Читать онлайн Дама его сердца, автора - Поттер Патриция, Раздел - 25 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дама его сердца - Поттер Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

загрузка...
Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.16 (Голосов: 95)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дама его сердца - Поттер Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дама его сердца - Поттер Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поттер Патриция

Дама его сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

25

Девочки ужинали в большой замковой столовой, здесь же восседал и Колин, болтавший что-то на одному ему понятном языке. Джэнет решила, что настало время учить девочек хорошим манерам, Муж не позволял им есть в столовой Лохэна, опасаясь за хрусталь и фарфор, а после его смерти она не хотела сажать их за общий стол с Реджинальдом, Луизой и Марджери. А вот теперь самое подходящее и удобное для этого время.
Была у нее также и другая причина. Ей хотелось подольше задержаться в столовой и вызвать Торкила на разговор о маркизе Брэмуре. Он обязательно должен что-то знать о его семье — Трильби ей сказала, что маркиз привез его со своего родного пепелища.
Джэнет, конечно, могла вызвать Торкила к себе и допросить, но ей не хотелось так поступать со стариком. Надо начать разговор самым естественным и непринужденным образом — так, чтобы он не доложил потом маркизу, будто она бесцеремонно сует нос в его личные дела. Хотя именно это она и собиралась сейчас сделать, зная, что он питает слабость к Колину и девочкам.
Ужин между тем проходил не совсем гладко. Аннабелла разлила молоко и объявила, что не хочет есть! Рэйчел, как заводная, все расспрашивала о маркизе — где он, что он и когда вернется, — а Грэйс просто гоняла еду по тарелке.
— Где Нил? — капризно спросила Аннабелла. — Хочу, чтобы он поскорее приехал.
«Нил?» Джэнет вопросительно подняла брови.
— Он — милорд, маленькая. Говоря о нем, надо обязательно упоминать его титул.
— А он сказал, чтобы я называла его Нил! — запротестовала Аннабелла, готовая вот-вот заплакать.
— Это правда, — подтвердила Грэйс. — Я слышала, как он это говорил.
Джэнет даже немного растерялась. Как все это понимать? Но в следующую минуту Рэйчел уронила на пол серебряную ложку, и Грэйс стала ее отчитывать за неаккуратность. Бедняга Торкил сновал вокруг, поднимая и заменяя ложки, вытирая лужицы молока, пока Джэнет старалась уговорить девочек ничего не оставлять на тарелках. Но они скучали по Брэмуру, им хотелось покататься на пони за пределами конюшенного двора, и они не понимали, почему вдруг появилось столько запретов и им ничего нельзя.
Джэнет и Клара по очереди кормили Колина. Перед ним стояла своя собственная мисочка с овсяной кашей, которую он с упоением раскидывал ложкой по всей столовой, так что Тор-кил не успевал за ним убирать.
Когда ужин закончился, Джэнет отдала Колина Кларе, чтобы она отнесла его в детскую, умыла и переодела. Трильби, которая нашла свой особый подход к девочкам, увела их спать, а Торкил все продолжал наводить чистоту в столовой. «Но ведь он уже слишком стар, чтобы сгибаться в три погибели и отскребать полы!» — подумала Джэнет, взяла тряпку и стала ему помогать.
— Миледи! — в ужасе воскликнул старый слуга.
— Это мой сын напачкал, а мне уже очень надоело сидеть сложа руки. Трильби, кстати, говорила, что маркиза Бета тоже сама иногда мыла полы.
— Ну меня тогда в Брэмуре не было, — ответил Торкил очень неодобрительно, еще усерднее принимаясь скрести пол.
— А когда ты приехал?
— Восемь месяцев назад, после того как маркиз унаследовал свой титул.
