисали, стремена болтались без дела.
У Сюзанны бешено заколотилось сердце. Пальцы ее сжались в кулачки. Она утробно закричала и бросилась к Райсу. Он едва поднял на нее глаза. Вес распорядился:
— Позови кого-нибудь на помощь.
— Что случилось? — заикаясь, спрашивала Сюзанна, не в силах оторвать взгляда от Райса.
— Я тебе расскажу все позже. Ради Бога, сбегай за Мигелем или Джаймом, надо перенести его в дом.
Сюзанне не пришлось никуда отлучаться. Неожиданно их окружили много мужчин, а Вес руководил ими, как он делал это раньше.
Сюзанна едва ли хорошо понимала, что происходит вокруг. Она почти ничего не видела, кроме порезов, синяков, ран, от которых истекал кровью ее ястреб. Смуглое лицо его было непривычно бледным. Губы крепко сжаты, что, как знала Сюзанна, было признаком нестерпимой боли.
— О Райс, — только и шептала она.
Сердце рухнуло вниз. Сюзанна приблизилась к Реддингу и попыталась прикоснуться к нему. Он уклонился. Женщина отдернула руку. Райс с трудом перевел на нее взгляд и проговорил:
— Со мной все в порядке.
Потом он сполз с лошади, морщась от боли, когда его ступни, превращенные в живое мясо, коснулись земли.
Джайм был уже рядом. Он подхватил неуклюжее, больное тело. Но Райс выпрямился, напрягшись всем телом. Черт возьми! Как невероятно болит, рвет все тело! Джайм не знал, что они сделали с его спиной. Никто не знал, кроме подростка-мексиканца и Веса, и по некоторым причинам он взял с них слово молчать. Итак, сжав зубы, Реддинг не проронил ни звука, когда Джайм помогал ему идти, придерживая за иссеченную спину.
— Во вторую спальню направо, — распорядилась Сюзанна.
— Сью!
Она обернулась на зов Веса.
— Останься здесь, — приказал браг.
— Но…
— Если ты желаешь ему добра, ты останешься здесь.
— Нет! — отрезала женщина.
— Черт возьми! Это то, о чем просил он!
Последняя фраза остановила Сюзанну.
— Что случилось?
— Харди Мартин.
— Но его ноги…
— Я не знаю всего, — признался Вес. — Но у нас впереди уйма времени, а сейчас он не хочет об этом говорить.
— Я могу помочь.
— Джесус уже отправился за доктором.
Вес не был склонен к долгим переговорам. Сюзанна покраснела, на глаза навернулись слезы.
— Что ты сделал для него? — вопрос был резким, продиктованным боязнью за Райса. Вес пожалел, что дал обещание Реддингу.
— Лично для него, Райса Реддинга, я не сделал ничего. Но о человеке, который живет на нашем… на твоем содержании, я достаточно позаботился. Можешь назвать это нарушением законов гостеприимства, но я не пойду против его воли.
Какой-то частью своего сознания Сюзанна отметила неожиданную решимость Веса, но другая часть была поглощена исключительно Райсом и стремлением помочь ему.
Если ты желаешь ему добра, ты останешься здесь!
Сердце женщины разрывалось в тревоге о нем, о ее ночном ястребе. Но она желала ему добра. Господи, помилуй его! Она желала ему добра.
Вес оглянулся на Ханну. Экономка суетливо металась по дому.
— Приготовьте горячую воду и много полотенец! И мазь. И виски. Много виски, — распорядился полковник. Он заковылял на костылях наверх, в комнату, куда положили Райса. Сюзанна до крови искусала себе губу, а затем бросилась помогать Ханне. Если уж больше она ни на что не годна, она будет помогать греть воду и собирать полотенца. Может, найдутся и бинты.
Сюзанна почти ослепла от слез. Она наливала воду в котлы, а Ханна бросала дрова в печку.
Это была ее вина. Это она упрашивала Райса остаться, в то время как он рвался отсюда. Она и Вес. Они оба в ответе за то, что произошло.
Сколько еще может вынести его несчастное тело?
Тяжкое ранение, из-за которого он оказался в Либби, потом инфекция, а теперь это. Сюзанна не знала, насколько это опасно. Неопределенность была хуже всего. Она не знала точно, что произошло. Может быть, в него стреляли. Женщина знала, что Харди Мартин был очень жесток. Однажды, когда они еще учились в школе, она и Марк увидели, как он тайком мучает собаку. Марк бросился на Харди, побил его на глазах у одноклассников, которые собрались на крики Сюзанны. Харди не простил этого позора ни Марку, ни ей.
