Читать онлайн Джеральдина, автора - Поллок Марта, Раздел - 6 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Джеральдина - Поллок Марта бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 4.6 (Голосов: 5)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Джеральдина - Поллок Марта - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Джеральдина - Поллок Марта - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Поллок Марта

Джеральдина

Читать онлайн


Предыдущая страницаСледующая страница

6

Кабинет Александра Маккеллэни выходил окнами на Атлантический океан. За запущенным садом в обрамлении скал виднелся вспененный прибоем океан и пустынное побережье, которое с приходом весны и появлением первой робкой зелени уже не казалось таким безжизненным.
Джеральдина сидела за столом, где Александр, наверное, занимался хозяйственными делами, и смотрела в окно, тщетно ожидая вдохновения.
Вот уже несколько дней у меня на столе лежит рукопись, томясь в ожидании, словно девственница, подумала Джеральдина и усмехнулась нарочитости метафоры. Но я так не написала и не поправила ни единого слова. В голове не возникало никаких мыслей, и она никак не могла сосредоточиться: любой звук, усиленный ее взвинченным состоянием, заставлял девушку оборачиваться и с тоской смотреть на закрытую дверь тюрьмы, в которую она сама себя заточила.
Ей пришлось отказаться от своих планов за неделю закончить рукопись и оставалось лишь надеяться, что Бенджамен не догадается о ее желании быть с ним. А ей так хотелось слышать его голос, смотреть в чудесные глаза!
Милый Бенджамен, что ты со мной делаешь!
Джеральдина воскрешала в памяти каждое мгновение, вспоминала тот миг, когда сильные руки держали ее над землей. Ее грудь помнила нежное прикосновение пальцев Бенджамена и жаждала продолжения ласки. У девушки кружилась голова, когда ей представлялись эти возможные ласки, и подкашивались ноги.
Ну о какой работе над романом могла идти речь в такой ситуации?..
После разговора в библиотеке Джеральдина почти не видела Бенджамена. В тот же день, за ужином, она намекнула, что ей нужно место для работы, и, как и предполагала миссис Рэмплинг, он предложил ей кабинет. Потом они встречались только во время еды, да и то не всегда. В таких случаях миссис Рэмплинг передавала его извинения, сопровождая их сплетнями, слушать которые Джеральдине было невмоготу.
– По-моему, он поехал навестить миссис Беллингер и посмотреть на ее скаковых лошадей, – сказала накануне экономка. – Всем известно, что она давнишняя подруга мистера Маккеллэни. Вроде бы они были знакомы еще задолго до ее замужества. Миссис Беллингер очень богата, ей принадлежат все рыбоперерабатывающие заводы на побережье.
А сегодня вечером во время ужина миссис Рэмплинг не преминула сообщить:
– Мистер Маккеллэни просил вам передать, что сегодня ужинает у Шварцмюллеров.
Доктор Генрих Шварцмюллер – наш местный врач. Его дочери-двойняшки, очень хорошенькие, как все говорят, приехали погостить домой из университета и ищут выгодного замужества.
Конечно, эта женщина рассказывает мне о времяпрепровождении Бенджамена из лучших побуждений, убеждала себе Джеральдина, пытаясь быть великодушной. Но это совсем не помогало сосредоточиться. Хорошо, конечно, делать вид, что между ней и Бенджаменом ничего не было и нет, но она не могла избавиться от неприятного чувства, когда слышала о его отношениях с другими женщинами. Софья Беллингер хороша собой, ей двадцать семь лет, она богата, образованна. А докторские дочки?
Чистые розы, прелестные, свежие, невинные.
Такие мужчин и притягивают, это правда.
Ревновать просто смешно! Ведь у меня нет на Бенджамена никаких прав, да они мне и не нужны, внушала она себе, но ей все равно было неприятно. Очень обижало и то, что до сих пор Каролина не дала о себе знать ни письмом, ни звонком. Наверное, ей безразлично, что с ней, Джеральдиной, стало. А тут еще и все планы, которые она себе настроила, развалились как карточный домик из-за неопределенности ее положения.