Торкил явно освоился в Брэмуре за эти восемь месяцев. Он не давал спуску другим слугам — песочил и распекал их вовсю. И они, конечно, жаловались, но с лукавым блеском в глазах, потому что всем он нравился, этот ворчливый, но добросердечный Торкил, который очень ответственно относился к своим новым обязанностям дворецкого.
Джэнет тоже усерднее стала оттирать пятна.
— А где же он тебя отыскал?
— В своем старом доме у моря.
— Расскажи мне, что это за дом.
— Да чего там рассказывать! Большой, темный. Совсем развалюха.
— Милорд сказал, что все его родные давно умерли. Торкил нахмурился:
— Да, так оно и есть. Его мать умерла, когда он еще совсем мальчуган был, а отец ее, старый лорд, умер вскорости после нее.
— И других наследников не осталось?
— А там и наследовать-то было нечего. Замок совсем разрушился, земли истощились напрочь. Старый хозяин был весь в долгах. После его смерти все отобрали в королевскую казну за неуплату налогов. Да никто и не захотел выкупить замок. Место это проклятое — так все говорили.
— Почему же? — спросила Джэнет с деланным спокойствием.
Торкил пожевал губами, и глаза его затуманились.
— Потому что наша леди бросилась в море с башни замка. И он отвернулся, словно и так сказал слишком много.
— Милорд рассказывал мне о своей матери, — тихо заметила Джэнет.
Торкил прищурился и подозрительно на нее посмотрел, но не произнес ни слова.
— Он сказал, что она была больна…
Это был скорее вопрос, чем утверждение, но Торкил ничего не ответил и продолжал вытирать пол. «Зачем он сам так старается? — удивилась про себя Джэнет. — Ведь он может позвать служанку». Но Торкил ко всему, что касалось Брэмура, относился как рачительный хозяин. Нил даже предоставил ему право расчетов и платежей на время своего отсутствия; очевидно, они доверяли друг другу абсолютно.
Торкил между тем все молчал. Джэнет уже решила, что он, наверное, не хочет отвечать, но Торкил вдруг заговорил:
— Она была хорошая девушка. Добрая… и доверчивая. Все ее любили.
— Но что же с ней случилось? — осторожно и мягко спросила Джэнет, стараясь вызвать его на откровенность.
— Все было хорошо, пока в замок не приехал Гастон Форбс. — В голосе Торкила прозвучала горечь. — Он сказал, что любит ее, и она ему поверила. А он… соблазнил ее и бросил. Этому мерзавцу предложили другую невесту, с большим приданым, и он согласился. Наша леди написала ему, когда узнала, что будет ребенок, но он ей так и не ответил…
Торкил помолчал, и было ясно, что ему тяжело вспоминать об этом.
— Отец, ее рвал и метал. Хотя приданое у леди Джоанны было небольшое и земля истощенная, он все равно хотел выдать дочь замуж с выгодой. Ну а тут такое приключилось. Он только надеялся, что никто ни о чем не узнает. Говорил всем, что она уехала и гостит у родственников. Но у него не было наследников по мужской линии, и, когда родился маленький, старый лорд объявил, что взял на воспитание приемыша и законно его усыновил. А мать… — Торкил вдруг безнадежно махнул рукой. — Не должен я об этом рассказывать!
Джэнет готова была поклясться, что он с трудом удерживается от слез.
Она сама понимала, что хозяевам не пристало делать слуг доверенными своих мыслей и чувств. Однако она должна была все знать.
— Все, что ты говоришь, очень важно, Торкил. — Джэнет дотронулась до его рукава. — Видишь ли, дядя сказал маркизу, что его мать была сумасшедшей и бабушка тоже. И теперь он считает, что его кровь испорчена наследственным безумием.
— Нет! — Торкил выпрямился. — Этого быть не может. Я помню, что его бабушка умерла от рака. И умерла она за год до того, как леди Джоанна встретила человека, который ее потом бросил.
Торкил явно рассердился.
— Так ты считаешь, что его бабушка не была сумасшедшей?
— Нет, конечно!
— А может быть, семья скрывала это?
