Читать онлайн Два мига для тебя, автора - Полански Кэтрин, Раздел - Глава 1 в женской библиотеке Мир Женщины. Кроме возможности читать онлайн в библиотеке также можно скачать любовный роман - Два мига для тебя - Полански Кэтрин бесплатно.
Любовные романы и книги по Автору
А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я
Любовные романы и книги по Темам

Поиск любовного романа

По названию По автору По названию и автору
Рейтинг: 8 (Голосов: 7)
Оцените роман:
баллов
Оставить комментарий

Правообладателям | Топ-100 любовных романов

Два мига для тебя - Полански Кэтрин - Читать любовный роман онлайн в женской библиотеке LadyLib.Net
Два мига для тебя - Полански Кэтрин - Скачать любовный роман в женской библиотеке LadyLib.Net

Полански Кэтрин

Два мига для тебя

Читать онлайн

Аннотация

На маскараде молодая аристократка Дарина встречает таинственного незнакомца. Хотя он и не снимает с лица маски, она уверена – это ее единственная любовь. Теперь ничто не остановит ее: ни чувство вины перед мужем, ни интриги завистников, ни светские пересуды. Они будут счастливы. Ведь он тоже любит ее!Романтическое свидание с незнакомцем лишь подтверждает это. Если верить, надеяться и любить, то невероятное становится реальностью. Судьба дала шанс Дарине и ее избраннику...