Ловелл был более опытным, искушенным человеком, чем его брат, более коварным, но не менее злобным и безнравственным. До войны Мартины ничего собой не представляли. Вернувшись в Техас, Сюзанна изумилась тому, какое состояние они нажили за время национальных бедствий. И чем больше они наживали, тем завистливее и жаднее становились.
Вода закипела. Сюзанна сдвинула один котел в сторону и на его место поставила другой, а затем понесла воду в спальню. За ней следовала Ханна с полотенцами, целебной мазью и бутылкой виски.
За дверью шел разговор, но слишком невнятный, чтобы что-то разобрать. Женщина постучала, дверь отворили, Джайм взял у нее воду и другие принадлежности. Сюзанна едва успела разглядеть Райса со спины. Изголовье кровати почти полностью скрывало его тело.
— Ну, как он? — шепотом спросила женщина.
— Все будет в порядке, миссис Фэллон. Пошлите доктора сюда, как только он появится, — попросил Джайм.
— Может быть… я могу помочь?
Управляющий отрицательно покачал головой.
— Не думаю, мисс Сюзанна. Ну… разве что… не найдется ли ночной сорочки Марка или его отца?
Вот, наконец-то. Хоть какое-то занятие. Сюзанна с готовностью кивнула.
— Я поищу.
Женщина оставила Ханну на крыльце встречать доктора, а сама побежала в комнату, где четыре года назад она провела единственную ночь с Марком. С момента возвращения на ранчо она не прикасалась к вещам покойного мужа. Сюзанне было даже неизвестно содержимое шкафа. Она закрыла глаза. Горестные воспоминания нахлынули на Сюзанну. И еще… Неужели она похожа на черного вестника? Со всеми, кого она любит, происходят несчастья. Ее отец, Марк, Вес. Теперь очередь Райса. Ей надо было согласиться с его отъездом. Если он поправится, пусть едет! Надо сказать ему, что они больше не нуждаются в его помощи. Сюзанна поникла под грузом отчаяния, горя, опустошенности и страха. Отчаяние и горе она испытывала по отношению к себе. Горе и страх за Райса.
Ночная сорочка! Так мало она может сделать для него! Наконец, она нашла одну. Льняную. Светлую. Но как ни старалась, Сюзанна не могла вообразить Райса Реддинга в ночной сорочке. Его плотное, молодое, гибкое мужское тело не должно скрываться под ночной рубашкой.
Что они с ним делают?
Женщина тяжело вздохнула, закрыла шкаф и, прихватив сорочку, направилась к спальне, где лежал раненый Реддинг. Сюзанна передала рубашку через едва приоткрывшуюся дверь, стараясь заглянуть внутрь и увидеть любимого.
— Еще немного, — услышала она, как Вес уговаривал Райса.
Сюзанна изумилась врачующей мягкости его голоса. Это было разительно непохоже на грубый, осипший голос, каким нередко брат перебранивался с ней.
— Еще несколько глоточков, — продолжал увещевания Вес. В голосе его звучали нежность и сострадание, какие последний раз она слышала еще до войны.
— Черт возьми! Я не хочу. — Голос Райса был также не похож на его обычный мелодичный аристократический говор, это был голос… кого? Сюзанна не смогла точно определить, кому мог принадлежать такой голос, но не ее любимому.
— Черт бы меня побрал, если я прочищу хотя бы одну вашу рану, если вы не выпьете еще виски, — произнес Вес с твердостью, которая бы порадовала сердце Сюзанны в обыденной ситуации, но сейчас она почти не обратила на это внимания.
А потом Джайм крепко-накрепко закрыл дверь, оберегая Райса от пустого любопытства и неожиданного вторжения. От ее вторжения.
Сюзанна прислонилась к двери, чувствуя себя покинутой и одинокой. Замерев ненадолго, она вдруг встряхнулась. Неожиданно она поняла, что ей жалко саму себя. И Райсу жалко ее. Но Райс никогда не одобрял жалости, обращенной на самого себя. Сюзанна закусила губку, проглотила слезы и пошла на крыльцо встречать с Ханной врача.
* * *
