Читать онлайн Дама его сердца, автора - Поттер Патриция, Раздел - 22 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Дама его сердца - Поттер Патриция бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 9.16 (Голосов: 95)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Дама его сердца - Поттер Патриция - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Дама его сердца - Поттер Патриция - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поттер Патриция

Дама его сердца

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

22

Они ожидали Камберленда более двух часов. Нил старался скрывать нетерпение, Джэнет тоже сохраняла абсолютное внешнее спокойствие, сидя прямо и с достоинством на стуле в гостиной около королевской приемной. Даже не пытаясь завязать разговор, что ему обычно не слишком хорошо удавалось, Нил размышлял о предстоящей беседе с герцогом. Его преследовала та самая неотвязная идея, и он старался представить, что может изо всего этого выйти. Риск велик, но одновременно можно решить сразу две очень сложные задачи…
Наконец вошел лейтенант.
— Его светлость желает вас видеть.
Джэнет приподнялась было с места, но лейтенант покачал головой.
— Нет, только маркиза.
Нил незаметно улыбнулся ей, чтобы подбодрить, и последовал за лейтенантом в королевскую приемную. Входя, он стал сильнее припадать на ногу, подчеркивая хромоту.
Камберленд сидел за столом и что-то писал.
— Ваша светлость, — обратился к нему Нил, немного помолчав.
— Да, Брэмур. Так вот, мы получили дополнительные свидетельства против графини Лохэн. Вдовствующая графиня Кэмпбелл требует ее ареста. Она также выражает желание получить опекунство над внуком и внучками. Так как вы, по-видимому, питаете к графине особый интерес, то я хотел бы знать ваше отношение к этой просьбе.
Судя по выражению лица, Камберленд был готов к решительным действиям. Он играл с ним, как кот с мышью. Ну что ж, у мыши тоже есть зубки.
— Врач переменил свой первоначальный диагноз? — сухо осведомился Нил. — Интересно, как к этому отнесутся городские власти.
— Графиня угрожала мужу.
— Если бы угрозы могли служить доказательством преступления, то почти вся Шотландия сейчас сидела бы в тюрьме. И половина Англии тоже. К тому же надо учесть, что обычно подобные свидетели извлекают из своих свидетельств кое-какую выгоду.
— Вы хотите обвинить вдовствующую графиню в лжесвидетельствовании?
— Я никого не обвиняю, ваша светлость. Я только констатирую факт.
Камберленд встал.
— У вас есть личная заинтересованность в этом деле?
— Мне небезразлична судьба графини Лохэн. Я уже говорил вам месяц назад, что наши семьи дружили.
— И вы считаете, что она невиновна?
— Да, ваша светлость.
— Вы никогда не были женаты.
— Да, ваша светлость. У меня для этого не было ни средств, ни достойного положения в обществе.
— Но теперь они у вас есть.
Нил промолчал. Камберленд испытующе на него поглядел и после небольшой паузы добавил:
— Мне не нравится, когда между шотландскими семьями, сохраняющими верность королю, начинаются раздоры.
— А вы уверены, что Реджинальд Кэмпбелл?.. Вопрос повис в воздухе, и Камберленд нахмурился.
— Что вы имеете в виду?
— Из этой ветви семейства Кэмпбелл никто не сражался под вашими знаменами, милорд. Более того, я также слышал… — Нил снова замолчал, потом пожал плечами. — Нет, я не хочу уподобляться некоторым и пускать в ход неподтвержденные слухи, чтобы обвинить человека.
— Я приказываю вам объяснить, что вы имеете в виду!
— По дороге из Лохэна в Брэмур на меня было совершено нападение из засады. Меня бросили истекать кровью. Это был хитроумный план, и я слышал, как один из негодяев-разбойников сказал, что было получено сообщение о богатом англичанине, который поедет этой дорогой. И сообщение исходило из Лохэна.
Камберленд хмурился все больше:
— Почему же вы раньше не поставили меня в известность об этом?
— Я был очень болен, ваша светлость. Меня выходила графиня и сопроводила в Брэмур, так как у меня было там срочное дело, а состояние моего здоровья еще внушало опасения. Она боялась, что от сильного переутомления у меня снова может начаться лихорадка. Я хотел сообщить вам о нападении лично, с глазу на глаз — сразу же, как только рана затянется и я смогу приехать в Эдинбург.