Следующая страница

Глава 1

Сияющий тысячами свечей Соммерсет-хаус искрился масками.
Маскарад. Вседозволенность. Будто бы никто никого не узнает... Огромная бальная зала задрапирована темно-зеленым шелком, с балконов свисают побеги плюща, пока еще свежие, но к концу вечера, вернее, к утру они завянут, ибо умирают уже сейчас, безжалостно срезанные рукой садовника по прихоти хозяев дома. Даже эта зала – жуткая маска, а под ней – смерть и фальшь.
Дарина прибыла на маскарад вместе со своей подругой Беатрис. Конечно же бал у Соммерсетов пропустить нельзя ни в коем случае. От таких приглашений не отказываются. Дарина поморщилась. Беатрис и Эван всю неделю пели ей эти песни в два голоса.
Череда гостей медленно втягивалась в залу, мажордом громко объявлял об очередной титулованной особе, почтившей своим присутствием сие сборище.
– О, это же граф Шелдвик, – воскликнула Беатрис и вытянула шею, стараясь разглядеть упомянутого графа получше. – Ты обязательно должна станцевать с ним хотя бы один танец, дорогая. Он очень влиятелен. Твой муж будет доволен.
Дарина рассмеялась:
– Но, Беа! Как я найду его в такой толпе?
Оркестр как раз заиграл очередной танец, и гости засуетились, разбиваясь на пары и выходя в центр залы.
Вот амур с крылышками и отвисшим животиком ведет под руку грустную ведьму в остроконечной шляпе, вот кривоногий Пьеро важно вышагивает рядом с пышнотелой музой со смазанной помадой... Вполне вероятно, что в этой шумной толпе присутствует множество приятных людей, красивых и молодых, но Дарина просто не хотела этого замечать. Каждый видит лишь то, что хочет видеть.
– Это неважно. Эван сам найдет тебя и представит нужным людям.
Дарина покачала головой. Да, конечно. Найдет и представит. Для чего нужна жена? Для того, чтобы представлять ее нужным людям. А она должна улыбаться, выслушивать глупости и танцевать как заведенная. Как же надоела эта маска-бабочка! Неудобная, и смотришь как через забрало. Зато к платью подходит. Одеваясь несколько часов назад для маскарада, Дарина согласилась на первое же платье, что предложила горничная Салли, решив просто дополнить его классической маской-бабочкой. Может, стоило все же вырядиться какой-нибудь монахиней? Тогда и маску можно было надеть маленькую, черную и шелковую... Или вообще не надевать никакой. Зачем это ей? Она ведь не собиралась делать ничего, идущего вразрез с правилами приличия. И наряд на ней сегодня не располагает к вольностям: тяжелый бархат насыщенного и мрачного цвета старого красного вина, расшитый цветочным узором, неглубокое декольте, скромно прикрытое полупрозрачным шелком, умеренно обнаженные плечи, длинные перчатки в тон платью. Волосы ей Марион уложила в скромную прическу, украшенную серебряной сеточкой с мелкими жемчужинами. Наверное, зря. Дарина знала, что волосы у нее хороши: густые, темно-каштановые, струящиеся крупной волной. Хотя... Для чего? Для кого? Привлечь внимание пустого ловеласа? Любовника на ночь, на час, на мгновение? Заинтересовать собственного мужа?
– Как же мне надоели эти светские игры в лояльность...
Беатрис приобняла ее. Подруга сегодня являла полную ее, Дарины, противоположность. Беа великолепно смотрелась в греческой тунике, котурнах и с маленьким золотым луком через плечо. Амурчик.
– Милая... Я понимаю.
Дарина кивнула:
– Да. Спасибо.
Хоровод масок завораживал и утомлял. Дарина прищурилась, пытаясь разглядеть в толпе своего мужа, который собирался прибыть на бал немного раньше ее и Беатрис. Зеленый камзол, зеленая маска Робин Гуда...
Робин Гуд сорока трех лет от роду. В серых облегающих лосинах. Какая гадость. Дарина улыбнулась: возможно, это и к лучшему, что она не может его найти.
Ее подхватили под руку и закружили в танце. Вальс. Дарина всегда любила этот танец, такой простой, но такой... Будто плывешь, будто бы под тобой не паркет бальной залы, а облака. Правда, удовольствие от танца сильно зависит от того, с кем танцуешь.