— Я был тогда всего лишь грум, миледи, но слышал, о чем толковали слуги между собой. А они всегда все знают. Никогда и никто не говорил, что она сумасшедшая.
— А Джоанна?
Его глаза вспыхнули, он отвернулся, и Джэнет вдруг поняла, что он когда-то питал к своей хозяйке более нежные чувства, чем готов был сознаться.
— Когда она сказала, что нипочем не откажется от сына, отец запер ее в башне. Надеялся переломить ее волю. Глупо это было с его стороны — так поступать! Ведь многие обо всем знали, но лорд был просто вне себя. Я согласился помочь ей бежать. Она хотела взять Нила с собой, но отец перехватил ее на ступеньках лестницы. Он вырвал у леди Джоанны мальчика — ему тогда два годика было, — а дочь ударил. Она упала и ударилась головой о каменные ступеньки. С тех самых пор она уже была как бы не в себе — больше слова не сказала, сидела молча, и все… Она даже меня не узнавала! И так прошло несколько лет. Потом мальчика увезли — и я не знал, что с ним сталось. После того как его увезли — всего-то несколько дней прошло, — леди Джоанна упала с башни. А через три месяца умер старый лорд.
— Что же потом было с замком?
— Всю мебель продали, слуг распустили…
— А ты?
— Я не мог оттуда уйти. — Торкил вдруг воинственно вздернул подбородок. — Надо же было кому-то за ее могилой приглядывать!
— А как же теперь?
— Милорд кого-то нанял, чтобы следил за порядком. А мне сказал, что я ему нужен. — Теперь в голосе Торкила звучала гордость. — Он даже научил меня считать, чтобы я мог лучше помогать ему.
Скорее всего, Нил решил, что он Торкилу нужнее, чем Торкил ему. Джэнет уже убедилась, что маркиз Брэмур совершает свои добрые поступки под предлогом, что это необходимо именно ему.
— А еще кто-нибудь знает о том, что мать Джоанны умерла от рака?
Торкил пожал плечами:
— Она сама была из англичан, Уэдсворт их фамилия…
— А маркиз никогда о ней тебя не расспрашивал?
— Нет.
«Понятно. Решил, что ему и так все известно», — подумала Джэнет и с трудом проглотила застрявший в горле комок.
А ведь, если он ошибается, если его дядя солгал ему, она могла бы восемь лет назад выйти замуж за Нила! Однако тогда у нее не было бы Колина и девочек.
Воистину, господь отнимает, но он же и дает!
Но скорее всего бог здесь совсем ни при чем. Все это сотворил старый маркиз, да горит его душа вечным адским пламенем!
— Мы должны навести справки, — решительно заявила Джэнет. — Может, нанять для этого поверенного в делах? Но Торкил покачал головой:
— Без согласия маркиза нельзя. И не надо мне было все это вам рассказывать. Слишком уж я разболтался…
Джэнет смотрела, как Торкил удаляется, высоко подняв голову, и понимала, что больше он не промолвит ни слова. Во всяком случае, сегодня. Его преданность Нилу безгранична. Так же он был предан и его матери.
Джэнет поднялась к себе. Рассказ Торкила все еще звучал в ее ушах, а сердце разрывалось от жалости к бедной женщине, запертой в башне, спрятанной подальше от глаз человеческих. К этой несчастной матери, у которой отняли ее дитя. Однако теперь у Джэнет появилась надежда. Ведь если мать Нила стала «не в себе» только после того, как упала с каменной лестницы, значит, она не была безумной от рождения. Это физическая травма, а не наследственное сумасшествие.
Однако будет ли такое объяснение для Нила достаточным? Особенно после восьми лет жизни в мрачной убежденности, что мать и бабушка были жертвами болезни, передававшейся из поколения в поколение? Нет, вряд ли…
О, если бы можно было разузнать все досконально! Деньги у нее есть. Ей только нужен поверенный. Конечно, она не обратится к тому, кто занимается делами Лохэна. Ей нужен надежный человек. Однако ведь в Брэмуре должен быть свой юрист. И Торкил наверняка знает его. Но захочет ли он ей помогать?