Райс подавил стон. Виски помогло. Виски, от которого он отказывался. По глазам Веса Реддинг понял, что полковник догадался, почему он отказывался от спиртного. Он не хотел попасть в зависимость, он не хотел, как Вес, становиться рабом виски и своих желаний.
Лицо Веса пылало от неприятной догадки, но он продолжал настаивать.
— У нас нет других обезболивающих, и я не буду обрабатывать ваши раны, если вы не выпьете еще.
Райс сделал несколько глотков, потом еще. Он старался не напрягаться и не съеживаться, когда Вес промывал ему раны на спине полотенцем, смоченным в горячей воде. Спина была вся иссечена бичом, красные полосы накладывались одна на другую, утопая в мякоти тела. На Райсе не осталось живого места.
Вес и Джайм соорудили вокруг Райса мягкие валики из подушек, чтобы он по возможности избежал соприкосновения с твердой поверхностью, но когда это происходило несмотря на хитроумные действия целителей, боль была мучительной, заставляющей все тело содрогаться в агонии. Райс сосредоточился на этой боли, он как бы со стороны отсчитывал каждую секунду мучений, каждое прикосновение, вызывающее страдания. Ему надо было хорошенько все запомнить, чтобы все до мельчайших подробностей воспроизвести в своей памяти, когда он начнет расправу над Харди Мартином.
— Боже мой, — прошептал Джайм, — поскорее бы приехал доктор Кэмпбелл.
— Я только об этом и думаю, — присоединился к нему Вес.
Райс молчал. Лицо у него было белее бумаги. Казалось, усилием воли он отключил все чувства.
Вес закатал рубаху на спине Райса. Теперь он заметил и старые рубцы, но ничего не сказал. Его уважение к Райсу Реддингу росло с каждой минутой. Он подумал, что сам, возможно, хныкал бы как ребенок, если бы кто-нибудь проделывал подобную процедуру над ним. Да, он определенно восхищался валлийцем. До сих пор он не мог представить себе, как человек, который уже не человек, а груда мяса, изрубленная на куски, мог протащиться три мили по пыльной, каменистой прерии.
Наконец, процедура очищения ран завершилась. Больше они ничем не могли помочь Райсу. Без указаний доктора Вес опасался промыть их еще и виски.
— Можете ли вы перевернуться? — спросил он. Реддинг приподнялся, превозмогая слабость.
— Я бы не хотел даже пробовать.
— И так достаточно, — успокоил его Вес, наклоняясь с намерением промыть раны на груди. — Почему бы вам не отправиться в Англию? — неожиданно спросил он.
— Мне показалось, вы просили меня остаться. По-моему, я был вам страшно нужен, иначе вы не стали бы шантажировать меня.
— Я был не прав. Это наши дела. Это наша война.
— Была вашей войной, — сквозь крепко сжатые зубы процедил Реддинг.
Вес видел, как на скулах у Райса ходуном ходили желваки, когда он принялся прочищать очередную рану.
— Мне очень жаль, — мягко, извиняясь, произнес он, удивляя сам себя. — Я… мы… не должны были втягивать вас в свои… отношения.
Райс посмотрел ему прямо в глаза.
— Не извиняйтесь. Я бы, наверное, сдох, если бы вы меня не подобрали.
Вес ухмыльнулся.
— Я так не думаю. Вы с большим упрямством держитесь за жизнь, чтобы отказываться от нее без борьбы.
Райс не отрываясь смотрел Карру прямо в глаза.
— В этот раз я подошел слишком близко к Небесным вратам. Слишком близко.
Рука Веса застыла в воздухе, бровь изогнулась в немом вопросе. Он напоминал Райсу себя прежнего.
— Это вас забавляет? — гневно спросил он.
— Только то, что в конце концов вы допустили, что ничто человеческое вам не чуждо и вы подчиняетесь всем законам, придуманным для смертных. Почему вы были без винтовки? — продолжил разговор Вес.
— Хотел ввести неприятелей в заблуждение, — откровенно признался Райс. — Очень давно, наблюдая жизнь, я вывел заключение, что нельзя раскрывать врагам своих истинных возможностей. Обычно это себя оправдывает. К сожалению, утром я был рассеян.
— Думаю, что не стоит спрашивать, почему.
— Да, не надо, — согласился Реддинг. — Но этой ошибки я больше не повторю.
Улыбка исчезла с лица Веса, но прикосновения не перестали быть осторожными, бережными.