– Прекрасная незнакомка, будет ли мне позволено припасть к вашим стопам и облобызать их? – Вседозволенность маскарада позволяла абсолютно незнакомому мужчине обращаться к ней весьма фамильярно.
Белозубая улыбка, широкая испанская шляпа, тщательно закрученные усы... Дарина с облегчением вздохнула. Это не муж. Это не кривоногий амур. Это... просто красивый мужчина.
– Ах, что вы! Здесь грязный пол. – Клевета, конечно. Грязный пол в резиденции герцога Соммерсета – это нонсенс.
Незнакомец рассмеялся и закружил ее в очередном повороте вальса.
– Разве это остановит истинного кабальеро? – Дарине неожиданно захотелось наступить ему на ногу.
– Истинного кабальеро не остановит ничто, – согласилась она, вежливо улыбаясь. Как знать, может, это тот самый влиятельный граф. Значит, надо улыбаться. Все время улыбаться.
Странно, но где же Эван? Дарина вежливо отказалась от танца с весьма миловидным молодым джентльменом в костюме итальянского кардинала и поднялась на балкон. Да уж, пытаться разглядеть кого-либо в плотной толпе танцующих и сплетничающих титулованных особ – абсолютно бесполезное занятие. На балконе было чуть посвободней, чем внизу, но гораздо жарче. Дарина устало вздохнула, бросила еще один взгляд на танцующие пары, пытаясь все же найти мужа, и спустилась обратно в залу.
И опять улыбки и поклоны. Кто все эти люди? Кажется, скоро уголки ее губ навсегда останутся приподнятыми, как у той маски Арлекина, что промелькнула мимо. Ну что ж, она избавит себя от лишних усилий в дальнейшем. Что ни делается, все к лучшему, нельзя этого забывать, даже если хочется пойти и утопиться в ближайшем пруду. Кстати, о пруде... Как здесь невыносимо душно! Дарина взглянула вверх: свечи в люстрах оплыли, ветви плюща завяли, как она и предполагала, зеленый шелк на стенах повис беспомощными полотнищами, местами оборванными, а местами закапанными воском.
Так великолепие превращается в руины. Гости тоже уже являли собой не очень привлекательное зрелище. Маски поистрепались, костюмы помялись. Первый бал осеннего сезона в Соммерсет-хаусе подходил к концу. Дарина выскользнула из залы и медленно спустилась по лестнице в холл. За могучим фикусом, произраставшим в инкрустированном слоновой костью горшке, целовалась юная парочка. Дарина поморщилась, проходя мимо них. Не могли выйти в сад...
Сад. Неплохая мысль. Может, в саду есть пруд? У пруда веет ветерок, нет удушающего запаха горящих свечей, нет шума уже изрядно нетрезвой толпы. Соммерсеты в этот раз сэкономили на сандвичах, но вино лилось рекой. Маскарад...
Где сейчас Эван – один бог знает. Ей этого знать совсем не хотелось. Гости начнут разъезжаться часа через два, не раньше, и можно будет потом сказать мужу, что она потеряла Беатрис в суматохе, а его не смогла найти, поэтому уехала одна. Только нужно прогуляться по саду, чтобы не болела так голова, и – домой, домой, в постель, спать...
Дарина прошла по узкой тропинке к фонтану, слабо журчавшему в полутьме – луна светила довольно ярко. Из клювов двух лебедей, переплетавшихся шеями, падали хрустальные струйки, разбиваясь острыми брызгами в маленьком бассейне. Заросли вокруг фонтана были темны и тихи.
На бортике фонтана горела свеча.
Дарина бесшумно подошла ближе, огляделась. Просто свеча, без подсвечника, прикрепленная к мрамору несколькими каплями воска. И – никого, не слышно даже шороха, указывающего на чье-то присутствие. Дарина пожала плечами, села на бортик, опустила руки в воду, показавшуюся ледяной. Боже, как болит голова... Она зачерпнула воды и выпила глоток из ладоней. Заломило зубы.
Она сняла маску и ополоснула лицо, на секунду задумалась, но все же решилась и вынула шпильки из прически. Волосы рассыпались по плечам.
«Зачем я здесь? Что я здесь делаю? Домой, домой».
Свеча тихо зашипела: видимо, на нее попали брызги. «Все не так. Я не должна об этом думать, иначе я сойду с ума, а я должна улыбаться. Как я устала...»