Хорошо еще, что пока ей легко удавалось скрывать свою болезнь. Они, в сущности, живут каждый своей жизнью, как она и просила.
Но вместо того чтобы заняться тем, зачем сюда приехала, Джеральдина целыми днями предавалась мечтам, растрачивая понапрасну драгоценный отпуск. А когда вечером миссис Рэмплинг уходила к себе домой, оставалась совсем одна, а впереди ее ждала ночь, длинная и очень скучная…
Однажды за обедом ей неожиданно составил компанию хозяин дома. Он вошел в столовую, когда миссис Рэмплинг наливала суп. Волосы влажные от тумана, который принесло с моря, от кожаной куртки и потертых джинсов пахнет лошадьми.
Его появление словно наэлектризовало сонную атмосферу в комнате, приятно возбудив чувства Джеральдины и заставив быстрее бежать ее кровь. Он был такой сильный и мужественный, такой живой и энергичный, что невольно в ее взгляде отразилась зависть, которую она в этот момент к нему испытывала. Счастливый, он живет полной жизнью, а она сидит над рукописью, и ничего у нее не получается.
Однако Бенджамен по-своему расценил ее пристальный взгляд и нахмуренный вид и усмехнулся.
– Прошу прощения, – насмешливо заметил он, небрежно отбрасывая со лба волосы. – Я не успел переодеться. Все время забываю, что у меня в доме гостья.
Джеральдина от волнения раскрошила булочку у себя на тарелке.
– Уверена, что ничего вы не забываете, – ответила она тихо, памятуя о повышенном интересе к происходящему миссис Рэмплинг. – И… и ваш вид мне совершенно безразличен.
– Да?
Бенджамен сел напротив Джеральдины, хотя экономка поставила ему прибор на конце стола.
– Вы слышите, миссис Рэмплинг? – обратился он к ней. – Нашей гостье все равно, как я выгляжу. Как вы считаете, может, ей было бы все равно, даже если бы я предстал перед ней голый?
Миссис Рэмплинг ахнула и смущенно засмеялась, а Джеральдина сидела ни жива ни мертва, готовая провалиться от стыда сквозь пол. Бенджамен сегодня явно был настроен издевательски, и ей следовало быть умнее и не связываться с ним.
Но как только миссис Рэмплинг вышла, девушка сухо заметила:
– Почему вам все время нужно всех шокировать? Я вас несколько дней не видела. И когда вы наконец появились, вам доставляет удовольствие делать… делать из меня дуру.
– А я думал, это я делаю из себя дурака, – резко ответил Бенджамен, намазывая тост маслом. – А как мне, по-твоему, себя вести?
Извиняться за то, что я есть? Этого я не могу. Я здесь – и тебе придется с этим мириться!
– Разве я возражаю против вашего присутствия? – Джеральдина подняла голову. – Я только против способа его проявления.
Бенджамен нахмурился.
– Какие красивые слова, – насмешливо заметил он. – А что за ними? «Не выходите к столу, когда от вас пахнет конюшней!»
Девушка вздохнула и призналась:
– Мне, между прочим, нравится запах лошадей. Это совершенно не относится к делу.
– А тогда почему ты не хочешь кататься со мной верхом?
Джеральдина колебалась.
– Потому что… потому что не помню, что бы вы мне это предлагали. И потому что я приехала сюда работать. Ведь я вам уже говорила.
– К чертям твою работу! – Бенджамен зачерпнул суп. – Меня тошнит, когда я о ней слышу. Ты недовольна тем, что я к тебе присоединился за обедом и пытаюсь хоть чуть-чуть разрядить обстановку.
Джеральдина пожала плечами.
– Я не просила вас ко мне присоединяться… – начала она, но, увидев, как он на нее смотрит, невольно отодвинулась к спинке стула.