Нил развивал свою вымышленную историю, стараясь быть как можно более убедительным. Необходимо, чтобы Камберленд отказался от предвзятого мнения, внушенного Кэмпбеллами. Ах, если бы он, Нил, обладал богатым воображением и быстрым умом Рори!
— И, кроме того, вы были тогда в Англии, милорд. Я поехал в Эдинбург сразу же, как получил ваше письмо и уверился, что вы уже вернулись.
— Но почему же именно с глазу на глаз?
— Видите ли, человек, который в меня стрелял, уронил карту с изображением валета пик.
Нил достал карту с запекшимися пятнами крови и подал Камберленду.
— Черт побери! — взорвался Камберленд. — Вы хотите сказать, что Черный Валет все еще жив и находится здесь, в Шотландии? И что Реджинальд Кэмпбелл как-то связан с ним?
— Я знаю и могу повторить только то, что слышал. Я заметил, что у одного из негодяев не гнется рука. Наверное, когда-то его тяжело ранили. И об этом я хотел рассказать прежде всего вам — и только вам.
— Как же вам удалось унести ноги?
— Они решили, что убили меня. Меня нашел проезжий путник — уже скорее мертвого, чем живого, — и доставил в Лохэн. И если бы не графиня, я бы умер, ваша светлость. Весь Лохэн… может это подтвердить.
Камберленд покраснел как рак.
— Так вы считаете, что Кэмпбелл заодно с этим… бандитом?
— Нам всем известно, что Черному Валету тоже необходима поддержка и помощь, — осторожно напомнил Нил. — И должен повторить, что никто из лохэнских Кэмпбеллов не воевал на вашей стороне.
Как воевал я. Нил не произнес этих слов вслух, но они витали в воздухе.
— Я знаю также, что Реджинальд очень нуждается в деньгах. Ну а Черный Валет, как известно, не только предатель, но и грабитель. И денег у него много.
Нил замолчал, позволяя Камберленду осознать услышанное.
— А где… произошло нападение?
— В десяти милях от Лохэна.
— И как выглядели нападавшие?
— Точно сказать не могу, ваша светлость. Я видел их очень смутно. У одного, как я уже сказал, негнущаяся рука. Он среднего роста, волосы темные, короткая борода. Другой высокий. И, кажется, рыжий. Я не могу утверждать ни то, что кто-то из них является Черным Валетом, ни то, что Реджинальд Кэмпбелл как-то связан с ним или…
Нил снова пожал плечами, предоставляя Камберленду самому додумать эту мысль. И тот задумался.
— Но, возможно, есть какая-то тайная причина, почему Кэмпбеллам желательно присутствие графини в Лохэне, — сказал Нил после недолгой паузы.
Он нисколько не раскаивался в том, что говорит. В конце концов, Реджинальд пустился во все тяжкие, чтобы подвести Джэнет под виселицу. Он вполне и сам мог убить Аласдэра, собственного брата. Конечно, надо приложить очень много усилий, чтобы заставить кого-то поверить, будто у Реджинальда хватит мозгов разыгрывать из себя Черного Валета или хотя бы поддерживать с ним связь. Но с помощью Александра это, может быть, и удастся.
И эта идея нравилась Нилу чем дальше, тем больше. Да, Рори очень бы одобрил такую смелую мысль.
— Вы взяли графиню Лохэн под свою защиту. Очевидно, вы уверены, что все обвинения против нее беспочвенны. Вы ведь хотите жениться на этой даме?
— Видите ли, она совсем недавно овдовела, ваша светлость. Это не очень-то вяжется с условностями.
— Все хорошо, что заслуживает моего одобрения, — возразил Камберленд.
— Но скоропалительное новое замужество создаст впечатление, что первый ее брак был несчастливым. И это в какой-то мере даст повод считать клевету Реджинальда Кэмпбелла небезосновательной. Возможно, наилучший выход — это подождать, пока вы не уверитесь, действительно ли Реджинальд Кэмпбелл действует, руководствуясь преданностью вашей светлости.
Камберленд сверлил Нила пронизывающим взглядом.
— Тем не менее, дорогой Брэмур, вы уклонились от прямого ответа на мой вопрос. Вы собираетесь жениться на графине? Женщина не сможет управлять таким большим поместьем.