Все было плохо и бессмысленно. Она так устала, что не способна была любоваться луной, красотой фонтана, а глядя на влюбленных каменных лебедей, испытывала тоску – по тому, чего никогда не будет.
...Вчера они говорили с Беатрис, и та обронила со смехом:
– Заведи любовника, дорогая. Это не так и сложно, поверь. Иногда, даже слишком легко. Тебе не составит труда соблазнить любого, кого только пожелаешь. Развлечешься, избавишься от тоски и скуки.
– Я верна Эвану.
– Милая, верность – давно устаревшая добродетель. Сейчас супружеская измена не карается общественной моралью, наоборот – негласно ею поощряется. Если у тебя есть любовник, двое, трое – ты интересная и привлекательная женщина.
– Двое?! Трое?!
– И четверо, и пятеро, стоит тебе только пожелать. Только тогда уже могут и косо посмотреть. Из зависти.
– Не хочу, Беа. Я предам себя и нарушу клятву, которую дала перед алтарем. Когда я выходила замуж, то знала, на что шла. Я не могу нарушать обещания, данные перед лицом Всевышнего.
– Бог никогда не скучал настолько, чтобы заводить себе любовницу, милая.
– Будь осторожней в выражениях, Беатрис. Не надо богохульствовать.
...А может, Беа все-таки права, и Дарина чего-то не понимает в жизни?
Гравий хрустнул под осторожными шагами, и, обернувшись, Дарина увидела на тропинке темный силуэт. Мужчина, высокий мужчина. Эван? Нет. Она поспешно схватила и надела маску, чтобы незнакомец не увидел темных кругов под глазами, ведь пудру она только что смыла, плеснув в лицо водой из фонтана. Никому не надо этого видеть. Даже Эвану.
Незнакомец остановился в нескольких шагах от нее.
– Добрый вечер, – она произнесла это почти спокойно и улыбнулась.
Он ничего не ответил, преодолел разделяющее их расстояние и присел на бортик, по другую сторону от свечи. Лицо закрыто черной полумаской, и костюм темный. Носит траур? Нет, в трауре на маскарады не ходят.
– Не похоже. – Голос низкий, глуховатый.
– Простите? – слегка опешила Дарина.
– На правду не похоже, – пояснил он, и Дарине показалось, что незнакомец сильно пьян. Говорил он медленно, с почти незаметными паузами, как будто собирался с силами, чтобы произнести следующее слово. На всякий случай она немного отстранилась. – Вы сказали, что вечер добрый, а ваш голос говорит о другом.
Дарина покачала головой:
– Я пытаюсь быть вежливой.
Он усмехнулся:
– Полноте, какие церемонии! Обстановка немного неофициальна.
– Разве в обстановке дело? – Голова разболелась еще больше.
– Именно в ней. – Он шумно вздохнул. – Готов спорить: вы сбежали сюда от круговерти бала не для того, чтобы вновь наткнуться на церемонии. Наоборот, их вы оставили в зале.
– Я только сказала «добрый вечер», – начиная сердиться, произнесла Дарина.
Неожиданно он соскользнул с бортика, опустился на колено и взял в ладонь ее руку. Дарина растерялась настолько, что отдернула руку лишь после того, как странный человек запечатлел на ней легкий поцелуй.
– Простите, – сказал он, не поднимаясь с колена. – Я устал, я много выпил, у меня отвратительное настроение и мне хочется довести до слез хоть одну женщину или до дуэли – хоть одного мужчину, чтобы... не важно. Вы тут совершенно ни при чем. Извините меня. Добрый вечер.
Он поднялся и сел обратно на бортик. Дарина окончательно растерялась.
– Мы знакомы? – осведомилась она. Какая чушь, ведь они в масках. Это дает право общаться со всеми как с незнакомцами.
– Вряд ли. А если бы и были – это ничего не меняет. У нас ведь сегодня бал-маскарад... Хотите выпить?
Дарина покачала головой и решительно встала. Надо ехать домой, пока Эван не ищет ее по всему Соммерсет-хаусу. Да и неизвестно, на что способен этот человек. Может быть... и предполагать не хотелось.
– Мне пора.
Он кивнул и вдруг засмеялся – Дарине показалось, что издевательски.
– И вам пора. Всем пора, у всех вдруг не находится времени, чтобы поговорить с бедной пьяной маской... Не бойтесь, леди. Я вовсе не настолько пьян, чтоб потерять контроль над собой и совершить нечто... непристойное. Если вам и вправду надо идти – идите. Не буду вам мешать.