– Да, не просила, – согласился Бенджамен. – И поверь мне, я долго думал, прежде чем решился…
– Тогда…
– Позволь мне договорить. – Он сердито сдвинул темные брови. – Я старался держаться в стороне. Хотя, может, ты этого и не заметила. Я принимал подряд все приглашения, какие были, в надежде, что ты хоть как-нибудь это отметишь.
Бенджамен презрительно скривил губы и продолжил:
– Но нет, от тебя ни слова. Ты продолжаешь жить своей жизнью, будто меня и нет. – Затем он наклонился к ней и уже тише сказал:
– Едва войдя сюда, я понял по твоему лицу, что я совсем не тот человек, которого ты хотела бы видеть. Так зачем же я все это делаю? Зачем бьюсь головой о каменную стену?.. Да потому, что я знаю тебя, Джеральдина. Я держал тебя в объятиях и чувствовал, как твое тело мне отвечает. Ты вовсе не такая чопорная и правильная, какой хочешь казаться, вот поэтому я и пытаюсь разбудить тебя!
Тут вошла миссис Рэмплинг, неся баранью ногу на подносе и блюдо с овощами. Бенджамен был вынужден замолчать, а Джеральдина попыталась собраться с мыслями и успокоиться. Оба почти не притронулись к супу, и на лице экономки отразилось огорчение.
– Что, невкусный? – спросила она, складывая со стуком тарелки, но Бенджамен быстро обезоружил ее своей искренностью.
– Очень вкусный! – воскликнул он улыбаясь.
Джеральдина не могла поверить, что именно этот человек минуту назад продемонстрировал совсем другую сторону своей натуры, Когда хотел, он мог быть просто очаровательным, и миссис Рэмплинг не устояла перед его несомненным обаянием.
– Дело в том, что я ездил верхом с миссис Беллингер, и, должен признаться, что потом она предложила мне выпить вина. Я перебил себе аппетит, – признался Бенджамен, глядя на пожилую женщину. – Простите меня, миссис Рэмплинг.
Вот, значит, как, подумала Джеральдина, не слушая, как экономка журит его. Выходит, миссис Беллингер, с которой он был знаком еще до того, как уехал в Италию, угощает его вином. А с какой такой стати, хотелось бы знать?
Бенджамен начал нарезать мясо, миссис Рэмплинг ушла, и Джеральдина опять занервничала. Она не знала, как себя вести, когда он в таком настроении и по его лицу видно, что он не забыл, о чем говорил раньше. Она смотрела, как он уверенно орудует ножом, не делая лишних движений, и не могла оторвать глаз от его рук.
У него были сильные, ловкие руки – не руки клерка, как у Ричарда Слейтера, а загорелые руки настоящего мужчины, с длинными чувственными пальцами. Она знала, что у него чувственные пальцы, она ощущала это на своем теле… И когда осознала, о чем думает, ее волной захлестнул стыд.
Джеральдина усилием воли отвела взгляд и посмотрела на свои повлажневшие руки, сложенные на коленях, пытаясь успокоиться. Минуту спустя, когда снова подняла глаза, она увидела, что Бенджамен следит за ней, и ей вдруг пришло в голову, что он точно знает, о чем она сейчас думала.
– Да, – сказал он, подтверждая ее подозрения. – Ты сама знаешь, что неравнодушна ко мне, и мне бы очень хотелось, чтобы ты перестала притворяться. Ты очень нежная и чувственная женщина, тебе следует быть более открытой и говорить со мной обо всем, о чем ты думаешь.
– Я не понимаю, о чем вы! – нервно воскликнула Джеральдина и потянулась к блюду с овощами. – Может, мы продолжим обед без дальнейших дискуссий? У меня сегодня… много дел. Я заканчиваю первую часть романа, вчерне конечно, но работа целиком поглощает меня. Знаете, как сложно выстраивать диалоги героев? У каждого свой темперамент, характер, привычки!
– Неужели? – В его голосе прозвучала унизительная для нее насмешка, и Джеральдина не рискнула поднять на него взгляд.