Александр Лесли завязал маску, скрывшую почти все лицо, кроме глаз. На лоб ему падала прядь рыжеватых волос, под которой почти не видно было шрама. Он взял с собой карту с валетом пик — ту самую, что ему отдал Брэмур. Берк, отъехавший на другую сторону дороги, тоже был в маске. Он видел, как около деревенской гостиницы остановилась модная карета какого-то англичанина, которому недавно была дарована шотландская земля, несомненно, за верную службу королю Георгу.
Деревня была расположена в трех милях от Лохэна. Может быть, им повезет и они сумеют поживиться, чтобы хоть частично вернуть Брэмуру затраченные им деньги. Несмотря на то, что Алекс говорил Нилу, ему не хотелось быть должником. Т ем более — должником человека, который сражался вместе с Камберлендом против шотландцев. Он взял у Брэмура деньги только потому, что это было необходимо для спасения детей.
Собственно, ради этих детей Алекс теперь и жил. Он все потерял — свои семейные владения, свой клан, все свое наследственное имущество. У него нет даже его прежнего лица. Однако старуха, которая спасла ему жизнь, укрывала от англичан еще пятерых детей. Она умоляла Алекса помочь им бежать во Францию, где о них смогли бы позаботиться другие шотландские беженцы. Ну а остальные дети… их одного за одним прибивало к нему волнами бурного житейского моря.
Алекс боялся слишком удаляться от пещеры — ведь, кроме него, у этих сирот не было никого. Однако теперь он осмелился и на это. Ради сестры. А это было для него очень важно: ее жизнь и благополучие ее детей.
Они с Берком загородили дорогу лежачим деревом, затаились и стали ждать, надеясь, что не появится откуда ни возьмись английский патруль и не догадается о готовящейся засаде.
К Алексу подъехал Фергюс — один из подростков, который следил за дорогой. Подъехал на коне Брэмура, который все еще оставался у них после их несчастной — а может быть, счастливой? — первой встречи. Брэмур не заикнулся о коне, когда они встречались позднее, хотя вряд ли забыл о своем любимце. Наверное, маркиз понял, что Алексу конь нужнее.
Да, этот человек постоянно ставил Алекса в тупик. Его невозможно было понять. Брэмур всякий раз появлялся, словно добрый ангел, — но очень и очень странный ангел…
Раздался стук копыт, позвякивание металлических блях на упряжи, скрип колес — и вот показалась большая, пышно разукрашенная карета, запряженная четверкой вороных лошадей. Кучер пристально смотрел на дорогу. Увидев лежащее поперек дерево, он попридержал лошадей — и внезапно увидел перед собой Алекса и Берка.
Из окошка кареты высунулась голова и поспешно спряталась обратно. Очевидно, чтобы зарядить мушкет.
Алекс прицелился в кучера:
— Стой!
Кучер поднял руки; лошади остановились, нервно переминаясь с ноги на ногу. Берк спрыгнул со своего коня, подошел к дверце кареты и дернул ее на себя.
— Слезай! — прикрикнул Алекс кучеру.
Кучер слез, Алекс тоже соскочил с лошади и стал обшаривать его карманы.
— Оружие есть?
Кучер, выпучив глаза от страха, замотал головой.
— Иди к задку кареты и стой там — и так, чтобы я тебя видел!
Кучер повиновался. Алекс приблизился к карете и распахнул дверцу со своей стороны в надежде, что Берк уже успел отобрать у седока оружие. Так оно и оказалось. В карете сидел толстяк в богатом черном бархатном камзоле, а Берк упирался мушкетным дулом прямо ему в живот. Пистолет англичанина лежал рядом с ним на сиденье. Алекс наклонился и взял его.
— Милорд, спасибо за лишний ствол. А теперь — ваш кошелек и драгоценности, если не возражаете.
— Вы бандит! Вы за это заплатите! Герцог Камберленд…
— Вы хотите сказать «мясник»? — поправил его Алекс. — Он ничем вам помочь не сможет. Разве он уже не» пытался поймать Черного Валета? Но это невозможно, милорд. Я, как наш шотландский туман, повсюду и везде. Я буду преследовать англичан до тех пор, пока они не покинут Шотландию. И передайте это своему герцогу. Но вы отнимаете у меня слишком много времени. Если вы не хотите, чтобы в вашем роскошном жилете появилась дыра от пули, то отдавайте кошелек и вот эти перстни. Из чистого золота, а, милорд? Оплаченного кровью добрых шотландцев?
Человек уже трясся от страха. Он вручил Алексу толстый кошелек, висевший у пояса.
— А теперь перстни и кольца, милорд, — и поспешите. А то я потеряю терпение и отрежу ваши пальцы прямо с кольцами.
Англичанин лихорадочно стал снимать перстни. Три снялись довольно легко. Четвертый с пальца не слезал. Алекс начал поигрывать ножом.
— Умоляю вас, — прошептал англичанин.
— Приятно видеть и слышать, как англичанин умоляет шотландца. По правде говоря, мне это особенно по нраву. Ладно, я оставляю вам это кольцо на память о том, как вы меня умоляли. Вместе вот с этим! — Он бросил на колени англичанину карту с пиковым валетом. — И скажите своему хозяину Камберленду, что Черный Валет хорошо отдохнул и теперь готов заставить англичан за все платить — в том числе и за свои каникулы.
— Вам не удастся скрыться…
— У меня есть друзья, милорд. Очень влиятельные друзья. А теперь я предоставлю вам полную возможность поразмышлять на досуге над вашими прегрешениями перед моими соотечественниками.