Бутылка у него, как выяснилось, была припрятана тут же, у фонтана. Мужчина достал и два бокала, налил в оба, один не глядя поставил на бортик, а из другого сделал глоток.
– И почему вы до сих пор здесь?
– Сама не знаю. – Дарина взяла бокал. Посетившее ее желание напиться – вдруг голове поможет – растворилось после первого же глотка. Ведь совершенно очевидно, что не поможет, так зачем?..
– Хм. – Незнакомец смотрел на нее, и в темноте нельзя было понять, улыбается он или хмурится, или и то и другое – одновременно. – Значит, все-таки решили присоединиться... Я рад. – Он приподнял бокал. – Давайте выпьем.
– За что?
– За будущее. Чье бы то ни было.
Она коснулась своим бокалом его бокала.
– Пусть так.
Пока Дарина мелкими глотками пила вино, незнакомец встал с бортика и сел на землю, прислонившись к холодной стенке фонтана и крутя в руках бокал. Запрокинув голову, он посмотрел в небо.
Дарине было прохладно, но уходить почему-то расхотелось. Может быть, потому, что этот разговор совсем не вязался с ее обычным существованием. Опьянеть от слов, а не от вина – тоже неплохая мысль.
Незнакомец вдруг спросил:
– А вы когда-нибудь сомневались в Боге?
– Н-нет. Никогда.
– А я вот...
– Бог спасает, знаете ли.
– Такая ночь, такая встреча – самое время говорить о Боге! – Кажется, он улыбался. – Нет, правда. Все эти люди там, в доме, не стали бы поддерживать такую беседу, а она мне очень нужна. Вы ведь не против, леди?
– Нет, совсем нет. Но разве вам не с кем поговорить?
– Не сегодня.
Из дома доносились звуки вальса. Незнакомец некоторое время слушал музыку, отбивая пальцами такт.
– Однако, почему бы нам не выполнить некоторые условности? – Он неловко поднялся, но на ногах устоял и отвесил Дарине поклон. – Вы не откажете мне в одном танце, леди?
– Нет, не откажу. Почему бы и нет?
Дарина не знала, сколько длился вальс. Музыки она не слышала.
– Вы хорошо танцуете, – сказал он через несколько мгновений.
– Вы тоже.
Его рука коснулась ее руки, и, подняв голову, Дарина попыталась разглядеть лицо незнакомца. Бесполезно. Тень шляпы с пером мешала это сделать, а луна играла тенями, и единственное, что удалось ей увидеть, – это четкие, скульптурно вылепленные губы. Пока что хватит и этого. Маска, маска, кто ты?
– Вы уверены, что вы – не лунный свет? – Он улыбался. – Так легки... воздушны...
– Может быть.
– Может быть? Хорошо, тогда я скажу вам, кто вы. Вы родились из лунного света прямо сейчас, тут, у фонтана. Вы родились специально для того, чтобы усталый путник – я – смог поговорить с вами, дочерью луны. Это ведь правда, скажите?
– Не исключено! – Она закрыла глаза и улыбнулась.
– Но луна скоро исчезнет, – продолжил он, внезапно пошатнулся, но тут же обрел равновесие. – И вы растворитесь в сиянии утра. А я проснусь у фонтана, меня доставят домой и уложат спать, а днем у меня будет похмелье, и... Ничего приятного. Волшебство всегда к утру исчезает.
– Остается один выход – жить ночью. – Дарина и вправду чувствовала себя фантастически легкой, как в сказке.
– Неплохая идея, – задумчиво сказал он. – Неплохая... Если бы было время жить.
Он остановился так резко, что Дарина едва не упала.
– Вы умеете хранить тайны, леди в маске?
– Рискните.
Незнакомец покачал головой.
– Пожалуй, придется. Такое подходящее время, и я достаточно много выпил, чтобы набраться храбрости... Нет, я выпью еще. – Он отпустил ее и шагнул к фонтану, налил себе вина, выпил залпом.
– С вами все в порядке? – спросила Дарина, ощущая смутное беспокойство.
– Нет.
Что ответить на это, она не знала, просто молча прошла к фонтану, опустилась на бортик, сложив на коленях руки. Незнакомец протянул руку к свече, коснулся пальцем лужицы набежавшего воска, посмотрел на быстро остывающую пленку, оставшуюся на коже.
– Это вы зажгли свечу? – спросила Дарина, чтобы хоть что-нибудь сказать.
– Я. Искал чуть-чуть романтики, знаете ли.
– Нашли?
Он глянул на нее.
– Похоже, да.