Когда Бенджамен поставил между ними блюдо с мясом, она молча положила себе кусок и сосредоточилась исключительно на еде.
Она не знала, ест он или нет. И не хотела знать.
Иначе ей пришлось бы посмотреть на него.
Джеральдина очень хотела побыстрее покончить с обедом и выйти из столовой, пока он не решил доказать ей, какая она лгунья.
И чуть не умерла от страха, когда Бенджамен с грохотом отодвинул стул, вскочил и вышел. Она никак не ожидала этого. Она и подумать не могла, что он так легко сдастся, и теперь, как ни странно, чувствовала себя брошенной.
Есть совершенно расхотелось, но она не могла уйти из-за стола и позволить миссис Рэмплинг делать свои выводы. Слишком уж экономка любила посплетничать, и Джеральдина пыталась придумать какое-то объяснение, чтобы умерить ее интерес к происходящему.
Однако миссис Рэмплинг, вернувшись, обошлась без комментариев, увидев нетронутую еду. Молча собрала тарелки. И когда Джеральдина решила, что экономка, наверное, удовольствовалась тем, что сообщил ей Бенджамен, она сказала:
– Я вымою посуду и уйду, мисс Корнфельд.
Сегодня у меня свободный вечер. Я говорила с мистером Маккеллэни, и он сказал, чтобы я оставила холодную закуску и что вы сами подадите ее в кухне.
– Неужели? – Джеральдина приоткрыла рот в изумлении. Потом взяла себя в руки – ни к чему выдавать, что они с Бенеджаменом постоянно не согласовывают свои действия, – и быстро добавила:
– Да, разумеется, миссис Рэмплинг. Большое спасибо.
Экономка кивнула.
– Что вам еще подать, кроме кофе? Может, сыр и печенье?
Джеральдина покраснела, вспомнив о нетронутой еде.
– Спасибо, ничего не нужно. Боюсь, я не успела проголодаться.
Миссис Рэмплинг пожала плечами и взяла поднос.
– Вы не обидитесь, если я скажу, что вы слишком много сидите взаперти в кабинете? – спросила она. – Вы такая бледная. Вам нужно побольше гулять, я так думаю.
Джеральдина вся сжалась.
– Простите, но я, кажется, не спрашивала вашего мнения, – возразила она. – И вдруг неожиданно для себя поинтересовалась:
– Это… это мистер Маккеллэни просил вас сказать мне об этом?
– Мистер Маккеллэни? – Экономка нахмурилась. – Да зачем ему, мисс? Он же мужчина, который думает только о себе. Он окружающих не больно балует заботой, так мне кажется.
Джеральдина встала, осознавая всю нелепость своего предположения.
– Я тоже так полагаю, миссис Рэмплинг.
Вовсе незачем ему хотеть, чтобы я здесь у вас побольше гуляла.
Конечно, она тут же пожалела, что так сказала. Это было по меньшей мере необдуманно.
Неудивительно, что миссис Рэмплинг так внимательно на нее посмотрела. Но было уже поздно, и, когда экономка уходила, Джеральдина видела по ее лицу, что та заинтригована. Да, сегодня вечером в доме Рэмплингов будет о чем поговорить.
Недовольная собой, с неспокойной душой Джеральдина вышла из столовой, не дожидаясь кофе. Оказавшись в холле, она заметила, что дверь в библиотеку открыта. Обычно та была притворена. Джеральдина всегда проводила вечера в той самой маленькой гостиной, куда принес ее Бенджамен в первый день ее появление в Фирмбридже.
Когда миссис Рэмплинг узнала, что гостья остается, она открыла несколько комнат. Однако библиотекой, которую Джеральдина всегда связывала с хозяином дома, пользовались редко.
Движимая любопытством, девушка подошла к двери… и инстинктивно отшатнулась, увидев у окна Бенджамена, который смотрел на запущенный сад. Руки у него были засунуты в карманы куртки – любимый жест, и выражение лица, даже в профиль, было хмурое и задумчивое. Бедный, бедный, милый Бенджамен…
Испугавшись, что он решит, будто она потихоньку следит за ним, Джеральдина собралась поскорее скрыться в гостиной. Но Бенджамен оглянулся и увидел, как она поворачивается, чтобы выйти.