Алекс кивнул Берку:
— Режь постромки!
Англичанин привстал было, но Алекс толкнул его на сиденье.
— Я бы этого не делал на вашем месте. Мой друг еще меньше дорожит жизнью англичан, чем я.
— Но вы же не можете оставить нас здесь без помощи.
— Очень даже могу, милорд. Ноги у вас есть? Так прогуляйтесь. Мне кажется, подвижный образ жизни вам только на пользу.
Берк перерезал постромки и направился к своей лошади. Алекс закрыл дверцу кареты и прикрикнул на кучера:
— Смотри не выкинь какую-нибудь глупость! А потом вскочил на своего коня и дал шпоры.
Нил стоял на берегу со связанными за спиной руками, в окружении шести дюжих насупленных контрабандистов. Он надеялся лишь на то, что Француз окажется разумным человеком, и смотрел, как к берегу приближается шлюпка. В ней было восемь гребцов, а в середине громоздились бочонки. Из тумана показалась вторая шлюпка. Какое-то время ни его похитители, ни он сам не надеялись, что шлюпкам удастся причалить, из-за тумана гребцам не было видно сигнальных огней. Контрабандисты размахивали фонарями с трех разных точек на берегу, но прошел целый час, прежде чем Нил увидел слабый свет ответного сигнала с моря и сказал об этом окружавшим его людям. Впрочем, теперь он уже сомневался, стоило ли ему быть таким услужливым.
Из шлюпки выпрыгнул человек в длинном темно-синем сюртуке и приблизился к контрабандистам. Фитиль в фонаре горел неярко, однако Нил разглядел в тусклом свете красивое лицо с темной бородкой.
— Друзья мои, кого это вы задержали? — спросил он, усмехаясь.
— Этот человек шпионил за нами. И сказал, что ищет Француза.
Капитан внимательно оглядел Нила с ног до головы, потом поднес фонарь к его лицу и заглянул прямо в глаза.
— Мосье?
Нил так же внимательно разглядывал капитана. Он был худощав, но явно очень силен. Глаза холодны, как море, из которого он только что возник.
— На моем попечении двое взрослых и десять детей, которых необходимо переправить во Францию. Я заплачу столько, сколько вы пожелаете.
— Вы настолько богаты?
— Нет, но для меня это очень важно.
— А почему я должен вам верить?
Нил посмотрел на окружавших его контрабандистов.
— Я могу переговорить с вами с глазу на глаз?
Все еще высоко держа фонарь, Француз кивнул, взял его под руку и отвел в сторону от того места, где контрабандисты уже выгружали бочонки с вином.
— Моего кузена звали Рори Форбс.
— И вы считаете, что это имя для меня что-то значит?
— Признаться, я на это надеялся. Я знал, что у моего кузена есть кое-какие связи с французскими… мореплавателями.
— Мосье, на свете немало контрабандистов.
— Но те, кого я имел в виду, очень любят золото.
— Как вас зовут, мосье?
Нилу не хотелось называть себя, но ведь он уже сказал о своем родстве с Рори. Семь бед — один ответ. В банальных истинах всегда есть правда — именно благодаря их банальности.
— Брэмур, — сказал он. — Я маркиз Брэмур.
— Ах! — воскликнул Француз, просветлев лицом. — Но вы совсем на него не похожи!
— Нет, не похож, — подтвердил Нил, теперь уверенный, что он разговаривает с тем самым человеком, который был связан с Рори.
— Он никогда о вас не говорил.
— Мы с ним не были друзьями, — честно признался Нил. Француз удивился:
— А тогда зачем вы здесь?
— Как я уже сказал, у меня есть знакомые, которым необходимо покинуть Шотландию.
— Враги короля?
— Ну, если можно так назвать детей шести-десяти лет.
— А почему вы в этом заинтересованы?
— Я хочу, чтобы они были в безопасности. Француз пронзительно взглянул ему в глаза, потом вынул нож и скомандовал:
— Повернитесь спиной!
Нил повиновался и почувствовал, как нож перерезает веревки. Он с облегчением потер запястья, затем снова повернулся к Французу:
— Так вы мне поможете?
— Тысячу фунтов.
— Пятьсот.
— Вы же сказали, что заплатите столько, сколько я пожелаю.
— Да, но я думал, что французы любят поторговаться.
— Ладно, я согласен. Так и быть, раз вы кузен Рори, — усмехнулся Француз.
Нил, поколебавшись, спросил:
— У него все хорошо?
— О, да! Свободен, как ветер, и при нем его прекрасная жена. — С этими словами Француз протянул ему руку: — Я Ренар.
Нил пожал протянутую руку.
— Больше нет вопросов?
— Моп ami, если со мной что-нибудь случится, за вашу жизнь никто не даст и гроша. У меня здесь друзья.
Нил сразу поверил в серьезность этого предупреждения.
Они вернулись к контрабандистам, которые уже разгрузили первую шлюпку и кончали разгружать вторую. На берегу грудой возвышались бочонки.
— Так когда мои друзья могут ожидать вашей помощи?
— В следующее новолуние, то есть через двадцать дней. Я люблю, когда ночью по-настоящему темно.
— Мои люди будут здесь.
— А деньги?
— Они тоже будут.
Нил сунул руку в карман плаща и достал кошелек.
— Вот пятьдесят фунтов. — Он подал кошелек Ренару. До этого столько же он заплатил контрабандистам.
— Прекрасно, — сказал Ренар. — Пошлите ваших друзей к Джеку, хозяину «Пеликана». Он знает все условные сигналы — и ненавидит англичан. У него ваши люди будут в безопасности.
— Благодарю вас, мосье. Капитан усмехнулся:
— Я люблю, когда обманывают проклятых англичан. Отвернувшись, он что-то сказал оказавшемуся здесь же Джеку, прыгнул в шлюпку, и она отчалила.