— Я послал туда управляющего, который будет сообщать мне обо всем, что происходит в Лохэне. Именно поэтому, на мой взгляд, Реджинальд и настаивает на своих обвинениях. Он больше не может безнаказанно распоряжаться доходами с поместья, как делал это прежде. Если бы ему удалось отделаться от графини и вашего покорного слуги, тогда один лишь шаг отделял бы его от титула и свободы действовать по своему усмотрению. Ну а пока, если он имеет возможность платить свои карточные долги, деля барыши с Черным Валетом, он…
— А вы сами способны предъявить ему такие обвинения?
— Нет, милорд. Как я уже говорил, мне бы не хотелось уподобляться семейству Кэмпбелл. Однако я хотел бы знать всю правду о подоплеке его действий. И, между прочим, в память о моем злосчастном кузене, а не только ради себя или в интересах графини. Было бы неразумно и неправильно обвинять Кэмпбелла бездоказательно, однако можно подумать о том, чтобы расставить ему западню и таким образом выяснить правду. Ну а пока, как мне кажется, графине лучше оставаться в Брэмуре в интересах безопасности.
Камберленд колебался. Нил понимал, что уже использовал все имеющиеся на руках козыри: и свои действия на стороне герцога при Куллодене, как бы он сам к этому втайне ни относился, и предполагаемую смерть Рори от руки Черного Валета. И то, что Кэмпбеллы уклонились от военной службы под знаменами Камберленда. И прежде всего возможность захватить в плен Черного Валета, если он жив.
Но Нил понимал также, какую опасную игру он затеял. Он может потерять все, в том числе голову. И тогда арендаторы в Брэмуре и Лохэне тоже все потеряют.
Камберленд подошел к карте:
— Покажите точно, где на вас было совершено покушение. Нил показал на место, находившееся в противоположной стороне от места засады, за десять миль от Лохэна. Камберленд кивнул:
— Я выясню, почему Кэмпбелл не сообщил мне об этом инциденте.
— Будет лучше, если вы не станете сейчас это узнавать, ваша светлость. Если уж расставлять западню, то не надо подавать Реджинальду мысль, что он находится на подозрении.
— Так что же вы предлагаете?
— Несколько недель подождать. А в это время мои люди могли бы за ним понаблюдать.
— Я пошлю патрули, чтобы прочесать как следует все холмы.
— А как насчет блокады?
— Она будет продолжаться.
Нил в этом нисколько и не сомневался. Хотя после сражения при Куллодене прошло более полутора лет и большую часть якобитов истребили или арестовали, Англия все еще хотела задушить Шотландию голодом. Он слышал, правда, что нескольким ирландским кораблям было разрешено доставлять в Шотландию овес.
Как бы то ни было, он заронил семя сомнения в восприимчивый мозг Камберленда, и ему пора уходить, чтобы не совершить какую-нибудь ошибку. По-видимому, ему удалось убедительно опровергнуть обвинения Реджинальда, направленные против Джэнет. Остается надеяться, что герцог Камберленд прислушается к его совету и не станет сейчас предпринимать каких-либо действий, обвиняя одно из самых могущественных семейств Шотландии в измене королю и возможном сговоре с Черным Валетом.
Камберленд, видимо, тоже устал от напряженного разговора с Брэмуром.
— А теперь я хочу познакомиться с графиней, — сказал он. — И составить о ней собственное мнение. Нил поклонился:
— Я сейчас представлю ее вам.
Когда он вошел в гостиную, Джэнет стояла, пристально глядя на старинный портрет какого-то шотландского вельможи. Портрет был разрублен мечом и так и остался висеть на стене. Помня, что в гостиной присутствует английский лейтенант, Нил подошел к Джэнет и торжественно изрек:
— Его светлость желает увидеться с вами.
В глазах Джэнет вспыхнул страх. Как большинство якобитов, она ненавидела Камберленда, но знала, что ради детей должна скрывать свои истинные чувства.
Нил наклонился поближе и прошептал:
— Соглашайся со всем, что бы он ни говорил.
Джэнет вопросительно взглянула на него и кивнула. Это молчаливое согласие пронзило его сердце. Кажется, она наконец стала доверять ему.
Взяв Джэнет под руку, Нил ввел ее в королевскую приемную.
— Ваша светлость… — Джэнет присела в почтительном реверансе.