На мгновение их взгляды встретились. И хотя Джеральдина сразу опустила глаза, делать вид, что она его не заметила, было уже нелепо и поздно.
– Вам что-нибудь нужно, мисс Корнфельд? – спросил Бенджамен, направляясь к ней. – Ну, как вам обед? Полагаю, после моего ухода все стало значительно вкуснее.
Джеральдина решила не поддаваться на его уловку.
– Я собиралась идти в кабинет, – сказала она, ощущая его почти животный магнетизм и не двигаясь с места.
Клетчатая рубашка под курткой была распахнута, и в вырезе виднелась смуглая кожа и темные волосы на груди. Джеральдина старалась не смотреть на угадывающееся под рубашкой мускулистое тело.
– Извините, если я… я вас потревожила.
– Ты тревожишь меня с того мгновения, как появилась здесь, Джеральдина, – ответил Бенджамен, и его прищуренные глаза потемнели и зажглись желанием. – И ты это знаешь, да? Поэтому ты все время носишь такую… спортивного типа одежду? Она совершенно скрывает твою женственную фигуру! Приятно было бы увидеть тебя в вечернем платье с декольте и в легких туфельках.
Джеральдина быстро себя оглядела. На ней была белая блузка, которую никто не назвал бы спортивной из-за ее пышных рукавов. Да и бархатные брюки с жилетом тоже вряд ли подошли бы для занятий спортом.
– К сожалению, у меня нет с собой другой одежды, – сказала она, скрывая смущение под видом негодования. – Как я уже не раз говорила, я приехала сюда работать.
– Работать! – Он произнес это так, будто в этом слове было что-то постыдное, и, вытянув руку, поддел кружевной воротник ее блузки. – Ну и много ты наработала? – спросил Бенджамен и, повернувшись, прошел в глубь библиотеки, вынуждая девушку следовать за ним, иначе она бы не услышала, что он говорит.
Кроме того, Джеральдина подумала, что миссис Рэмплинг, возможно, стоит в столовой и слушает их разговор, поэтому прикрыла за собой дверь.
– Скажи мне, – Бенджамен взглянул на нее через плечо, – ты звонила Каролине? Успокоила ее, что все в порядке?
– Нет! – Теперь Джеральдина действительно возмутилась. – Если ей нужно, пусть сама мне позвонит. Я не знаю, почему она до сих пор не сделала этого.
– Не знаешь? – Бенджамен презрительно улыбнулся и повернулся к ней лицом. – Ну конечно, не знаешь. Ты ведь такая невинная!
Девушка почувствовала, что краснеет от его слов, и в бессильной злости сжала кулаки.
– Вы не знаете, насколько я невинна! резко бросила она, забыв, что ей нельзя волноваться.
– Да, не знаю… – протянул Бенджамен. – И ты все время мне об этом напоминаешь…
– Я? – Джеральдина задохнулась от возмущения. – Да я первый раз сказала об этом!
– А тебе и не надо говорить, – сказал он неприязненным тоном. – Достаточно посмотреть на тебя – все и так видно.
– Ну, так не смотрите на меня! – выкрикнула она, хотя у нее дрожали колени при виде сумрачного выражения его лица.
– Как я могу не смотреть на тебя? – возразил Бенджамен, оглядывая ее выразительным взглядом с головы до ног. – Ты меня просто сводишь с ума. Я все время вспоминаю, какая ты без этой чертовой одежды, и, несмотря на все мои благие намерения, опять хочу тебя видеть такой.
– Нет!
– Да! – Он не сдвинулся с места, но разделяющее их пространство будто зарядилось электричеством. – Я ничего не могу с собой поделать. Ты красивая – и я хочу тебя! Ты нужна мне, Джеральдина! Зачем ты так мучаешь меня? Представь, я давно не работал в своей мастерской. Как только возьмусь за кисти, перед глазами ты! Нежная и трогательная, с прекрасной линией спины, округлыми бедрами.