Дарина зачем-то кивнула. Вдруг ей стало неловко. Сколько минут они знакомы? Очень мало. Незнакомец снова сел на землю, прислонившись спиной к бортику фонтана. Неожиданно для себя Дарина сделала то же самое.
– Вы испачкаете платье.
– Разве в платье дело, милорд?
Он пожал плечами:
– Обычно молодые дамы... Хотя вы – лунный свет. К лунному свету прах земли не липнет...
Он замолчал, взял бокал, плеснул туда еще вина.
Дарина не знала, не понимала, что происходит. Она сидит здесь и разговаривает с незнакомым мужчиной, приворожившим ее всего несколькими фразами.
Когда она впервые встретилась с Эваном, они говорили ни о чем. Он спросил, как она себя чувствует, и она ответила – хорошо. Он сделал ей комплимент по поводу ее платья. Она сообщила, что погода сегодня прекрасная, а Эван ответил, что это несомненно, однако на следующей неделе ожидаются дожди. Она сказала...
На самом деле они ничего друг другу не сказали.
А этот спросил, сомневалась ли она в Боге.
Незнакомец чего-то ждал, изредка поглядывая на Дарину. Она отогнала воспоминания.
– Вы хотели мне что-то рассказать, милорд.
– Да, – глухо откликнулся он.
– Я готова выслушать вас.
– Вы уверены?
Дарина улыбнулась:
– Я умею слушать. Это одно из моих лучших качеств.
– Не представляю, чтобы были худшие.
– Вы совсем меня не знаете...
– Да? – В его голосе сквозило удивление. – А мне кажется, знаю.
– Две минуты?
– Мне почему-то кажется, что гораздо дольше.
Она зябко повела плечами – ночь все-таки была прохладной.
– Моя ноша может оказаться тяжелой для ваших хрупких плеч, леди.
– Вы назвали меня лунным светом. Рассказывайте. Лунный свет выдержит все. Столько людей разговаривает с луной, она давно привыкла...
– Луна остается равнодушной...
– А я не останусь. Говорите, милорд, прошу вас.
Незнакомец долго молчал.
Потом усмехнулся.
– Ладно, я напросился сам, а теперь заволновался – словно юная девушка пред брачным ложем... простите.
Он глотнул еще вина. Помолчал. Дарина ждала.
– Наверное, вы не поняли, почему я так вел себя вначале, – сказал он наконец. – Придирался к словам. Я хочу, чтобы вы помнили: это не оттого, что я сильно пьян или изначально невоспитан. В последнее время я не живу – я доживаю.
Дарине стало еще холоднее. У нее появилась смутная догадка, и многое она отдала бы сейчас, чтобы плохое предчувствие не подтвердилось.
– Только не это! – выдохнула она.
– Я умираю, леди. Вот здесь, – он коснулся пальцем своего лба, – что-то сломалось. Не знаю уж, как это может быть... Но может, если это убивает меня.
– Господи!
Дарина обхватила себя руками, а незнакомец продолжал говорить:
– Я узнал это недавно. До этого не обращал внимания: головная боль – обычное явление при моем образе жизни. Но потом она стала невыносимой, и я все же решил поинтересоваться у Герберта об этой непреходящей мигрени. Результат на лицо – я сижу здесь, напиваюсь и жалею себя. Это так приятно – жалеть себя...
Ей было очень, очень холодно.
– Потому простите меня, милая леди, – он опять стал говорить с ощутимыми паузами между словами, – простите за то, что вначале обошелся с вами грубо, и за то, что рассказываю вам это. Вам нельзя прикасаться к смерти, вы молоды, вы должны жить... – Он закашлялся. – Простите, леди. Наверное, мне не следовало ни говорить этого, ни вообще приходить сюда...
– Не делайте этого, – сквозь зубы сказала она.
Он вскинул голову:
– Не делать... чего?
– Никогда не говорите мне «простите». – Дарина сама не заметила, как ее рука потянулась к руке незнакомца и стиснула ее. У него оказались длинные крепкие пальцы; они чуть вздрагивали в ее ладони. – Никогда не смейте этого делать. Вы не должны извиняться.
Он медленно выдохнул.
– Вы... вы не правы, – покачал он головой. – Я не должен был...
– Не нужно об этом! Вы рассказали.
– Лунному свету, – улыбнулся он.
– Который никогда не предаст. Который умеет слушать. И вы можете сказать мне еще. Все, что угодно.