Взгляд Камберленда удовлетворенно блеснул.
— Теперь я понимаю, почему Брэмур взял вас под свое покровительство.
— Благодарю вас, ваша светлость.
Нил всегда считал ее красавицей, но сейчас она показалась ему особенно горделивой и прекрасной. В глазах Джэнет не отражалось ни неприязни, ни страха, хотя он прекрасно знал, что они терзают ее сердце.
— Брэмур хорошо о вас заботится?
— Но это графиня заботится обо мне, — вставил Нил и повернулся к Джэнет: — Я уже рассказал его светлости о том, что вы спасли мне жизнь после нападения в горах. И что вы были беспредельно добры, согласившись сопровождать меня обратно в Брэмур, так как я все еще пребывал в лихорадочном состоянии.
— Маркиз настаивал на возвращении в свой замок, а я опасалась, что рана опять воспалится, — объяснила Джэнет.
— Очень великодушно с вашей стороны, — отозвался Камберленд. — Очень рад был познакомиться с вами, а теперь, к сожалению, я должен заняться другими делами.
Аудиенция закончилась. Джэнет снова присела в реверансе.
— Кстати, Брэмур, — вдруг сказал Камберленд, когда они уже повернулись, чтобы уйти. — Я скучаю по коньяку, который дарил мне ваш кузен. Это был коньяк необыкновенно высокого качества.
— Я поищу в погребах замка, не осталось ли там нескольких бутылок, милорд.
Выйдя из приемной, они молча пошли по длинным коридорам Холируда. У ворот их ждала карета, которую Нил нанял утром. Подсадив Джэнет в экипаж, он велел кучеру ехать прямо в гостиницу, а сам сел рядом с Джэнет и, когда карета загромыхала по булыжной мостовой, взял ее за руку.
— Но у вас ведь не было лихорадки, когда мы уезжали из Лохэна.
— Ну, возможно, я и допустил небольшое преувеличение.
— Зачем?
— Для пущей важности. Но вы-то, графиня! Вы даже глазом не моргнули, когда я соврал.
— Но вы же меня предупредили. И все-таки зачем вы солгали?
— Бой скорпионов! Один против другого. — Нил улыбнулся кончиками губ.
— Эти скорпионы — Камберленд и мой деверь?
— Да. Борьба не на равных, и можно не сомневаться, кто победит, но пусть подерутся.
— У вас есть какой-то план?
— Да. Не бог весть что, но лучше такой, чем никакого. Я немного изучил характер его светлости и знаю, что он очень мстителен.
— Так что же это за план?
— На сцене снова должен появиться Черный Валет. Она испуганно взглянула на Нила.
— Неужели это… вы?
— Да нет, для этого надо быть гораздо более бесстрашным человеком, чем я.
— А как же одежда в коттедже?
Нил немного помолчал. Ему все еще было трудно довериться другому человеку, рассказать о своих мыслях и чувствах. Он научился просто артистически переносить одиночество и жить, никого не пуская к себе в душу. Это началось еще в детстве, когда мать смотрела на него отсутствующим взглядом. Он учился так жить, когда его взяли в чужую семью, которая видела в нем только лишнего нахлебника. Он еще больше замыкался в себе, когда приходилось быть спутником и телохранителем грубого пьяницы Дональда. Только с Джэнет, восемь лет назад, он вырвался из этого замкнутого пространства. Но потом настал тот ужасный, все разрушивший день, когда старый маркиз рассказал ему о его наследственном проклятии. И Нил снова возвел вокруг себя стены одиночества, еще выше, чем прежние. И едва не задохнулся среди них.
Рука Джэнет вдруг скользнула в его ладонь. Их пальцы переплелись. Нил понимал, что не должен допускать никакой близости между ними: ведь ничто не изменилось, он такой же, как восемь лет назад. Но он ничего не мог с собой поделать. Какими бы тяжелыми ни были эти годы, они не смогли угасить его чувств, его желаний, этого постоянного голода…
— Нил?
Он опомнился, осознав, что слишком крепко сжал ее пальцы.
— Прости, я не хотел сделать тебе больно.
— Я знаю. Но мне и не больно. Я просто… ты ведь не ответил на мой вопрос.
«Тебе верят», — напомнил себе Нил. Он знал, что нельзя рисковать чужой жизнью. Но что касается Рори, то ему он повредить не может. Рори далеко и уже вне досягаемости для властей. Кроме того, он так предприимчив и ловок, что всегда сможет за себя постоять.