Он почти закончил, когда в дверь постучали, и на пороге появился пожилой человек с черным саквояжем в руке. Ему понадобилось бросить лишь поверхностный взгляд на то, что раньше было Райсом, чтобы предположить:
— Мартины?
Вес кивнул. Доктор подошел к краю кровати и протянул Реддингу руку:
— Доктор Кэмпбелл. Глядя на вас, я думаю, что вам чертовски повезло.
— Они просчитались, — добавил Райс. Доктор не стал тратить время на разговоры. Он ощупал лохмотья кожи и мяса, болтающегося на спине и груди Реддинга.
— Я должен кое-где наложить швы, иначе останутся уродливые шрамы.
Взгляд врача остановился на затянувшейся ране на боку, с которой Райс был доставлен в госпиталь тюрьмы Либби.
— Похоже, вы ведете насыщенную жизнь, мистер … ?
— Реддинг, — быстро вставил Вес. — Он гостит у нас.
Доктор сокрушенно покачал головой.
— Времена изменились. Теперь я занят значительно больше, чем раньше. Подозреваю, что имею дело в основном с жертвами Мартинов и их людей.
— И никто не собирается противостоять им? — спросил Вес.
— Слишком мало осталось сильных и здоровых мужчин, — ответил доктор. Он упомянул с дюжину погибших — все друзья Веса или его отца. — Все напуганы. — Он оглядел Веса с ног до головы и заметил пустую, подвязанную штанину. — Я рад, что ты вернулся, Вес. Ты нам поможешь.
Вес скептически улыбнулся.
— Вы ждете помощи от янки? — Это были горькие слова насмешка над самим собой.
— Со временем все забудется.
— Не думаю, чтобы у нас было время.
Доктор укоризненно произнес:
— Это не похоже на слова Весли Карра, которого я знал. Он, как я помню, ни перед чем не останавливался. — Доктор изменил тему разговора. — За дверью находится одна молодая особа, которая нервничает. Почему бы вам вдвоем не выйти и не успокоить ее, а я в свою очередь позабочусь о мистере Реддинге.
Вес вопросительно посмотрел на Райса.
— Скажите ей, что со мной все в порядке, — наказал он.
Доктор терпеливо дождался, пока Вес и Джайм выйдут, и сосредоточил все свое внимание на Райсе.
— Ну как?
Райс как бы удивленно поднял бровь.
— Все в порядке? — переспросил доктор.
— Нет, черт побери.
Доктор удовлетворенно кивнул.
— Тогда за работу.
* * *
Доктор Кэмпбелл задержался еще на пару часов, после того как выпил кофе, приготовленный Сюзанной. Женщина всматривалась в каждое движение его лица в надежде распознать хотя бы намек на истинное состояние Реддинга.
— Он страдает от страшной боли, ему надо много отдыхать. Но судя по его энергии и настрою, вам придется силой удерживать его в постели.
Сюзанна была готова разрыдаться. Никто — ни Вес, ни Джайм — не рассказал ей толком, что произошло.
— В каком состоянии, — обратилась она к доктору, — он находится? Какие ранения он получил?
— Раны, порезы, синяки, ушибы. Он весь избит. Надо уповать только на время и на Господа Бога… Интересный человек… Откуда он?
— Из Уэльса, — вставил незаметно подошедший Вес, и Сюзанна сообразила, что надо скрыть предыдущую часть разговора, касающуюся травм Райса. В конце концов, самое главное, что ее ночной ястреб будет жить.
— Могу я его увидеть?
Доктор ответил отрицательно.
— Я дал ему снотворное. Мистер Реддинг отказывался принять лекарство, пока я не объяснил ему, что покой и отдых — единственное средство, которое может поставить его на ноги. Я надеюсь, вы не хотите помешать ему?
Когда проводили доктора, Сюзанна повернулась к Весу.
— Что же с ним произошло?
Вес кратко поведал ей историю Райса. — Харди Мартин и его люди напали на Райса, привязали его к лошади и протащили по земле. Он должен благодарить Всевышнего, что после этой процедуры остался в живых. Не думаю, что Харди не хотел его прикончить, но он слишком труслив, чтобы сделать это самостоятельно. А если бы Реддинга нашли мертвым где-нибудь в прерии, то обвинять было бы некого.
— Но если бы он выжил…