Сидя за столом в кабинете Брэмура, Джэнет перелистывала его записную книжку. Она решила обойтись без Торкила, так как знала: дворецкий никогда не даст согласия на то, что она хочет предпринять. «Без разрешения маркиза не могу, — твердил он. — Это его дело». Однако теперь, после ночи в Эдинбурге, это дело самым прямым образом касалось и ее.
Наконец Джэнет обнаружила то, что искала: имя поверенного Брэмура в Эдинбурге. Эдвин Прентис, эсквайр. Она быстро его записала, закрыла книжку и ушла.
У себя в комнате Джэнет уселась за стол, поглядывая краем глаза на Колина, который нетвердо шагал от одной прочной опоры к другой, и начала писать:
«Дорогой сэр! Я пишу вам по поручению маркиза Брэмура. Он пытается найти родственников по материнской линии и хотел бы, чтобы вы немедленно приступили к их поиску. Девичья фамилия его бабушки Уэдсворт. Поскольку маркиз в отъезде, пошлите ответ непосредственно мне».
Джэнет надписала адрес. Теперь надо опять пробраться в кабинет и запечатать письмо сургучом с гербом Брэмуров. Некоторое время она вертела письмо в руках. А вдруг она поступила неправильно? Джэнет вспомнила каменное выражение лица Нила, когда он рассказывал ей о прошлом. Он принимает его как свершившийся факт, не подлежащий сомнению. Это ясно. Вряд ли ему захочется снова ворошить прошлое. Ну что ж, по крайней мере она сообщит ему, какую точно фамилию носила его бабушка. И ему полезно будет узнать, что Джэнет умеет сражаться не только со своими врагами!




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дама его сердца - Поттер Патриция

Разделы:
Пролог12345678910111213141516171819202122232425262728Эпилог

Ваши комментарии
к роману Дама его сердца - Поттер Патриция



неплохо продолжение книги черный валет...
Дама его сердца - Поттер Патрициятатьяна
29.01.2013, 22.47





хороший роман, продолжение серии "черный валет".единственное, что не понравилось: не доведена до логического завершения мысль, что главным злодеем была женщина, в конечном итоге "козлом отпущения" сделали мужчину
Дама его сердца - Поттер ПатрицияОльга
30.05.2013, 18.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100