— Это Рори был Черным Валетом.
— Но ведь твоего… но покойного маркиза… убили!
— Нет. На побережье нашли кого-то другого, в его одежде. А Рори удалось бежать вместе с женой. Джэнет улыбнулась:
— Вот и Трильби говорила мне, что на самом деле они все-таки любили друг друга!
— Значит, мой кузен был не так двуличен, каким хотел, чтобы его считали. Ну а я тогда был чертовски сосредоточен на себе и видел лишь недостатки Рори. Я был уверен, что он гуляка, игрок и мот, который непременно разорит Брэмур. А вот теперь оказалось, что он очень тщательно следил за тем, чтобы замок и владения не пришли в упадок, хотя всей душой ненавидит то, что называется собственностью.
— Хотела бы я с ним познакомиться!
— Боюсь, что ты стала бы его презирать. Он обожает ярко-зеленые жилеты и рукава с кружевами. Джэнет рассмеялась:
— И ты думаешь, что за всем этим я не разглядела бы его истинной сущности?
— Иногда трудно узнать, что у человека на сердце, если он не хочет, чтобы это узнали, — сказал Нил и сам себе удивился. Он вовсе не собирался этого говорить, но затаенное желание неожиданным образом все-таки прорвалось.
Рука Джэнет замерла в его ладони.
— Это относится и к вам, милорд?
— Мы сейчас обсуждаем, что за человек мой кузен.
— Но неужели только это представляет интерес?
Нил задумался. Не стоит ли воспользоваться случаем и наконец рассказать Джэнет, почему он не смог на ней жениться? Не смог восемь лет назад и никогда не сможет, как бы мучительно он этого ни желал… Но Нил боялся, что это лишь все усложнит. Он просто не сможет вынести ее взгляд, исполненный жалости и, может быть, отвращения.
К счастью, Джэнет переменила тему разговора:
— А каким образом ты собираешься стравить скорпионов?
— Я уже посеял сомнение. Камберленд готов поверить, что Реджинальд Кэмпбелл если не сам Черный Валет, то тесно с ним связан.
— Реджинальд? — усомнилась Джэнет. — Он недостаточно для этого умен. Никто в это не поверит.
— А разве кто-то мог поверить в способность моего кузена обвести вокруг пальца всю английскую армию? Все считали его праздным гулякой, игроком и дамским угодником.
— Но… каков же твой план действий?
— Черный Валет появится снова. И будет действовать то тут, то там в окрестностях Лохэна.
Джэнет пристально посмотрела на Нила.
— Но ведь… надеюсь, это будешь не ты?.. Интересно, почему она спрашивает? Не верит в его героические качества или из-за страха за него?
— Нет, я человек мирный и в разбойники не гожусь.
— Но тогда… кто же?
— А тот джентльмен, который подстрелил меня. Он и его приспешники-якобиты. Англичане, по их мнению, лишние люди на земле. Один-два набега, одна подброшенная карта с пиковым валетом — и Камберленд поверит, что негодяй жив и опять действует. А мое дело — заставить его подозревать тех, кто обвиняет тебя в убийстве.
— Но… если они не замешаны?
— В чем, миледи? — Нил невесело усмехнулся. — Я уже упоминал о том, что бандитов кто-то навел на след «богатого англичанина», который поедет через горы. Сообщение исходило от женщины, живущей в Лохэне. Нет сомнений, что семья твоего мужа хотела моей смерти.
— Так это была женщина? Ты мне об этом прежде не говорил.
— Нет, не говорил. Взгляд Джэнет омрачился.
— Неужели ты думал, что это…
— Я думаю, что это Луиза или Марджери, — твердо ответил Нил, не упомянув о своем минутном сомнении. — А Камберленду я намекнул, что, судя по всему, с бандитами связался Реджинальд.
— Так, значит, Черный Валет воскрес. Но разве Камберленд не пошлет солдат ловить бандитов? А если поймает, то узнает правду?
— Не поймает, если мне удастся вовремя вывезти их из Шотландии. И Камберленду не останется ничего другого, как подозревать твоего деверя.
Джэнет долго сидела молча. Она явно пыталась разгадать какую-то мучившую ее загадку.