Вижу твои живот, грудь…
Она вся горела. Она не хотела слушать его слова, но слушала их, слушала… И они звучали для нее словно самая чудесная на свете музыка.
– Вы… вы не должны так говорить…
– Почему? Ведь это правда. – Он повел широкими плечами. – Я не стал бы тебя обманывать.
Джеральдина соединила ладони и прижала их к груди.
– Я… я думаю… я думаю, вам просто нравится… меня дразнить…
– Дразнить тебя? – На его лице промелькнуло искреннее удивление. – Ах, Джеральдина, ты такая… неопытная! Неужели ты на самом деле считаешь, что мне это доставляет удовольствие?
Она стояла, переминаясь с ноги на ногу.
– Я считаю, что мне пора заняться рукописью, – неловко пробормотала девушка.
Но, пока она говорила, он шагнул к двери, плотно закрыл ее и прислонился к ней спиной. Наверное, Джеральдину выдало испуганное выражение ее лица, потому что Бенджамен досадливо поморщился и пояснил:
– Не бойся. Я не собираюсь удовлетворять свои низменные инстинкты. Просто миссис Рэмплинг, как и ты, небольшой специалист по подглядыванию.
– Вы хотите сказать… – прошептала еле слышно Джеральдина и показала на дверь.
Он кивнул.
– Тебя это удивляет? Напрасно. Наверняка весь благонравный и богоугодный Фирмбридж умирает от любопытства, гадая, почему мы с тобой живем в одном доме и спим в разных постелях. А может, представляют себе местные обыватели, как я пишу обнаженную натуру и ты позируешь мне.
Джеральдина беспомощно покачала головой, не зная, что ему ответить. И пока она стояла, пытаясь отогнать от себя картины того, о чем он говорил, Бенджамен подошел и встал прямо перед ней. Она хотела отступить, но его пальцы сжали ее запястье, и девушка не смогла сделать ни шагу.
– Вы же обещали… – начала она, и Бенджамен вызывающе приподнял бровь.
– Что?
– Что не будете…
– Что – не буду? – Бенджамен посмотрел на нее сверху вниз, жестко усмехнувшись. – Домогаться тебя? Да, но ведь я еще сказал, что ты неопытная. И невинная.
Он выдвинул нижнюю губу и улыбнулся:
– И еще… восприимчивая.
– Вы наглец! – прошипела Джеральдина, думая о том, что за дверью, вполне вероятно, подслушивает миссис Рэмплинг, и не желая давать новых поводов к сплетням.
Бенджамен невольно сочувственно ей улыбнулся.
– Да, наглец, – согласился он, схватив оба ее запястья одной рукой и одновременно гладя другой ее щеку. – Но на моем месте любой бы воспользовался случаем, раз уж так вышло.
Бешено стучало сердце, и Джеральдина подумала, сколько еще сможет вынести, пока не случится что-нибудь непоправимое. До сих пор мать охраняла ее от любых сильных эмоций, но, когда рядом с ней, вот как сейчас, Бенджамен, она никак не могла побороть возбуждения, которое он вызывал в ней. Да, если честно, и не хотела. Только здравый смысл и инстинкт самосохранения вынуждали ее предпринять попытку успокоиться.
Но все ее усилия были тщетны. Как в замедленной съемке его рука поднялась к вороту ее блузки, расстегнула пуговицы у шеи и обнажила бьющуюся там жилку.
– Почему ты меня боишься? – спросил Бенджамен хрипловатым голосом и наклонился, чтобы потрогать это место языком. – Ммм… столько энергии растрачено зря. Разве тебе никогда не говорили, что беззащитность будит в мужчине зверя?
– Вы… вы в этом разбираетесь лучше, чем я, – прерывисто выдавила она, и он досадливо поморщился.