— Харди решил, что Райс изнеженный, безответный путешественник. Он припугнул Реддинга на случай, если тот выкарабкается и надумает искать защиты закона. Они обвинят его в краже лошадей и убийстве одного из подручных Харди.
— Это мы вынудили его остаться, — печально заметила Сюзанна.
— Я не понимаю, зачем ты пригласила его ехать с нами в Техас, — полувопросительно проговорил Вес. Сюзанна замешкалась с ответом.
— Ты помнишь… когда мы были детьми… я принесла раненого ястреба домой?
— Он умер, — нахмурившись, припомнил Вес.
— Я знаю, — мягко заметила женщина. — Так вот в госпитале Райс мне напомнил этого ястреба. Дикий и свободный… и у него была такая страшная рана. Открытая. Я подумала, может быть…
— Может быть, можно спасти этого? Так ты подумала? — переспросил Вес. — Как я припоминаю, тот ястреб сильно поранил тебя….
Сюзанна нахмурилась. Сейчас он вспомнит, как обидел ее этот ястреб, Райс Реддинг.
— Как бы то ни было, мы должны заставить его уехать отсюда. Он достаточно пострадал.
Пристальный взгляд Веса преследовал ее.
— Теперь ты не сможешь никакими силами добиться этого, дорогая моя сестричка.
— Но…
— Если ты попросишь его оставить ранчо, он найдет какое-нибудь другое пристанище поблизости. Он жаждет отомстить Харди Мартину, и — бьюсь об заклад — разбойник от него не уйдет.
Сюзанна, чуть не плача, подняла глаза на брата.
— Что мы наделали, Вес?
— Твой ястреб ступил на тропу войны, Сью.
* * *
Запакованный в льняную сорочку, распухший от бинтов, опоясывающих его вдоль и поперек, Райс корчился, лежа на животе. Он принял лишь каплю опиума, который оставил для него доктор. Райс не хотел, чтобы мозг отключился.
Реддинг запомнил все, что рассказал доктор, пока занимался его ранами на груди и накладывал швы на спине. Райс расспросил врача о Мартинах; о каждой семье, в которой был хотя бы один несчастный случай, вроде кражи или поджога; о благосостоянии Мартинов и о том, каким путем они его нажили; о шерифе.
В разговоре доктор перескакивал с предмета на предмет, стараясь отвлечь пациента, пока он сшивал куски кожи и накладывал швы. Закончив перевязывать стопы, он облегченно вздохнул.
— Вам нельзя подниматься на ноги по крайней мере с неделю.
На это пациент ответил таким отчаянным взглядом, который, несомненно, расстроил доктора. Но другими, более приятными прогнозами доктор не мог его побаловать.
Помимо прочего, польза от беседы с мистером Кэмпбеллом заключалась в том, что теперь Райс обладал информацией, которая давала ему возможность строить планы на ближайшее будущее.
Реддинг мог лежать и размышлять. Десять семей, чьи земли располагались вдоль реки или вдоль ручьев, питавших реку, имели зуб на Мартинов. Шесть других сдались и распродали свои земли. Итак, десять семей!
Проблема заключалась в том, чтобы объединить их усилия.
Райс припомнил, что говорила Сюзанна во время совместного ужина. Им нужен вожак, лидер. За Весом они не пойдут. Очевидно, люди не примкнут ни к кому, кто связан с Весом. Шрамы войны еще слишком свежи. Как же быть?
Реддинг вспомнил, что Сюзанна назвала его ястребом. Ночным ястребом. Мысли роились и путались в голове. Лидер. Нужен лидер. Может быть, ему удастся сотворить его. Может быть, вожаком сможет стать тот, кого арендаторы не знают, но кому доверяют. Реддинг предполагал, что он и один смог бы справиться с Мартинами, истребив их по одному. Но так поступать он не хотел. Он не хотел, чтобы тучи сгустились над Сюзанной, чтобы тень подозрений легла на нее.
У Райса было и еще одно желание, более сильное и менее филантропическое. Он хотел заставить Мартинов страдать. Для этого было нужно, чтобы богатство уплывало у них из-под носа, а они не знали, куда и почему.
А потом… придет время, и он уберет их.
Ночной ястреб. Хорошее прозвище. Похоже на прозвище английских разбойников с большой дороги, которые уже канули в Лету. Вполне приемлемое прозвище.
Райс не мог уснуть. Раны не давали покоя. Он лежал, думал, строил планы. И улыбался. Улыбка была чистой. Без примеси цинизма и издевки.