– Еще? – Незнакомец вырвал свою руку из ее руки, вскочил. Он ходил взад-вперед по площадке, а Дарина следила за ним, не вставая с земли. – Что может быть – еще? Хотя... да. У меня останется сын.
– Сын?.. Значит, вы женаты?
– Она умерла, – просто ответил незнакомец.
– Простите... – выдохнула Дарина.
Неожиданно он засмеялся.
– Ну вот видите, вы сами нарушаете... Ничего. Все улеглось, давно. Да, она умерла, и в этом тоже был виноват я.
Ей внезапно захотелось приласкать незнакомца. Обнять его, положить его голову себе на грудь и утешить: «Ничего. Ты обязательно будешь жить. Только верь». Это ее испугало.
– Сколько лет вашему сыну? – Дарина решила сменить тему: лучше не напоминать ему о смерти.
Незнакомец и правда светло улыбнулся.
– Почти шесть... Александер – очень самостоятельный молодой человек, самостоятельнее меня, с замашками маленького деспота. Настоящий лорд. Вот и сегодня наказал: «Возвращайся домой не поздно, папа. Я хочу, чтобы ты рассказал мне сказку». Вот так вот, уважаемая леди, я должен рассказать ему сказку! Про храброго рыцаря Галахада, надо полагать. Он очень любит сказки про рыцарей. У него есть легкие доспехи и меч, такой, чтоб он мог поднять. Я учу его сражаться.
– На шпагах?
– На мечах. Я не люблю шпаги. – Он встал, поднял с земли прутик и сделал несколько резких движений. – Так, так и вот так, и туше... Узоры рисовать. Техника владения шпагой гораздо сложнее, но...
Он увлекся, говорил, показывал... Дарина кивала, внимательно слушала, но в глубине души все еще таилось озерцо холода. И останется там, поняла она. Когда она придет домой и ляжет в кровать, когда ее тело согреется, она будет ощущать внутри холод.
А если этого человека и в самом деле скоро не будет? Кто он такой? Не так и важно... Разве много значит имя? Имена и титулы – это мишура, как и сегодняшние карнавальные костюмы. «Но, надевая маску, часто мы освобождаем себя, становимся настоящими. Зная, что никто не видит лица твоего, ты можешь позволить себе все, что душе угодно, – и все твои поступки спишут на маску...»
Незнакомец бросил прутик на землю.
– Алекс – очень способный мальчик. Я горжусь им.
– Дети – это прекрасно...
– Простите! – спохватился он. Дарина шутливо погрозила ему пальцем. Он махнул рукой – дескать, вырвалось, что поделаешь, – и продолжил: – Я все время говорю о себе. Я эгоист. Это заметно, не так ли, леди? Я не спросил у вас ничего, лунный свет, только говорю сам...
– Вы? Ну что вы! Я рада, что вы делитесь со мной своими тайнами. Не отступайте. Хорошо?
Он кивнул.
– Вы замужем?
Дарина помедлила мгновение:
– Да.
– У вас есть дети? – Ей показалось, или его голос и вправду немного потускнел?
– Нет, к сожалению, нет.
– Вы хотели бы?
– Очень. – Она отвернулась. Они с Эваном пытались три года... На глаза непроизвольно навернулись слезы. Это была самая большая ее боль, загнанная так глубоко, что иногда казалось – ее нет. И вдруг от слов, сказанных с неподдельным интересом и участием...
Незнакомец быстро шагнул к Дарине и приподнял ее подбородок – как раз вовремя, чтобы увидеть, как из-под маски скатилась слеза.
– Так больно, да? – спросил он прерывистым шепотом и внезапно обнял Дарину и прижал к себе.
Она задохнулась от нахлынувших чувств и крепко зажмурилась, чтобы ни одна слеза больше не прорвалась. Руки незнакомца очень тяжело лежали на ее плечах, но Дарине почему-то не хотелось отодвигаться. Может быть, потому, что это был человек, так искренне посочувствовавший ей – нет, даже не так. Тот, кто ее понял.
А если это после двух слов может понять абсолютный незнакомец – значит, это не так уж сложно понять? Ох, Эван...
Дарина слегка отстранилась, и он сразу отпустил ее, не навязываясь. Другой попытался бы воспользоваться ситуацией, но этот...
– Успокоились, лунный свет? – Он попытался заглянуть ей в глаза.
Дарина подняла голову:
– Почти, – и добавила: – Спасибо.