– Прекрати сопротивляться, – прошептал Бенджамен, нашел застежку на жилете и быстро расстегнул ее. – У тебя волшебная кожа, она благоухает утренней росой! Как прекрасно, что ты решила остаться в этом доме и разделить мое одиночество!
– Хотите сказать, что я распущенная женщина? – бросила она, возмущенно на него глядя, и в его глазах промелькнуло раздражение.
– Ну почему ты все время упорствуешь? воскликнул Бенджамен с упреком. – Ты, может, и неопытная, но я-то опытный и знаю, что ты хочешь меня ничуть не меньше, чем я тебя!
Джеральдина задохнулась от гнева.
– Нет, не хочу! Женщины… женщины не такие, как мужчины…
– Некоторые не такие, согласен. Но только не ты.
– Что вы хотите этим сказать?
Бенджамен ответил не сразу, и ее напряжение и страх стали почти невыносимы. Потом он небрежно провел пальцем от мочки ее уха вниз, по шее, к ложбинке между грудей и сказал:
– Некоторые женщины равнодушны к сексу. А вот некоторые и хотели быть равнодушными, да не могут. Ты, – его глаза зажглись желанием, – ты как раз из таких притворщиц.
Ты страстная, ненасытная в ласках и любви женщина, в тебе горит огонь желания, ты готова убить всякого, кто встанет на твоем пути к наслаждению, кто попытается украсть объект твоей страсти! Ты необыкновенная, ни на кого не похожая женщина! Мне остается одно – приходить по ночам в мастерскую и смотреть на тебя! Каролина в сравнении с тобой никто!
У Джеральдины горело лицо.
– Не смейте так говорить!
– Это почему?
– Потому что… – К ней вернулись все ее прежние запреты. – Потому что так нельзя.
– Почему так нельзя? – Бенджамен был неприятно настойчив. – Тебя так учили? Что об этом нельзя говорить?
– Да!
– Почему? Разве не лучше быть честными друг с другом?
– Честными? – выпалила Джеральдина дрожащим голосом. – Вы это называете честностью? – Она собрала в кулак всю силу воли и продолжила:
– Вы… вы прекрасно знаете, что больше ни с кем не стали бы так говорить…
– Верно.
–..только со мной. Потому что считаете меня наивной.
– Допустим.
– И еще вы сказали, что я восприимчивая, напомнила ему она, и Бенджамен кивнул.
– Так оно и есть. Особенно к своим ощущениям.
И его палец двинулся дальше, нашел округлость ее груди, затвердевший сосок, с готовностью принимающий его ласки.
– Тебе на самом деле нравится, когда я тебя трогаю так, Джеральдина, – пробормотал он севшим от возбуждения голосом, глядя на результат своих исследований. – Тебя выдает твое тело. Так поцелуй меня и не будем попусту терять время!
Хотя Джеральдина отчаянно трясла головой, Бенджамен в мгновение ока накрыл ее губы своим ртом. Но, так как одной рукой он держал обе ее руки, то не мог прижать ее к себе, а девушка плотно сжала губы, решив ни за что на свете не подтверждать верность его теории. Джеральдина догадывалась, что он не отпустит ее, пока она сопротивляется, и, несмотря на то что чуть не задыхалась, не отвечала на его поцелуй.
Она услышала его приглушенный вздох, почувствовала, что он еще крепче приник к ее рту губами, а его пальцы больно вдавились в кожу на ее шее. Рука, которой Бенджамен держал ее запястья, сжалась сильнее, он привлек-таки ее к себе.
Это ее чуть не погубило. Когда она ощутила его напряженные мышцы, у нее пропало всякое желание сопротивляться. Джеральдина разжала губы, но он уже оторвался от них.
– Почему? – спросил Бенджамен. – Почему?
– Что… что «почему»?
– Может, когда ты притворялась, что ты Каролина, это действовало как допинг и возбуждало тебя? – поинтересовался он. – Господи! Мне довелось знать не одну женщину, но такой, как ты, я никогда еще не встречал!