Предыдущая страницаСледующая страница

Ваши комментарии
к роману Ренегат - Поттер Патриция



Роман чудесный,но как же все таки жаль, что главный герой не раскрыл себя.
Ренегат - Поттер ПатрицияРоксалана
4.09.2012, 13.44





Увлекателная,захватывающая история.Очень понравилось!!!
Ренегат - Поттер ПатрицияАнастасия
16.12.2013, 12.53





Увлекателная,захватывающая история.Очень понравилось!!!
Ренегат - Поттер ПатрицияАнастасия
16.12.2013, 12.53





Ренегат, как я понимаю, это маргинал (почти преступник). Считаю этот роман не только любовным, но и сильным. Все 4 главных героя - яркие, сильные личности. Специально по карте США просмотрела путь героев от Ричмонда до Остина. Ого го! Считаю этот роман одним из лучших. Читала с наслаждением и необычайным интересом. Рейтинг занижен. Не менее 9,5.
Ренегат - Поттер ПатрицияВ.З.,66л.
1.04.2014, 9.48





Для В.З. Ренегат- это не маргинал и не преступник. Это отступник. Renego - латынь- отрекаюсь, т. е. предаю прежнюю веру. Маргинал- человек, потерявший социальный статус, преступник- человек, преступивший закон. Ренегами, например, называли людей, которые после революции служили новому строю, предавая прежние присяги и идеалы.
Ренегат - Поттер ПатрицияРоза
1.04.2014, 10.00





Пардон,ренегатами.
Ренегат - Поттер ПатрицияРоза
1.04.2014, 10.08





роман можно рассматривать и как продолжение "Молнии" и как самостоятельное произведение. но если первая часть была весьма целомудренной, то эта ни в коей мере. очень все понравилось, только изредка подбешивала главная героиня, слишком уж по-идиотски она иногда себя вела.
Ренегат - Поттер ПатрицияОльга Сергеевна
31.05.2014, 19.36





Очень хороший роман,читала с большим удовольствием. Единственное но,уж очень много Гг.размышляет об одном и том же,много не нужных повторений. Ггня вне всяких похвал,отважная девушка и в то же время женственная. Импонирует тем, что никогда не скрывала своих чувств. Читайте и получайте наслаждения!10
Ренегат - Поттер Патрицияс
18.09.2014, 23.48