– Не надо, – качнул он головой. – Вы понимаете, за это спасибо не говорят. Не словами. – Он быстро, коротко улыбнулся и шагнул к фонтану. Подобрал упавшие бокалы, прополоскал их в воде. – Идите сюда, леди в маске. Выпьем еще. Кажется, в вине содержится истина, но я ее не встречал. А еще оно помогает забыться.
Сейчас Дарине показалось, что он прав, хотя в глубине души она ощущала: это не так. Но ей и вправду хотелось забыться. Она приняла из рук незнакомца бокал.
– За исполнение желаний, – сказал мужчина.
Дарина глотнула и едва не поперхнулась: глоток отдался в ушах неожиданным грохотом. Луна упала?.. Нет, это всего лишь начинался обещанный хозяевами бала фейерверк.
Вокруг стало светло как днем. На крыше дома крутились огненные колеса, разбрасывая снопы ярких искр, в небе таяли сполохи огня. Незнакомец поднял голову и смотрел вверх. Дарина тоже сначала посмотрела туда, потом – на него. Тени лежали на его скулах, маска скрывала лицо. Сорвать, сделать вид, что пошутила? Нет... Это будет как предательство.
– Бал завершается, – громко сказал незнакомец, не глядя на Дарину. И ей опять стало холодно. – Мне пора, да и вам, наверное, тоже. – Он наконец опустил голову и взглянул на нее. – Это был странный вечер, прекрасная леди. Но я бы не отказался от него никогда. – Он шагнул к Дарине, взял ее ладонь и коснулся губами, как в начале разговора. Только теперь она не отдернула руку.
– Я бы тоже не отказалась...
– Это о чем-то говорит... – Он коснулся двумя пальцами полей шляпы. – Позвольте откланяться, леди в маске. Еще раз прошу прощения, если я сказал что-то не так и оскорбил ваши чувства, и...
Было в этом что-то фальшивое. Не чувствовалось в его голосе ни беспечности, ни веселости. И Дарина словно через рубеж шагнула:
– Не называйте меня «леди в маске», пожалуйста. У меня есть имя.
Он придвинулся:
– Что есть имя? Такая же маска, леди.
– К чему сейчас эта... философия?
– Вы правы. – Он устало отвернулся.
Она дотронулась до его руки и сказала шепотом:
– Меня зовут Дарина.
Она ожидала, что и он скажет свое имя. Но незнакомец только удивился:
– Так необычно! В первый раз встречаю женщину с таким именем.
– Это русское имя. Вернее, украинское, только там оно звучит немного по-другому – Дарына. А в мое еще Дарию добавили – и вот получилось. Оно вообще – мое.
– Вы русская?
– Наполовину. До десяти лет я жила в России. Мой отец – англичанин, он был тогда послом в Петербурге. После смерти мамы мы переехали сюда.
– Дарина... – повторил он вполголоса, будто пробуя имя на вкус. – Как красиво! Все верно. Странная ночь, необычная леди... Лунный свет не могут звать Джейн или Мэри.
Она улыбнулась.
Незнакомец снова поклонился.
– Я все же вынужден покинуть вас... – Неподалеку послышался смех. – Сюда сейчас придут. Прощайте, Дарина. Я рад, что встретил сегодня вас.
– Мы не увидимся больше? – тихо спросила она.
Горло сжималось.
Он покачал головой:
– Нет.
– Почему?
– Зачем? Будет только боль... Ваша и моя. Прощайте.
Мужчина шагнул прочь. Дарина молча смотрела ему вслед.
Он остановился. Вернулся. Опустился на колено. Взял обе ее руки в свои. Посмотрел на нее снизу вверх. И произнес только одно слово:
– Иэн.
Потом он встал, повернулся и пошел прочь, уже не оглядываясь, и растворился в наступившей темноте.
Дарина медленно опустилась на бортик. Рядом догорала рыжая свеча. На плитах лежал брошенный бокал. Дарина подняла его и поставила на бортик.
Фейерверк кончился, и ничто теперь не соперничало с лунным светом. Журчала вода в фонтане. Все, как несколько минут назад... Как тысячу лет назад.
Она прислушалась к своим ощущениям. Что-то было не так. Чего-то не хватало.
Потом поняла.
Головная боль удалилась, не попрощавшись.




Следующая страница

Ваши комментарии
к роману Два мига для тебя - Полански Кэтрин



Во бред! Из всего интересна только одна книга - "Хозяин моего дома". Озеро Фиар - попроще, но еще ничего. Остальное - бредятина.
Два мига для тебя - Полански КэтринKotyana
16.12.2012, 17.55








Ваше имя


Комментарий


Введите сумму чисел с картинки


Разделы библиотеки

Разделы романа

Rambler's Top100