— Когда я уезжал на несколько дней, то сказал тебе, что собираюсь осмотреть свои новые владения. А на самом деле встречался в горах с бандитами.
— Но ведь они пытались тебя убить!
— Все так, но, учитывая их бедственное положение и тот факт, что они устроили засаду на «богатого англичанина», я не очень на них за это рассердился. Тем более что они доставили меня в Лохэн, под твое крылышко.
— И все же почему они тебя не убили? Ты если и не англичанин, то человек, близкий к ним. Ты сохраняешь верность королю.
Нил пожал плечами:
— Дело в том, что бандиты нашли у меня карту с черным валетом и решили, что я как-то связан с ним. А они очень надеялись на его помощь. Она им необходима.
— А почему ты им стал помогать?
— Но у них же с собой дети.
— Дети?
— Да. Сироты, которые принадлежат к семьям, объявленным Камберлендом вне закона. Их или арестуют, или вышлют как каторжников в Америку.
— И ты решил всем рискнуть, чтобы им помочь?
Взгляд Джэнет вспыхнул от гордости за него, и Нилу вдруг стало трудно дышать от волнения. Он ведь не герой, не рыцарь, побивающий драконов. Рисковать его вынуждают обстоятельства. И когда он справится с этим делом, Джэнет узнает, что он снова солгал ей, скрыл от нее одно очень-очень важное обстоятельство. А именно, что ее брат жив.
— Ну, в данный момент то, что я делаю, способствует достижению моих собственных целей, — возразил он и поглядел из окошка кареты на потемневшие от дыма каменные городские дома. В воздухе пахло гниющими отбросами, и Нилу очень захотелось вдохнуть в легкие свежий воздух Брамура и увидеть его зеленые холмы.
— Чем я могу тебе помочь? — спросила Джэнет.
— Тем, что позаботишься о своих детях, — кратко ответил Нил.
— А каким образом ты думаешь вывезти… того джентльмена и детей из Шотландии?
— Черт бы меня побрал, если я это знаю! Я надеялся найти какую-нибудь зацепку здесь, в Эдинбурге, но мало в этом преуспел.
— Ничего удивительного: ты же известен здесь как сторонник Камберленда. А я из якобитской семьи и могу попробовать поискать кого-то, кто мог бы помочь. У меня здесь на побережье живут родственники. Они не принимали участия в восстании, но я знаю, они сочувствуют якобитам.
— Нет, — резко бросил Нил. — Это слишком опасно.
— Более опасно, чем слыть убийцей собственного мужа? Пойми, если кто-то из Кэмпбеллов пытался убить тебя… и меня, они потом могут попытаться убить и моего сына. Если тебя поймают, им никто не сможет помешать. Так пусть лучше я подвергнусь опасности, что-то делая, чем подвергать опасности жизнь моих детей, не делая ничего.
Нила вдруг охватил страх. Если он ошибется в своих расчетах, если допустит хоть один промах, расплачиваться придется ей. Ей и детям.
— Сначала я попробую поискать контрабандиста, поставляющего в Шотландию вина и коньяки. Ведь если кто-то тайком провозит вина, то почему бы ему не попытаться тайком провезти и детей? Если же это не удастся… ну, тогда можно употребить какие-то другие средства.
Джэнет, пристально поглядев ему в глаза, неохотно кивнула. А затем задала вопрос, которого он так все время опасался:
— А кто этот горный джентльмен, который спасает детей?
Нил знал, что рано или поздно она об этом захочет узнать: вопрос напрашивался сам собой. А еще он знал, что не сможет ей солгать. Он мысленно положил на чашу весов своей совести два греха: нарушить клятву, данную Александру, или снова обмануть Джэнет. Нет, он не сможет. У него нет сил ее обманывать дольше…
— Это твой брат.
— Что?! — Джэнет побледнела и судорожно сжала его руку, глядя Нилу прямо в глаза. — Но этого… не может быть! Его убили. Нам сообщили сразу…
— Нет, Александр жив. Его тяжело ранили под Куллоденом и оставили на поле боя, приняв за мертвого. Последние несколько месяцев он скрывается в горах вместе с человеком, которого зовут Берк.
Джэнет буквально впилась в него взглядом, глаза у нее стали огромные, руки дрожали.
— Ты… уверен?
— Да.
— Ты сказал… его ранили. Насколько тяжело?