Читала с удовольствием.мне кажется немножко концовка затянута,а в остальном хорошо.
Ренегат - Поттер ПатрицияТаТьяна
12.11.2014, 14.40





Обалденный, потрясающий, вдохновляющий роман с глубоким смыслом, с сильными героями и конечно с прекрасным сюжетом и сильными чувствами, такой роман достоин самой наивысшей оценки. Классный, одним словом меня он привел в восторг! Мне не жаль потраченного на него времени где описывают настоящую сильную любовь сильных и настоящих героев которые мужественно отстояли свою любовь, вот настоящие поступки которые служат настоящим доказательством любви мужчине к женщине и наоборот, в этом романе показывается все это с лихвой и больше!
Ренегат - Поттер ПатрицияНаталья Сергеевна
18.12.2014, 8.52





Хороший! Читайте!
Ренегат - Поттер ПатрицияЖУРАВЛЕВА, г.Тихорецк
18.02.2015, 9.54





Очень много размышлений...сомнений...
Ренегат - Поттер ПатрицияСветлана
20.02.2015, 16.00





Шикарный роман! Не заслуженно низкий рейтинг, читайте , таких романов мало!
Ренегат - Поттер ПатрицияЭля
6.04.2015, 10.14





Роман "Молния" из этой серии понравился больше, но и этот увлекательный. Правда, концовка (не эпилог) немного менторская, но оригинальность сюжета, образность и сочность литературного языка с лихвой компенсируют просчеты и упущения. Мастерски изображена эволюция отношений всех действующих персонажей, ГГ в частности. Жизненные принципы героя "не позволять вмешивать себя в чужие дела, никогда не брать на себя заботу о своем ближнем и дальнем, быть настороже и не позволять дергать за слабые струны" разбились вдребезги о преданность , верность и всепоглощающую любовь. А как он ей сопротивлялся, с возмущением осознавая, что "эта женщина змеей заползла в его сердце и разлеглась там как у себя дома..." Кстати, мне понравилось, как выписан образ Сюзанны - без тараканов и надуманностей. Влюбилась и... в омут с головой- искренне, открыто, самозабвенно и словила в силки свободолюбивого ястреба. Описание постельных сцен очень романтичное и чувственное. 9 баллов, читайте, друзья, и наслаждайтесь.
Ренегат - Поттер ПатрицияОльга
5.09.2015, 18.05





pervaya chast :put v ehas ochen horosha -no potom v Tehase ochen zatyanuto i poroi skuchnovato-kucha povtorenii odnogo i togo je ....jal -isportilo roman
Ренегат - Поттер ПатрицияSarina
5.09.2015, 22.38





мне понравился
Ренегат - Поттер ПатрицияВалентина
9.09.2015, 2.27





Продолжение "Молнии". Супер!!! Что первая часть, что вторая. Они совершенно разные, но абсолютно захватывающие. Читайте, не пожалеете потраченого времени. 10/10.
Ренегат - Поттер Патрициямэри
11.09.2015, 9.41





Просто замечательно!Чудесный слог!Перевод!Решила прочесть всё,что есть у этого автора!
Ренегат - Поттер ПатрицияЕва
12.09.2015, 11.29





класс
Ренегат - Поттер Патрициянадя
12.09.2015, 15.08





Чудесный роман! По началу немного раздражал брат главной героини, но в целом герои очень классные. Вторая книга совсем не похожа на первую (Молния), и по настроению и по характеру героев. Но обе хорошие, хотя наверное "плохой парень" Райс мне симпатичнее, чем мрачный и хороший Адриан.
Ренегат - Поттер Патрицияdeasiderea
13.11.2015, 7.09





Эх плохиш Райс просто великолепен, как он отличается от героя из первой книги 'молния'. Но он настолько великолепен, что аж дух захватывает. Книгу обязательно читать, кто любит приключения и сильных мужчин тому обязательно понравиться. Для меня роман на десять однозначно
Ренегат - Поттер ПатрицияАленка
25.08.2016, 3.54








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100