Джеральдина вся дрожала, но его слова о Каролине прогнали минутную слабость. Надо же додуматься до такой гадости! – с отвращением подумала она. Да как он смеет говорить, что она, здоровая молодая женщина, нуждается в воздействии каких-то искусственных возбудителей? Да, здоровая!
– Вы что, не можете понять, что мне не нравитесь? – выпалила она со злостью. – Вы так самоуверенны, что не сомневаетесь в своей неотразимости! Ну так позвольте вам сказать, что…
– Не стоит! – Бенджамен горько усмехнулся, разжал руки, обошел ее и открыл дверь. – Иди и пиши свои сказки! Иди и живи в мире, который себе придумала! Потому что в моем мире тебе, черт побери, делать нечего!
Джеральдина повернулась и хотела ему ответить, чтобы последнее слово осталось за ней, но Бенджамен уже шагал через холл, и вскоре за ним захлопнулась входная дверь. Он опять ее бросил, и вся ее обида и возмущение уступили место совсем уж непонятному желанию расплакаться.
– Вы будете пить кофе, мисс? – раздался у нее за спиной голос миссис Рэмплинг.
Однако Джеральдина не испугалась, а стала прикидывать, где та была, пока они разговаривали. Повернувшись, она запоздало вспомнила, что блузка у нее наполовину расстегнута, жилет болтается на плечах, что вряд ли останется незамеченным экономкой.
Поправив ворот блузки, девушка сказала:
– Если можно, я выпью кофе в кабинете, миссис Рэмплинг. Здесь что-то душно.
Джеральдина не знала, поверила ли ей многоопытная пожилая женщина. Во всяком случае, она бы на ее месте точно усомнилась. Зато она весьма ловко предупредила вопрос, почему у нее расстегнута блузка.
А впрочем… Что это она переживает, видела ли ее смущение экономка? Что хочу, то и делаю!
Придя в кабинет, Джеральдина не притронулась к кофе, а стала судорожно искать в сумке таблетки. Усталость накатила на нее сонной волной, она выпила лекарство и неожиданно почувствовала настоящее отчаяние.
Когда рядом был Бенджамен, когда он прикасался к ней или целовал ее, она еще острее ощущала свою неполноценность. Ей становилось нестерпимо обидно. А сейчас она испытывала такое отвращение к себе, что ей просто не хотелось жить.
Пытаться работать в таком жутком состоянии было бесполезно. Джеральдина дождалась, когда уйдет миссис Рэмплинг, и вышла из кабинета. Она беспокойно ходила из комнаты в комнату, тщетно стараясь обрести обычно свойственное ей самообладание.
Чувство слабости не покидало ее. Но она была слишком взволнована, чтобы отдыхать, и, прижав руку к сердцу, слушала его неровный стук.
Внезапно ей стало нехорошо, закружилась голова, и Джеральдина подумала, что надо бы прилечь. Но она и помыслить не могла о том, чтобы пойти в свою комнату, лечь в постель и представлять себе, что делает Бенджамен, что он, может быть, сейчас с другой женщиной.
Он сказал, что Джеральдина хочет его, и она действительно его хотела, очень хотела, так хотела, что ей становилось дурно от мысли, что она не призналась ему в этом.
Сердце болело, и боль была нестерпимой.
Неужели Бенджамен ушел к владелице заводов по переработке рыбьих потрохов? Да ее вино, наверное, воняет рыбьим жиром! Или сидит в гостиной у доктора и развлекается беседой с недоучившимися Шварцмюллершами?
Пускай забирает их в жены обеих!
Ах, они чистые розы, как говорит миссис Рэмплинг… А ей плевать на них плевать, плевать!..



загрузка...

Предыдущая страницаСледующая страница

Читать онлайн любовный роман - Джеральдина - Поллок Марта

Разделы:
1234567Эпилог

Ваши комментарии
к роману Джеральдина - Поллок Марта


Комментарии к роману "Джеральдина - Поллок Марта" отсутствуют




Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100