— У него остался на лице большой шрам. Он хромает, но в остальном достаточно здоров, чтобы заботиться о детях и устрашать бедных путешественников.
— Не могу поверить, что тебя можно чем-нибудь устрашить.
— Любой испугается, когда на него направлено оружейное дуло. Я только должен благодарить судьбу за то, что он и его напарник плохие стрелки.
— Ты сказал, что там есть дети?
— Да. Десять человек. Александр их нашел — или, как он утверждает, они на него наткнулись.
Джэнет замерла, словно окаменела. Лицо у нее стало неподвижным, только взгляд постоянно менялся, последовательно выражая недоверие, надежду, радость, растерянность. Она явно старалась поверить в то, что Нил говорил, но никак не могла до конца осмыслить его слова.
Ну какой же он неуклюжий болван! Можно было бы сообщить новость поделикатнее.
— И как давно… ты об этом знаешь?
А вот этого вопроса Нил опасался больше всего.
— Уже с неделю. Я не знал об этом, когда лежал, раненный, в Лохэне. Но две недели назад здесь появился его человек и попросил… о помощи. Он хотел денег. — Нил помедлил, потом продолжал: — Мне казалось, я знаю, почему они меня не убили, но мне очень хотелось узнать наверняка. Я поехал в горы. И когда я увидел глаза человека со шрамом, я сразу же…
— Почему ты мне об этом сразу не рассказал? — перебила его Джэнет, так сильно сжав пальцы, что побелели суставы.
— Я считал, что ты должна об этом знать, но Александр думал иначе. Он опасался, что ты попытаешься с ним увидеться и тем самым подвергнешь опасности себя и своих детей тоже. А он не хотел, чтобы ты рисковала. Я дал ему слово, девочка.
Нил положил было ладонь на ее руку, но Джэнет ее отдернула.
— И ты это слово нарушил, — заявила она.
— Да, потому что ты имеешь право знать правду.
— Он не хотел меня видеть?
— Думаю, что он очень этого хочет. — Нил пытался выражать свои мысли как можно деликатнее. — Но он боится за тебя и хочет тебя защитить.
— Он мог бы мне прислать весточку!
— Да, наверное… если бы хотел, чтобы ты узнала правду. Но он просил меня позаботиться о тебе. Он с самого начала чувствовал, что я как-то связан с тобой. Еще и поэтому мне была дарована жизнь.
— Нет, — возразила Джэнет. — Нас ничто не связывает.
Нил содрогнулся, услышав, каким безжизненным голосом это было сказано. А несколькими мгновениями раньше этот же голос звучал так радостно, с такой надеждой! Теперь Джэнет могла думать только об одном: два любимых ею человека старались скрыть от нее правду. Нилу очень хотелось обнять ее, но он понимал, что сейчас эта попытка ни к чему хорошему не приведет. Слишком глубоко она уязвлена, чтобы банальное утешение или мимолетная ласка могли ее успокоить.
Да, он с самого начала знал, что будет жалеть о данной Александру клятве. Он, в сущности, жалел об этом каждую минуту с тех пор, как расстался с этим несчастным человеком. Он знал также, как с Джэнет обращался ее муж, а потом деверь. Знал, что и его собственное давнее предательство она по-прежнему переживала остро и мучительно. И вот теперь еще и родной брат наносит ей рану! Ее молчание было как задушенный, отчаянный крик…
Подпрыгивающая на ухабах карета наконец остановилась.
Джэнет даже не взглянула на него, когда кучер открыл дверцу кареты, и сама спустилась с подножки. Нил расплатился с кучером и хотел взять Джэнет под руку, но она отстранилась. Нил чувствовал, что сейчас она отвергает его всеми фибрами души, каждой клеточкой тела. Вся близость предшествующих минут внезапно исчезла.
Джэнет шла рядом с Нилом по коридору гостиницы и не могла понять, что с ней творится. Ведь она сейчас должна бы ликовать при мысли о том, что ее брат жив. И она радовалась. Но в то же время душу ее угнетала безмерная печаль. Она только-только поверила в честные намерения Нила, в его искренность, а он утаил от нее самое важное, что она должна была бы узнать в первую очередь. Он-то знал, что Алекс жив, и не сказал ей об этом сразу же!
Однако он помог Александру и продолжает помогать. И другим тоже. Как же она может быть настолько неблагодарной?! Джэнет мысленно выбранила себя за эгоизм, но ей не стало легче. Доверие к другому человеку — нечто очень хрупкое, его так трудно снова обрести, если оно когда-то было разрушено. Да, Нил в своих поступках, наверное, руководствовался заботой о ней. Но почему же он даже не задумывается о том, что она тоже имеет право судить, хорошо или дурно принятое им решение?..
Джэнет открыла дверь и, обернувшись, посмотрела ему прямо в глаза.
— Да, но… Я хотела сказать… Я тебе очень благодарна за то, что ты ему помогаешь.
— Но Александр говорит, что это мой долг — ему помогать, — иронически заметил Нил.
— Брат всегда умел все обратить себе на пользу, — улыбнулась Джэнет.
«Господи, ведь Алекс живой! — Джэнет только сейчас осознала смысл этой потрясающей новости. — Живой! Действительно живой!»
И внезапно ей стало безразлично, что Нил не сообщил об этом раньше: ведь в конце концов он все-таки сказал. Алекс жив! Она снова и снова твердила эти слова про себя, а потом вдруг почувствовала, что силы оставили ее. Закрыв глаза, она прислонилась к двери, и Нил тут же обнял ее за плечи.
— Джэнет?..
Она глубоко вздохнула, пытаясь обуздать бурную радость, но внезапно ноги у нее подкосились. Она вздрогнула и прижалась к нему, как к самой надежной опоре.
Жив! Ее брат жив!
Джэнет подняла голову и увидела в глазах Нила грусть. Почему же она не подумала, как тяжело ему самому было скрывать это от нее? Она провела пальцами по его лицу, очертила контур губ, которые так редко улыбались.
— Я хотел тебе рассказать. Видит бог, хотел! Джэнет кивнула:
— Я никогда не сделаю ничего такого, что подвергнет опасности Алекса или моих детей. Алекс несколько лет меня не видел. Он не знает, какая я теперь. А я повзрослела.
— Да, это так.
На лестнице послышались шаги, они разомкнули объятия, и Нил небрежно прислонился к косяку. Человек в английском военном мундире призывно оскалился при виде Джэнет, но Нил так злобно взглянул на него, что тот прошел, не останавливаясь.
— Тебе лучше пойти в комнату, — сказал он Джэнет. — А у меня есть еще дела.
— Опять какие-то секреты?
— Нет. Просто надо поискать французский коньяк для его светлости — вернее, поискать контрабандиста. А самый лучший способ узнать о нем — это напоить солдат его величества до ботфорт. — Нил взял ее за руку. — Завтра утром я зайду за тобой, чтобы вместе позавтракать.
Он теперь говорил ей обо всем, что собирается предпринять, и Джэнет воспринимала это как самый драгоценный подарок.
— Спасибо!
На этот раз слова благодарности вырвались у нее прямо из сердца, и Нил неожиданно улыбнулся. Он и вообще-то редко улыбался, но такой улыбки она еще не видела — нежной, ласковой и простодушной. Совсем неподходящей для человека, который собирается напоить сегодня вечером английскую солдатню.
Джэнет вошла в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней, прислушиваясь к его затихающим шагам.
Итак, Алекс жив и скрывается в горах. С детьми… Но ее брат никогда особенно не общался с детьми и не очень-то их любил. А теперь вдруг стал чем-то вроде пастыря, который охраняет своих овечек.
Да, Нил прав: ей не надо встречаться с братом. Но прежде чем Алекс покинет Шотландию навсегда, ей хотелось бы, чтобы он увидел Колина. И, наверное, это как-то можно устроить, не подвергая детей — всех детей — опасности.




Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Дама его сердца - Поттер Патриция

Разделы:
Пролог12345678910111213141516171819202122232425262728Эпилог

Ваши комментарии
к роману Дама его сердца - Поттер Патриция



неплохо продолжение книги черный валет...
Дама его сердца - Поттер Патрициятатьяна
29.01.2013, 22.47





хороший роман, продолжение серии "черный валет".единственное, что не понравилось: не доведена до логического завершения мысль, что главным злодеем была женщина, в конечном итоге "козлом отпущения" сделали мужчину
Дама его сердца - Поттер ПатрицияОльга
30.05.2013, 18.38








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100